Жанр: Электронное издание
Alexnat16
...лека: это было зрелище не для слабонервных. Ярко
освещенная фонарем, она громоздилась на углу в оранжевой куртке и необъятной
грязно-лиловой старушечьей юбке.
- Катька, ты долго думала?
- А что такого? - Катерина взмахнула белесыми ресницами.
- Ты что на себя напялила?
- Сами говорили - одеться удобно и чтобы не узнали. Вот я взяла у Зои Вениаминовны
юбку, а куртка такая яркая, что у людей в глазах рябит, меня они не разглядят.
- Это же надо - на дело - и в такой юбке! - вздохнула Жанна.
- Да какая разница, время дорого, едем скорей!
Въехав в знакомый двор, они выбрались из машины и огляделись. Во дворе было тихо и
вроде бы пусто. Ирина смело зашагала к нужному гаражу. Катерина пошла за ней крадущейся
походкой. Жанна замыкала шествие с недовольным лицом.
Ирина вынула карту и стала искать, куда бы ее вставить. Слева от замка... Между
створками дверей гаража была достаточно широкая щель, карта легко входила в нее, но ничего
интересного не происходило.
- Ну что там. Ну что? - Катька наступала ей на ноги, а Жанна рисовала восьмерки на
асфальте носком ботинка.
Ирина осторожно водила карточкой вдоль щели, и вдруг в одном месте карту будто
вырвали из рук, как в турникете на станции метро, ее втянуло внутрь. Раздался щелчок. Ирина
подхватила выпавшую обратно карту, толкнула дверь, и та открылась. Катерина подпрыгнула
на месте и, приземляясь, наступила Жанне на ногу, а Ирина в это время уже входила внутрь.
Там было темно и пыльно. Фонарик, который она нашла утром в ящике у сына, осветил
совершенно пустое помещение, только в дальнем углу в полу видна была крышка люка.
Дело принимало весьма интересный оборот. Даже у Жанны заблестели глаза. Вдвоем с
Ириной они дернули за кольцо. И крышка легко приподнялась. Перед ними была крутая
наклонная лестница с пыльными ступенями.
Дамы переглянулись.
- Берегись двенадцатой ступени! - загробным голосом напомнила Катерина.
- Помню я. Седьмая. Восьмая..., ты-то не сбейся! - Десятая, одиннадцатая... Вот она!
Все ступени были деревянными, а эта металлическая. И перила тоже металлические...
Но если бы их не предупреждали в записке, никто из женщин не обратил бы внимания на
такой факт. Ирина на всякий случай убрала руки с перил и осторожно перешагнула проклятую
ступеньку.
- Черт его знает, может, он это нарочно написал, чтобы нас напугать, но осторожность не
помешает. Катька, юбку подбери!
Ирина снизу подстраховала подругу, а Жанна держала ее за руку, но все же Катя
перекатилась через ступеньку почти на четвереньках. С Жанной было легче.
Подруги оказались в узком темном коридоре, уходившем далеко вперед.
- Коридор уходит под здание института, - определила Ирина. - Ох, как бы нам сейчас
пригодился план подвала!
- Кстати, куда делся наш соглядатай? - насмешливо осведомилась Жанна. - Где
Ивушкин?
- Он в этом деле нам больше не помощник, - отчеканила Ирина и зашагала по
коридору.
Сергей сидел в парке на берегу пруда и рассеянным взглядом наблюдал за утками. Отвезя
Ирину к метро, он поставил машину на ближайшую стоянку и вот уже несколько часов сидел
здесь бездумно. Понемногу ушла противная внутренняя дрожь, которая охватывала его всегда,
когда он видел свою бывшую жену. Когда они расстались, ему доставляло какое-то
болезненное удовольствие смотреть на нее вечером по телевизору. Он страдал от этого еще
сильнее, но все же упорно включал телевизор в определенное время, упиваясь своим
страданием. Долго так продолжаться не могло - организм должен был найти выход
накопившимся эмоциям. Сергей не повесился и не свихнулся, он стал пить. Но все же сумел
вовремя остановиться, пока окончательно не скатился в пропасть. Телевизор он вообще отдал
соседке, но иногда, когда совершенно случайно встречал Татьяну, он ничего не мог с собой
поделать. Вот и сегодня: принесла же их нелегкая...
Сергей взглянул на часы - дело к вечеру.
В парке похолодало, гуляющих стало меньше.
Он быстро пошел к выходу, сел в машину, миновал один винный магазин, притормозил
было у другого, но потом представил, как он будет сидеть один дома и пить, - и его затрясло
от отвращения. Нет уж, хватит такого безобразия. Живут они с бывшей женой в одном городе,
имеют массу общих знакомых, еще не раз встретятся. Но она, Татьяна, могла бы и повежливее
быть. Даже не ответила на приветствие Ирины и не взглянула в его сторону.
Ирина... Он вспомнил сочувствие в ее голосе и взгляде, как она под столом держала его за
руку. Боялась, что он устроит скандал.
Интересно, откуда она вообще знает про его бывшую жену, о том, что они развелись со
скандалом, и все такое прочее. Не может быть, чтобы она поняла все с полувзгляда, хотя
соображает она быстро, ничего не скажешь.
Сегодня она что-то хотела ему рассказать, показывала какой-то листочек. А он увидел
Татьяну и, как всегда, потерял голову. Черт, как неудобно. Сергей ощутил сильнейшее
раздражение. В каком виде он предстал перед Ириной, что она про него подумала? Уж конечно,
ничего лестного, и наверняка пожалела, что с ним связалась. Надо срочно звонить, извиняться и
выяснить, что она там раскопала. Он набрал номер и вежливо попросил Ирину Александровну.
- А ее нету, - недовольно сообщил девичий голосок.
- Она с собакой гуляет? Я попозже позвоню.
- Как раз с собакой она сегодня вечером не гуляла, пришлось мне тащиться! - сердито
ответила Иринина дочка. - А мать ушла к тете Кате ночевать. - Она помедлила немного и
добавила ехидно:
- Во всяком случае, она нам так сказала.
- Повежливее о матери-то, - прикрикнул Сергей.
- А вы ей кто будете? - немедленно отреагировала девица. - И почему вы, собственно,
так интересуетесь местонахождением маман?
- Будь здорова, - буркнул Сергей и повесил трубку.
У Кати соседка Зоя Вениаминовна дала полный отчет, что Катюша ушла по делу,
довольно поздно, буквально только что, сказала, что ночевать будет у Жанны и вернется только
завтра. У Жанны же с Сергеем беседовал автоответчик: "Меня нет дома. Говорите после
сигнала".
- Чтоб вы провалились! - в сердцах высказался Сергей после сигнала.
Сомнений не было: три авантюристки отправились сами искать деньги. Но почему.
ночью? Чтобы никто не помешал. На него они махнули рукой, решили, что такой слюнтяй им
не помощник. Сергей воочию увидел, как Ирина пересказывает им всю сегодняшнюю сцену в
кафе, как Жанна презрительно усмехается, а Катя жалостливо вздыхает. И теперь, если с ними
что-нибудь случится, он никогда себе этого не простит. Ведь они не представляют себе, во что
вляпались, с какими силами могут столкнуться. Один Ли Фан чего стоит!
Но он- то, Сергей, прекрасно представлял себе всю сложность и опасность задуманного
предприятия и тем не менее позволил себе сегодня так распуститься.
"Боже мой, Татьяна, что ты со мной сделала? Нет, - поправил себя Сергей, - что я сам с
собой сделал".
Он сел в машину и погнал по пустынным улицам на Малодетскосельский проспект.
На первый взгляд у института все было тихо. Он поставил машину за два квартала, взял
сумку с самыми необходимыми вещами и пошел к зданию института. Двери были заперты,
улица пустынна, следовало идти во двор. Он услыхал звук подъехавшей машины, скользнул к
чахлому тополю и слился с его стволом. Во двор въехал хорошо знакомый ему Жаннин
"фольксваген". Три интеллигентные дамы вышли из него и крадучись направились к гаражам.
Сергей обрадовался им как родным. Как хорошо, что он оказался в нужное время в нужном
месте. Он хотел было уже окликнуть Ирину, как вдруг осознал, что уже некоторое время
слышит посторонний звук: неподалеку шумел мотор. Вот машина остановилась. В этом еще не
было ничего подозрительного, но когда во дворе появились еще две человеческие фигуры и,
держась в тени деревьев, тоже направились к гаражам, Сергей осторожно вытащил из сумки
прибор ночного видения.
Его три фации уже скрылись в дверях седьмого по счету гаража. Две неопознанные
личности направились туда же. Женщина, ее Сергей узнал по походке, шагнула вперед и
скрылась. За ней осторожно последовал ее спутник.
Сергей подумал, что если в гараже собралось уже так много народу, то еще один человек
не будет лишним. Он подкрался к двери гаража и открыл ее совершенно бесшумно, потом
надел прибор ночного видения и нырнул в темноту.
В углу он увидел только верхнюю половину человека с фонариком, спускающегося в люк.
Облик этого человека был Сергею очень хорошо знаком. Он узнал своего бывшего заказчика,
исполняющего обязанности управляющего концерном Виктора Сергеевича Полищука. Тот
смотрел вниз и Сергея не заметил.
Полищук и Ольга два дня мотались по городу за тремя бабами. И сегодня их усилия
увенчались успехом - эти заразы явно отправились на дело.
- Говорила же, что они тебе туфту гонят, - шипела Ольга, - они давно нашли книгу...
- Они нашли ключ и открыли дверь, - Отвечал Полищук, - я пойду за ними и найду
деньги, отниму их, и все дела. А для чего ты мне нужна?
- Погоди, - усмехалась Ольга, - узнаешь...
Поэтому она вырвалась вперед и начала спускаться в люк первая. Она торопилась и,
разумеется, не заметила, что все ступени деревянные, а одна металлическая.
Сергей Ивушкин услышал, как снизу, из подвала, донесся женский вскрик, потом
приглушенное ругательство. Ругался явно Полищук. Он топтался на лестнице, пыхтел, возился.
Потом, судя по звукам, продолжил спуск.
Сергей дождался, пока шаги на лестнице стихнут и заглянул в люк. Метрах в двух ниже
уровня пола он увидел на лестнице скорчившееся, не подающее признаков жизни человеческое
тело. Сергей медленно спускался по лестнице ближе и узнал. В странной неестественной позе,
скорчившись, между ступенями на лестнице лежала Ольга Свирская. Глаза ее были широко
открыты, Сергею показалось, что она смотрит прямо на него. Лицо было перекошено
характерной судорогой, на губах выступила пена. Сергей вспомнил, как будучи криминальным
репортером он видел такое лицо: так выглядел человек, убитый в лифте током высокого
напряжения. Тихонько он стал спускаться, внимательно приглядываясь, и отметил
металлическую ступеньку. Ловушка, самая настоящая ловушка для непрошеных гостей. Сердце
защемило у него от тревоги за трех ненормальных, которые отправились за деньгами одни. Что
же все-таки было в том листке, что показывала ему Ирина? Господи.
Только бы с ними ничего не случилось! Перед ним был узкий длинный коридор. Впереди
мелькнул свет фонарика. Сергей двинулся на свет.
Полищук подошел к очередному разветвлению подземного хода. Пока все шло удачно.
Ольга сослужила ему последнюю службу и тихо сошла со сцены, избавив его от необходимости
брать грех на душу. Лишний грех.
Потому что грехов у него на душе было предостаточно. И еще немало придется взять... Он
проверил пистолет с глушителем у себя под курткой. Из него он собирался застрелить Ольгу, из
него он должен будет убить тех трех негодяек, которые посмели встать у него на пути. Хотя,
возможно, судьба будет к нему благосклонна, и они сами погибнут в этом подвале,
напичканном смертельными ловушками...
Холодок пробежал по спине, он прекрасно понимал, что у него самого гораздо больше
шансов погибнуть тут, в подвале. Ведь у тех была инструкция Черкасова, а он шел вслепую.
Задержавшись ненадолго из-за Ольгиной смерти, он отстал от них и не знал теперь, куда идти.
Далеко впереди в левом проходе раздался усиленный эхом женский визг. Полищук
повернул налево. Судьба опять подала ему знак.
- Катька, что ты визжишь как резаная! - злилась Жанна. - Ты что, хочешь, чтобы все
нас услышали? Подумаешь, мышку увидела!
- Ничего себе мышка. Такая крысища!
С хорошего бультерьера будет. Можно подумать, что ты сама крыс не боишься. И кто,
скажи на милость, может быть глубокой ночью в этом подвале?
- Не знаю, не знаю, - протянула Ирина, тревожно оглядываясь, - не нравится мне -
Ура! - завизжала Катерина. - Вот оно, мы добрались до цели!
- Тише! - Жанна выглядела очень озабоченной. - Девочки, как-то мне неспокойно.
- Так-так, - вспоминала Ирина, - двенадцатый сектор... Вот номера секторов, с краю
шкафа, внизу..., это четвертый, пятый..., восьмой..., десятый... А вот и двенадцатый. Третий
уровень, надо полагать, снизу. Это хорошо, что не над потолком - как бы мы туда забирались.
Номер четырнадцать - вот он. Ну, девочки, вот теперь мне действительно хочется
перекреститься. Я вставляю карту.
Раздался легкий щелчок, и дверца шкафчика без усилия распахнулась. Ирина засунула
внутрь руку и вытащила черный полиэтиленовый пакет, вроде тех, в которые складывают
мусор. С сердцем, бьющимся сразу в нескольких местах, но только не там, где полагается, она
развязала пакет. Жанна и Катя, отталкивая друг друга полезли рассматривать его содержимое.
Большое темное помещение огласилось дружным воплем восторга. Визжала не только
легкомысленная эмоциональная Катерина, но и сдержанная Ирина и даже деловая язвительная
Жанна. Трудно было ожидать от них сдержанности при виде миллиона долларов наличными.
Полищук, стараясь не шуметь, шел в направлении звуков, издаваемых тремя идиотками.
Не женщины, а стадо слонов, вернее, судя по визгам, стая обезьян. Конечно, он не заметал
тонкий луч, пересекавший коридор на высоте метра. На секунду перекрыв луч, он вызвал
срабатывание фоточувствительного датчика в стене коридора.
На пульте в кабинете дежурного зажглась красная лампочка. Дежурный снял трубку и
доложил:
- Срабатывание сигнализации на объекте А-15.
Подполковник ФСБ, получив это сообщение, тут же снял трубку специальной связи и
произнес:
- На объекте А-15 сработала сигнализация. Нарушение периметра.
Крошечный человечек, ножки которого не доставали до пола, когда он сидел в кресле за
своим огромным письменным столом, услышав донесение, потер маленькие ручки и
улыбнулся:
- Ну-ну, кого, интересно, мы поймали на наживку покойного Глебова?
Крошечного человечка очень боялись коллеги и подчиненные, за глаза называя его
Кровавым Карлой или Черномором. Страшный в гневе, мстительный и злопамятный, он долго
мог таить ненависть под маской показного добродушия... Малознакомые люди не
воспринимали всерьез такого маленького человечка, и зачастую это дорого им обходилось.
Черномор нажал клавишу интеркома и отдал приказ:
- Объект А-15 изолировать. Выслать группу захвата.
В помещении архива неожиданно загорелся тусклый дежурный свет, показавшийся
ослепительным после полной темноты. Ирина испуганно огляделась и бросилась к проему,
через который они вошли несколько минут назад. На ее глазах бетонная стена плавно встала на
свое место и, будто этого было недостаточно, сверху опустилась стальная решетка, перекрыв
сам дверной проем. Затравленно озираясь, Ирина побежала вдоль стены, прижимая к груди
мешок с деньгами. Жанна ринулась в другую сторону, а Катерина, совершенно обалдевшая,
стояла столбом, громко вопрошая:
- Девочки, что это?
- Мы в ловушке. Катька, да уйди же ты из-под лампы в сторону!
Катька сделала шаг в сторону, и тут тусклая лампочка вдруг лопнула, и осколки брызнули
в разные стороны. Катерина с неожиданной прытью юркнула за стеллажи. В помещении
наступила тишина и темнота. Ирина тихонько продвигалась по проходу, стремясь найти
подруг. У нее было сильнейшее подозрение, что они в архиве не одни - в лампочку кто-то
явно выстрелил. Боясь включить фонарик, она затаила дыхание, как вдруг из-за очередного
шкафа высунулась рука и больно схватила ее за плечо. Другой рукой человек зажал ей рот.
Ирина молча вырывалась и даже попыталась укусить нападавшего за палец.
- Да тише ты, - прошептал Ивушкин. - Это я.
- О Господи! Ты что тут делаешь? - От неожиданности они перешли на "ты".
- Трамвай жду, - зло, как показалось Ирине, ответил Ивушкин.
- Отпусти плечо, я никуда не денусь. Но методы у тебя... Представляю, как бы заорала
Катька, если бы ты к ней так...
- Вот поэтому я и не к ней, - усмехнулся Ивушкин, - чтобы не пугать женщину.
"А меня, значит, можно пугать, - с обидой подумала Ирина. - Я, значит, не женщина, а
мраморная колонна".
- Надо их найти, только тихо, мы здесь не одни.
Они пошли тихонько, держась за руки, Сергей хорошо видел в темноте, благодаря
прибору ночного видения. Вскоре из-за шкафов раздалось Катькино сдерживаемое сопение.
Жанна неслышно появилась откуда-то сбоку. Она сделала вид, что ничуть не удивилась
присутствию Ивушкина, а Катька хотела было броситься ему на шею, но у него в приборе
ночного видения был такой неприступный вид, что Катька не посмела.
- Только тихо, девочки, - шепотом заговорил Сергей. - Сейчас прорвемся.
Он достал из кармана свернутый лист бумаги. В архиве было уже не так темно, очевидно,
где-то оставалась еще лампочка.
Ирине удалось рассмотреть на листке только гриф "Штаб гражданской обороны
института".
Справившись с планом, Сергей быстрыми шагами повел свою маленькую группу между
стеллажами. В дальнем конце прохода, оглядевшись, он показал достаточно большую
вентиляционную решетку на высоте примерно двух метров.
- Мы должны туда влезть. Это единственный выход из подвала.
Жанна хмыкнула и покосилась на Катерину.
- Ни за что! - немедленно откликнулась Катерина. - Вы можете бросить меня тут, я
никого не выдам.
Ирина только было собралась грозно напуститься на Катьку, чтобы не болтала глупостей,
но Ивушкин опередил ее. Он погладил Катю по голове и ласково сказал, чтобы она не
волновалась, все у нее получится. Катерина воспряла духом. Ивушкин нырнул куда-то вбок и
вернулся вскоре с маленькой металлической лесенкой, которая хоть и не доставала до самой
решетки, но могла помочь, ловко вскарабкался по ней, достал из сумки отвертку, в мгновение
ока отвинтил и снял решетку, потом спустился и пригласил:
- Давайте по очереди наверх. Только без визга!
Жанна взлетела по лесенке очень быстро, влезла в трубу, умудрилась там развернуться и
высунула руки навстречу Катерине. Началось восхождение. Жанна тянула ее вверх, Ирина
подталкивала снизу, а Сергей держал лестницу, служа дополнительным упором. Катька взяла
себя в руки и даже не пикнула. Лестница выдержала, Ивушкин тоже. Жанна устремилась в
вентиляционное отверстие. Надо отдать должное Жанке, думала Ирина, уж если она
проникнется серьезностью момента, то действует быстро и решительно, ничего не боится.
Катерина, воодушевленная примером Жанны, полезла следом, но, как и подозревала
Ирина, застряла в отверстии наиболее развитой частью своего организма. Ирина полезла наверх
на помощь, Сергей огляделся по сторонам и поднялся наверх по веревке, которую он успел
прикрепить к какой-то выступающей штуке рядом с вентиляционным отверстием.
Ирина изо всех сил уперлась в выступающую деталь Катерины, сама Катька натужно
пыхтела внутри, стараясь воссоединиться со своими отстающими частями. Сергей нетерпеливо
ждал рядом, покусывая губы.
Наконец терпение его лопнуло, он пробормотал какое-то ругательство, отодвинул Ирину
и ущипнул Катьку за мешающую часть.
Эффект превзошел все ожидания: из трубы донесся приглушенный визг, а Катька исчезла
внутри, как..., можно было бы сказать, как пробка от шампанского, но пробки обычно вылетают
наружу. А Сергей еще проводил Катьку, шлепнув по крупу, как норовистую кобылку.
- Только попробуйте! - Ирина грозно сверкала глазами. - Только посмейте...
- Да нужна ты мне! - Сергей окончательно рассвирепел. - У нас черт те кто на хвосте,
Полищук тут шастает с пистолетом, еще хмыри какие-то, а она... Полезай живо в трубу!
Ирина оскорбленно засунула голову внутрь, Ивушкин перевел дух, как вдруг увидел, что
она возвращается. Губы ее дрожали, а на глазах уже показались слезы.
- Что такое случилось, - испугался он. - Что с Катей?
- Я не могу, - в ужасе прошептала Ирина, - там..., там пауки...
- Господи помилуй! - чуть не в голос заорал Сергей. - Ну и что? Они же безобидные!
- Я не могу, я их с детства боюсь, - всхлипнула Ирина. - Мышей не боюсь, даже крыс,
а пауки - они такие противные, у них восемь ног.
- Не восемь, а шесть, - поправил Сергей.
- Но все равно очень много, - упрямо сказала Ирина.
Он заметил слезы на щеках, хотел было утешить, обнять, но вовремя опомнился: она еще
больше разрыдается, а время дорого.
- Возьмите себя в руки! - сухо сказал он.
Она горестно вздохнула и покорно полезла в трубу, сжав зубы. Куда делось все ее
высокомерие?
Сергей решительно отодвинул ее от отверстия и обмотал руку носовым платком, чувствуя
себя по меньшей мере индийским охотником на тигров. Согнав бедных шестиногих с
насиженных мест и очистив проход от паутины, он пропустил Ирину вперед. Внизу в архиве
раздались голоса и шаги многих людей.
- Скорее, - торопил Сергей, - еще лестницу надо за стеллажи засунуть.
Ирина проскользнула в вентиляцию, гибкая, как ласка. Она ползла до первого
разветвления и остановилась, поджидая Сергея.
Пыхтения Катерины уже не было слышно.
Ивушкин не подползал. А вдруг его схватили?
Если бы она не капризничала с этими противными пауками, они бы успели уйти. Ирина
кое-как развернулась и поползла обратно. Он лежал неподвижно и придерживал решетку
изнутри. Завинтить он ее не успел. Внизу ходили люди, светили фонариками,
переговаривались.
- Черт их знает, где он! Наверное, в другой секции.
Ирина осторожно двинулась вдоль Ивушкина. Ход был узкий, ползти приходилось совсем
близко к нему. Он был в страшном напряжении, просто окаменел весь. Он зацепил решетку
проволокой, чтобы снизу не было видно рук, поэтому затрачивал массу усилий на то, чтобы ее
удержать. Он недобро сверкнул на нее глазами и мотнул головой, чтобы уходила. Но Ирина не
послушалась, она поддержала его руку, приняв таким образом, тяжесть решетки на себя. Те,
внизу, походили немного и ушли. Ивушкин вздохнул, закрепил решетку в нескольких местах
проволокой и осторожно отодвинулся вглубь. И разумеется, только чувство вины за то, что
из-за ее фобии к паукам они чуть не попались, заставило Ирину вытереть обильный пот у него
на лбу своим платком.
Полищук проскользнул в помещение архива и прислушался. В глубине комнаты были
слышны женские голоса. Он осторожно, не торопясь, пошел было в этом направлении, как
вдруг в помещении загорелся тусклый свет. Полищук резко развернулся и бросился обратно к
проему, но второпях пропустил нужный поворот и подбежал к проему, когда бетонная стена
уже плавно встала на свое место и вслед за ней опустилась еще стальная решетка. Он отскочил
в сторону и бросился по проходу между стеллажами. Женские голоса впереди затихли. Он
пошел тихонько, наудачу, стараясь обнаружить проклятых баб в темноте, потому что лампочка
разлетелась на осколки. Ему очень не понравилось, потому что в лампочку кто-то явно
выстрелил, а это значило, что кроме женщин в архиве есть еще люди. Вдруг сбоку от него
раздались скрип двери, шаги и голоса. Спрятавшись за стеллажи, он присмотрелся и увидел
группу подтянутых вооруженных мужчин возле металлической двери. Сильные фонари
обшаривали помещение архива. Старший группы направил людей в разные концы подвала на
поиски, а около двери оставил часового.
Дождавшись, когда вся группа захвата рассредоточится по подвалу, Полищук вынул из
подмышечной кобуры пистолет с глушителем.
Затем он достал вынутую из кармана монету и бросил ее на пол в нескольких метрах от
часового. Тот инстинктивно обернулся на звук, и в это мгновение Полищук выстрелил ему в
голову. Часовой беззвучно рухнул на пол, а Полищук бросился к двери.
За дверью был короткий бетонный коридор, заканчивающийся металлической лестницей.
Поспешно вскарабкавшись по лестнице, Полищук уперся в чугунную крышку люка.
Она была жутко тяжелая, хоть и прилегала неплотно, потому что бойцы шли в архив этим
же путем. Но отчаяние и чувство неотвратимой опасности придали ему сил, и он смог сдвинуть
крышку в сторону.
В легкие Полищука хлынул холодный ночной воздух. Он выбрался на улицу и оглянулся.
В нескольких шагах от него стояли две машины с работающими моторами. Дверца одной
из них приоткрылась. Полищук попятился, и тут из-за угла стремительно выехала черная
иномарка с затемненными стеклами. Машина поравнялась с Полищуком, дверца приоткрылась.
- Скорее! - раздался шепот из салона.
Раздумывать было некогда, и Полищук буквально влетел внутрь. На полном ходу машина
завернула за угол, потом еще и еще...
- Погони нет? - спросил у водителя спокойный голос с заднего сиденья.
- Нет, - водитель покосился в зеркало заднего вида, - они не успели развернуться.
Услышав голос с заднего сиденья, Полищук похолодел и пожалел, что не сдался группе
захвата там, в архиве. Он предпочел бы сейчас встретиться с кем угодно, но только не с этим
человеком...
- Ну что, Виктор, - снова раздался тот же спокойный голос; - нашел деньги?
- Нет, господин Фан, - в голосе Полищука появилась какая-то холуйская
суетливость, - я почти добрался до них, но тут появились эфэсбэшники.
- Да, Виктор, к сожалению, у тебя все и всегда получается "почти". Ты сумел почти
ограбить собственный концерн..., почти стать его президентом..., почти вернуть эти деньги, но
не концерну, а себе лично..., и ты даже сумел почти обмануть меня. А ты знаешь, как я не
люблю, когда меня обманывают. Я думаю, ты слышал, что я очень сурово наказываю тех, кто
пытается меня обмануть. Теперь ты узнаешь это не понаслышке.
- К четвертой больнице! - скомандовал он водителю.
Полишук покрылся холодным потом. Он хотел было говорить, убеждать Ли Фана, но
понял, что не может произнести ни слова.
Машина долго ехала по городу, потом по темному шоссе и свернула к четвертой
больнице.
Главные ворота были закрыты, но с боковой стороны, когда шофер вышел из машины и
нажал кнопку, открылся проем, достаточный для того, чтобы проехала машина. Территория
больницы была засажена деревьями, только начавшими распускать почки. Машина свернула на
узкую подъездную дорожку и остановилась у длинного строения барачного типа. Полишук
впал в апатию, он позволил шоферу и вышедшему из дома человеку подхватить себя под руки и
втащить по ступенькам. "Лаборатория..." - успел прочитать он на старой вывеске
...Закладка в соц.сетях
