Жанр: Электронное издание
Mcmull01
.... Но теперь первоочередной проблемой стала
женщина, заявившая, что она - императрица.
Капитан Мэндэлок и адмирал Фортерон остановились перед носовой катапультой
"Кыгара" и оглянулись в сторону кормы, на которой стояли женщина средних лет и
глубоко расстроенный юноша: эта пара смотрела на башни, виллы и купола Диомеды.
- Как вы думаете, может, это действительно она? - осторожно спросил Мэндэлок.
- Я дважды встречался с императрицей, - ответил Фортерон, но ничего к этому не
добавил.
- Как только закончился бой, она поднялась на палубу и заявила, что желает видеть
меня. Передала мне эмблему императрицы и приказала поднять ее на мачте вместо моего
флага. А затем объявила, что победа одержана от ее имени, то есть от имени
императрицы. Вокруг еще летали стрелы, так что я отдал распоряжение двум пехотинцам
проводить ее назад в королевскую каюту и запереть там. Она визжала и пиналась,
угрожала сварить нас всех заживо в кипящем масле, а затем сумела поджечь одежду на
одном из пехотинцев. Потребовались усилия трех мастеров эфира, чтобы остановить ее и
заставить замолчать. Через несколько часов ее освободили из эфирных пут, но, судя по
поведению, трудно представить, что она сделает, если признать ее императрицей. Я
крайне озабочен.
- И справедливо. Если она говорит правду, это означает для нас весьма серьезные
последствия.
- О да. Знатные особы вроде меня могут рассчитывать на адское пламя, так что
варка в кипящем масле - просто унижение...
- Да-да, не беспокойтесь, никто не станет настаивать на плохом сорте масла,
капитан. Возможно, вас даже не станут варить заживо. В конце концов, вы просто
исполняете свой долг.
- Ну да, но принимать решение о подлинности персоны императрицы - это
выходит за пределы моих полномочий. Именно поэтому я послал за вами.
Фортерон неотрывно смотрел на пару, стоявшую на корме. Среди многих талантов
адмирала было и умение рассматривать любой вопрос всесторонне, и этот дар не раз
выручал Фортерона. Теперь он пытался продумать возможные последствия и варианты
решения проблемы, так опытный снайпер выбирает цель и направляет стрелу.
- Когда ты в первый раз встретил кронпринца? - обратился он к капитану.
- Когда он поднялся на борт.
- Нет, я имею в виду: еще до этого путешествия.
- Никогда. Я очень гордился тем, что "Кыгар" был избран в качестве резиденции
принца.
- И ты никогда не видел императрицу?
- Только на монетах.
Фортерон начинал собирать воедино разрозненные кусочки головоломки. Сам он
дважды встречался с императрицей, и во время одной из тех встреч наблюдал ее резкую
ссору с сыном. Кронпринц Дэррик никогда не отличался чрезмерным послушанием и
покорностью. Всем было хорошо известно, что принц наследовал честолюбие и силу духа
от обоих родителей. На взгляд Фортерона, пассажиры "Кыгара" действительно казались
похожими на императрицу и принца. Но не могло ли случиться, что настоящий принц
остался в Торее? Но тогда он давно превратился в пепел вместе с сожженным
континентом.
- Проследи, чтобы они оба содержались под надежной стражей, - принял решение
адмирал. - С этого момента они находятся в сфере моей ответственности.
Первые дни шока, вызванного известием о гибели Тореи, сменились для властей
Гелиона временем лихорадочной реорганизации, планирования, маневрирования. Дом
губернатора в порте Дорожном был объявлен королевским дворцом Банзало, а крепость
по соседству, выстроенная из темного камня, стала цитаделью. Однако амбиции
губернатора простирались значительно дальше положения властителя маленького
островка посреди бескрайнего океана. Для него катастрофа, разрушившая родную землю,
была не более чем божественный акт очищения, устранивший как войска Варсоврана, так
и те державы, которые имели мужество и решимость сопротивляться постепенно
развивающемуся вторжению императора. Единственные настоящие видарианцы - те, кто
сбежал от врага, а теперь готов вернуться из ссылки. Возвращение на родину для них -
главная награда, но помимо того - их долг.
Баберан Банзало направил пять глубоководных судов для изучения побережья Тореи
и поиска подходящих мест для высадки и будущего поселения, а также для поиска золота.
План его был простым и ясным: Видария освобождена от власти Варсоврана огнем,
ниспосланным богами, и теперь выжившие обитатели Тореи имеют право вернуться и
провозгласить себя хозяевами земли. Даже полное уничтожение жизни, стертой с лица
континента, не может надолго оставить Торею мертвой.
- Ты отдал этот приказ? - спросил Феран у Ларона, когда оба они наблюдали за
суетой корабельных плотников и других портовых рабочих вокруг поставленной в сухой
док "Лунной тени".
- Да.
- А где ты взял деньги?
- Я умею ладить с женщинами.
Изо всех возможных ответов Ларона именно этот звучал наименее убедительно.
- "Лунная тень" - очень маленькое судно, а Торея далеко за горизонтом.
- Мы прибыли сюда из Тореи, и на этот раз мы сможем правильно заготовить
припасы на дорогу.
- Ну да, конечно, это все меняет! Мы будем заниматься чем-то определенным или
просто станем бродить туда-сюда и пинать куски оплавленной породы среди руин,
повторяя: "А ведь жаркое выдалось лето"?
Ларон огляделся и шагнул ближе к Ферану:
- Мы будем искать Серебряную смерть.
- Серебряную смерть? Серебряная смерть уничтожена, как и все остальное на
Торее. Все так считают. Регент Банзало сделал официальное заявление на эту тему; он
сказал, что она была уничтожена, как это случается с огненной стрелой, поджигающей
дом.
- Ложь, пустые догадки, стремление выдать желаемое за действительное.
Серебряная смерть - не какая-то там огненная стрела. А если оружие, уничтожившее
Торею, все еще там, его может кто-нибудь подобрать.
- А как его можно хранить?
- Я знаю надежные способы хранения, - коротко отозвался Ларон, подбросив в
воздух золотой циркар и поймав его на лету.
- А документы?
- У нас есть разрешение выйти на Диомеду, как только будет снято общее
ограничение для всех судов. А это произойдет скоро, во всяком случае так мне сказали.
- Итак, Банзало не знает, что наш пункт назначения - Торея?
- Банзало жаждет власти. Имея в своих руках Серебряную смерть, он смог бы
держать в заложниках весь мир, постоянно требуя за это вознаграждение. Мы должны
войти устье реки Диоран, а потом дойти до Ларментеля.
- Но один из кораблей Банзало уже направлен в район порта Жирональ, а это и есть
устье Диорана.
- Ему дано задание сторожить подступы к реке и собирать расплавленное золото в
руинах Жироналя. "Лунная тень" может проскользнуть мимо глубоководного судна, разве
нет? У нас отличные шансы отыскать Серебряную смерть, если мы выйдем через
несколько дней. Согласно древним рукописям, она должна была обрести неподвижную
форму и рухнуть с небес после запуска самого большого, последнего огненного круга.
- Если - я говорю: если - оружие упало с неба сразу поле истощения последнего
огненного круга, оно рухнуло в озеро расплавленного стекла и скальных пород,
опустившись на самое его дно. К настоящему моменту оно может быть наглухо закрыто
сотнями футов застывшего стекла и камня. И кто же будет доставать ее из-под этого слоя?
- Варсовран привлек к работе шестьдесят тысяч человек, они копали породу около
трех лет, чтобы найти Серебряную смерть. Кроме того, она могла опускаться довольно
медленно и коснуться земли, когда расплавленные породы уже затвердели.
- Но теперь мы знаем, что Серебряная смерть может быть использована лишь для
уничтожения континента. Кому захочется использовать ее снова?
- В известном нам мире на карту нанесено еще четыре обитаемых континента. Что
остановит нашедшего от желания продемонстрировать действие Серебряной смерти на
каком-нибудь скалистом участке суши, непосредственно возле берега, например, на
континенте Лемтас или Акрема? Море погасит первый же огненный круг, но воздействие
пламени все равно окажется мощным. Если вы правитель одного из королевств Акремы и
видите подобную энергию, выпущенную на волю, разве вы не поспешите признать над
собой власть обладателя этой силы?
Несколько мгновений Ларон писал что-то на грифельной доске, затем объявил
результаты своих подсчетов:
- Если размер острова составляет несколько сотен ярдов в ширину, а сам остров
расположен достаточно далеко от континента и других островов... вероятно, огонь вообще
не сможет распространяться вширь и возобновлять свою энергию. Мои расчеты и
знакомство с картами показывают, что огонь, обрушившийся на территорию, полностью
окруженную водой, не может возобновлять циклическое действие.
- Но это не дает ни малейшего представления о том, где мы найдем лошадей для
путешествия по суше и как станем копать застывшее стекло.
- Лошади нам не понадобятся, - сказал Ларон, разворачивая карту Тореи. -
Ларментель расположен на краю Западных Равнин. Река Бакс, судоходный приток
Диорана, проходит всего в пятнадцати милях к югу от Ларментеля. "Лунная тень" может
пройти, по меньшей мере, половину расстояния по течению и при попутном ветре, затем
мы сядем в спасательную шлюпку, чтобы пройти участок в верхнем течении реки.
- Спасательная шлюпка возьмет на борт не более дюжины пассажиров без риска
пойти ко дну. А для того чтобы откопать Серебряную смерть, нам понадобятся сотни
работников.
- Я никогда не говорил, что нам придется копать. Она может оказаться на
поверхности. Если нет, нам понадобится лишь волшебник достаточного уровня
мастерства, обладающий способностями определить, где именно в глубине породы
осталась Серебряная смерть. Конечно же, я это предусмотрел.
- И что тогда?
- Тогда возвращение Серебряной смерти станет задачей других людей.
Феран воздел руки к сумеречным небесам, а потом резко опустил, так что они
повисли вдоль тела:
- Ну, тогда все в порядке. Ты был первым, кто ступил на берег континента после
того, как огненные круги покончили с ним. Каменные глыбы были так раскалены, что
швартовые канаты сгорели от соприкосновения с берегом, и мы дрейфовали на веслах в
ожидании твоего возвращения. Я своими глазами видел, как дымились толстенные
деревянные подошвы твоих башмаков. Торея превратилась в адскую печь.
- Возможно, и так, но то, что мы там не нашли, заставляет меня холодеть от ужаса.
Феран отправился проверить, как идут работы на "Лунной тени". Ларон некоторое
время оставался на прежнем месте, со стороны наблюдая за суетой вокруг шхуны, а потом
пошел в сторону порта. Терикель встретила его на рыночной площади, когда он закупал
провизию.
- Итак, ремонтные работы уже начались? - поинтересовалась она.
- Да.
- И Феран счастлив?
- Нет.
- Ну, это неудивительно. Ты уверен, что вы сможете пережить это плавание? На
борту "Лунной тени" не будет никого способного поддержать твои силы.
- Я могу питаться птицами и рыбами.
- Но ты сам говорил, что вкус человека гораздо лучше.
- В отличие от Ферана я владею искусством воздержания.
Ящики с архивными документами были сложены в пещере, неподалеку от
святилища. Помещение освещалось масляными лампами, единственной мебелью служили
скамьи и стол. Друскарл вызвался помочь, испытывая неловкость за то, что напугал
Веландер, даже Ларон предложил свои услуги по проверке прочности и сохранности
ящиков.
Вампир поднял один из ящиков и вынес его из пещеры на обозрение священниц и
дьяконисс. Чтобы защитить остальные ящики от повреждения, если случится взрыв, он
предпочитал поставить опасный предмет на открытое пространство. Теперь он занялся
осмотром. Естественно, магическое заклинание ящика представляло собой решетку из
толстых железных прутьев, какими закрывают окна темниц. Примитивно, но более чем
надежно. Примерно через час все зрители устали от монотонности действий Ларона и
постепенно разошлись по своим делам.
Он взглянул в ночное небо, на сияющие звезды, на зеленоватое туманное облако
вокруг Мираль. "Великолепно, - подумал он. - Интересно, Девять сумеет оценить
красоту такого пейзажа?" Он вытащил из своего дорожного мешка набор трубок, линз,
сфер, кристаллов и других инструментов для работы с эфиром. Почти благоговейно он
извлек сферу-оракул и водрузил ее на чашу, которую в свою очередь установил на ящике.
Затем он произнес заклятье и положил круглый зеленый камень-глаз на край чаши.
На этот раз призрак девочки, названный им Девять, появился немедленно.
Ларон был поражен. Иногда такие трюки срабатывали, иногда нет. Дух-элементал
смотрел сквозь окошко своей тюрьмы в ночное, звездное небо, на которое Ларон и
настроил обзорную трубу. Мираль почти достигла зенита, а две другие луны интенсивно
светились у горизонта. Все звезды, кроме самых ярких, были затоплены светом Мираль.
Когда Девять заговорила, ее диомеданский оказался более уверенным, чем прежде. А
Ларон успел подучить привычный для нее скалтикарский язык.
- Голубая луна - это Бельвиа, а оранжевая - Далш, - объяснял он, немного
перемещая трубу, чтобы показать соответствующие участки небосклона, - Еще одна
луна, Лупан, сейчас находится за горизонтом, она белая.
- Что это за мир?
- Обычно его называют Верраль. Это диомеданское слово, оно означает "родная
земля".
- Странно, но очень красиво, - проговорила Девять. - Как выглядят звезды после
захода Мираль?
- Я никогда не бывал в сознании, когда это происходило.
- О да.
"Весьма оскорбительно", - подумал Ларон.
- Когда ты восстановишь свою сущность, то сможешь свободно бродить под
небесами, когда Мираль уже зайдет, - так вольны поступать все в этом мире. Полагаю,
это случится уже скоро.
- Что ты имеешь в виду?
- Я пытаюсь разыскать другую раму для оракула.
- И что будет, когда ты ее найдешь?
- Я вытащу твою сфреру-оракул из когтей, которые ее удерживают. Если дева,
находящаяся под воздействием снотворного зелья, возьмет в руки раму, ты сможешь
выйти наружу, говорить, ходить, видеть, чувствовать, словно ее тело стало твоим
собственным.
- Пока она не проснется?
- Да.
- Ларон, а когда ты спишь, хозяин твоего тела возвращается?
- Нет. Когда меня заключили в такую же сферу, я попал в ловушку, как и ты. Те,
кто пленил меня, расспрашивали о научных знаниях моего мира, в особенности о том,
знакомы ли мы со сферами-оракулами в серебряных кругах. У меня возникла идея. На
Земле я был одним из живых мертвецов, почему бы ни статься таковым и здесь? Я
попросил священника, задававшего мне вопросы, поставить мою сферу-оракул в круг и
поместить ее на тело кого-то только что умершего. Как и надеялся, я забрал жизненную
силу, еще остававшуюся в трупе, обретя огромную мощь. Я спрыгнул со стола, схватил
священника за шею и выпил его кровь. Из сделанных им заметок я выяснил, что сферыоракулы
крайне редко ставят на человеческие тела, утратившие душу, но не умершие. В
таком случае тело может ожить за счет новой души, ранее плененной в сфере-оракуле.
- Но как люди могут потерять душу и при этом не умереть?
- О, об этом поговорим в другой раз, после того как ты узнаешь еще много новых
слов.
- Ларон! Твой образ! Он качается, тает... Я...
Связь с Девять прервалась. Ларон собрал все магические предметы назад, в
дорожный мешок и отнес ящик в пещеру. Затем он принес извинения Старейшине,
сокрушаясь, что не смог быть ей полезен, и вернулся в порт Дорожный. Он не заметил,
что магический страж ящика был настолько истощен проведенным сеансом, что
прекратил существование.
Друскарл и Веландер открыли второй ящик, пораженные отсутствием защитного
заклятия-стража. С другой стороны, внутри не оказалось ничего существенного: лишь
регистры, несколько официальных хроник и другие полезные, но малоинтересные бумаги.
Веландер наблюдала, как Друскарл потянул крышку с третьего ящика, и в тот же
момент в воздух взметнулись оранжевые искры, опоясавшие замок магической
"решетки". Крышка приподнялась.
- Оставь его, - распорядилась Веландер.
- Но, достопочтенная сестра...
- Я сказала: оставь его!
Друскарл подчинился. Веландер опустилась на колени перед ящиком. Крышка
сдвинулась настолько, что можно было разглядеть содержимое: книги, свитки
документов. Из ящика пахнуло затхлостью, в воздух поднялась пыль. Друскарл заметил,
как сверкнуло внутри нечто серебряное.
Веландер едва успела отшатнуться, когда крышка скользнула на прежнее место,
прикрывая ящик. В то же мгновение раздался щелчок, и вверх снова взметнулись
оранжевые искры. Система магической охраны была восстановлена и теперь запоздало
обрушилась на "чужака". Оранжевая сфера на мгновение зависла в воздухе, а потом
втянулась внутрь ящика. Вокруг него заклубился дым.
- Магический страж, - прошептала Веландер.
- Там могла оказаться моя рука! - воскликнул Друскарл, с ужасом глядя на
медленно рассеивающийся дым, а затем на собственную руку, словно не веря, что она все
еще цела.
Веландер осторожно потянулась к крышке ящика.
Терикель быстро шагала в сторону порта, направляясь в таверну "Мидвэй". Мираль
еще не скрылась за горизонтом, так что Терикель решила присесть в нижнем зале, чтобы
перевести дух. Это едва ли можно было назвать местом, подходящим для
добропорядочной женщины, но она ведь священница, а представители ее ордена часто
работали с портовыми проститутками. Две бывших проститутки были среди дьяконисс,
готовившихся принять сан священниц.
Большинство посетителей таверны составляли акреманские моряки и купцы. Среди
них находился и Друскарл, демонстрировавший за несколько медяков стеклянную флягу
уксуса акреманским и скалтикарским пьяницам. Терикель подумала, что внутри,
вероятно, хранятся его отрезанные мужские органы.
Через некоторое время евнух заметил ее и подошел. Он сообщил, что Веландер
сильно обожглась о магическое заклятие, охранявшее ящик с документами, и даже
потеряла два ногтя на руке.
- Маленькие демоны служат исправно, - отозвалась Терикель. - Все равно ей
повезло гораздо больше, чем тем двум дьякониссам.
- Серионезе намерена заполучить все, что хранится в ящиках.
- Ну что же, у нее есть шансы потерять еще двух или трех своих последовательниц,
пока она решится позвать на помощь меня. Эта женщина на редкость глупа, Старейшины
были абсолютно правы, когда сослали ее на этот остров.
В этот момент на лестнице появился Ларон. Новая фальшивая борода была
аккуратно приклеена к его подбородку. Когда он сел за их стол, Друскарл резко отодвинул
стул и встал.
- Нет-нет, оставайтесь, - сказал Ларон. - Я слышал, что вы ищете способ
выбраться с Гелиона.
- Да.
- Куда вы хотите попасть?
- Мне все равно. Местные жители слишком недружелюбны к акреманцам, хотя
убийства прекратились.
- На "Лунной тени" есть место, но я не могу оплатить ваш проезд.
- Я могу отработать проезд.
- В самом деле? В таком случае считайте, что место у вас есть. Мы направляемся в
Диомеду.
Друскарл сел, теперь он уже улыбался.
- Друскарл рассказал мне, что архивные ящики снабжены крепкими магическими
стражами, так что у сестер возникли трудности, - сообщила Терикель. - На
сегодняшний день счет: две мертвых и одна раненая - естественно, в пользу ящиков.
- Зачем все это? - поинтересовался Ларон. - Серионезе даже не знает, что в них
находится.
- Один ящик оказался не защищенным магией, там исторические документы,
ничего особенного, - сказал Друскарл. - Мы заглянули еще в один ящик. Он был
отлично защищен, но внутри, на первый взгляд, находилось то же самое. Во всяком
случае, я ничего больше не заметил.
- Никаких сокровищ?
- Только серебряная тиара или венец.
Ларон моргнул, потом с трудом сглотнул:
- Опиши этот предмет.
- О, это всего лишь кольцо из серебра с семью тонкими полосками,
поднимающимися вверх, которые позволяют ему лучше держаться на голове. Он, видимо,
кованый, на поверхности нанесены письмена, но камень, венчающий тиару, отсутствует.
Там еще были три крепления, удерживающие этот венец внутри ящика, но отогнутые.
Ларон взялся за голову и несколько секунд молчал, потом кивнул:
- Я понял. Ну что ж, Друскарл, нам с достопочтенной сестрой нужно многое
обсудить. Можете собираться в дорогу, вам надо прибыть на "Лунную тень" завтра утром.
Когда Друскарл ушел, самоконтроль Ларона заметно ослабел.
- Мне нужен этот серебряный венец! - заявил он, резко наклоняясь над столом в
сторону Терикель. Его глаза сверкали, губы вздрагивали, стали видны клыки. Женщина
невольно отшатнулась.
- У тебя не слишком хорошие перспективы, - заметила она. Там очень мощные
охранные заклинания.
- А ты знаешь ключевые слова?
Ее глаза сузились, несколько мгновений она постукивала пальцами по столу, а потом
спросила:
- Насколько это важно для тебя?
- Какова твоя цена?
- Несмотря на то, как обошлись со мной Веландер и Серионезе, я остаюсь глубоко
предана ордену Метрологов. Я хочу спасти его от глупцов, захвативших верховный
контроль. Я хочу предотвратить гибель членов ордена. Я хочу, чтобы орден снова стал
великим. Ты можешь восстановить меня на посту Старейшины, Ларон? Неоспоримой
главы ордена?
Ларон плотно сжал губы, прикрыл глаза. Через некоторое время он снова открыл их
и пристально посмотрел на Терикель. Его взгляд вызывал необъяснимую тревогу.
Казалось, два хищника вглядываются друг в друга.
- Я не могу сделать тебя Старейшиной... - произнес он, улыбаясь и скрещивая на
груди руки.
Терикель выдержала его взгляд.
- Но у меня почему-то ощущение, что ты можешь помочь.
- О да.
Веландер наблюдала за тем, как Терикель в свете лампы внимательно осматривала
ящик. Через несколько минут Терикель взяла щепку и осторожно засунула ее в щель под
крышкой. Вокруг щепки мгновенно обвилось сверкающее щупальце стража,
воспламенившее дерево и едва не коснувшееся пальцем женщины.
- Я думала, ты произнесла правильные ключевые слова, когда здесь еще была
Серионезе, - бросила Веландер.
- Я солгала.
Никто не был удивлен больше, чем Веландер, когда Терикель добровольно
вызвалась снять заклятия с ящиков и распаковать их. Она заявила, что не хочет
бездеятельно смотреть, как из-за приказов Серионезе погибают сестры. Это было правдой.
Ящики принесли на первый этаж старой башни, затем Серионезе благоразумно удалилась,
не дожидаясь, пока они возьмутся за настоящую работу.
- И что ты собираешься делать? - поинтересовалась Веландер.
- В этом ящике содержатся, безусловно, драгоценные и весьма важные записи, судя
по силе стража. Полагаю, есть и другие заклятия, которые способны уничтожить
содержимое ящика и всех, кто находится рядом с ним, если чужаку удастся взломать
внешнее заграждение.
- Мы купили это знание ценой двух жизней. И что теперь?
Терикель выдохнула облако эфира в сложенные чашей ладони и прошептала в него
заклинание. Оранжевый дымок окутал перстень с печаткой на ее пальце. Когда Терикель
протянула руку к крышке ящика, Веландера встревоженно охнула и качнулась вперед,
словно хотела остановить ее, но священница взмахом левой руки приказала ей замереть на
месте. Правая рука проникла внутрь ящика и вокруг ее запястья возникла петля из
оранжевого пламени. В воздухе запахло озоном. Огонь был действительно горячим, он
покалывал кожу, но не причинял реального вреда. Вокруг ее кольца заплясали язычки
зеленого пламени, затем они растаяли.
- Кажется, я прошла тест на опознание, - едва слышно произнесла Терикель, в ее
голосе прозвучало явное облечение.
- Это впечатляет, - признала Веландер.
- Старшая священница передала мне свое кольцо, чтобы я могла пройти
магическую охрану ворот в ту ночь, когда шла к Ферану. Собственно говоря, она не
осознавала своих действий, однако теперь это стало чисто академическим вопросом, не
так ли?
С предельной осторожностью Терикель извлекла из ящика пять толстых тетрадей и
несколько увесистых томов. Печать с крестом, принадлежавшая Старейшине, на обложке
всех книг и тетрадей источала оранжевое свечение, концы которого тянулись к запястью
Терикель. Когда она попыталась высвободить руку, петля затянулась туже, причиняя
немалую боль. Она тихо охнула от неожиданности и испуга и выронила связку бумаг,
которая тут же проскользнула назад, в ящик. Заглянув внутрь, Терикель разглядела еще
одно заклятие, старое, принятое при Видарианском королевском дворе. Медленно, очень
медленно, она протянула руку вглубь, сняла магическое заклинание с пачки документов, а
после этого смогла извлечь некоторые из них наружу. Страж не сопротивлялся.
- Итак, "только для просмотра", - заявила она.
- Что?
- Некоторые предметы невозможно достать из ящика, но их можно просматривать
внутри.
- Это бессмысленно. Зачем доставать книгу, если не для чтения?
- Некоторые стражи сделаны весьма неуклюже. Возможно, из-за того, что работа
выполнялась чересчур поспешно.
Терикель пришлось около часа заниматься содержимым ящика, доставая то, что
возможно, проглядывая остальное. Затем наступил черед второго ящика. В третьем и
четвертом тоже не нашлось ничего особенного, а вот в пятом удалось обнаружить ряд
артефактов. Серебряный венец с архаическими надписями достать из ящика было
невозможно.
- Эта вещь... она очень странная, - проворчала Терикель, отдергивая руку. -
Какая-то древняя магия. Он бы мне пришелся к лицу, как ты думаешь?
- Он принадлежит ордену, - сурово отрезала Веландер.
- Я тоже принадлежу ордену, - парировала Терикель. - Кроме того, его вообще
не удастся извлечь из ящика.
- Что это такое, на твой взгляд?
- Похоже, он обладает огромной силой. Это очень древнее изделие, изготовленное
теми же мастерами эфира, что создали Серебряную смерть.
Реакция Веландер была вполне предсказуемой, так что через несколько минут в
башне появилась Серионезе.
- Мне необходимо достать эту вещь! - объявила она, уставившись на венец, попрежнему
лежавший в ящике.
- Достопочтенная Старейшина, если бы капитан Феран сообщил мне, что намерен
проникнуть во дворец губернатора и соблазнить его жену, я бы указала ему, что в случае
неудачи его поймают и сдерут кожу заживо, прежде чем подвесить за мужские органы и
опустить в бассейн, кишащий раками. В случае с этим серебряным венцом я хотела бы
указать вам, что это крайне опасная и мощная вещь, и что вы не знаете, как с ней
обращаться.
К венцу был привя
...Закладка в соц.сетях
