Жанр: Электронное издание
Alexnat9
...ал радость и желание угодить
драгоценному клиенту.
- Все как положено? Со всеми, значит, реальными прибамбасами, чтобы -
круче некуда?
- Вы останетесь довольны! Не сомневайтесь!
Все будет по высшему разряду! - Сотрудник "Петроландшафта" еще добавил в
свой голос сахара, и тот превратился в густой приторный сироп.
- Ты, главное, учти - меня бабки не интересуют, конкретно, чем дороже, тем
лучше, я не нищий какой-нибудь, мне главное, чтобы реально круто получилось!
Понятно?
- Можете не сомневаться! Мы удовлетворим ваши самые экзотические фантазии!
- Во-во, точно, экзотические! Чтобы, в натуре, все как у пацанов, только
еще круче! Но только чтобы, блин, обязательно были эти самые деревья.., которые
у Толяна.
- Какие деревья? - забеспокоился менеджер. - Вы не помните, как они
называются?
- Ну ты, мужик, блин, даешь! Что я, этот, по жизни, садовник, что ли,
чтобы всякую зелень запоминать? Это еще которую к мясу подают, еще туда-сюда,
могу запомнить - петрушка там или, конкретно, кинза, а которая в саду растет -
эту ты уж сам как-нибудь запоминай, а у меня и без того забот хватает, так что
голова пухнет, вон уже старая кепка мала!
- Извините... - расстроился менеджер, - только как же я смогу достать вам
точно такие же деревья, как у вашего друга, если я даже не знаю, как они
называются?
- У какого друга? - удивился Маркиз.
- То есть как - у какого? Вы ведь сами сказали, чтобы были деревья, как у
Толяна!
- Так это ты про Толяна! - Маркиз расхохотался. - Какой же он друг? Он мне
по жизни никакой не друг! Я бы его, гада... Эй, мужик, а ты откуда Толяна
знаешь? - В голосе Маркиза зазвучала угроза.
- Я не знаю никакого Толяна! - в отчаянии воскликнул измученный менеджер.
- Я первый раз услышал о нем от вас! Ведь это вы только что сказали, что хотите
такие деревья, как у Толяна!
- Эй, мужик, - угрожающе проговорил Маркиз, - ты не заговаривайся! Это
что, если я захочу крутую тачку, как у Саддама Хусейна, так ты скажешь, что и
он мне друган?
- Значит, вам не нужны деревья, как у Толяна?
- Ну ты меня уже запарил! Конечно, нужны!
Как же - у него будут, а у меня нет? Это что же, выходит, я лох какой-то?
Ты так, значит, вопрос ставишь? Что я, по-твоему, лох?
- Упаси боже! - Менеджер уже чуть не плакал. - Но я должен знать, что это
за деревья! Как они хотя бы выглядят? На что они похожи? На пальмы? На агавы?
На араукарии?
- Нет, ну ты, блин, меня точно достал! Сказано тебе - я в этой фигне не
секу! Выдумал еще какие-то хренукарии!
- Но вы же их видели у этого самого Толяна, раз вы у себя такие же хотите?
Значит, можете их описать?
- Говорят тебе - не был я у Толяна! Мы с ним, конкретно, не корешимся! Я с
ним вместе ехал на стрелку на своем "шестисотом" "мерине", он на плакат показал
и говорит: "Во, у меня, конкретно, такие же деревья реально посажены! Круто,
блин, в натуре!"
- На плакате, говорите? - радостно ухватился менеджер за всплывшую в
разговоре конкретную деталь, как утопающий хватается за соломинку. - Это был
плакат нашей фирмы?
- Конкретно, блин, вашей! Я ее тогда и запомнил, потому тебе и звоню - у
вас же должны быть такие деревья, в натуре, раз они на вашем плакате по жизни
нарисованы!
- А где вы видели этот плакат? - торопливо спросил менеджер. - Если вы это
вспомните, тогда я смогу точно узнать, какие именно деревья на нем были
изображены...
- Где видел? - Маркиз сделал вид, что глубоко задумался. - Где же я его,
блин, видел... Помню, что мы по шоссе ехали...
- Может быть, вы ехали по Выборгскому шоссе? Там установлен один из наших
больших постеров, как раз на обочине шоссе, немного не доезжая до Парголова...
- На Выборгском? Может, блин, и на Выборгском... Это, значит, в прошлый
четверг было, когда ехали к Лехе Корявому на стрелку... А еще где эти ваши
постеры стоят?
- Еще один постер на Киевском шоссе, около поворота на международный
аэропорт...
- Нет, это было не около аэропорта, у аэропорта - это бы я запомнил... А
больше нигде нету?
- Остальные постеры установлены в черте города, - радостно отрапортовал
менеджер, - значит, вы действительно видели наш плакат на Выборгском шоссе.., я
теперь легко узнаю, какие на нем изображены деревья, и приготовлю вам точно
такие же... Будьте любезны, сообщите мне ваш номер телефона, чтобы я сразу же
мог с вами связаться.
- Э нет, мужик! Я, блин, свою мобилу, конкретно, никому не даю, только
реально знакомым пацанам, а то неизвестно, кому ты ее скажешь...
У меня по жизни работа, сам понимаешь, опасная, блин, приходится осторожно
себя вести, каждой, извини, собаки опасаться... Ты там покуда у себя выясняй,
как те деревья конкретно называются, и готовь мне их... Смотри, чтобы не хуже,
чем у Толяна, а я тебе сам позвоню! Ты не сомневайся, мне на бабки наплевать,
лишь бы реально круто получилось!
Маркиз повесил трубку и посмотрел на Лолу, которая зажимала себе рот и
каталась от беззвучного хохота.
- Ну, Леня, тебе вполне можно работать в театре, - сказала она,
отсмеявшись, - вживаешься в образ ты просто отлично!
- Правда? - Польщенный Леня зарделся. - Наверное, ты мне льстишь, но все
равно приятно...
По крайней мере теперь мы точно знаем, где был тот самый рекламный плакат,
а значит - где располагается база Аллы. Нам нужно искать бывшую детскую
спортивную школу на Выборгском шоссе, немного не доезжая Парголова.
* * * * *
Коля Трофимов, среди близких друзей известный под незамысловатой кличкой
Трофим, не всегда был санитаром в морге.
Когда-то очень давно, как говорят, в другой жизни, Трофим был художником.
Не каким-нибудь непризнанным и заносчивым бородатым гением из кочегарки, а
вполне официальным, дипломированным, достаточно молодым художником, участником
всероссийских выставок и членом Союза художников, что для его лет было очень и
очень не, плохо. Ему замечательно хорошо удавались образы молодых
современников, знатных сталеваров, монтажников, токарей и механизаторов.
Вышестоящие товарищи всерьез подумывали, не выдвинуть ли новую работу молодого
перспективного коллеги на соискание премии.., не самой главной, конечно, но
тоже очень и очень престижной. Однако, чтобы эти планы успешно претворились в
жизнь, Николаю Трофимову нужно было еще немного потрудиться.
Для этого решающего броска ему организовали творческую командировку на
БАМ.
Прежде Николай жил в условиях, можно сказать, тепличных: своих сталеваров
и механизаторов он рисовал в просторной и комфортабельной мастерской, а
доменные печи и трактора пририсовывал на заднем плане, сверившись с
каким-нибудь специальным журналом. Поэтому тяжелые и не слишком комфортные
условия на строительстве магистрали оказались для художника неожиданными и
вызвали у него глубокий стресс. К счастью, молодые строители магистрали
оказались людьми компанейскими и общительными, они поняли тонкую и ранимую душу
художника и прониклись к нему сочувствием. Сочувствие, разумеется,
сопровождалось большими литрами крепких и особо крепких напитков, то есть
спирта, как медицинского, так и технического.
Постепенно Николай так привык к этим напиткам, что не мог без них заснуть,
а проснувшись поутру, не мог без стакана стать человеком. Руки у него быстро
начали дрожать. Когда он вернулся с БАМа и представил комиссии плоды своей
творческой командировки, вопрос о премии отпал сам собой.
Впрочем, самого Николая премия уже не слишком интересовала. Вообще говоря,
его уже ничто не интересовало, кроме крепких и особо крепких напитков.
Постепенно с медицинского и хорошо очищенного технического спирта он перешел на
всевозможные суррогаты. Кисть он держать уже не мог, и чтобы было на что пить,
ему пришлось устроиться грузчиком в винный магазин. Оно и лучше - всегда можно
достать выпивку.
Постепенно из Николая Трофимова он превратился просто в Колю, а потом - в
Трофима. Где-то далеко позади осталась красивая образованная жена,
трехкомнатная квартира в центре, просторная мастерская. Жизнь быстро менялась,
но Трофим этого совершенно не замечал: его интересовала только доступность
любимых напитков. Трофим несколько раз пробовал лечиться, но по-настоящему он
не хотел бросать пить, потому что в трезвом состоянии немедленно возникали
такие проблемы, от которых хотелось выть волком или немедленно надраться...
Однако во время своих неудачных попыток излечиться он обзавелся некоторыми
полезными знакомствами в медицинских кругах, благодаря которым попал в Пятую
"истребительную" больницу, в ее морг - пока что не "клиентом" этого ужасного
заведения, а только санитаром. Работа пришлась ему по душе: "клиенты" тихие и
не капризные, родственники "жмуриков" всегда готовы были налить, да и деньгами
Трофиму перепадало. Кроме того, на него удивительно умиротворяюще действовало
ежедневное лицезрение тех, кому еще хуже, чем ему... или уже лучше.
Трофим закатил в мертвецкую каталку с очередной жертвой бесплатной
медицины и задумался на свою излюбленную тему: где бы немедленно раздобыть
выпивку. В это время на пороге его ледяного царства появился обаятельный
мужичок тридцати с небольшим лет.
Трофим сразу почувствовал, что нежданный посетитель решит его насущную
проблему, и в очередной раз поразился тому, как милостивы высшие силы, если
они, конечно, есть. Симпатичный мужчина приблизился к санитару и шепотом
спросил:
- Мужик, выпить хочешь?
- Голубь, да что же ты такое спрашиваешь? - воскликнул Трофим,
прослезившись. - Да не просто хочу, а жажду всеми фибрами своего измученного
организма!
- Сразу видно творческую натуру, - незнакомец окинул Трофима
заинтересованным взглядом, - не из писателей ли будете?
- Из художников, - с гордостью уточнил санитар. - В прошлом - лауреат
Государственной премии...
Он, конечно, несколько преувеличил свои былые заслуги, выдал желаемое за
действительное, но в его оправдание можно сказать, что прошлое вспоминалось ему
не совсем четко, поэтому он часто заблуждался относительно своих прежних
творческих успехов.
- Неужели Государственной! - уважительно ахнул отзывчивый мужик. - Ну это
же надо!
- Только велели мне Брежнева нарисовать, а я отказался! Не уважаю, сказал!
Так прямо в лицо и заявил! А они мне тогда - ах, не будешь? Ну, так мы тебя в
морг отправим! И немедленно всего меня лишили, всех наград и званий, и
отправили в этот самый морг санитаром!
- Ну это же надо! - повторил симпатичный мужик.
Трофим так проникся только что изобретенной историей, что сам в нее
совершенно поверил, и от сочувствия к самому себе прослезился. Крупные горячие
слезы поползли по его давно не бритым щекам, и от этого достоверность
трагической истории усугубилась. Бывший лауреат поспешил добавить к ней новые
впечатляющие детали:
- После каждый год приезжали ко мне на четырех черных машинах маршал и при
нем три генерала. Маршал из машины выйдет, зайдет ко мне в морг и спросит: "Ну
как, Трофим, не передумал?" А я ему прямо в глаза: "Никак нет, товарищ маршал,
не передумал! Поскольку не уважаю его!
Вот вас - сильно уважаю и могу хоть сейчас нарисовать, как вы есть боевой
командир! Мастерство, его ведь не пропьешь! Дайте мне, товарищ маршал, кисть и
какую ни то краску - и прямо сейчас я с вас портрет нарисую, мама родная не
узнает... то есть не отличит!" А маршал прослезится и скажет так с душой:
"Спасибо тебе, Трофим, за добрые слова, только нельзя с меня портрет рисовать,
засекреченный я!" А потом к своим генералам повернется и скажет: "Смотрите и
учитесь, каков у нас народ! Его хоть и в морг отправили, в самую глубину, а он
поперек воли своей не поступает!
Кого уважает - того уважает, а кого нет - того нет!" И после обязательно
мне нальет коньяку специального, маршальского, и сам со мной выпьет...
При этих словах Трофим с надеждой посмотрел на внимательного мужика и
откашлялся со значением:
- Такой коньячок душевный.., как вспомню, так прямо слеза прошибает. А ты
ведь, голубь, тоже чего-то сейчас говорил насчет выпить?
- Говорил, говорил, - кивнул симпатичный незнакомец, - только сперва мне
одну вещь прояснить требуется. Тетя моя родная третьего дня из дому ушла и
затерялась... Так вот, не могла ли она ненароком в вашем морге обнаружиться? Я
уж все как есть окрестные больницы обошел, везде спрашивал, ваша последняя
осталась...
- Не положено, голубь... - протянул Трофим, оглядываясь на дверь
покойницкой, - только если через доктора Ахмеда Абгаровича...
- А говорил - хочешь выпить! - поморщился незнакомец. - Если через Ахмеда
Абгаровича, так тебе, друг, мало чего останется...
- Уж это точно... - тоскливо согласился Трофим.
- А у меня хороший коньяк, - понизил голос змей-искуситель, - не то чтобы
маршальский, но тоже очень душевный...
- Когда, говоришь, тетка твоя из дому-то потерялась? Ну давай поглядим,
какие тут имеются жмурики невостребованные...
Трофим подошел к стене, где, как стандартные ячейки автоматической камеры
хранения, располагались в несколько рядов выдвижные лотки с замороженными
покойниками, терпеливо дожидающимися решения своей посмертной участи.
- Этот, кажись, не годится, - озабоченно проговорил Трофим, выдвинув
первый лоток и с сомнением разглядывая молодого мертвеца с разбитым лицом и
резаными ранами груди, - это бандюган, ночью возле метро подобрали, а никто за
своего не признает...
Санитар задвинул бандита в стену и выкатил следующий лоток, на котором
покоилась маленькая сморщенная старушка.
- Во, голубь, погляди - не твоя ли тетка? "Скорая" с улицы привезла, а
никто не хватился.., не иначе твоя!
- Нет, - в ужасе замотал головой незнакомец, - это не моя! Моя-то тетя
молодая, видная, а ты мне хочешь рухлядь какую-то подсунуть.., этой, наверное,
лет сто будет!
- Вот еще - разбираться он будет! - поморщился Трофим. - Покойник - он и
есть покойник, не все ли тебе равно? Заколотил гроб, никто и не поинтересуется!
Ишь какой привередливый!
- Нет уж, дядя, хочешь выпить - предоставь мне мою тетю в натуре! Она мне,
может, дорога как память о золотом детстве!
- Ну ладно, - прокряхтел Трофим, убирая невостребованную старушку и
выкатывая следующий экземпляр своей коллекции.
- Да, - проговорил он, присмотревшись к трупу и судорожно сглотнув, -
навряд ли это твоя тетя!
На лотке покоилась девушка редкостной красоты и от силы двадцати лет от
роду.
- А с этой-то что случилось? - удивленно спросил "племянник".
- Что-что... - проворчал Трофим. - Наркоты перебрала.., не видишь, что ли?
- Он показал мелкие отчетливые следы от уколов на руке покойницы. - Каждый день
таких привозят.., только этих быстро забирают, родители ищут.., а эта, видно,
не здешняя, так никто и не хватился.
Трофим задвинул обратно лоток с мертвой наркоманкой и выкатил из стены
следующий.
- А эта вроде своими ногами до приемного покоя добралась, в очереди
преставилась, - проговорил он, разглядев новый труп, - тоже видать не твоя,
больно молода...
- Она, она! - воскликнул "племянник", разглядев очередную покойницу. - Она
это, тетя моя!
- Ну видишь, голубь, как оно удачно обернулось. - Трофим облизнулся и с
ожиданием уставился на клиента. - У нас оно всегда в порядке.
Ежели к нам попадет, ничего не затеряется! Чего ты мне давеча говорил,
вроде бы насчет выпить у тебя имеется?
- А как же! - "Племянник" покойницы полез во внутренний карман. - У нас
тоже полный порядок, если что обещано, так не заржавеет. - Он достал из кармана
плоскую стеклянную фляжку дагестанского пятизвездочного коньяку на четверть
литра.
- Это.., как бы.., маловато будет, - разочарованно протянул Трофим, - что
тут пить-то.., хоть бы поллитру за труды полагается...
- Будет и поллитра, - понизив голос, проговорил "племянник", - только еще
одно дело сделать требуется...
- Что еще за дело? - подозрительно покосился Трофим на клиента. - Ежели
что.., меня Ахмед Абгарович не приласкает... Он знаешь какой крутой - чуть что
не так, и в рожу может...
- Не волнуйся, ничего тебе не будет. Всех-то делов - по телефону разок
позвонить.
Клиент достал из кармана мобильный телефон, набрал на нем номер и протянул
трубку Трофиму:
- Как ответят, скажи: "Вы разыскиваете по известному делу Ирину
Леопольдовну Крылову? Так вот, она лежит без документов в морге Пятой городской
больницы".
- И тогда еще целую поллитру дашь? - с надеждой посмотрел на клиента
Трофим.
- Железно! - Мужик полез в карман и действительно вытащил оттуда
аккуратную бутылку с пятью звездочками на этикетке.
- Следственная часть! - раздался в трубке бравый молодой голос. - Капитан
Ананасов!
- Ой! - Трофим от неожиданности чуть не выронил трубку, но клиент
уставился на него немигающим гипнотическим взглядом и выразительно повертел в
руке пятизвездную бутылку. - Это... - Санитар с трудом преодолел испуг и
проговорил, запинаясь и не отводя взгляда от бутылки. - Вы, значится, Ирину эту
разыскиваете... Леопард овну.., как ее...
Крылову, так она имеется без документов в морге, значится, Пятой городской
больницы... - И он отбросил телефон, как будто это была ядовитая змея.
Затем он поднял на хитрого мужика глубоко обиженный взгляд мутно-серых
глаз и проговорил:
- Это что же, ты, выходит, из ментов? Я ведь с ментами никаких дел в жизни
не имел...
- Ничего не из ментов, - успокоил его Маркиз, - я и сам с ментами не
очень.., не того... Просто так уж положено, чтобы если покойника нашли,
обязательно в ментовку сообщить. Они опознание теперь устроят, свидетелей
всяких привезут... Ну что я тебе рассказываю, ты ведь сам в морге не первый год
работаешь, должен эти порядки знать.
- Это да, это конечно, - солидно кивнул Трофим, - опознание, это уж как
полагается... Однако беспокойство тут начнется, ходить будут всякие,
антисанитарию разводить...
Поскольку бутылка коньяка благополучно перекочевала в карман его несвежего
халата, настроение отставного живописца значительно повысилось, и он уже
собрался уединиться и приступить к дегустации благородного напитка, но
посетитель, представившийся племянником покойницы, все не уходил и снова начал
искушать нестойкую душу Трофима:
- А как насчет литра?
- Это значит - еще одного литра? - уточнил сообразительный Трофим,
поглубже засовывая прежде заработанное питье.
- Само собой, - подтвердил племянник.
- Что надо сделать? - деловито осведомился Трофим. За литр хорошего
коньяка он запросто согласился бы продать незнакомцу всех своих подопечных
покойников в оригинальной подарочной упаковке. Но того покойники больше не
интересовали. Он задумал такую шутку, что Трофим, выслушав, что от него
требуется, расхохотался.
- И за это литр? - на всякий случай еще раз уточнил осторожный санитар. -
Да со всем нашим удовольствием! Это же надо, такую штуку придумать! Это просто
умереть можно со смеху!
- Умирать не нужно, по крайней мере, пока все это не закончится, - сказал
"племянник" на прощание.
* * * * *
- Лолка, дело на мази! - весело приветствовал Леня открывшую ему дверь
Лолу. - А что ты такая сердитая?
- А тебе не приходит в голову, что я боюсь? - процедила Лола.
- Слышал, слышал! - Леня удалился в ванную и теперь старался перекричать
льющуюся воду. - Ты боишься не за свою жизнь, а за Пу И, который останется
сиротой. Не горюй, обещаю тебе позаботиться о малыше...
- Дурак ты, Ленька, - тихо сказала Лола, - я боюсь за тебя...
- Что ты там бормочешь, из-за воды не слышно! - кричал Маркиз. - И вообще,
есть очень хочется, ты что-нибудь приготовила?
Лола молчала, и Леня забеспокоился.
- У тебя что - весенний упадок сил, что ты такая бледная? - Он высунулся
из ванной.
"У меня аллергия на тебя!" - рассердилась Лола, но вслух ничего не
сказала.
- Так я не понял - есть нечего или как? - теперь в голосе Лени послышалось
раздражение голодного мужчины.
- Или как, - буркнула Лола, - когда это я тебя оставляла голодным?
И действительно, при виде свиной отбивной, занимающей полтарелки, Леня
восторженно охнул. Лола положила еще разноцветный овощной гарнир и придвинула
поближе миску, наполненную зеленым салатом.
- Ты такая сердитая оттого, что на диете, - заявил Маркиз с набитым ртом,
- на самом деле тебе просто хочется есть.
- Да ничего я не на диете! - закричала Лола. - Просто сидишь тут одна, как
в фамильном склепе, и думаешь, что тебя поймают, и эта стерва Алла Викторовна
будет тебя пытать...
- Ну, девочка моя, - растрогался Маркиз, - не волнуйся, все будет в полном
порядке.
- А где ты был? - спросила Лола голосом ревнивой жены.
- Слушай, у меня куча дел, - возмутился Маркиз, - такую операцию готовлю!
В этом деле нам с тобой вдвоем никак не обойтись, придется привлекать людей и
технику, одних машин сколько нужно.
Вот Ухо по моей просьбе этим и занимается, только все ведь нужно проверить
самому. Ну на Ухо можно положиться, он никогда еще меня не подводил...
- Удалось что-нибудь выяснить про того человека, который собирается
покупать Охтинский металлургический комбинат?
- Да, ты представляешь, Рудик Штейнман совершил невозможное! - воскликнул
Леня. - Ему с большим трудом удалось выяснить, кто это. Не на сто процентов,
конечно, но поговаривают, что это сам Ольшанский!
- Вадим Ольшанский... - как эхо повторила Лола. - Ну надо же, как
интересно...
Она порылась в журналах, валявшихся на тумбочке, и нашла нужный, потом
показала Лене статью на развороте, после чего в задумчивости уставилась на
фотографии.
На снимках был изображен плотный коренастый мужчина, брюнет, с редеющими
волосами.
- Лишний вес у него, - заметил Леня, заглядывая Лоле через плечо, - и
лысина намечается, и вообще, самый заурядный тип...
- Ты не прав... - Лола внимательно разглядывала снимки, - в нем
определенно что-то есть...
Рано утром Леня растолкал сладко спящую Лолу.
- Пойдем, послушаем! Кажется, наши голубочки зашевелились! - сообщил он.
Лола со стоном села на кровати, не открывая глаз, нашарила домашние
тапочки и побрела в Ленину комнату. Маркиз аккуратно придавал ей нужное
направление. В комнате Леня подошел к письменному столу и сделал звук погромче.
Лола плюхнулась на неубранную кровать и обняла попавшегося под руку кота,
который тут же замурлыкал, да так громко, что Леня ревниво покосился на сладкую
парочку.
- Это я, - раздался в динамике испуганный, запинающийся голос Альберта
Николаевича, и Лола открыла глаза, прислушиваясь.
- Да уж понятно, что ты, - язвительно ответил женский голос, в котором
нетрудно было узнать Аллу, - кто еще, кроме тебя, может звонить в такое время?
Я тебе, между прочим, вообще запретила звонить! Сиди и жди, пока я сама тебя не
вызову!
- Ты не понимаешь! Это очень важно! Она нашлась!
- Кто - она? Кто нашелся? Говори яснее или я повешу трубку!
- Она... Ирина.., моя жена!
- Ты сошел с ума! - вскрикнула Алла. - Что ты говоришь? Как нашлась?
Неужели она действительно жива?
- Нет, слава Богу! Нашли ее труп, оказывается, он давно лежит в морге,
просто при ней не было документов...
- Но это же замечательно! Почему тогда ты в панике, почему трясешься, как
овечий хвост?
- Мне звонил следователь, и он хочет, чтобы я завтра явился в морг на
опознание! Он даже пришлет за мной своих людей, чтобы я не передумал!
- Ну и что? Все замечательно складывается!
- О чем ты говоришь? Что замечательно? Все просто ужасно! Я не могу ехать
на опознание! Я не могу на нее смотреть! Я не выдержу! Я сорвусь!
У меня нервы на пределе!
- Прекрати ныть! - крикнула Алла. - Тряпка!
С кем я связалась! Ты только по недоразумению родился мужчиной! И мало
того, что ты законченный трус и слюнтяй, ты еще и круглый болван! Ну с чего ты
взял, что тебе придется ехать на опознание?
- Как - с чего? Ведь они приедут завтра за мной.., милиция.., я ничего не
смогу сделать...
- Идиот! Ведь это именно то, что нам нужно!
Все просто отлично! Просто замечательно! Мы хотели провернуть операцию во
время похорон Ирины, но с похоронами явно не успеть, деньги нужно получить
завтра. Так мы все сделаем во время этого самого опознания, это даже лучше. На
него вместо тебя поедет твой двойник, его отвезет милиция, и он будет все время
на виду. Люди Черепа тоже будут следить за ним, тем более что труп Ирины их
тоже заинтересует. А пока все будут тусоваться в морге, мои люди отвезут тебя в
ту самую фирму.., за деньгами. Ты получишь наличку, привезешь ее ко мне,
получишь свою долю - и отправляйся на все четыре стороны! Я буду просто
счастлива наконец расстаться с тобой, потому что твои истерики мне уже
осточертели!
- Значит, мне не придется ехать на опознание? - проговорил Крылов,
постепенно успокаиваясь. - Но ведь за мной приедут люди из милиции.., может
быть, сам следователь... Он заметит подмену...
- Дорогой мой, - усталым голосом протянула Алла, - до чего ты мне надоел!
Неужели ты думаешь, что этот твой следователь внимательно смотрел на тебя,
запомнил твое лицо? Да ты для него - просто пустое место, еще один тупой
свидетель, страничка в следственном деле! А двойник очень похож на тебя, к тому
же я подберу ему такую же как у тебя одежду и загримирую его... Уж об этом ты
можешь не волноваться, никто его не узнает! От тебя нужно только одно -
получить завтра наши деньги! А для этого ты должен успокоиться и ждать, я
приеду за тобой завтра утром
...Закладка в соц.сетях
