Жанр: Электронное издание
Forinqui
... едва войдя, она зло зашвырнула в угол.
Не поднимая лица, Майя протянула руки и обвила его шею. Он поцеловал ее в макушку.
- Пошли на Петровку, к ребятам, - тихо проговорил он в ее волосы. - У меня слишком
мало информации, пойми. Мне нужны результаты экспертизы, мне нужно переговорить со
свидетелями, без реального следствия я не могу продвинуться. Но я, вместо того, чтобы
добывать информацию, выполняю, по сути, функцию твоего охранника. Ситуация стала очень
опасной, Майя...
- Нет! - Майя соскочила с его колен. - Нет, Алеша! Ну, неужели ты не понимаешь?
- Понимаю: ты боишься. Но у нас есть покушение на тебя, убийство Бориски, убийство
Вени и документы из Борискиного компьютера. И, хотя все это еще не является прямыми
доказательствами, - но мы сможем направить поиск в нужную сторону и очень быстро
размотаем этот клубок... Вот увидишь!
Майя смотрела на него почти с состраданием. Она сделала шаг к нему, обхватила его
голову руками, прижала к груди и прошептала: "Ну подумай, вспомни, когда ты передал
своему Сереге информацию о киллере?"
- Три дня назад. Через Александру, - удивился Кис.
- Правильно, за два дня до смерти Вени... И ты сказал, что меня пытались убить.
"Пытались" - значит не убили. И, если к тому времени заказчики еще пребывали в
недоумении, куда подевался киллер, почему не появляется с отчетом о выполненной работе, -
то после твоего сообщения они это поняли. Два дня - достаточный срок, чтобы информация
дошла от Касьяновой через Петровку - к заказчикам. И убийцы отправились к Вене.
Кис высвободил голову из Майиных рук и посмотрел на нее со странным выражением.
- Ты хочешь сказать, что Серега...?
- Серега твой или кто-то из его коллег, - но ты же сам видишь... После того, как ты
связался с ними в первый раз и попросил своих верных друзей аккуратно потрясти наших
знакомых, - киллер наведался сначала к Бориске, оставив за собой его труп, а потом ко мне...
Хорошо, что с моим трупом вышла промашка, - усмехнулась она. - После второго твоего
выхода на связь с Серегой убийца - или убийцы - посетили Веню. Что с ним сделали, ты сам
видел...
В глазах ее стали опять накапливаться слезы, и Алексей поспешил протянуть ей новый
бокал вина, в надежде, что алкоголь расслабит ее и успокоит.
- Сегодня ты снова звонил своему другу, - проговорила Майя, сделав глоток. - Чего
нам теперь ожидать? Может, твою дачу уже окружают? Может, нам нужно бежать и прятаться
в лесу до рассвета? Или мы уже безнадежно опоздали?
... Тихий треск ветки в саду прозвучал для Киса как выстрел. Сердце его забилось - от
страха, да от страха, что друзья могли предать. Он не мог в это поверить, он не хотел в это
верить! Но...
- Зайди в дом, - прошептал он.
Майя скользнула с веранды в комнату, и Алексей приблизился к стеклу, зорко
вглядываясь в темный сад. Треск повторился, - едва слышный, легкий, но вполне отчетливый.
Ничего не было видно, никого не было видно. Он, потрогав пистолет в кармане, открыл дверь
на улицу, постоял. Тихо.
Спустился с деревянного крыльца в четыре ступеньки. Тихо.
Сделал несколько осторожных шагов в ту сторону, откуда донесся звук. Что-то
зашуршало, засуетилось в кустах жасмина, и прямо на него выскочил ежик и засеменил по
дорожке.
Майя негромко засмеялась на крыльце. Кис с облегчением повернулся: "Вот видишь, это
всего лишь ежик!"
- Пока всего лишь ежик. Кто следующим в гости пожалует?
- Ложись спать, Майя. Никто не пожалует, уверяю тебя. Ложись.
Хотел бы он сам верить собственным словам...
Майя послушно ушла, а Алексей тщательно закрыл все ставни, проверил замки, погасил
везде свет: на случай, если кому взбредет в голову, что Кис мог увезти беглянку на свою дачу,
он решил придать своему пристанищу нежилой вид. Он включил в темноте свой компьютер,
установил с купленных дисков программы и стал открывать одну видеозапись за другой.
Ни одно из увиденных им лиц ему ни о чем не говорило. На черно-белой пленке, -
скорей всего, с камеры наблюдения поста охраны (или встроенной кем-то камеры-шпиона?), -
были засняты сцены подписания и передачи каких-то бумаг, денег, пожатия рук, обмена
репликами. Камера была фиксированная, люди выходили из кадра, входили, бумаги были
видны издалека, многие напоминали списки (женщин для отправки в бордели?), но при
специальной технике их, скорей всего, можно будет увеличить до читабельных размеров. Ясно,
что все заснятые лица и сцены имели отношение к одному общему делу, которое, тем не менее,
прямо нигде не было названо, - конспирация соблюдалась грамотно. По всей видимости, эти
физиономии должны соответствовать фамилиям в Борискиных документах, и таким образом
вместе они составляли вполне увесистый компромат.
Потом в кадре возник вход в какое-то здание, на этот раз в цвете, кто-то снимал ручной
видеокамерой. Театр, пустой зрительный зал. Камера двинулась за кулисы, миновала коридор с
гримерными и "вошла" в дверь, за которой оказались театральные склады. Дальше камера
снимала из-за большого фанерного ящика, на котором крупно и размыто была видна надпись
"не кантовать", и выхватила двух человек, вернее, полтора, потому что один наполовину был
скрыт ящиком. Они о чем-то говорили, - специалисты по звуку смогли бы, наверное,
расшифровать их диалог, но без техники разобрать слова было невозможно. Затем оба
двинулись к противоположной стене и принялись переставлять ящики. Добравшись до
нижнего, они его вскрыли. Из него были извлечены довольно объемистые пакеты.
Тот, что справа, разрезал ножом веревки, вскрыл упаковку и вытащил из пакета
шахматные фигуры. Ножом он открыл низ коня и высыпал на подставленную ладонь своего
собеседника белый порошок. Тот лизнул кончиком языка и кивнул.
Далее происходила сцена передачи денег, в кадр задвинулась охрана, и уже ничего нельзя
было рассмотреть за их спинами. Впрочем, самое главное уже было заснято...
Последняя запись зафиксировала ужин в ресторане, так же в цвете. Некоторые лица уже
были знакомы по предыдущим записям, были и новые. Одно из них Кис узнал: это был его
старый знакомец со времен, когда Алексей работал на Петровке. "Знакомец" принадлежал к
Солнцевской группировке, а солнцевские, между прочим, давно и хорошо засветились в Европе
и по наркотикам, и проституции... Тосты за успех, объятия, поздравления, - собравшиеся
праздновали какую-то удачно завершенную сделку.
- Это Кузя, - раздался сзади Майин голос.
Положительно, она умела возникать в пространстве, будто материализовалась из него
прямо за его спиной. Кис обернулся.
- Кузя?
- Кузен мой, Лазарь. Вот он, смотри, - она ткнула ноготком в экран компьютера. -
Неужели ты его не узнаешь, он же известный актер!
Конечно, Кис его узнал. Актеров в последнее время развелось немыслимое множество, и
все они, едва появляясь на экране, оказывались уже каким-то образом "известными", - во
всяком случае, именно так их представляли в бесконечных рекламных роликах и передачах.
Если фамилия Кузи-Лазаря Алексею ни о чем не говорила, то лицо он признал: не так давно
этот актер играл в длиннющем низкокачественном телесериале. Кис фильм не смотрел, но
реклама с физиономией этого сладенького брюнета успела набить оскомину.
- А вот эти двое, - Майя указала на другие два лица, - это те самые, чей разговор я
подслушала, когда они были у нас в гостях! Алеша, Лазарь - единственный, кто может нам
помочь! Он хорошо знаком с этими людьми, и сможет узнать, кто меня заказал! Надо ехать к
нему, слышишь! Только лучше мне ехать одной... При тебе, боюсь, он ничего не скажет.
- Или за мою невинность опасаешься? - усмехнулся он, вспомнив вчерашний разговор
Майи с кузеном по телефону. - Я тебя одну никуда не могу отпустить, и не мечтай.
Майя довольно улыбнулась, будто ей сделали комплимент.
- Так мы поедем к Кузе вместе?
- Поедем, раз ты считаешь, что он может нам дать информацию.
- Я ему позвоню сейчас.
- Полночь!
- Да у него только день начинается!
Кис включил сотовый и протянул Майе. Она набрала номер. Пьяный баритон кузена
отчетливо донесся до Алексея: "А, привет, хулиганка! Слушай, хорошо, что ты позвонила! Я
решил тебя моим имидж-мейкером сделать! Это же гениальный ход! Как ты додумалась,
сестренка? До сих пор успокоиться не могу, что самому в голову не пришло! Такая реклама!
Пойдешь ко мне работать? А, слушай, я серьезно, ты же сама жаловалась, что надоело дома
сидеть, так давай..."
Майе с трудом удалось вставить несколько слов и договориться о встрече назавтра. Она
положила телефон на стол и взяла Алексея за руку.
- Скажи мне, все будет хорошо?
- Обязательно. - Он не убрал свою руку.
- А сейчас спать?
- Спать.
- Спокойной ночи, Алеша, - сказала она, все еще не выпуская его руки.
- Спокойной ночи...
Пауза. Майя смотрела на него, словно учуяла, что он хотел что-то добавить.
- Ты... Ты не боишься спать одна? - выговорил Кис.
- Боюсь.
Пауза длилась. "Решись!" - говорили ее глаза.
Наконец, он с трудом произнес:
- Не бойся. Я буду рядом.
Она усмехнулась и ушла.
Он остался сидеть у компьютера. Ему было стыдно за свою слабость. Только он никак не
мог понять, в чем она, слабость: в том, что он хочет быть с ней, - или в том, что он не смеет
быть с ней...
Он слышал, как скрипнула кровать в другой комнате. Майя не спала. Ждала его?
Кис встал со стула. Постоял и сел обратно. Зажал голову руками, пытаясь отогнать мысли
о Майе.
Снова скрип кровати, на этот раз более продолжительный. Майя встала. Вот и тихие шаги
босых ног. Голова его поплыла. Ему не хватало воздуха.
Сейчас она откроет дверь...
И он знал, что крепость будет сдана, и белый флаг уже выброшен, уже покорно и позорно
висит на виду, смиренно развеваясь навстречу победительнице.
Дверь тихо открылась, и Майя безмолвно возникла на пороге, глядя на него огромными,
зовущими глазами.
Алексей встал и распахнул руки. Ему показалось, что она взлетела, роняя плед, как
ненужную шкурку, и впорхнула в его объятия.
И вот тогда, когда они плотно сомкнулись у нее на спине, когда он вжал ее тело со всей
силой в себя, - вот тогда-то он и зазвонил, их мобильный.
Номер которого они не давали никому.
Они замерли, не разнимая рук, словно звонок проткнул их, как бабочек в коллекции,
невидимым стержнем.
Кис вспомнил, что не выключил телефон после того, как Майя говорила с кузеном.
Телефон затих.
Кис, выпустив Майю из мгновенно остывших объятий, подошел к столу, взял сотовый в
раздумье. Если у Кузи стоит определитель, это мог звонить он. Телефон зазвонил в его руке с
новой силой, будто звонивший точно знал, что его непременно должны услышать.
Алексей решился и нажал на кнопку соединения. Молча прислушался.
- Кис? Кис, это ты? Не молчи! Кис, ответь!
Это был Серега.
- Я здесь.
- Ну, наконец-то! - выдохнул Серега.
- Откуда у тебя этот номер?
- Ну ты даешь! Совсем башку снесло, да? Ты же звонил Борису! Там же этот номер
зафиксировался! Мы же проверили, на кого он выдан! Подъехали к мужичку, он объяснил, что
оформил сотовый по просьбе Вениамина Смирнова, а остальное дело не хитрое сообразить!
Алексей похолодел. Как он мог допустить такую оплошность! Не стереть номер их
мобильного с определителя! Он его не узнал, вот в чем дело! Он не помнил номер их сотового,
он его никогда не набирал...
- Да только ты, говнюк, телефон выключенным держишь! Хорошо, хоть сейчас
дозвонился до тебя. Кис, дело серьезно, слышишь? У нас тут мобилизация полная! Щедринская
с тобой?
Кис растерялся не на шутку. Впервые за много лет он боялся сказать Сереге правду. Но
соврать другу было выше его сил.
- Со мной.
- Вы где?
Он медлил, он искал подсказку в Майиных глазах, но они смотрели на него с отчаянием
тонущего, и подсказки в них не было.
- На моей даче.
- Не двигайтесь. Мы сейчас приедем. Нам Щедринская очень нужна. Кис, слышь, не
двигайтесь!
- Вы ее задержите?
- Не без того. А что ты хочешь, тут такая заваруха, мокряк на мокряке, да и с ней до сих
пор не понятно. А ты чего, у нее в заложниках или в охранниках? Да не боись, ей у нас только
спокойней будет. И нам тоже, а то за этой малышкой кровавый хвост тянется. Ладно, при
встрече поговорим. Жди, мы минут через сорок подтянемся с Димычем!
Кис выключил телефон и посмотрел на Майю. Она одевалась.
Он тоже стал одеваться. Мысли путались. Серега едет на сюда. Серега, старый друг
Серега. Со старым другом Димкой.
Майя молча ждала его решения.
- Быстро, сказал Кис, - с вещами на выход.
Через пять минут он уже завел Москвич и они растворились в ночных проселочных
дорогах. На запертой двери осталась белеть записка:
"Приду сам, когда найду доказательства".
Он молчал, вглядываясь в темень. Он понимал, что сегодня сделал - не хотел, не
предполагал, но сделал! - выбор в пользу Майи. Между любимой женщиной и Майей. Между
другом и Майей. Между самим собой - и Майей...
Всё, все его убеждения, все его принципы, все его представления рухнули в этот вечер. Он
изменил любимой женщине и заподозрил друга в измене. В эту фразу можно было бы дважды
вставить слово "почти", - но Алексей не хотел прятаться за словом.
Прав ли он? Кис не знал. Но чувствовал, что Майя стала ему слишком дорога, чтобы он
мог пожертвовать ею.
Она молча курила, стряхивая пепел в окно.
- Я встану где-нибудь в лесу, поспим немного, - сказал Алексей.
- Поехали к Кузе. Прямо сейчас.
- Не поздно?
- Нет.
Майя назвала адрес, Кис развернулся и направился в сторону Москвы.
Дверь отворилась, и высокий лохматый брюнет с нежными коровьими глазами выкинул
навстречу Майе длинные руки в широких халатных рукавах:
- Дитя, сестра моя! Прошу в мои края! - громогласно продекламировал красавчик и
распахнул свои объятия, вслед за коими распахнулись и полы шелкового халата, обнаружив
весьма кокетливые трусы бордового, в тон халату, цвета, где на самом интересном месте было
вышито золотом "Love me" - Сестренка! А кто это с тобой?
Кузя с недвусмысленным любопытством рассматривал Алексея.
- Алексей Андреевич Кисанов, частный детектив.
- Тот, которого ты выкрала из-под носа у Усачева? Браво, сестренка! Проходите,
Алексис, не стесняйтесь, здесь все свои!
- Не помешаю? - изощрился в вежливости Кис.
- Ну что вы, ну что вы, - кокетливо произнес Лазарь, - какие церемонии, право! За
счастие почту ваше присутствие!
Они вошли в белую гостиную - белые стены, белый рояль, белые шторы, белая мебель.
Кузя-Лазарь поспешил вперед - прикрыть дверь в соседнюю комнату, где на необъятной
фиолетовой постели просматривались два мужских силуэта.
- Что стряслось, зайка моя? - Кузя уселся, закинув голую волосатую ногу на ногу.
Бордовый шелк его халата элегантно приземлился на белую кожу кресла. - Что привело тебя
ко мне посреди ночи?
Майя принялась сбивчиво рассказывать события последних дней. Кузя слушал молча,
один раз только встал, чтобы прикрикнуть на своих дружков, слишком шумно резвившихся в
соседней комнате.
- Так, все понял, - сообщил он, когда Майя умолкла. Он скрутил сигарету из "травки" и
затянулся, выпустив вонючий дым горящего сена. - И чего ты хочешь от меня, дорогая? Что я
могу для тебя сделать? Проси! - он выкинул вперед руку с куцей самокруткой между
пальцами жестом римского императора.
- Лазорик, ты можешь узнать, кто меня заказал? - Майя сложила молитвенно руки. -
Для меня единственное спасение - найти тех, кто убил Марка и теперь охотится за мной!
- Девочка! - громогласно возопил Лазарь и, вскочив с кресла, крупно зашагал по
комнате, картинно воздев руки. - Де-воч-ка! Скажи, почему ты пришла ко мне? -
Драматически повысил он голос, заполнив комнату модуляциями сочного баритона.
Кис порадовался, что не смотрел фильм с его участием.
Майя молчала, не понимая, к чему клонит двоюродный брат.
- Алексис! - воскликнул Лазарь, - Что вам сказало это дитя? - Он крутанулся,
всполошив шелк халата, в сторону Майи, чтобы направить на нее указующий перст, - Что оно
пролепетало, перед тем, как привезти вас ко мне?
- Что вы общаетесь со многими влиятельными людьми и сможете разузнать
интересующую нас информацию, - Кис едва сдерживал улыбку.
- Вот именно, Алексис, вот именно! С влиятельными, с влиятельнейшими людьми! -
Он воздел указательный палец к потолку. - И что из этого следует? Какое умозаключение вы
как детектив делаете?
- Простите?
- Да-да, какой логический вывод, я вас спрашиваю? Ну как же, вы же детектив, у вас же
должна быть дедукция-индукция... Ну?
- Не пойму, что вы хотите услышать. Вы знакомы с людьми, которые, как я понял,
располагают информацией. А нам эта информация нужна. Вот и вся дедукция.
- Ошибаетесь, милейший Алексис, ошибаетесь, роднуля! Я не знаком, - я дружу!
Разницу чувствуете? Я дружу с сильными мира сего!
- Рад за вас. Что из этого следует?
- Не крути, Кузя! Ты можешь мне помочь, да или нет? - прошептала Майя. В глазах у
нее стояли слезы.
- Девочка, не плачь! Я не могу тебе помочь, - я тебе помогу прямо сейчас! -
провозгласил кузен. - А что этот твой детектив, какой-то сомнительный, право! -
неожиданно сменил он тон. - Ничего не сечет! - В голосе актера слышалась обида.
Должно быть, Алексею следовало вывести какой-нибудь комплимент Лазарю при помощи
"дедукции", но последняя детектива явно подводила.
- Кузя! Ради бога, ты же не на сцене!
- Ну смотрите же, дети мои, это так просто! - смилостивился Лазарь. - Я дружу, - я
бы даже сказал, состою в близких, местами интимных, отношениях с очень серьезными
людьми...
Он выдержал паузу, выглядывая в лицах своих слушателей реакцию. Кис изобразил на
лице внимание - это все, на что он был способен, - Майя устремила на него взгляд, полный
надежды. Лазарь счел, что реакция удовлетворительна, и продолжил:
- И эти люди ценят и любят меня... Они мной дорожат, понимаете? - он рухнул в
кресло и снова выставил голые волосатые ноги, зорко, меж тем, вглядываясь в лица своей
"публики" в виде кузины и детектива. "Публика" изобразила почтение, у нее не было иного
выхода, свите вменялось в обязанность играть короля.
- Alors , поймите, дети мои, что никто, никто... - Лазарь опять воздел руки к
потолку, - НИКТО НЕ МОГ ЗАКАЗАТЬ мою любимейшую кузинку, не спросив меня!
Напрасно потраченное время. Самовлюбленный дебил, несет ахинею. Можно уходить.
- Вы знаете, что значит для меня это дитя? - простонал Лазарь, прикрыв глаза и указав
на Майю слабым жестом умирающего. - Mon enfant, ma seur! Это моя царица! Это мой
идеал! Это в ней я черпаю свое творческое вдохновение!
"Когда он переодевается в "драг-куин", - прошептала Майя, - он копирует мои манеры.
Во всяком случае, он так считает."
- И это всем известно! - Лазарь воскрес и снова вскочил с кресла. - Но меня, - с
нажимом произнес он, - меня никто не спросил! Что из этого следует, господин частный
сыщик? Ну не молчите же, Алексис, это же так просто! Из этого следует, что ты, девочка, - и
вы, Алексис, - вы напрасно теряете время, в поисках заказчиков! ПОТОМУ ЧТО ИХ НЕТ! -
Он громко щелкнул пальцами, чтобы звуком подтвердить тщетность их хлопот. - Никто не
мог "заказать" - фи, слово-то какое вульгарное, - мою сестричку, не спросив меня!
Зазвонил телефон, и Лазарь жестом фокусника вытащил из складок халата крошечный
серебряный мобильник. При первых же звуках голоса своего собеседника, он вдруг посерьезнел
и направился в соседнюю комнату, прикрыв за собой дверь.
Майя неслышно подошла к двери и прислушалась. Алексей остался сидеть, жалея о
потраченном времени и пытаясь обдумать, какие еще ходы у них есть в запасе.
За секунду до того, как дверь снова распахнулась, Майя влетела на диван, словно и не
двигалась с него.
- Вот что, детки. Мне надо отлучиться, дела... Я все сказал? Да, я сказал самое главное:
Майя, сестренка, кому ты нужна, зайка моя? Да кто же тебя, деточка, всерьез воспринимает?
Неужто ты и впрямь предположила, что твое заявление на телевидении могло всполошить
важных людей? Да у родимой милиции на них всех досье давно покруче твоего заведены! Но
только где она, милиция? Сидит, миленькая, пузыри пускает! Куда им с такими людьми
тягаться, кишка у них, у ментов, тонка! А ты вот, глупенькая, решила, что эти славные,
солидные, достойные люди тебя испугались? Не знаю, радость моя, кто там вокруг тебя чистит
и зачем, но это какая-то шелупонь, несерьезные ребята. I am sorry . Ищите, Алексис, ищите
ailleurs . А сейчас, mes chers amis , я вынужден откланяться.
Дела, мой друг, дела, покоя сердце просит,
и каждый день уносит частицу бытия,
а мы с тобой в двоем предполагаем жить,
да глядь - как раз помрем !
Лазарь искусственно расхохотался и, раскинув руки, стал теснить их к двери.
Кис ожидал увидеть на лице Майи совершенное разочарование, но она, напротив, была
почему-то весьма оживлена.
- Не будем тебе мешать, Кузя. Иди сюда, я тебя поцелую. Спасибо, дорогой.
- Ну что ты, сестренка, ты же знаешь, что я за тебя в огонь и воду!
Лазарь охотно выпроводил их из квартиры и закрыл за ними дверь. На лестнице Майя
приложила палец к губам и потащила Киса вниз.
И только когда они оказались в машине, она рассказала ему содержание подслушанного
разговора.
Речь шла о встрече, которая, как заверил Лазарь неизвестного собеседника, непременно
состоится в назначенное время, а именно: в пять часов утра в "театре".
Театр - уж не тот ли, что Кис видел в видеозаписи на компьютере? Да только как же его
вычислить? Кис посмотрел на часы: было начало четвертого.
- Я подозреваю, что это театр, где Кузька играл еще в студенческие времена, - сказала
Майя. - Он где-то в районе Тверских улиц. Дом культуры какого-то предприятия, не помню
уже. Тот зал, что на кассете, - он похож...
И к Белорусскому вокзалу близко, - удобно, оттуда поезда в Европу уходят, - подумал
Кис.
- Хотел бы я узнать, какую роль во всех этих делах играет твой кузен.
- Ну, ты же видел на кассете, - он с этой компанией хороводится.
- В качестве кого?
- Ой, ну Кузя - в каком качестве он может быть? Ты же сам видел, что это за чудо-юдо!
Наверное, его используют для связи, он же со всеми знаком! Но сейчас, Алеша, - у нас сейчас
появился шанс увидеть тех, кто за этим всем стоит!
Прокрутившись в Тверских и Ямских с полчаса, они нашли довольно скромный бывший
дом культуры, а ныне "Творческий молодежный центр". Было начало пятого. Кис обошел
здание. Судя по всему, Центр располагал каким-то кафе или баром, с обратной стороны здания
окна с вытяжками и мусорные контейнеры с пищевыми отходами свидетельствовали о наличии
кухни.
Кис достал инструменты и вскоре замок черного хода со стороны кухни был открыт. Они
проникли в темный, душный коридор, пахший несвежим съестным. Фонарик указал им путь, и
вскоре они миновали кухню, затем стойку бара, ряд пустых столиков с перевернутыми
стульями в фойе.
Зал с простыми деревянными сиденьями был тем самым, с кассеты. Высвечивая проход
фонариком, они поднялись на сцену и прошли за кулисы. Здесь Кис остановился, размышляя. В
кулисах было легко спрятаться, но что из них можно будет увидеть? Видеозапись указывала,
что передача товар-деньги происходит в помещении склада...
Они двинулись дальше. Коридор с гримерными, а вот и дверь, ведущая на склад. Они
вошли. Это было довольно просторное помещение. Большие двери-ворота с улицы, - сюда
вполне мог подать задом грузовик. Рядом стеклянная будка со столом и телефоном, - в таких
сидит какой-нибудь администратор и подписывает накладные. Вдоль стен коробки и ящики
разных размеров. Стойки с костюмами. Пахнет пылью. Времени - без четверти пять.
Кис осмотрелся в поисках наиболее подходящего места для их убежища. Несмотря на
нагромождение коробок, прятаться особенно было негде. Возможно, что тогда, когда
неведомый любитель снимал свои бесценные кадры, коробки стояли иначе и образовывали
убежище, но сейчас они стояли впритык вдоль стен... Отодвинуть и спрятаться за ними? А если
именно эти коробки понадобятся тем, кто сюда должен придти? За стойкой с костюмами? И это
рискованно, ее могут зачем-нибудь передвинуть. Вот только если...
- Майя, - сказал он, - вернись на сцену и спрячься в кулисах.
- А ты?
- Я останусь здесь.
- Не пойду.
Он молча ухватил ее за руку и потащил в коридор в направлении сцены.
Но в противоположном конце коридора, за поворотом, раздались голоса. Вспыхнул свет.
Кис, крепко обхватив Майю за плечи, мгновенно втек обратно на склад. Они влетели в
будку. Здесь они были, скорее всего, в безопасности, но что они отсюда услышат? И что они
отсюда увидят? Кис собирался сделать несколько снимков малюсеньким шпионским
сверхчувствительным фотоаппаратом и записать разговор на малюсенький
сверхчувствительный диктофон, - эти подарки французского друга и коллеги Реми всегда
были в его портфеле и Алексей предусмотрительно прихватил их с собой... Но выбирать уже
не приходилось, - на складе вспыхнул свет и три человека вошли в дверь.
Кис с Майей замерли, пригнувшись. Было тихо. Алексей подождал и осторожно
приподнял голову. Двое остались стоять у дверей, один сидел на ящике и курил. Ждут кого-то.
Майя подобралась к Алексею и тоже осторожно вытянула голову, чтобы увидеть через
стекло будки вошедших. Кис посмотрел на нее вопросительно, она в ответ покачала головой:
нет, никого не узнала. Кис жестом показал ей под стол, - мол, забирайся туда. Майя не желала.
Они бессловесно ссорились еще некоторое время, пока дверь снова не открылась и не вошли
еще трое, - вторая сторона прибыла на переговоры.
Двое к дверям до кучи, - телохранители; один присоединялся к тому, что сидел на
ящике. Охрана лениво оббежала глазами помещение и все четверо начали неслышно
переговариваться о чем-то о своем, пока хозяева вели деловые разговоры. Алексею показалось,
что по крайней мере два лица из всех он видел на кассете.
Слова до них не долетали, и Алексей ползком перебрался к проему будочки - дверь в ней
отсутствовала. Отсюда не было ничего не видно, зато слышно, хоть и плохо:
- ...просил передать, что она не представляет никакой опасности, - сказал тот, который
пришел первым.
- А детектив этот?
- Он
...Закладка в соц.сетях
