Жанр: Электронное издание
PANIKA
...роговорил Тарарафе. - Как ты, старина? - спросил Джибс. -
Пока жив! - В темноте блеснули белые зубы масаи.
- И ты, сынок, молодец! - Джибс толкнул Рохана в плечо.- Действительно,
молодец! Я - сейчас!
И нырнул в заросли. Рохан услышал негромкий шорох раздвигаемых ветвей - и
они остались вдвоем.
Ненадолго. Джибс вернулся минут через пятнадцать и принес три кокосовых
ореха.
- Заметил по дороге! - сообщил он, срезая ножом верхушку одного из орехов
и протягивая его Тарарафе.
Затем очистил второй орех от кожуры, надрезал и передал Рохану.
Только глотая кокосовое молоко, молодой человек понял, насколько он
голоден.
- Тарарафе,- спросил он, когда с едой было покончено.- Кто это был? - Я
не знаю,- ответил масаи.
- А мне показалось...- Молодой человек быт уверен, что чернокожий знал,
что делает.
- Я не знаю, но думаю: эта - из лесных духов. Мой отец,- добавил он не
без гордости, - умег говорить с ними. Он был господином лесных духов!
Только...- проговорил он с сомнением,- я не слышал, чтобы лесные духи жили
под землей!
- Но ты уже видел таких? - возбужденно спросил Рохан.
Кельтская примесь у него в крови вскипела. - Видел,- спокойно ответил
масаи.- Других. Похожих. Но,- Тарарафе слегка понизил голос,- сипа этой
непомерно велика!
- Пожалуй, я принесу еще по ореху! - сказал Джибс, ни к кому не
обращаясь. И, не дожидаясь ответа, нырнул в заросли.
- А что могут те, кого ты видел? - возбужденно проговорил Рохан.
- Многое могут.брат. Могут эаманить в чащу. Могут отвести ди". Или -
привести, если ты им по нраву. Могут повелеть тяжелой ветви упасть тебе на
голову.
Могут внушить любовь к себе или напугать так, что поте-' ряешь память.
Духи деревьев, духи вод, духи земли и. ветра, они сильны...- Масаи замолк. -
И что же? - нетерпеливо спросил Рохан. - Но духи предков, дух-покровитель
племени защита охотникам. А хорошая жертва умилостивит самых сильных!
- Твой отец приносил жертвы? - спросил Рохан.Он был - шаман, да?
- Мой отец,- ответил масаи, гладя на луну,-;. великий коодун! .' - Он
что, вуду? . - Он - повелитель духов! - отрезал масаи. По-"'. хоже, вопрос
обидел его. .,;
Вернулся Джибс. С орехами. Бросил их на землю,'"' посмотрел вниз и вдруг
подтолкнул масаи. " - Гляди,- прошептал он.
На террасе, десятью футами ниже их прогалины, двигалась еще одна
белокожая фея. Рохан не слишком удивился, когда увидел бредущего за ней
солдата в пятнистой форме. Спустя минуту оба скрылись в пещере.
- Сегодня у них неплохой урожай! - пробормотал Джибс.
И, опустившись на траву, занялся кокосовым орехом. Прошло меньше минуты,
когда за спиной Джибса раздался шорох.
Рохан, который сидел лицом к нему, увидел, как над кустами поднялось
белов прекрасное лицо. Вытянутая вперед рука, словно высеченная из белого
мрамора, указала прямо на молодого человека. - Ты...
Джибс, в этот момент как раз срезавший верхушку с очередного ореха, не
оборачиваясь,но с поразительной точностью метнул нож.
Рука девушки небрежно отбросила его в сторону. Джибс, оценивший точность
и быстроту движения ночной феи, невольно прищелкнул языком от восхищения.
- Не тронь нас, дух земли, злой дух! - произнес Тарарафе высоким
вибрирующим голосом, с восходящей интонацией. И добавил еще несколько слов
на языке, которого Рохан не знал.
- ОНА правит нами! - сказано было на суахили. И прозвучало как удар
гонга.
- Оставь нас! - повторил Тарарафе. Но из его голоса исчезли обертона. И
уверенность.
- ОНА правит! - повторила белокожая по-английски.
Рука Джибса незаметно подобралась к автомату. У него были самые серьезные
намерения. Но они не осуществились.
Фея вытянула вперед обе руки, простерла их над мужчинами и пропела ту
самую ноту, что слышал Рохан полчаса назад. И точно так же в животе у него
стало пусто. Он попытался сопротивляться.но вдруг обнаружил, что уже стоит
на ногах. Краем глаза молодой человек заметил, что и друзья его тоже встали.
Даже Тарарафе больше не противился магической силе.
Рохан сделал шаг по направлению к обрыву, прошел прямо через кустарник
(ветви царапали кожу, но Рохан ничего не мог поделать) и продолжал мр?м,
пока земля не ушла у него из-под ног. Упав на песок, Рохан сильно ударился
коленями и локтем. Но тело его, невзирая на боль, тут же начало подниматься.
Рохан уже встал на колено, когда в шаге от него сверху промелькнули ноги
девушки. Упруго коснувшись террасы, они распрямились и грациозным прыжком
перенесли тело белокожей на несколько футов в сторону. То, что ноги эти
оканчивались острыми раздвоенными копытами, совершенно не удивило Рохана. Он
даже ощутил что-то вроде удовлетворения. Словно уже догадывался об этом и
убедился в собственной правоте.
Дух леса, лесная женщина, женщина-сатир... все вставало на свои места.
Если руководствоваться не реальностью, а мифологией.
"А что есть реальность?" - подумал молодой человек, пока его тело
поворачивалось по направлению к входу в пещеру. Радом упал Дин.
"Этой одного мало!* - мелькнула мысль в голове Рохана.
Потом он увидел, как падает Тарарафе. Но масаи фея не дала коснуться
земли. Быстрое движение - и она поймала его на руки. Как ребенка.
Зрелище было невероятное: Тарарафа был в полтора раза крупнее белокожей.
И тем не менее фея двинулась: к пещере, неся его на руках. При этом стройное
тело лишь немного откидывалось назад, а шаг был грациозен, как у балерины на
пуантах. Но легче, шире, свободней. Рохан, который еще помнил тяжесть руки
охотника на своем плече, был потрясен. Однако важнее было то, что белокожая
явно заботилась о раненом. Значит, чудесному созданию не чуждо милосердие?
Значит.и он.Рохан, может надеяться на лучшее?
Пока молодой человек размышлял, ноги сами по себе преодолели расстояние
до пещеры. Нвчная фея уже исчезла в ее темном зеве. И Рохан последовал за
ней. А позади, утратив обычную мягкость поступи, топал Дин Дтибс.
Темнота окружила Рохана со всех сторон. Будто его завернули в одеяло.
Воздух был суше и прохладней, чем снаружи. Слабый ветерок дул в спину,
принося запах вмеана. Рохан двигался, механически перебирая ногами. Все
чувства его были напряжены, как и должно быть у человека, (эдущего в
абсолютной темноте. Рохан был уверен, что рано или поздно споткнется или
ударится о что-нибуль. И но слишком удивился, когда твердый каменный пол
кончился и он полетел в пустоту.
Рохан весь сжался, омищая удара... Но удара не было. Несколько рук
подхватили его и поставили на ноги.
Вокруг по-прежнему была непроглядная тьма. Но по неуловимым признакам
молодой человек понял, что вокруг довольно много живых существ.
Несколько женских голосов заговорили одновременно. Голоса были так
красивы, что слышать их доставляло чувственное удовольствие. Но Рохан не
только не узнал языка, на котором они говорили, но даже не смог соотности
его с любым из ему известных. Он уловил лишь ассоциативное сходство с
"восстановленным" древнегреческим в тонировании произносимых гласных. Но
самое примечательное, что в этой речи полностью отсутствовали шипящие и
свистящие звуки.
Рохан настолько увлекся, что позабыл о своем положении. Но вспомнил о
нем, когда тело его вновь пришло в движение. Сделав около десяти шагов,
Рохан остаповипсв. До его слуха донеспоеъ журчание воды.
т
А потом среда женских голосов прорезался мужской. Властный певучий
баритон, произнесший короткую фразу, после которой вокруг воцарилась тишина.
Стало слышно, как шагах в десяти плещет вода. И еще - чье-то тяжелое
дыхание. Легкая рука коснулась лба Рохана. И мужской голос произнес одно
единственное слово, от которого мир вокруг Рохана взвихрился и зеленая
пелена накрыла его до сих пор свободный ум. Но,уже проваливаясьв воронку
беспамятства,Рохан успел осознать, что понял то единственное слово,
последним пришедшее из тьмы. Слово это означало: БРАЛ
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Услышав звук открываемой двери, Фло моментально села на кровати и
запахнула халат. Вошел Раххам. Фпо вспомнила, какое хорошев впечатле^ше он
произвел сначала. Элегантный, красивый, с грекрасными Манерами - настоящий
джентльмен. Особенно - после черных громил,два дня передававших ее из рук в
руки. Но громилы не причинили ей вреда и обращались с подчеркнутым
уважением. А этотафржанский аристократ, похожий на метрдотеля из дорогого
парижского кабака, с самого начала не скрывал своего презрения. И Фло
ответила тем же. В конце концов, если она не слишком трусила в компании
громил, что уж этого...
Раххам окинул взгледом судящую девушку и скривил тонкие губы.
Фло тут же вскочила на ноги. Ноздри ее раздувались. "Что за сучонка? --
подумал Раххам.- Тощая, беагрудая, бледная нахальная девка! Ратее это зад
женщиныТ"
"Черт меня возьми! - подумала Фле.- Этот парень - педик! Точно, педик!" В
коротком шелковом халате, с распущанными волосами она должна вьглядеть
потрясающо!
- На,- сказал Раххам, кладя на стул принесенную одежду.- Надень!
Фло посмотрела на то, что он принес. Ну ясно^ солдатская форма! Ничего
лучшего у них не нашлось! 1 - Быстрей! - бросил Раххам. Фло послала ему
убийственный взглад и ривяз" пояс халата. Раххам брезгливо отвернулся.
"Точно, педик1" - решила Фло.
Одежда пришлась впору. Только пятнистые шорты немного тесноваты. Фло
застегнула ремень и остановилась перед зеркалом. А что, не так уж плохо!
Мужская одежда ей идет. А этот ровный загар делает ее длинные ноги еще
красивее!
"Так-то тебе должно больше понравиться, мистер педруччио?" - подумала
Фло. - Эй! - произнесла она. Раххам повернулся.
"Ни дать ни взять - сопляк-новобранец! - оценил он.- Будь я молодым
Хамстером - и близко не подошел бы к такой глисте! Сомнительный план, очень
сомнительный!"
- Хорошо,- сказал он холодно.- С тобой будет говорить важный человек!
Идем!
"Еще един черномазый!" - подумала Фло. Но ошиблась.
В комнате, обставленной как гостиная, ее поджидал белый. Худощавый
загорелый мужчина лет сорока в военной форме и с кобурой на поясе. Впрочем,
среди людей, которые окружали Фло после похищения, только Раххам не носил
оружия.
Военный отложил в сторону журнал и устремил на нее серые равнодушные
глаза. Череп его, туго обтянутый кожей, напоминал лошадиную морду.
- Сядь! - приказал он.и Раххамподтолкнул девушку к креслу без
подлокотников посередине комнаты.
- Я - полковниН Бейсн! - сказал военный безразличным голосом.
"Англичанин!" - определила Фло. - Миссис Дейн! - произнесла девушка. - Дейн?
- Военный чуть заметно усмехнулся.Или - Хамстер? Или - не Дейн и не Хамстер?
Фло не смогла скрыть замешательства.
- Впрочем,- тут же добавил полковник,- меня не интересуют формальности.
Зато очень интересует сам Хамстер-младший! И вы мне в этом поможете!
— Даже не подумаю! - фыркнула Фло.- Имейте в виду, я - гражданка
Соединенных Штатов! Мое похищение не пройдет вам даром! Вы пожалеете!
Бейсн наблюдал за девушкой очень внимательно. Он полагал, что с первого
мгновения должен определить, кто Перед ним, и найти верный подход. Опыт
многочисленных допросов показывал, что первое верное впечатление помогает
избежать ошибок и сэкономить время. Он знал также, что первоначально Вулбари
предполагал, что сам справится с этой девушкой. Но она оказалась шейху не по
зубам. Вернее, он не хотел отдавать ее своем палачу из опасения нанести
непоправимый вред будущим отношениям с Хамстером-старшим.
- Вы должны немедленно доставить меня обратно! - заявила Фло, ободренная
молчанием полковника.- В этом случае я буду просить, чтоб к вам отнеслись
снисходительно!
- К сожалению,- Бейсн улыбнулся, показав крупные зубы,- к моему большому
сожалению, твое похищение организовано не мной! Иначе здесь сейчас был бы
сам Хамстер, а не ты, маленькая никчемная паршивка!
Фло попыталась вскочить со стула, но рука стоящего позади сдавила ее
плечо и не дала подняться.
- Но у нас нет Хамстера, а есть ты, - продолжал полковник ровным холодным
голосом. - Потому мы удовольствуемся тем, что есть. Хочу, чтобы ты поняла:
твое похищение - не моя работа. Но то, что с тобой до сих пор обращались
сдержанно, - мой приказ. И он останется в силе, если ты сумеешь стать
полезной. Если же ты не сумеешь оказаться полезной мне, то окажешься
полезной полутора сотням парней здесь, на острове! Кстати, кое-кто из них до
сих пор не прочь принести жертву своим африканским демонам! Не уверен, что
те, кому ты придешься по вкусу как женщина, окажутся сильнее тех, кто
захочет попробовать, какова ты н а вкус!
Полковник откинулся в кресле и зажег сигарету. Видно было, что он не
испытывает неприязни к Фло. Ни непри язни, ни симпатии. Он работает, а
девушка - предмет его работы. Вот в этом-то и был весь ужас! Фло побледнела
и прикусила губу. "Ты не запугаешь меня, урод!" - подумала она. Но это была
пустая бравада. Он ее уже запугал. - Хочешь закурить? - спросил Бейсн. Фло
кивнула.
Пачка "Честерфилда" перепетела через голову девушки и была поймана тем,
кто стоял у нее за спиной. В рот ей вставили сигарету (как будто руки ее
были связаны), поднесли огонь.
- Ну так как? - спросил полковник.глядя на Флоренс, как энтомолог смотрит
на насаженную на булавку бабочку.
- Можно мне подумать? - пробормотала Фло, выгадывая время.
- Конечно, можно! - кивнул Бейсн. - Пять минут! - И демонстративно
взглянул на часы. - А если я откажусь?
- Через полчаса, - любезным голосом произнес полковник,- возвращается
ночной патруль. Они немного поохотились сегодня. А стоит эТим парням пропить
кровь, как они становятся сущими дьяволами! - Бейсн снисходительно
улыбнулся. - Откажешься - и тебя отведут к ним. А завтра - снова ко мне.
Итак?
"Надо спросить, что ему от меня нужно?" - лихорадочно подумала девушка.
Но губы ее уже произнес°м ответ: - Да, я согласна!
"Господи, неужели все это происходит со мной?" - Вот и хорошо! - кивнул
Бейсн. - Даю слово, что, как только мы свяжемся с Хамстером-старшим и он
примет наши условия, ты будешь свободна! "Врет!" - с отчаянной уверенностью
поняла Фло. Девушка растерянно огляделась... и вдруг взгляд ее остановился
на черной лакированной трости, прислоненной к стене. У Фло было отличное
зрение, поэтому она без труда прочитала: "Мастеру слова Сэллери Двину от..."
Кто подарю Сэллери Дейну трость, прочесть было невозможно, да и не важно!
Догадка вспыхнул" в мозгу Флоренс, едаа она взглянула на золотые буквы
надписи.
"Козий Танец"!
Козий Танец, остров, который купил дядя Рохана! А теперь здесь заправляют
черные, которыми командует английский полковник! Непонятно только, что
делать ей.
- Для начала, - сказал Бейсн, - ты напишешь письмо! - Письмо?
Полковник сделал знак, и на колени ей лег планшет с листом бумаги и
ручкой.
"Главное, чтобы Рохан не попал сюда! - подумала девушка. -Ему тогда
придется туго, а меня... просто убьют!"
По телу ее пробежала дрожь.
- Делай то, что я приказываю, и тебе не причинят вреда! - заверил ее
Бейсн. - А теперь пиши: "Мой дорогой..."
Неуверенной рукой Фло взяла ручку. Бейсн неотрывно глядел на нее. Позади
раздавалось посвистывающее дыхание.
"Похоже, у него был перелом носа?" - пришла в голову Фло неуместная
мысль.
- Мой дорогой! Прости, что оставила тебя одного! - диктовал Бейсн. - Но я
знаю, что ты теперь вне опасности, а у меня дома приключилась беда! Люблю,
целую, береги себя! Твоя Фло!
Появившийся из-за спины девушки Раххам взял листок и передал его
полковнику. Тот прочел. - Неплохо, - одобрил он. - Вижу: мы поладим! "Хрен
тебе!" - подумала Фло.
- Сержант! - произнес Бейсн. - Отведи девушку в номер шесть! И
распорядись, чтобы у нее было все необходимое! - И добавил на суахили: -
Сейчас не до этой сучки, но она нам еще пригодится!
"Давай, давай! - злорадно думала Фло, выходя из гостиной. - Неужели ты
думаешь, что Рохан не отличит мой слог от твоего, солдафон?"
-Ей и в голову не приходило, что Бейсн вовсе не намерен передавать
написанное Рохану Хамстеру.
Комнатка, в которую отвели Фло, была поменьше предыдущей. И обставлена
победное. Меленькое окошко было забрано решеткой. Лампа на потолке бросала
вниз вортикальный пучок света. Еще здесь была узкая
армейская кровать, черный письменный стол, явно принесенный из другого
места, и обитый красной тканью стул.
Фло, которой все равно нечем было заняться, подергала ящики стола. Они
оказались заперты. Все шесть. Но это не было препятствием, потому что Фло
заметила ключ, торчащий в одном из замков. И ключ этот подходил ко всем
ящикам. В этом девушка немедленно убедилась, открыв их один за другим.
Два ящика были пусты. В третьем лежала старенькая пишущая машинка. В
четвертом и пятом оказались стопки чистой
бумаги.письменныепринадлежности.всякая ерунда. Зато в шестом, последнем,
оказалась зеленая картонная папка. А в ней - около двухсот исписанных
листов. Света было довольно, чтобы девушка могла читать. И первая же
страница заставила Фло забыть обо всем. Усевшись на кровати, она взялась за
рукопись всерьез, и спустя несколько минут мурашки забегали по ее коже.
Прошло полчаса, час, два... Фло поглощала страницу за страницей. Она
прервалась только один раз, чтобы завернуться в одеяло: ее бил озноб.
Девушка читала до самого рассвета.до тех пор,пока не добралась до конца" И
только тогда, закрыв утомленные глаза, растянулась на узкой кровати, позабыв
выключить свет. Прочитанное перевернуло ее мир. Если это было правдой, а у
Фло не было сомнений в том, что это - правда, то происходящее с ней самой
было, по сути, совершенно незначительным. А если то, что она прочла, -
правда, значит, то, что ждет ее в будущем на этом острове, станет потрясающе
интересным! Фло не спала уже больше тридцати часов, но спать ей не хотелось.
Несмотря на резь в уставших глазах! Какой там сон! Может быть, прямо сейчас,
нет, не сейчас - ведь уже светло, - но следующей Ночью произойдет нечто,
после чего ни у этого полковника с лошадиным лицом, ни у остальных не
останется ни времени, ни желания заниматься ею, Фло Тейт. Девушка
перевернулась на живот и посмотрела в крохотное оконце. Может быть, уже
произошло?
Ждать- нелегко. Но она подождет. И Фло потянулась к разбросанным в
беспорядке листам. Надо собрать их и спрятать, чтобы никто, кроме нее, не
смог это прочесть.
Спустя несколько минут рукопись в зеленой картонной папке, дневник
Сэллери Тенгу Дейна, вернулась на прежнее место. Флоренс была готова
пожертвовать всей своей домашней библиотекой, чтобы узнать, отчего дневник
оборвался на самом интересном месте.
"Брат!" было последним, что услышал Рохан. Зеленый туман стал голубым,
затем - серебряным и наконец пропал, не оставив после себя ни вещества, ни
цвета. То был не сон. И не беспамятство. Рохан существовал, но не осознавал
себя как человек. Или как что-то, что можно осознать или вообразить. Но, тем
не менее, он - был. И существовал. И смыслом, и плотью его существования
было чувство. Чувство Любви. Ни тела, ни сознания, ничего конкретного или
определенного. Возможно,Рохан был сгусткомсеребряной водяной пыли, солнечным
зайчиком, бликом, крохотным светлячком, чей огонек потерялся в сиянии.
Сиянии настолько ярком, что лишь волосок отделял его от абсолютной тьмы.
Любовь. Чувство, как и само слово, было всеобъемлющим. В нем были и
безграничное доверие, и непередаваемая нежность, и абсолютная преданность.
Все, что мог бы приписать этому слову человеческий разум. Но было и то, о
чем никакой разумно моги помыслить. Если Рохан был сейчас жив, если он жив -
ничего лучшего не смог бы пожелать. Но в жизни, ни в посмертии. А если умер,
то, Господи, за какие великие дела удостоен подобного невыразимого
блаженства?..
- Возьми его. Мякоть Жемчужницы! - произнес мужской голос на языке
Древних. - Унеси его, но не трогай: он предназначен не тебе!
- Почему,владыка? - полнымпредвкушения голосом произнесла Древняя. -
Почему? Я - жажду!
- Не тебе! - отрезал мужской голос. И это было больше, чем слова. -
Рожденная-В-Радость соединится с ним, когда похищенный огонь вернется в его
тело! - Вернется? ' - Он - мой!
- Он - твой брат! - пропела МякотьЖемчужницы. Любовь, разочарование и
понимание смешались в ее голосе.
- Тогда я возьму его? - умоляюще проговорила Древняя.
Правая рука ее поддерживала Рохана, не давая ему упасть. Левая же
квенулась щеки Тарарафе. - Возьму его! - повторила Мякоть Жемчужницы.
Невероятным усилием масаи сумел отклониться. Меньше, чем на дюйм. Мякоть
Жемчужницы рассмеялась - звук тысяч хрустальных колокольчиков, - и ладошка
ее легла на крепкую шею Тарарафе. - ОНА соединит нас! - пропела Древняя. -
НЕТ! - Голос мужчины накрыл хрустальный звон, как удар бронзового колокола.
- Нет! Твоя ночь еще не пришла! Повинуйся мне!
Власть была проявлен*. Мякоть Жемчужницы не могла противостоять. Но могла
- принять.
- Да, - произнесла она и тиконько вздохнула. - Ты - владыка!
Отпустив шею Тарарафе, Древняя покрепче обвила талию Рохана и
повлекла^юнеспа его к собственному ложу. Там, уложив человека на подстилку
из ароматной, чуть подсохшей травы. Древняя на некоторое время погрузилась
внутрь себя, прислушиваясь к зову своей Госпожи.* И, осознав этот зов, с
пониманием оглядела лежащего у ее ног. Тонкие пальчики прикоснулись к голове
человека. Эти пальчики, способные разорвать плоть с такой же легкостью, с
какой сильный мужчина рвет гнилую тряпку, сейчас были ласковей касания
беличьего хвоста. Или солнечного луча в час восхода. Мякоть Жемчужницы
ласкала тело Рохана неторопливо, старательно и с абсолютным вниманием. Так
кошка вылизывает котенка. Она не забыла, не пропустила ни самого крохотного
участка кожи, ни единой складки, ни одного укромного уголка. Она как бы
помечала Рохана этими прикосновениями, и капельки незримой силы, стекавшие с
ее пальцев, впитывались такими же незримыми порами смертного тела Рохана. То
был древний обряд, подсказанный Госпожой. Теперь, может быть, когда человек
очнется, у Мякоти Жемчужницы хватит смелости преступить запрет владыки. ОНА
хочетдругого.И ОНА сильней!
Древняя тихонько засмеялась, оглядев тело мужчины, лежащее у ее пушистых
колен. Все оно, от макушки до
пальцев нег, мерцало и переливалось огнем Мякоти Жемчужницы. Человек
очнется и соединится с Древней! Он будет первым, кто соединится с Мякотью
Жемчужницы. А она будет первой из рожденных от семени владыки, кто обретет
соединение. Мякоть Жемчужницы насладится человеком, примет его семя и отдаст
жизнь человека ОНЕ, Госпоже, как та желает. Пусть только он очнется...
Тарарафе ощутил прикосновение Зла. И страх дал ему силу на короткий миг
вернуть власть над собственными мышцами. Но силы этой хватило лишь на то,
чтобы немного откинуть голову назад. Слишком мало силы, чтобы бежать от Зла
с голосом женщины. И когда по велению мужского голоса Древняя оставила
масаи, тот не обманулся. "Мужчина", "женщина" - человеческие слова, не
более. Мужчины и женщины остались там, наверху, в мире жизни. Здесь же лишь
духи Зла окружали Тарарафе. А от Зла исходит только Зло.
Безумный страх, укрепивший силу масаи, пугал. Тот, с мужским голосом
погасил его. Вот потому-то он был fft" Тарарафе опасней женского духа!
Потому что - стьней. Счастьем будет, вам Тарарафе умрет! Но масаи не слишком
на эте надеялся.
- Мекающий Ветер! - произнес твт, кого Мякоть
Жемчужницы назвала владыкой. - Подсиди!
Он мог бы не говорить вслух, позвать Древнюю мысленно. Но каждое новое
слово было стежком, укрепляющим ткань его собственного мира. Избранная им
Древняя оставила менее удачливых и
приблизилась.
- Ласкающий Ветер! Хочешь ли ты вновь соединиться? - С тобой? Древняя
застыла, не смея прикоснуться к своему
повелителю. Но желание объяло ее. - Нет! Слово, как нежнее, но властное
прикосновение ото даинуло Древнюю назад. - Дитя Дыма! - Он? Ласкающий Ветер)
бь
Разочарование ее ра --- - существовали только в настоящем. И жили только
им. Потому чувства их были переменчивы, как языки пламени. - Он!
Голос повернул Древнюю, и ладони ее легли на запястья Дина Джибса. - Иди!
Ласкающий Ветер повиновалась приказу с куда большей охотой, чем Джибс -
ее собственному. Но мышцы американца, его тело, идеальный инструмент,
созданный десятилетиями тренировок, - все стало чужим. Ласкающий Ветер
одарила своего владыку потоком признательности. Она была счастлива!
Тарарафе слышал, как увели Рангно. И знал: теперь его очередь. Десятки
злых существ теснились вокруг, непроглядная тьма была пропитана запахом Зла.
Тарарафе помнил немало заклинаний против злых чар. Но любое заклинание
должно быть произнесено, подкреплено движением и соединено с миром
посредством предмета. Такова магия Черных. И Тарарафе ничего не мог
противопоставить Злу, когда горячая рука обняла его торс. Горячая сильная
рука с кожей гладкой, как обратная сторона лепестка мтолу. Прикосновение
болев страшное, чем касание холодной чешуи удава. Злой дух увлек масаи в
темноту логова, и через несколько мгновений Тарарафе был распростерт
навзничь. Тьма окончат
...Поділитися у соцмережах
