Жанр: Электронное издание
MOONRAIN
... связь
между оборванной защелкой-фиксатором и распахнутым люком, мышцы сами уже
инстинктивно втянули драккар в форсированный "брэйк" с разворотом.
Дрожь в руках передалась машине рывками тяги флаинг-моторов. Не
помнил, как вернулся в центральную зону Кратера и в каком режиме утюжил
ее, торопливо обшаривая локаторами темноту. Поймал лидаром далекое
вишнево-красное пятнышко АИСТа, все еще не достигшего дна проклятой
сверхпропасти, притормозил, оглядывая пространство. Чуть не плача:
- Мстислав!.. Где ты, Мстислав?!
За это время десантник не мог погрузиться в пропасть слишком уж
глубоко. Не успел даже, всего вероятнее, пересечь освещенное солнцем
надкратерное пространство и коснуться провальной тени...
- Мстислав, отзовись!!!
Секунды ожидания ответа наверняка были причиной первой его седины.
Далеко внизу удалось приметить искорку блеска. Рывка машины он не
почувствовал. Крохотная искра стремительно приобретала очертания
сверкающего на солнце скафандра.
- Мстислав, ты почему не отзываешься?!
В ответ - посторонние радиошорохи. Закованный в панцирь, десантник
безвольно падал в пропасть затылком вниз - руки и ноги недвижны. Оглушен
ударом?
- Командир!..
Нет ответа.
Выход один: маневрируя, постараться поймать командира отверстием
гермолюка. Как рыбу сачком.
Едва он успел накренить машину - широко распахнутые недра Оберона
внезапно поймали сачком темноты его самого. А черт!.. Пошарил глазами в
поисках синих и пурпурных огоньков. С таким же успехом мог бы шарить
глазами, нырнув в цистерну с мазутом. Фары выхватили из тьмы сверкающий
скафандр: "Витязь" был теперь почти над головой, в трех метрах от
блистера. Это кстати.
Осторожно действуя реверс-моторами, он задал "Казарангу" крен влево.
Мало было уравнять скорость машины со скоростью свободно падающего в
пространство десантника - надо было еще очень точно прицелиться.
Драгоценный улов вплыл наконец в гермолюк.
"Скафандр командира стал сильнее блестеть, - машинально отметил его
мозг. - С чего бы это?"
С помощью зеркала и ювелирно-точных движений рукоятками управления он
сориентировал и задним ходом продвинул кабину относительно десантника так,
чтобы бесчувственное тело командира переместилось из твиндека в носовую
часть и легло в футляр ложемента. Теперь осталось закрыть гермолюк,
выровнять катер, придать ему не слишком жесткое ускорение (хотя прямо-таки
подмывало унестись отсюда на форсаже). И как только приблизилась
исполосованная тенями, утыканная ледяными "костями" окраина пропасти,
сзади, где-то далеко внизу, мощно полыхнуло белое сияние. Он даже не
поинтересовался, что там высветил ЛИСТ. Передал управление автопилоту и
хотел было освободить свой скафандр от фиксаторов, но зеркало остановило
его: Бакулин пошевелился и самостоятельно зафиксировался в ложементе.
Он ничего не сказал командиру. Знал: если скажет хоть слово -
наступят реакция, и он не сможет четко выполнить посадочный маневр.
Машина, как на лыжах, соскользнула с покатого лба наледи,
остановилась. И только теперь он почувствовал дрожь в руках. Когда
представил себе, что не смог бы выловить командира над Кратером, его
бросило в пот. Второй лучевой залп из провала почти наверняка свел бы на
нет все усилия... Он взглянул на Бакулина в зеркало: странный блеск уже
совершенно сошел с голубоватой поверхности скафандра. Синие и пурпурные
огоньки как ни в чем не бывало спокойно перемигивались по контуру
"Витязя".
- Мстислав, ты как себя чувствуешь?
- Отлично.
- Неправда.
- А почему я должен чувствовать себя плохо?
- Но ведь несколько минут ты был без сознания!
- Несколько?.. Мне показалось - мгновение. Чуточку кружится голова...
- Слышно было, как Бакулин судорожно перевел дыхание, словно всхлипнул. -
А так... вполне сносно.
- Вполне сносно?.. Кружится голова - это первый признак сотрясения
мозга.
- Не кричи об этом на весь эфир. Они уже наводят радиомост, могут
услышать.
- Ну и что?
- Услышат - прикажут нам возвращаться.
- А по своей воле ты не думаешь возвращаться?
- Нет, - отрезал Бакулин.
- И можно узнать почему?
- Потому что Элдер пожалеет времени на подготовку "Казаранга" я
основному десанту я, чего доброго, сочтет возможным обойтись в такой
обстановке одним "Циклоном". Резервный "Циклон" Юс оставит на рейдере,
можно не сомневаться... Короче, пока я имею право приказывать здесь,
"Казаранг" отсюда наверх не уйдет.
- Совершенно Элдеру не доверяешь...
- Да. Элдер слишком доверяет Оберону.
- А как бы ты... на его месте?
- Я? "Казаранга" и двоих десантников - на Ледовую Плешь. Вполне
достаточно, чтобы взорвать фугас и получить сейсмограмму этого региона.
- Остальных в Кратер?
- Нет. Для разведки Кратера - двоих на "Циклоне". Остальных на втором
"Циклоне" для подстраховки разведчиков. Лучевой залп такой мощности
"Циклонам" не страшен.
- Не страшен... Видеозапись была включена?
- Она и сейчас включена. А что?
Он не ответил. Пусть на борту "Лунной радуги" Мстислав собственными
глазами увидит, что и как было.
- Залп сопровождался чем-нибудь необычным? - требовательно спросил
командир.
- А сам залп считаешь делом обычным?
В шлемофоне возник слабый звук, очень похожий на приглушенный стон, и
в зеркале было видно, как у Мстислава руки дернулись кверху. "Командир,
видать, сильно ударился головой", - с тревогой подумал он.
Квалифицированная помощь отодвигалась на неопределенное время -
уговаривать Бакулина было делом бесполезным.
- Мы где находимся? - спросил командир.
- Там, где нам указано. В южной зоне района А. - Он поднялся из
ложемента.
- Меф, ты куда?
- Надо выйти осмотреть машину...
- Разрешения на выход я тебе не давал.
- Ну так, значит, дашь.
- Нет, не дам. Изволь занять свое рабочее место и не покидай его до
окончания десанта.
- Но немного размяться мне можно?!
- Можно. Включи электрогимнастику, массаж.
С досады он чуть не плюнул в маску гермошлема. Однако сел и сделал
то, что советовал командир. По телу снизу вверг пошли волны электроуколов
и непроизвольных мышечных сокращений.
- Если нужно, - добавлял Бакулин, - я сам осмотрю драккар.
- Не нужно, - проговорил он. - Это я так...
Он не стал объяснять, что желание осмотреть машину снаружи возникло
после того, как его удивило странное усиление блеска поверхности "Витязя".
Подумал о командире с неудовольствием: "Голову ушиб, еле языком ворочает,
а норовит все сам... Блюститель инструкций": Предложил:
- Ты пока подремал бы, что ли. Не беспокойся, я никуда не уйду - буду
здесь тебя караулить.
- Я не беспокоюсь, карауль себя.
Мстислав надолго умолк. Может, действительно задремал.
Система электрогимнастики и пневмоэлектромассажа в этом волшебном
"Шизеку" работала замечательно. Он шарил глазами в звездно-черном
пространстве над головой и чувствовал, как разогретые мышцы словно бы
обкатывались металлическими шарами. Сперва он заметил плывущую среди звезд
искорку радиозонда "Эхо-РЛ". Следом прошла светлая черточка "Лунной
радуги". Он выключил массаж и проводил ее взглядом до самого горизонта.
Затем проследил заход искорки второго "Эхо-РЛ". Радиомост навели по всем
правилам, но в шлемофоне стояла какая-то совершенно зловещая тишина. Никто
не вызывал их на связь. Чтобы не потревожить предполагаемый сон командира,
он тоже решил не брать на себя радиоинициативу.
Солнце далеким, но мощным прожектором светило в левый борт
"Казаранга". Впереди светлел ровный язык наледи, иссеченный, словно
траншеями, полосами длинных густо-темных теней. Наледь, перевалив "мостом"
через крупную трещину, сбегала с дуговидной террасы застывшим потоком я
терялась под завалами грязно-желтых и йодистых глыб; а дальше (и уже до
самого горизонта) диковинные отдельности рельефа Ледовой Плеши сливались
для глаза в мелкий узор на равнине цвета старого серебра, и никак не
верилось, что где-то рядом на правом траверзе - всего только в трех
километрах отсюда - распахнута колоссальная непроницаемо-черная пропасть.
Он смотрел в звездно-черное небо над горизонтом, и опять откуда-то
подкрадывался страх и сердце сжималось от невыразимо тоскливого ощущения
глухого безлюдья. Одиночество на краю мира... Дремлющий или ушедший в
себя, в свою боль командир почти не в счет. Это было очень странно: он
видел неподвижный скафандр командира в зеркале и не ощущал присутствия
человека. Словно скафандр был пуст. Должно быть, поэтому десантники редко
работают парами. Чаще - втроем. А еще чаще - группой. Интересно, почему
задерживается эта группа? Когда нет связи, начинает брать сомнение, что
группа объявится здесь вообще.
А может быть, командир опять без сознания?
А вдруг Мстислав умирает?
А вдруг уже...
А вдруг, а вдруг, а вдруг, а вдруг... Стоп! Селенген Меф Аганн,
прекрати панику. Какое дело тебе, селенгену, до этого землянина? Бакулин
рожден в другом мире, развивался и рос на дне голубой, как мечта, тяжелой,
но мягкой, как одеяло, густой и душистой, как мед, атмосферы. Ему,
землянину, пели птицы и ветры, для него зеленели просторы величиной с
континент, а ты, селенген, заплакал от страха, когда тебя за руку в первый
раз подвели к шумным птичьим вольерам в украшенных широколистной
растительностью и расширенных зеркалами госпитальных фойе. А потом, уже на
Земле, при виде каждой летящей по воздуху пернатой твари ты целый год еще
вздрагивал и рефлекторно втягивал голову к плечи, потому что летящая птица
казалась тебе, селенгену, брошенных в твою сторону камнем. И до сих пор
возникает смутное беспокойство, когда над тобой проносится стриж. Так
какое дело тебе, селенгену, до этого землянина?.. Ладно, не надо юлить
перед самим собой и храбриться. Вдобавок и Оберон не твой мир, не твоя
луна. Здесь с Бакулиным ты на равных. А кое в чем и в хвосте. Признайся,
завидуешь ведь мужскому упрямству светлоглазого землянина, его умению,
точнее, потребности быть неодолимо упрямым не столько ради себя, сколько
ради своей тяжеловесной планеты. Куда с ним тягаться тебе, легковесному
представителю небольшого, в чем-то ущербного племени селенгенов... Ты по
возрасту, кажется, старше всех на борту "Лунной радуги", но в общении с
каждым из них ощущаешь себя кем-то вроде юркого племянника-недомерка перед
солидным дядюшкой-тяжеловесом. В лучшем случае - младшим братом перед
старшим. Причин этому много, но основная в том, что селенгены острее,
заинтересованнее, тоньше, пристрастнее анализируют свою кровную связь с
материнским телом земного сообщества, и... пока не находят себе там
достойного места. И что характерно, никто еще не удосужился помочь им
найти его. Никто не пошел дальше слов: "Вы, селенгены, - дети космического
человечества, первая космостадия в биографии могущественного гомо
галактикуса". Понимай так: "Вы, селенгены, - птенцы галактических
лебедей". Что это, бездумное шутовство или насмешка? Или успокоительная
ложь для гадких утят, сознающих, что выше заурядных крякв им не подняться?
Ведь каждому ясно: сам факт рождения не на Земле еще не повод для
космических амбиций. Но, с другой стороны, все, что сопутствует этому
факту, привносит острое (если не сказать - болезненное) своеобразие в
психическую организацию селенгена. Давайте посмотрим правде прямо в глаза:
в Солнечной Системе вообще и на Земле в частности возникла и количественно
вызревает новая психораса. Отбросив высокопарную словесную трескотню,
признаем: новая психораса плохо вписывается в витрину достижений мирового
прогресса. Пока неизвестно, какими будут селенгены в следующую космостадию
своего существования, но сегодня очень ясно чувствуется: в сравнении с
исконным землянином рожденный не на Земле - это если и не шаг назад на
пути к "галактическому лебедизму", то уж наверняка шаг в сторону...
- Вижу вас, вижу, - неожиданно прозвучал в шлемофоне голос Бакулина.
- Почему не связались с нами перед посадкой?
Голос командира подействовал успокоительно. Прямо гора с плеч..
Сквозь верхнелобовую часть блистера он тоже увидел брызнувшие трехлучевой
звездой фиолетовые струи плазмы - след тормозного импульса "Циклона".
- Непонятно, - пробормотал он, наблюдая, как от звезд отделился и
пошел на снижение мерцающий рубинами треугольник. - С чего это они решили
сесть втихомолку?.. Связь, "Циклон", связь, отвечайте!
В эфире ни звука. Тихо, как ночью в пустыне. Он обежал глазами
индикацию контроля, взглянул в зеркало на командира.
- Не суетись, - проговорил Бакулин.
Высверкивая разноцветьем ходовых и посадочных светосигналов,
пирамидообразный драккар пересек на спуске линию горизонта и теперь,
контрастно обозначившись на фоне облитых солнцем равнин ледорадо, казался
выпавшим из черного неба алмазно вспыхивающим черным кристаллом.
Поблизости от "Казаранга" эта странная на вид флаинг-машина треножником
вонзила в лед наклонные струи фиолетового огня и села между тремя
вогнутыми, как лепестки лотоса, языками пара... Собственно, через две-три
секунды это уже и не пар - ледяная пудра, снежная пыль. Мертвый в начале
посадки радиоэфир вдруг ожил: в шлемофоне возникло шуршание (словно бы
где-то рядом потекли с обрыва струйки сухого крупного песка), затем -
потрескивание. Сквозь шорох и треск внезапно прервался голос Элдера:
- ...Если слышите - помигайте фарами.
- Слышим вас, слышим! - сказал Бакулин. - Меф, помигай им фарами.
Он хотел помигать, но Элдер облегченно выругался и дал отбой:
- Не надо, теперь и мы слышим вас. Что за черт, почему не было связи?
- Потому, что мы имеем дело с Обероном, Юс, - тоном усталого человека
ответил Бакулин, сбрасывая фиксаторы. - Меф, спасибо за службу. Открой мне
люк.
Он открыл. Одновременно ив гермолюков "Циклона" стали выпрыгивать и
замедленно опускаться на лед фигурки десантников к разноцветных
скафандрах. Он с тревогой взглянул в отраженную зеркалом спину Бакулина:
- Не торопился бы ты, командир...
- Элдер твой командир, - возразил Мстислав, покидая борт "Казаранга".
- Меф, должно быть, не против, - как-то очень рассеянно процедил
Элдер. Чувствовалось, что странное происшествие с радиосвязью отнюдь не
добавило ему настроения. Элдера можно было узнать по золотистому "Витязю"
с оранжевыми катафотами.
- Меф не против, - подал голос Джанелла. - Меф знает, что тут все
равно ничего уже не поделать. - В бело-зеленом "Шизеку" Джанелла напоминал
лягушонка.
- Поберег бы ты свое здоровье, Рамон, - дал совет желтоскафандровый
Йонге. - Твоих шуток могут здесь не понять.
3. ТИГРОВАЯ ЯМА
Десантники отошли от драккара и, как это было в их обычае,
выстроились цепью, выгнутой полукругом. Точно рыцари, которым надо
оберегать шатер сюзерена. Бакулин примкнул к левому флангу: На правом
возвышалась очень заметная в лиловой "Селене" богатырская фигура Асеева.
Элдер повел рукой влево от ледяного "моста":
- Первое звено - Кизимов, Йонге, Джанелла, - прощупайте лидарами
глубину расселины. Ваш участок - в пределах километра.
Трое десантников молча вскинули руки к лицевых стеклам своих
гермошлемов - задание, дескать, принято к исполнению - и, придерживая на
бедрах белые кобуры с похожими на многозарядные паллеры портативными
лидарами, ушли, вернее ускакали, вдоль трещины почти синхронными
"кенгуру".
- Второе звено - Винезе, Симич, Лорэ. - Элдер указал в другую
сторону. - Аналогичное задание, но ваш участок короче. За пределы террасы
не уходите.
Полукруглый строй совершенно распался.
- Звено взрывников - Михайлов, Нортон, Бакулин, - готовьте фугас.
Звено взрывников поспешило к "Циклону".
- Пилоты остаются в драккарах и наблюдают за изменениями ситуации в
рабочей зоне разведки. Об изменениях докладывать немедленно. - Элдер
выдержал паузу и со вздохом добавил: - А нам с тобой, Коля, - грибная
охота.
Да, десантники страшно не любят собирать я капсулировать образцы.
Называют это "грибной охотой".
Краски были насыщенные, резкие. Лед блестел, люминесцирующие
скафандры пылали язычками разноцветного пламени, белизна инея казалась
светящейся, тени - как мазки тушью. По инструкции сектор его наблюдения
охватывал всю местность вправо от осевой линии "Казаранга". Осевая линия
упиралась в "Циклон" с Накаямой в пилот-ложементе и звеном взрывников
где-то в чреве грузового твиндека. Справа прыгало над трещиной второе
звено разведчиков ее глубин - звено Симича - и, покачиваясь, шагал в
сопровождении тонконогого кибер-контейнера Элдер, а в открытом сверху
контейнере поблескивали головки капсул. Сзади ничего не было. Сзади была
наполовину скрытая тенью куполообразная наледь, и он туда не смотрел. Он
провожал взглядом Элдера, и у него было гадкое ощущение, что все у них
идет не так, как надо. Он отказывался понимать Бакулина, его молчание.
С борта "Циклона" Элдера окликнул Накаяма.
- Командир! Самоотвод Бакулина из состава звена взрывников.
- В чем дело?
- Не знаю. Михайлов я Нортон перенесли Бакулина в ложемент. На
вопросы Мстислав ответил: "Дьявольски кружится голова. И что-то с глазами.
Передайте Элдеру мой самоотвод".
Он увидел, как, прекратив работу, застыли командир, Асеев и оба звена
десантников. Асеев встревоженно:
- Меф, а твое самочувствие?..
- Я абсолютно в норме. Однако могу... - Он хотел сказать: "...Могу
объяснить, что случилось с Бакулиным", но Элдер вдруг рявкнул:
- Всех прошу помолчать! Аб, дай мне Бакулина.
Пауза. Голос Михайлова:
- Командир, не надо тревожить Мстислава. Не стоит ему разговаривать.
У него, по-видимому, сотрясение мозга.
- Черт знает что!.. - пробормотал Юс.
Длинная пауза. Десантники, облитые светом низкого солнца, стояли
совершенно неподвижно.
- Кто из нас имеет профессиональную медподготовку? - риторически
спросил Асеев.
Винезе поскакал к "Циклону".
- Десант продолжается, - добавил Асеев. - Я возглавляю первое звено,
Элдер - второе. Тимур, помоги взрывникам.
Теперь поскакал к "Циклону" Кизимов. Начальник рейда и командир
группы возглавили осиротевшие звенья. Асеев спросил:
- Меф, как это случилось с Бакулиным?
Он рассказал.
- Ты уверен, что это был именно луч? - спросил командор.
- Да, лучевой удар в днище. Залп.
- Хочешь сказать - похоже на осмысленную атаку?
- Вряд ли. Ведь ничто не мешало ее завершить, однако нас больше не
тронули.
- Иными словами, времени для повторной атаки было достаточно?
"Более чем достаточно", - подумал он. И снова не повернулся язык
предать гласности драматический эпизод вылавливания Бакулина над
пропастью. Да и никому это сейчас не нужно.
- У меня гипотеза! - сказал Джанелла. - Это был залп ледазера. Слова
"лед" и "лазер" в синтезе. Обозначают редкое явление природы. Суть в том,
что внутренние напряжения планетоида сотни, а может быть, и тысячи лет
производили энергетическую "накачку" какой-нибудь глыбы сверхчистого льда
на дне Кратера...
- А когда глыбе надоело "накачиваться", - вставил Асеев, - на пути
"ледазерного" луча случайно оказалось днище драккара.
- Ладно, - легко согласился Джанелла, - явление это не редкое.
Сокращаю срок до нескольких месяцев. Или дней.
- Или минут, - не преминул добавить Накаяма. - Но все равно ты гений.
- Он прав в одном, - возразил Йонге, - на этом чертовом планетоиде не
все чисто...
Ситуация там, где над трещиной ползало с лидарами звено под
руководством Элдера, не менялась. Зато у открытого люка "Циклона"
показались фигуры десантников, которым сегодня выпало быть взрывниками.
(Звено выволакивало на лед какие-то круглые коробки - части фугаса, над"
полагать.) Он был обеспокоен, несколько даже шокирован молчанием Элдера.
- Юс! - окликнул командира Асеев. - Кажется, мы нашли то, что надо:
лидар показал глубину в шесть тысяч метров.
Было слышно, как кто-то присвистнул.
- Не может быть, - усомнился Лорэ.
- Мы нашли вход в Преисподнюю! - торжествовал Джанелла. - Мой лидар
показал шесть тысяч одиннадцать. Провалиться мне сквозь планетоид, если
фугас не уйдет здесь вниз по трещине километров на пять.
- Свистать всех сюда? - спросил Йонге.
- Отставить, - вдруг сказал Элдер. - Я помогу взрывникам, а первое и
второе звенья - на сбор и капсулирование образцов. Но более чем на полтора
километра по радиусу не удаляться.
Пока Михайлов, Нортон, Кизимов и Элдер монтировали и опускали
взрывное устройство на пятикилометровую глубину, "грибники" молча делали
свое дело. Никто из них не обнаруживал склонности "удаляться по радиусу"
даже на полтора километра. По-видимому, всем было здесь неуютно. Только
Джанелла в обществе верного, как собака, киберконтейнера продолжал
двигаться куда-то вдоль уступа террасы. Поскольку десантник был в секторе
его наблюдения, он не спускал с него глаз: боялся потерять из виду, если
тот вдруг надумает спрыгнуть с уступа; но когда Джанелла тихо пробормотал:
"О, кажется, алмазный лед!.. - а затем сдержанно посмеялся чему-то и еще
тише добавил: - Дальше, песик, мы с тобой не пойдем..." - он успокоился и
перевел взгляд на компанию взрывников.
- Аб, - спросил Элдер, - Клим меня слышит?
- Борт рейдера на приеме, - подтвердил дежурный координатор Клим
Рукосуев. - Вопросов, как видишь, не задаю, но одиссею твоих парней
наблюдаю на семи экранах.
Элдер, принимая из рук Нортона люминесцентно-алый, как живое пламя,
цилиндрик (радиоинициатор для взрыва фугаса в нужный срок), спросил:
- Что скажешь о разбросанных по Ледовой Плеши сейсмодатчиках?
- Ничего дурного не скажу. Нормально транслируют на борт контрольный
сигнал.
- Когда пойдут сигналы рабочие - дашь сюда оценку качества.
- Охотно. А когда они пойдут?
- Через тысячу секунд, - Элдер что-то сделал с алым цилиндриком и
швырнул вниз. Словно стряхнул с руки в темноту расселины язычок пламени.
Для порядка скомандовал: - Всем покинуть зону огня!
Громогласно произнесенная на весь Оберон команда касалась лишь самого
командира и трех стоящих рядом десантников.
- Я, пожалуй, попрыгал к драккару, - сказал Михайлов, десантным ножом
счищая с оранжевого рукава налипшую ледяную крошку. - Грузовые фиксаторы
надо отжать - торчат там рогами. Заодно подберу упаковку. Только сели - а
мусора уже вокруг "Циклона"...
- Да, нехорошо, - согласился Юс, тем же методом очищая колени и верх
башмаков. - Представляете, сел бы здесь "Леопард"?
Десантники промолчали.
- Не напрягайте умы свои, ибо вижу знамение и прорицаю! - издали
вмешался Джанелла. - Будет здесь то же самое, что на несчастной Европе.
Четыре раза я десантировался на Европу и, увы, за монбланами мусора ни
разу не видел ее естественного горизонта. Я там боялся ходить.
- Джанелла, как всегда, сгущает краски, - сказал Кизимов. - Но в
принципе верно. Я бывал на этом планетоиде...
- Все, кто бывал на Европе, - сказал Нортон, - говорят о ней
одинаково: крупнейшая мусорная свалка Внеземелья.
- А кто виноват? - спросил Михайлов, спрятал нож и прыгнул в
направлении "Циклона".
- Я там боялся ходить, - повторил Джанелла. - Особенно после того,
как узнал, что основное количество фугасов в европейские трещины заложили
Михайлов и Нортон.
- Пусть швырнет в нас камнем тот, кто не имел отношения к мусору на
Европе, - сказал Михайлов. И повернулся, словно окидывая взглядом
присутствующих. - Нет таких? Искренне жаль.
- Он прав, - сказал командир. - Нелепо заниматься поисками виновных,
когда вот они, друг перед другом. И сами перед собой. - Элдер закончил
чистку, жестом указал Нортону и Кизимову на "Казаранга": - Винезе, я и вы
- комиссия по освидетельствованию последствий залпа из Кратера. Давайте
осмотрим драккар Аганна.
Они остановились перед носом машины. Командир, отливающий золотистой
броней скафандра, Тимур в бело-синем "Шизеку" и Дэвид Нортон в
голубовато-серебристом, как у Бакулина, "Витязе".
- Меф, куда вам влепило?
Он объяснил.
Включив наплечные фары, Юс скрылся под днищем.
- Никаких следов залпа я не вижу. Дэв, Тим?
- Ни ожогов, ни вмятин, - сказал Кизимов.
- Чисто, - подтвердил Нортон. Полюбопытствовал: - Меф, а насколько
резким был удар?
- Будто с размаху коленями в подбородок, - ответил он и в этот момент
ощутил, как дрогнула и покачнулась на амортизаторах ступоходов машина.
На том участке, где был снаряжен я заложен фугас, из расселины
выметнулось в звездное небо сильно искрящееся со стороны солнца громадное
облако, очень похожее на пучок серебристо-белых, серых, черных и золотых
перьев. Просторы западного сектора накрыла тень.
- И машина будет в тени, - заметил Юс. - Аб, включи свет.
С верхушки "Циклона" ударил прожекторный луч, и в луче появился Марко
Винезе. Его "Селена" пылала фиолетово-синим огнем.
- Командир, после телеметрической диагностики медиколог считает, что
нам не следует слишком затягивать отправку Мстислава на борт рейдера.
- Силой отправить? - осведомился Юс.
- Почему силой?..
- Потому что плохо ты его знаешь. Мстислав намеренно перешел с борта
"Казаранга" на борт "Циклона". Верно, Меф?
- Не знаю, - ответил он, - возможно... - Он пытался понять, что у
него происходит со зрением: лучи прожекторов и фар казались ему странными
- в лучах неприятно пульсировали зеленоватые блики. "Может быть, я
отравился?.." - мелькнула мысли. Его мутило, во рту ощуща
...Поділитися у соцмережах
