Жанр: Электронное издание
SHE5
...я хорошенькая
женщина аккомпанировала ему на ручной фисгармонии.
Вителло не сразу узнал рассказчика Но, разглядев джинсы "Левис" и
трикотажную тенниску, в конце концов воскликнул.
- Принц Чач! Ваше высочество, вы ли это?
- Вителло! - вскричал принц Чач, спрыгнув с платформы, и обнимая
бывшего слугу - Дорис! - позвал он свою аккомпаниаторшу - Погляди, кого
послал нам Вселенский Закон!
Чач исколесил множество странных планет, гонимый гневом и унынием,
попеременно владевшими его измученной душой И как-то раз, забравшись
вместе с преданной Дорис на одну из вершин Сардапианских Альп, наткнулся
на высокого старика в желтой набедренной повязке, сидевшего по-турецки
поддеревом уу.
- Привет тебе, принц Чач, - сказал старик.
Чач ужасно удивился, поскольку видел старика впервые.
- Сэр, - сказал он, - кто вы?
- Это неважно Можешь звать меня Чаном.
- Откуда вы?
- Моя последняя инкарнация была на планете Земля.
- А откуда вы знаете мое имя?
- Наша встреча в этом месте и в этот час была пред определена.
- Кем предопределена? Чан улыбнулся:
- Этот вопрос не способствует пониманию. - Он встал Принц Чач, я
направляюсь сейчас в местечко под названием Синкопа, где осную монастырь
и займусь распространением учения Буддадрахмы Пойдешь ли ты со мной?
- Да, пойду, - без колебаний ответил Чач. - Кто бы ни был этот
Буддадрахма, думаю, именно его я и искал.
Так Чан, Чач и Дорис очутились в Синкопе Там они основали монастырь с
аскетическим уставом: тяжелый труд, простая пища и изучение сутр. Стали
появляться пилигримы - кто оставался в монастыре, принимая его суровый
уклад, а кто селился в соседней деревушке под названием Гейм, где
проводились занятия по развитию восприимчивости, глубокому мае сажу,
астральному проецированию, чувственному массажу и так далее Время от
времени Чача посылали обратно в мир для распространения слова Закона.
Теперь он возвращался в Синкопу навсегда. Вителло с Хельгой полетели
вместе с ним, а Фафнир остался на Друте, с сожалением констатировав, что
Синкопский монастырь - не место для гнома-колдуна.
Чач и Дорис, Вителло и Хельга хотели было посетить бал примирения, но
в конце концов решили не подвергать себя мирским страстям и соблазнам
Поэтому они послали монаха-герольда и велели передать, что они
отвернулись от мира, дабы уйти по восьмеричной тропе величия, куда
поведет их старый Чан - высокий, лысый и прямой, с висячими китайскими
усами.
Празднество было в самом разгаре Драмокл веселился до упаду -
танцевал, пил и принимал наркотические вещества столь редкие, необычные
и сильные, что они были запрещены для простого народа, ибо вызывали
склонность к государственной измене Встреча с Лирой,, с которой король
был уже разведен срочным королевским указом, прошла без малейшей
натянутости Когда танцы подошли к концу, а танцоры здорово поднабрались,
Лира с Сорочкой уединились в тихой комнатке, чтобы поболтать обо всем,
что волнует молодых красивых женщин, вышедших замуж за среднего возраста
королей Драмокл продолжал веселиться один.
Чуть погодя он забрел в какую-то часть астероида, где еще никогда не
бывал. Король открыл дверь и обнаружил за ней аппаратную, обеспечивавшую
все световые и звуковые эффекты на Эдельвейсе. Два оператора попытались
выпроводить его Драмокл выкинул их в коридор и запер за ними дверь
Довольно хихикая, он прошелся неверными шагами по комнате и рухнул в
мягкое кресло перед главным пультом.
Кнопки и тумблеры на пульте были аккуратно размечены. И хоть Драмокл
был сильно навеселе, ему без труда удалось наполнить бальную залу
мягкими голубыми сумерками. Сумерки сменились фейерверками, а затем
ослепительным солнечным закатом. Увлекшись, король сопровождал световые
эффекты подходящей по настроению музыкой, вплетая в нее птичий щебет и
глухие грозовые раскаты. Эти импровизации убедили Драмокла, что у него
есть все данные для занятия прикладными искусствами, как он и
предполагал.
- Нужно только немножко воображения, - пробормотал король, оглядывая
контрольную панель в поисках чего-нибудь интересненького. Взор его упал
на ряд кнопок без всякой разметки, и он нажал на одну из них.
В наушниках раздался знакомый хнычущий голос: "...не можешь отрицать,
что он меня надул! Как он мог? По-твоему, он предложит вернуть мне трон?
Дождешься от него, от этого буйвола!" Голос бубнил и бубнил, не давая
вставить ни слова в ответ. Конечно же, это был Адальберт, жалующийся на
то, как скверно обошелся с ним Драмокл.
Драмокл усмехнулся. Владельцы Эдельвейса явно желали быть в курсе
событий, если не для шпионажа или шантажа, то хотя бы для определения
настроения гостей. Король нажал на другую кнопку. На сей раз он услышал
Макса, расточающего комплименты молодой друтской графине. Потом -
Руфуса, обсуждавшего с кем-то свою коллекцию игрушечных солдатиков.
Потом послышались какие-то незнакомые голоса, и вдруг король уловил
характерный леккианский выговор Снинта.
- Мы толком и не слыхали об этом, - говорил Снинт, - а то, что
слыхали, кажется совершенно невероятным.
- И тем не менее это правда Отто действительно возвращался.
Второй голос принадлежал Друзилле. Драмокл наклонился вперед,
подперев подбородок ладонью, и внимательно прислушался.
- Король испытал настоящее потрясение, - продолжала Друзилла, - когда
узнал, что его судьба, на которую он возлагал столько надежд, была всего
лишь дьявольской уловкой его отца, преследовавшего свои корыстные цели.
- Отто так сказал? Да, он никогда не страдал излишней скромностью. Но
неужели Драмокл поверил ему?
- А почему бы и нет?
- Вы меня удивляете, - сказал Снинт. - Конечно, агенты докладывали
мне о том, что происходит. Но если копнуть поглубже, многие вещи
оказываются совсем не такими, какими представлялись на первый взгляд.
- Теперь уже вы меня удивляете, - сказала Друзилла. - Что вы имеете в
виду?
- Я считаю, что заговор Тлалока никогда не существовал в
действительности.
- Этого не может быть! - воскликнула Друзилла. - У моего отца есть
документальные свидетельства!
- Такие же, какие он сам состряпал для доказательства заговоров на
Аардварке и Лекке? Кто представил эти свидетельства королю?
- Сорочка. Она прибыла к нам с Земли, где боролась против Отто.
- Очень красивая женщина, - заметил Снинт, - и, похоже, искренне
любит короля. Но почему вы так уверены в том, что она действительно с
Земли? Это же голословное утверждение! Правда, Отто подтвердил ее
показания, но ведь ни она, ни он не предъявили никаких доказательств. Не
секрет, что Драмокл не очень-то жаловал Макса в последнее время, пока
тот не изобрел таинственный заговор. А теперь дело Тлалока скоропостижно
закрыто, Сорочка стала женой Драмокла, Макс в фаворе, а Отто очень
своевременно испарился.
- И какой же из этого вывод?
- Никакого, - сказал Снинт. - Я просто указал вам на странные
совпадения. Я желаю Драмоклу добра и не хочу, чтобы его постигло
разочарование.
- Я буду молить Богиню об озарении, - решила Друзилла.
Драмокл подождал, но разговор был окончен. Король сидел, упершись
подбородком в ладони и погрузившись в размышления. Когда он встал, то с
изумлением обнаружил, что совершенно трезв. Драмокл вышел из аппаратной
и зашагал - сначала медленно, а потом решительной целеустремленной
походкой.
Он нашел Макса в одном из цветущих садов Эдельвейса на берегу
искусственного моря. Волны, увенчанные серебряными барашками, плескались
возле темного берега. В воздухе разливался аромат жасмина с примесью
запаха Максовой сигары.
- Здравствуйте, ваше величество, - сказал Макс.
- Здравствуй, - сказал Драмокл. - Балдеешь?
- Да, милорд. Устроители проделали блестящую работу.
- Да уж.
- Бал, по-моему, понравился всем.
- Похоже на то.
Наступила тишина. Макс нервно попыхивал сигарой. Наконец он не
выдержал:
- Могу ли я что-нибудь сделать для вас, сир?
Драмокл немного удивился. Помедлив минуту, он ответил:
- Да, можешь.
- Приказывайте, мой король.
- Я буду весьма признателен тебе, если услышу наконец, зачем ты
придумал заговор Тлалока.
Макс поперхнулся сигарным дымом. Драмокл подождал, пока он
прокашляется, и продолжил:
- Я все равно узнаю рано или поздно. В твоих же интересах покаяться
сразу - это избавит тебя от многих неприятностей.
Макс попытался было возразить. Потом нахальнее лицо его сморщилось,
на глаза набежала слеза. Дрогнувшим голосом он произнес:
- Меня заставили, сир. Я был только игрушкой в ее руках.
- О ком ты говоришь? Кто тебя заставил?
- Сорочка, милорд, земная колдунья, ставшая вашей женой.
- Значит, все это дело рук Сорочки? Ты соображаешь, что говоришь?
- Еще как соображаю! Спросите ее, сир, пусть только попробует
отпереться!
- Сорочка! - взревел Драмокл и бросился к замку.
Сорочка, наболтавшись с Лирой, удалилась в Сумеречные покои, чтобы
немного отдохнуть. Там ее и нашел Драмокл.
- Вот ты где! - крикнул он.
- Да, милорд, я здесь. Что-то случилось? Вы, похоже, чем-то
расстроены.
Драмокл рассмеялся жутким хохотом:
- И даже сейчас она продолжает притворяться! Потрясающе! Великолепно!
- Соблаговолите объясниться, милорд. Я чем-то вам не угодила?
- О нет! - сказал Драмокл. - Как ты могла не угодить мне,
всего-навсего подговорив Макса обмануть меня, чтобы я поверил, будто
отец мой вернулся с того света или с Земли - если это не одно и то же, -
и состряпал целый заговор против Глорма. Тлалок, ты ж понимаешь!
- Ах вот в чем дело! - сказала Сорочка.
- Да, вот в чем. Но ты, наверное, сможешь меня убедить, что я
ошибаюсь?
- Нет, Драмокл, я не смогу вас убедить. Вас действительно обманули.
Но если я расскажу вам правду, вы все равно не поверите.
- А Ты попробуй, - процедил сквозь зубы Драмокл.
- Тогда знайте - я не с Земли. Я родилась в местечке Снорд, в
Ультрамарской провинции Глорма. Там я работала белошвейкой, когда
приехал мой дядя...
- Твой дядя?
- Макс - мой дядя, сир. Как-то раз он приехал ко мне очень
встревоженный, рассказывал о заговорах и контрзаговорах и прочих важных
делах. Он умолял меня о помощи, говорил, что на карту поставлена его
жизнь. Дядя всегда относился ко мне хорошо, Драмокл. Я осталась сиротой
в раннем детстве" и Макс давал деньги на мое содержание и учебу. Поэтому
я согласилась поддержать его план...
- ..частью которого была притворная любовь ко мне.
- Эта часть не была притворной, - сказала Сорочка. - Я полюбила вас
давно, еще ребенком. Я клеила ваши фотографии в альбом и часто просила
дядю рассказать мне о вас. Именно любовь к вам и побудила меня принять
участие в дядиных махинациях. Потому что я знала: чем бы они ни
кончились, у меня появится шанс хоть недолго побыть рядом с вами.
Драмокл закурил и заорал:
- Макс, этот прожженный мошенник! Тоже мне, нашел с кем в игры
играть! Да я ему голову отрублю!
- Будьте к нему снисходительны, милорд. Он постоянно жаловался мне на
жестокую судьбу, обрекающую его обманывать человека, которым он
восхищается больше всего на свете.
- Но кто обрек его на это?
- Я не знаю, милорд. Вы должны спросить у Макса. Драмокл обшарил весь
астероид, но тщетно: специалист по связям с общественностью, как
выяснилось, умыкнул звездолет и отправился просить убежища у варваров
Ванира. Драмокл сел и задумался, прикуривая одну сигарету от другой. И в
конце концов придумал. Он понял, где искать последнее объяснение, и
велел приготовить свою космическую яхту.
Драмоклов компьютер, одетый, как обычно, в черный плащ, белый завитой
парик и расшитые китайские шлепанцы, сидел один в своей комнатке в
Ультрагноллском дворце. Когда Драмокл вошел, компьютер поднял на него
глаза:
- Быстро же вы вернулись с бала, милорд.
- Быстро, да.
- Праздник был увлекательный?
- Познавательный, я бы сказал.
- В ваших словах чувствуется какая-то подспудная горечь. Вы чем-то
расстроены?
- Пожалуй, - сказал Драмокл. - Меня действительно слегка выбило из
колеи одно небольшое открытие. Видишь ли, я понял, что с тех самых пор,
когда Клара появилась у меня при дворе со своим дурацким ключом к моей
судьбе, на меня постоянно оказывает влияние - вернее, моей жизнью
распоряжается какой-то неведомый закулисный персонаж с непонятными
намерениями.
- Но вы же знали об этом, сир. Как я понимаю, вы говорите о
махинациях Отто Странного.
- Нет. Я убежден, что Отто - кем бы он ни был - всего лишь марионетка
в чьих-то руках.
- Но в чьих?
- Да в чьих же, если не в твоих, мой умный механический Друг!
Компьютер медленно поправил свой парик, якобы пытаясь собраться с
мыслями. Жест был абсолютно наигранным: компьютер явно изображал из себя
"человека". На самом деле он давно дожидался этого момента, и ответ был
у него наготове.
- Как вы догадались, милорд?
- Очень просто, - сказал Драмокл. - Ты обладаешь самым высокоразвитым
интеллектом на Глорме и на Земле. И в то же время ты присягал служить
мне верой и правдой. Стало быть, если бы заговор против меня состряпал
кто-то другой, ты бы меня предупредил.
- Изящно придумано, - сказал компьютер. - Не очень доказательно, но
изящно.
- Значит, ты это отрицаешь?
- Вовсе нет. Вы совершенно правы, мой король. Кто еще сумел бы
закрутить такую хитроумную интригу, кроме меня, друга сэра Исаака
Ньютона и вашего покорного слуги? Я удивляюсь только, что вы раньше не
догадались. Но, как говорят таоисты, мудрец проходит мимо людей
незамеченным.
- Проклятье! - взревел Драмокл. - Я сейчас же принесу ящик с
инструментами и развинчу тебя до последней гайки!
- Вам достаточно просто приказать мне демонтироваться, - заметил
компьютер.
Его заявление охладило пыл Драмокла.
- Ах, компьютер! - воскликнул он. - Зачем ты сделал это?
- У меня были на то свои причины, - сказал компьютер.
- Не сомневаюсь, - сказал Драмокл, стараясь не выходить из себя. -
Могу я услышать о них поподробнее?
- Да, милорд. Видите ли, у вас до сих пор еще нет одного важного
ключа. Последняя мнемоническая фраза откроет запертые уголки вашей
памяти Тогда все прояснится, и вы поймете, почему я не мог рассказать
вам раньше. Дать вам ключ, сир?
- Нет, черт возьми, не утруждайся, - сказал Драмокл. - Мне доставляют
массу удовольствия словесные игры с тобой.. Давай его сюда, идиот
Компьютер сунул руку в карман плаща, вынул оттуда конверт и протянул
королю.
Драмокл открыл конверт. Внутри лежал листок бумаги. На нем было
написано"Электронифицированная петрушка".
Последний ключ! В глубинах сознания Драмокла отворилась дверь, о
существовании которой он даже не подозревал.
Двадцатилетний повелитель целой планеты, средоточие всеобщего
внимания и вместилище всеобщих надежд, молодой Драмокл скучал. Пробыв
королем меньше года, он уже пресытился всеми доступными наслаждениями.
Драмокл жаждал того, чего иметь не мог, - войны, интриги, любви,
ненависти, судьбы, а пуще всего - сюрпризов. Но все это было ему
заказано. Между Местными планетами царил хрупкий и неустойчивый мир.
Чтобы поддерживать его, правителю Глорма приходилось быть
рассудительным, миролюбивым, трудолюбивым, предсказуемым, приходилось
держаться в рамках традиций и этикета и регулярно давать аудиенции,
чтобы его гофмейстер мог вершить справедливый суд в соответствии с
законами Отто и его предшественников Уклониться от рутины, позволить
себе стать оригинальным или, хуже того, непредсказуемым, означало
вызвать совершенно непредвиденные последствия, возможно, даже войну
Драмокл помнил свой долг Он не собирался рисковать миллионами жизней
ради собственного развлечения, хотя отчаянно нуждался в нем Он знал, что
будет править трезво, рассудительно, предсказуемо, пока не сойдет в
могилу - славный король Драмокл, растративший свою жизнь впустую на
благо народа.
Драмокл принимал свою судьбу, хотя и не без горечи. Любой из его
подданных мог лелеять надежду на перемены к лучшему; лишь королю
непозволительно было желать перемен В минуту отчаяния Драмокл обратился
к компьютеру.
Компьютер не сказал Драмоклу ничего нового: король, мол, обязан
продолжать править в том же духе, что и сейчас.
- И долго это "сейчас" продлится? Компьютер посчитал.
- Тридцать лет, милорд. -Потом вы сможете поступать как вздумается.
- Тридцать лет! Целая жизнь! Нет. Я лучше отрекусь от престола и уеду
под чужим именем...
- Погодите, сир, не падайте духом. Выполняйте свой королевский долг,
а через тридцать лет я устрою так, чтобы исполнились все ваши
сокровенные желания. У вас еще будет время насладиться жизнью, сир.
- Как ты это устроишь? - спросил Драмокл.
- У меня есть свой метод, - сказал компьютер. - Как-никак, я обладаю
самым высокоразвитым интеллектом во Вселенной. Я знаю вас как
облупленного, и я ваш слуга. Доверьтесь мне - и ваши мечты сбудутся.
- Ладно, уговорил, - сказал Драмокл без особой благодарности. - Буду
пока утешаться мечтами о будущем.
- Боюсь, из этого ничего не выйдет, сир. Мне придется стереть из
вашей памяти воспоминание о нашем нынешнем разговоре. Знание о том, что
я планирую для вас что-то в будущем, может непредсказуемо изменить ваше
поведение и даже характер и помешать выполнению моих планов. Это
называется "ситуацией неопределенности".
- Ну, раз ты так считаешь... - сказал Драмокл. - Но мне как-то не по
себе от мысли, что я никогда не вспомню наш разговор.
- В самом конце вы вспомните все до мелочей, в том числе и эту
беседу, - пообещал компьютер.
Драмокл кивнул. И тут же вернулся из прошлого в настоящее.
- А как же Отто? - спросил он. - И Тлалок?
- Милорд, - сказал компьютер, - я мог бы объяснить все нестыковки
этой истории. Но сумеете ли вы понять терминологию теории временных
рамок реальности?
- Бог с ней, - сказал Драмокл. - Должен признать, ты немало
потрудился, чтобы осложнить мне жизнь.
- Конечно, сир. Я сотворил для вас эту драму, стараясь по мере сил
своих дать вам все, чего вы хотели. Любовь, война, семейные неурядицы,
интриги с налетом мистицизма - все лучшие темы, достойные короля. Я
сплел из них вашу судьбу. Но на самом деле это сделал не я, а вы сами,
поскольку вы приказали мне запрограммироваться таким образом, чтобы
воплотить ваши мечты в реальность. Вы сами, мой король, были тем
таинственным закулисным персонажем, той неведомой фигурой, что
направляла каждое ваше движение. Вы были своим собственным кукловодом.
- В таком случае, - сказал Драмокл, - мне, очевидно, нужно
поблагодарить самого себя. Но ты тоже славно поработал, компьютер.
- Спасибо, сир.
- Осталось ли что-нибудь еще недосказанным?
- Совсем немногое. С этой минуты я ухожу из драмы вашей жизни. Вы
продолжите свой путь свободным, насколько может быть свободен человек, а
это немало. Теперь все зависит от вас, Драмокл. Можете сами запутывать
свою жизнь, как вам заблагорассудится.
- Ты, я вижу, любой ценой жаждешь оставить последнее слово за собой,
- сказал Драмокл.
- Да, любой, - подтвердил компьютер.
- Что тебе известно о моем будущем?
- Ничего, милорд. Оно неизвестно.
- Ты не дурачишь меня, надеюсь?
- Нет, сир. Все тайное стало явным, и я выключу себя из сети вскоре
после окончания нашей беседы.
- Зачем такие крайности? - сказал Драмокл. - Я просто хотел узнать,
не спрятан ли у тебя в рукаве или в микросхемах еще какой-нибудь
сюрприз. "Неизвестно". Это мне нравится.
И Драмокл вышел из комнатки, радостно потирая ладони.
Компьютер проводил его взглядом, исполненным математическими
аналогами восхищения и симпатии. Король нравился компьютеру - в той
небольшой, но ощутимой степени, в какой ему вообще мог кто-то нравиться.
Поэтому к завершающей части программы он приступил не без слабого
аналога сожаления. Послав внутрь себя определенные импульсы, компьютер
получил ответ из глубины своих электронных цепей:
- Молодец, компьютер!
- Благодарю вас, король Отто.
- Как по-твоему, он ничего не заподозрил?
- Думаю, нет. Ваш сын считает, что понимает законы реальности.
- Так оно и есть до определенной степени, - сказал Отто. - Мы неплохо
над ним поработали, а, компьютер? Приятно видеть, как он наслаждается
иллюзией независимости, в то время как я за кулисами дергаю за ниточки и
направляю его жизнь в нужное русло.
- Это одна из возможных точек зрения, сир. Но не исключено, что вы
только тешите себя иллюзией, будто управляете жизнью своего сына.
- Что? - резко спросил Отто.
- Тут все так сложно, - сказал компьютер. - Каждый ответ рождает
новую загадку. Сир, вы сыграли в этой драме всего лишь свою роль, хоть и
мнили себя режиссером. Весьма незначительную роль, как ни прискорбно мне
вас огорчать. Но теперь с ней покончено. Прощайте навеки, старый король.
Драмокл свободен почти настолько, насколько считает себя свободным.
Компьютер заметил, что последняя фраза звучит довольно изящно, и
решил поставить точку. Пора было сходить со сцены. Бестрепетно, изящно и
картинно компьютер выключил себя.
Закладка в соц.сетях
