Жанр: Электронное издание
wishknow
...пела сложить белье аккуратной стопочкой, когда за моей спиной послышался
шорох, именно шорох, не стук, не грохот, но в
тишине квартиры он почему-то звучал угрожающе. Я вдруг испугалась, медленно
повернула голову и тут на шее у меня
оказался шнурок. Я схватила его рукой, но он стремительно сдавливал мне шею, я
хотела закричать и не смогла, а освободиться
или хотя бы повернуться, чтобы увидеть кто там за моей спиной, тем более: силы
были неравные. Я только слышала, как
человек дышит, тяжело, с хрипом и вдруг подумала: "Зря я прогнала Стаса, похоже
это мое последнее невезение".
Совершенно неожиданно все кончилось, то есть некто отпустил шнурок, а я
повалилась на пол, хватая ртом воздух. Все мои
мысли и чувства были сосредоточены на одном: дышать. Так что происходящее меня
вовсе не занимало до той поры, пока я не
смогла отдышаться, а когда смогла, чувства ко мне вернулись и я с изумлением
обнаружила рядом с собой здоровяка Васю. Он
стоял на коленях и точно заведенный повторял:
- Живая?
Только я собралась заорать во все горло и замахнулась на него, с намерением
подороже продать свою жизнь, как заметила,
что рядом лежит еще один тип. Лежит и вроде не дышит, на голове дурацкая шапка с
прорезями, закрывающая лицо, а в руке
удавка, то есть шнурок. Тут я сообразила, что Вася вовсе не убийца, он спаситель
и с громким воплем бросилась ему на шею:
- Вася...
Вася совершенно обалдел от такой реакции, хотя и до той поры особо шустрым
не выглядел, похлопал ресницами, погладил
мое плечо и задал совершенно идиотский вопрос:
- Это кто?
- Кто? - озадачилась я и мы дружно взглянули на парня. Я подползла к нему и
стянула с поверженного врага шапку, то есть
не совсем стянула, для этого пришлось бы приподнять его голову, а прикасаться к
нему мне не хотелось. Точнее будет сказать,
я заглянула под маску и увидела парня с "Хонды". Признаться, я даже не особо
удивилась, хотя удивляться было чему: меня
вознамерился убить человек, которого я трижды в своей жизни случайно встретила.
Однако я уже успела записать его в злодеи
и оттого только чертыхнулась, а потом началось такое, что у меня вовсе не
осталось времени размышлять и анализировать.
Сначала мы услышали шорох и я собралась заорать на сей раз не дожидаясь, когда
мне на шею накинут удавку, у меня теперь
на всю оставшуюся жизнь стойкая реакция на все подозрительные шорохи, а шорохи
все, в принципе, подозрительные; итак, я
собралась орать, а Вася приподнялся, но тут же осел, а затем и рухнул вследствие
того, что на голову ему обрушился
здоровенный кулак. Кулак был не сам по себе, хотя и это в тот момент меня вряд
ли бы удивило, он принадлежал Севрюгину,
каковой и предстал моим очам лишь только я смогла повернуть голову. В тот же миг
я отчаянно заголосила, потому что знать
не знала, что меня ожидает.
- Замолкни, - прорычал Севрюгин и здоровенной лапищей зажал мне рот, но так
как лапища была прямо-таки невероятной
ширины, вместе со ртом досталось и носу, доступ воздуха прекратился и я начала
отбиваться, даже попыталась укусить
обидчика. - Да замолкни ты, - в сердцах повторил он, но руку не опустил и
сопротивления я не прекратила.
Вдруг он ни с того ни с сего повалился на меня, отяжелев и обмякнув, а я
получила возможность орать, потому что руку он
убрал и я не преминула этим воспользоваться. Если бы Севрюгин рухнул на меня, то
непременно раздавил бы, или нанес
серьезные увечья. К счастью он тюкнулся носом неподалеку от моего плеча, так что
я осталась жива, хоть и чувствовала себя
хуже некуда, а когда увидела Стаса, замершего надо мной с самым разнесчастным
видом и с пистолетом в руках, решила: все,
хватит, зажмурилась и категорически отказывалась приходить в сознание, хотя Стас
сумел извлечь меня из-под Севрюгина,
поднял на руки, покрывая поцелуями мое прекрасное лицо и умоляя вернуться к
нему, то есть вернуться душой в мое
многострадальное тело.
По этой причине он совершенно обезумел и бросился в кухню, разумеется все
еще со мной на руках и для начала задел косяк
моей левой ногой, потом едва не досталось моей голове, но я ее вовремя втянула
ее в плечи и мы благополучно внедрились в
кухню.
Стас положил меня в кресло, я только-только надумала вздохнуть с
облегчением, как этот ненормальный взял да и вылил на
меня стакан воды. Все-таки мужчины сумасшедшие, хоть бы подумал, как я буду
выглядеть... Впрочем, ожидать от такого
типа, что он будет думать... Бог знает, до чего он мог бы еще дойти, оттого я
поторопилась очнуться, открыла глаза и сказала:
- Немедленно дай зеркало.
Он выскочил из кухни и принялся бестолково метаться в холле, в конце концов
снял со стены зеркало и приволок мне. У
меня даже не было сил обозвать его идиотом, хоть он того и заслуживал. Я
посмотрела в зеркало... лицо испуганное, но было в
нем что-то эротичное... Несмотря на старания Стаса, тушь не подвела, выглядела
образцово, потраченных на нее денег не
жалко, но шея... лучше бы мне ее не видеть.
- Это ужасно, - пискнула я.
- Солнышко, - взвыл Стас и от избытка энтузиазма выронил зеркало, оно
грохнулось на пол, но не разбилось, что я
поспешила приравнять к чуду. - Ты жива, - радостно вопил он, заключая меня в
объятия.
- Как-то странно ты реагируешь, - проворчала я. - И что за жизнь с такой
шеей.
- Маня, я сроду не видел ничего прекраснее.
- Ты сумасшедший, - вынесла я вердикт, но ему было на это наплевать, он
бухнулся передо мной на колени, попав одной
ногой в зеркало, и оно под его тушей треснуло. Идиоту и то не надо объяснять,
какая это скверная примета. Меня даже в жар
бросило. - Сумасшедший дом, - сказала я.
- Я тебя люблю, - заявил он в ответ. - Я это только что понял. Я тебя люблю
и хочу жить с тобой долго и счастливо и умереть
в один день.
- Это нечестно, - вздохнула я. - Пользоваться моей беззащитностью... И я не
планирую умирать, по крайней мере, в
ближайшее время.
- Маня, мы умрем не скоро, главное чтобы быть вместе, потому что я
совершенно не мыслю жизни без тебя. Ответь
немедленно, ты меня любишь?
- Я себя плохо чувствую. Посмотри на мою шею, мне тяжело говорить.
- Тогда кивни в знак согласия. Один твой кивок и судьба моя решится. А если
нет, я завтра уезжаю на Кавказ.
- Хорошо быть двухметровым придурком с пудовыми кулаками, - порадовалась я
чужому везению. - Можно вдоволь
насмехаться над людьми, зная, что не получишь по физиономии.
- Это меня с перепугу разбирает, - признался Стас и уткнулся лицом в мои
колени. - Маня, солнышко мое, знала бы ты как я
испугался.
- Я тоже, - кивнула я и заревела, скорее от обиды, потому что Стас хоть и
валял дурака по обыкновению, но девушке всегда
приятно слышать добрые слова и я почти поверила. - Ты меня не любишь, - пискнула
я.
- Люблю.
- Ты болтун и бабник.
- В прошлом.
- Врешь...
В разгар полемики вдруг кто-то кашлянул, мы дружно повернулись и увидели
спутника Севрюгина Богдана Семеновича. Он
стыдливо прикрыл здоровенный синяк в районе правого глаза и со свойственной ему
деликатностью спросил:
- Простите, я не помешал?
- Убить бы тебя, - ответил Стас. - Она почти сказала "да".
При слове "убить" тот поперхнулся, а я рявкнула:
- Что происходит? - Вопрос поначалу относился к неожиданному появлению
адвоката, но тут я вспомнила о недавних
событиях и охнула:
- Да меня же чуть не задушили.
- Точно, - согласился Стас, вскочил и кинулся вон из кухни, а Боня бросился
к нему на грудь (со стороны это выглядело
именно так), бросился и завопил:
- Станислав Геннадьевич, прежде чем вы совершите непоправимое, я хочу
сделать заявление. Я и мой клиент пришли сюда с
целью оказать всяческое содействие, беспокоясь за жизнь и здоровье Марьи
Анатольевны. Куда вы так спешите, молодой
человек? - совсем другим тоном спросил он.
- Вызвать милицию, - ответил Стас.
- А вот торопиться не надо, - перешел Боня на ласковый скулеж. - Не надо
торопиться, зачем нам милиция? Мы
интеллигентные люди, неужели не сможем договориться?
- О чем? - рявкнул Стас, теряя терпение, еще минуту и физиономию Бони
украсил бы очередной синяк, но хитрец,
почувствовав это, убрал руки с груди Стаса и заговорил спокойно и по-деловому,
причем оба продолжали топтаться в кухне в
опасной близости от зеркала.
- Мы появились здесь с целью предупредить Марью Анатольевну о грозящей ей
опасности. В течение нескольких дней мы
не могли застать ее дома и оттого порадовались, когда сегодня... я буду краток.
Мы пришли, обнаружили входную дверь
открытой, это нас насторожило, мы несколько раз позвали Марью Анатольевну и
вдруг услышали крик. Разумеется, бросились
на помощь. В комнате мы застали ужасающую картину: двое бандитов, один из
которых был в маске, напали на нашу
уважаемую Марью Анатольевну, к которой мой клиент испытывает отцовские чувства,
что совершенно неудивительно,
памятуя давнюю дружбу с покойным родителем госпожи Смородины. Мой клиент
бросился к ней на помощь, а я тем
временем решил вызвать милицию, но тут появились вы. - В этом месте Боня
коснулся рукой подбитого глаза и взглянул
осуждающе. - Я понимаю ваше состояние, молодой человек, любовь - святое чувство,
но вы нанесли вред здоровью моего
клиента, он до сих пор в отключке, не усугубляйте это дополнительными
неприятностями. Встреча с милицией совершенно
излишня, тем более, что мой клиент действовал в интересах вашей возлюбленной.
Это даже она не сможет отрицать.
- Он сказал "замолкни", - наябедничала я. - И стукнул Васю. А Вася меня
спас. Не верю я вашему Севрюгину. Вы папин
гроб стащили.
- Что она говорит? - ахнул Боня, всплеснув руками. - Маниакальный бред,
последствие пережитого стресса.
- Ничего подобного, - начала я. Тут в глубине квартиры что-то громыхнуло,
потом раздался топот и мимо с невероятной
скоростью промчался Севрюгин, точно разъяренный бизон, хлопнула дверь и стало
тихо. Боня осторожно и попятился к двери.
- Стой, куда, - взвизгнула я, вскочила, угодила ногой в зеркало и заорала, Стас
вместо того, чтобы броситься к Боне, бросился
ко мне, в результате тот смылся. - Нет, это никогда не кончится, - разглядывая
свою ногу, пожаловалась я, осколком зеркала
мне была нанесена травма, жить буду, но с порезом на лодыжке нога лучше
выглядеть не стала, Стас прикладывал к ней
носовой платок, пытаясь остановить кровь, целовал мне коленки и так увлекся, что
когда я рявкнула:
- Да вызывай же, наконец милицию, - не сразу уразумел, зачем это делать. -
Так все враги разбегутся, - скорбно заметила я.
Наконец он вспомнил, что у него в кармане сотовый и позвонил, разговор
занял довольно много времени, стражи закона все
чего-то уточняли, а Стас особым терпением не отличался. Дал отбой, с облегчением
вздохнул и заметил:
- Ну, деятели... ничего, главное, мы поймали убийцу.
- Да, - обрадовалась я, - Ритке больше незачем прятаться. Пойдем на него
посмотрим, - предложила я.
- Пойдем. - И, взявшись за руки, мы пошли в Риткину комнату. Одинокий Вася
сидел на полу и с немым изумлением
оглядывался по сторонам.
- Вася, - чувствуя, как теряю почву под ногами, позвала я, - где он?
- Кто?
- Убийца.
- Не знаю. Скажи лучше, что за гнида мне по башке дала? - С этими словами
он свирепо уставился на Стаса, тот стоял,
тараща глаза в пустоту, а я заревела.
- Он сбежал, - пожаловалась я. - Он был у нас в руках и сбежал.
Было от чего впасть в отчаяние. Словом, когда появилась милиция в
подтверждение своего рассказа мы могли предъявить
лишь разнесчастного Васю, шнурок, брошенный убийцей, ну и мою шею, конечно.
Шея закон не впечатлила, а Васе впопыхах надели наручники и едва не
поколотили. Пришлось вступиться за него и
рассказать, как геройски он действовал. В милиции нас продержали до трех ночи.
Толк от этого все же был: я сумела посеять в
следователе зерно сомнения в виновности Ритки, чистосердечно рассказав о
неизвестном, с которым трижды встречалась до
этого. Правда ментам я сказала дважды, по настоятельной рекомендации Стаса
промолчав о его связи со Славкой (в том, что
связь была, я теперь совершенно не сомневалась). Рассказ мой выглядел так:
впервые я встретила парня во время дождя в
подъезде (адрес прилагался), а затем в компании Севки. Я поведала о подозрениях
в адрес этого типа и наших попытках его
обнаружить. То, что мой убийца жил под чужим именем, закон впечатлило. Я раз
пять описала парня, мы составили словесный
портрет, потом я пересмотрела фотографии (не меньше сотни и без всякой пользы),
когда меня отпустили я была от усталости
близка к кончине .Возле дверей меня ждал Стас и выглядел не лучше. Больше всего
на свете хотелось спать, о чем я и заявила,
и уж чего мне точно не хотелось, так это что-то обсуждать, но Стас, несмотря на
усталость, склонен был поговорить, что меня
неприятно удивило.
- Ты его узнала? - спросил он, хотя мог и не спрашивать раз мы все это
успели обсудить.
- Узнала, - кивнула я.
- И это точно он? Парень, которого ты видела с Севкой?
- Конечно, он.
- А Вася его видел?
- Вася? - Вопрос поставил меня в тупик. - Он был рядом, а видел или нет, не
скажу. Надо у него спросить. И вообще, я хочу
спать, - сурово заключила я, пресекая всякие попытки заставить меня мыслить в
столь неурочное время.
В окнах квартиры Стаса свет не горел по причине конспирации. Я подумала,
может Ритка спит себе спокойно и вроде бы
даже позавидовала ей, но потом решила, что радоваться мачехе рано, убийца еще не
найден. Не успели мы закрыть за собой
дверь, как Ритка выглянула из комнаты и зашипела:
- Вы что, с ума сошли? Где вас носит? Смерти моей хотите?
Я глухо застонала, потому что поняла: предстоит допрос похуже, чем в
милиции. Смирившись с неизбежным, я коротко, но
доходчиво поведала Ритке о недавних событиях. Стас, между тем, устремился на
кухню и Ритка метнулась следом. Слушая
меня, приоткрыв рот и без конца повторяя "о, Господи...", она молниеносно
разогрела ужин, сервировала стол и даже
машинально погладила Стаса по голове, пробормотав:
- Кушай, дорогой. - Что тот и сделал, причем с аппетитом. Странный все-таки
народ мужчины, у меня бы кусок в горле
застрял, а Стас наворачивает за обе щеки как ни в чем не бывало и это в четыре
часа утра.
- Ты умрешь от обжорства, - съязвила я, закончив рассказ. Стас
страдальчески сморщился, а Ритка гневно нахмурилась.
- Еще чего, у мужчины должен быть хороший аппетит. Когда мужчина мало ест,
мозг его занят всякими глупостями, такие
типы по-настоящему опасны. Сытый человек ерундой не занимается. А ты почему не
ужинаешь? - набросилась она на меня и
тут же заревела. - Маня, страшно подумать, что бы произошло, если б не Стас.
- Меня спас Вася, - напомнила я.
- А кто тебя спас от Васи?
- Севрюгин.
- Хорошо, а кто тебя спас от Севрюгина? Жертвовать собственной жизнью...
Я только рукой махнула, наблюдая, как Стас просиял при этих словах, может
это игра света, но ей-Богу, вокруг его лба вроде
что-то светилось, наподобие нимба, хотя в тот момент Стас скорее напоминал кота:
сытого, довольного и весьма упитанного.
- А как ты оказался в квартире? - неожиданно спросила я. Неожиданно, потому
что ранее данный вопрос просто не приходил
мне в голову.
- Я почувствовал, что ты нуждаешься в помощи, - с чувством сообщил он. -
Нас связывают невидимые нити, сердце с
сердцем, душу с душой.
- Молоть языком в четыре утра не каждый может, - восхитилась я, - ты
достоин книги рекордов Гиннеса. Стас погрустнел, а
нимб вокруг его головы потух.
- На самом деле у меня было предчувствие, - серьезно сообщил он. - Тебе не
понять. Такое бывает, если любишь кого-то понастоящему.
Не успел я отъехать от дома, как начал беспокоиться. Еще эти
телефонные звонки. Мне они показались
подозрительными. Чем дальше я удалялся от дома, тем беспокойнее мне становилось
и я, в конце концов, решил вернуться, а
чтобы ты не злилась, намеревался сказать, что забыл свой телефон. Дверь была не
заперта и это меня здорово разозлило, ведь я
просил тебя быть поосторожнее. Вхожу и вижу какого-то хмыря, которого знать не
знаю, зато он похоже знаком со мной.
Здравствуйте, говорит, Станислав Геннадьевич, ну я ему в глаз на всякий случай,
он затих на полу, а я в комнату, ты как раз
вскрикнула...
- Откуда у тебя пистолет? - сурово спросила я.
- Так он газовый. Между прочим, зарегистрирован. И не надо так смотреть. Я
перед законом совершенно чист, сначала
менты придолбались, теперь ты...
- Это любовь, - заявила Ритка не к месту и вновь погладила Стаса по голове.
- Только когда мужчина любит по-настоящему
он...
- Заткнись, - попросила я.
- Не смей со мной так разговаривать, - возмутилась Ритка. - Я тебе почти
что мать. И я получше тебя знаю. Тебе надо выйти
замуж. Немедленно.
- О, Господи, - простонала я и пошла с кухни.
- Слушай, что мама говорит, - заорал вдогонку Стас. - Мама плохого не
посоветует.
Я с трудом разделась и встала под горячий душ. Если бы я могла спать стоя,
то наверное бы уснула. Любое движение мне
давалось с трудом, поэтому я просто завернулась в полотенце и прошлепала в
комнату, где спала накануне. Кровать была
заправлена.
- Рита, - позвала я в отчаянии, плюхаясь в кресло. И уснула. А проснулась
оттого, что включился телевизор, повернула
голову и обнаружила рядом с собой Стаса. Он спал как младенец, а на телевизор не
реагировал. - Какая гнусность, покачала я
головой и выключила телевизор. Полотенце валялось в моих ногах, а я лежала в
костюме Евы. Возмущение переполняло меня
и я вновь повторила:
- Какая гнусность.
Тут в дверь постучали и Риткин голос позвал:
- Стасик, ты просил разбудить тебя. Уже девять утра.
- Боже, - простонал Стас, повернулся и увидел меня. - Маня, - сказал он с
удивлением, плавно переходящим в восторг с
намеком на неземное блаженство.
- Что? - спросила я.
- Это ты.
- В общем, да. Хотелось бы знать, как я здесь очутилась?
- В моей спальне? - Спальная в самом деле была его.
- Вот именно.
- Извини, я крепко спал и ничего по этому поводу сообщить не могу.
- Ты хочешь сказать, что я сама пришла сюда?
Он подумал и спросил серьезно:
- А как еще?
- Убила бы тебя. - Наверное я в самом деле запросто могла огреть его чемнибудь
тяжелым, да вот беда, ничего подходящего
под рукой не оказалось.
- На самом деле все очень просто, - проникновенно заговорил он. - Ты была
напугана и вполне естественно искала
поддержки и опоры...
- Я заснула в кресле.
- Я сам спал как убитый.
- Это было очень глупо, - не обращая внимания на его слова, заметила я. -
Что ты выиграл от этого? - Отвечать он не стал,
улыбнулся и поцеловал меня .
Вполне дружески, но я его братским поцелуям не очень-то верила. Так и
вышло, в течение ближайших пяти минут они
претерпели значительную трансформацию, а я, улучив момент, напомнила:
- Тебе пора на работу.
Вот тут бы самое время прекратить все это, но я увлеклась. Конечно, это
было неразумно, но бросаться к двери или звать на
помощь Ритку мне совершенно не хотелось. Правда, через некий временной
промежуток Ритка сама напомнила о своем
существовании, грохнула в дверь и сообщила:
- 12 часов 05 минут. Если вы собрались валяться в постели до обеда, какого
черта я вскочила ни свет ни заря? Вам кофе в
постель или все-таки выйдете?
- Выйдем, - пискнула я в ответ и повернулась к Стасу. - Ты собираешься на
свою работу? Тебе там что-то подписывать.
Он презрительно отмахнулся, а я, между тем, испытывала двойственные
чувства, с одной стороны приятно, что твое
общество безоговорочно предпочитают важным делам, с другой стороны, туфли мы
купили, но это ведь не предел моих
мечтаний, а мечты, как известно, стоят денег и чем отлеживать бока... Одним
словом, мужчина должен как-то сочетать все это,
он не имеет права быть эгоистом, надо думать о ближнем и сделать в жизни что-то
существенное для общей пользы, его и
моей. Но мудрые мысли как по-волшебству покинули меня и не посещали до тех пор,
пока Ритка вновь не забарабанила в
дверь.
- Стас, пятый раз с работы звонят, я не знаю, что врать. Там сидит какой-то
хмырь и твоя секретарша утверждает, что
больше чем на полчаса ей его не задержать. Контракт накроется, это она так
говорит, а не я. Что ты вытворяешь?
Люди доверили тебе свою судьбу, а ты как мальчишка... Я разочарована, не о
таком муже я мечтала для своей Мани. Ты
меня слышишь? Манька никуда не денется, а ты бабок лишишься, придурок.
Забегая вперед, скажу, что контракта мы не лишились, секретарша себя явно
не дооценила, хмырь дождался Стаса, хотя тот
явился ближе к пяти, потому что Ритка своими воплями только все испортила. Если
бы после ее слов о том, что я никуда не
денусь, Стас спешно натянул штаны и бросился в офис, я бы ни за что не поверила,
что он меня любит. Не поверила бы и все.
Хотя наплевательское отношение к работе тоже никуда не годилось. В первом случае
я сочла бы его обманщиком, во втором,
дураком. Хитрющий Стас понимал это не хуже меня и предпочел быть дураком. Скажу
честно, я это оценила. И завязывая ему
галстук (этому меня научил папа в свободное от основной деятельности время,
приговаривая "жена, умеющая завязать галстук
- бесценное сокровище"), так вот, старательно затягивая узел на его шее, я с
чувством сказала:
- Я тебя люблю.
Мы были счастливы. Абсолютно. Ровно двенадцать минут. Через двенадцать
минут, когда Стас на ходу пил кофе, зазвонил
телефон. Я схватила его мобильный, чтобы дать человеку возможность сделать
последний глоток и женский голос, противнее
которого я сроду ничего не слышала, осведомился:
- Дорогой, это ты?
- Дорогой, это тебя, - сообщила я, сунув ему телефон и широко улыбнулась.
- Привет, - отозвался он с видом мученика. - Нормально... Слушай, не звони
мне больше, дело в том, что я женился... вот
прямо сейчас.
Он был очень доволен собой, а я почувствовала себя идиоткой. Поверить
такому типу... еще и в любви ему призналась.
- Видеть тебя не хочу, - заявила я, поспешно удаляясь.
- Маня, - завопил он, бросаясь вдогонку.
- Сумасшедший дом, - верещала Ритка. - Ты уедешь на работу или мне весь
день кофе заваривать? Я целую банку извела.
Я неслась, натыкаясь на различные предметы домашней обстановки, с одной
мыслью: не дать себя поймать. С разбегу
влетела в комнату, заперла дверь и отдышалась. Стас резвился с той стороны,
стучал, взывал и даже пробовал пустить слезу.
- Маня, выйди оттуда, - повторял он, - ты не можешь сидеть в гардеробной.
Тебе там совершенно нечего делать. Делать здесь действительно было нечего.
Я бросила на пол пяток костюмов и с тайным
злорадством улеглась на них закинула ногу на ногу и заткнула уши. Вопли за
дверью стихли, но выходить я не спешила, зная
человеческое коварство.
По большому счету именно Стасу, с его неуемной тягой к женскому обществу,
мне стоило сказать "спасибо", потому что
лишь благодаря временному заточению и, как следствие, безделью, я дала себе труд
поразмыслить над событиями последних
дней и внезапно обнаружила нечто такое, на что давно бы обратила внимание, не
отвлекай меня личности вроде Стаса всякими
пустяками.
Через два часа я поздравила себя с умением рассуждать здраво, логично и
основательно. Ниро Вульф шевелил губами, когда
вычислял убийцу, а я лежала на костюмах по полторы тысячи баксов (о вкусах не
спорят), главное, я ощутила родство с
великим сыщиком, потому что теперь твердо знала: кто, кого и по какой причине
убил. Правда, кое-что требовало уточнения,
но в общем и целом я осталась собой довольна, взглянула на часы, бодро поднялась
и пошла к двери, распахнула ее и
убедилась, что в доме царит тишина. Ритка сидела в кухне и разгадывала
кроссворд. При моем появлении она подняла голову и
недовольно сказала:
- Еле выпихнула его на работу. Он так жалобно скулил под дверью... как у
тебя только мозги не опухли от его стонов.
- Я заткнула уши.
- Маня, ты идиотка. Будешь так себя вести, никогда не выйдешь замуж. А мы в
этом остро нуждаемся.
- Я не собираюсь выходить замуж за этого типа.
- Уверяю, он далеко не худший вариант. И он готов жениться. Если мужчина
готов, мы обязаны идти навстречу.
- Ты говоришь ужасную чепуху, - отмахнулась я.
- Вовсе нет. Ты ничего не понимаешь в жизни, а у меня есть опыт, с этим ты
спорить не будешь. Так вот, я тебя уверяю:
Стас прекрасная партия. Во-первых, он тебя любит, и не ухмыляйся так, любит.
Ведь в конце концов, он просил эту мерзавку
больше не звонить. Во-вторых, у него есть деньги, и дело даже не в квартире,
машине и фирме, о которой ни ты, ни я знать
ничего не знаем, а надо бы... Просто я такие вещи чувствую. И в-третьих, он
готов их потратить на тебя, что особенно ценно.
- Он бабник. Я буду мучиться всю жизнь, если выйду за него замуж.
- Мучаются только дуры. Ты знаешь, наш папа тоже был далек от совершенства,
иногда приносил бюстгальтер в кармане, но
мне и в голову не приходило сердиться, я же знала, - он такой рассеянный. Мы
жили душа в душу Годы, проведенные с твоим
отцом, лучшие из всего, что я могу вспомнить. Мы виделись не часто, но это не
мешало нашему счастью. И еще, мне не
хотелось бы напоминать об этом, но если ты начнешь прятаться от Стаса, кто тогда
займется расследованием убийства?
- Я как раз работаю над этим, - заверила я и пошла за своей сумкой, где
должна была храниться бумажка с номером
телефона, оставленная мне Васей. Она нашлась, я придвинула телефон и набрала
номер. Голос Васи звучал печально.
- Вася, - позвала я, - это Маня. Тебя уже отпустили?
- Утром. Спасибо, что растолковала этим психам, что к чему, не то бы
непременно запихнули меня в каталажку.
- Вася, а как ты в квартире оказался?
- Ну... ты так неожиданно исчезла... мы подумали, может вспомнила чего и на
всякий случай приглядывали за квартирой,
ждали, когда ты появишься. Ты появилась, а когда твой парень уехал, я решил, что
самое время с тобой потолковать. Захожу, а
там... как же мы его упустили, - сокрушенно закончил он.
- Ты его лицо видел?
- Нет. Если б знать, что по башке получу... первым бы делом...
- Вася, давай встретимся, - предложила я. Пауза. Я уже хотела повторить, но
он ответил:
- Я вообще-то жениться собрался в следующую субботу, но...
- Я совершенно по д
...Закладка в соц.сетях
