Жанр: Электронное издание
Conand07
...тжали к озеру... День был пасмурный, серая вода выглядела безжизненной,
кричали чайки. Где-то рядом шастали охотнички.
- Лодка!- закричала Татьяна.- Люди и лодка!
Действительно, в сотне метров впереди, на песчаной косе, дымил костерок, возле
него сидели два мужика, а рядом на берегу лежала резиновая лодка.
- Извините, но "крейсер" мы конфискуем,- сказал я.
Мужики определенно не понимали, что происходит.
- Э-э!- сказал один, когда мы мимо него прошли к лодочке.
Лера на ходу прихватила бутылку водки, стоявшую на камне. Татьяна - пол буханки
хлеба... Грабеж, блин, в чистом виде.
- Э-э-э!- сказал другой. Он даже вскочил и схватился за топорик. По-моему, водка
была для него важнее лодки.
- Яйца отстрелю!- сказала Лера таким тоном, что я бы ей поверил...
Мужики тоже поверили. Они так и остались стоять с открытыми ртами и топориком в
руке. Не думаю, что мы совершили хороший поступок, но тут уж ничего не
поделаешь.
Я греб как заведенный. Надувнушка, да еще и перегруженная, это вам не "Катти
Сарк". Когда на берег вышли охотнички, мы были от них всего лишь в пятидесяти
метрах. Они запросто могли нас перестрелять. Но не сделали этого, видимо,
потому, что тогда пришлось бы зачищать и двух рыбачков... В тот момент я так
считал... и ошибся. Ошибка стала очевидна, когда мы отошли метров на триста и
ощутили себя в безопасности. Не будут же они, в конце-то концов, вызывать
вертолет, чтобы атаковать нас с воздуха. И они действительно не стали... Но с
южной части озера послышался ноющий звук, и появилась светлая точка. Она
приближалась стремительно, росла на глазах и вскоре превратилась в водный
мотоцикл... Теперь уже я сказал:
- ...твою мать!
Мотоцикл заложил широкий вираж и обошел нас кругом. За кормой мощно бился бурун.
Управлял мотоциклом Лунин, сзади сидел коротко стриженный боец с ружьем в руках.
"Вот тут-то,- подумал я,- пришел амбец". Стрелку нет нужды попасть в каждого
конкретно - достаточно накрыть лодку. И тогда из баллонов хлынет воздух, а мы
окажемся в воде. Доплыть до берега не дадут. Это и к бабке не ходи.
Катер сбросил скорость, сузил круг, и стрелок поднял ружье. Выстрел раскатился
над водой, сноп картечи вспорол воду в нескольких метрах от кормы.
- Щас,- сказала Лера,- щас я им врежу.
И мы ей поверили. Лера взвела арбалет, вложила стрелу. Щелчок! Свист стрелы... Нас
уже качало на волне - стрела прошла мимо! Осталась одна - последняя.
Стрелок передернул цевье помпы, Лера взвела арбалет. Нас качало. Мотоцикл все
время двигался, а мы были неподвижны. Лерка! Лерка, не подведи! От тебя, только
от тебя зависит, останемся мы жить или нет... Кричали зловеще чайки, стрелокнаездник
целился в лодку. И я видел даже его прищуренный глаз над черным стволом
ружья. Мы были беззащитны - совершенно... А лодку качало, качало, и вместе с
лодкой ходил вверх-вниз арбалет.
Щелкнула тетива - стрелок со стрелой в плече вскочил... выронил ружье... упал в
воду.
Мы закричали: ура! Мы все закричали: ур-ра!
И чайки кричали вместе с нами - радостно и победно.
Пока доплыли до противоположного берега, а это километра два, я натер на руках
неслабые мозоли. Но все равно я был счастлив. Нашим охотничкам придется
добираться пешком, ножками по берегу. Гарантированно мы получили три-четыре часа
форы... А может, и больше - они тоже не железные, и им тоже нужен привал. Если,
конечно, их не перебросят вертолетом. Но уже опускались сумерки, и вероятность
авиарейда была не очень высока.
Лодку я спрятал в камышах. Мы заслужили право на отдых. Мы устроились под
сосной, разложили костерок и выпили водки. И мигом съели весь хлеб... Мои
"аристократки" вполне, оказывается, умели пить водку из горлышка и обходиться
без ножа - хлеб рвали руками. Дамы, кстати, на время будто забыли о своей вражде
и передавали из рук в руки бутылку. Водка - однозначно - была паленой, но
разошлась "на ура". Пожалуй, в нашей ситуации и денатурат пошел бы за милую
душу.
К дороге мы выбрались уже в полной темноте. И совсем без сил. У Леры лопнули по
шву ее кожаные брючки в обтяжечку... если смотреть сзади - вид открывался
достойный. Но после кросса по лесу, визга картечи и военно-морских приключений
мне было ни до чего.
Проселочная дорога, на которую мы вышли, вела к трассе, но движение по ней было
почти никакое - изредка проезжали легковушки или мотоциклы, выхватывали нас
светом фар... и не останавливались. Да я и сам бы шарахнулся от такой троицы, как
черт от ладана,- рваные, грязные, с запахом перегара.
После часа мытарств мы таки остановили грузовичок - "УАЗик" с кузовом и драным
брезентовым верхом. Он дребезжал, как ведро с гайками.
Заскорузлый дедок в кепке спросил:
- Это вы откуда же такие вылезли, голуби?
Лера ему объяснила, откуда. Дедок сразу проникся к ней доверием. Я тоже оценил
образность ее языка.
- А куда вам надо?
- В Питер, дедушка.
- Эге! А в Москву не надо? Или в Париж?
- Заплатим, отец,- сказал я.- Столько, сколько спросишь.
- Да не доедет моя колымага до Ленинграда-то. Развалится по дороге.
- Дедушка, голубчик,- проникновенно произнесла Татьяна.
- Ишь ты, внучка... сиськи-то прикрой. И что у тебя за девки такие,- обратился дед
ко мне,- у одной сиськи наружу, у другой с обратной стороны... вентиляция. Ишь,
сверкают принадлежностями.
- Мода теперь такая, отец,- сказал я устало.- Довези, мы заплатим.
Самое смешное, что платить нам было нечем. У меня нашлась в кармане сотня с
мелочью. У женщин не было налички вовсе. У Леры имелась, правда, "платиновая"
карта "Альфа-банка". Но банкоматов в лесу еще не установили...
- А куда я вас посажу? Одну, конечно, возьму в кабину, а остальным-то места нет...
Разве что в кузов?
- В кузов, отец, в кузов.
- А ехать-то в Ленинград?
- В Ленинград, отец.
- Всю ночь ехать будем - моя кобылка больше пятидесяти кэмэ не бежит.
- Лишь бы ехала,- сказала Лера.- А я тебе, дедушка, в Ленинграде "мерседес"
подарю.
- "Мерседес", "мерседес"... Мне бы стартер новый да резину поменять... залезайте в
кузов. Там ватники есть. Но тыщу рублей возьму. Да за бензин. Эх-х, лошадка!
Татьяна села в кабину. Мы с Лерой - в кузов. Там припахивало навозцем, сквозь
прорехи в брезенте мелькало небо, усыпанное звездами. Мы устроились на сене и
накрылись ватниками. Тарахтел движок, трясло неимоверно, но мы были почти
счастливы... Через пару минут Лера сказала:
- Коля, у меня очень непростая ситуация сложилась. Ты ведь поможешь девушке,
да?- Она схватила меня за руку и посмотрела в глаза.- Я рассчитаюсь.
- А вот этого не надо. Давай ченч: ты мне рассказываешь, что в папке, и мы в
расчете.
Лера вдруг разрыдалась. Ненавижу, когда женщины плачут. Я стоял рядом,
переминался с ноги на ногу, не зная, как ее успокоить.
- Ну ладно, не надо, сейчас не время.
Она уткнулась мне носом плечо, а я гладил ее по голове. Да, сейчас не время, но
в другой ситуации я бы ее, пожалуй, утешил.
- Они убили его,- размазывала слезы по щекам Валерия.- Лунин и эта сучка
Татьяна. Она ведь была его любовницей.
Я-то знала. Мне Влад рассказывал, что эта тварь постоянно бывала здесь.
Теперь я понял, почему мент у шлагбаума отдал мне честь,- он перепутал две
похожие тачки.
- Я все знала, но не вмешивалась.
Я даже знала, что эта тварь снабжала его коксом.
- Кокаин? Твой муженек употреблял кокаин?
- Регулярно баловался. Говорил, что таким образом поддерживает работоспособное
состояние круглые сутки. А подсадил его на кокс второй любовник этой твари -
Зайчиков. Зайчиков вместе с Татьяной приезжали к Валерию "в гости" за день до
смерти. Они и наркотики привезли... Валера умер сразу после их отъезда.
- Погоди, погоди,- перебил я.- Зайчиков... это который Зайчиков? Депутат?
- Он. Тварь невероятная - людоед.
- Так это же человек Склепа!
- Не знаю я никакого Склепа.- Лера всхлипнула.- Ты думаешь, Коля, я тварь?
Сука циничная?
- Я этого не говорил.
- Но подумал. А я ведь в двадцать шесть вдовой осталась.
Нужно было, видимо, ответить, что я сочувствую, но я промолчал.
- Но теперь,- сказала Лера,- у меня есть документы. Они железно подтверждают,
что муж владел блокирующим пакетом акций. А это, Коленька, не меньше двадцати
лимонов зелени.
- Ого! Есть за что бороться.
- Еще бы!- Лера затянулась. При свете вспыхнувшей сигареты я разглядел ее лицо -
жестокое, хищное. Точно так же она смотрела в арбалетный прицел.- Мне муж
рассказывал, что кто-то ведет свою игру - скупает акции. А потом, конечно, они
бы провели дополнительную эмиссию и оставили меня нищей. Но не будет этого!
Хер им в обе руки.
- А почему Лунин держал тебя под замком?- спросил я.
- Не знаю... возможно, они со Склепом заодно. Ты поможешь мне, Коля?
- Давай-ка спать, миллионерша. Устал я сегодня очень.
Лера еще что-то говорила, но я уже засыпал. Тарахтел двигатель, пахло навозом,
"УАЗик" медленно ехал в Санкт-Петербург.
Из Луги я смог позвонить Обнорскому.
Великий, конечно, еще спал, но когда услышал мой рассказ, сон с него как рукой
сняло.
- Я вас встречу,- сказал он.
- Не надо,- ответил я.- Теперь уж доберемся. Тут даже романтично - навозом
пахнет.
- Чем-чем?
- Навозом... Тебе, европеец рафинированный, не понять. А встречать не надо.
Ты лучше подумай, как сделать так, чтобы нас Лунин не встретил.
От Луги до Питера мы ехали часа три.
Нас обгоняли все. Зато мы чувствовали себя в безопасности... в этом, знаете ли,
что-то есть. После "приключений на берегах Онтарио" я это понял очень хорошо.
В городе я сменил деда за рулем. Водителю из глубинки в сумасшедшем городском
потоке делать нечего. Тем более на таком рыдване... Так что в северную столицу я
въехал не на белом коне, а на старой кляче с запахом навоза. В обществе
миллионерши с голой жопой, любовницы (и убийцы) ее мужа и славного дедка в
кепке.
По дороге мы закинули домой Татьяну.
Она ушла ни с кем не попрощавшись. Так даже лучше - я не знал, как мне себя
вести с ней. Дедок лег спать в кузов, а ко мне села Лера.
А потом поехали на улицу Росси, в Агентство. Я въехал под арку, во двор... и сразу
увидел белую "тойоту-лэндкрузер". Вот, значит, как? Достали... А ведь я просил
Обнорского.
Ведь просил!
На наш рыдван никто из орлов Лунина не обратил внимания - на него вообще никто
не обращает внимания. Кого интересует эта развалюха?.. Я начал подавать задом
под арку, пока лунинские быки не срисовали мою морду лица. А то ведь хрен их
знает, что они предпримут - вдруг с ходу начнут стрелять?
Я начал подавать назад, но с улицы в арку въехал черный джип - тоже, кстати
"лэндкрузер" - и начал требовательно сигналить... Ну что за баран?
Звук клаксона привлек, видимо, внимание людей в белом джипе. Я не видел их за
тонированными стеклами, я только предполагаю. Но - так или иначе - они увидели
меня и Л еру... и началось. Двери белого джипа распахнулись, оттуда неторопливо
вылезли Лунин, Влад и еще двое.
Они были без оружия, но настроены решительно.
Мы с Лерой тоже вылезли... А из подъезда Агентства вышел Обнорский. Сунул в рот
сигарету и остановился в дверях... Стоит, улыбается, руки в карманах. Он что, не
понимает, что происходит? А Лунин со своими отморозками приближается уверенно,
не спеша.
Я посмотрел налево, направо... я оглянулся назад, на тот чертов черный джип, что
перекрыл мне дорогу. И увидел на его капоте логотип охранной конторы "Бонжурсекьюр".
Ею руководит Юра Шипов - друг Обнорского. Двери джипа распахнулись, и
оттуда вышли сам Шипов и четверо крепких молодых ребят. Шипов мне подмигнул.
А вот господин Лунин, похоже, не оценил серьезность момента. Нет, не оценил... или
ему деньги мозг застили? В общем, "наши" "ихним" дали. С душой... Лунин сполз по
стенке. И мне выпала высокая честь надеть на него наручники. Второй раз в
течение суток, прошу заметить.
А потом я увидел Ольгу. Я улыбнулся... а она заехала мне по физиономии. Тоже с
душой.
- За что?
Обнорский сказал:
- Правильно. Я бы тоже на ее месте тебе заехал. Раскатываешь на крутых тачках с
девицей в неглиже... Кстати, где она?
Я обернулся, но Леры не увидел. Я ничего не понял. Все выяснилось позже, когда
стали работать с Луниным.
После нокаута он приходил в себя медленно. Мы сидели в кабинете Обнорского, а
Лунин тряс головой и говорил как в полусне:
- Лера? Лера уже давно не жила с Валерой... так, поддерживали видимость отношений.
Ну и, конечно, Лера деньги из него тянула. Зюзин давал. Помногу давал. Но ей-то
хотелось получить все! Вот она и нашла общий язык с Ломакиным - тот тоже давно
положил глаз на бизнес своего партнера. Нашли, нашли они общий язык... Вот после
этого Лера и подсунула муженьку чистый концентрированный кокаин. Мы нашли у нее
пакетик с остатками порошка. Там такая концентрация - слона убить можно. Потом
мне удалось - случайно!- подслушать телефонный разговор Леры с Ломакиным:
"Все чисто, почил мой благоверный-то... отпразднуем?" Так и спросила:
"Отпразднуем?"
- И вы решили ее шантажировать?- спросил Обнорский.
Лунин промолчал. Кажется, он и сам понял, что наговорил лишнего.
- Вы решили ее шантажировать, но вдовушка оказалась тверда, как скала, и вы ее
держали взаперти. Так, Лунин?
- Никто ее не держал взаперти,- сказал Лунин.
- Значит, мне показалось?- спросил я.
Лунин промолчал. А я продолжил: - Недооценили вы Лерочку, полковник. У нее
характер - ой-ей-ей! Но вас уже манили двадцать миллионов баксов. Или, допустим,
половина - как договоритесь с вдовой. Но не договорились. И пошли на совсем уж
крайние меры. Глупо как-то, полковник, по-голливудски... Признайтесь честно: глупо
же?
Лунин усмехнулся:
- С Лерой мы еще найдем общий язык.
Теперь - обязательно найдем. И никто ничего никогда не докажет... Ничего и
никогда.
- Ну ты, Николай, извини, что испортил тебе отпуск,- сказал Обнорский.
- Да ладно,- ответил я.- Отпуск продолжается. Мы сегодня же вернемся на озеро.
- Коля,- сказала Ольга тихо.
- Что?
- На чем же мы вернемся? Я ведь машину-то... того... в кювет уронила.
- Аленка?- выдохнул я.- Аленка?
- Да все в порядке. Даже не испугалась. А машина в ремонте.
- Да черт с ней, с машиной. Все равно поедем.
- На чем, Коля?
- Смотри!
Я за локоть подвел Ольгу к окну. Во дворе стоял рыдван, и дедок в кепке колотил
по скату сапогом.
Закладка в соц.сетях
