Жанр: Электронное издание
hatson2
...е пациентки. Сью не знала, что заставляет ее больше
нервничать - сама предстоящая процедура или гнетущее сомнение в успехе попытки.
Откидывая прядь волос с лица, она заметила, что рука ее дрожит. С ней хотел пойти
Хэкет, но она убедила его, что прекрасно справится и сама. Она доверяла доктору
Кёртису и чувствовала себя в его руках защищенной.
"Я жду вашего визита".
Дверь кабинета отворилась, и секретарша пригласила ее войти. Сейчас кабинет
выглядел совсем иначе, чем в предыдущие визиты. Наверное, это потому, что в ней не
было Кёртиса. Сью смотрела на дверь, ведущую из кабинета, слыша приближающиеся
шаги. Через секунду вошел доктор. Поверх его костюма был наброшен халат - только
это в его облике и говорило о предстоящей операции. Он приветливо поздоровался со
Сью и пригласил следовать за собой, указав жестом на дверь, через которую он только
что появился сам.
Она вела на лестничную площадку, с которой видно было обширное подвальное
помещение. Его ослепительно белые стены сверкали. В центре стояла кушетка,
покрытая белой простыней, рядом с ней каталка, демонстрировавшая набор
сверкающих хирургических инструментов.
У Сью перехватило горло, когда она увидела их. Посмотрела на Кёртиса с
некоторым волнением, но он ободряюще улыбнулся и повел ее вниз.
В операционной оказалось неожиданно тепло, слышалось монотонное гудение;
Сью предположила, что это работает генератор. Но проверить свою догадку она не
могла, так как кушетку закрывали ширмы.
- Как вы себя чувствуете? - поинтересовался Кёртис, улыбаясь.
И Сью в который раз попала в плен его глаз. Ей казалось, что она погружается в
них. И плывет.
- Немного нервничаю, - призналась она.
- Тогда чем скорее начнем, тем лучше, - сказал доктор. - Вам не холодно? Я
хочу, чтобы вы себя чувствовали уютно. Сама процедура займет не больше пяти
минут. - Он мягко коснулся ее руки. - И я уверен, вы сочтете ее стоящей,
необходимой.
Она улыбнулась и заметно расслабилась после его прикосновения.
- Прошу вас, разденьтесь, - тихо проговорил он.
Она почти непроизвольно кивнула. Слова были произнесены медленно, почти
нежно. Слова любовника, а не врача. Он протянул ей белый халат, лежавший на одной
из каталок, и она положила его на кушетку. Потом принялась расстегивать блузку,
поглядывая на Кёртиса и удивляясь тому, что вовсе не испытывает смущения.
Пока она снимала блузку, Кёртис повернулся к ней спиной. Он склонился над
каталкой, изучая многочисленные шприцы, которые были разложены по порядку - от
большего к меньшему. Самый большой из них был восьми дюймов в длину, самый
маленький - размером с указательный палец.
- Ваш муж по-прежнему против моего лечения? - поинтересовался Кёртис, не
оборачиваясь.
- Он не против, - ответила Сью, расстегивая лифчик. - Он просто беспокоится,
потому что не знает всех подробностей.
- Я рассказал ему все, что мог.
- Я знаю.
- А вас незнание не беспокоит? - спросил Кёртис, поворачиваясь к ней лицом.
Сью стояла перед ним обнаженная по пояс и не делала попытки прикрыться.
Наоборот, она смотрела ему в глаза, почти желая, чтобы он поглядел на ее груди с
затвердевшими сосками.
- Я хочу ребенка, - прошептала она, снимая туфли. - И мне не важно, что для
этого потребуется. - Говоря это, она расстегнула джинсы, спустила их вниз,
демонстрируя стройные бедра, и осталась стоять перед ним в одних трусах.
Генератор продолжал гудеть, и этот низкий звук был под стать углубляющемуся
дыханию Сью.
Кёртис на секунду отвернулся, и она ощутила пробежавшую вдоль позвоночника
дрожь растущего возбуждения, которое продолжало распространяться по всему телу.
Снимая трусы, она почувствовала между ног влагу.
Полностью обнаженная, она опустилась на кушетку.
Дыхание ее участилось, грудь вздымалась почти с ожиданием.
- Располагайтесь на краю кушетки и раздвиньте ноги, - сказал Кёртис, мягко
положив ей руку на бедро, чтобы помочь ей в этом простом движении.
Когда он приблизил лицо к нижней части ее тела, он смог уловить мускусный
запах ее пота. Она немного поерзала, слегка вращая бедрами, и попыталась затаить
дыхание.
- Я собираюсь сделать вам местную анестезию, - спокойно сообщил он. -
Просто расслабьтесь.
Она позволила ногам шире разойтись в стороны, приглашая его придвинуться еще
ближе. Сью смотрела в потолок и не видела, как Кёртис взял небольшой шприц.
С необычайной осторожностью он раздвинул ее внешние половые губы, уже
набухшие и покрасневшие, увлажнившиеся смазкой. Они раскрылись, словно
лепестки цветка, и он увидел, как сокращаются мышцы ее живота, когда он поднес
иглу к ее влагалищу.
Стальная игла легко вошла в распухшую плоть, и Сью сделала глубокий вдох,
ощутив укол, и задержала дыхание, выжидая, пока содержимое шприца вольется в нее.
Затем он осторожно вынул поблескивавшую иглу и положил шприц на каталку.
- Вы можете почувствовать легкое опьянение, - сообщил он Сью. - Если так,
то позвольте себе заснуть. Беспокоиться не о чем.
Она улыбнулась.
- Я знаю, - прошептала она, прикрывая глаза в ожидании следующего, более
глубокого проникновения.
- Сейчас, - выдохнул Кёртис и поднес самый большой шприц к ее
увлажнившейся половой щели, ввел иглу внутрь, пока не ощутил, как она воткнулась в
губчатую ткань матки. Сью слегка выгнула спину, когда почувствовала, что шприц
глубоко проникает в ее детородный орган, и ощутила, как в нее изливается жидкость,
тепло разливалось от бедер по всему животу. Соски до того напряглись, что даже
заболели, и она потерла набрякшую грудь, подавив возбужденный вздох.
Кёртис оставался все в том же положении - между ее ног, он выдавливал
последние капли из объемистой тубы шприца и наконец осторожным движением
вытащил иглу.
Сью испустила глубокий вздох, глаза ее закрылись.
Кёртис посмотрел на нее и улыбнулся.
- Готово, - сообщил он, наблюдая, как лицо ее расплывается в улыбке. Он взял
халат и заботливо прикрыл ее наготу. - Немного отдохните, - сказал доктор и
постоял над ней некоторое время, пока не увидел, что она засыпает. Потом он снял
резиновые перчатки, бросил их в урну и вымыл руки в раковине в углу комнаты. Все!
Он стоял спиной к двери, когда она открылась, - и лишь услышал шаги за
спиной, направлявшиеся к кушетке.
К Сью.
Он обернулся и увидел, как над ней склонилась фигура. Они обменялись
взглядами, и Кёртис слегка кивнул, молчаливо давая согласие на то, чего желал
другой: немой ответ на незаданный вопрос. Вошедший сдернул халат со Сью и стал
изучать ее тело, останавливая взгляд на ее полных округлых грудях, на плоском
животе, на маленьком треугольничке светлых волос между ног. Ног, по-прежнему
слегка разведенных в стороны.
Кёртис, вытирая руки, присоединился к вновь пришедшему, продолжавшему с
одобрением разглядывать тело Сью.
- Теперь недолго, - тихо сказал Кёртис.
Вошедший кивнул.
Глава 68
- Уже в десятый раз вы смотрите на часы, а мы не пробыли здесь и десяти минут,
- улыбаясь, заметила Джо Милтон.
Хэкет пожал плечами и засунул руки в карманы, продолжая шагать рядом с ней.
- Обещаю больше не смотреть, - с улыбкой сказал он.
Вокруг них играли дети - кричали, спорили, смеялись, а иногда и дрались, и все
это смешивалось в непрерывную какофонию. "Перемена - двадцать минут, за
которые выпускаются наружу накопившиеся во время уроков страсти", - думал
Хэкет, поглядывая на детей.
Справа от него несколько мальчиков били мячом в стену. Слева три-четыре
девочки разглядывали журнал. Одна из них зыркнула на проходившего мимо Хэкета и
улыбнулась. Остальные вразнобой захихикали.
- Похоже, у вас уже нашлись поклонницы, - с ухмылкой заявила Джо.
Хэкет пожал плечами:
- Хватай их, пока молодые, - вот мой девиз. А как насчет вас, Джо? Есть у вас
увлечения?
- Есть ли у меня парень? - Она покачала головой и на ходу отхлебнула чай из
чашки, которую несла в руке. - Ничего серьезного.
Хэкет бросил на нее взгляд и снова, как тогда, в первый раз, поразился ее красоте.
Круглое лицо не казалось полным, а заостренный подбородок делал его черты более
тонкими, что выгодно подчеркивали высокие скулы.
Так все начиналось и с Никки.
Хэкет попытался выбросить эти мысли из головы, но ему это не удавалось. Джо
действительно была на редкость привлекательной. Когда она посмотрела на него, он
поймал себя на том, что заглядывает в ее глаза, стараясь уловить самое характерное
для них выражение.
Манящие глаза?
Он снова играл в эту игру.
Завлекающие глаза?
Он заставил себя оторвать от нее взгляд и оглядел школьный двор, полный
неугомонной детворы.
- Сколько времени вы уже женаты, Джон?
- Пять лет, - ответил он и снова отвел глаза в сторону.
- И счастливы?
- Почему вы спрашиваете?
- По-моему, довольно невинный вопрос, разве нет? - заняла оборонительную
позицию Джо.
"Ну давай, скажи ей, - понуждал его мозг. - Скажи ей, что ты счастлив в браке.
Но что не откажешься, если она захочет".
- Джо, могу я вас спросить кое о чем? Вопрос из области ваших знаний?
Она улыбнулась.
- Звучит устрашающе. О чем же?
- Может ли зародыш развиваться в матке без предварительного прохождения по
фаллопиевой трубе?
- Это что, вопрос на засыпку? - хмыкнула она. - Каким будет следующий? Кто
выиграл кубок футбольной ассоциации в прошлом году?
- Я серьезно. Вы ведь биолог.
- Я преподаю биологию. Это не одно и то же.
- Но это возможно?
- В некоторых случаях искусственного осеменения - да.
- Вы хотите сказать, в случае, если яйцо внедрено непосредственно в матку?
Она кивнула.
- Оно должно быть сначала оплодотворено? - допытывался он. - Я имею в
виду, можно ли яйцо поместить в матку, а затем оплодотворить обычным путем?
- Нет, - прямо ответила она. - Существуют определенные питательные
вещества и белки в яичниках и фаллопиевых трубах, которые необходимы для
нормального развития плода. - Она пристально посмотрела на него. - Джон, мне
кажется, что если это проверка на сообразительность, то вы слишком глубоко копаете.
Не время и не место.
- Ну, сделайте мне одолжение, ладно? Что вы скажете о времени развития плода?
Существует ли возможность ускорить процесс? Например, за счет сокращения
периода созревания?
- Ну, теоретически да.
Хэкет взглянул на нее, остановился и схватил ее за локоть.
- Как? - почти выкрикнул он.
Кое-кто из ребят заметил, как учитель схватил за руку учительницу, но спустя
пару мгновений оба они зашагали дальше.
- Каким образом это возможно?
- Рост регулируется железой под названием гипофиз. Замедленный рост
приводит к карликовости, ускоренный - к гигантизму и такой уродливой болезни,
как акромегалия [Акромегалия - непропорциональное увеличение конечностей, лица
и т. п.]. Гипофиз вырабатывает гормоны, регулирующие рост. - Она выглядела
озадаченной. - Я все еще не пойму, к чему вы клоните, Джон.
- Возможно ли изменить период созревания плода при помощи гормонов этого
гипофиза?
- Да. Но никому это еще не удавалось.
Хэкет глубоко втянул в себя воздух, испытывая при этом чуть ли не боль.
- Почему вы спрашиваете? - настаивала Джо.
Хэкет не ответил.
В его ушах звучали слова Кёртиса:
"Это моя разработка, мистер Хэкет. Мое лечение".
Он поддел ногтем краешек струпа на своей руке и медленно оторвал его. Глаза его
неотрывно следили за школьным двором. "Как много детей!" - улыбаясь, думал про
себя Рональд Миллз, прислушиваясь к их гомону и наблюдая за тем, как они носятся
по школьному двору. Миллз прикидывал возраст каждого - от восьми до пятнадцати.
Школьную территорию от дороги отделяла высокая изгородь из бирючины, но
прогуливавшийся вдоль нее Миллз мог легко разглядеть детей сквозь эту преграду.
Мальчишки гоняли мяч, девочки прыгали через скакалку, гонялись друг за
дружкой, а то и просто стояли и болтали.
Миллз остановился, когда ему на глаза попались две девочки лет по девяти. У
одной из них были ослепительно светлые волосы, прямо чистое серебро. Они
доходили до середины спины; разговаривая с подружкой, она время от времени
теребила серебряные пряди рукой. Вторая девочка была потемнее и повыше.
Миллз с улыбкой наблюдал за ними, Ощущая первые признаки возбуждения.
Запустив руку в карман, он потер набрякший пенис.
Через дорогу от школы тянулся ряд домов, аккуратно и одинаково выкрашенных
белой краской. Из окна спальни одного из этих домов за Миллзом наблюдала
женщина.
Он еще немного поглазел на детей, потом обернулся.
И увидел в окне женщину.
Она внутренне похолодела, когда поняла, что он заметил ее. И тут же попыталась
спрятаться за занавеску, а Миллз открыто пялился в окно, как бы бросая ей вызов,
требуя, чтобы она выглянула снова.
Она этого не сделала.
Через несколько мгновений он двинулся дальше, бросив прощальный взгляд на
двух девочек на школьном дворе.
Ему потребовалось меньше пятнадцати минут, чтобы обойти по периметру всю
школьную территорию, после чего он оказался у ворот, с которых начинал свое
наблюдение. Прикурив сигарету, он вновь уставился на школьный двор.
Хэкета он узнал сразу же.
Учитель прогуливался, беседуя с женщиной. Миллз глубоко затянулся дымом и
уставился на Хэкета взглядом хищника, выслеживающего свою добычу.
Он не заметил, сколько времени так простоял, - школьный звонок прервал его
занятие.
Поток детей хлынул к школьным зданиям, водоворот захватил и Хэкета с
женщиной, и через пару мгновений они исчезли из поля его зрения.
Школьный двор опустел.
Миллз докурил сигарету, развернулся и направился к своей машине. Скользнув на
сиденье, он улыбнулся.
Когда он вошел в дом, вокруг царила тишина. Он немного постоял, прислушиваясь
к звукам, но, так ничего и не расслышав, мягко прикрыл за собой дверь и направился в
гостиную.
Сью лежала на диване с закрытыми глазами.
Хэкет с беспокойством посмотрел на нее, тут же подошел к дивану и, став на
колени, осторожно потормошил жену. Сью открыла глаза и улыбнулась.
- С тобой все в порядке? - нежно спросил он.
Она кивнула и села, потирая висок.
- Голова немного болит, - сказала она.
- Ну, как все прошло утром? Я думал, ты позвонишь, когда вернешься домой.
- Я не хотела тебя беспокоить. Ничего особенного не произошло. Все прекрасно.
Я чувствую себя чудесно.
- Сколько это длилось?
- Через два часа я уже вернулась домой. Доктор Кёртис сказал мне, чтобы я
отнеслась к этому проще. Я так и сделала. Взяла и задремала. - Она хотела
подняться. - Пойду поставлю обед.
- Не надо, Сью. Оставь. Просто посиди со мной.
Хэкет встал и направился к бару с напитками. Себе он налил солидную порцию
виски, а Сью - мартини. Устроившись рядом с ней на диване и одной рукой обняв ее
за плечи, он задал вопрос:
- Как же все это происходило?
- Очень просто, как и говорил Кёртис. - Она рассказала. Инъекция.
Последовавший за ней сон. Хэкет внимательно слушал, время от времени потягивая
виски.
- Кёртис еще что-нибудь говорил о природе лечения? Из чего оно состоит?
- Он ведь был у нас и рассказал все, что можно, Джон, - устало проговорила
она.
- Он не сказал нам всего, - возразил Хэкет.
- Ты никогда не успокоишься, я чувствую, - довольно резко произнесла Сью. -
Зачем тебе так много знать? Единственно важная вещь - наш ребенок.
- Мне не хочется, чтобы тебя использовали в качестве подопытного кролика.
- Не будь смешным. Ты говоришь так, будто я его первая пациентка. Мы знаем,
что его лечение успешно.
- Да, но мы не знаем, что это за лечение.
Она с укором покачала головой.
- Я все время об этом думаю. Сегодня я говорил с коллегой-биологом.
- Об этом?! - выпалила Сью. - Но ведь это наше личное дело, Джон.
- Успокойся, Сью. Говорил, не называя имен. Мне просто нужно было выяснить
кое-какие вещи. Думаю, я вправе знать, чем занимается Кёртис. Уточнить некоторые
нюансы лечения. Учитель биологии Джо сказала...
- Она! - прервала Сью. - Вечно находится женщина, не так ли? С женщинами
тебе всегда было проще находить общий язык, Джон. Им легче рассказывать о своих
проблемах, чем мужчине, не так ли?
Он видел, куда она клонит.
- Ее профессия позволила мне получить ответы на интересующие меня вопросы,
- раздраженно сказал он.
- Все-таки учительница - это уже ступенька выше по сравнению с секретаршей,
- ехидно заметила Сью.
- Ради Христа...
- Небольшая беседа, ответы - вопросы... В прошлый раз тоже так начиналось? С
той, прежней?
Хэкет пристально поглядел на Сью, в его взгляде смешались недовольство и все
еще гнетущая его вина. Ему было неприятно, что Сью снова заставляла его
чувствовать эту вину. Он встал и налил себе еще виски.
Не поворачиваясь к ней, спросил:
- Так мы можем поговорить об этом или нет?
- О чем? О том, что сообщила тебе сегодня твоя подружка? Или о нашем
ребенке? Хотя, вижу, что тебя больше занимает ваша милая беседа с дамой.
Хэкет медленно повернулся.
- Я не желаю спорить, Сью. Тем более, что нет причины для спора. Просто хочу,
чтобы ты выслушала то, что я тебе скажу.
Она глубоко вздохнула.
- Давай.
- Лечение Кёртиса, судя по тому, что он нам сказал, включает в себя введение
препарата роста. Он говорил, что зародыш будет развиваться быстрее, чем обычно.
Думаю, теперь я знаю, что он делает, что он применяет.
Сью смотрела на него с отсутствующим выражением лица.
- Препарат, скорее всего, содержит секреции гипофиза, которые стимулируют
рост.
- И что, если даже так? - безразличным тоном спросила она.
- Это отразится на ребенке. Если доза выбрана неверно, ребенок может
получиться слишком маленьким, возможно, с физическими отклонениями.
- И это тебе поведала твоя подружка, да? - довольно ядовито поинтересовалась
Сью.
- Я просил ее высказать свое мнение.
- Мне все равно, Джон. Я знаю, на что иду. Мы оба знаем. Ты серьезно думаешь,
что такой опытный врач, как Кёртис, может дать мне неверную дозу? Он ведь говорил,
что лечил многих других женщин. Это ведь не какой-нибудь чокнутый ученыйпроходимец
из дурацкого фильма ужасов, он квалифицированный врач, и мне
наплевать, что говорит твоя приятельница. Я готова доверить Кёртису свою жизнь. И
жизнь нашего ребенка.
- Просто попытайся понять мою точку зрения, - попросил он. - Я люблю тебя.
Ты - все, что у меня осталось после смерти Лизы. Я не хочу потерять и тебя.
Сью поднялась с дивана и направилась в прихожую.
- Если не хочешь меня терять, не стой у меня на пути. Позволь мне родить этого
ребенка.
Он услышал ее шаги, когда она поднималась по лестнице. Хэкет постоял немного,
затем добавил себе еще порцию виски и одним глотком осушил стакан.
Внезапно он почувствовал себя бесконечно одиноким.
Рональд Миллз вынул свой "тридцать восьмой" из-под подушки, отодвинул
защелку и медленно провернул барабан. Потом вернул его на место и убрал револьвер
с глаз долой.
Выходя из гостиницы, он всегда брал его с собой, сунув в карман пиджака. Нож он
носил за поясом. Но сейчас Миллз не собирался покидать "Телец", весь остаток вечера
он проведет здесь, так что оружие оставил под подушкой.
Он подошел к окну, выходящему на главную улицу Хинкстона, и выглянул
наружу. Прохожих почти не было. Десять тридцать вечера. Поздний сеанс в
кинотеатре, расположенном неподалеку, закончился минут пятнадцать назад,
дискотека уже неделю как закрыта, так что улица выглядела пустынной.
Миллз поглядел на телефон рядом с кроватью.
В дверь постучали, и он пошел открывать.
На пороге с подносом в руках стояла Паула Киркхэм.
Она широко улыбнулась, тряхнув копной волос, которые рассыпались у нее по
плечам. Под футболкой отсутствовал бюстгальтер, и Миллз обратил внимание на ее
торчащие соски.
Он сделал шаг в сторону, давая ей возможность отнести поднос с едой на
прикроватный столик.
- Что-нибудь еще? - улыбаясь, спросила она.
- Нет, - сказал Миллз, который стоял у открытой двери, подчеркивая всем
своим видом, что ждет, когда она избавит его от своего присутствия.
Ее это разозлило, но она выскользнула в дверь, зло зыркнув на Миллза. Он
захлопнул дверь и запер ее на ключ.
Паула, оставшись под дверью, прижала к ней ухо. Мужчина, похоже, на нее не
клюнул.
Вот уже пять дней он живет в гостинице, ведет себя исключительно замкнуто, не
общается с другими постояльцами и не обращает внимания на ее нежные авансы. Если
честно, то и не больно надо - уродливый ублюдок.
Но он был один.
Одиночка.
Прекрасный вариант.
Как и тот, до него.
Она попыталась вспомнить его имя. Дженнингс, вот. При воспоминании она
заулыбалась. Тех, которые были до Дженнингса, она уже не могла вспомнить. Их было
так много.
Постояв под дверью еще минутку, она медленно двинулась по коридору к своей
комнате.
Миллз услышал ее удаляющиеся шаги и только тогда обратил внимание на еду,
которую принесла ему девушка. Он принялся за сандвич, но постоянно возвращался
взглядом к телефону. Запихнув остатки еды в рот, он потянулся к телефонной трубке.
Вытащив из кармана пиджака номер, набрал цифры.
Подождал.
- Шевелись, сука! - пробормотал он, слушая длинные гудки.
Наконец трубку сняли. Послышался женский голос. Миллз слушал, затаив
дыхание, лицо его расплылось в улыбке.
- Алло! Алло! Кто говорит?
Он положил трубку на рычаг.
Через пять минут снова набрал номер.
На этот раз подошел Хэкет.
- Кто говорит? - резко спросил учитель.
Миллз сидел на краю кровати, слегка отведя трубку от уха.
- Слышите меня? - проскрежетал голос Хэкета.
Миллз отключился. Хмыкнул, гася улыбку.
Игра почти подошла к концу.
Настал черед Хэкета.
Миллз держал перед глазами нож.
Там еще женщина.
Паула Киркхэм, обнаженная, стояла за дверью, дыша, как разгоряченное животное.
Ее горящий взгляд как бы хотел пробуравить дверь насквозь, чтобы добраться до
того, кто находится в комнате. Она прижалась к прохладному дереву, чувствуя, как
твердеют соски, когда она трется о гладко выкрашенное дерево, как увлажняется
промежность.
У нее отвалилась челюсть, и изо рта обильно потекла слюна, словно в припадке
бешенства.
Она вытерла рот тыльной стороной руки и ухмыльнулась.
Из коридора доносилось какое-то движение. Джули Клейтон села в кровати и
стала прислушиваться.
Кто-то ступал по ковру.
Она вскочила с постели и стала тормошить мужа.
Майк перевернулся на спину и застонал, потирая глаза.
- Что такое? - прохрипел он, увидев, как Джули набрасывает на себя халат.
Он взглянул на часы: три тридцать шесть утра.
- Черт, Майк, скорее! - сказала она, направляясь к двери спальни. По ее лицу
было видно, до какой степени она напугана. Он выпрыгнул из постели и последовал за
ней.
Она приблизилась к комнате Крейга и услышала доносившиеся оттуда звуки.
- О Господи! - пробормотал Майк. - Неужто опять?
Стюарт Льюис стоял над младенцем и смотрел в горящие глаза ребенка, которые
влекли его так же, как свет влечет мотылька. Отец не в силах был отвести глаз в
сторону.
Младенец громко гукал и неистово раскачивался взад-вперед, крепко вцепившись
крошечными ручонками в перильца детской кроватки.
Подошла Мишель и потянулась было к младенцу, но Стюарт выбросил руку в
сторону и удержал ее.
- Я нужна ему, Стюарт, - запротестовала она.
Но муж не шелохнулся, продолжая смотреть на ребенка, который вдруг перестал
раскачиваться и затих, уставясь на родителей. Его глаза метались от одного к другому.
Льюис медленно покачал головой.
- Не мы ему нужны, - тихо проговорил он.
И она поняла.
Илейн Крэйвен, услышав телефонный звонок, тут же схватила трубку. Несмотря
на ранний утренний час, она знала, кто это, и не ошиблась.
Голос на другом конце линии принадлежал Патрисии Стоукс. Она звонила из-за
Эммы.
Илейн понимала ее.
Патрисия не знала, что делать.
Илейн попыталась ее успокоить. Говоря, она то и дело касалась перевязанной
руки.
Сверху доносились крики и рычание.
Она говорила с Патрисией успокаивающим тоном, медленно выговаривая слова, и
Патрисия, похоже, начала расслабляться. Наконец они распрощались, и Илейн
вернулась к своей беде.
К Эмме.
Положив трубку, Илейн какое-то время постояла у телефона, затем глубоко
вздохнула и двинулась к лестнице.
Вопли продолжались.
Поднявшись наверх, она ухватилась за перила лестницы, руки ее дрожали.
Она думала о том, что должна уже привыкнуть к этому, однако в глубине ее души
уже давно поселился страх.
Сью не хотела говорить Хэкету о болях. Не стоило рассказывать о ее приступах,
особенно во время половой близости, о болях во влагалище.
Но сейчас, в магазине, когда Сью Хэкет потянулась было за банкой на полке, она
затаила дыхание, почувствовав резкие пинки изнутри. Боль была внезапной и сильной.
Она вцепилась в тележку для покупок и стала ждать, когда исчезнут болезненные
ощущения. Вроде бы отпустило. Проходившая мимо женщина бросила на Сью взгляд
и остановилась, заметив выражение ее лица. Сью подумала, что женщина вот-вот к
ней подойдет, но та просто улыбнулась и покатила дальше тележку с покупками.
Сью опустила банку в свою тележку и двинулась вдоль стеллажей, отбирая нужное
и стараясь не обращать внимания на болезненные ощущения, убеждая себя, что они
уже стихают.
Кёртис ничего не говорил о побочных эффектах, о боли. Если ей будет так же
плохо, когда она вернется домой, она непременно позвонит ему. Возможно, даже
поедет.
Когда она подошла к кассе, то почувствовала, что боли, похоже, действительно
отпустили. Инстинктивно она приложила руку к низу живота, наблюдая, как стоявшая
впереди женщина выкладывает свои покупки. Сью беспокойно переминалась в
ожидании своей очереди. Потерла пятнышко присохшей грязи на джинсах.
Прислушалась к себе. Боль не возвращалась. Она принялась выкладывать продукты на
конвейерную ленту. Если она расскажет Хэкету о болях, он ударится в панику. Опять
начнет психовать по поводу лечения. Почему он не может просто радоваться тому, что
они снова смогут иметь ребенка? К чему все эти вопросы и сомнения?
Она выложила покупки, заплатила кассиру и, перегрузив все в тележку, повезла ее
к машине. Когда она стала открывать заднюю дверцу, ее настиг новый приступ.
Невыносимое жжение между ног. Сью вцепилась в тележку и стояла так,
...Закладка в соц.сетях
