Жанр: Электронное издание
Kaldar19
...сь с вашим гостем, который приезжал к вам в Славино?
- Это какой? - поинтересовалась Кира Михайловна.
- Последний, - вздохнула Мариша. - Который приезжал покупать у вас машину.
- Он умер, - смущенно пробормотала Кира Михайловна, покраснев и прелестно
потупившись. - Да бог с ним, девочки! Одним мужиком меньше, бабам легче.
- И что, вот так он пришел к вам и сразу умер? - усмехнулась про себя Мариша. - Он
что, специально притащился из Костромы, чтобы помереть на пороге вашего дома? Не
верю что-то! Все-таки дорога от Костромы до вашей усадьбы неблизкая.
- Хотите, верьте, а хотите - Нет, только так оно и было, - упрямо повторила Кира
Михайловна. - Откуда же мне было знать, что мужчина такого слабого здоровья окажется?
И уж, конечно, я никак не предполагала, что он так разволнуется из-за каких-то
несчастных двухсот долларов, на которые я подняла цену за машину.
И, в конце концов, не могла же я предполагать, что его вдруг хватит удар. Откуда мне
было это знать! Ну?! Сами-то посудите?
- В самом деле! - согласилась с ней добросердечная Дуня. - Могли и не знать!
- А теперь представьте себе мое положение! - воскликнула Кира Михайловна,
почувствовав поддержку. - Человек приезжает ко мне покупать машину. Мы начинаем с
ним торговаться. Я говорю, что повысила цену.
И вдруг он краснеет, начинает бурно дышать, а потом вдруг падает замертво, да еще
ударяется при этом головой об угол столешницы. Представляете? Все вокруг в крови. И к
тому же куча денег, которая была с ним. Конечно, я разволновалась. Живо представила,
что скажет милиция, если увидит эту картину.
- И что же вы сделали?
- Ох, я не помню! - воскликнула Кира Михайловны. - Я так металась по дому, что,
казалось, перебужу всех соседей. Мне уже чудилось, что все вещи, к которым я
прикасаюсь, падают, бьются, ломаются. И что грохот в доме стоит просто страшный. Да
еще тут же под ногами лежит окровавленный труп практически незнакомого мне
мужчины. Было от чего потерять голову, как вы находите?
Подруги представили себе эту картину и мысленно согласились с Кирой Михайловной.
Неизвестно, как бы они сами поступили в этой ситуации.
- В общем, у меня в голове все перепуталось, - застонала Кира Михайловна, заламывая
руки. - Это уж потом я подумала, а чего, собственно говоря, волновалась? Ведь мужик
помер, да еще незнакомый. Вот я двух мужей схоронила, и то ничего. А тут незнакомый
мужик.
Плюнуть на него и забыть. Но тогда я что-то очень уж разволновалась. Так, знаете ли,
живо представила себе, что меня арестуют из-за этого мужика и, конечно же, решат,
будто я специально заманила его с целью убить и присвоить себе его деньги. Мне уже
мерещилась камера, грозный прокурор, требующий моей смертной казни, и дурак
адвокат, что-то бормочущий про мой примерный образ жизни. А я сидеть в тюрьме из-за
какого-то совершенно постороннего мужика, которому вздумалось помереть у меня дома,
не собиралась.
- И вы подожгли дом! - воскликнула Мариша. - Вместе с трупом! Хотели замести
следы!
- Вовсе нет! - ужаснулась Кира Михайловна. - Я свой дом любила! Наверное, когда я
металась по дому, я случайно перевернула керосиновую лампу. Вот дом и вспыхнул.
- Керосиновую лампу? - удивилась Мариша. - У вас же было электричество?
- Господи, так все же одно к одному! - воскликнула Кира Михайловна. - Этому
человеку приезжать, а, у меня что-то проводка заискрила. Вот я и испугалась.
Электричество отключила, притащила из сарая лампу и уселась его встречать. Ну, он
пришел и как-то сразу скис, что в доме темно. Видно, подумал, что я его ограбить хочу. А
еще в подполе у меня кабанчик сидел, возился там, шумел. А как я про цену-то толковать
начала да спрашивать, есть ли у него вся сумма при себе целиком, он и вовсе
разволновался. И дальше уж все было, как я вам рассказывала.
- А когда вы потом по дому метались, то электричество включали?
- Да откуда же я помню?! - воскликнула Кира Михайловна. - Может быть, и включала.
Говорю же, носилась, словно курица с отрубленной головой. Что смогла из вещей в сумку
покидала, шляпу на голову черную напялила. Одежду практичную тоже надела. Джинсы
там и куртку ни разу не надеванную. Деньги все, которые в доме были, взяла да в машину
села - и бежать.
- А куда же вы собирались бежать? - поинтересовалась Мариша.
- Как куда? - удивилась Кира Михайловна. - К дочери!
- К какой?
- К Танечке, - вздохнула Кира Михайловна. - Но пока суд да дело, я в гостинице
пожила. Хоть чуток себя в порядок привела. К косметологу сходила. И опять же нервы
подлечила. А то вы не представляете, тряслась все время прямо как студень. Настоящее
чудо, что я на своей машине до самого Питера без аварий добралась. Не в себе ведь была.
- Хм, - произнесла Мариша. - Знаете, вы извините, но ваша история выглядит как-то
очень уж подозрительно. Мало того, что вы жили по поддельным документам, так вы еще
и тело фактически незнакомого вам человека сожгли вместе со своим домом. А вдруг бы
он жив оказался? Вдруг его еще можно было спасти?
- Да что вы! - взмахнула руками Кира Михайловна. - Умер он! Точно! Я и пульс ему
прощупала, и зеркальце ко рту поднесла и даже в глаза посветила фонариком. У меня как
раз такой был, маленький. Специальный, как в фильмах показывают. Нет, умер тот
человек.
А дом я не жгла. Сам вспыхнул.
- Но уезжая, гусей-то вы выпустили, - заметила Мариша.
- А как же? Пока соседи бы спохватились, что меня нет, может быть, целый день
прошел бы. За что же птице от голода страдать? Гуси у меня все в этом году взрослые.
От лисы или хорька сами себя обезопасить могут. Так что я их перед тем, как уехать,
конечно же, выпустила.
- Огород вы в этом году не засадили, гусей на развод не пустили, машину вот собрались
продавать, - перечислила Мариша. - Как-то все одно к одному, кажется, что вы уже давно
задумали переехать жить в другое место. Потому и хозяйством не интересовались.
Кира Михайловна ненадолго замолчала, потом вздохнула и кивнула.
- Ваша правда, - сказала она. - Собиралась я из деревни в город податься. Знаете,
девочки, возраст все же сказывается. Раньше я играючи свое хозяйство вела.
А последние годы замечать стала, что спина побаливает.
Артрит начался. Так что я поняла: нужно из деревни уезжать, пока совсем в калеку не
превратилась. А куда ехать? К Катьке, так у нее у самой пусто. Вот квартиру я ей сделала
в Питере, так самую крохотную. И то все свои сбережения и оставшиеся от первого мужа
деньг" в эту однокомнатную клетушку вгрохала.
- И, поняв, что больше вам не под силу жить в деревне, вы вспомнили про свою
старшую дочь! - воскликнула Дуня.
- Ну да, - кивнула Кира Михайловна. - Чем, думаю, черт не шутит. Может быть, и
согласится меня Танька понять. Сначала позвонила ей, сказала, что у меня есть сведения
о ее матери. Она сразу же
согласилась со мной встретиться. Ну а когда встретились, я вижу, что она настроена
благожелательно. И рассказала ей, что я и есть ее мать. Про отца-изверга ей все
рассказала. Она мне поверила и простила. Сразу же мне одежды новой купила, к
парикмахеру отвела и вообще помогла, вспомнить, что значит быть женщиной.
Косметологи, сауны, массаж. Я про все это в своей деревне и забыла за многие годы. И
жить Танька велела к ней переезжать, а потом обещала мне квартиру отдельную купить.
Сказала, что деньги, которые ей после отца остались, она в оборот пустила и они теперь
хороший доход ей приносят. Ну, и сказала, что я ни в чем нуждаться не буду. Такая
хорошая у меня девочка оказалась!
И Кира Михайловна вдруг совершенно искренне заплакала, не стесняясь и не вытирая
слез.
- Растить мне ее не довелось, думала, хоть сейчас смогу на старости лет с обеими
дочерьми пожить, внуков понянчить. И снова изверг какой-то все напутал. Ну, что за
жизнь?! И что за мужики такие пошли! Ни сердца у них, ни совести! Один отнял у меня
Таньку на долгие годы, а потом другой вовсе ее убил! Сволочи они после этого!
И Кира Михайловна снова зарыдала. Подруги стояли рядом, не зная, как ее утешить.
Опротестовать последнее заявление Киры Михайловны аргументов у них не находилось.
Наконец Мариша нашлась, сунула женщине стакан с водой и, когда та выпила, спросила:
- Послушайте, а почему вы считаете, что Таньку убил именно мужчина?
- А кому же еще? - удивилась Кира Михайловна. - Мужики известные сволочи! Уж я
два раза замужем была, так уж знаю.
Позиция Киры Михайловны, достаточно настрадавшейся в жизни от мужчин, была
подругам ясна. Но все же с поджогом ее дома и смертью покупателя машины все еще
было много неясного.
- Хотите вы или нет, а придется идти в милицию и каяться, - вздохнула Мариша.
- Ой, не надо! - закричала Кира Михайловна.
- Поймите, все равно, когда вы станете вступать в права наследства, то вашим прошлым
заинтересуются, - сказала Мариша. - Начнут спрашивать, где вы жили последние двадцать
с лишним лет. И неизбежно узнают и про Славино, и про то, что вы жили под чужим
именем.
Так что лучше вам сразу во всем признаться. И про пожар все рассказать.
- Меня арестуют! - заплакала Кира Михайловна.
Подруги молча переглянулись. Такой поворот событий им представлялся вполне
возможным. Но все равно другого выхода они не видели. И все равно битые два часа они
на разные лады уговаривали Киру Михайловну не отягощать своего и так непростого
положения и пойти в милицию.
- А кстати, Катька-то знает, что вы живы? - внезапно спохватилась Дуня.
- Конечно! - воскликнула Кира Михайловна. - Я ей сразу же после того, как узнала от
вас о пожаре, позвонила и все объяснила. Велела поехать в Славино и похоронить того
мужика под моим именем.
- А чего же она так разволновалась, что чуть ребенка не потеряла? - удивленно
переглянулись Дуня с Маришей.
- Дорога, я думаю, - пробормотала Кира Михайловна. - У меня мать врач-гинеколог.
Так она всегда говорила, что выкидыши из-за слез не случаются. Выдумки все это. Только
если в организме есть какое-то отклонение, тогда истерика или волнение могут вызвать
выкидыш. А здоровая баба, она хоть обрыдайся, а ребенка не потеряет. Вот если
физическое какое-то вмешательство, муж, там, изобьет беременную или с лестницы
свалится, тогда конечно. А простое волнение - это не так страшно. К тому же с
Катькиным младенцем все в порядке, насколько я знаю.
- Ну да, - вынуждены были согласиться подруги. - В больнице сказали, что на данный
момент опасности нет.
- Вот видите, - с достоинством кивнула Кира Михайловна.
- Но одного я не пойму, неужели врачи не смогли определить, что в доме сгорели не
вы, а кто-то другой, - пробормотала, немного подумав, Мариша. - Ну, ладно бы другая
женщина сгорела. Еще туда-сюда. Но неужели они даже не могут отличить труп мужчины
от трупа женщины?
- Девочка моя! - воскликнула Кира Михайловна. - Это же Славино! Там специалистов
нет. Одни неучи. Хорошо, если они вообще скальпель в руках держать умеют.
Да и кому нужно было делать экспертизу? Лично я, зная местное разгильдяйство,
надеялась, что мне все отлично сойдет с рук.
- Но как же сойдет? - вздохнула Мариша. - Был же шофер, который видел того
покупателя, которого вез к вам в Славино, и он...
И тут Маришу осенила такая ужасная мысль, что она неожиданно замолчала,
растерянно глядя на Киру Михайловну.
- Минутку, - произнесла она затем, - я только сейчас сообразила, выходит, Михалыча -
того самого шофера, который привез к вам вашего пострадавшего покупателя, в больницу
тоже вы отправили?
- Как я могла? - бодро возмутилась Кира Михайловна. - Я была в это время в Питере.
- Ага! - зловеще пророкотала Мариша. - Вы были в это время в Питере! А откуда вы в
таком случае знаете, когда с шофером случилось несчастье?
- Ну я, - замялась Кира Михайловна, - мне рассказала Катька.
- Предположим, - согласилась Мариша. - Предположим, что вам об этом рассказала
Катька. Но она-то откуда об этом узнала, а?
- Значит, то, что Михалыч оказался в больнице, - дело рук Катьки? - подала голос Дуня.
- Деточка, какие ты ужасы говоришь! - воскликнула Кира Михайловна. - Это
совпадение! Моя дочка никого не убивала! Ей рассказала о несчастье соседка - Клава.
Вы же были в Славине и знаете, что это просто маленькая деревня. Там все друг у друга
на виду. И все друг друга знают. Вот Катька и рассказала мне о том, что с Михалычем
случилось несчастье.
- Ну вас к черту! Пусть с вами милиция разбирается! - разозлилась Мариша. - А то,
честное слово, темните вы что-то слишком много.
Глава 13
Белооков не подвел, и уже через час Кира Михайловна была препровождена в
отделение милиции - пока только для дачи показаний.
- Как ты думаешь, мы правильно сделали, что сдали ее ментам? - явно пребывая в
большом сомнении, спросила у Мариши Дуня. - А то мне как-то не по себе!
Вдруг она невиновна?
- Да выброси ты эти мысли из головы! - с досадой отозвалась Мариша. - Подумай
лучше вот о чем! Ты начала тут говорить, что тебе кажется подозрительным, что Танька и
Катька, будучи сестрами, но не подозревая об этом, тем не менее вышли замуж за одного
и того же человека. Вот над этим и в самом деле стоит поломать голову.
- А что там думать? - пожала плечами Дуня. - Нужно было у Киры спросить ее мнение
по этому вопросу, пока она тут была.
- Нужно, - покаянно согласилась Мариша, вспомнив, что перебила намечающуюся
беседу. - Но теперь уже поздно. И вообще, давай спокойно об этом ночью подумаем, а
утром обсудим на свежую голову.
- Давай ляжем поспать, - охотно согласилась с ней Дуня.
Подруги улеглись и попытались уснуть. Но ничего не получалось, сон к ним не шел.
- Ты спишь? - прошептала Дуня, окончательно убедившись, что сегодня ночью ей не
заснуть.
- Нет, - ответила Мариша и грустно вздохнула. - А так бы хотелось!
Дуня тоже вздохнула и сказала:
- Ну, тогда, раз уж все равно не спится, давай подытожим, что мы с тобой знаем о
женитьбе Вадьки на Таньке и о его сватовстве к Катьке.
- И Таньку, и Катьку с Вадькой свела Наталья Дормидонтовна, - тут же приподнявшись
на локте, бодро начала перечислять Мариша, словно и не пыталась только что заснуть.
- Причем знаешь, что интересно, я наконец вспомнила, что Танька познакомилась со
своей будущей свекровью где-то в очереди, - так же охотно отозвалась Дуня. - Танька
помогла поднести ей сумки и сама не заметила, как оказалась у нее в гостях. А через
некоторое время, когда Наталья Дормидонтовна была для Таньки прямо матерью родной,
на сцену вышел и Вадька. Танька мне в свое время призналась, что, если бы не ее
свекровь, она бы на Вадьку в жизни не посмотрела. В общем, у Таньки получился
настоящий роман с ее свекровью.
А Вадька тут был как бы сбоку припека.
- Вот-вот, - кивнула Мариша. - А еще мы знаем, что сама Наталья Дормидонтовна жила
в Малой Вишере по соседству с Кирой Михайловной и ее родителями.
И Кира даже дружила с сестрой Дормидонтовны.
- Которая и увела у Киры ее первого жениха! - добавила Дуня. - Целая драма из этого
получилась, между прочим.
- И что Кира наверняка своей бывшей подружке так и не простила, - закончила
Мариша.
И подруги уставились друг на друга.
- Придется нам снова ехать к Наталье Дормидонтовне, - сказала Мариша.
- Как, сейчас?! - ужаснулась Дуня. - Уже ночь!
- Уже не ночь, а раннее утро, - заявила Мариша. - Самое время, если мы хотим успеть
застать ее дома до того, как она отправится с передачей для Вадьки.
И подруги выбежали на улицу.
- Маришка, знаешь, как я мечтаю просто лечь и элементарно выспаться! - простонала
Дуня, когда Мариша нетерпеливо подталкивала ее в недра своей машины.
- Ничего, выспаться всегда успеешь! - заверила ее Мариша. - В самом худшем случае на
том свете отдохнешь.
Наталью Дормидонтовну подруги застали уже одетой и с сумками.
- Хотела пораньше выйти, очередь занять, - растерянно глядя на пожаловавших к ней
подруг, сказала женщина. - А вы чего? Забыли что-то вчера? Вроде бы ничего из забытых
вами вещей не находила.
- Мы теперь знаем все! - обличающим тоном сказала Мариша, сильно покривив при
этом душой.
- Ой! - схватившись за сердце, опустилась на табуретку Наталья Дормидонтовна. - Это
вы про что же такое говорите?
- Про Катьку и про Таньку! - сказала Мариша. - Мы знаем, что они сестры. И дочери
одной и той же женщины!
- Которую ваша сестра смертельно обидела в юности! - добавила Дуня.
Наталья Дормидонтовна закрыла глаза свисавшим почти до пола куском скатерти со
стола и зарыдала.
- Вот уж удружила мне сестрица! - сквозь слезы начала она выдавать информацию. -
Ничего не скажешь, хорошенький подарочек она мне подложила на старости-то лет. Всю
жизнь она у нас в семье с приветом была.
И как это мужики на нее клевали, уму непостижимо? Однако стоило ей на них
посмотреть да бровью повести - все! Считайте, что они уже попались. С руки у нее ели.
- Мужчины вашей сестры нас не интересуют, - заверила ее Дуня. - Вы нам лучше
скажите, зачем вы своего Вадьку пытались женить на Катьке и Таньке? Что, других
девушек в мире нет? Свет клином сошелся на отпрысках Киры Михайловны?
- А вот и сошелся! - заявила Наталья Дормидонтовна. - Для меня, во всяком случае,
благодаря выкрутасам моей сестры точно сошелся.
И, посмотрев на часы, висевшие на стене, а потом на свое отражение в зеркале,
Наталья Дормидонтовна вздохнула и сказала:
- Ладно уж, расскажу вам, как дело было. Все равно, вижу, что сегодня мне к Вадьке
уже не судьба пойти. Лицо все красное и распухло. Да и трясет меня всю. Дайте-ка мне те
капельки, они на холодильнике стоят. Четыре флакончика. Все давайте!
И, подкрепившись коктейлем из валерьяны, пустырника, боярышника и валокордина,
Наталья Дормидонтовна начала свой рассказ. Сестра ее в молодости была той еще
штучкой. И просто не могла спокойно смотреть на мужчину, если он был увлечен другой
женщиной. Чего в этом было больше, подростковой глупости или желания в очередной
раз увериться в собственной неотразимости, сказать трудно. Но тем не менее, когда Варя
увидела, что Степан всюду следует за Кирой и между ними словно поют соловьи и вообще
эта парочка просто не видит никого вокруг себя, она приревновала подругу. Ей казалось,
что Кира будет гораздо счастливей без Степана. Во всяком случае, так Варя объясняла
сестре свой, прямо сказать, не слишком благовидный поступок. Но факт остался фактом,
Варя не только увела у подруги жениха, но и влюбилась сама в него без памяти. Молодая
парочка, понимая, что от Киры им в маленьком местечке житья не будет, двинули в
Питер. Но и оскорбленная Кира, как только узнала, куда подались изменщики, поехала
туда же.
- Как она пыталась вернуть себе Степана, вспомнить и то тяжело! - вздыхала Наталья
Дормидонтовна. - Варя уже и сама не рада была, что закрутила все это. Потому что и
Степан терзался, она это видела. И Варя повзрослела и поняла, как горько обидела она
подругу.
Трудно сказать, чем бы все это кончилось, может быть, Степан и вернулся бы к Кире,
только вот... Бог не дал.
Степан погиб. И на его похоронах обе его любимые женщины рыдали друг у друга на
плече. Потом жизнь их снова развела в разные стороны. Варя, сестра моя, вышла замуж за
иностранца.
- По тем временам это было равносильно чуду, - заметила Мариша.
- Но я же вам рассказывала, какое Варя умела произвести впечатление на мужчин, -
сказала Наталья Дормидонтовна. - И несмотря на сложности, она тем не менее вышла
замуж за иностранца, и не просто за какого-нибудь индуса или жителя Южной Америки,
а за самого настоящего коренного натурального англичанина, лорда к тому же в каком-то
там поколении. Конечно, супруг у Вари был гораздо старше ее. И взял он Варю
исключительно за ее красоту. Но относился он к ней всегда хорошо. Только одного не
любил, чтобы у жены водились наличные деньги. Так-то он был согласен ей оплатить
любую причуду, но вот с наличностью у Вари всегда было худо. Так что, буквально
купаясь в роскоши, она почти ничем не могла помочь своей родне. Но письма писала и
всегда знала, как у нас обстоят дела. И вот когда наконец умер ее лорд. Варя уже было
совсем возликовала и написала, что мы скоро избавимся от нищеты. Но тут выяснилось,
что ей и самой жить осталось не больше года.
А прожила она и того меньше.
- И что?
- Разумеется, перед своей смертью Варя сказала, что она все свои деньги завещает мне
как своей единственной сестре. Или, на худой конец, Вадьке - как своему племяннику, -
сказала Наталья Дормидонтовна. - Но когда вскрыли ее завещание, выяснилось, что да,
она завещала все нам. Но там имеется одно условие, которое практически сводило для нас
возможность получить наследство к нулю.
- И что это было за условие? - уже начиная прозревать, спросила Мариша.
- Все деньги доставались не мне и не Вадьке, а только его сыну или дочери. Но и не
просто от какой-то там женщины, а лишь ребенку, который родится от моего Вадьки и от
дочери Киры, - произнесла Наталья Дормидонтовна. - К этому времени моя сестра уже
знала, что у Киры родилась дочь. Мы с моими юристами пытались обратиться в суд и
доказать, что моя сестра была не в своем уме, когда делала эту приписку. Но увы, врачи
уперлись: мол, при легкой экзальтации, присущей моей сестре, в остальном она была
психически совершенно здорова. И могла полностью распоряжаться своими деньгами, как
ей того хотелось.
- Но это же было безнадежно для вас? - посочувствовала добрая Дуня Наталье
Дормидонтовне.
- Не совсем так, - ответила женщина. - Варя приложила к завещанию еще одно письмо,
в котором подробно рассказала, как можно найти Киру и ее дочь Татьяну. Потом все было
делом не очень сложным. Танюша была славной девочкой. Конечно, легкомысленной,
слишком уж энергичной и непоседливой, но славной и честной. Увы, я не могла не
видеть, что она совсем не пара Вадьке. Хоть он и мой сын, но, честно говоря, Вадька -
порядочный увалень. А Танька была живой, словно козочка. Но она выросла без
материнского тепла. И сама этого не осознавая, искала его. И когда появилась я, она с
радостью пошла мне навстречу. А потом и Вадька перестал ей казаться таким уж
увальнем. Но отношения у них все же были скорей дружеские. Хотя общих интересов
было не так уж и много. И к тому же никакой искры между ними так и не вспыхнуло.
Может быть, потому бог и детей им не дал. Но, в общем, я очень жалела, когда Танюша
заявила, что она уходит. И не только потому, что долгожданный ребенок так и не
появился. Просто мне нравилась Танька. И я даже, старая дура, начала думать, что и без
денег Вари мы как-нибудь проживем. В конце концов, не в деньгах ведь счастье?
- А Танька знала об условии в завещании вашей сестры? Ну, что она должна родить
ребенка от Вадьки? - спросила Мариша.
- Что вы! Ни она, ни Вадька ни о чем таком в то время не знали! - заявила Наталья
Дормидонтовна. - Я боялась, что, если они узнают, что их пытались свести вместе, как
породистых производителей на конном заводе, все вообще рухнет. А так я все надеялась,
что Танька погуляет и вернется к Вадьке. Но, увы, годы шли, а Танька вовсе не стремилась
вернуться к мужу. И когда мне стало окончательно ясно, что Танька не вернется, я
встревожилась. Я очень долго думала, как помочь делу, даже хотела рассказать всю
правду Таньке и Вадьке, но тут мне пришла в голову мысль, что, если Кира родила одну
дочь, ведь она вполне могла родить и еще. В завещании Вари не был указано имя
женщины, от которой моему Вадьке предстояло завести ребенка. Моей сестре было все
равно, от какого мужчины у Киры родится дочь. Но это должна была быть дочь Киры, и
точка. И я начала искать Киру. Сразу вам скажу, что это было нелегко. Потому что никто
в Малой Вишере не знал, куда она уехала после развода с первым мужем. Но пару лет
назад Вадька притащил какие-то компьютерные диски и похвастался, что на этих дисках
зафиксированы все люди, менявшие в своей жизни фамилию или имя.
- И вы нашли Киру?
- Да, правда, мне пришлось посвятить Вадьку во всю эту историю с чудачествами его
тети Вари, потому что он иначе отказывался мне помогать. Считал мою просьбу - найти
бывшую подругу его тетки - просто блажью.
- А когда узнал правду?
- Передумал, - кивнула Наталья Дормидонтовна. - В общем, вдвоем с ним, да еще с
помощью его приятеля, который тоже соображал в компьютерах, мы все-таки нашли
Киру. Это было очень сложно. Потому что теперь она была Глафирой и жила в какой-то
деревне. Приятелю Вадьки пришлось поднять какие-то там старые архивы, в которых ему
и удалось, буквально чудом, найти новую фамилию Киры. Но самое главное было не это.
Самое главное, что у нее была дочь! Катька! Разумеется, я приложила все усилия, чтобы
разыскать ее. И познакомить ее с Вадькой, потому что сам мой увалень на знакомство с
девушкой решительно не способен. И мне даже казалось, что все наконец-то складывается
очень удачно. Молодые друг другу понравились. Катя была совсем не похожа на свою
сестру. И Вадька даже сам первый заговорил о разводе с Танькой. Та тоже была не
против. Я уже почти ликовала, но тут... Тут случилось то, что случилось. Таньку убили, а
моего Вадьку арестовали.
И Наталья Дормидонтовна грустно замолчала и даже снова начала вытирать глаза все
тем же и без того замызганным углом скатерти.
- Погодите переживать, - сказала Мариша. - Может быть, эта история еще и поможет
оправдать Вадьку.
Раз он и сам мог получить крупные деньги... А наследство вашей сестры, оно велико?
- Несколько миллионов фунтов стерлингов, - скромно потупившись, сказала Наталья
Дормидонтовна.
- Ото! - охнули подруги хором. - Ради таких деньжищ можно и ребеночка родить.
- Так все же просто отлично складывается! - воскликнула Мариша. - Вам, Наталья
Дормидонтовна, нужно немедленно рассказать об этом наследстве вашей сестры
следователю. Таким образом сразу же отпадает мотив, по которому ваш сын мог убить
Таньку. Вадьке - деньги Таньки были без интереса. Он без проблем мог получить в
десятки раз больше. Ну, сами подумайте.
Стал бы он рисковать, имея на кону много миллионов?
И не рублей, а фунтов стерлингов?
- В самом деле! - оживилась Наталья Дормидонтовна. - Свобода мальчика мне дороже,
чем какие-то там тринадцать или
...Закладка в соц.сетях
