Жанр: Электронное издание
Gender1
...начав закрываться, дверь. И тогда я не выдержал, и обернулся. Я
успел увидеть только прядь ее русых волос и
завиток ушной раковины. И в этот момент две ясные мысли озарили мое сознание,
как магниевые вспышки освещают темноту
ночи. Первая - я отчетливо понял, что сейчас видел Ташу в последний раз. И -
ясно вспомнил вдруг, где и когда видел ее в
первый.
Это было почти точно год назад. Не прошло и пары недель, как внезапно и
бурно, как цунами, начался наш с Жанной роман.
Я тогда был в нее - по уши. Пользуясь тем, что и мое семейство, и ее благоверный
были - кто где, мы встречались чуть не
каждый день. Нас знали в лицо администрации доброй половины дешевых гостиниц
Москвы, где я снимал на пару часов
комнатушки для перепиха. Но в тот день Жанна предложила несколько изменить
программу. Подвернулась возможность
воспользоваться пустующей квартирой на Алексеевской, за которой Жаннина подруга
Люся Зайцева то ли присматривает на
время отсутствия хозяев, то ли это хата каких-то ее родственников. В общем,
ключи от нее у Люси, и она великодушно
предоставляет "флэт" для использования аж на всю ночь. За ключами нужно было
заехать не к ней в офис на Сретенку, где я
уже к тому времени бывал, а в Центральный Дом Художника на Крымском Валу. Там
как раз шла какая-то туристическая
выставка, и Люсю начальство упекло туда заведовать экспозицией их турфирмы. Я
никогда до того в ЦДХ не был, и хотя Люся
по телефону вполне внятно объяснила мне, как найти ее стенд, сначала довольно
долго плутал по лабиринтам экспозиций,
разбитых по квадратно-гнездовому принципу. В конце концов я все-таки увидел чуть
не на противоположном конце огромного
зала искомую вывеску "Тур-Ин", и двинулся по азимуту к ней, лавируя между
многочисленными посетителями. Народ на
выставке собрался разный - и зеваки, как я, и заморские гости из туристически
развитых стран, и много-много красивых
женщин. Пробираясь через это людское скопище, я, понятно, обращал внимание в
основном на эту последнюю категорию. И -
не зря.
Я был уже на подходе к нужному стенду, уже увидел вдалеке тощий силуэт
Люси, с кем-то разговаривающей около своего
стенда, как внимание мое резко переключилось на пересекшее мне поле зрения яркое
пятно. Это была женщина. Она вышла из
левого бокового прохода между экспозициями метрах в десяти впереди меня, и
скрылась в таком же проходе справа. С учетом
того, что мой взгляд был сфокусирован на Люсе, незнакомку я видел не больше
секунды. Но я успел разглядеть, что она: вопервых
- одета во все красное, включая широкополую шляпу; во-вторых - молода,
стройна и очень длиннонога; и в-третьих -
русая блондинка, и уж очень похоже, что натуральная. В общем, натренированным
глазом я успел разглядеть все, кроме лица,
которое было напрочь скрыто полами посаженной на бок шляпы. Я непроизвольно
прибавил шагу, чтобы, догнав эту Lady In
Red, убедиться в том, такая ли она на самом деле красавица, как нарисовало мне
воображение, и как того, безусловно,
заслуживали ее стати. Но, как я ни спешил, когда я достиг "перекрестка" между
рядами стендов, незнакомка уже выходила
через дверь одного из запасных выходов. Прежде, чем полотно двери закрылось за
ней, я в погоне за прекрасным видением
успел сделать еще несколько шагов, но разглядел только красивый выступ скулы да
изящный завиток ушной раковины в
обрамлении светлых волос. И - все, прекрасное видение исчезло за дверью. Ну, не
бежать же за ней, на самом деле, было, и я
поплелся к Люсе, которая как раз заканчивала разводить потенциального клиента на
поездку в какое-нибудь тошное зарубежье.
- Здравствуй, дорогой! - своим неподражаемо линючим голосом
поприветствовала она меня. - Куда это ты делся? Вроде, шел
к мне, и вдруг исчез. Небось, погнался за какой-нибудь красоткой? Жанку уже
разлюбил?
Я напрягся. Получалось, что Люся меня тоже заметила? И что, видела, как я
"сделал стойку" на эту в красном? Еще не
хватало, - вмиг все растреплет Жанке, а та сожрет меня за это с потрохами!
Потому, как ревнива моя девушка была до
необычайности, а я совершенно не собирался давать даме сердца повода для
ревности в самом начале страстного романа.
- Знакомого встретил, - соврал в ответ я, следя за Люсиной реакцией.
Но, похоже, на самом деле она, увлеченная охмурежом своего туриста, ничего
не видела, потому, как моим ответом
полностью удовлетворилась:
- Да, здесь сейчас полмосквы ошивается, - со скукой в голосе ответила она.
- Кого только не встретишь. Ходят сюда каждый
день, как на работу.
Зная вредный характерец Люси, я был абсолютно уверен, что если бы она чтото
видела, то тему обязательно развила бы, не
преминув поязвить в мой адрес. Значит, того, как я кинулся за красной, она не
заметила. Вот и славненько.
Мы еще минут пять пообщались ни о чем, после чего Люся, напутствовав меня
фразой: "Хорошенько вам покувыркаться",
отдала ключи от квартиры, и я отчалил. Женщина в красном быстро забылась, чему в
эту ночь в полный рост поспособствовала
неутомимая Жанна, и не вспоминалась до того самого момента, когда в проеме
закрывающейся двери клиники не мелькнул
абсолютно тот же ракурс скулы, виска, уха, шеи, и я вспомнил ту мимолетную
встречу в ЦДХ. Потому, что женщина в красном
была Таша.
Я опять сидел в своем дорогущем номере, и размышлял. Да, еще утром
казалось, что мое "расследование" развивается так
динамично, что нужно еще чуть, еще капельку для того, чтобы наступило если не
знание, то понимание мною ситуации и
методов ее разрешения. Но ни разговор с Талией, ни то, что я, наконец, вспомнил
первую встречу с ней, не дали мне ровным
счетом ничего. И я не знал, какой следующий шаг мне сделать, потому сто сидеть,
и просто ждать, было хуже пытки. И вдруг я
подумал, что, может, стоило бы справиться у Люси Зайцевой, не знает ли она
случайно чего о той красивой блондинке в
красном? Говорила ведь она, что многие на турвыставку ходят чуть не каждый день,
как на работу. Вдруг Люся общалась с ней,
и та что-нибудь рассказывала о себе? Хотя, ну какова вероятность получения хоть
какой-нибудь рациональной информации -
одна тысячная процента? Миллионная? Да неважно, в этой ситуации все, что больше
нуля - мое. Я извлек из записной книжки
мобильника номер Люси Зайцевой, и нажал посыл.
- Вас слушают, - после нескольких гудков взяла трубку Люся.
Слышно было плохо, Люсин голос странно булькал и звучал, как будто через
гулкое эхо.
- Але, Люсь, привет! - как можно более беззаботным голосом произнес я. - Ты
звучишь, как из погреба! Это Глеб беспокоит
тебя в выходной. Але! Ты слышишь меня?
- Слышу, слышу, я и есть из погреба, сейчас, вылезаю, - уже без бульканий
отозвалась Люся, и словно в подтверждение ее
слов в трубке раздался калиточный визг петель погребного притвора. - Здравствуй,
дорогой. Какое беспокойство, я тут у себя в
глухой деревне, как Робинзон на острове, с ума схожу без общения. Набирала Жанке
- у нее телефон не отвечает. Слава Богу,
хоть ты позвонил, и то небось ее разыскиваешь?
- Нет, дело не в Жанне, - раздосадованный глупым Люсиным многословием,
оборвал ее я. - Я у тебя хотел спросить кое-что.
- Ну, наконец-то! - своим ужасным кашляющим смехом рассмеялась Люся. - Не
прошло и года, как ты позвонил мне, а не
через меня своей любезной Жанне, мой дорогой. Спрашивай, я отвечу на любой твой
вопрос.
Я немного опешил, потому, что последнюю фразу Люся произнесла таким тоном,
каким женщина обычно дает понять, что
готова на все, и желательно прямо сейчас. Господи, неужели Люся на меня положила
глаз и, сто процентов будучи в курсе
охлаждения наших с Жанной отношений, решила попробовать подбить под меня клин?
Тем более, что для нее-то я -
мильёнщик. Только этого мне и не доставало для полного комплекта удовольствий!
- Послушай, Люся, - индифферентно начал я, - помнишь, я как-то заезжал к
тебе на выставку в ЦДХ? За ключами от
квартиры?
- Конечно, помню, - ответила Люся. - Ты забрал у меня ключи, и вы поехали с
Жанкой трахаться. Давно хотела спросить - у
нее что, тогда была ежемесячная краснознаменная забастовка трудящихся? После вас
вся постель была в кровище. Или, может,
ты лишил ее анальной девственности?
- Люся, ты вгоняешь меня в краску, - поперхнулся я, на самом деле чувствуя,
что краснею.
- Да брось, дорогой, мы же взрослые люди, - опять, обозначая смех,
закашляла в трубку Люся, явно довольная тем, что ее
эпатаж достиг цели. - Слушай, а чего мы будем по телефону-то? Надо поговорить,
приезжай ко мне, а? Далековато, конечно, ко
мне сюда, ну да ничего, ты у нас быстрый. Сам-то где сейчас?
- Я, Люся, сейчас в дивной Швейцарщине, - ответил я, испытывая огромное
облегчение от того, что у меня есть неубойная
отмазка не ехать к вагинально озабоченной дамочке. - Любуюсь на красоты
Женевского озера.
- Ах, да, ты говорил, а жа-а-ль, - тускло протянула Люся, а то у меня тут
все условия для разговора имеются. Ну, тогда
спрашивай, что хотел.
Господи, наконец-то удалось перевести разговор в нормальное русло!
- Так вот, когда я тогда заезжал к тебе, - начал я объяснять Люсе суть
вопроса, - там у тебя в ЦДХ я видел одну женщину -
высокую блондинку, всю в красном, очень красивую. Ее просто невозможно не
заметить - вся в красном, просто Lady In Red из
песни Де Бурга. Не помнишь, случайно такую?
"Нет, не помню", - сейчас ответит она, и - все", - подумал я, пока Люся
выдерживала паузу перед ответом, но все получилось
иначе.
- Меломан ты наш, - наконец, снова заговорила Люся. - Помну я твою Lady In
Red. Как раз в тот день она была и у нашего
стенда, спрашивала про Испанию, про Коста-Браву. А тебе-то в ней, позволь
поинтересоваться, какой интерес, дорогой?
Так, что же придумать? А то еще приревнует информатор к красотке в красном,
и - привет, не скажет больше ничего!
- Да ты понимаешь, случайно встретил ее здесь, в Женеве, - нашелся, что
соврать я, - так она втирает, что сама американка,
хоть и русского происхождения, что в России не была уже три года, и что
встречать ее год назад на турвыставке в Москве я
никак не мог. Ну, вот и хочу я вывести ее на чистую воду. Ты ничего больше не
знаешь про нее?
- Нескладно врешь, дорогой, - умехнулась Люся. - Небось, замужем она, и
просто у нее есть какая-то причина скрывать от
своего америкоса, что год назад она была в Москве. А ты хочешь ее этим прижать,
и трахнуть, верно?
Господи, да что же у нее все вокруг этого крутится-то?! Просто патология
какая-то. Знать, не зря Роман, Жаннин муж,
считает Люсю Зайцеву не только скрытой лесбиянкой, влюбленной в Жанну, но и
тайной извращенкой. Так, может, подыграть
ей?
- Ну, если честно, то - да, - со вздохом кающегося грешника, согласился я.
- Ты, Люсь, чисто Зорге с Абелем, от тебя ничего
не укроется.
- Грубая лесть не может быть признаком большого ума, - ответила неизвестно
чьим афоризмом Люся, и неожиданно
серьезно сказала: - Я знаю кое что про эту девицу в красном. Мне наплевать,
зачем на самом деле тебе нужна информация о
ней, но ты должен пообещать мне, что ничего не скажешь Жанке.
Я почувствовал себя охотничьей собакой, почувствовавшей след дичи, и оттого
замершей. Только при чем тут Жанна?
- Конечно, обещаю, - фривольным тоном согласился я. - Ну и ты уж,
пожалуйста, не рассказывай Жанке про этот наш
разговор, ладно?
- Все мужики - кобели, - без обиняков ответила Люся. - Все бабы это знают,
только красивые, как Жанка, считают, что их сия
чаша ввиду их абсолютной неотразимости обязательно минует, а умные, как я, не
испытывают на этот счет никаких иллюзий.
Вон какая, оказывается, какая у Люси самооценочка! Да и к лучшей и
единственной подруге Жанне, видимо, она, относится
в высшей степени неоднозначно. Может, прав Роман?
- Кто такая эта в красном, я не знаю, но в тот день на выставке она была не
одна, - начала тем временем рассказывать Люся. -
Отгадай с трех раз, с кем я ее видела?
- С президентом Путиным, - предположил я. - Не попал? С далай-ламой?
- Чем длиннее хрен, тем короче ум, - вздохнула в трубке Люся, - но Жанку
всегда интересовало только первое. Твоя
блондинка была на выставке с Романом.
- С каким Романом? - не понял я.
Во мне жуткое желание немедленно самым желчным образом отомстить этому
ничтожеству Люсе за неприкрытое
оскорбление моих умственных способностей боролось с самодовольством по поводу
признания ею моих физических
достоинств. Но Жанка-то какова, - рассказывать подруге такие подробности!
Интеллигентка хренова!
- Повторяю для тупых: рация на бронепоезде, - словами из анекдота про
Василия Ивановича ответила Люся. - С тем
Романом, который Жанкин муж, она была.
Что-то оборвалось у меня внутри. Господи, неужели все-таки Романом? Но,
может быть, Люся ошибается?
- И что же, они так вместе с Романом под ручку и ходили, рискуя, что их
кто-нибудь увидит? - с надеждой спросил я. - Ты,
например? Роман же не мог не знать от Жанки, что ты работаешь от своей конторы
на этой выставке? И почему же тогда я не
встретил там Романа, а видел ее одну?
- Ну, во-первых, Роман от Жанки этого мог и не знать, поскольку вряд ли в
семейном кругу моя персона является такой уж
частой темой для разговоров, - рассудительно ответила Люся, - другое дело, что
он обязан был предположить, что я там буду по
роду своей деятельности, и что не встретить меня на выставке очень трудно. И я
думаю, что именно так умненький Рома и
предположил, потому, что видела я их совершенно случайно, и не в здании. Как
только ты тогда ушел, я вышла на улицу
покурить, и видела, как эта фифа садится в машину Романа, который ее явно ждал.
- Какая была машина, какие номера? - в отчаянии чуть не закричал я.
- Черт его знает, что за машина, я в них не разбираюсь, - ответила Люся. -
Цвет зеленый металлик. Да и какая разница, какие
там были номера, если за рулем сидел Роман собственной персоной. Я, знаешь ли,
хорошо помню, как он выглядит.
Да, точно, "девятка" Романа выкрашена в тошный зеленый цвет, - похоже, Люся
ничего не путает. Особенно, если
вспомнить, что в сентябре прошлого года Роман ездил один отдыхать в Испанию.
Почему знаю, потому, что Жанка тогда вся
изошла по поводу того, что денег на ремонт у него нет, а на Испанию - есть, и
что как тонко рассчитал иезуит-муженек, что
жена, только что устроившаяся на довольно выгодную работу в компанию по торговле
канцтоварами, не захочет у руководства
отпрашиваться, и не увяжется за мужем. Не в Коста-Браву ли он ездил?
- Спасибо тебе большое, Люся, за важную информацию, - автоматически, думая
о другом, начал заканчивать разговор я.
- Не за что, дорогой, - своим обычным совершенно черно-белым тоном ответила
она, и добавила: - Вернешься в Москву,
если еще какие вопросы появятся, не стесняйся, звони, заходи. Кстати, простыню я
постирала.
И повесила трубку, но меня этот уже совсем явно сексуальный подтекст ее
последних слов больше не заботил. Я думал о
Романе. Что же это получается? Как минимум, что Роман знает Талию гораздо
раньше, чем я. А если предположить, что год
назад они вместе отдыхали в Испании, то как максимум, что они были тогда
любовниками. "Сукин сын! Сначала ты деньги у
меня украл, потом - бабу мою трахал. Интересно, может, это ты додумался похитить
мою семью?" - так думал я о Романе,
напрочь забыв о том, что я тогда о Талии и знать не знал, а последнее время кто
с чьими бабами вожгался, надо еще
разобраться. Но дело тут было совсем не в бабах.
Дело было в том, что Роман не просто подходил на роль Голоса по двум
основным параметрам, - он был прекрасно
осведомлен о теткиных генеалогических амбициях, иногда в шутку, словно
забывшись, даже называя меня Нарышкиным, и не
только принимал участие в составлении моего послания, но и надоумил меня
подписаться дурацким псевдонимом. Главное - у
него был мотив! Вернее - выше крыши мотивов. Когда я выгнал его из бизнеса,
многие передавали потом мне, что Роман
прилюдно говорил, что, мол, припомнит. Да и про меня и жену свою Жанну он
запросто мог догадываться. А, догадавшись,
удостовериться в этом проблемы не было. Ну, а знакомство с Ташей, то есть с
"игроком команды наследства", случайно
установленная мною, это та самая недостающая связь между теми, кто знал обо мне,
и теми, кто знал о наследстве, без которой
все мое "расследование" не стоило бы и луковой шелухи. Конечно, похищал мою
семью не Роман, которого Галина прекрасно
знает, но это лишь говорит о том, что у Голоса кроме Лорика есть еще сообщник.
"Не у Голоса, - поправил сам себя я. - У
Романа".
Возбужденный найденной разгадкой, я вскочил и заметался по номеру. Но тут
же замер, как вкопанный. В своих
умозаключениях я внезапно обнаружил дыру. Ведь Таша была вовлечена в команду
злоумышленников насильно, в результате
чудовищной по своей жестокости операции по вербовке, проведенной Лориком. Причем
на вопрос: "А как сам-то Лорик вышел
на Талию" напрашивался ответ, что Талию Лорику сдал Роман, который знал ее
раньше. Таким образом, сочтя связь Роман -
Талия недостающим звеном если на для идентификации Романа, как Голоса, то для
доказательства злого умысла Романа
против меня, я явно перепутал причину и следствие. Цепочка порвалась, паззл
перестал складываться.
"Но ведь не может, не может то, что Роман знал Талию, быть случайностью! -
возопил про себя я. - Таких случайностей не
бывает!" Только что самостоятельно, в лучших традициях Шерлока Холмса и Эркюля
Пуаро разгадав преступный замысел, я
никак не мог смириться с тем, что ошибся! Уж очень все логично: Роман, зная мою
страсть к высоким блондинкам типа Талии
и сопоставив ее "необычность" с моим объявлением, передает транссексуалку Лорику
для "обработки", и они используют ее в
качестве живца. Все сходится. Надо только установить связь между Романом и
Лориком. Если мои предположения насчет
Романа верны, ее не может не быть.
Так, а если подумать, откуда теоретически могло проистекать их знакомство?
Детство, школа? Вряд ли, Лорик явно старше.
Институт, совместная работа еще при ЭсЭсЭсЭре? Тоже непохоже. Накачанный Лорик в
те времена явно служил в какойнибудь
"Альфе", а Роман после МИИТа сидел в проектном институте. А, может быть,
поискать в "Московском Законнике"?
Ну да, ведь когда у Романа после начала собственного бизнеса все пошло
наперекосяк, на него ведь кто-то подавал в суд? А раз
суд, значит - адвокаты. Постой, постой, ведь Жанна даже говорила мне, что
адвокат, мол, у Романа, оказался супер, и что если
бы не он, сидеть бы ее благоверному на нарах, а ей - быть соломенной вдовой. И
не просто говорила, а даже давала мне "на
всякий случай" его визитку, потому, как у нее была лишняя. Я даже помню, что
звали адвоката как-то уж очень сильно не порусски.
Какая удача, что визитки я всегда таскаю в барсетке, а ее-то я как раз с
собой неизвестно зачем как раз и прихватил. Ну
да, как зачем - наличные носить! Вот она, невостребованная, на дне чемодана.
Блин, на кой хрен я запер ее на ключ, и куда я
этот ключ засунул? Ладно, к черту ключ!
Я вырвал маленький замочек с корнем, распахнул клапан, перевернул сумочку
вверх ногами, и ее вырвало на кровать всем
содержимым. Так, что тут у нас? Ключи от дома, от офиса и еще какие-то
непонятные ключи, дореформенная медная мелочь,
какие-то бумажки, чеки, справки, корешки приходных ордеров, зубочистки,
натыренные впрок из какого-то кабака,
железнодорожный билет - куда это я ездил? А это что за книжица в глянце?
"Московские ТелеСистемы. Справочник
Абонента" - рехнуться можно! Справочник полетел белой птицей и, кувыркаясь,
шлепнулся в раскрытом виде на подушку.
Ага, вот, наконец, и толстая пачка визиток, перетянутая по исконно русской
традиции двумя разноцветными резинками. Я
распотрошил пачку и принялся, бегло просматривая каждую визитную карточку,
сбрасывать их на покрывало, как сдающий
карты при раздаче. Боже, каких и чьих только визиток тут не было! Аскетичные
монохромные, золотые на черном и черные на
золоте, цветные, как похмельные сны, карточки президентов и вице-, генеральных
директоров и менеджеров, с которыми я
когда-то и где-то пересекался по работе, лежали вперемешку с карточками
страховых агентов, автосалонов, ремонтных
мастерских, турагенств, пивных, ресторанов и VIP-саун. Всевозможные карточки
были здесь, не было только визиток
адвокатов. Я уже нервничал, соображая, куда же я кроме этой пачки мог засунуть
искомую, а по мере того, как ворох карточек
на покрывале становился все больше, колода в левой руке тончала и тончала. И
только когда в отчаянии я сбросил
предпоследнюю карточку какого-то замдиректора, я перевел дух, - визитка адвоката
лежала последней. На ней крупным
шрифтом было набрано: "Гевсиманян Мкртыч Гаикович, адвокат", и выше - мелко:
"Российский региональный союз
адвокатов, адвокатская контора "Защитник". Ниже были пропечатаны совершенно
незнакомые мне адрес и номер телефона.
Так, мимо кассы. Моя надежда, что адвокат с труднопроизносимыми ФИО окажется
работником "Московского Законника", не
оправдалась. "Рабинович стрельнул, стрельнул - промахнулся", - почему-то
вспомнил я слова одесской песенки, и выпустил
бесполезную визитку из рук. Та секунду покружила в воздухе, переворачиваясь в
полете, как унылый октябрьский листок, и
упала на погребальный холмик себе подобных лицом вниз. Я увидел, что на ее
обороте Жанниной рукой было написано: "На
Б.Яким. среда, 28 авг. В 11-00" и семизначный московский номер телефона. Сердце
у меня подпрыгнуло к кадыку и сорвалось
в пропасть, потому что этот номер я знал наизусть. Это был телефон, по которому
отвечала длинноногая красавица Яна из
"Московского Законника".
Я вскочил на ноги, и принялся с выпученными глазами хаотично, как
броуновская частица, метаться по гостиничному
номеру, потрясая сжатыми кулаками и рыча, подобно самцу гориллы, возбужденному
близостью подруги: "А-а-а-а-а-а-а!!!"
Наверное, мне оставалось еще начать колотить себя в грудь, и сходство было бы
полным. Но возбужден я был другим. "Нашел,
нашел, нашел!" - твердил я про себя. Да, последняя карта пасьянса встала на свое
место.
Да, теперь его ужасный и с блеском осуществленный план стал абсолютно ясен.
Судя по Жанниной пометке на обороте
визитки, в конце августа прошлого года, как раз в разгар Романовых судебных дел,
он через своего адвоката, подвизавшегося в
"Московском Законнике", сошелся с начбезом последнего Степановым Лориэлем
Шаликовичем, и стал с ним на короткой
ноге. В процессе общения друг с другом выяснилось, что каждый из них обладает
той самой "половинкой разорванной
банкноты" в виде своей части информации обо мне. После составления двух
половинок "банкноты" у обоих рождается план -
заработать, а у Романа еще - и отомстить. Нужно было меня подловить на чем-то,
что попадало бы под клаузулу из текста
завещания. То, что Роман оказался каким-то образом знаком с транссексуалкой
Виталией Виревич, как нельзя лучше
способствовало из дьявольскому плану. Кстати, может, рвануть опять в клинику, и
получить у Талии подтверждение по поводу
ее отношений с Романом? Хотя, зачем это мне? В любом случае Талия - лишь
пассивное орудие в руках Романа ли, Лорика ли,
их ли обоих. Роман сдал информацию о Талии, не гнушавшейся подрабатывать
проституцией, Лорику, которому не составило
большого труда завербовать ее. Девять дней назад я, прочитав ответ Талии на мое
объявление, позвонил ей, и все заскользило,
как по маслу. Лорик объявляет, что наследники, наконец, найдены, мы с теткой
появляемся в "Московском Законнике", мсье
Серж конфирмует меня в моих наследных правах, Лорик со своей фото-компрой
наезжает на меня, я уезжаю в Швейцарию и
перевожу деньги. В Москве Роман, посчитав, что шесть миллионов - это лучше, чем
три, отправляет Лорика в заоблачный плес.
Да, это именно Роман по-настоящему похищает Галину и Юльку, это именно он
общается с ними записками, потому что его
голос Галина прекрасно знает. Вот так - все сходится. "Убью!" - подумал я, сжав
зубы. Это относилось уже не к Голосу, а - к
Роману.
Единственное, что до сих пор не понятно - зачем он держит меня здесь. Ну,
да неважно. Нужно, воспользовавшись этой
отсрочкой, во что бы то ни стало оказаться в Москве и, появившись во всем белом,
стать центральной фигурой картины "Не
ждали". То есть, с помощью Гохи взять Романа за жабры и освободить Галину с
Юлькой. А, может быть, позвонить Гохе
прямо сейчас, и все рассказть? Он "любит" Романа примерно так же сильно, как я,
а для того, чтобы вытрясти из того, где
томится моя семья, профессионалу Гохе моя скудная помощь не нужна. Но нет, права
увидеть в глазах врага ужас поражения,
я не уступлю никому! Да, Рома-джан, единственную ты допустил промашку -
недооценил мои умственные способности и,
клянусь, эта ошибка тебе дорого обойдется! Осталось понять, как попасть в
Москву, чтобы Роман, позвонив мне завтра на
мобильный, об этом не догадался? И - на какие шиши?
Я достал кошелек, и пересчитал наличность - ровно двести сорок франков. Нет
и речи, чтобы с таким деньгами добраться до
Москвы. Где же взять денег? Не у Алена же, право, стрелять? Хотя мсье Серж и
отдал мне своего клерка, как он сказал, в
полное и безраздельное, но, надо полагать, не для целей заимствования же! Скажет
- нету, и вся недолга. Нет, это - не выход. А
где выход? "Выход там, где вход", - завертелось в голове. "Интересная мысль!" -
подумалось мне, потому что при выходевыходе
из отеля было... казино. От этой неожиданной мысли я аж крякнул, но,
подчиняясь наитию, сменил ветровку, в которой
я ходил в клинику, на пиджак и вышел из номера.
Суббота, день
В наше время, когда в Москве игорных заведений не меньше, чем где-нибудь в
Монте-Карло или Лас-Вегасе, наверное,
трудно найти в белокаменной человека, хоть мало-мальски обремененного деньгами,
который бы не пытался в этих заведениях
свои капиталы приумножить. Я, не будучи в этом вопросе особо оригинальным, одно
время частенько захаживал то в "Черри",
то в "Кристалл". Много я никогда не проигрывал, умея в случае ярко выраженного
невезения встать из-за стола и уйти, в
особом выигрыше тоже не бывал В общем и целом времяпрепровождение в казино мне
ск
...Закладка в соц.сетях
