Жанр: Электронное издание
Kulgal20
...ртура Хэммерсмита и
ждет от него ребенка. Зачем вам
понадобилось ее убивать?
- Я не собирался ее убивать! - брезгливо посмотрел на него Дейл. - Я просто
пугал ее.
- Ты? - удивленно спросил Седжвик. - Выходит, это ты ночью пробрался в
особняк Хэммерсмитов и пытался задушить
свою дочь? Преследовал ее в России?
- Конечно, у меня были исполнители, - пожал плечами Дейл.
- А где они сейчас? Почему вдруг с Дэннисом ты решил разделаться сам?
- У меня просто не было времени, чтобы раздавать поручения. Дэннис запросто
мог рвануть к Элис, и все вскрылось бы.
- Не могу поверить! - простонал Дэннис.
- Тебе ее жаль? - поднял брови Дейл. - Напрасно переживаешь. Она ведь
шлюха, как и ее мать. У нее была пропасть
любовников. Да-да, Дэннис, тебе стоит об этом знать. Понимаешь ли, - он
доверительно понизил голос. - Я даже не уверен,
что отец ребенка - Винсент Хэммерсмит. Скорее всего, Элис зачала в грехе, как в
свое время Джули. История повторяется!
- Почему ты так уверен, что Элис - не твоя дочь? - вмешался Седжвик,
вскинув голову. - Ведь не исключена
возможность...
- Я узнал это из первых рук. Я подслушал телефонный разговор Джули с
Артуром.
- А ты уверен, что на том конце провода был именно Артур? Дейл, мне тебя
жаль, - Седжвик был настолько
проникновенен, что по колебал бы чью угодно уверенность. - Артур - вовсе не отец
Элис, а Винсент - не ее брат. Твоя
маленькая месть не удалась.
- Ты лжешь, - улыбнулся Дейл.
Дэннис, который некоторое время стоял, задумавшись, и глядел себе под ноги,
внезапно ожил и с прежней
запальчивостью спросил:
- Хотите сказать, что все покушения на вашу дочь - всего лишь инсценировка?
- Именно.
- Надо ехать, - напомнил сержант, топтавшийся возле автомобилей,
образовавших настоящее столпотворение на западной
стороне стоянки. - Хайнц отправился в участок, ждет нас там.
- Я никого не убивал, - пожал плечами Дейл. - Мой адвокат скажет то же
самое. Пусть полиция попробует что-нибудь
доказать.
- А Мэган Локлир? А попытка угробить Дэнниса?
- Дэнниса я просто хотел проучить, - заявил Дейл, хмыкнув. - Кто сбил Мэган
Локлир? Не знаю, - Дейл выразительно
покачал головой.
Вместо ответа Седжвик кивнул сержанту:
- Везите его в участок, а я займусь пострадавшим.
- Я в порядке, - заявил Дэннис. Звучало это заявление совсем неубедительно.
- Только... Не могли бы вы сесть за руль?
- Конечно.
- Не думал, что все это серьезно, - развел руками Дэннис, когда они
тронулись. - Какая-то глупость... С самого рождения
Элис Дейл все знал. Он растил ее вместе со своей ненавистью!
- Выходит, так.
- Он казался мне совсем другим!
- Думаю, не тебе одному.
Когда Седжвик появился в участке, шеф полиции сразу же увел его в свой
кабинет.
- Тебе не кажется, Брюс, что в этом деле есть нечто странное? - спросил он,
укладывая сцепленные руки на стол перед
собой.
- А тебе?
- Допустим, Дейл хотел превратить жизнь Элис в ад. Допустим, ему удалось
подкупить кого-то из служащих
Хэммерсмита. Почему же тогда, видя, что в дело вмешалась полиция, они продолжали
свои игры?
- Наверное, Дейл закусил удила.
- Дейл - это ладно. Но его подручные? Если они были в доме и знали о том,
какие меры безопасности предпринимаются...
- Они сами обеспечивали эту так называемую безопасность.
- Кто из них?
- Понятия не имею. Думаю, Элис не поддержит версию о том, что это было лишь
запугивание. Она готова присягнуть, что
пережила несколько покушений на свою жизнь.
- То, что их было несколько, - главный аргумент в пользу того, что ее
только пугали.
- Я понимаю, - кивнул Хайнц. - Если бы ее действительно хотели убить, то
убили бы сразу. Столько неудач у
профессионалов? Неубедительно.
- И все же вы недовольны, - склонил голову Брюс.
- Мне кажется, что меня одурачили. Отчего бы это?
В этот момент на столе Хайнца зазвонил один из телефонов. Он несколько
минут молча слушал, потом кивнул:
- Хорошо, я встречусь с ним.
В его голосе Брюса Седжвику послышалось неудовольствие.
- Что-то по нашему делу? - спросил он, когда Хайнц положил трубку на место.
- Что-то новое?
- Еще какое новое... Гилберт, глава службы безопасности Хэммерсмита, просит
встречи со мной. Он уверяет, что знает,
кто на самом деле охотится на Элис Хэммерсмит, и может не только указать на
этого человека, но и помочь взять его с
поличным. Потому что ему известно, где и как произойдет следующее покушение.
- Разрази меня гром!
- Нет, Брюс, определенно, в этом деле есть что-то, чего мы пока не
улавливаем.
Мэтт пристроился к лимузину Хэммерсмитов в тот самый момент, когда с
частной дороги тот выехал на городскую улицу.
Припарковал свой автомобиль на огромной стоянке возле концертного комплекса, не
выпуская из виду тех, кого
преследовал. Когда Элис Хэммерсмит направилась к восточному входу, он, опередив
ее, прошел внутрь.
Гилберт, глава службы безопасности, держал Мэтта в уме с тех самых пор, как
Тэрри Куэйн засек его в России. "Из этого
парня получится отличный козел отпущения", - решил он, когда запахло жареным.
Да, он брал деньги у Дейла Хоккеса. Но
рассчитывал выйти сухим из воды. Чтобы выскользнуть из-под подозрения полиции,
нужно все свалить на наемного убийцу.
Вывести на него полицейских и сделать так, чтобы они не успели его допросить. То
есть убрать его в нужный момент.
Гилберту самому хотелось бы знать, на кого работает Мэтт, но в сложившейся
ситуации прояснить это не представлялось
возможным. Важнее было выдать его властям и сохранить свою репутацию
незапятнанной. Ему пришлось приложить немало
усилий, чтобы шеф полиции согласился позволить Тэрри Куэйну участвовать в
операции.
- Если в качестве телохранителя миссис Хэммерсмит будет выступать кто-то
незнакомый, этот человек может
насторожиться, - убеждал он. - Он вел за ней подробное и долгое наблюдение и
наверняка знает в лицо людей службы
безопасности, моих людей.
- Вы предлагаете отправить с Элис кого-то из них?
- Безусловно. Пусть это будет Куэйн - он лучший и действительно сможет
подстраховать ее.
- Хорошо, - сказал Хайнц.
Гилберт видел, что шеф полиции раздражен, и понимал причину его
раздражения. Хайнц чувствовал, что его ведут на
веревочке, и никак не мог схватить руку того, кто держит за другой ее конец.
- Тэрри Куэйн получит от меня четкие указания, - отчеканил он. - И пусть
только попробует не подчиниться.
У Тэрри Куэйна была спрятана козырная карта в рукаве. Полицейские не знали,
каким способом Мэтт собирается
прикончить Элис Хэммерсмит. А Тэрри знал. Тем не менее ему предстояла сложнейшая
задача: он должен был среагировать
на одно-единственное профессиональное движение руки. Ему необходимо было убить
Мэтта Дайлона не раньше и не позже
того момента, когда он достанет нож. Мэтт должен умереть, сжимая его в ладони.
Таким образом версия Гилберта будет подтверждена, а полицейские получат
доказательства того, что Мэтт - именно тот
человек, который им нужен. Также будет соблюдено главное условие Гилберта - Мэтт
должен быть мертв во что бы то ни
стало. Если Мэтту удастся бросить нож незаметно для полицейских, а Тэрри убьет
его после этого, полицейские подумают,
что он убил первого попавшегося туриста. И тогда на него самого повесят
предумышленное убийство. Хайнц в таком случае
может не поверить, что нож метнул именно Мэтт Дайлон, и подумает, что Гилберт
просто подставил невинного парня, чтобы
очистить себя от подозрений. Хайнц и так явно чувствовал какой-то подвох.
Поэтому, как считал Тэрри, он был столь
раздражен и резок со всеми, кто участвовал в операции.
Нет, Тэрри не должен ошибиться. Если что-нибудь не получится, Хайнц
обязательно достанет их всех - и его, и Гилберта в
том числе.
Гилберт понимал, что Хайнц сильно рискует. Понимал он и то, что у того не
оставалось выбора. Никаких оснований
арестовать Мэтта Дайлона у полиции не было. Его могли задержать, но надолго ли?
Освобожденный Мэтт, зная о
наблюдении, потом ускользнет и все равно выполнит свой заказ на убийство. Да,
шефу полиции сейчас никто не мог бы
позавидовать.
Правда, Гилберт не знал одной важной вещи. Накануне вечером в Вустер-сити
прибыли два человека - специалист по
созданию имиджей и молодая женщина, комплекцией удивительно напоминающая Элис
Хэммерсмит. Мэтт Дайлон не
должен был приближаться к своей жертве слишком близко, поэтому предполагалось,
что подмены он не заметит.
Когда женщина, которую Мэтт Дайлон принял за Элис Хэммерсмит, появилась в
проходе восточного сектора, он быстро
прошел вправо и, обогнув крайний блок зрительских кресел, оказался позади нее.
Как и предполагал Мэтт, ее сопровождал
охранник, и им оказался Тэрри Куэйн!
"Что ж, - подумал Мэтт. - Придется Куэйну испить эту чашу. Женщина, которую
он стережет, спустя несколько минут
превратится в мертвое тело, и он ничего не сможет с этим поделать". Правая рука
Мэтта все время находилась в кармане
пиджака, на ней была перчатка специальной выделки - такая тонкая, что со стороны
ее можно было не заметить вообще.
"Сейчас самый подходящий момент, - внезапно подумал Мэтт. - Спина цели
открыта, Куэйн находится справа, достаточно
далеко, чтобы успеть ее загородить". Он прищурился, потянул нож из кармана, рука
его напряглась... И в этот момент Мэтт
заметил, что Тэрри Куэйн повернулся и смотрит прямо на него. Мэтт не сразу
понял, что звук выстрела, раздавшийся вслед
за этим, имеет к нему какое-то отношение. Он опустил глаза и посмотрел на свою
руку, пытаясь понять, бросил он только что
нож или нет. Однако глаза его наткнулись на что-то красное, испачкавшее грудь.
"Кажется, это моя кровь, - пробормотал
Мэтт, пытаясь удержаться на ногах. - Тэрри, сукин сын, ты испортил мой
пиджак..."
Мэтт Дайлон упал сначала на колени, а затем повалился на землю вниз лицом.
Куэйн сделал несколько быстрых шагов в
его сторону и вытянул шею. Этого было достаточно для того, чтобы увидеть: рука
Мэтта сжимает нож. Тэрри облегченно
прикрыл глаза.
- Надеюсь, ты не жалеешь о том, что все позади?
Сестры сидели в гостиной дома Энди Торвила.
- Говорят, под конец Дейл нанял настоящего киллера, - заметил Энди,
отщипывая кусочки от холодной пиццы, которую
они еще утром заказали в ресторане. - Если бы не Тэрри Куэйн, дело могло бы
кончиться более трагично.
- Тэрри Куйэн! - с негодованием воскликнула Алиса. - Этот ублюдок дважды
пытался задушить меня. Что бы там ни
говорили его адвокаты. Ненавижу его туалетную воду!
- Замечательный аргумент для суда, - не сдержался Энди.
Алиса сосредоточенно посмотрела на своих собеседников:
- Думаю, вы оба не станете возражать, если я в ближайшее время
самоустранюсь? Поеду домой.
- Как? Почему? - Элис даже подпрыгнула на роскошном диване Торвила.
- Неужели вам не хочется устроить домашнюю пресс-конференцию? -
поинтересовался Энди. - Посмотреть на их лица...
Алиса представила Винсента Хэммерсмита и покраснела.
- О, нет! - воскликнула она в полном смятении. - Никаких разоблачений!
Надеюсь, я могу на вас положиться? Обо мне не
знает никто: ни Дейл, ни Гилберт, ни Фред, ни один из Хэммерсмитов, ни
полицейские, ни Брюс Седжвик... Все уверены, что
Элис действовала здесь в единственном лице. Все думают, что у четы Хоккесов была
одна дочь. Пусть остаются в
счастливом заблуждении. То, что они узнают правду, не сделает счастливее ни
меня, ни тебя, сестричка.
- И все же, - пробормотал Энди. - Это как-то... Не правильно.
- Дорогой детектив, - сладким голосом сказала Алиса. - Мы находимся здесь
исключительно с дружеским визитом,
поэтому ведите себя как друг.
- Если вы считаете, что дружба состоит в том, чтобы покрывать друг друга...
- Но я же не совершила никакого преступления, - возмутилась Алиса.
- Ну, ладно, - неохотно сказал Энди. - В конце концов, я действительно
больше не работаю по этому делу. Хотя и не
слишком доволен результатом.
- А я - так очень довольна, - сообщила Элис, беря сестру за руку и сжимая
ее пальцы. - Лучшего подарка, чем найти
родную сестру, я бы и придумать не могла.
- Можно я спрошу? - подал голос Энди, хихикнув. - Как, интересно, вы
собираетесь поступить со своими мужьями?
Глава 16
- И этот Костик вот просто так взял тебе и все рассказал? - Галка смотрела
на Дениса во все глаза.
- Просто так! - передразнил он. - Мне пришлось отделять зерна от плевел
прямо на ходу. Что называется, на полной
скорости. Видала бы ты этого Костика!
- И все-таки?
- И все-таки благодаря ему мы теперь знаем завязку. Но до развязки, увы,
еще далеко.
- Ну, рассказывай, рассказывай! - Галка просто места не находила себе от
волнения.
- Значит, так. - Денис принес большую пепельницу и позволил себе
расслабиться с хорошей сигаретой. Он редко курил, и
обычно не в комнате, но сегодня был абсолютно уверен, что жена не погонит его на
балкон.
- Все, что узнала и сообщила в последний раз Алиса, мне очень помогло.
Благодаря ей я разобрался в именах, датах и
мотивах. И могу рассказать ужасно логичную версию произошедшего.
- Я - твой первый благодарный слушатель, - сказала Галка.
- Как все неразберихи на свете, эта тоже началась с любовного романа, -
усмехнулся Денис. - Молодая американка Джули
Хоккес, пребывая в счастливом браке с Дейлом Хоккесом, влюбилась в другого
мужчину. Его имя - Виктор Хаттон. Сейчас
мы уже знаем, что он настоящий отец Алисы. Виктор Хаттон был богат с рождения и
вдобавок достаточно известен как
художник. К моменту встречи с Джули он тоже состоял в браке с другой женщиной.
Однако брак оказался несчастливым.
Они с женой уже несколько лет не жили вместе, и развод казался делом чисто
формальным. Виктор считал себя свободным
мужчиной: ему никого не нужно было обманывать. Другое дело Джули. Свидания с
Виктором были чистой воды авантюрой,
у нее был муж, обожавший ее. В конечном итоге, когда Джули поняла, что
беременна, она принялась выбирать, как ей лучше
поступить - остаться с мужем или сбежать к любовнику, в чьем отцовстве она не
сомневалась. Виктор проявлял
индифферентность. Но лишь до тех пор, пока не узнал, что Джули ждет ребенка.
- Помилуй господи! Откуда Костик мог знать все эти подробности про дела и
чувства американцев?
- Костик всего и не знал. Это я соединил все сведения, что сообщала Алиса,
с нашими личными изысканиями. Кстати,
только благодаря душещипательным подробностям этой любовной связи бабуся
Костика, Роза Пашкова, и согласилась
пуститься во все тяжкие и переоформить ребенка на Татьяну Соболеву. Двоюродные
сестры - Нина и Роза - вообще были
очень разными. Нина жаждала денег, Розу можно было взять только чувствами. Дело
в том, что Джули самолично рассказала
Татьяне свою "lоvе storу", не упустив ни одного нюанса. Все в свое время
узнаешь.
- Ну ладно, ладно, дальше, - потребовала Галка.
- Ну и вот. У Виктора Хаттона, оказывается, была голубая мечта - заиметь
наследника. С женой у него ничего не
получалось, возможно, были и другие попытки на стороне. Короче, когда Джули
заявила, что будущие близнецы - его, но он
не сможет их воспитывать и не имеет на них никаких прав, Виктор пришел в ярость.
Это была натура сложная, творческая.
Он имел сильный характер и в дальнейшем мог преподнести Джули массу сюрпризов. А
Дейл Хоккес - ее законный супруг -
был уже в летах, боготворил жену и проглотил бы любую ложь во имя сохранения
статус-кво. Джули закусила удила. Она во
что бы то ни стало решила остаться с мужем. В это время Дейл как раз собирался в
Россию. Он занимался антиквариатом и у
него наклевывалась в Москве какая-то фантастическая сделка. Джули увязалась за
ним. К тому времени она уже знала, что
должна произвести на свет не одного, а двух детишек, причем довольно скоро.
- Виктор Хаттон вслед за коварной любовницей отправляется в Россию, -
патетически возвестила Галка.
- Так точно. Он без труда обнаружил супружескую чету в Москве и начал
преследовать любовницу с утроенной энергией.
Чтобы не испытывать неудобств в чужой стране, нанял частного переводчика,
которого ему порекомендовали служащие
отеля. Это и была Татьяна Соболева.
- А Косточкин говорил тебе, что Татьяна обслуживала американку?
- Ну, он просто ничего толком не знает. Зато мы знаем. Мы знаем, что
Татьяна в разгар очередной разборки между
любовниками оказалась тут как тут. Перед ней забрезжила мечта, которую она давно
уже лелеяла в своем сердце - уехать из
страны к чертовой матери. Она насмотрелась на заграничную жизнь и хотела
изменить свою. Джули тем временем
предложила Виктору разделить близнецов, как говорится, поровну. Тогда тот
получил бы долгожданного наследника, а она
сохранила бы полноценную семью: у нее оставался муж и ребенок.
- Чудовищное решение!
- Между собой-то они договорились, но не знали, как все это провернуть на
деле. И тут на сцене появилась Татьяна
Соболева! Она предложила свои услуги, взяв техническую сторону дела на себя. Она
обещала оформить одного ребенка на
себя. После этого Виктор должен был жениться на ней и вывезти с малышом в
Америку. В дальнейшем Татьяна хотела
развода и хорошего содержания до конца жизни. Для Виктора Хаттона это было
вполне реально! В деле оказалась только
одна заноза - формально Виктор уже был женат. И ему требовалось время, чтобы
съездить в страну и развестись, прежде чем
жениться на Татьяне. Тем временем Джули вот-вот должна была родить.
- Господи, это просто мелодрама какая-то! - не выдержала Галка.
- А как же! Мелодрама и есть. В положенный срок, то бишь четырнадцатого
сентября, Джули и Татьяна Соболева
попадают в известный нам роддом. Джули - в предродовую палату, а Татьяна - в
патологию. Кстати сказать, как я понял,
Нина Ахломова, работавшая в консультации, заготовила две фальшивые карты для
Татьяны. Согласно одной, у нее была
двухмесячная беременность, и ее клали на сохранение. Согласно другой, она была
на сносях и рожала в срок. Роза Пашкова
работала старшей сестрой отделения патологии. Татьяна находилась под ее
присмотром до тех пор, пока Джули не родила.
Как уж там Розе удалось намудрить с документацией - не знаю. Но одну девочку
зарегистрировали как Элис Хэммерсмит, а
вторую - как Алису Соболеву. После того, как Джули родила близнецов, Роза изъяла
из обращения Татьянину карту, где был
проставлен двухмесячный срок беременности, и пустила в дело другую, где теперь
стояла запись о том, что она уже стала
мамашей. Татьяну из патологии просто перевезли в послеродовую. Думается мне, обе
женщины потом лежали в двухместной
палате на третьем этаже. Именно туда попадал так называемый особый контингент
рожениц. После выписки Джули с
дочуркой Элис и любимым мужем Дейлом вернулась в Америку, а Татьяна продолжала
раскручивать сценарий уже вдвоем с
Виктором Хаттоном. Виктор собирается ехать в Америку, чтобы получить развод. А
вместо этого нелепейшим образом
погибает прямо во дворе дома, куда Татьяна только что переехала.
- Могу себе представить, в каком она была ужасе!
- Да, я забыл тебе сказать еще одну вещь. Я все-таки сломал Татьянину
подругу.
- Ольгу Авдеенко? - изумилась Галка.
- Я поехал к ней и выложил всю историю.
- А она?
- Заплакала. И кое-что добавила от себя.
- Неужели?
- Сказала, что смерть Виктора повергла Татьяну в шок. Она не могла
смириться с тем, что вместо прекрасной жизни в
Америке, которая была уже так реальна, ее ждет прозябание в России в еще более
худшем положении, чем прежде - с
младенцем на руках. Она написала письмо отцу Виктора - Лео Хаттону, сочинив
историю о большой любви между ней и его
сыном. Сообщила также, что у Лео теперь есть внучка. Она уверяла, что Виктор
просто не успел поставить отца в
известность о ребенке, который только что родился.
- Но ответа так и не дождалась.
- Откуда ты знаешь?
- Как это откуда? Татьяна, ведь осталась в России.
- А, ну да. - Денис помолчал. - Впечатлила тебя моя история?
- Еще как впечатляла. Надо срочно звонить Алисе.
- Надо. Хотя самого главного мы так и не сможем ей рассказать. Кто
покушается на ее жизнь и жизнь ее сестры? И
главное - почему? Из истории, которую я тебе только что поведал, не вытекает
абсолютно ничего криминального.
- Может быть, есть какие-то неизвестные нам детали?
- Наверняка есть. Но возникает вопрос - как до них докопаться?
Прошло гораздо больше двух месяцев с того времени, как он отослал Мэтту
карточку с именем Элис Фарвел. Время от
времени он наводил о ней справки. Сначала узнал, что она утонула во время отдыха
на Черном море. Это был триумф. Он
получил настоящее удовольствие от мысли, что все сделано профессионально и никто
никогда не сможет доказать его связь
со смертью этой женщины.
Деньги он приготовил заранее. Огромную сумму. Но дело того стоило. Что
значат эти жалкие тысячи в сравнении с тем,
что он получит в ближайшем будущем благодаря смерти Элис Фарвел?
Однако время шло, а никто с ним не связывался. Он стал плохо спать,
вскидываясь от каждого случайного звука за окном.
Любой телефонный звонок заставлял его нервничать. В конце концов он не выдержал
и позвонил в "Айсберг". И там ему
сказали, что Элис Фарвел нашлась. Она была жива и невредима! Черт побери, что
этот придурок-киллер себе думает?
Он начал осторожно наводить справки и в конце концов узнал ужасную вещь -
Мэтт мертв. Что с ним случилось? Вряд ли
он узнает ответ на этот вопрос. Искать другого наемного убийцу казалось ему
довольно опасным делом. Чтобы выйти на
этого, ему потребовались месяцы и месяцы. Что же делать? Может быть, вообще
отказаться от своего плана?
Он представил, что все останется так, как сейчас, и поморщился. Нет, это не
годится, никуда не годится. Он решил, что
должен сам во что бы то ни стало избавиться от Элис Фарвел. Идея была не слишком
хороша, но у него не было другого
выхода. Он так и сказал сам себе:
- У меня просто нет выхода.
- За нас и за нашего малыша! - Гарри поднял бокал и покачал в нем кубики
льда.
Алиса подперла щеку кулаком и пытливо посмотрела на него. В его глазах
действительно светилось нечто, очень похожее
на любовь.
- Мне надо выйти, - сказала Алиса. - А ты, пожалуйста, закажи пока
коктейль.
- Ягодный можно? У тебя ни на что не появилось аллергии?
"Появилась. На тебя", - хотела сказать Алиса, но посчитала, что не стоит
пугать его раньше времени.
Она вышла в холл и, ни секунды не медля, пошла к телефону.
- Элис! - с облегчением сказала она, когда сестра сняла трубку. - Скорее
приезжай сюда. Меня тошнит от Гарри.
Элис немного помолчала, потом деловито сказала:
- Ладно. Я приеду, и мы поменяемся платьями.
- Зачем это? Гарри нужно все рассказать.
- О, нет, Алиса! Ты все испортишь! Он такой чувствительный...
- Кто, Гарри? Впрочем, когда дело касается лично его, то да.
- Пожалуйста, сестричка, давай оставим все, как есть! У ребенка, которого я
ношу, считай что вообще нет отца. Я хочу
замолить этот грех. Хочу, чтобы он у него был. Не приемный, а настоящий.
- Но Гарри - не настоящий.
- Он так не думает.
- То есть ты хочешь, чтобы Гарри считал, что это ваш с ним ребенок? То есть
наш с ним ребенок? Он по-прежнему будет
думать, что ты - это я.
- Вот и хорошо.
- Хорошо? Наша мать поступила так же. Она манипулировала нами, своими
детьми, как вещами, имеющими
определенную ценность. И что из этого получилось?
- Получились две очаровательные женщины. Кстати, ты вернешься к Винсенту?
- Конечно, нет. - Алиса даже рассердилась. - В подобном обмене мужчинами
есть что-то до такой степени пошлое, что от
одной мысли об этом меня начинает трясти.
- Но это жизнь, Алиса! Реальность. Если тебе понравился Винсент...
- Сейчас не время обсуждать мои планы, - перебила ее Алиса. - У меня тут
Гарри, очумевший от избытка чувств.
Гарри вышел в холл, взволнованно озираясь. На него оглядывались все
представительницы противоположного пола,
попадавшиеся навстречу.
- Какие наглые существа, эти женщины! - раздраженно сказала Алиса.
- Я их не замечаю, - на красивом лице Гарри появилась улыбка соблазнителя.
- Никого, кроме тебя, дорогая.
"Разрази меня гром! - подумала Алиса. - Неужели он всегда был таким
слащавым?" Она смотрела на Гарри, и ей больше
не хотелось плакать. Сердце ее не сжималось и не ныло, и вообще: свидание
оказалось обременительным. Если честно,
Алиса пришла сюда с целью полечить свое самолюбие. Все-таки Гарри был ее мужем,
ее любовью, кусочком ее жизни, и ей
хотелось снова примерить эту любовь на себя, словно платье, помнящее первое
свидание. И вот теперь выяснилось, что в нем
она чувствует себя неудобно: наряд потерял всю свою привлекательность. Ей стоило
труда спровадить Гарри обратно за
столик.
Когда Элис, наконец, появилась возле входа, она облегченно вздохнула.
- Трепещу, словно девица, - призналась та, поправляя остриженные, как у
Алисы, волосы. - Ты все решила окончательно?
- Да. С Гарри покончено.
- Точно не передумаешь? - озабоченно спросила Элис.
- Помнишь, как ты недавно встретилась с Дэннисом? У тебя еще было такое
постное лицо...
- Как только он заговорил, я поняла, что все перегорело.
- Вот и у меня то же самое.
Они обнялись, и Алиса сказала:
- Я возвращаюсь в Москву.
- Ты же не хотела!
- Здесь мне было хорошо только потому, что я была вместе с Гарри. Я
приехала сюда ради Гарри, понимаешь? - Она
нахмурилась и добавила:
- Нет, я просто убеждена, что Гарри нужно все рассказать.
Элис сосредоточенно посмотрела на пальму, украшавшую холл, и нехотя
произнесла:
- Наверное, ты права. Но как мы ему скажем?
- Давай просто войдем вместе в зал и сядем по обе стороны от него. Это
будет самая изощренная женская месть в истории
человечества!
Когда Винсент Хэммерсмит вошел в кабинет, Энди невольно поднялся со своего
места. На госте был дорогой летний
костюм и туфли, продав которые можно было бы съездить на курорт и неплохо там
порезвиться. Это внушало уважение.
- Садитесь, - сказал Энди, указывая на кресло для посетителей.
- Как дела? - спросил Винсент, закидывая ногу на ногу. - Вижу, ваше дело
процветает.
- Идут, - лаконично ответил Энди. - Думаю, вы ко мне тоже по делу?
- Элис не подавала о себе вестей?
Он и сам толком не знал, зачем отп
...Закладка в соц.сетях
