Жанр: Электронное издание
Kulgal10
...еще какой!
- В Орехова в самом деле стреляли?
- Да ты что? Кто это тебе сказал? - изумилась Лариса.
- Мешков, шофер Орехова.
- Убить его за это мало!
- Уже, - мрачно сказала Мила. - Убила. Считай что своими руками.
- Как это? - опешила Лариса. - Ты не врешь?
- Я определенно не в том настроении, чтобы врать. Хочешь потрогать мою
шишку?
- А ты мою? - развредничалась Лариса, плохо представляя себе ситуацию, в
которой находилась Мила.
- Ты свою получила в потасовке, - парировала та, - а я свою, когда
сражалась за жизнь.
- Да ну?
- Вот тебе и ну. Разрешишь у тебя помыться?
- Мойся сколько хочешь. Только - чур! - потом я расскажу тебе про вчерашнюю
ночь и про Орехова, а ты мне
посоветуешь, как теперь себя с ним вести.
- Уж это я тебе посоветую! - пообещала Мила, тряхнув головой. - Обещаю:
меньше чем через час ты поймешь, что с ним
надо делать.
Трезор вознамерился идти с ней в ванную и когда его не пустили, принялся
скрести дверь и тявкать.
- Вот ведь дамский угодник! - рассердилась Мила. - И кто тебя таким
воспитал?
- Бабка Лушкина, - ответила Лариса. - Она обожала щеночка и без конца
тискала его, словно тот плюшевый. И вот,
пожалуйста, результат - Трезор собственной персоной. Он любит женщин и требует,
чтобы они с ним сюсюкали.
- В общем, я могу его понять, - пробормотала Мила. - Иногда и вправду
хочется, чтобы с тобой посюсюкали. Не все же
покушаться.
Когда Мила вышла из душа в Ларисином халате, волочащемся по полу, та уже
заварила чай с лимоном и выставила на
стол сладости. Сама хозяйка была одета в шортики, поэтому смотреть можно было
только на ее ноги. Они безраздельно
властвовали на кухне, то скрещиваясь, то выпрямляясь и перегораживая выход в
коридор.
- Короче, - начала Лариса, насыпая в свою чашечку пять ложек сахара. -
Вчера я, пьяная в сосиску, поехала к Орехову
домой прогонять Леночку. Это когда ты выставила меня из дома.
- Я хотела тебе только добра и позже объясню, как это связано с твоим
выдворением.
- Да ладно, - махнула рукой та. - В общем, я поймала машину и, кажется,
потом не заплатила шоферу.
- Отлично, просто отлично! Надеюсь, он не накостылял тебе для затравки?
- Нет, он оказался очень милым человеком и отпустил меня с миром. Помнится,
в качестве возмещения ущерба я его
поцеловала.
- А! Ну, тогда забудь и не терзайся. Поцелуй пьяной женщины дорогого стоит
- он всегда искренен, бескорыстен и потому
сладок, как халва.
- Хорошо, если тот шофер считает так же, - пробормотала Лариса.
- Итак, ты приехала к Орехову. Позвонила в звонок...
- Ничего подобного. В звонок я не звонила. Там кодовый замок, я спьяну
перепутала цифры, и дверь в подъезд не
открывалась.
- У-у! - протянула Мила. - Выходит, ты стала кричать под окнами?
- Как ты догадалась?
- Ну... Исхожу из собственного опыта.
- Ладно. Я кричала под окнами. Рассказать, что я кричала?
- Нет-нет, - отмахнулась Мила. - Лучше пусть твой рассказ будет покороче. У
нас очень мало времени. Каждая минута
проволочки укорачивает жизнь моей сестры.
- Да? - удивленно переспросила Лариса. - Ну, ладно: короче так короче.
Леночка сбросила на меня кастрюлю с борщом. Я
кинула кастрюлю обратно, но не попала. Вернее, попала, но не туда. Не добросила.
- Действительно, обидно, - посочувствовала Мила.
- Ну, тут уж дверь в подъезд сразу открылась. Там, среди соседей была одна
девица... Она оказалась так похожа на
Леночку!
- И ты?..
- Я ее отметелила. Какой-то дядька вышел на улицу с газовым пистолетом. Я
отобрала у него пистолет.
- Зачем? Защищаться?
- Ну, да! Я метнула его в Орехова - он как раз вышел на балкон. На этот раз
попала. Правда, по руке, а если бы по голове -
убила бы, наверное. Думаю, теперь он меня никогда не простит.
- То есть ты ушла, так и не встретившись с противницей лицом к лицу?
- Не встретившись, - кивнула Лариса. - Но, уверяю тебя, эта выдра здорово
испугалась.
- Могу себе представить. Теперь слушай меня. Смирись с мыслью о том, что
Орехова ты потеряла.
- Он что, хочет к тебе вернуться?
- Гораздо хуже. Он хочет меня убить. Я должна это доказать. С твоей,
кстати, помощью. И как только докажу, его сразу
же посадят в тюрьму. Надолго. Его и Дивоярова. И еще Лушкина. А может, заодно и
Отто Швиммера.
- Господи, а лысый-то как вляпался? Он такой безвредный!
- Может быть, ты положила на него глаз? - с подозрением спросила Мила.
- Дуся рассказывала, что у него потрясающе щекотные усы.
- Фу, Лариса! Я рассказываю тебе про то, что Орехов - убийца!
- Кого же он убил?
- Меня! То есть пять раз покушался. Можешь себе представить?
- Знаешь что? Расскажи-ка мне все толком, - предложила Лариса. - Я хоть и
получилась у родителей длинноногой
блондинкой, при рождении мне обломилась капелька мозгов.
И Мила принялась повествовать. На все ушло минут пятнадцать. Лариса слушала
молча, не ахала, не переспрашивала, чем
завоевала безоговорочное расположение рассказчицы.
- И что мы теперь должны делать? - спросила Лариса. За это "мы" Мила ее
сразу зауважала.
- Мы должны поймать Лушкина, запугать его и выколотить из него всю правду.
Кто, почему, за что и как раздобыть
улики? Должны же они знать свои слабые места!
- Ты - их слабое место! - воскликнула Лариса. - Неужели ты не понимаешь?
Раз они так страстно хотят тебя прикончить,
значит, ты и есть самая главная улика.
- Улика чего?
- Ну... Именно это мы и узнаём у Лушкина. Только надо хорошенько подумать,
чем его взять.
- Может быть, он боится боли? - предположила Мила. - Тогда мы покажем ему
щипцы для загибания ресниц. Это
приспособление выглядит очень страшно, ты не находишь? Если у тебя нет, мы купим
в какой-нибудь галантерее.
- Отличная мысль! И еще можно сделать вид, что мы мучаем Трезора. Лушкин
ужасно чувствительный!
- Я заметила. Мне кажется, он того...
- Чего? - не поняла Лариса.
- Ну... Он пудрится, и все такое. Правда, это как-то не вяжется с Дусей...
- Могу тебе объяснить, почему он пудрится, - отмахнулась Лариса. - Он лицо
обжег. Говорит, открыл кастрюльку и сунул
туда нос. Его обдало паром, вся кожа слезла...
- Знаю! - прищелкнула пальцами Мила. - Знаю, почему у него с физиономии вся
кожа слезла! Это в него Софья
"Магиохлором" прыснула! А мы-то с ребятами ей не поверили! Значит, человеком в
колготках был Лушкин! Ага, теперь я
знаю, как с ним разговаривать! - Она вскочила с места и засобиралась. - Зайдем
сначала за щипцами для загибания ресниц, а
потом в хозяйственный за "Магиохлором". Купим самую большую бутылку для
устрашения. Увидишь, как он задергается,
как только почувствует тот самый запах из бутылки, который в его сознании
наверняка связан со страшной болью!
- Учти, прежде чем угрожать, надо будет его связать по меньшей мере! -
предостерегла Лариса. - Хоть он с виду и
маленький, словно поросенок, но силен, сволочь. Он пьяную Дусю недавно внес на
второй этаж, сгрузил на кровать и даже
не запыхался!
- Значит, нам помогут веревки и эффект неожиданности, - констатировала
Мила. - Кстати, самое главное: ты в курсе, где
сейчас Лушкин?
- Думаю, в городе. Он собирался зубы лечить, так что, скорее всего, нужда
пригнала его в цивилизованный мир.
- А ты знаешь, где его цивильная квартира?
- А то. Я знаю так много, что Орехову и не снилось. Надо же, до сих пор не
могу поверить, что он - потенциальный
убийца.
- Может быть, и не потенциальный. Кто-то ведь убил Сашу Листопадова. И этот
кто-то - один из них! Кстати, Орехов в тот
день приходил ко мне. Единственный раз предложил помощь. И то только потому, что
его Ольга вынудила.
- Хорошо, что я узнала правду после истории с Леночкой! - призналась
Лариса, набирая номер телефона. - В противном
случае тебе было бы гораздо сложнее сделать меня своей союзницей.
- Кому ты звонишь?
- Приятелю диск-жокею. Он живет тут неподалеку. Поможет нам, если
понадобится.
Когда приятель диск-жокей появился на пороге, Мила не удержалась и
воскликнула:
- Мы что, возьмем его с собой?! У Лушкина раньше времени случится инфаркт!
- Успокойся, мы его не возьмем! Мы научим его правильно обращаться с
Трезором, чтобы исторгать из собачки
необходимые звуки.
Диск-жокей был молод, тощ и развязен. Кожаная куртка, судя по всему,
оказалась надета на голое тело. Ржавые волосы с
помощью воска были уложены в прическу "Солнышко". Вокруг головы торчали веселые
лучики, а в ноздрю была вдета
серьга размером с брелок для ключей.
- Гляди, Петька, кладешь собачку на спину и начинаешь гладить. Потом резко
убираешь руку и...
Раздался остервенелый визг. Это Трезор протестовал против того, что
удовольствие столь внезапно закончилось.
- Лушкин не знает этого трюка, - пояснила Лариса. - Если будет надо, мы
позвоним Петьке, и Трезор немножко повизжит
в телефонную трубку.
- Придумано нехило! - одобрила Мила и покивала головой. - Уважаю твою
фантазию.
Глава 32
- Кто там? - довольно бодро спросил Лушкин, не подозревая, что за дверью
притаилась его судьба в лице двух
очаровательных женщин, вооруженных только что купленным диктофоном, щипцами для
загибания ресниц, бутылью
"Магиохлора" и неуемной жаждой мести.
- Это я, Антошенька, - пропела Лариса голоском сирены, завлекающей моряков
в морскую пучину.
Доверчивый Лушкин открыл дверь и тут же был атакован, повален на пол,
связан и волоком доставлен в комнату. Как ни
странно, он не орал и не звал на помощь, а только таращил глаза и спрашивал:
- Вы чего, девочки? Девочки, вы чего?
Обозрев лежавшего на ковре Лушкина с высоты своего роста, Лариса заявила:
- Нет, так неудобно будет с ним разговаривать.
- Зато удобно пытать, - жестко сказала Мида. - Впрочем, нет, давай и в
самом деле посадим его в кресло. Пусть смотрит
мне в глаза, гадина!
- Почему я гадина? - обиделся Лушкин так искренне, словно это не он
наставляя на Милу пистолет, спрятав рыльце под
черными колготками.
- Гадина, потому что согласился участвовать в убийстве человека! - отрезала
Лариса и достала никелированные щипцы.
На взгляд человека, не подозревающего, что ресницы для красоты можно
завивать вверх, вид их был ужасен. И все
потому, что предназначение их оставалось неясным даже после долгого и упорного
размышления.
- Но она ведь жива! - сказал бесхитростный Лушкин, кивая подбородком на
Милу. - У нас так ничего и не получилось!
- Очень даже получилось! - рассердилась Мила. - Сначала отравился поганками
мой друг Толик Хлюпов, потом был убит
в подъезде Саша Листопадов и едва не застрелена моя подруга Татьяна.
- Но это просто ошибки! - искренне сказал Лушкин, перебирая ногами: Лариса
за шиворот втаскивала его в кресло. - Что
вы собираетесь со мной делать?
- Вытаскивать из тебя правду во всех подробностях! - заявила Мила и
поставила "Магиохлор" на видное место.
- Что это? - не утерпел и поинтересовался Лушкин.
- Это та самая штука, от которой у тебя слезла шкурка с лица! - возвестила
Лариса. - Хочешь понюхать? Думаю, этот запах
тебе никогда не забыть.
- Нет! - дернулся Лушкин. - Почему вы выбрали меня? Почему?
- А кого надо было? - спросила Мила. - По-моему, ты из всех - самая сволочь
и есть.
- Самая сволочь - это Мешков, - живо отреагировал пленник. - Он пошел на
первое убийство и заставил нас всех
совершать плохие поступки. Поймайте Мешкова, не пожалеете.
- Мешков умер, - ровным голосом сообщила Мила.
- Как?! .
- Разбился на машине. Бензобак взорвался, так что от него, вероятно, мало
что осталось.
- Боже мой! Вот ведь судьба! Закончил свои дни точно, как его мамаша! Она
тоже попала в катастрофу, и бак тоже
взорвался. Может быть, это карма?
- Минуточку! - воскликнула пораженная Мила. - Если его мать погибла, то кто
же тогда живет на даче Мешкова под ее
личиной? Пьет чай у окошка и считается сумасшедшей?
- Откуда я знаю? - испугался Лушкин. - Мешков был одинок! У него нет
родственников, которые могут жить на даче.
Голову даю на отсечение!
- Голову твою мы позже отсечем, если ты не расскажешь все толком! - Мила и
в самом деле готова была вырвать из него
признание любой ценой. - С чего все началось? - Она взяла в руки бутылку с
"Магиохлором" и начала поигрывать ею, как
ковбои поигрывают в кино своими "кольтами". - Вся эта история с покушениями на
меня?
- Все началось с чертова наркотика, - нервно облизав губы, ответил Лушкин.
Ответил так поспешно, что обе
мстительницы поняли, что звонить диск-жокею Пете вряд ли придется.
- С какого наркотика? - встряла Лариса.
- Понимаете ли, я сделал одно потрясающее изобретение... Я должен
рассказать о нем поподробнее.
- Знаем-знаем! Как гранулировать куриный помет! - отмахнулась Мила. -
Дальше давай.
Если Лушкин и удивился подобной осведомленности, то виду не подал.
- В общем, Орехов нашел Дивоярова, который вложил деньги в организацию
небольшого производства моего помета, -
зачастил он.
Мила и Лариса одновременно фыркнули.
- То есть, не моего, конечно, а куриного, - покраснев, поправился Лушкин. -
У меня был патент на изобретение, рынок
обещал стать необъятным, впереди замаячили потрясающие перспективы... И тут к
Орехову обратился некто Глубоков. Этот
тип когда-то сотрудничал с журналом "Самородки России" и хорошо знал Илью. Он
сказал, что изобрел новый наркотик и
даже сделал небольшую пробную партию.
- Я перебью, - сказала Мила. - Так это Орехов оплатил лечение Глубокова в
Швейцарии?
- Они все скинулись. Но большую часть денег внес ваш муж.
- Ладно, двигаемся дальше.
Орехов рассказал о новом наркотике Дивоярову. Дивояров, знакомый с Отто
Швиммером - дельцом нечистоплотным и
жадным, - предложил завертеть совместное российско-германское производство
гранулированного куриного помета. А под
этой "крышей" производить и продавать наркотик академика Глубокова.
- Так-так, - сказала Мила. - Ближе к делу, пожалуйста.
- Я и так краток, словно нерадивый студент, - оскорбился Лушкин. -
Образовалась группа единомышленников. Все были
за, кроме Егорова. Он отговаривал партнеров связываться с такой опасной штукой и
уверял, что один мой помет даст денег
больше, чем они могут себе представить. Но Орехову хотелось быстрых денег,
легких и сумасшедших. Таких, каких не дает
ни один легальный бизнес. Того же хотелось и Дивоярову, и Отто Швиммеру... И мне
тоже, - стыдливо прибавил он в конце.
- Егоров что, обещал на вас донести? - спросила Мила, уже понимая, что
судьба партнера Орехова незавидна и печальна.
- Да, он начал угрожать, кипятился, брызгал слюной! Полез к Орехову
драться... Мешков решил вступиться за босса и
случайно, в драке, Егорова убил.
- Ой, паршиво-то как... - протянула Лариса, начиная понимать, насколько все
ужасно.
- А случилось все это на даче Орехова. Представляете, лежит на полу только
что убитый Егоров, и тут появляетесь вы!
- Я?! - ахнула Мила.
- Вы, вы! Входите в дом и направляетесь прямо в ту самую комнату, где
только что произошло убийство. Все в шоке, не
могут прийти в себя, двинуться с места... И тут Дивояров говорит: "Надо всем
притвориться пьяными. Авось обойдется!" И
мы притворились. Убитый Егоров тоже сошел за пьяного. Мы положили его на диван.
По крайней мере, я думал, вы
купились.
- А кто думал по-другому?
- Дивояров и Отто Швиммер.
- Эта лысая крыса? - возмутилась Мила. - Неужели по моему виду было не
ясно, что я ни о чем не догадалась?
- Дивояров боялся, что когда вы узнаете, что Егоров пропал, и именно в тот
день, когда валялся вроде бы пьяным на
вашей даче, то все поймете!
- У него преувеличенное представление о моей сообразительности, -
пробормотала Мила. - И что же было дальше?
- Ну... Дивояров сразу заявил, что вас надо убрать. Орехов вроде бы сначала
возмутился, начал отговаривать его, но в
конце концов сказал, что пусть это произойдет, но он знать об этом не хочет.
Никаких, говорит, подробностей!
Мила и Лариса переглянулись. Одна поджала губы, вторая тяжко вздохнула.
Рушилось их хорошее отношение к
мужчинам в целом и к подлецу Орехову в частности.
- Но тут, - увлеченно продолжал повествовать похожий на перевязанную
ниточкой требуху Лушкин, - взбухнул Мешков:
"Я, - говорит, - за всех вас не собираюсь отдуваться. Я грех, - говорит, - на
душу взял, защищая ваши интересы. И мне
предстоит еще один взять". Он имел в виду Вику Ступавину. Дело в том, что Вика
привезла Егорова на дачу, а вечером
должна была его забрать.
- Соврали бы, что он уже уехал! - всплеснула руками Лариса.
- Дело в том, что Егоров, видно, еще когда ехал на общее, так сказать,
собрание, собирался устроить бэмс. И здорово
боялся. Так вот он Вику предупредил. Она постоянно названивала и требовала
Егорова к телефону. Говорила: "Он должен
быть там! Дайте его, хочу услышать его голос!"
- Ага, - пробормотала Мила. - Теперь понятно. Когда Егорова не позвали к
телефону, она тоже стала опасной.
- Вот именно. Мешкову, однако, удалось убедить ее, что с Егоровым все в
порядке, просто он решил выйти из дела и
уехать из страны. Поехал, мол, визы оформлять. Дело спешное, звонить ему было
некогда. Почувствовав, что отношения у
Егорова с Викой были не просто дружескими, он еще добавил, что завтра Егоров
заедет за ней. Пусть, мол, Вика собирает
вещи и не забудет заграничный паспорт. А поехал он на следующий день за ней сам.
Чемодан ее с документами он потом
привез Дивоярову.
- Зачем? - спросила Мила.
- Вроде как хотел всех нас кровью повязать. И от вашего убийства по той же
причине отказался. "Я, - говорит, - не киллер,
а наемный служащий, хоть и преданный начальству. Больше никого убивать не стану
- и баста". Конечно, ни Орехов, ни
Дивояров, а уж тем более немец, не хотели сами руки марать. Они насели на меня и
вынудили подкараулить вас и застрелить
из пистолета. Я обследовал все места вашего пребывания и остановился на редакции
журнала. Там много кабинетов, много
людей, затеряться гораздо легче, чем в каком-нибудь дворе, из которого придется
убегать на виду у соседей.
- Антоша, почему ты промахнулся? - почти ласково спросила Лариса, глядя
Лушкину прямо в глаза.
- Потому что боялся! - огрызнулся тот. - Все поджилки у меня тряслись.
Когда Дивояров об этом узнал, велел Орехову
подумать, что вы любите из еды больше всего. Потом потребовал впустить его в
вашу квартиру. Отравил пакетик
замороженных овощей и подбросил в вашу морозильную камеру. Все получалось так,
что Орехов вроде как действительно
был ни при чем. Пособничал, конечно, но сам ни-ни.
- Это радует, - заметила Мила, не скрывая иронии.
- Потом был эпизод в лесу, закончившийся для меня ужасно, - пробормотал
Лушкин, явно не желая обсуждать
подробности. - Когда я явился к боссам, весь обожженный этой штукой, - он кивнул
на "Магиохлор", - Дивояров взвился и
потребовал, чтобы в дело вступил Орехов. Он-де лучше знает повадки своей жены и
сумеет с ней справиться быстрее и
успешнее, чем любой из нас. Тогда Орехов возразил, что сейчас не время с вами
расправляться. Во-первых, вы так ничего и
не поняли...
- Сущая правда, - пробормотала Мила.
- А во-вторых, он сказал, что у вас появился телохранитель. Он, дескать,
караулит в подъезде и срисует любого, кто войдет
в квартиру. Мешков пообещал с телохранителем разобраться и очистить для Орехова
дорогу.
- Так это Илья надел перчатки и душил меня ночью? - воскликнула Мила. - Тото
я голову ломала, зачем киллер так
сильно полил себя одеколоном, отправляясь на дело? Орехов знал, что покушение
может провалиться, как это случалось
раньше, и боялся, что я узнаю его запах. Поэтому купил что-то для себя
нетипичное и вылил на одежду. Боже мой, какая я
была дура! Ненаблюдательная дура!
- Пусть дальше рассказывает, - мрачно заметила Лариса. - Просто народный
сказитель!
- У меня руки затекли, - сообщил Лушкин, с надеждой посмотрев на Ларису.
Милостей от Милы он определенно не ждал.
- В милиции тебя разомнут, - пообещала Лариса. - Говори давай.
- А что говорить? Осталось только последнее покушение. Дивояров все решил
взять в свои руки. Хвастал: "Я возьмусь - я
сделаю!"
- Так это он на мотоцикле стрелял в Татьяну?
- Он! Он даже Орехову не сказал, что собирается сделать. Но тот, конечно,
догадывался. Не зря же в подробностях
объяснил, где и когда вы встречаетесь.
- А "жучок" на моем телефоне? - удивилась Мила. - Разве это не ваш?
- Не наш, - покачал головой Лушкин. - Думаю, я бы знал. Мы друг от друга
ничего не скрывали.
- Надо же, а Глубоковы дурили мне головы с телефонным звонком. Мол, кто-то
может позвонить и передать сообщение...
- Все правильно! - оживился Лушкин. - Если помните, Орехов еще до всех этих
событий собирался просить у вас
прощения и вернуться в семью? Помните?
- Да-да, было дело. Но я послала его подальше! - гордо заметила Мила. - Чем
теперь отчаянно горжусь.
- Он думал, что теперь снова будет жить с вами, и дал академику Глубокову
домашний телефон, предупредив, что, если
подойдет женщина, ей можно передать самую общую информацию. И что номер этот,
так сказать, аварийный: по нему
можно звонить только в случае крайней нужды.
- Но почему же он не оставил академику номер своего мобильного? -
поинтересовалась Мила.
- Насколько я успела понять из всего услышанного, - встряла Лариса, -
затем, чтобы в случае чего свалить все на тебя. А
мобильник именной, попробуй от него откреститься!
- Хм, - сказала Мила. - Я склонна принять эту версию. Значит, если бы
дедушка Глубоков не впал в кому, он мог бы
позвонить мне домой и оставить сообщение для Ильи? Выходит, братья были правы! Я
бы, кстати, запросто передала это
сообщение и тут же думать о нем забыла. Такая доверчивая дура, просто кошмар!
- Ну что, вопросы закончились? - шепотом спросила Лариса, выключая
диктофон.
- Нет, есть еще один! Кто из вас похитил мою сестру? И зачем?
- Клянусь, мы тут совершенно ни при чем! - проникновенно сказал Лушкин. -
Охота мне была врать после всего, что я тут
наговорил. Кстати, это будет считаться чистосердечным признанием?
- Послушайте! - внезапно вспомнила Мила. - Ведь наркотик, придуманный
Глубоковым, был в таблетках?
- Так точно. И рассыпан по пузырькам без этикеток.
- Скажи-ка мне, любезный, каким это образом один из таких пузырьков попал в
руки моего свояка?
- Это Кольки Михеева, что ли?
- Кольки? - удивилась Мила. - Так вы его знаете?
- Еще бы! И Орехов его давно знает. Бездельник и ловелас, вот он кто такой,
этот Михеев.
- Так-так. И что дальше?
- Ну... Орехов как-то решил, что Кольке неплохо было бы познакомиться с
вашей сестрой. Подсказал ему, как себя вести,
и гляди-ка, пристроил ведь парня. А когда Дивояров купил у Глубокова пробную
партию товара, Орехов решил на Кольке его
испытать. За деньги, конечно. Он сказал ему, что это новейший препарат,
повышающий потенцию! - Лушкин хихикнул и
снова сделался похожим на свинью. - У Кольки-то проблемы с потенцией! Ох, как он
на этот препарат запал, если б вы
знали! Жрал таблетки, словно "Холодок". Орехов все пугал его передозировкой, но
тот и слышать ничего не хотел. Ведь ему
за каждую съеденную банку платили...
- Так вот откуда у этого бездельника деньги! - вслух подумала Мила. -
Бедная Ольга!
- Чего бедная? - удивился Лушкин. - Он ведь все ради нее делал. Чтобы не
ударить в грязь лицом.
- Молодой муж называется, - пробурчала Мила. - Чертова подделка! Недаром он
вечно такой гладкий, как будто бы его
кошка облизала. Найду - лично укокошу!
- И что вы теперь будете со мной делать? - спросил Лушкин. Собственная
судьба волновала его гораздо больше, чем
судьба Николая.
- А как ты думаешь? - спросила Лариса.
- Может быть, отпустите?
- А правда, что мы будем с ним делать? - спросила Лариса, не обращая
внимания на хамское предложение Лушкина его
отпустить.
- Я дам тебе номер телефона следователя прокуратуры Вихрова, ты ему
позвонишь и передашь из рук в руки Лушкина и
диктофон. Нет, не так. Ты позвонишь, все ему объяснишь, продиктуешь адрес и
скажешь, что ключ под ковриком. Лушкина
и диктофон мы оставим на видном месте. Нам ведь нужно действовать дальше.
- Дальше? - удивилась Лариса. - А что мы будем делать дальше?
- Во-первых, следует срочно сгонять на дачу Мешкова и посмотреть, что у
него там за полоумная мама. А во-вторых, надо
как-то обставить мое воскрешение из мертвых.
- Не забудьте сказать следователю, что я сотрудничал! - крикнул Лушкин,
подслушивавший разговор. - Я, кстати, знаю,
почему Мешков повез вас сегодня убивать.
- Да ну? И почему же?
- Вы Орехову по телефону сказали, что у вас в квартире сидит следователь
прокуратуры, который ищет наркотики. Орехов
решил, что вы уже пронюхали и про наркотики тоже. И страшно забеспокоился.
Послал за вами Мешкова, а уж убить
обещался сам.
- Какой милый!
- Он рассказывает об этом так, словно речь идет о съеденном пирожке, -
возмутилась Лариса. - И я общалась с этими
кровопийцами!
- Да-да, а я за одним из них до сих пор замужем, - поддержала ее возмущение
Мила.
Подчиняясь се приказанию, Лариса позвонила Вихрову и представилась.
- Я знаю, кто вы такая, - коротко и довольно напряженно ответил тот.
- Приезжайте срочно в квартиру Антона Лушкина! - потребовала Лариса. - Я
случайно подслушала один его телефонный
разговор весьма сомнительного свойства, после чего связала и принялась
допрашивать. Он рассказал все!
- Что - все? - изумился Вихров.
- Все о деятельности шайки Орехова! О том, как они собирались производить
новый наркотик и убивали людей - отравили
Хлюпова, стукнули по голове Листопадова и стреляли в Капельникову.
- Надеюсь, вы не шутите? - жестко спросил Вихров.
- Разве тут до шуток?!
- Я готов все подтвердить! - неожиданно завизжал Лушкин, пытаясь разорвать
свои путы.
Лариса между тем продолжала:
- Знаете, я, пожалуй, не смогу вас дождаться. Запишите адрес Лушкина. Ключ
найдете под ковриком. Лушкин - в кресле, а
диктофон с записанным признанием - на столе.
- Вам не кажется, что все это как-то слишком... театрально? - засомневался
следователь.
Мила внезапно хлопнула себя ладонью по лбу. Как только Вихров прослушает
запись, он тут же услышит и узнает ее
голос. Это внесет в расследование только еще большую путаницу. Мила подскочила к
Ларисе и вырвала трубк
...Закладка в соц.сетях
