Жанр: Электронное издание
Advokt12
...ую
связку.
- Залезай, поехали.
Машина завелась с полуоборота. Антонина включила фары - и они увидели
прямо перед собой обескураженного старика в черных сатиновых трусах и в
сапогах.
- Куда ж это вы среди ночи? - удивился он.
- Хозяин сарая, - представила Антонина, переключая рычаг на первую
передачу.
- Вы же мне еще не заплатили за две последние недели! - старик
растопырил руки, стараясь удержать надвигающуюся на него машину.
- Уйди, гад! - заорала на него Антонина. - Где мой фотоаппарат? Ты
кому мою машину давал?
- Чего? - не понял старик.
- Мы не уезжаем, - успокоил его Степан через открытое окно. - Вот
только за водкой съездим.
- Ах, за водкой! - моментально понял и успокоился хозяин. -
Возвращайтесь, я вас ждать буду. Тут недалеко! На трассе ларек
круглосуточный есть. Как на асфальт попадете, так сразу вправо! В Москву
налево, а вы - правее! Там Лизка работает! От меня привет передайте, она
вам продаст хорошую водку!
Старик открыл ворота двора, машина выехала на грунтовку и покатилась
по ямам и ухабам.
Когда они наконец выехали на асфальтированную дорогу, Степан, собирая
последние силы, произнес:
- В Москву - направо!
Антонина нервно расхохоталась и повернула к Москве.
Ванька с Шуриком бежали по полю и видели, как машина с горящими фарами
переваливалась по грунтовке, то и дело ныряя и выскакивая в кромешной
темноте, как она вывалилась на трассу и повернула к Москве.
- Шур, - хрипел на бегу Ванька, - да ну их! Что нам теперь, гнаться за
ними, что ли? Ночью... Бегом...
- Жми, Ванька! У бабы мотоцикл от сына остался. На мотоцикле мы их в
два счета догоним.
- Зачем, Шур?
- Потому что они всех нас заложат! И всем хана! Амбец!
- А мы-то тут при чем? Это дело Миная. Пусть его и крутят.
- Он главный. Он только языком молол. А ты руками делал! Это ты
деревенских давил. И этих двоих... Недогоревших... Покушался сжечь живьем.
Как сам думаешь, сколько за это по суду положено?
- Шур, нам самим мотать нужно.
- Пешком?
- А как?
- Все равно нам этот мотоцикл надо брать.
- Ну ладно, побежали!
Они прибежали к калитке, за которой им открылась дорожка между кустами
георгин, подбежали к дому, заколотили в дверь и в окна:
- Баба Дуся! Открывай!
Старуха ответила не сразу.
- Одурели? - злобно спросила она, припадая замотанным в платок лбом к
стеклу окна.
- Мотоцикл давай! - прохрипел ей Шурик. - Быстрее!
- За водярой собрались, - предположила баба Дуся. - Пешком валяйте!
- Чепе у нас! - пояснил Ванька. - Люди обгорели в костре! В город
надо! За доктором!
- Боже мой! - подскочила баба Дуся и стала отпирать дверь. - Что ж вы
сразу-то не сказали? А я, как дура, еще пререкаюсь перед дверью! Хорошо,
что мотоцикл не продала Трофиму, как он ни просил. Вот и пригодился!
Доктора на нем привезете. А как обгорел-то человек? - приговаривала баба,
открывая сарай.
- Сильно! - Шурик со знанием дела проверил мотоцикл, взгромоздился в
седло. - Садись, Ванька!
Взревел мотор.
- А доктор-то где сядет? - крикнула им вслед баба Дуся. - Ванька,
останься!
- Я в городе подожду! - пообещал ей Ванька. - Шурик доктора обратно
повезет, меня из города и захватит.
- И то правда, - согласилась баба Дуся. - Я и не подумала.
На трассе машина Антонины стала глохнуть и в конце-то концов мотор
заглох.
- Долго в сарае без дела стояла, - извиняющимся голосом сказала
Антонина.
- Ну и ничего, - зевнул Степан. - Давай поспим в машине. Утро вечера
мудренее. Станет светло, машины пойдут. Кто-нибудь поможет.
Антонина с досадой ударила по баранке ладонью. И только тут заметила,
что на датчике бензина - ноль!
- Старик бензин у нас украл! - обозлилась она.
- А может, это Шурик с Ванькой. Им для костра бензин нужен был.
Ничего. Утром много машин будет на трассе. Мы бензин одолжим, доедем.
- Пока мы тут стоим, нужно момент ловить, - решила Антонина. - Если
увидишь кого-нибудь, скажи. Будем проситься либо на буксир, либо бензина
до... У нас денег совсем нет. Что мы на заправке делать будем?
- Есть деньги, - Степан пошарил по карманам обгоревшей одежды. - Вот
тут целый пакет.
Он вытащил небольшой сверток, перевязанный шпагатом. Перекусил
веревку, открыл - там ровными пачками лежала нарезанная газетная бумага.
- Это деньги? - горько усмехнулась Антонина.
- Нет... Вот, - Степан вытащил из потайного карманчика брюк две смятые
сторублевые бумажки. - Это экономия. За билеты и суточные.
- Это когда ты ездил?
- Да.
- Что там было?
- Они переправляют наркотики. В Афганистане героин по пятьдесят
долларов за килограмм, в Таджикистане уже по двести, - рассказывал Степа, -
а у нас в Москве уже по тринадцать тысяч долларов! Представляешь, какой
навар?
- Откуда ты это знаешь?
- В Средней Азии рассказали. Вернее, послушал разговоры...
- Ради этого Минаев колонию организовал?
- Там у них тоже филиал. В пустыне, - Степан осматривал свои ожоги.
- Перестань, - Антонина, как заботливая мама, шлепнула его по рукам. -
Нельзя ковырять. Сейчас к врачу доедем...
- А я всех там теперь знаю, - похвастался Степа. - И кто через кордон
ходит. И кто принимает, куда прячет. Кто в Москву везет. Как они от
пограничников прячут. Все знаю. Мы теперь Солнце так за горло возьмем!
- Это правда? - встревожилась Антонина.
- Ага!
- Дурачок ты мой! Так они же нас в покое не оставят! Нам не спать в
машине нужно, а стрелой лететь! Жизнь свою спасать!
По ночной трассе мчался с дикой скоростью мотоцикл. На заднем сиденье,
прижимаясь к спине водителя, сидел Ванька. Задыхаясь от быстрой езды, он
кричал:
- Шурик, блин! Зачем мы за ними гонимся? Давай отвалим в сторону! Мы
же их все равно не догоним! Они намного раньше выехали!
- Во-первых, у них скорость ниже! Во-вторых, они дороги не знают,
гнать не могут, им приглядываться нужно! И в-третьих, у них бензина нет. Мы
же все откачали. На костер!
- Ну, найдем мы их, что тогда? Мочить будем?
- Иначе нельзя! Ванька, ты не бойся. Я все сам сделаю. Ты только бабу
подержи. Я ее после Степана зарежу.
- Почему после Степана?
- Потому что он смирным будет, пока она у нас в руках. А если ее
сначала, то он взбесится. Мало ли что... Приготовься, догоняем!
Впереди мотоцикла показались красные габаритные огни легкового
автомобиля.
- Кто-то едет! - обрадовался Степан, увидев в зеркале заднего обзора
прыгающие огоньки фар.
Антонина вышла из машины и вытянула перед собой руку.
- Нас испугаются, - решила она, оценив свои почерневшие, обгоревшие
одежды. - У меня в багажнике рабочий халат есть, в котором я колеса меняю.
Сейчас переоденусь. Все ж поприличнее, чем из пожарища... Степан, ты пока
его тормозни.
Степан послушно вылез из машины и вытянул руку.
Шурик на мотоцикле догонял легковую машину. И при приближении уже
видно, что это не та...
- И цвет не такой, и модель не та.
Шурик вышел на встречную, пошел на обгон, но водитель легковушки
поднажал и пошел вровень, не давая Шурику возможности вернуться в правый
ряд.
- Вот козел! - выругался Шурик и поддал газку.
Но и легковушка пошла быстрее.
- Сто шестьдесят! - отметил Шурик. - А этот гад... Он же развалится...
- Шурик, ну его, пусти, - взмолился Ванька. - У нас серьезное дело, на
ста шестидесяти я сам быстрее его развалюсь. У него все-таки кабина... А я
тут...
Вдруг легковушка резко затормозила, скрипя тормозами.
В свете фар мелькнула фигура с протянутой рукой.
- Это они! - обрадовался Шурик. - Они голосуют, чтобы бензина
попросить!
- Так этот козел им бензина даст!
- Мы подождем. Козел проедет, а мы и...
Шурик выключил все огни и съехал на обочину.
- А у меня тоже шланга нет, - развел руками водитель легковушки перед
Антониной, которая уже переоделась в синий рабочий халат. - Бензин - вот
он, а достать его нечем.
- Может, вы нас на тросе до заправки дотянете? - спросил Степан.
- У него сильные ожоги, - тихо сказала Антонина. - Пока еще свежие, он
ничего... Ему доктор нужен... Я боюсь с ним оставаться.
- Ну ладно, - сжалился водитель легковушки, - цепляйтесь. У вас,
барышня, есть опыт езды на веревке? Это дело очень сложное... Медленно
ехать я не могу, потому что тороплюсь. А вам тормозить нельзя, потому что
буксир порвете. Ну как?
- У нас другого выхода нет.
- Поехали!
Сидя в тихой ночной засаде, Шурик с Ванькой видели, как перед их носом
со свистом проскочила машина Антонины на прицепе лихой легковушки.
- Ну и что? - вяло спросил Ванька.
- Пролет, - согласился Шурик. - Сейчас он их дотащит к заправке, там
люди. Только после заправки.
- Там гибэдэдэшники.
- Точно.
- Что делать будем?
- Когти рвать, - решил Шурик.
- Вот это правильно. Вот это я одобряю, - обрадовался Ванька. - И без
лишней мокрухи. Чинно и благородно. Подальше отсюда!
Через полчаса, уже отцепившись от лихача и заправившись, Антонина
въехала через кордон ГИБДД в Москву.
- Остановимся? - спросил Степан. - Может, они нам помогут? Или
сопровождение назначат? Чтоб мы быстрее доехали.
- Если сами остановят, тогда все объясним, - сказала Антонина. - А
если пропустят, то поедем сразу на Петровку. Там должен быть дежурный.
- В другом месте мы можем запросто нарваться.
- Это уж точно.
По пустынной Москве они, не попав ни разу на красный свет, прокатились
до самой Петровки. Нашли местечко у сада "Эрмитаж", перешли пустую Петровку
и постучались в светящееся окошко на проходной.
- Извините, что беспокоим так поздно, - сказала Антонина, - но у нас
чрезвычайное дело. Вы не посоветуете, к кому нам обратиться?
- А в чем дело? - зевая, спросил сонный милиционер с автоматом в
руках.
- Да вот... Дело, собственно, в том, что нас сегодня пытались сжечь.
Живьем, - объяснила Антонина. - Как во времена мрачного Средневековья.
- Вот это да! - поразился милиционер. - Сейчас доложу дежурному! Он
вас направит, куда следует.
Глава 17
Мы удирали со всех ног. Погони за нами пока не было, но я не
сомневался, что мадам так просто дело не оставит. Да и Брандо не из тех,
кто позволяет своим врагам уйти живыми. Поэтому особенно раздумывать было
некогда.
Как назло, в этом распаренном городе машин гораздо меньше, чем в
Москве, а на то, чтобы поймать хотя бы одну, времени уже не оставалось.
Даже если бы мы нашли машину, как объяснить водителю, что нам надо.
Английский тут знают далеко не все, в этом я уже убедился за то короткое
время, которое пробыл здесь. Консульство находилось далеко - на
противоположной стороне города, и как до него добраться, я не имел ни
малейшего представления. Пока же мы просто неслись, не разбирая дороги, в
надежде, что наткнемся хотя бы на полицейских. Немногочисленные прохожие
шарахались от нас во все стороны.
Через пятнадцать минут, когда даже я начал выдыхаться, а две мои
спутницы и вовсе чуть не падали, мы наконец добрались до какой-то полудикой
рощи. Здесь стоило перевести дыхание. К тому же затеряться между деревьями
было гораздо проще, чем на пустынных улицах.
- Итак, - обратился я к своим спутницам, которые с трудом переводили
дыхание, - что будем делать дальше? - Я вопросительно взглянул на Эльзу,
потом на рыжую девушку. - Кстати, меня зовут Юрий, - представился я
незнакомке.
- Лена, - ответила та.
У меня незамедлительно всплыли в памяти слова Катрин о Лене, которая
должна была войти в доверие к Эльзе. Вот черт, не хватало нам только
осведомительницы. Я встревоженно взглянул на Эльзу, но та, кажется, ничего
не подозревала. Ладно, надеюсь, пока у этой Лены нет никаких средств для
передачи информации о нашем местоположении, но вообще-то за ней надо
присматривать.
- В консульство сейчас нам идти нельзя, - сказала Эльза задыхаясь.
- Да, это верно. Наверняка нас там уже поджидают, - согласился я.
- Надо туда позвонить, - подала голос Лена. - Но возвращаться в город
тоже как-то не хочется.
Она, конечно, была права, но из-за моего к ней недоверия я никак не
отреагировал на эту реплику.
- Что же ты предлагаешь? - спросила наконец Эльза.
- Да я в общем-то ничего не предлагаю, - смутилась девушка. - Хотя,
мне кажется, если идти вон в ту сторону, - она махнула рукой, указывая
направление, - то выйдем из города. А там можно попросить помощи у
крестьян. Не думаю, что нас там быстро обнаружат.
Это был неплохой план, но кто знает, вдруг она приведет нас прямо в
лапы преследователей? Я не знал, на что решиться.
- Как ты попросишь их о помощи? - возразила тем временем Эльза. -
Думаешь, тут фермеры шпарят на всех языках мира?
- Зачем на всех? - пожала плечами Лена. - Я немного знаю итальянский,
мы начинали учить его в Универе как раз перед тем, как я сюда попала. Так
что один семестр я отучилась. А тот дедок, который все время приходил ко
мне, ну, ты видела, он со мной лопотал на сардинском диалекте.
Вот черт, знать бы о ее языковых способностях раньше, возможно,
удалось бы поймать машину. Хотя, срезал я сам себя, неизвестно, лучше это
для нас или хуже. Неопределенность по отношению к Лене меня здорово злила.
Я не вытерпел и отозвал Эльзу в сторону.
- Ей точно можно доверять? - спросил я тихо.
- Кажется, да, а что?
- Это ведь с ней тебя поселили в одной комнате?
- Да, не пойму, что тебя смущает. - Тут я заметил, что мы с Эльзой
незаметно перешли на "ты".
- Та девица, Катрин, сказала мне, что именно Лена выдала тебя, когда
ты сбежала в консульство.
- Странно... Дело в том, что Лена меня предупреждала, что больше всего
надо опасаться именно Катрин. Я хотела сказать об этом, но было некогда.
Я вспомнил перестрелку в борделе и невесело усмехнулся. Да уж, тогда
было не до выяснения отношений.
- У Катрин было очень много шансов нас подставить, но, похоже, она ими
не воспользовалась, - покачал головой я. Я подумал о стрельбе на второй
лестнице. Знать бы, жива сейчас Катрин или нет. Ведь фактически она спасла
нас. Если, конечно, все было именно так, как мне казалось.
- К сожалению, Катрин мы сейчас не можем ни о чем спросить, - словно
читая мои мысли, произнесла Эльза. - Зато можем спросить Лену.
И прежде чем я успел возразить, она уже подходила к девушке, которая
терпеливо ждала, чем кончится наше совещание, испуганно оглядываясь на
разные шорохи.
- Скажи, - Эльза немного помедлила, но в итоге задала вопрос в лоб, -
когда я сбежала, это ты сказала, что я в консульстве?
Лена замерла на несколько мгновений, будто после долгой дороги вдруг
увидела тупик или наткнулась на какое-то непреодолимое препятствие. Потом
поникла:
- Я. Мадам заставила меня обо всем докладывать. Сказала, что я должна
войти к тебе в доверие. Но она заставила меня! Сказала, что если все
пройдет хорошо, то отправит меня домой...
- И ты ей поверила? - насмешливо спросила Эльза.
Лена пожала плечами:
- А что оставалось делать? Это была хоть какая-то надежда. Но я не
сразу сказала, что ты идешь в консульство, не думай. Я сказала, что ты
ничего не говорила по поводу побега. Они уже сами начали догадываться про
консульство - куда тебе еще было идти, - и тогда я как будто вспомнила, что
ты меня про него спрашивала.
- И волки сыты, и овцы целы, - усмехнулся я.
- А зачем ты тогда говорила, что нельзя верить Катрин? - продолжала
свой допрос Эльза.
- Для правдоподобия. Нужно же было тебе что-то рассказывать. Катрин я
всегда недолюбливала, вот и свалила на нее все.
Да, если это было правдой, то довольно тонкий психологический ход.
- Ладно, - решил я. - Хватит болтать. Пора двигать.
- А что со мной? - робко спросила Лена.
- А что с тобой? Думаешь, мы тебя сейчас привяжем к дереву и оставим
на съедение волкам, если они, конечно, здесь водятся? - Неожиданно во мне
проснулось какое-то нездоровое веселье, а может, это было просто хорошее
настроение. "Чему быть, того не миновать, - подумал я. - Все равно
абсолютной правды мы сейчас узнать не можем, а делать что-то надо..."
И мы двинулись к деревне. Расстояния здесь небольшие, а идти в тени
деревьев было приятно. И, несмотря на все неприятности, мы живы, здоровы и
осталась надежда, что до Москвы сумеем добраться невредимыми. В такие
минуты вдруг начинаешь ценить жизнь со всеми ее мелкими радостями. Мои
спутницы вроде тоже повеселели, я расслабился и даже стал насвистывать себе
под нос.
Расслабился я преждевременно. Даже слишком. Едва мы вышли на открытое
пространство - от маленьких фермерских домиков нас отделяло широкое поле,
засеянное какой-то трудноузнаваемой злачной культурой, - как совсем близко
послышался шум вертолета. Это, конечно, мог быть кто угодно, но я привык в
таких ситуациях перестраховываться.
- Быстро все прячемся! - Я махнул рукой и первый, чтобы подать пример,
бросился в колосящиеся злаки: обратно под деревья нам было уже не добежать.
Кажется, я оказался прав - на вертолете действительно были наши
преследователи: машина долго висела над поселением, сделала пару кругов над
полем, но нас не заметили. Надо было поторапливаться: эти типы наверняка
вернутся. И мы зашагали через поле к фермерским домишкам.
От жары у Эльзы звенело в ушах, а перед глазами появлялись темные
пятна. Она вторые сутки не взяла в рот ни маковой росинки, очень хотелось
есть, а еще больше пить. Она с трудом ступала по земле, и ей начинало
казаться, что все это происходит не с ней, а с кем-то другим: что она могла
иметь общего с женщиной, муж который арестован и подозревается в убийстве?
Которую похитили и увезли на остров, где изготавливались наркотики? И
хозяин которого настоящий наркобарон? Неужели странница, которая идет
неведомо куда под палящим солнцем, сбежав из публичного дома, это она,
Эльза Инсарова?
Каждый удар сердца отдавался в голове. Потом вдруг земля поплыла перед
глазами, покачнулась, и Эльза погрузилась в густую и душную темноту.
Хозяин первого же дома, в который мы постучались, здоровый мужик лет
тридцати, почти безо всяких вопросов помог нам занести потерявшую сознание
Эльзу в дом, где ее положили на кровать и привели в чувство. Лена
действительно оказалась способна общаться с местными жителями. Утолив
жажду, я с ее помощью рассказал нашу историю - разумеется, не всю, только о
побеге из борделя.
Хозяин, его звали Николас, почесал широкой пятерней затылок,
похмурился и согласился нам помочь. Мы позвонили в консульство (когда еще у
наших крестьян тоже появятся мобильные телефоны?) и объяснили ситуацию.
- Да, - помолчав, ответил советник. Он, похоже, был уже совсем не рад,
что ввязался в эту историю. Но деваться ему было некуда. - Самолет в Москву
улетает завтра утром, я постараюсь вам помочь.
Мы договорились, что не будем заезжать в консульство, а поедем сразу в
аэропорт, где нас уже будут ждать.
Николас разбудил нас рано, часов в шесть.
- Хочу освободиться пораньше, - объяснил он. - Работы очень много. Я
один живу, как вы заметили, - он смущенно улыбнулся и покосился на Лену, -
помогать некому.
Мы позавтракали, погрузились в джип Николаса и отправились в город.
Вроде бы все шло гладко, но именно это меня и смущало: не мог же Брандо так
просто от нас отступиться.
- Это еще что? - перевела бормотание Николаса Лена. На въезде в город
стояли двое полицейских и проверяли документы. - Никогда такого не было.
Джип притормозил. Полицейский подошел к Николасу, козырнул и попросил
права.
- Что-то случилось? - поинтересовался фермер, протягивая бумаги.
- Розыск, - коротко пояснил полицейский и посмотрел на нас.
- Это русские, - ответил Николас и коротко обрисовал ситуацию.
Полицейский потребовал документы. Я протянул свой паспорт. Документов
на Эльзу и Лену у меня, конечно, не было. Но полицейский почему-то не стал
возражать, а, еще раз козырнув, отпустил нас. Надо ли говорить, что все это
мне очень не нравилось.
Едва джип сорвался с места, полицейский достал рацию и произнес на
чистейшем русском языке:
- Первый, Первый, я - Девятка. Только что въехали в город, джип
номер...
Брандо, принявший сообщение, удовлетворенно кивнул и тут же отдал
новый приказ. А через две минуты за черным фермерским джипом по утренним
улицам уже неслись три автомобиля с полицейской машиной во главе.
Николас оказался водителем что надо, да и просто сообразительным
парнем. Едва увидев преследователей, он вдавил педаль газа в пол и сразу
здорово оторвался. Для джипа его машина ездила даже как-то слишком быстро,
подумал я, заметив, что стрелка спидометра приближается к отметке сто
восемьдесят.
- Я в юности был гонщиком, - объяснил довольный Николас - похоже, эта
погоня только забавляла его. - Люблю быстро кататься. А, черт!!!
Навстречу нам во весь опор мчался грузовик. Он гнал по нашей полосе и,
похоже, сворачивать не собирался. Николас отвернул в самый последний
момент, грузовик промчался мимо. Мы едва перевели дух, зато фермер был,
кажется, доволен.
- Давно так не веселился, - объяснил он.
Я обернулся. От двух машин нам удалось оторваться, но полицейская
тачка медленно настигала нас. Видимо, там тоже был не "родной" мотор. Джип
резко завернул за угол, я здорово ударился локтем, остальные были целы.
- Далеко нам еще? - поинтересовался я через Лену.
- На такой скорости будем через десять минут, - улыбнулся лихой
сардинец.
- Надеюсь, нас там будут встречать свои, - пробормотал я, представляя
себе, как мы будем улепетывать по аэропорту на своих двоих.
Николас вовсю шнырял по переулкам. Погони видно не было. Николас,
кажется, понял мои затруднения.
- Я сейчас вас высажу, - сказал он. - Приготовьтесь выйти. А потом они
погоняются за мной еще с полчасика, - и он ухмыльнулся, предвкушая эту
охоту.
Через минуту мы втроем стояли в узком переулке, Николас умчался на
джипе со скоростью болида "Формулы-1", оставив нам купюру, чтобы поймать
машину до аэропорта. Все-таки мне часто везет на знакомства!
К счастью, в аэропорту все прошло довольно гладко. Советник проводил
нас до самого трапа - наверное, он хотел удостовериться, что никогда больше
нас не увидит.
Только когда самолет, плавно покачивающий большими железными крыльями,
воспарил над оказавшейся столь неприветливой землей, Эльза наконец смогла
перевести дух. Словно закончился тяжелый кошмар.
"А ведь это было самое большое приключение в моей жизни", - бестолково
теснились в голове какие-то довольно дурацкие мысли. И еще: "Все хорошо,
что хорошо кончается..." Она откинулась на спинку мягкого, словно
специально для нее предназначенного кресла. Больше не нужно было думать о
том, как выбраться из очередной передряги, не нужно было постоянно
оглядываться, конец паранойе и недоверию. От всего этого ее отделял в
данный момент толстый слой атмосферы, большой кусок синего неба. "Небесная
канцелярия" - сразу пришла на ум не совсем уместная ассоциация. Ощущение
мира и блаженства разлилось по всему телу, Эльза чувствовала себя словно в
огромной теплой ванне. По воде плавали большие резиновые детские игрушки -
разноцветные утки, зайцы, вовсе не существующие зверюшки. И надо всем этим
парило огромное облако в виде весьма аппетитного торта, порезанного на
куски. Эльза потянулась было за одним, но тут одна из зверюшек-игрушек, с
клювом и шестью лапами, медленно подплыла к Эльзе и сказала очень противным
голосом: "Сколько можно жрать? Уже и так в двери не пролазишь!" Эльза и в
самом деле почувствовала, как ее тело стремительно расползается по всей
огромной ванне, вытесняя воду. Ощущение покоя покидало ее со скоростью
джипа, на котором унесся Николас. Она открыла глаза.
Оказалось, что слова о еде мерзким голосом произносила женщина,
сидевшая впереди. Она увещевала своего и впрямь бегемотообразного муженька
воздержаться от очередной порции. По салону разносился очень аппетитный
запах пищи: стюардессы разносили обед. Эльза вдруг поняла, что если прямо
сейчас она чего-нибудь не съест, то сразу умрет, вот здесь, в мягком
удобном кресле, пролетая над глубоким океаном на высоте десяти тысяч
километров. "Вот будет обидно", - мелькнула в голове очередная идиотская
мысль. Но, слава небесам, перед ней уже стояла кукольно улыбающаяся
стюардесса, протягивая столовые приборы.
Эльзе было даже неудобно, что она так быстро все съела. Но стоило ей
оглянуться на своих спутников, как она обнаружила, что и Лена, и Гордеев,
как и она, пару минут назад дремавшие, тоже сидят, несколько смущенные, над
вмиг опустошенными тарелками. Не сговариваясь, все трое переглянулись и
весело захохотали. Супружеская пара, сидевшая впереди, оглянулась.
Недовольное лицо женщины оказалось еще противнее ее голоса, а ее
бедняга-муж позволил себе слабо улыбнуться, почти сразу же, впрочем, стерев
улыбку с физиономии.
Разговаривать никого не тянуло. После всего происшедшего болтать о
погоде или прочих пустяках казалось бессмысленным. А обсуждать происшедшее
не хотелось тем более. Даже вспоминать об этом желания не возникало ни
малейшего.
- Кажется, Лена уснула, - через какое-то время вывел Эльзу из
задумчивости тихий, почти неслышный голос Гордеева. - Нам надо поговорить.
Чем раньше, тем лучше. Неизвестно, когда в следующий раз нам доведется
разговаривать без свидетелей. Не хочу тебя пугать, но всякое еще может
случиться.
...Закладка в соц.сетях
