Жанр: Электронное издание
Gloria01
... почти не глядя. Вынул из кармана спички, отогнул краешек -
дверь была заклеена дважды. На обеих бумажках стояла эмвэдэшная печать.
- И что? - спросила Успенская.
- Не торопитесь... Тут важно следить за мыслью.
Он снова пролистал несколько страниц.
Коридоры студии. Интерьер.
- Эта история про серого кардинала, про кукловода. Про наши слабости.
Про то, как легко нами управлять, про то, насколько мы все оказываемся
предсказуемы. Понимаешь, о чем речь? - говорил на ходу Вакасян...
Грязнов остановился на полуслове.
- Михаил Тигранович, а может, вы сами почитаете?
- Давайте, - пожал плечами Вакасян и взял у Грязнова сценарий. -
Сначала ваша реплика.
- Ага... - Грязнов зашел за спину Вакасяна и прочитал:
- Михал Тиграныч, если можно, постарайтесь не притчами.
- Постараюсь. - Вакасян ухмыльнулся. - Эти пятеро - марионетки, рабы
собственных страстей. Смотри, как легко было разрушить их дружбу, которая
годами крепла, как в песнях поется. Кто-то один их всех вокруг пальца
обвел. А они сцепились друг с другом, друг другу в глотку впились. Один
застрелился, второй убил третьего и сам сел. Интересно мне знать, как
теперь оставшиеся двое поживают. Сценарий Кирилла называется "Пять плюс".
Понятно теперь? Мой вам совет - ищите шестого. Кто угодно мог быть.
Партнер, бандит, у которого они под "крышей" стояли, банкир. Или вы найдете
этого шестого, или...
- Нашли?.. - улыбнулся Максимов.
Грязнов забрал у Вакасяна сценарий. Снова пролистал.
- Пойдем дальше. Это из одиннадцатой серии.
Коридор больницы. Интерьер.
- Может, уснул? - безнадежно спросил Грязнов, рассматривая место, где
убили охранника.
- Его за минуту до смерти видели - не спал, - очевидно, уже в сотый
раз повторил Лидский.
- Значит, они были знакомы. Ну не мог он подпустить к себе так близко.
- Или родственники? - сказал Башкиров.
Грязнов резко развернулся и пошел к охраннику, который робко жался в
углу коридора.
- Ну, страж порядка, чем оправдаешься?
- Через ворота он не проходил, точно, - виновато произнес охранник. -
Я бы не пустил.
- Меня же пустил.
- Так вы же из милиции...
Грязнов уставился на охранника, словно тот сказал что-то из ряда вон.
- Я ничего не понял, Денис, не понял я ничего, да, - сказал
Варшавский.
- Может, еще выпьем? - спросил Максимов.
- Выпьем, - согласилась Успенская и потянулась за бутылкой.
- Подожди, - грубо вырвал у нее бутылку Вакасян. - Дальше, Денис,
дальше.
В его глазах уже светилось понимание.
Квартира Грязнова. Интерьер.
- Я ведь бандит, Дэн, - сказал Цыган. - Лет пять назад постучали ко
мне в дверь серьезные люди. Предложили, как бы это выразиться... работу,
что ли... Почему эти люди постучали именно в мою дверь?
- Та-та-та-там! - пропел Грязнов бетховенское. - Так судьба стучится в
дверь.
- Ты нас совсем запутал, - сказала Лена. - Это же какие-то огрызки...
- Не-не, - улыбнулся Морозов, - интересно.
Кажется, он тоже стал понимать.
Кабинет участкового. Интерьер.
- Помнишь, когда нас искупали?
- Е эф четыреста сорок пять У?
- Ага. Ты еще сказал, что это на меня охотились. Что я видел чего-то
на съемках, когда Кирилл...
- Ну.
- Три дня думал, а вспомнил! - стукнул себя по лбу Морозов. - Четверо
в перчатках были.
- Кто?
- Осветитель Самулекин. Операторша Успенская. Третий, не поверишь...
- Ну.
- Я был в перчатках. Как раз артисту показывал, как обыск делать...
- Так, это пропускаем, это неинтересно. - Грязнов перелистнул
страницы.
- Правильно, - сказал Вакасян, - точно, показывал.
Кабинет участкового. Интерьер.
Запиликал сотовый.
Морозов взял его, вопросительно взглянул на Грязнова.
- Зеленая кнопка, - подсказал Грязнов.
- Да, Сорокин, слушаю тебя... А, простите. Тебя.
Он передал трубку Грязнову.
Звонил Лидский.
- Денис?.. - не сразу сказал Лидский. - Ну что, обрадую. Значит, так,
посмотрел я окружение нашей пятерки. Есть там один человечек... А кто это
был?
- Где? А! Это Сергей Петрович. Он консультантом был на картине.
- А-а... То-то я думаю, голос знакомый. Подъезжай ко мне в десять.
- Домой? - без энтузиазма спросил Грязнов.
- Ну давай на улице встретимся. Погуляем.
- Все, договорились, в десять я вас жду на углу. Кстати, как
настроение, Эдуард Николаевич?
- Отличное настроение, усек?
Грязнов отключил мобильник.
- Да, Сергей Петрович, а кто четвертый?
- Ксения...
- Так, это тоже пропускаем...
Вакасян встал и налил всем водки.
- Выпьем.
И первый опрокинул стакан.
- Ага, вот! - нашел Денис нужную страницу. - Это уже из шестнадцатой
серии. В кабинете Лидского.
- Он сказал мне, что нашел что-то очень важное. Но при нем было только
это дело и эта записка.
- Дело, между прочим, старое, из архива.
- Я просмотрел, там нет ничего такого!
- Эдик просто так взял из архива старое, никому не нужное дело и пошел
с тобой встречаться?
- Он кого-то спугнул... И его сразу убили...
- Секунду... - Крамской встал из-за своего стола и подошел к столу
Лидского: - Иди сюда...
Рваные края записки точно совпали с такими же рваными краями на листе
перекидного календаря.
- Шестнадцатое июля, вчера... - задумчиво произнес Крамской. - Он
торопился...
- Может, в сейфе что-нибудь оставил?
- У нас общий сейф... Нет там ничего...
- А в столе?
Грязнов попробовал открыть ящик, но он был заперт. Немного помедлив,
Крамской вынул из кармана перочинный нож, вставил лезвие в зазор между
ящиком и крышкой стола и с силой надавил на рукоять. Дерево хрустнуло, ящик
открылся.
Грязнов вынул из него две толстые картонные папки - уголовные дела.
- ...Гаврилюк, - прочел на обложке Крамской. - Статья за разбой...
Шиянов. Вымогательство. Что-нибудь тебе дает?
- Пока нет...
- А что за записка? - спросил Максимов.
- А вот она. - Грязнов вынул из кармана кусок отрывного календаря. На
нем было написано торопливо - "М665".
- И что это значит?
- О! Не торопитесь, - сказал Грязнов. - Еще четыре серии. Как раз
подошли к тринадцатой.
Квартира Корецкого. Интерьер.
- Денис! - позвал из соседней комнаты оперативник. - А чего я нарыл...
Денис кинулся к нему.
Одну за другой он просматривал фотографии Вакасяна, Ксении,
Варшавского, Успенской, Морозова, Медведева, Лидского, Петрова-старшего,
Белоусова, Некрасовой. Фотография Медведева была перечеркнута. А фотографии
Белоусова, Некрасовой и Петрова были обведены кружками...
- Чем дальше, тем непонятнее, - сказала Успенская. - И почему-то
страшнее... Нас всех хотели убить? Зачем?
- А чтобы фильма не было, а, да? - сказал Варшавский.
- Помолчите вы все! - крикнул Вакасян.
- Продолжай, Денис, - сказал Морозов.
Квартира Корецкого. Интерьер.
В ящике было еще несколько снимков. Какой-то пикник, какая-то пьянка
на квартире, какая-то компания. И на нескольких снимках, беззаботно чокаясь
с остальными, весело улыбался в камеру Цыган.
- А это кто? - поинтересовался опер.
- Не знаю, надо будет выяснить. - Денис положил снимки обратно в
стол. - Дружки его какие-то.
У Грязнова зазвонил телефон.
- Извините, - оторвался он от сценария. - Алло?.. Спасибо... Я думаю,
в самый раз.
- В тебе автор детективов пропадает, - сказал Максимов. - Уже и так
все дрожим. Не тяни. Не напрягай атмосферу.
- Да-да, я сейчас.
Он снова схватил сценарий.
- Четырнадцатая серия. Уже немного осталось.
Кабинет Сабанова. Интерьер.
Игорь набрал комбинацию из нескольких цифр и нажал на ввод. На экране
появилась надпись на английском языке: "Ваш счет закрыт".
- Что это такое? - тихо спросил Антон, стоящий за его спиной.
Сабанов нервно сглотнул, еще раз ввел номер счета и пароль. Компьютер
опять выдал ту же самую надпись.
- Может, ты неправильно набираешь? - Галина положила перед ним
бумажку. - Вот, давай не по памяти, а по записи.
Дверь открылась, и в кабинет заглянул охранник. Все дружно оглянулись
на него.
- Ой, извините. Вы заняты, я не знал...
- Так это был Корецкий? - спросила Лена. - Охранником был Корецкий? Ну
который их ограбил?..
- Да, фамилия его была Корецкий, - ответил Грязнов.
- А как, как он смог их ограбить?
- У, Лен, сторожа знают куда больше, чем хотели бы их хозяева. Но это
потом, это уже скоро... Собственно, остался всего один эпизод. Малюсенький.
Пожалуйста, почитай.
Лена взяла сценарий.
- За кого?
- А вот за Некрасову.
- Корецкий? - прочитала Лена.
- Он был вашим кукловодом, а вы так и не смогли срезать с себя его
нити... - прочитал Грязнов. - Не захотели... Сожрали друг друга, предали
дружбу... Бог вам судья. И ему теперь тоже...
Бросает на стол фотографию Корецкого.
- Убит при задержании. Все, это дело закрыто.
Некрасова взглянула на фотографию и беззвучно зашевелила губами, -
прочитала Лена.
- Что вы сказали?
- Это не он.
- Как - не он?
- Это не Корецкий... Как - не он? - повторила Лена, оторвавшись от
сценария.
В павильоне воцарилась страшная тишина.
- Это так в сценарии написано? - спросил Максимов.
- А кто? Кто? А? - затараторил Варшавский.
- Он что, среди нас? - пыхнула дымом папироски Успенская.
- А я знаю кто, - сказал Вакасян, глядя выразительно на всех по
очереди. - Назвать?
- Интересно, - сказал Грязнов.
- Ксения, - сказал Вакасян. - А? Я угадал?
- Если позволите, я еще не дочитал, - ответил Денис.
- Все-все, хватит! - закричал Максимов. - Мы тут с ума сойдем! Кто
это?!
- Это Ксения! - кричал Вакасян.
- А при чем тут Лидский? - возражала Успенская. - При чем тут те
старые дела?
- И про ленту зачем он читал, ну которой дверь у Петрова заклеили, а,
про ленту? - спорил Варшавский.
- Ксения не могла деньги украсть, - сказал Максимов.
- Вот как раз это место, - сказал Грязнов. Он оглянулся, увидел в
интерьере комнаты Сабанова бутафорский сейф. - Вот как раз у Кирилла про
сейф написано. Сергей Петрович, не в службу, а в дружбу, подойдите,
откройте.
- Да брось, Денис, я ж не артист, - улыбнулся Морозов.
- Ничего, - сказал Вакасян, - у вас получится.
- Давай, Морозов, не робей, - улыбнулся Максимов.
Сергей Петрович пожал плечами, встал и шагнул к сейфу.
Кабинет Сабанова. Интерьер.
Охранник шел к сейфу. Видна была только его спина. Он подошел, достал
ключи, вставил, повернул...
Морозов остановился у сейфа.
- И чего теперь?
- Открывайте, - сказал Грязнов.
Морозов открыл сейф.
- Ну и доставайте, что там лежит, - сказал Грязнов.
Морозов сунул руку в сейф, взял какую-то бумажку.
Почему-то все смотрели на него завороженно.
- Что там написано? - спросил Максимов. - У тебя такое лицо...
- Там код написан, - сказал Грязнов. - Покажите, Сергей Петрович.
Морозов послушно показал листок, на котором было написано "М665".
- И что? - спросил Вакасян. - Это то, что было у Лидского...
- Это код информатора, который всю компанию сдал прокуратуре. Он и был
охранником, - пожал плечами Грязнов.
Морозов стоял сгорбившись, глядя исподлобья.
- Но это еще счет и пароль в банке, куда охранник перевел украденные
деньги, - добавил Грязнов.
- Ну как бы... ненастоящий? - спросил Вакасян.
- Настоящий. Да, Сергей Петрович?
- Да ему-то откуда знать?.. - спросил Максимов и осекся.
Из дальнего угла огромного павильона шел человек.
Успенская ахнула.
Потому что в круг света вышел - Цыган. Он был в той самой
окровавленной рубашке. Голова была окровавлена.
- Живой я, живой. А это? - потрогал он "рану" на голове. - Краска...
Или как там она у вас называется?
- Имитатор крови, - мертвым голосом сказал Вакасян.
- А код настоящий, - сказал Цыган. - Так что денежек там теперь ваших,
Сергей Петрович, больше нет.
Морозов вдруг выпрямился, скомкал бумажку, улыбнулся и сказал:
- Артисты. Смешно, Денис.
- Нет, несмешно, - сказал Грязнов. - Вы на два года ушли из МВД.
- Я не один из милиции уходил.
- Ну точно, то был милиционер! - дошло до Максимова. - Про печать на
ленте помните? Милицейская печать...
К нему никто даже не повернулся.
- Сергей Петрович, я должен у вас спросить...
- Спрашивай, Денис. - Морозов был совершенно спокоен.
- Зачем вы устроились консультантом на картину?
- Меня вот этот Максимов попросил, ты же знаешь.
- Да... - растерянно подтвердил Максимов.
- Когда?
- Когда меня чуть не сбила машина...
- Черный джип, Е эф четыреста сорок пять У, - сказал Грязнов. - И
Морозов случайно оказался рядом. Как рояль в кустах, - горько усмехнулся
Грязнов.
- Ни одно доброе дело не останется безнаказанным, - сказал Морозов. Он
посмотрел на Цыгана: - Я ведь тебя когда-то прикрыл, а ты...
- А ты меня сдал Седому, - сказал Цыган. - И меня, и Шиянова, и
Гаврилюка... И даже Корецкого.
- Я? Какому Седому?
- Ты. Больше некому.
- Никогда в жизни не видел никакого Седого, усек?
- И он вас не видел, - сказал Грязнов. - Но голос ваш узнал. Когда я
вам позвонил, наш разговор был записан на пленку. А теперь скажите мне,
скажите, что все это неправда!
- Это неправда, - спокойно ответил Морозов. - Ты же знаешь, это
Корецкий сделал.
- Вот он - Корецкий, - раздался сбоку женский голос.
Некрасову за наручник держал Самохин. Она показывала пальцем на
Морозова. Самохин был очень горд своей миссией.
- Это правда, - горько сказал Грязнов. - А Корецкий в то время на зоне
сидел.
- Как интересно, а, да? - сказал Варшавский.
- И вам надо было, Сергей Петрович, остановить картину. Любым
способом. Вот вы и решили убить Кирилла. Пистолет вы взяли у него же.
Помнишь, Лена, Морозов приходил за два дня до смерти Медведя?
Лена кивнула.
- Какой-то бал-маскарад, - сказал Морозов. - Кто там у тебя еще за
дверью стоит?
Грязнов повернулся к двери.
- Заходи, Медведь! - крикнул он.
Все, кто был в павильоне, ошарашенно уставились на Грязнова. А потом
на медленно, со скрипом открывшуюся дверь.
В светлом проеме появился силуэт Медведева. Очки, сутулость,
взъерошенные волосы.
Лена вскрикнула и вскочила.
Морозов вытаращил глаза.
Кирилл постоял на пороге и двинулся к собравшимся.
Но дойти он не успел.
Морозов метнулся к Максимову, сдернул того со стула, приставил к его
виску револьвер.
- Вон отсюда! - закричал он. - Иначе я его убью!
- Опять я, - простонал Максимов.
Морозов взвел курок. Щелчок был слышен отчетливо.
Никто не тронулся с места. Только Медведев все шел и шел, пока не
вышел на свет.
У Морозова злобно передернулось лицо - это был не Кирилл. Это был
новый сценарист.
- Бросьте, Сергей Петрович, - сказал Грязнов. - Чего уж теперь?..
- Ты не мог!.. Ты не мог!.. Никто не мог!.. - закричал Морозов
Грязнову.
- Правильно. Я не мог и подумать, что это вы. Но Лидский тоже узнал
ваш голос. И снова по телефону. Это вы стучали в прокуратуру - информатор
"М665".
- Я убью его! Я его прикончу! Уйдите все отсюда!
- Михал Тиграныч, правда, уйдите.
- А я? - тихо спросил Максимов, когда группа на цыпочках потянулась к
выходу.
- Зачем, Сергей Петрович? Вы мне скажите: зачем? - тихо спросил
Грязнов, когда они остались втроем.
- Зачем? А думаешь, не противно, когда ты всю жизнь под финки, под
пули бандитские подставляешься, а эти маменькины сынки деньги лопатами
гребут... Думаешь, не противно им прислуживать? Я ж и паспорт Корецкого
взял, потому что мне стыдно было.
- А теперь отпустите Максимова.
- И что? Ты мне гарантируешь гуманное отношение следствия? - криво
улыбнулся Морозов.
- Я не следователь.
Морозов перевел дуло на Грязнова:
- Ладно, пусть идет, придурок.
- Ага, спасибо, спасибо. - Максимов трусцой побежал к выходу.
- Ну и что теперь мне помешает тебя убить? - спросил Морозов.
- Ничего. Вы уже столько народу положили - одним больше, одним
меньше... По сути дела, и Лидского вы убили - только вы один слышали, как я
с ним договаривался о встрече. А меня до сих пор Бог миловал. У меня не
было криминальных талантов, как у Цыгана или Корецкого. Вы подумали, я
сгожусь вас прикрывать...
- А ты ведь раньше догадался, до Лидского, да?
- Да. Знаете почему?..
Морозов выстрелил.
Грязнов свалился со стула. Но тут же встал.
- Потому что консультанты на съемки не ходят! - закричал он. - Отдайте
пистолет!
Морозов выстрелил еще раз. На этот раз Грязнов только покачнулся.
- Не подходи!
- Кино - сплошной обман, - сказал Грязнов. - Патроны холостые. Не
смешите людей, отдайте пистолет.
Морозов с удивлением уставился на револьвер, потом поднес его к виску
и нажал на курок.
Кровь разбрызгалась по той же стене, с которой смывали кровь Кирилла.
Грязнов опустился на колени, расстегнул рубашку, снял бронежилет,
задрал майку - на груди было два темных синяка.
- Конец фильма, - сказал он.
Эпилог
Они встретились с Ксенией на кораблике, который возил туристов по
Рейну.
Обнялись, Ксения очень даже страстно поцеловала Грязнова.
Тот немного смутился.
- Вас ист дас? - спросила Ксения. - Женился?
- Нет.
- Правильно. С женой бы ты на турпоездку в Германию никогда б не
накопил.
Они сели за белый столик.
- Давай сюда, в тенечек. Мне на солнце нельзя, надо лицо беречь. Что
будешь пить?
Грязнов потянул к себе меню:
- Знаешь, как сказал Бродский? Запад научил меня только одному -
читать меню справа налево.
Она забрала у Грязнова меню:
- Оставь, я угощаю.
- Нет, - упрямо сказал Грязнов. - Нет.
- Тогда мне пива.
Подбежал официант.
- Драй водка, битте, - сказал Грязнов. А когда официант ушел,
спросил: - Ну а ты как?
- По-прежнему. Снимаюсь иногда. Вот завтра съемки. Тоже не замужем.
- Как ты меня нашла?
- В Москву позвонила. Лена сказала, что ты в Германии. А тут - через
агентство.
- Ты звонила в Москву?
- Да.
- Зачем?
Ксения закурила:
- Ты убийцу Кирилла нашел?
- Нашел, - досадливо махнул рукой Грязнов.
- Серьезно? - удивилась Ксения. - И кто же?
- Морозов. Помнишь?
- Сознался? Сидит?
- Да нет...
- Отпустили?
- Застрелился.
Официант принес водку. Ксения что-то сказала ему по-немецки. Тот
улыбнулся, кивнул и снова испарился.
- Ну давай за то, чтобы тайное всегда становилось явным.
- Это не так весело, как ты думаешь, - сказал Грязнов и опрокинул
рюмку. - Я Сергея Петровича давно знал. Он негодяй, подлец, убийца, а мне
его жаль.
- Тем более что он не убийца, - тихо сказала Ксения.
- Что? - не расслышал Грязнов.
- Это я Кирилла убила.
Грязнов застыл с открытым ртом.
- Я Максимову хотела отомстить. Думала, заряжу холостыми, он и
изуродует себе рожу. Это я поменяла пистолет.
- Но в нем были не холостые патроны.
- А вот это уже не я. Я и холостые бы не достала. Это мне Морозов
помог. Я к нему обратилась.
- Так ты его знала?
- Да. Он все организовал, а я только пистолет подменила... Я ж не
знала, что Кирилл... Прости, Денис.
Грязнов сидел, тупо уставившись в пол.
Появился официант, принес бутылку водки, закуску.
- Ну давай выпьем, - сказала Ксения, разлив водку. - За тебя. Ты
теперь кто? Поэт? Сценарист?
- Я? Сыщик.
Грязнов поднял стакан, посмотрел на свет и выплеснул водку в Рейн.
Кораблик причаливал к берегу...
Закладка в соц.сетях
