Жанр: Электронное издание
Anthp032
... все-таки жалко, а потому я решил патрулировать берега и вызволять
тех, которые попадают в беду. Время от времени это приводило к стычкам со
всякими недотепами вроде того Пересея.
Помнится, встретился я с одним... Газон.., или Вазон.., нет, его звали Язон. Этому
недоумку втемяшилось в башку собрать золотых блох со шкуры какого-то дракона.
Ради этого он построил корабль под названием "Жаргон" или как-то похоже и
принялся мне докучать. Кажется, он принял меня за того дракона. Только полнейший
тупица может спутать дракона с морским чудовищем, но Язон как раз соответствовал
этому определению. В конце концов он разозлил меня настолько, что я его
заглотнул. И зря. Я вообще не люблю вкус плоти, а уж плоть обыкновенского
драчуна - это такая гадость! Пришлось его выплюнуть, но мерзкое послевкусие
оставалось во рту еще пару недель. Кажется, потом Язон все же нашел нужного
дракона и стащил у него блох, приманив их на желтую овечью шкуру. По части
справедливости в Обыкновении дело обстоит скверно.
От огорчения мне захотелось уединиться. По подземной реке я заплыл в отдаленное
озеро под названием Несс и поселился там. Увы, Обыкновения не то место, где
можно обрести покой.
Стоило мне вынырнуть на поверхность, как толпы людей сбегались к берегу и
показывали на меня пальцами, словно на какое-то чудо. Тогда меня и прозвали
Несским Лохом. Кажется, по-обыкновенски это значит что-то обидное.
В конце концов, я плюнул на все и перебрался в Ксанф. Увы, гнусный вымысел
Пересея настиг меня и здесь. Не только люди - с них-то что взять, - но и вполне
благоразумные чудовища думают, будто я питаюсь несчастными девицами. Однако
настоящий Лох всегда верен своему долгу. Несмотря ни на что, я продолжаю плавать
вдоль побережья в поисках девиц, которых смогу вызволить из беды. Такова моя
история, грустная и поучительная. Увы, добрые намерения слишком часто натыкаются
на непонимание. - Чудовище закончило свой рассказ и умолкло.
Гранди не был уверен, что все, услышанное им, чистая правда, однако счел за
благо оставить сомнения при себе.
- Очень рад, что теперь мне, наконец, известна подлинная история, - вежливо
проговорил он.
- А мне было очень приятно рассказать ее столь разумному и внимательному
собеседнику, - прогудело чудовище. Как ни странно, оно уже не казалось голему
страшным и отвратительным.
Внешность Лоха осталась прежней, но воспринималась почему-то совсем иначе.
- А эта морская ведьма, - сменил тему голем, - чем она так плоха?
- Ох, морская ведьма! - вздохнуло чудовище. - По правде сказать, мне и думать о
ней не хочется, не то что иметь с ней дело.
- Но ведь ты чудовище, ужас морей! - удивился Гранди. - Тебе ли бояться какой-то
старухи?
- Позволь, я объясню тебе, в чем дело. Эта старуха - могущественная волшебница,
сам знаешь, волшебницу одолеть не под силу никому, кроме другой волшебницы или
волшебника.
- Волшебница? Не может быть. Ныне в Ксанфе живут только три волшебницы: Ирис,
Айрин и Айви. Волшебницы иллюзии, роста и усиления. Других нет.
- Ты говоришь о живущих в Ксанфе, - с нажимом промолвило чудовище, - а морская
ведьма обитает на островке, как бы за пределами Ксанфа. Кроме того, она не живет
по-настоящему. Видимо, по этой причине ты ничего о ней не знаешь.
- Но доброму волшебнику известно все, - заявил Гранди. - Он непременно сказал бы
мне, если бы...
- Слышал я о добром волшебнике, - прогудело чудовище. - Говоришь, ему все
известно?
А он склонен делиться своими знаниями?
- Хм, не особенно, - признал Гранди.
- Ив полной ли мере владеет этот волшебник своей магией? Насколько я понимаю, он
очень стар.
- Какое там стар! Он мальчишка, во всяком случае, был мальчишкой, когда я с ним
виделся.
- Мальчишка? Но как это может быть?
- Его случайно опрыскали эликсиром молодости.
- Эликсиром молодости? Но если такой эликсир попадет в руки ведьмы...
- Не волнуйся, - успокоил своего собеседника Гранди. - Никто, кроме доброго
волшебника, не знает, где находится Родник молодости.
А он не собирается делиться этим знанием с кем бы то ни было.
- Хочется в это верить, ведь эликсир молодости - единственное, что может сделать
морскую ведьму еще опаснее, чем она есть.
- А каков ее талант?
- Бессмертие.
- Но ты вроде бы говорил, будто она по-настоящему не живет?
- Так и есть. Ведьма занимает чье-нибудь тело и обитает в нем, пока его не
износит. Потом она убивает себя и переселяется в новое тело, как правило,
помоложе. Через несколько лет изнашивается и оно - мерзкая природа ведьмы
заставляет даже самые красивые, юные тела становиться старыми и безобразными
гораздо быстрее, чем диктует природа. Только морской ведьме это нипочем, ведь ей
ничего не стоит раздобыть себе новую оболочку.
- Но как?
- Таков ее талант. Когда умирает очередное тело, ведьма становится призраком.
Как долго она способна оставаться бесплотной, мне неизвестно, но достаточно,
чтобы найти новое вместилище. Ведьма может вселиться в кого угодно и способна
менять тела так часто, как ей вздумается.
- В кого угодно? - в ужасе переспросил Гранди.
- Да, но лишь в том случае, если ее согласятся впустить, - уточнило чудовище.
- Да кто же на такое согласится?
- В здравом уме - никто. Но ей ведомы хитрые уловки, позволяющие замутить
сознание.
На то она и ведьма. Вот почему я боюсь ее. Она может обмануть меня и заставить
впустить ее в свое тело.
- Обмануть тебя? Но как?
- Кабы я знал... Она может предстать передо мной в любом облике, ведь эта карга
веками практиковалась в гнусных уловках. Прикинется, например, попавшей в беду
девицей и...
- О! - Гранди сообразил, что чудовищу и впрямь есть чего опасаться. - Но
услышанное породило у голема ряд новых вопросов. - Коли эта ведьма так могуча,
зачем ей держать кого-то взаперти в Башне из Слоновой Кости?
- Как? Ты еще не понял?
- Раз спрашиваю, значит, не понял.
- Ладно, попробую объяснить. Ведьма обитает в восточном Ксанфе уже не одно
столетие, и здешние жители давно уразумели, кто она такая.
Мамаши предупреждают дочек насчет возможных хитростей, и добывать новые тела
становится все труднее.
Животные, и те держатся настороже, как, например, я. Ведьма может вселиться в
существо любого вида, пола и возраста, но, насколько я понимаю, предпочитает
молодых женщин. Это не значит, что мужчины могут чувствовать себя в
безопасности, проклятой колдунье ничего не стоит занять мужское тело временно,
пока она не подыщет подходящее женское. Но вся эта возня с самоубийствами и
блужданиями в качестве призрака отнюдь не доставляет ей удовольствия.
Чем полагаться на случай, не лучше ли всегда иметь под рукой молодую девицу,
которая не может убежать и даже не догадывается о гнусных ведьминых затеях?
- Но ведь о них известно решительно всем в округе!
- Точно. Решительно всем, кроме одной-единственной особы, выросшей взаперти и
никогда даже не разговаривавшей с посторонними.
- Рапунцель! - воскликнул Гранди, только сейчас сообразив, к чему клонит
чудовище. - Так вот для чего ведьма построила Башню из Слоновой Кости!
Чудовище кивнуло:
- Чтобы вырастить там девочку, здоровую, сообразительную, красивую, но
совершенно невинную. Эта девочка должна быть очень умна и может обладать
разнообразнейшими познаниями, но лишь в весьма далеких от реальной жизни
вопросах. А потому, когда придет ее час, она станет легкой добычей ведьмы.
Гранди задумался:
- Раз добрый волшебник послал меня в Башню из Слоновой Кости, стало быть, у него
имелись на то резоны. Но если Рапунцель отрезана от всего Ксанфа, откуда ей
знать, куда подевался пропавший дракон?
- Она может знать все, что ведьма сочтет нужным ей сообщить, - заметило
чудовище. - А ведьме нужно, чтобы девица имела некоторое представление об
истории и географии Ксанфа, ибо, когда колдунья овладевает очередной жертвой,
она первое время оказывается ограниченной как физическими, так и умственными
возможностями последней. Разумеется, ведьма помнит, кто она такая, каков ее
талант, и все такое прочее, но ряд познании ей приходится черпать из памяти
новой хозяйки. В этом заключается еще одна причина, по которой ведьме выгодно не
полагаться на случай, а готовить жертву заранее. Поэтому не исключено, что
Рапунцель располагает весьма обширными познаниями.
- Твои слова не лишены смысла, - согласился Гранди. - Вот и Айви рассказывала,
что Рапунцель не только красива, но и очень умна.
- Наверное, раз она посылает каламбуры, - изрекло чудовище. - Но когда ведьма
завладеет телом этой девочки, ум ее станет служить колдунье, а красота увянет, и
довольно быстро.
- По всем признакам выходит, что Рапунцель - девица, попавшая в беду, - заключил
Гранди. - А значит, мы должны ее вызволить.
- Так-то оно так, - прогудело чудовище, - но боюсь, это будет нелегко. Думаю, за
минувшие века многие предпринимали попытки проникнуть в Башню из Слоновой Кости,
но все эти попытки заканчивались плачевно.
- Могу себе представить, - грустно пробормотал Гранди.
- Но заметь, - задумчиво произнесло чудовище, - добрый волшебник направил тебя в
башню как раз тогда, когда девица действительно нуждается в помощи. Интересное
совпадение.
- Никакого совпадения! - возразил Гранди. - Уж кто-кто, а добрый волшебник
наверняка знал про морскую ведьму и послал меня в башню, чтобы спутать ее гадкие
планы.
- Это похоже на правду.
К сожалению, голем отнюдь не чувствовал себя готовым к предстоящей борьбе. В
конце концов, ростом он был в человеческую пядь. И явно не герой.
Стемнело. Пришло время забирать кровать с Храповиком и отправляться в опасное
плавание к внушающей ужас Башне из Слоновой Кости.
Глава 7
БАШНЯ ИЗ СЛОНОВОЙ КОСТИ
Они плыли на юг вдоль побережья. Чудовище было столь огромным и устойчивым на
воде, что походило на плавучий остров. Кровать попросту поставили ему на спину,
а Гранди с Храповиком забрались на нее.
Говорить чудовище не могло, потому что рыло его по большей части оставалось
погруженным в воду, но голема это не огорчало. Он уже наговорился вдоволь.
Морское чудовище продвигалось вперед уверенно, но не слишком быстро, так что на
путешествие до башни предстояло затратить несколько дней. На рассвете
путешественники сделали привал; кровать установили на уединенном и, как заверил
Лох, совершенно безопасном вдававшемся в море мысе, где имелся тенистый грот.
Это давало возможность Храповику отдохнуть с комфортом. Чудовище отправилось в
открытое море подкрепиться планктоном, а Гранди ограничился тем, что нарвал
целый букет ирисов, увешанных спелыми сладкими ирисками. Храповик, как всегда,
перекусил имевшейся под кроватью пылью.
Из пыли он возник, и в пыль же ему предстояло обратиться, когда Айви вырастет.
Такова трагическая участь всех подкроватных чудовищ.
По мере продвижения на юг облик побережья менялся. С каждой милей земля рыжела,
потом стала желтеть и, наконец, приобрела ярко-желтый цвет.
- Чудной какой-то берег, - пробормотал Гранди, когда путники в очередной раз
остановились.
- Так это же Золотые Пески, - пояснило чудовище.
- А... - неопределенно протянул голем. Услышанное название ему решительно ничего
не говорило, но сознаваться в собственном невежестве он не хотел.
И вот в отдалении замаячила ужасная Башня из Слоновой Кости. Замаячила в
буквальном смысле слова, ибо, как выяснилось, представляла собой маяк. Желтый
луч света метался из стороны в сторону, высвечивая то вздымающуюся поверхность
моря, то прибрежный песок и скалы.
Местность показалась Гранди унылой и непривлекательной. Возможно, обыкновены
увидели бы в Золотых Песках нечто, заслуживающее внимания, но у големов вкус не
в пример лучше. Гранди никогда не сунулся бы в это несчастное захолустье, но что
поделать, Поиск есть Поиск.
Чудовище остановилось на почтительном расстоянии от башни, опасаясь быть
замеченным ведьмой. В дальнейшем Гранди мог полагаться только на себя.
Лох объяснил голему, что во время отлива можно добраться по мелководью к самому
подножию башни. Правда, делать это желательно побыстрее, - с приливом башня
превратится в остров. О том, как проникнуть внутрь маяка, Гранди не беспокоился,
полностью полагаясь на способность Храповика карабкаться по отвесным стенам. Что
волновало голема больше всего, так это местонахождение морской ведьмы. В башне
она сейчас или куда-нибудь отлучилась?
Когда прилив достиг наивысшей точки, морское чудовище выплыло на мелководье и
высадло своих спутников на берег, ухитрившись с помощью ласта засунуть кровать в
темный золотой грот. Операция была рикованная, но удалась как нельзя лучше;
Храповик мог не опасаться света.
Тем не менее он вдруг принялся жаловаться на судьбу, сожалея, что не имеет
возможности хватать Айви за лодыжки.
- Чем скорее мы закончим Поиск, тем скорее ты сможешь снова заняться любимым
делом. Если, конечно, не встретишь романтическое приключение, - напомнил ему
Гранди.
В ответ Храповик пробормотал что-то невнятное. Кажется, он и сам не знал, чего
ему хотелось больше.
Первым делом Гранди решил выждать и осмотреться. Лох уверял, что ведьма имеет
обыкновение время от времени покидать башню, но большего рассказать не мог, ибо
видел ее лишь издали, да и то мельком. На то, чтобы проследить за ведьмой, у
него не хватало самообладания.
Сейчас чудовище удалилось от берега в поисках планктона. Гранди знал, что оно
вернется, ведь даже страх перед ведьмой не заставит Лоха забыть о своем долге.
Он сделает все, чтобы вызволить попавшую в беду девицу. Но решать, что именно
надлежит делать, предстояло не чудовищу, а голему Гранди.
И на сей раз ему улыбнулась удача. Ближе к полудню он углядел отчалившую от
подножия башни лодку. По всей видимости, ведьма держала ее пришвартованной у
двери, а сейчас отправилась на сушу за припасами. Голем мог переправиться к
башне и попытаться вызволить Рапунцель. Правда, ведьма, наверное, заперла дверь,
чтобы девушка не сбежала. Если бы удалось ее открыть...
Гранди с волнением дожидался наступления сумерек. Сгустилась тьма, а ведьма так
и не вернулась. По правде сказать, голем не сумел как следует разглядеть фигуру
в лодке, но не сомневался, что это была именно ведьма. Едва ли она позволяет
Рапунцель отлучаться за снедью. Правда, старая карга могла завести какую-нибудь
помощницу, чтобы самой не хлопотать по хозяйству. Если так, то... Нет, об этом
Гранди предпочитал не думать.
Тем временем начался отлив, из-под воды выступила полоска суши. В течение
ближайшего часа голем с Храповиком могли добраться до башни и вернуться назад.
Лодка так и не воротилась; возможно, ведьма отлучилась на всю ночь.
Обстоятельства складывались настолько благоприятно, что в это трудно было
поверить.
Под покровом ночи Гранди оседлал подкроватное чудовище. Кровать пришлось
оставить в золотом гроте, но беспокоиться о ней не стоило - чудовище установило
ее так высоко, что ей не угрожал даже самый сильный прилив. Тем более что Гранди
не собирался задерживаться в башне: дельце следовало обтяпать как можно быстрее.
Когда отлив достиг низшей точки, голем направил Храповика вперед. Образовавшийся
перешеек не был сухим, кое-где попадались лужи и бухточки, но подкроватное
чудовище преодолевало их без особых усилий. Гранди рассудил, что в запасе у него
не больше часа. Стоит задержаться, и прилив отрежет его от берега. Между тем
расстояние до башни оказалось больше, чем представлялось с берега. К тому же
даже во время отлива на перешеек то и дело набегали волны. Человеку это не
доставило бы неудобства, но голему пришлось пережить несколько весьма неприятных
мгновений. Он еще раз с горечью осознал, что в герои, скорее всего, не годится.
Просто-напросто не вышел ростом.
На дорогу к башне ушло минут двадцать. Гранди с Храповиком обогнули ее и застыли
в растерянности.
Никаких дверей. Отвесная гладкая стена, и ничего больше. Но как же тогда
выбралась наружу ведьма?
Гранди уставился на небо. Отсюда, снизу, башня выглядела невероятно высокой.
Казалось, ее вершина касается ночных облаков, и единственное видимое отверстие -
что-то вроде окошка - находилось почти у самой вершины. Чуть ниже освещавшего
море вращающегося луча.
- У нее должна быть лестница, - печально промолвил Гранди. Затем он вспомнил о
способностях Храповика и решил, что, возможно, еще не все потеряно:
- Надо попробовать вскарабкаться.
Нельзя сказать, что эта идея очень привлекала голема - путь наверх казался
долгим и опасным, - но другого выхода не видно. Он покрепче вцепился в шерсть
Храповика, и подкроватное чудовище облапило стену. Здоровенные волосатые лапы
скребли полированную кость - да без толку.
Слоновая кость оказалась слишком гладкой для Храповика. Стену Провала испещряли
мелкие трещинки, за которые можно было уцепиться, здесь же ничего подобного не
имелось. Забраться наверх не представлялось возможным.
Гранди выругался.
Наверху раздался какой-то звук. Окошко открылось, и послышался нежный,
мелодичный голос:
- Это ты, матушка Сладость?
Матушка Сладость? Что за чепуха?
- Почему ты воротилась так рано? - Чудесный голосок прямо-таки зачаровывал.
- Я.., э.., гость, - не сразу нашелся голем. - Можно мне войти?
- Нет. Мне нельзя разговаривать с чужаками.
Ну, конечно. Ведьма не преминула настроить невинную девчушку против посторонних.
- Но я проделал долгий путь только для того, чтобы поговорить с тобой.
- Нет-нет. Матушка Сладость на сей счет непреклонна. Никаких чужаков!
Окошко начало закрываться.
Гранди был близок к отчаянию.
- Но я не совсем чужак, - выкрикнул он в последний момент, - я от Айви.
- От Айви? - Окошко вновь приоткрылось. - От моей подружки по каламбурам?
- Ее самой. Я веду Поиск ради нее и должен поговорить с тобой по ее просьбе.
Рапунцель помедлила.
- Ну... - нерешительно промолвила она, - думаю, если на минутку...
- Но я не знаю, как попасть внутрь, - признался Гранди. - Никак не могу найти
дверь.
Послышался звонкий смех:
- Так ведь там и нет никаких дверей. Из реального мира нет доступа в Башню из
Слоновой Кости.
- А как же в нее попасть?
- Погоди, я сейчас распущу волосы.
- Рапунцель, - воскликнул Гранди, - сейчас не время заниматься прической!
Наверху вновь зазвенел девичий смех:
- Я распущу их для тебя. Именно так поднимается наверх матушка Сладость.
В следующий миг к подножью башни упали шелковистые волокна. Гранди с удивлением
прикоснулся к ним. Трудно было поверить, что это волосы Рапунцель. Башня
достигала в высоту несколько сот футов, но коса размоталась до самой земли.
Однако голем прекрасно понимал, что ему не взобраться на такую высоту: руки
онемеют, и он разобьется о скалы. Если морская ведьма забирается в башню таким
манером, то она на редкость крепкая старушенция.
Зато для Храповика подъем не представлял проблемы. Он мигом ухватился за косу и
принялся взбираться наверх с удивительной скоростью. Уже у самой вершины Гранди
неожиданно подумал о том, что Рапунцель может испугаться Храповика. Ведь он не
кто-нибудь, а подкроватное чудовище, смысл существования которого заключается в
том, чтобы пугать юных особ.
- Рапунцель, закрой глазки, и мы войдем, - попросил он.
- Мне? Закрыть глазки? - удивленно переспросила Рапунцель. - Но зачем?
Объяснить это было не так-то просто. И тут голем сообразил, что перед ним стоит
и другая проблема. В башне светло, а значит, Храповик не может туда проникнуть.
- Или погаси свет, - сказал голем, - он меня слепит.
- А... - Свет тут же погас. Видимо, лампа находилась неподалеку.
Храповик добрался до темного окошка и залез внутрь. Отсутствие света разрешило
обе проблемы.
Но теперь, когда они находились внутри, Рапунцель решила снова зажечь лампу.
- Я поверну ее вниз, чтобы свет не резал тебе глаза, - резонно предложила она.
- Погоди! - воскликнул Гранди. - Должен признаться, что я пришел не один. Со
мной друг. Ему нельзя появляться на свету.
- Твой друг? Кто он?
- Он известен как.., ну, он из тех, которые живут под кроватью.
- Под моей кроватью никто не живет.
- Ну, вообще-то он живет под кроватью Айви, - как-то сбивчиво пояснил голем. - А
сейчас он мой.., короче, я на нем приехал. Он может карабкаться по стенам лучше
меня, потому что у него больше рук.
- Под кроватью Айви?
- Она ребенок, а у детей.., под кроватями кое-кто водится.
- А, ты, наверно, имеешь в виду Храповика! - воскликнула Рапунцель. - Я
вспомнила, она упоминала о нем.
- Но он не может выходить на свет, да и кровать сюда не поднять, так что...
- Так пусть забирается под мою кровать, - радостно предложила Рапунцель. - Мне
всегда хотелось иметь подкроватное чудовище.
- Даже и не знаю, - заколебался Гранди. - Я всегда думал, что он может жить
только под кроватью Айви.
- Глупости. Мы с Айви подруги, так что моя кровать вполне сгодится.
В темноте обозначилось движение.
- Эй, Храповик, - позвала девочка, - где ты? Давай, я покажу тебе свою кровать.
- Не думаю, чтобы она мне подошла, - отозвался Храповик на чудовищном языке.
- Пожалуйста, попробуй, - продолжала уговаривать Рапунцель. - Я буду так
несчастна, если ты откажешься. - Голос ее и вправду начал звучать печально. - У
меня никогда не было подкроватного чудовища, даже в гостях. Матушка Сладость
никогда не допускала их в башню. Если ты не согласишься, я.., я не знаю, что
сделаю.
- Храп, лучше тебе попробовать, - промямлил Гранди, ощущая неловкость. Когда
Рапунцель чувствовала себя счастливой, голос ее звучал по-настоящему счастливо,
но когда ей казалось, что она несчастна.., это было ужасно.
Храповик неохотно пересек темную комнату и нырнул под кровать Рапунцель. Затем
раздался удивленный всхрап:
- Э, вот так кроватка! Я вполне могу ее использовать. Пыль под ней наивысшего
качества.
- Прекрасно, - заявил Гранди. - В таком случае можно зажечь лампу. Под кроватью
он в безопасности.
Лампа загорелась в то же мгновение. Видимо, у Рапунцель имелись волшебные
спички. Поначалу свет действительно ослепил голема, но вскоре он приспособился.
И увидел Рапунцель.
Сказать, что она прекрасна, значило не сказать ничего. Никогда в жизни Гранди не
видел столь очаровательного создания. Это была не девочка, а девушка лет
двадцати. Ее удивительные глаза постоянно меняли цвет в своих затененных
зрачках, а ниспадавшие шелковистым водопадом волосы, почти черные на макушке, к
кончикам кос становились белыми. На ней был наряд старинного обыкновенского
фасона: юбка, корсаж и бархатные туфельки. Тяжелые косы удерживало на месте
множество крепких гребней - Рапунцель как раз приводила прическу в порядок.
Казалось удивительным, что голова девушки не клонится к полу под весом волос, но
их невероятная длина волшебным образом уменьшалась по мере того, как их
укладывали в прическу. Несомненно, магический талант Рапунцель заключался именно
в ее волосах.
- Ой, - воскликнула она, увидев Гранди, - я думала, ты больше!
- Боюсь, я не успел тебя предупредить. Дело в том, что я голем.
- Голем?
- Несколько десятилетий назад меня сделали из щепок, тряпок и веревок, - пояснил
он. - " Потом мне удалось стать живым, но мой рост не изменился.
- Это очень хорошо, - неожиданно заявила девушка. - Мне так даже больше
нравится.
- Да ну? - изумился Гранди.
- Разумеется. В таком росте есть свои преимущества... - В следующий миг девушка
оказалась одного роста с големом.
Гранди ошалел. Вместо обычной девушки перед ним стояло крохотное обворожительное
существо, чуть пониже его. Рапунцель совершенно не изменилась, лишь уменьшилась
во всех пропорциях.
- Э.., как... - ошарашенно пролепетал голем.
- Я смешанного происхождения, - пояснила Рапунцель, - среди моих предков были и
люди, и эльфы. Все началось несколько веков назад, когда моя пра.., пра..,
короче, моя в ..надцатом колене бабушка Колокольчик повстречалась с симпатичным
варваром по имени Джордан. По отношению к нему она использовала
приспособительную магию, и все их потомки получили способность изменять размер
от эльфийского до человеческого и даже в несколько более широких пределах. Вот
я, например, смогла подделаться под тебя, хотя ты меньше эльфа, а могла бы стать
выше обычного человека. Некоторые мои предки вступали в браки с эльфами,
некоторые с людьми, - в зависимости от вкусов, но наследственная магия
сохранялась на протяжении поколений. Так что размер не имеет для меня значения,
хотя обычно я сохраняю человеческий рост; ибо такова матушка Сладость. Кстати,
будь я твоего роста, мои волосы не достали бы донизу... хотя тут я не уверена. Они
постоянно растут, а я давно не распускала их, сделавшись маленькой.
- Эльфесса Колокольчик, - повторил Гранди, кое-что припоминая. - Я знаю человека
из тех времен по имени Джордан. Он говорил, что...
- Ой, это наверняка он! - воскликнула Рапунцель, радостно всплеснув ладошками. -
Мне всегда хотелось узнать, что стало с ним после того, как он покинул
эльфийский вяз. Моя прародительница по женской линии никогда больше о нем не
слышала, ведь он, как все варвары, был неисправимым бродягой.
- Я могу рассказать тебе эту историю, - заявил Гранди с весьма довольным видом,
потому что девушка ему очень и очень нравилась. - Однако прежде мне следует
поведать тебе нечто более важное. Боюсь, тебе трудно будет это понять.
- Не думаю, - весело возразила Рапунцель, - я понятливая.
Она уселась рядом с Гранди - прямо на пол, мебель была слишком велика для
обоих, - и у голема закружилась голова. Мало того, что Рапунцель во сто крат
милее всех девиц, каких ему доводилось видеть, так она еще и относится к нему
как к полноценной личности.
- Как все-таки здорово иметь компанию, - промолвила она. - Ведь прежде у меня
никогда не бывало гостей. Даже подкроватного чудовища. Матушка Сладость
частенько отлучается, а оставаться одной так тоскливо. Одна радость - посылки от
Айви, хотя мне нечего предложить ей взамен тех замечательных вещиц...
- Замечательных? - удивился голем.
Девушка подскочила. В движении она казалась еще прелестней.
- Смотри, они у меня на столе.
Рапунцель приняла человеческий рост и, подняв голема, бережно поставила его на
стол. Па
...Поділитися у соцмережах
