Жанр: Электронное издание
warlocks
...ла искренна. Я улыбнулась в ответ.
- Я попытаюсь.
- Чтобы сразу перейти к делу, вы поедете, как сказали вчера вечером.
А поскольку за пределами Таткаэра нет скурраи-джасин, вам потребуются
животные для верховой езды, и поэтому... вы умеете ездить верхом? -
прервалась она.
- Я уже немного ездила верхом.
Но я ездила на лошадях, а на чем это делают здесь, не имела понятия.
- Хорошо. Если вы еще об этом не позаботились, то, сказала я себе, я
могла бы вам, наверное, помочь.
- Да, я...
- Только я не знакома с вашими обычаями. Если я вас обижаю, скажите
мне об этом.
- Нет, ваши слова меня не обижают, и некоторая помощь мне могла бы
потребоваться.
Вероятно, мне мог бы помочь и Халтерн, но я не собиралась отклонять
предложение женщины.
- Хорошо. - Она энергично встала. - Если в данный момент у вас нет
никаких более неотложных дел, то внизу у моста Бериа устраивается продажа
животных.
Каменные плиты на дороге были мокрыми от тумана. Карет джасин не было
видно. Мы отправились вниз с холма к Восточной реке.
Дождь прекратился. Крыши домов были окутаны дымкой, которая наползла
от порта. Там, откуда она подымалась, на белых стенах города лежал светлый
солнечный свет. Тени были размытыми и голубого цвета. Душный воздух м
меняющийся свет, казалось, приглушали крики уличных торговцев и грохот
колес повозок. И всегда в воздухе ощущался запах моря.
- У вас, наверное, страсть к путешествиям в крови, - сказала Рурик, -
если вы так далеко ездите от своей страны.
- Мне кажется, мои ноги так и просятся бежать.
- Да, я знаю еще кого-то, кто чувствует себя так-же. Мой... - она
использовала выражение, которого я не поняла, - ...он страстный
путешественник. Я езжу лишь тогда, когда это необходимо. Но вы прибыли из
такой дали...
- Я предполагаю, что это голод по незнакомому воздуху.
Но в этом я не была уверена.
- Если бы мне вырваться отсюда... - Она замолкла на полуслове и
распрямила плечи. - Я люблю Таткаэр. Из всех мест Южной земли я более
всего люблю Белый город.
Ее подстриженная грива словно вороново крыло упала ей на лоб. Когда
она была серьезна, как сейчас, я замечала тонкие линии, врезавшиеся в ее
гладкую, как у змеи, кожу.
- Не кажется ли вам это странным? Вы как обитательница иного мира
знаете в нем города, которые любите?
- Да, конечно.
- Ну, тогда мы уже не такие разные.
Она была подвижна и оживлена, и у меня создалось впечатление, что в
прерывающемся потоке ее размышлений бродили более глубокие мысли.
- Хотите погостить у меня? - спросила она. - Когда завершите эти
поездки.
- Да. - Я кивнула. - С удовольствием.
Мы спустились с холма. Дома телестре на дорогах с их белыми стенами и
закрытыми воротами вновь пробудили в моем сознании ощущение таинственности
необычного города. Поскольку у меня было разрешение, все это было мне
доступно, однако чужестранец бродил бы в одиночестве и потерянности по
узким дорогам, предоставленный самому себе.
Мы миновали Кольцо гильдий, то скопление торговых телестре, которое
постоянно расширялось, пока не стало насчитывать по меньшей мере сорок
зданий, соединяющихся друг с другом посредством мостов, лестниц и мостков
между верхними и нижними этажами. Здесь были представлены все ремесла:
золотых дел мастера, книготорговцы, каретники и седельщики, продавцы
корабельных снастей и торговцы хирит гойенами (у которых мы
останавливались, чтобы заказать одежду) и множество прочих мелочных
торговцев, товары которых для постороннего представляли собой нечто
совершенно непостижимое.
Здесь живут выбранные советники гильдий и так же зорко наблюдают за
спадами и подъемами в торговле, как корабельщики - за приливами и отливами
на море.
От восточного холма Малк'ис до моста Бериа что-то около двух зери, то
есть немногим более двух миль с третью. Мы достигли вала около полудня.
Торговля скотом устраивалась в непосредственной близости от моста,
посреди старинной ограды из высоких стен. Бесчувственные камни отражали
рев и трубное рычание животных, и когда мы вошли, я услышала, как звенят
прутья закрепленных клеток.
- Вот там - мархацы, - сказала Рурик. - А на той стороне - скурраи.
Если хотите воспользоваться моим советом, то вон там есть один человек,
который поставляет верховых животных для войска. Он вас не обманет, если
увидит меня рядом с вами.
- Это меня устраивает.
Запах, исходивший от животных, пронизывал все насквозь.
Рурик широко улыбнулась.
- Мне следовало бы познакомиться с вашими обычаями. Как вы в вашем
мире договариваетесь о ценах?
- В той его части, из которой я родом, вообще никак.
От удивления глаза ее мгновенно и слегка закрылись мигательной
перепонкой. На языке мимики это у ортеанцев может означать очень многое.
- Великая богиня, вы словно из Свободного порта! Тогда, пожалуй, мне
стоит поторговаться вместо вас, иначе вам придется больше платить.
- Вы эксперт, Т'Ан.
- О, значит, я тоже Т'Ан? - Ее глаза задорно блеснули. - Во всяком
случае, я знаю торговцев.
Мархацы были крупными и сильными, но ловко и гибко передвигались в
своих загонах, устроенных в этом зале без крыши. Белый солнечный свет
падал на их шкуры: похожие на черную замшу, белые короткошерстные и
лохматые бронзово-коричневые. Их глаза, как у ящериц, были темными и
блестящими. Шкура была покрыта чем-то имеющим некоторое сходство с
волосами или мехом, но как и у всех ортеанских наземных животных в
действительности это тонкие волокна, чрезвычайно прочные и гибкие, с
перьевидными образованиями между ними. Вокруг раздвоенных копыт имелись
пучки из перьев, забрызганные пометом из-за тесноты в загонах. У них была
широкая костлявая задняя часть и мощная грудь. Как я предположила, они
были ближайшими сородичами скурраи. Их длинные, мощные шеи становились уже
к головам с сильными челюстями, глубоко посаженными глазами и оперенными
ушами. На лбах, непосредственно под ушами, находилась первая пара рогов.
Рога были прямые, длина их - не менее моего предплечья, они также были
закручены подобно спиралям. Ниже них росла вторая пара, эти были не
длиннее пальца, но тоже острые и прямые. Мархацы были сильными животными
опасного вида.
Рурик болтала с торговцем, а я стояла, прислонившись к решетке
загона. Рядом вращала глазами кобыла-мархац с бархатисто-черными глазами.
Там же неподвижно стояла серая кобыла, лишь время от времени по ее шкуре
пробегала дрожь, как будто ее знобило. В другом месте стояло животное
полосатой, белой и цвета бронзы, масти, рога которого были подрезаны и
покрыты металлическими колпачками.
- Кристи, подойдите сюда.
Я подошла к Рурик.
- Вы что-то нашли?
- Он говорит, что у него есть один кастрированный мархац, ке
спокойнее. - Она вопросительно смотрела на меня. - Я подумала, что, может
быть, вы отдадите предпочтение ему?
- Тут вы верно предположили.
- Вот, - сказал торговец. Аширен привел из одного загона животное
серой масти с надетыми на рога колпачками. Рурик прошлась пальцами по
шерсти, прошептала ему несколько успокаивающих слов и осмотрела его глаза.
- Ке из Медуэна, - сказал мужчина. - Ему два года.
Темнокожая женщина подошла ближе, схватилась своей единственной рукой
за шерсть на спине и без видимого усилия взлетела наверх, развела ноги в
стороны - и вот она уже сидела выпрямившись верхом на животном. То дико
завращало глазами, отступило на несколько шагов назад и наконец
остановилось, сдерживаемое давлением коленей и пяток наездницы.
- Медуэн, - сказала Рурик. - Керис всегда был хорошим дрессировщиком.
Она слезла не обычным способом, а подняла обутую ногу через шею
мерина и соскользнула на землю.
- Ну, каково? - Она с надеждой посмотрела на меня.
- Если только оно это потерпит, я имею в виду, что оно так же будет
переносить и меня.
Она засмеялась.
- Это разумное слово. Хорошо, но пока не соглашайтесь. Вам нужны
вьючные животные, велите ему показать вам еще несколько скурраи, прежде
чем станете говорить о деньгах.
Скурраи были той же породы, что и возившие повсюду в городе
кареты-джасин. У всех были спилены рога и покрыты металлическими
колпачками.
- Мархац - хороший боевой товарищ, когда он обучен, - обратила мое
внимание Рурик. - Скурраи же для таких дел не годится.
Примерно в середине второй половины дня, когда мы покинули рынок, я
заключила торговую сделку относительно мархаца серой масти, черной
мархац-кобылы, чтобы иметь возможность менять верховое животное, и двух
кобыл скурраи в качестве вьючных. Я взяла это себе мысленно на заметку,
чтобы позднее сказать Марику.
- Еще следовало бы запастись кормом, - сказала Рурик. - Но это,
конечно, уладит ваш л'ри-ан.
- Я надеюсь. - В подобных случаях я всегда спрашивала себя, неужели
бы один-единственный джип или "Лендровер" таким уж решительным образом
нарушил правило, состоявшее в том, чтобы никоим образом не вводить никакую
технологию. - Вы случайно работаете не на базе снабжения?
После того как мне удалось в достаточной мере объяснить это понятие,
ортеанка стала давиться от смеха.
- Приходите завтра на обед, - сказала она, когда мы прощались. - На
гору к казармам, они находятся возле Дамари-На-Холме.
- Можете одеваться, сказал Адаир, - у вас все в норме. Если после
прививок будет какая-нибудь реакция, вам нужно будет прийти еще раз.
Я заправила рубашку в брюки. По имирианской моде одежду в гораздо
большей мере зашнуровывают, чем застегивают; даже полуботинки из мягкой
кожи зашнуровывались на щиколотке. Но постепенно я начала хорошо себя
чувствовать в ортеанской одежде.
Из восточного порта Кумиэл открывался вид на дворы лодочников. Из
окна приемной Адаира я видела над крышами складов сквозь ясный полуденный
воздух каркасы строившихся кораблей.
- Когда поедете по стране, возьмите лучше аптечку. - Адаир вздохнул.
- Моя милая молодая дама, надеюсь, вы готовы к некоторым трудностям. В них
вы не будете испытывать недостатка.
- Я уже учла это.
Зависть в его голосе не ускользнула от меня.
Он отвернулся, чтобы привести в порядок свои инструменты.
- Если говорить откровенно, то я спрашиваю себя, почему вы еще не
предложили управлению вести переговоры с одной из других наций на этой
планете.
- Мы учли это. Кажется, эта представляет собой крупнейшую
политическую единицу на планете... - он повернулся ко мне, - ...и,
конечно, это та самая, с которой ваши люди хотят быть в контакте. Поэтому
я предполагаю, что мы начнем консультации с другими не ранее, чем когда
здесь окончательно нарушатся отношения.
Бэрретт, входя, небрежно постучал в дверь.
- Кое-что нарушится, - мрачно сказал он. - Думаю, Доминион
просуществует не более двадцати лет. Самое большее.
Он ухмылялся и раздевал меня взглядом.
- Вы имеете в виду войну? - спросил Адаир.
- Это было бы слишком просто. Нет, мы распространились слишком далеко
и слишком быстро. И мы к этому не приспособились.
Адаир угрюмо смотрел на него. затем рассеянно сказал:
- Не думаю, что не вижу тут проблемы...
Бэрретт резко повернул ко мне голову.
- Вы сами знаете, как перегружено управление внеземных дел. Это
относится и ко всем участвующим нациям. Люди получают слишком
недостаточное обучение, прежде чем их рассылают по местам, они слишком
молоды, слишком неопытны...
Я пропустила этот упрек мимо ушей. Адаир взял Бэрретта за руку, но
тот отстранился от него.
- И с какой целью? Допустим, в этой Галактике существует сто
миллионов звезд. Допустим далее, что сто тысяч планет пригодны для
существования на них жизни того вида, какой нам известен. И когда мы,
наконец, после многих попыток изобрели световой привод, сколько из этих
планет мы обнаруживаем населенными?
Никто ничего не ответил. Ответ был нам известен. Я спросила себя, как
давно уже пьет Бэрретт. Его лицо налилось кровью.
- Все, - театрально сказал он. - Каждую. Значит, мы летаем,
исследуем, торгуем, налаживаем связи и создаем альянсы...
- Джон, ради бога, замолчи, - сказал Адаир.
- ...но миров слишком много, а нас слишком мало. У нас недостаточно
ресурсов. Через двадцать лет все распадется. И, скажу вам, наступит
абсолютный кровавый хаос.
Когда он стоял недалеко от меня, в нос мне ударял запах алкоголя и
пота.
- Вы можете что-нибудь сделать для него? - спросила я Адаира, когда
Бэрретт ушел.
Он покачал головой.
- Нам надо отправляться домой. Ему нужно. Он слишком долго там не был
и у него здесь было слишком много времени для размышлений.
Я отправилась обратно на холм Малк'ис.
Было почти темно в полдень следующего дня, и колокольный звон звучал
приглушенно из-за барабанящего дождя. Я накинула капюшон своего толстого
плаща на голову и все же влажный и холодный ветер с моря пробирал меня до
костей. Ниже коленей дождь промочил у меня штанины. Подо мной лениво
двигалось мощное, холодное тело кобылы-мархац, ее копыта глухо стучали по
камням мостовой. Позади меня на кобыле-скурраи ехал Марик.
Как и все прочие здания, казармы были обращены к окружающему миру
белыми стенами и решетками. Марик поговорил с караульными, и решетки были
подняты. Внутри все выглядело, как в небольшой деревне; там имелось все
соответствующее - хлев, кузница, столовые, спальные бараки, причем все
было обращено фасадом к вымощенной центральной площади.
Дамари-На-Холме находилось в противоположном конце, это был форт в
форте, имевший каменные стены, контуры которых расплывались там, где их не
сделал совсем невидимыми туман. Марик привстал на спине скурраи и потянул
за шнурок звонка. Ворота открыла сама Рурик.
- Входите, - сказала она, но не с обычным поклоном, а с редким на
Орте рукопожатием. - Как видите, у нас гости. Это кстати, что вы прибыли
сейчас; никто вне этих стен не узнает вас.
Марик повел животных в хлев, а я последовала за Рурик через выгнутый
аркой вход на Дамари-На-Холме.
Пожилой л'ри-ан принял у меня плащ, а Рурик подождала, пока я
вытирала лицо и руки платком. В помещениях здесь были высокие арочные
потолки, выложенные из камня, которые не были оштукатурены. Стены были
завешены плотными, вышитыми шторами из хирит-гойеновой ткани. Пол был
выложен каменными плитами с прожилками, на которых лежали шкуры. Хотя был
только еще полдень, зажжены были масляные лампы тонкой работы,
рассеивавшие создаваемый дождем сумрак.
Ортеанка открыла одну дверь, которая вела в небольшую комнату. В
камине горел огонь, недалеко стоял накрытый стол. Когда мы вошли, трое или
четверо людей, стоявших у окна, повернулись к нам лицом.
Халтерн приветствовал меня поклоном, зато превосходно одетый молодой
ортеанец поздоровался со мной дружеским рукопожатием. Мне потребовалось
лишь мгновение, чтобы узнать его.
- Кристи, я рад вас видеть.
В последний раз я видела его босым и без рубашки, когда он кричал,
давая указания портовому ловману. Сейчас он был в одежде голубого цвета из
хирит-гойена, в мягких сапогах, а на поясе в украшенных золотом ножнах
висели мечи "харур".
- Мне очень приятно снова вас видеть, Герен.
Он был таким, как всегда: с желтого цвета гривой и открытым лицом.
- Халтерна вы, конечно, знаете, - продолжала Рурик. - Вот это - Эйлен
Бродин н'ри н'сут Хараин из Пейр-Дадени.
Бродин был ортеанцем лет сорока с язвительным лицом, напоминавшим
голову сокола, и темной кожей, характерной для жителей юга Пейр-Дадени.
Его каштановая, заплетенная грива доставала до середины спины, на которой
в его одежде был вырез в соответствии с модой этой западной провинции.
Ногти на его правой руке не были острижены.
- Т'ан Кристи. - Он небрежно поклонился.
Рурик извинилась и вышла. Когда Герен начал говорить с Бродином, ко
мне подошел Халтерн.
- Я слышал, что СуБаннасен покидает город, - задумчиво сказал он.
- Вот как?
- Она разнесет новость о том, что вы собираетесь ехать... Так что
теперь нельзя предотвратить разговоры об этом событии, даже если
попытаться использовать все средства.
Снова пришла Рурик, она привела с собой двух новых человек. Женщину в
плаще, которую я тотчас узнала, когда она скинула капюшон.
- Т'Ан Сутаи-Телестре. - Халтерн поклонился, Бродин и Герен сделали
это вслед за ним.
- Достаточно называть меня Далзиэлле, пока тут присутствуют чужие
уши, - сказала Корона.
Рядом с нею стоял босой пожилой мужчина, он был одет в коричневый
отрез сукна, которым обмотал себя вокруг талии и перекинул через плечо.
под его похожей на змеиную кожей выделялись очертания мышц и сухожилий.
Его невозможно было спутать с человеком-землянином: на его
шоколадного цвета коже выделялись парные грудные соски цвета бронзы, а
сбритая грива была видна как темное V-образное пятно между лопаток. Его
забрызганные грязью ноги были сильно выпуклыми, имели по шесть пальцев с
похожими на когти ногтями.
- Линн де Лайл Кристи.
Его голос был полнозвучным. Рука с острыми ногтями коснулась моей
руки. Он направил на меня неподвижный взгляд своих глаз, имевших вид
холодной воды.
- Это Говорящий с землей Тирзаэл, - деловито сказала Рурик.
Существуют два титула, присваиваемые церковью: хранители Источника,
которых можно было бы назвать дьячками Теократических Домов, и Говорящие с
землей, которые являются странниками и советниками, студентами, мистиками
и выполняют множество других функций, о которых мы до сих пор имеем лишь
очень поверхностные представления.
- Я думаю, мы в надежном месте, - сказала Сутафиори и села за столик
рядом с огнем. Она сняла свой плащ и повесила его на спинку резного стула.
- Кристи, садитесь рядом со мной. Рурик, нам всем придется помирать от
голода?
- Нет, Т'Ан.
Она и старик, снимавший с меня плащ, подавали на стол пищу. Из этого
я поняла, что они отослали прочих л'ри-анов.
В воздухе почти ощутимо висела какая-то интрига. Корона,
главнокомандующая армии, посол Короны, представители Пейр-Дадени и церкви
и, кроме того, один из наиболее состоятельных судовладельцев... Я
подумала, что это и есть ядро той партии, что выступает за связи с Землей.
- Это общество вам не кажется слишком театральным? - Сутафиори
улыбнулась мне. - Мне тоже. Но для Т'Ан Сутаи-Телестре всегда полезно
присутствовать по определенному поводу.
- Тогда мне позволено говорить об этой встрече? - Бродин наклонился
вперед. У него было выражение лица человека, которому ударяет в нос
неприятный запах.
- Не слишком подробно, но если бы о том узнал мой кузен в
Ширия-Шенине, мне было бы нечего возразить против этого. - Еле слышно лишь
для меня она добавила: - у Бродина при дворе Канты Андрете такое же
положение, как у Халтерна при моем, что главным образом означает, что у
обоих глаза и уши должны быть там, где они нужны более всего.
На колосниковой решетке шипел огонь, а в полуоткрытое окно проникал
запах дождя.
Это был обед в ортеанском стиле, когда на стол подаются большие блюда
и каждому гостю предоставлена возможность самому брать с них пищу,
пользуясь своими собственными столовыми ножами. Это не так легко, как
можно было бы подумать - есть, вооружившись только одним ножом, но я сочла
разумным попробовать и при этом не осрамилась.
Беседа за столом носила поверхностный характер, но после того как
были поданы вино и чай, я постепенно поняла, какого рода инквизиции я была
предоставлена.
Сначала Тирзаэл и Сутафиори задавали мне вопросы, цель которых,
очевидно, состояла в том, чтобы узнать все, что возможно, о Земле и
Доминионе. Им, должно быть, стали известны некоторые факты от ксеногруппы,
как я понимала, и они хотели получить их подтверждение. Поэтому я
старалась давать как можно более простые ответы.
Сутафиори откинулась назад, вращая своей шестипалой рукой покрытый
глазурью бокал.
- Как вы понимаете, - наконец сказала она, - я не могу поддержать вас
в такой мере, в какой мне бы это хотелось. Я должна учитывать интересы
всех телестре. И, кроме того, если мне действовать против представлений
Ста Тысяч, то они, вероятно, изберут новую корону, которая, возможно, не
будет столь приветливо настроена к вашему миру. Я убеждена в верности моей
политики, поэтому и велю вам отправиться в поездку по стране, но вы сами
должны изложить ваши аргументы.
Я спросила себя, многие ли примут мои аргументы.
- Разумеется, Т'Ан.
Рурик покачала головой и перестала смотреть на огонь.
- Далзиэлле, я согласна с вами лишь с оговорками, как вы знаете. Я
считаю, что мы должны очень тщательно проверить этих людей, прежде чем
позволить им прибыть в нашу страну.
Это была речь Т'Ан командующей, а не женщины. Ее желтые глаза
смотрели на меня.
- Кристи имеет честные намерения, за это я ручаюсь, но как мы можем
выносить наше решение по одному лицу? Она пожала плечами. - Порядочные
мужчины встречались мне даже в Кварте, но сколько раз нападал этот город с
моря на наши побережья?
- Это старая история. Нам же сейчас нужно заниматься настоящим. -
Корона обернулась. - Халтерн?
Он посерьезнел, маска непринужденности исчезла с его лица.
- С момента первого контакта и прибытия группы из иного мира в
Таткаэр стеклись все агенты Южной земли, чтобы получить информацию. Я
предлагаю положить конец слухам и дать правде возможность распространиться
по стране. Кристи следовало бы побывать в как можно большем числе
телестре. Будет лучше, если мы признаем факты и предоставим затем
возможность этим другим, Касабаарде и им подобным, приезжать к нам и самим
получать информацию.
- О, я сомневаюсь, что из Касабаарде приедут к нам за информацией. -
Сутафиори и Говорящего с землей что-то, кажется, позабавило, но что, о том
знали только они вдвоем. Затем Сутафиори опять деловито спросила: -
Бродин, что велит сообщить Андрете?
- Она приняла бы обитателей иного мира при своем дворе. И, чтобы
сказать правду, ей очень жаль, что Таткаэр и телестре Керис-Андрете
удерживают новости у себя, простите меня, Т'Ан. - В ровном тоне, которым
говорил мужчина, не ощущалось, однако, истинное извинение. - Она
обдумывает ваши дальнейшие планы, но не обещает никакой поддержки. От себя
добавлю, Т'Ан, что, вне всякого сомнения, в Ширия-Шенине, который тоже
является морским портом, столь же много чужих ушей, как и в морском порту
Таткаэр.
- Мы надеемся постепенно завязать контакты со всей Орте, - сказала я
Сутафиори. - С нашей точки зрения, это всегда оправдывается, если все люди
к этому уже подготовлены, пусть даже посредством слухов.
- Дело в том, к чему они готовятся. - Глаза ее вновь вспыхнули. -
Герен, что вы на это скажете?
- В ближних городах Радуги ходят слухи о гостях из других миров. - Он
скрестил руки, посмотрел на свои когтеобразные ногти на пальцах и снова
поднял голову. - Что касается Кель Харантиша...
Произошло какое-то почти незаметное движение. Я увидела, как Рурик
наклонилась вперед, а Бродин нахмурил лоб.
- Я оставил там в док свой корабль, прежде чем плыть к Восточным
островам, как мне приказал ваш курьер. - Судя по выражению его лица, ему
не понравилось то, что пришлось выполнять поручение Короны. - Так
называемый Повелитель в изгнании счел необходимым лично расспросить меня.
У них там есть большой интерес к этому делу. Я говорил на эту тему как
можно более сдержанно и очень старался оставаться там не дольше, чем
требовалось.
Легкая волна веселья прошла вокруг стола и разрядила атмосферу.
Корона подала знак, чтобы подали больше вина, и старый л'ри-ан снова
наполнил бокалы.
Взглянув на Рурика и Герена, я увидела, что их руки лежали на столе
ближе друг к другу, когда они разговаривали. Одна была белой и пятнистой,
с белыми ногтями, другая - бархатисто-черной с коричневыми ногтями. Обе
были многопалыми и походили на больших пауков.
"Мой арикей", - сказала тогда Рурик. В этой неофициальной форме слово
обозначало соседа по постели, любовника. Кого-либо, кто прежде всего
непостоянен. Это было видно по тому, как касались друг друга их руки:
Рурик Орландис и Садри Герена Ханатры.
- А вы, - Сутафиори обратилась ко мне, - что говорят ваши люди?
- Когда-нибудь Доминион должен будет классифицировать этот мир, чтобы
определить, какой степени достигнет контакт между вами и нами. Он может
быть интенсивным или очень поверхностным; это зависит от ваших желаний и
возможностей.
У Доминиона имеется комплексная система классификации, которую можно
применять к различным ступеням цивилизации, и я не была готова
засвидетельствовать, что ортеанцы находятся на низкой ступени.
Сутафиори неспешно кивнула.
- Такова и наша политика в отношении посторонних. Как у нас
говорится, что происходит в Кель Харантише или в городах Радуги, не наше
дело. До тех пор, пока не подступит к нашим границам... Тогда мы бываем
беспощадны и устраняем все это.
- Я говорила с вашими сородичами о "войне", - добавила Рурик. - Ваши
методы кажутся нам странными. Но вы должны знать, что если нападете на
нас, то у вас будет не один враг, а сотни тысяч. Это наша сила на войне и
наша слабость в мирное время. Между телестре нет единства.
- Нет никакой необходимости говорить о войне. - В голосе Сутафиори
слышался упрек. - Но торговля - это нечто иное.
- Она должна быть предложена нами. - Это был голос Тирзаэла, он был
холоден и неуступчив.
- Существуют медикаменты и подобного рода вещи, которые были бы ва
...Поділитися у соцмережах
