Жанр: Электронное издание
3-handy
...дменно на серую лесную тварь, обратился ко мне:
- Там глубокий ров, сэр. От реки сделали отводок, так что ров заполнен водой до краев.
Хуже того, еще один ров между внешней стеной и первой внутренней. Такой же глубокий, а в
дно вбиты колья, обломки кос остриями вверх. Через такой ров никому не перебраться, сэр.
Я невольно передернул плечами, на холм подняться просто невозможно, уже заметил, что
даже ворота в стенах поставлены не друг против друга, а устроены таким образом, что, как
только минуешь их, приходится поворачивать и двигаться между двух высоких стен под
прицелом лучников на стенах. Когда минуешь вторые ворота, тоже с обязательным подъемным
мостом и подниманием железной решетки ворот, поворачивай и езжай точно так же между двух
стен к третьим воротам. А там тоже надо дождаться опускания подъемного моста, поднятия
железной решетки.
Но больше всего бил по нервам вид самого замка: огромная кубическая гора из серого
гранита. Никаких ажурных лесенок, башенок, переходиков - голая функциональность,
настоящий арсенал, крепость, место для неприступной обороны, но вовсе не жилье. Правда,
вокруг этой чудовищной башни виднеются небольшие пристройки, но они выглядят как
наросты и ничуть не снижают жуткого впечатления от вида самого замка.
- Бр-р-р, - едва выговорил я. Попытался улыбнуться, но замороженные страхом губы
отказались растягиваться. - Как он здесь живет... Сюда ни одна женщина не согласится
приехать!
Волк одобрительно рыкнул, но ворон проговорил с сомнением:
- Я смотрел с большой высоты, дабы у лучников не возникло соблазна, однако...
Он замолчал и начал чистить перья. Волк прорычал:
- Говори, что там за "однако", иначе все перья выдеру!
Ворон взглянул в мою сторону:
- Вот видите, мой лорд, какой это дикий и грубый зверь! И как мы его только терпим?
- Ты забыл, - напомнил я, - что и я жду подробного рассказа. Что там за "однако"? А
то мы вдвоем будем выдирать перья.
Я постарался, чтобы слова прозвучали шутливо, но волк взглянул с великой
благодарностью, а ворон насупился, сказал недовольным голосом:
- Однако там есть и женщины, сам видел. Не рассмотрел, молодые или ведьмы, но что
женщины - не сомневаюсь. Все вторичные половые признаки на месте.
Я ощутил некоторое облегчение. Женщины - мои союзники, ведь Черный Властелин
заставляет служить себе побоями и жестокостью, а я любую перевербую комплиментами ее
внешности, ее молодому облику и сексуальности. Отдохнув и пообедав, ворон, преодолевая
ветер, вновь мужественно слетал к замку. Обратно его несло ветром. Плюхнулся, клюв
распахнул, виден красный язык и широкое, как у пропойцы, горло.
- К замку не подойти, - сообщил он, задыхаясь. Заметив мое недоумение, повторил: -
Не подойти, вот просто так не подойти! Властелин Зла не только силен, но и очень осторожен.
Все подходы к замку... да что там подходы!.. начиная от этой вырубки и дальше все усеяно
ловчими ямами, столь искусно упрятанными, что самый умелый следопыт не заметит, пока не
напорется на острые колья. Когда я говорю "все", то значит - все, а единственная тропка, по
которой можно пройти к стенам, окружающим замок, виляет, сворачивает, только специально
посланный проводник может провести гостя и не дать тому угодить в западню.
- Здорово, - пробормотал я. - Если секретный объект, то уж секретный...
- И еще, - продолжил ворон, - хорошо охраняемый! Часовые здесь не дремлют. Если
кто заснет на посту, того вешают прямо на стене, чтобы всем пример местного негативного
значения. Но жалованье у них высокое, так что никто не уходит, службу несут исправно.
- А пароли? - спросил волк деловито.
- Пароли сменяются ежедневно, - сообщил ворон гордо, будто это он сам придумал
такую фичу. - Всякий, кто приблизится без пароля, получит десяток стрел. И неважно, кто он
такой... хоть прынц!
- Спасибо, - сказал я. - Ты в самом деле узнал много. Но как?
Он сказал нехотя:
- Я так устал бороться с ветром, что просто плюхнулся на крышу угловой башни. А там
под навесом трое стражей... болтливые, однако. Бдят хорошо, только наверх не догадались
посмотреть. Правда, все равно бы ничего сквозь крышу не увидели.
Глава 9
Волк исчез на полдня, а когда вернулся, морда сияла гордостью. Ворон забеспокоился,
посматривал с опаской, а волк расправил грудь, плечи широки, уши торчком, ну прямо я в его
облике, когда чувствую себя героем.
- Что-то разузнал? - спросил я жадно.
Волк свысока посмотрел на ворона:
- Может быть, послушаем сперва нашего мудреца?
Ворон каркнул:
- Ну чего сразу на меня перстом тыкать? Как только начинаете пускать пузыри... я не о
мыльных... так сразу: ворон, ворон, ворон!.. Разрешаю и серому хоть иногда что-нибудь
сделать. В смысле, полезное, уж молчу про доброе, мудрое, вечное.
Волк сказал одобрительно:
- Вывернулся. Вот никогда не признается, что растяпа!.. Ладно, я бегал насчет
подземного хода, без этого не бывает замков, так и получилось. Не скажу, что подземным
ходом часто пользуются, последний раз по нему прошли две недели назад, но запах все равно
остался.
- Какой ты молодец, - сказал я жарко. - Уверен, что ход ведет в замок?
- А куда же еще? - удивился волк.
Через полчаса мы уже стояли перед россыпью камней, волк вскочил на один камень,
подпрыгнул, но валун даже не дрогнул. Ворон каркнул злорадно:
- Не тот, не тот!
- Поднимите камень, мой лорд, - обратился ко мне волк. - А потом этот... И два
соседних... А затем вытащите еще ряд.
Я послушно вытаскивал камни, уже усомнился сам, как вдруг по ногам потянуло
сквозняком. Очень осторожный здесь хозяин замка, если так тщательно упрятывает подземный
ход. Только волчий нюх позволил найти, а люди сто лет бы искали, кто же догадается снимать
два ряда камней, это же сколько их в этой местности....
- Я пойду первым, - решил я. - А вам, думаю, лучше остаться. Рогача посторожите.
Волк ответил хмуро:
- Рогач уже не младенец, умеет травку жрать. Я пойду с вами, мой лорд.
- И я, - сказал ворон поспешно. - Вы ж без меня пропадете!
Я протиснулся в щель, прополз на брюхе, затем ход расширился, я встал сперва на колени,
потом во весь рост. По ноге провело как будто ковром, а чуть погодя спереди донесся тихой
голос волка:
- Идите за мной. Если будет яма или ловушка, я скажу.
- Хорошо, - прошептал я. - Только не торопись. И предупреждай, если надо
нагибаться. Я уже пару раз лбом стукнулся.
- Это опасно, - согласился волк. - Своды здесь могут быть непрочными.
Около часа мы двигались в тишине, потом волк начал указывать, что надо прижаться к
левой стороне хода, а теперь к правой, снова к левой, а вот здесь нечто перепрыгнуть... так,
хорошо, а теперь снова можно идти спокойно...
Спокойно идти не удавалось, нервы на пределе, все равно ежесекундно ждешь, что
шарахнешься лбом о камень, выколешь глаза, рухнешь в глубокую яму. Ворон за нами не
последовал, то ли струсил, то ли решил рискнуть по воздуху, так легче.
Прошла вечность, прежде чем волк сказал тихонько:
- Мой лорд, через три шага будет дверь.
- А за нею?
- Судя по запахам, это уже внутренние помещения замка. Там ход раздваивался, одна
ветка пошла вниз, но та, как я понимаю, для сбора войска, а этот ход ведет в чистые покои.
Возможно, в комнаты самого хозяина.
- Ты все выбрал правильно, - сказал я.
С мечом в руках я сделал несколько глубоких вдохов, нагнетая ярость схватки, ударил
дверь ногой, она лишь вздрогнула, тогда я, уже опытный, нащупал ручку и дернул на себя.
Дверь послушно отворилась, я стремительно ворвался в зал, дыхание вырывается с жуткими
хрипами, обвел безумным взглядом помещение. Трон на возвышении, покрытом красным
дорогим ковром ручной работы, круглый стол на двенадцать персон с выложенными золотом
именами на каждом сиденье, гобелены на стенах и картины маслом в дорогих рамах, огромные
светильники из серебра и меди, но зал пуст, как фуршетный стол после набега журналистов.
За спиной послышалось тяжелое дыхание, мимо мелькнуло серое тело, тут же захлопали
крылья, ворон сделал круг по залу, все-таки как-то пробрался по этому жуткому туннелю, но
сесть на плечо не решился, благоразумно брякнулся на огромную люстру. Люстра закачалась,
угрожающе разбрасывая огромные тени по стенам.
- Где? - вскричал я. - Где же гунны?
Ворон злорадно каркнул:
- Это сами гунны кричали: где, мол, Рим могучий?.. Когда эта... тучей! Попрятались, я в
призраков не верю.
Волк вскинул морду, ноздри быстро-быстро раздувались и схлапывались. В желтых глазах
росло недоумение.
- Что-нибудь чуешь? - крикнул я.
- Да...
- Где?
Он обвел зал непонимающим взором. Честный и прямой зверь, он тоже полагал, что в зале
нас встретит ощетинившийся копьями и мечами отряд головорезов.
- Близко, но...
Ноздри затрепетали, он даже привстал на цыпочки, пошел по залу, подпрыгивая нелепо,
как подстреленный орел, не потерявший надежды взлететь, дабы умереть на скаку. В смысле,
ну понятно.
- Где, говори?
- Они вон там... и вон там...
Я сперва не врубился, куда он показывает мордой, к тому же весьма неуверенно,
сконфуженно, потом как молотом в голову стукнуло: за этой же решеткой вентиляция, а что
такое вентиляция, знает всякий: нет лучше места, чтобы спрятаться. Никому и в голову не
приходит искать героя там, зато по ней легко попасть хоть в оружейную, хоть в спальню
королевы, хоть в подземную конюшню.
Остро кольнула мысль, что нечто пошло вроде бы не так, это же я должен был прятаться,
а меня там не найдут, а теперь эти гады опередили. Что же делать, должен ли я ходить, как
придурок, не замечая их, а они будут висеть прямо над моей головой, чихать и зажимать носы,
или как-то вести себя адекватно герою, но как...
- Давай, - сказал я, - подсажу.
Волк попятился:
- Зачем?
- Пролезешь по трубе, - объяснил я. - Посмотришь, проверишь все... Если там враги,
мы с вороном тоже, верно, ворон?
Люстра пошла раскачиваться сильнее: то ли ворон устроил себе аттракцион, то ли чтоб не
слышать такого опасного предложения. Волк покачал головой:
- Мой лорд, эти трубы достаточно широки, чтобы любой герой протиснулся там, не
слезая с боевого коня. Я оскорбился:
- Это только коммунисты сразу начали строить светлое будущее, не испытав его сперва
на собаках, но я демократ...
- Я не собака, - прорычал волк, глаза блеснули злым огнем, а верхняя губа
приподнялась, показывая длинные клыки. - Я не собака, мой лорд!
- Прости, - сказал я с искренним раскаянием. - Понимаю, что между волком и собакой
пропасть больше, чем между плотником и столяром или юзером и админом, но... если я полезу,
вы меня не бросите?
Ворон промолчал, люстра едва не стукается о потолок, а волк после паузы ответил глухо:
- Мой лорд, для нас с пернатым это большое испытание... Я привык к простому, и этот
комок перьев почему-то тоже.
Я молча подпрыгнул, ухватился за решетку. Мускулы напряг заранее, готовясь упереться
ногами в стену, однако прутья заскрежетали, я рухнул на пол вместе с решеткой. В стене
открылась широкая темная дыра.
- Ушли этим путем, - каркнул ворон с раскачивающейся люстры, - а выломанную
решетку просто приставили!
- А то без тебя кто бы понял, - буркнул я, поднимаясь.
- Вот я и просвещаю...
Снова подпрыгнул, подтянулся, в трубе ветерок, словно работают мощные кондишены.
Быстро пополз на четвереньках, потом сообразил, что проще идти, просто пригнувшись. Труба
ведет вроде бы на север, в той стороне головная башня, я не сразу заметил в стенках трубы
небольшие дырочки, на ходу заглянул, пустая комната, в другую - тоже, в третью - чья-то
спальня, но везде пусто, куда же делись, неужели все спрятались в вентиляционных трубах...
Впереди вместо уже привычных дырок для подглядывания темнеют по бокам трубы
гигантские ниши. Я добежал, ахнул, никакие не ниши, а такие же трубы, вернее - одна
перпендикулярная труба, саморегулируемый перекресток, что значит, без светофора, кто
наглее, тот пролезет первым. Поколебавшись, я продолжил путь, но через десяток шагов
встретил еще один перекресток, а потом еще, на этот раз вертикальный: в стенку трубы
вделаны довольно толстые металлические скобы, рассчитанные на мужчин в полном
облачении.
Я стиснул зубы, помычал, не зная, куда двинуться, рассудил, что спальня Темного
Властелина должна быть на самом верху, полез по ступенькам и уже через десяток высунул
голову на очередном перекрестке, самом сложном: кроме горизонтального, еще два наклонных
под углом в сорок пять градусов, какое же здесь разветвленное хозяйство, с одной стороны,
Темный Властелин молодец, следит за экологической чистотой воздуха, но для меня
добавочные сложности...
Прикинув, что моя цель, скорее всего, на верхнем этаже западного крыла, я выбрал
наклонный ход и пополз на запад, в смысле, в ту сторону, где, по моим представлениям, мог
быть запад. Я помнил, что мох на дереве с северной стороны, а с южной чисто, и еще муравьи
любят насыпать кучи тоже только с южной, так вот если встать к муравейнику спиной или
лицом, точно не помню, то в одну сторону будет запад, а в другую восток. К сожалению, ни
одного муравейника не встретил... а может быть, к счастью, хрен бы я пролез через муравейник
лесных формиков, да и мох что-то так и не нарос на стены.
Когда я начал беспокоиться, что пора бы уже куда-то да выползти, туннель начал
разветвляться, я глазам не поверил, восхищенный: настоящий клеверный лист, прекрасная
развязка, никто ни с кем не столкнется, удивительное инженерное решение местного умельца,
не все придумано в нашем двадцатом веке, во многом умельцы Средневековья опередили,
строил же Леонардо вертолеты, а Архимед - архимедовы винты, так и здесь просто чудо,
намного опередившее свое время, хотя востребованное и сейчас, но все же в полный рост
развернувшееся только при наших скоростных хай-веях.
Я восхищался, ахал, бурчал, снова восторгался, потом начал всерьез тревожиться, что так
никого и не встретил: это говорит прежде всего о том, что система вентиляции гораздо сложнее
и разветвленнее, чем я думал. И, кроме того, уже чувствую, этот дворец внутри гораздо больше,
чем кажется снаружи. Возможно, строители интуитивно применили четырехмерное
конструирование, которое позволяет, к примеру, втиснуть вовнутрь планеты Земля, где пустота,
еще одну Землю, но только гораздо больших размеров.
Наконец, изрядно измучившись, я обратил внимание наконец на крупную стрелку на
стене тоннеля. Такие попадались и раньше, все время попадаются, но я, занятый делом, не
обращал внимания, а сейчас подумал, что, в принципе, они должны указывать верное
направление, то есть на выход.
Волк из-за моей спины видел, как я рассматриваю стрелку, но смолчал, однако, когда я
потащился в направлении, куда указывает острый кончик, сказал с облегчением:
- Ну, наконец-то вылезем из этой трубы. Главное - совсем близко к кухне!
- Гм... - ответил я, вспомнил запоздало, что, вообще-то, нюх у волка таков, что не
нужны чертежи всех этих подземных и внутристенных коммуникаций, - таков стратегический
замысел!
- Каков?
- Ты умеешь хранить стратегические тайны?
Ворон, трепыхая крыльями и царапая нас жесткими маховыми перьями, пробрался
вперед:
- Я умею, я!
- Я тоже, - гордо ответил я исторической фразой Суворова, довольный, что могу
поумничать, отпихнул пернатого и устремился к выходу, там впереди свет, даже я ощутил
запахи факелов, горящего масла и несвежих постелей.
Когда осталось пару шагов, я предупредил шепотом:
- Со мной ни в коем случае!..
- Почему? - спросил ворон
- Если окна закрыты, куда вылетишь?.. Я осмотрюсь, а если все благополучно, подам
знак.
- Какой?
- Три зеленых свистка, - ответил я сердито. - Просто позову, понял? Все, умолкни.
Я осторожно приблизился к решетке. На стенке трубы пламенеет жирно намалеванная
стрела, краска еще свежая, пахнет, даже пачкается. Вздохнув с облегчением, все верно, я
ухватился за прутья, напряг железные мускулы. Прутья слегка прогнулись, но тут зашевелилась
кладка, посыпались крошки окаменевшего цемента, решетка еще чуть прогнулась, прутья
выскользнули из щелей между глыбами.
Осторожно поставив ее за спиной, я выглянул, довольно заурядная комната, вся словно бы
высечена из цельного камня, ничего лишнего, из нее ведет одна-единственная дверь.
Удерживая меч обеими руками, я пошел легкими шагами бывалого охотника наискось,
прямо к двери. Что-то шелестнуло, я не понял, откуда звук, на меня обрушилось холодное,
легкое, показавшееся мне рыболовецкой сетью, разве что сплетенной для охоты на акул,
способных мигом изорвать любую сеть, если она не из стальной проволоки.
Мой меч с усилием поднялся, я попытался разрубить сеть, но в спину толкнули, я сумел
каким-то чудом удержаться на ногах, одновременно сзади кто-то прыгнул. Догадавшись
поднять голову, я увидел, как с небольшой галереи, опоясывающей помещение со всех сторон,
на меня скачут здоровенные мужики, а еще двое держат наготове другую сеть.
Я заорал, нагнетая боевую ярость, но меня свалили, били и пинали, одновременно
укутывая в сеть. Меч выдрали из пальцев, я барахтался, ревел, как разъяренный лев, за что
пинали сильнее, а окованные металлом сапоги зверски били по ребрам.
Все тело стонало, плакало, выло, хрипело, рыдало. Я чувствовал, что во мне не осталось
ни единой целой косточки, все мышцы и все связки порваны, все тело - сплошной
кровоподтек. Никогда еще меня так не избивали, так что явно подошло время последней
схватки, это самая явная примета, я стиснул челюсти, глотал солоноватую кровь и ждал, когда
меня бросят в темницу, там познакомлюсь с таинственным узником, что даст мне ключ,
подскажет, как выбраться, останется только ждать, когда по ту сторону железной двери
послышатся тяжелые шаги, загремят засовы, а в мою темницу проникнет узкий луч света от
дымного факела, что покажется сверкающим лучом боевого лазера.
Сейчас же я лежал вниз лицом, глотая кровь из разбитых губ, руки скручены за спиной,
ноги связаны вроде бы настоящей якорной цепью, при каждом вздохе больно колет под
ребрами. Надо мной раздался грубый голос:
- Готов!.. Доложите господину!
Другой голос, помоложе, крикнул:
- Вызовите господина де Жюрминеля!
Я повернул голову, прямо у лица топчутся толстые ноги в грубых, но добротных сапогах.
Этих ног множество, всех не перекусать, да и не прокушу такую толстую кожу, это под силу
лишь особой змее, что ухитрилась грызануть князя Олега через сапог, да еще в пятку, через
двойной слой.
Меня ухватили за волосы, под руки, приподняли, поставили на колени. Дверь
распахнулась, вошел высокий, хоть уже и немолодой, рыцарь в светлых доспехах. Шлем на
сгибе левой руки, длинные золотистые волосы красиво падают на плечи. Испещренное
шрамами лицо дышит суровым мужеством, красоты в нем нет, но такие лица называют
прекрасными, синие глаза смеются, от них побежали мелкие морщинки, уголки рта вздернулись
в усмешке. Массивный подбородок раздвоен не то шрамом, не то генетикой, высокие скулы
кричат об аристократичности, щеки чисто выбриты, хорошо видно, что кожа загрубела от
постоянной встречи с холодным ветром, зноем, вьюгами. Такими выглядят аристократы,
сбежавшие от дворцовых интриг и ставшие либо вожаками наемных отрядов, либо
командирами дворцовой стражи у пограничных феодалов.
Рыцарь оглядел меня внимательно.
- Та-а-ак... Хорошо связали? А теперь отыщите его собаку и убейте.
Один из стражников сказал льстиво:
- Повелитель, у него не было собаки.
- Тогда кошку, - сказал он твердо. - Хотя не представляю кошку, которая пыталась бы
спасти хозяина, развязывая ему веревки, но слышал в детстве про кота, что принес узнику
ключи... Найдите и убейте!
Стражник низко поклонился:
- И кошки с ним не было.
- Да? - изумился рыцарь. - Ну, неважно. Отыщите тех, кто был с ним: обезьянку,
попугая, ворону, даже воробья: хрен знает, что он может сделать своим клювом, - и убейте! А
труп сожгите. Мне не надо, чтобы его ручная тварь подползла на последнем издыхании и все
же освободила хозяина.
Стражники проверили мои путы, пришел кузнец и навесил мне на ноги пудовые цепи, а
потом еще и гири. Я изогнулся от боли, когда руки завернули за спину, холодное и тяжелое
охватило запястья, а когда руки отпустили, они повисли под тяжестью железа. В довершение
всего явились два угрюмых плотника с толстыми досками в руках, соединили их штырями на
моей шее, так что я не видел даже своих рук. Меня раскачивало от тяжести, отверстие для шеи
оказалось таким тугим, что я едва мог дышать.
Рыцарь наблюдал за мной холодными немигающими глазами. Один из придворных
громко расхохотался:
- Мой господин, не чересчур ли? Что один человек может сделать?
Рыцарь перевел на него взгляд. Все затихли. Рыцарь проговорил отчетливо:
- Вот что!
В его руке блеснуло, в следующее мгновение красивая расписная ручка кинжала
появилась в правом глазу придворного. На затылке роскошные холеные волосы раздвинулись,
пропуская окровавленное острие.
Рыцарь проговорил с нажимом:
- Все тела моих противников сжечь, а не бросать умирать у подножья скалы! Сперва
всем отрубить головы, а потом сжечь.
Один из стражников больно ткнул меня в спину:
- На колени, дурак!.. Может быть, хозяин не станет тебя казнить... очень уж люто.
Я остался на ногах, однако двое заломили мне руки с такой силой, что я вскрикнул от
острой боли в суставах и рухнул на колени. Рыцарь остановился в трех шагах, синие глаза с
веселым недоумением оглядели меня одним коротким цепким взглядом.
- Молодец, - сказал он поощрительно. - Ты сумел попасть даже в замок... Эй, Осман!
Где он? Разыщите Османа. Пусть захватит свой длинный палаш. Надеюсь, он не разучился
рубить головы.
Я вовсю таращил на него глаза, даже не сразу понял, что он сказал стражникам.
- Ты... Ты и есть... Темный Властелин?
Он слегка усмехнулся:
- Я. Но если думаешь, что я буду одеваться в черное, ошибаешься. Я предпочитаю
светлые тона и достойный покрой. И бреюсь чисто, а не оставляю козлиную бородку, как ты,
конечно же, надеялся увидеть. Верно?
- Верно, - согласился я растерянно. - Но... почему?
- Что почему? Почему нет козлиной бородки? Это когда-то выглядело очень эффектно,
напоминало дьявола, а теперь буду больше смахивать на вечно брюзжащего интеллигента... А
что же ты один? Ах да, королеву отправил домой?
- Пришлось, - ответил я.
- Правильно сделал, - одобрил он. - У меня, знаешь ли, здоровый скептицизм в крови.
Если вдруг заявила бы, что восхищена моей властью и моей внешностью и что с радостью
предаст тебя, как думаешь, я ей поверил бы?
Я пробормотал:
- А если в самом деле будет так? Ведь ты и сам не урод, и хозяйство наладил так, что
твои крестьяне живут богаче помещиков в других землях.
Он сдвинул плечами:
- Такова цена власти. Поневоле всякого подозреваешь, что хочет лишь возвышения, что
мечтает урвать, хапнуть, поживиться. Я нанимаю вообще только тех, кто работает за деньги.
Идейные, знаешь ли, ненадежный народ. Сегодня идут за мной, а завтра могут польститься на
другие идеи. А наемники служат тому, кто больше платит. С ними все предсказуемо, надежно,
демократично. Надеюсь, ты догадываешься, что это я тебя выдернул в этот мир? Не догадался?
Куда тебе, герой с трехручным мечом! Но ты почему-то единственный, кто может помешать
мне захватить Вселенную!.. Конечно, шансы помешать крохотные, но я, как ты заметил,
человек очень осторожный и весьма предусмотрительный. Потому я принял меры, чтобы
исключить даже самую крохотную возможность помешать моим великим планам.
- Здорово, - сказал я ошеломленно, что ему явно польстило, - но... как? Как ты сумел?
- Все миры взаимосвязаны, - сказал он, а я подумал, что слышал это тысячи раз,
осточертело, прямо попугаи какие-то, - но только тропки потеряны, забыты, затоптаны. А то и
перегорожены несокрушимыми заборами. Но в старину одну отыскали... Сюда перенесли
камень Силы, а отсюда, воспользовавшись возможностью, переселилось племя регорнов.
- Есть такие, - ответил я, - они там... неплохо устроились. Совсем неплохо. Не
жалуются.
- И вот когда я отыскал этот камень Силы, а потом еще и тропку в тот новый мир... что я
должен был делать?
- Козе понятно, - ответил я. - Конечно же, готовить вторжение.
Он сказал с удивлением:
- Хоть с виду ты и полный дурак, даже дурак дураком, но соображаешь...
- Наверное, потому, - ответил я, - что решение дурацкое.
Его брови грозно сдвинулись:
- Сомневаешься?
- Ладно, - сказал я, - ты сумел как-то наслать тот пространственный смерч, но что ты
смог бы против человека с абсолютным оружием в недрогнувшей руке?
Он покачал головой:
- А что ты смог бы против бессмертного? Ведь я сумел отделить свою жизнь от тела и
спрятать ее в надежном месте. Согласись, в надежном!
Я сказал вынужденно, отдавая дань справедливости даже противнику:
- Слушок насчет Острова Смерти был хорош, хорош. Даже если смельчаки не гибли по
дороге, то выживших брали на заметку, верно?
- Точно, - ответил он. - Тебя вели всю дорогу. Конечно, по пути старались убить, но
тебе просто везло. А здесь для тебя приготовили встречу, даже экскурсоводов приготовили,
везде указатели расставили, стрелки намалевали... Все мы ждали, затаив дыхание, и ты нас не
подвел! Явился точно в определенный час, только насчет трубы у нас заключались пари, но ты
вылез из той, на которую ставило большинство, так что выигрыш у ребят оказался невелик.
Через дверной проем шагнул, пригибая голову, чтобы не расшибить лоб, огромный
детина. Обнаженный до пояса, как и я, только еще шире, толще, огромнее и даже выше на
полголовы, отчего я, несмотря на избитость, переломанные кости, тяжелые цепи по ногам и
рукам и колоду на шее, ощутил себя уязвленным, ну не любим мы, мужчины, тех, кто выше нас
ростом, не любим.
В толстой волосатой лапе зажат эфес широкого палаша, настолько широкого, что это уже
не палаш, а нож гильотины. Я зябко поежился, сказал быстро, видя, как этот гигант двигается к
нам:
- А в какую темницу меня поместят?
Он ехидно улыбнулся:
- Надеешься на соседа? Мой благородный брат, чей трон я узурпировал, пал от моего
меча сразу же,
...Закладка в соц.сетях
