Жанр: Электронное издание
Tureck29
...е ни разу в жизни и в голову ему не
приходило советоваться с женой.
- Ну смотри, смотри, - неопределенно сказал друг, - трус в Спортлото
не играет...
Долго потом Калинченко размышлял над этим странным предложением
заместителя генерального прокурора. Что бы этот сон мог обозначать? Что же
это за друг, что советует ни с того ни с сего бросить спокойную московскую
кормушку и сунуться за здорово живешь в чеченскую мясорубку? Может,
конечно, и вернешься оттуда генералом, госсоветником третьего класса, если
останешься жив. А если тебя в ящике привезут? Если будет, конечно, что
везти? Радоваться тому уже, что похоронят не абы как, а с оркестром и
воинскими почестями? Нет, не мог друг, даже если хотел выразить
неудовольствие, предложить ему подобное просто так... друзьям такие
подлянки не подкладывают... Значит, надо не злобиться, а постараться
понять, что Володька хотел этим сказать. А хотел он сказать, скорее всего,
вот что: смотри, как бы не сгорел ты, Жорик, с московскими шаркунами. Это
раз. И не то сейчас время, чтобы начинать всерьез войну с Москвой, -
видать, грядут там, наверху, какие-то перемены. А что, если друг Володя
завтра и сам останется без лапы?.. Да, тогда все верно - либо не трогай ни
этого хлыща Турецкого, ни тем более певичку, либо, если хочешь тронуть, -
лучше сразу подпишись на Чечню. Потому как один хрен - что там голову
сложишь, что здесь. Только здесь непременно с позором, а там, может, и
нет...
Ладно, пока дураком он себя никогда не считал, не будет дураком и
теперь.
Вот разве что подумает, - может, ему самому взять на себя какую-то
часть этого муторного дела с покушением на грузина, в котором все хотят,
как теперь стало ясно, спрятать концы?.. Посмотреть еще раз, что там нарыл
Сидорчук - с разоренным Топуридзе Универсал-банком, с неуплатой долгов
Исмаиловым, которому покровительствует тот же Топуридзе, с воровством на
Кольцевых дорогах... Или вот хоть тот случай, когда частный дом обнесли со
всех сторон стройкой - явно хотели ведь нагреть руки на этом участке, на
этом частном владении. Может, самому возглавить следствие, взять в группу
этого опера из МУРа, Сидорчука. А вот когда он доложит, кто такой Топуридзе
на самом деле, - тогда не так уж и важно станет, кто в него стрелял. Вор у
вора дубинку украл - и все дела. Внутренняя какая-то разборка.
Ну а от этого Топуридзе и до мэра хваленого рукой подать...
А? Почему бы и не попробовать? А уж когда дело будет сделано - вряд ли
кто его этим попрекнет и вряд ли его порыв останется не замеченным теми,
кто ждал от него этого, что называется, еще вчера...
ТУРЕЦКИЙ
- Ну вот, ребята, неопределенность кончается, все становится на свои
места, можно гнать лошадей в одном конкретном направлении и не отвлекаться.
Итак, что мы имеем в итоге с гуся? Есть охранник Соколов, который
утверждает, что узнал одного из исполнителей теракта, и даже назвал его.
Ищем исполнителя. Найдем - ежу понятно, сможем выйти на заказчика.
- Га! Та его, наверно, уже того... - Сидорчук провел ребром ладони по
горлу, - убрали... Всегда в таких делах исполнителей убирают.
- А все же надо бы проверить, - настраивал Александр Борисович. - А ну
как не убрали? Мы нашли концы через горвоенкомат. Есть такой человек и есть
конкретный военный городок, где он живет вместе с семьей. Кто-то должен
будет поехать туда прямо сейчас, после нашего совещания, - и так уже
времени потеряно много. Федор Николаевич, наверно, придется вам...
вероятно, вместе с Евгением Павловичем...
- Слушаюсь, - браво перебил Сидорчук, видно, в душе гордившийся своим
амплуа грубого скорохвата.
Турецкий одобрительно посмотрел на него, кивнул: действуй, мол,
капитан. И продолжил:
- Позвольте мне пойти дальше. Итак, мы имеем наводку Соколова - с
особой надеждой на то, что из этого что-то да получится, и очень интересное
сообщение Евгения Павловича о его контакте с дамой сердца нашего... м-м...
подопечного, известной певицей Анаис.
- Вы правда с ней беседовали, Женя? - всплеснула руками Лена. - Вот
счастливчик! Ух, как мне жалко, что меня здесь не было! Я ее просто
обожаю! - И тут же покраснела, застеснявшись своего полудетского порыва: -
Извините...
Турецкий широко улыбнулся:
- Пожалуйста, пожалуйста... Стало быть, если эмоции кончились, идем
дальше. Анаис, она же Анастасия Янисовна Величанская сообщила следствию в
лице Евгения Павловича Якимцева о событиях, непосредственно
предшествовавших покушению на Топуридзе. Рассказ ее, как я понял, содержит
массу интереснейших и, прямо скажем, неожиданных подробностей. Пожалуйста,
Евгений Павлович, доложите основное для нас для всех.
Якимцев сразу взял быка за рога:
- Самое главное, что я узнал от Величанской, это что вечер,
предшествовавший покушению, они с Топуридзе провели в ресторане
развлекательного комплекса "Околица". Причем, по словам Величанской,
Топуридзе был приглашен туда кем-то из тех, кто в этот вечер сидел за
столом вместе с ними. Это предприниматели Джамал Исмаилов и глава
строительной фирмы "Стройинвест" Шалва, он же Александр Дворяницкий, - оба
давние знакомые Топуридзе, еще по его работе в комсомоле, - а также первый
заместитель мэра Борис Семенович Рождественский. По словам Величанской, при
начале встречи она не присутствовала, была занята в эстрадной программе
казино. А позже, когда она присоединилась к Топуридзе, ничего чрезвычайного
за столом не происходило - мужчины выпивали, как всегда разговаривали о
делах, - ей было неинтересно, и о характере разговора она не может сказать
ничего конкретного. Потом Рождественский пригласил ее танцевать, и тут, как
она считает, за столом что-то произошло. Вообще ей кажется, что
Рождественский специально увел ее, чтобы дать мужчинам поговорить
начистоту, - она с самого начала чувствовала, что ее присутствие тяготит и
Джамала, и Дворяницкого, и Рождественского. Что именно произошло, она не
знает, но предполагает, что какой-то очень острый разговор, поставивший
Топуридзе и его старых знакомых на грань ссоры, потому что Топуридзе вдруг
очень резко поднялся, на ходу сообщив ей, что покидает застолье совсем. Она
бросила Рождественского, пыталась отговорить Георгия Андреевича - думала,
он ей как всегда уступит, но он был непреклонен... Но и это еще не все. -
Здесь Якимцев сделал паузу, передох-нул. - На выходе у них произошла
совершенно нелепая стычка с бывшим мужем Величанской - тем самым Валерием
Григорьевичем Плотниковым, с которым следствие совсем недавно общалось.
Топуридзе явно хотел избежать скандала, возможной огласки, - судя по всему,
он скрывал (и, наверно, скрывает) свои отношения с певицей, но ему это не
удалось. Как бывший спортсмен, как человек, до сих пор поддерживающий себя
в неплохой спортивной форме, он довольно успешно справился - не с самим
Плотниковым, нет, упаси боже, с двумя амбалами "кавказской национальности",
которых Плотников натравил на "соперника". Анастасия Янисовна утверждает,
что кавказцы были настроены как-то слишком уж агрессивно, вплоть до того,
что у одного из них она видела нож. И - внимание, самое главное! - Якимцев
обвел всех торжествующим взглядом. - Мы все гадали, как киллеры могли
узнать маршрут Топуридзе, если он ехал не на своей машине, не своим
маршрутом, гадали, почему они ждали его с вечера в совершенно определенном
месте, как будто знали заранее и на чем он поедет, и где. Кажется, теперь
мы имеем этому объяснение. Ставший очевидцем драки Исмаилов, по словам
Анастасии Янисовны, настоятельно рекомендовал ей отвезти Топуридзе к себе,
потому что он якобы узнал в нападавших известных представителей чеченской
мафии. "Ребята слишком серьезные, - сказал он.
- Мне кажется, они знают, кто такой Георгий. Поэтому ему лучше, от
греха, переночевать у тебя. Береженого и бог бережет". Величанская была
совершенно с ним согласна, тем более что, по ее словам, давно мечтала о
том, чтобы Топуридзе провел у нее ночь. Топуридзе, как человек женатый,
уделял ей какие-то урывочные часы, из-за чего Величанская чувствовала себя
уязвленной. А Топуридзе поехал к ней - не столько из амурных соображений,
сколько, очевидно, потому что не хотел волновать жену своим потрепанным
после драки видом. Далее все достаточно просто и объяснимо. Не желая
предавать свой адюльтер огласке, Топуридзе утром не вызывает машину из
гаража, а решает доехать до мэрии на машине Величанской. Ну а по дороге его
как раз и встречают киллеры. И если предположить, что все это было
рассчитано заранее, то придется признать, что у человека, который все это
придумал, довольно изощренные мозги... Но вообще-то выводы, наверно, лучше
вам делать, Александр Борисович, да? Или все же мне?
- Вовсе не обязательно, Женя. Давайте-ка сделаем так: я начну, а вы
мне поможете, если надо будет. Значит, что мы видим на этой интересной
картинке, как говорил один писатель? Мы видим, что некто усиленно
приглашает Топуридзе в ресторан, а когда тот соглашается, предпринимает
следующий шаг: подстраивает довольно странную драку, в которой вроде бы
участвуют какие-то зверовидные чеченцы, но в которой всерьез никто не
страдает. Далее один из присутствующих прикладывает усилия для того, чтобы
Топуридзе отправился ночевать не домой, а по некоему адресу, который
фактически известен организаторам покушения. Утром Топуридзе едет на
совещание, пропустить которое никак не может, и едет совершенно
определенным маршрутом... Мы все, и я вместе с вами, предполагали, что
некоторая необычность этого покушения была связана с тем, что машина имеет
правый руль, и тем, что у нее сильно затемненные стекла. Я много думал об
этом. Знаете, мне кажется, что, каким бы сильным ни было затемнение, все
равно при дневном свете перепутать водителя и пассажира довольно трудно.
Что-то да видно через поляризованное стекло. Мне думается, тут естественнее
было бы предположить, что водитель был в курсе дела, то есть был сообщником
нападавших, вот только вряд ли он предполагал, что уберут и его тоже. Мне
кажется, эту версию подтверждает и тот факт, что водителя не просто убрали,
а убрали контрольным выстрелом - ведь если эта версия верна, от него
ниточка могла вести прямо к организаторам преступления.
- Ось це клюква! - как бы про себя протянул Сидорчук. - А як же ж
Топуридзе? Его почему не прикончили?
- А может, его и не собирался никто приканчивать, - неожиданно для
всех подала голос Лена Елагина. - Его не допустили до того заседания у
мэра - и этого оказалось достаточно. За Топуридзе на повестке совещания
числился один вопрос: как удалось выяснить, альтернативный проект
сооружения Лефортовского туннеля...
- Ребята, ребята, мы ведем себя просто неприлично, - решительно
вмешался Якимцев - как-никак он был фактическим руководителем группы. -
Давайте-ка дадим Александру Борисовичу закончить, а потом каждый выскажет
свои соображения, если к тому моменту они у него еще будут. Лады?
"Ребята" дружно закивали: лады, мол, виноваты.
- Да я, собственно, практически все уже сказал, - живо откликнулся
Турецкий. - Давайте сообща решим, что мы можем выжать из последней
информации для себя, для следствия, определим первостепенные задачи. Только
вот еще несколько итоговых соображений. Я думаю, что организатор покушения
или его доверенный человек присутствовал непосредственно за столом в
ресторане "Околица", и, видимо, в чем-то ему приходилось на ходу
импровизировать. То есть это кто-то из близких Топуридзе людей, может быть,
даже человек, считающийся его другом. За столом кроме него, как мы помним,
было четверо. Певица, Рождественский, Дворяницкий и Исмаилов.
- А ще там був этот шибздик, Плотников, - снова не удержался, вставил
Сидорчук. И сам же, чуть подумав, отказался от своих слов: - Хотя нет,
Плотников, конечно, сам в этом деле пешка. Видели ж мы его - все же ж он на
такой хитроумный план не способен, га?
- Вот именно, вот именно, - кивнул Турецкий. - Значит, Плотников
отпадает, и не только он - тут у нас уже есть кое-какие соображения.
Евгений Павлович, давайте-ка дальше вы. Я думаю, раз это целиком ваша
заслуга, то вам и раскрывать карты.
Якимцев не имел ничего против. И вообще, ему очень нравилась эта их
сегодняшняя оперативка: никто не рассказывает про проеденную начальством
плешь, про постоянные звонки сверху, все четко, энергично, по делу, и
каждый не просто стремится - рвется внести свой вклад в общую копилку. Так
вот всегда и должно быть, между прочим. Когда он станет таким волком, как
Турецкий, он только так и будет проводить рабочие совещания. А славой можно
поделиться и потом, - когда они раскроют преступление, то направят дело в
суд, и все вместе этот факт обмоют...
- Стало быть, так, - принял он эстафету у Александра Борисовича. - Их
было четверо, и всех с одинаковым успехом можно было бы заподозрить. Но...
Я самолично разговаривал с Величанской, наблюдал за ее вазомоторными
реакциями. Она искренне переживает случившееся, больше того, она питает
сильное личное чувство к пострадавшему. У меня, что называется, не
поднимется рука ее заподозрить... Далее, Рождественский. Можно было бы
заподозрить его - Рождественский давно уже выступает как некий лоббист,
проталкивающий идеи, нередко идущие вразрез даже с задумками мэра. И не
будем забывать, Топуридзе - один из ближайших соратников мэра, его, если
можно так выразиться, верный оруженосец. В настоящий момент Рождественский
фактически воюет и за автодром в Нагатино, и за туннель глубокого
залегания. Словом, очень высока вероятность того, что Рождественский в
одной связке с теми, кто организовал покушение. Непосредственно
заинтересованными лицами в устранении Топуридзе являются и Исмаилов, и
Дворяницкий - его "Стройинвест" просто зубами выгрызает подряд на
строительство туннеля. Еще бы, в перспективе два с лишним миллиарда
долларов! И, как я подозреваю, Дворяницкий также надеется получить в
недалеком будущем и подряд на отсыпку недостающих ста гектаров земли в
Нагатинской пойме, той самой пойме, в которой, как мы уже знаем, оказался
так заинтересован игорный бизнес столицы. Словом, речь здесь идет не просто
о больших деньгах, а о фантастически больших. За такие деньги, как
говорится, не грех и шлепнуть одного-двух чиновников, даже самых
высокопоставленных... Но остановился я все же не на них, не на
Рождественском или Дворяницком, а на Исмаилове.
- Почему? - искренне удивилась Лена. - Ведь по всем нашим данным, это
с некоторых пор практически открытый перед налоговиками предприниматель,
занимающийся гостиничным бизнесом и как бы не имеющий отношения к тем
стройкам, о которых идет речь, - ни к пойме, ни к туннелю...
- Ну не все так ладно у него с налоговыми органами, - заметил
Турецкий. - Но большие деньги при случае и он не прочь урвать, как говорят
некоторые его банковские операции, - например, его недавняя спекуляция с
акциями Универсал-банка, плюс к этому у него не только в гостиничном
бизнесе интерес, но и в игорном... Странно, что у вас, Леночка, в ваших
архивных изысканиях до него не дошли руки... Вернее, неправильно это,
согласны?
Лена кивнула.
- Ну а кроме того, - продолжил Турецкий, - не забывайте о том, что и
он в данном случае не обязательно заказчик - он может быть всего лишь
подручным какого-то очень хитрого и изощренного организатора...
- Совершенно с вами согласен, Александр Борисович, - подхватил
Якимцев, тут же прислушавшись к себе: а не занимается ли он подхалимством?
И смущенной скороговоркой забормотал: - Почему я остановил свой выбор
именно на нем? Да потому, что, во-первых, по словам Анастасии Янисовны, эти
посиделки в "Околице" организовал именно он. Причем, по ее словам,
Топуридзе и Исмаилов были в ссоре, давно уже не общались, а тут Исмаилов
просто пристал как банный лист, да и ее попросил: уговори, мол, Георгия. И
она уговорила, о чем очень жалеет.
- А она что, давно знакома с Исмаиловым? - заинтересовался Турецкий.
- Давно и хорошо. Одно время они, как я понял, состояли в интимной
связи. Но сейчас она, что называется, рвет на себе волосы, что поддалась на
уговоры Исмаилова. Я думаю... предполагаю, что она сильно влюблена в
Топуридзе и хочет как бы совсем отстранить от себя прошлое... Я так понял
даже по некоторым признакам, что в свое время она и познакомилась-то с
Топуридзе чуть ли не по заданию Исмаилова, чего теперь стыдится. Говорит,
что тогда не знала и даже подумать не могла, что чувство станет
настоящим... Просто бразильский сериал, честное слово!
- Какой кошмар, - вздохнула Лена. - Красивая женщина влюбляется по
заданию... И этот хорош, Исмаилов-то... просто Мефистофель какой-то. Или,
на худой конец, Джеймс Бонд...
- А вот это вы напрасно, Леночка, - не поддержал ее иронию Александр
Борисович. - Он действительно, по свидетельству многих, человек очень
большого ума и весьма незаурядных способностей... Как бы то ни было, к
предполагаемому противнику, да еще к такому, который пока нас обыгрывает, и
с разгромным счетом, надо относиться уважительно. - Сказав это, он
заговорщически подмигнул Лене.
Та сначала посмотрела на него непонимающе, потом, улыбнувшись, снова
кивнула: учту, мол.
Турецкий повернулся к Якимцеву.
- Извините, Женя. - Сказал всем: - Давайте все-таки позволим Евгению
Павловичу довершить мысль.
- Ну, собственно, главное я уже сказал, - охотно начал Якимцев. -
Во-первых, то, что Исмаилов пригласил Топуридзе, во-вторых, что он же
предложил Анастасии Янисовне увезти его ночевать к себе - так сказать,
убрать с глаз и тем самым якобы спрятать от опасности. Ну тут, думаю, в
какой-то степени сыграло свою роль стечение обстоятельств. Топуридзе
человек нетрусливый, я с ним общался, знаю, что он из себя представляет. Но
вот поставим себя на его место: человек немолодой, семейный... конечно,
просто так он ни за что не оказался бы в ее постели... А тут, как это часто
бывает на бытовом уровне, он во всей этой истории вполне мог увидеть просто
удобный предлог, чтобы к ней поехать... Ну это, конечно, беллетристика,
извините. Но есть еще и третье обстоятельство, самое, на мой взгляд,
главное. Я попробовал найти тех двух кавказцев, что напали на Топуридзе у
входа в "Околицу". Не помню, знает ли об этом Александр Борисович, но
личности их были установлены тогда же милицейским патрулем, оба они -
Барсаев и Варсанов - уроженцы Грозного, имеющие здесь постоянную
регистрацию и служащие охранниками в гостинице "Балканская". Если кто
забыл, напоминаю: гостиница "Балканская" принадлежит Джамалу Исмаилову.
Правда, попытка разыскать этих двоих и привлечь их в качестве свидетелей,
как вы понимаете, ничего не дала: их нет ни по месту регистрации, ни в
гостинице, где они якобы служат...
- Гипотеза, конечно, очень перспективная, - задумчиво протянул
Турецкий. - Однако, если учесть общественный и финансовый вес этого
товарища, то бишь господина Исмаилова, и то обстоятельство, что у нас
против него нет абсолютно ничего, думаю, что сейчас пока нам эта версия
ничего и не даст. Если это действительно Исмаилов - он все сделал так
чисто, что ухватить нам его пока не за что... А стало быть, резюме будет
такое. Мы, леди и джентльмены, близки к раскрытию этого незаурядного дела.
Но давайте не будем впадать в эйфорию, давайте все же пока относиться к
идее Евгения Павловича как к одной из возможных версий, не более того.
Главное же сейчас в том, что мы с вами имеем возможность действовать
практически по горячему следу, быстро и оперативно. По своему опыту я знаю,
что при таком раскладе можно добиться вполне убедительного результата. Уж
очень хочется мне доказать и себе, и вам, и всем на свете, что нету для
нас, для настоящих специалистов, нераскрываемых дел! И больше всего это
нужно, конечно, нам самим... Значит, так. Я думаю, нам надо попробовать
найти киллеров - подводка у нас к ним есть, и очень неплохая. Согласен,
Федор Николаевич?
Сидорчук кивнул, похоже, приняв это обращение к себе за конкретное
задание: ладно, мол, разберемся.
- Ну и надо во что бы то ни стало найти этих самых
братьев-мусульман... Ну тех, что напали на Топуридзе у "Околицы". Я думаю,
тут можно было бы, используя какой-то неожиданный ход, расколоть
Плотникова. Помните, как он ни в какую не хотел называть имя друга, который
ему "помог"?
- Ага! - засмеялся Якимцев. - Если б, говорит, дуэль, то я бы
пожалуйста. А поскольку на кулачках, то я, мол, предпочел положиться на
наемных бандюг... А все же, Александр Борисович, зачем нам мудрить-то?
Давайте прямо возьмем за хобот этого самого Исмаилова, а? Смотрите, сколько
свидетелей. Это ж не случайно, верно? Давайте пригласим его и допросим со
всем пристрастием.
- Могу только повторить: мысль, конечно, интересная. Но
непродуктивная. Он же мульти... это самое, верно? Значит, тут же тебе будет
и адвокат, и жесткое давление сверху... Помнишь, как было с Гусинским. Да
даже если и без всего этого, просто откажется нам отвечать, - ну и что
тогда с ним делать? Ты же не считаешь вслед за вашим бывшим шефом, что
главное - был бы кандидат на посадку, а пресс-хата для него всегда
найдется? Я повторю: беда в том, что у нас против него пока ни одной прямой
улики. Да и с косвенными слабовато...
Сказал и тут же подумал, что зря он, наверно, насчет бывшего
начальника-то - и бахвалиться незачем, и пинать поверженного недруга тоже
как-то не очень красиво.
СЛЕДОВАТЕЛИ
После нового разговора Якимцева с потерпевшим стало совершенно
очевидно, что пришло время вызывать на допрос Исмаилова.
- Не факт, конечно, что это он, - размышлял вслух Турецкий, мотаясь из
угла в угол по своему кабинету. - Но очень уж вся информация, которой мы
располагаем, указывает именно на него.
Слушавший его Якимцев несогласно дернул подбородком.
- А я так, судя по показаниям Величанской и самого Топуридзе, просто
уверен, что это он заказчик.
- Ох, Женя, боюсь, что все это слишком легко принять за наши домыслы.
- Как - за домыслы?! Ну хорошо, а кто, кроме него, мог навести убийц
на Топуридзе? Ведь если Исмаилов знал и куда тот поехал, и где будет
ночевать, знал, что потерпевшему нужно утром на заседание, - стало быть, он
знал и маршрут его движения, разве не так?
- А ты уверен, что знал он один?
- Ну, судя по показаниям и Величанской, и того же Плотникова, и самого
Топуридзе, напрямую больше никто не знал...
Турецкий все ходил, почесывал переносицу - думал. Похоже, все равно не
устраивала его вся эта раскладка.
- У нас с тобой сейчас одна беллетристика, понимаешь? Ничего
конкретного! Кстати, ты мне так и не доложил - получается что-нибудь с
поиском двух чеченцев, которые выступили за "бедного" Плотникова на
"дуэли"? Эти, как их...
- Барсаев и Варсанов, - четко напомнил Якимцев. - Пробовали мы их
найти... В гостинице говорят, что они уволились, а как уж там на самом
деле... Залегли, поди, на дно. А то уехали к себе в Чечню, воевать за
свободу, - ищи их теперь...
- Понимаешь, если б они были у нас в руках - можно было бы по крайней
мере пытаться выяснить, кто их нанял для этой драки или кто им дал такое
своеобразное поручение...
- Ну как кто! - убежденно сказал Якимцев. - Исмаилов и дал!
Турецкий отмахнулся:
- А! Опять всего лишь предположение. А нам нужны доказательства,
понимаешь? Это значит что? - Он испытующе посмотрел на Евгения Павловича.
- Что? - не выдержал паузы Якимцев. - Что это значит?
- Это значит, дорогой коллега, что мы должны в срочном порядке - и так
уже затянули - искать людей, на которых указал охранник Соколов... То есть
киллеров. Ну а через киллеров в конце концов доберемся и до Исмаилова,
если, конечно, это именно он является заказчиком. Вы наверняка ведь уже
что-то делали в этом направлении. Или я ошибаюсь?
- Нет, почему же, - веско сказал Якимцев. - Никакой ошибки. Мы сделали
запрос через Центральный архив Министерства обороны, а потом через
Мосвоенкомат. Дело в том, что части ВДВ, в которой некогда служил Никонов
Степан Григорьевич, в настоящее время не существует, а сам он уволен из
армии. Горвоенкомат, через который оформлялись отходные документы, сообщил,
что старший прапорщик ВДВ Никонов Степан Григорьевич на момент увольнения
проживал в городке для военнослужащих под Дмитровом Московской области.
Городок именуется Яхрома-3, и я намерен съездить туда в самое ближайшее
время.
- Запрос туда не посылали?
- А кому? Милиции? Так у милиции же есть наши ориентировки,
фотороботы...
Турецкий поморщился:
- Ай бросьте, Женя. Что толку с эти
...Закладка в соц.сетях
