Жанр: Любовные романы
Хочу все и сразу
... на меня много денег, Дженифер.
Дженни просто засияла от счастья. Ей было приятно, что Нейт называет ее
Дженифер. Ей нравились его маленькие трогательные послания по сотовому. Ей
нравились его золотистые волосы и загорелое лицо. Нравились всякие мелочи,
как, например, то, что он поцеловал ей сейчас руку. И — ах! — как ей
нравилось это умение парой фраз — и какой у него сексуальный голос —
заставить ее почувствовать себя счастливой.
— Нет, носки? Это исключено, — настаивала Дженни. — Пусть
будет что-то особенное.
— Хорошо, — ответил Нейт. Мило. Очень мило, что Джейн не любит
делать дежурные подарки. Она так искренна и ничего не ждет взамен.
— Может, это? — сказала Дженни и взяла в руки фланелевые шорты
цвета пейсли, со шнуровкой. — Мне кажется, в них удобно спать.
Нейт нахмурился:
— Они больше подойдут для голубых.
Дженни положила шорты на полку:
— Ты прав. Извини.
Тут ей в глаза бросились шорты-боксерки с фототрафаретами. Они были
аккуратно разложены на столе. Вот то, что нужно! Ярко-синие боксерки с
красными корабликами. Изумительно! Нейт обожает корабли. Шестьдесят
долларов. Немного дороже, чем она предполагала, да и вообще дороговато для
нижнего белья. Но ради любимого парня Дженни готова и не на такую жертву.
— Классные боксерки! С корабликами, — заметил Нейт. — Правда,
никто, кроме меня, не будет знать об этом.
Дженни представила себе Нейта в этих боксерках и почувствовала, как жар
прихлынул к щекам.
— И все же эти шорты просто созданы для тебя. — Дженни подошла с
боксерками к кассе. — И подарочную упаковку, пожалуйста. — Дженни
повернулась к Нейту: — Хочу, чтобы это выглядело настоящим подарком. —
Ее карие глаза блестели он счастья. У нее такой шикарный бой-френд, она
купила ему роскошный подарок, и он улыбается ей такой обалденной улыбкой,
что так и хочется закричать:
Я счастлива!
Джейн вручила Нейту черный
фирменный пакетик: — Счастливого Рождества!
— Спасибо, Дженифер. — Нейт не думал, что в этой груде трусов ему
может что-то понравиться, но Дженни откопала то, что надо. Он взял ее за
руку: — А теперь моя очередь. Пойдем выбирать подарок тебе.
Они поднялись на лифте на шестой этаж. Пока двери лифта не открылись, Дженни
не знала, куда ведет ее Нейт. Черт! Отдел женского белья.
Дженни слегка оробела. Она думала, что Нейт захочет подарить ей что-то
действительно рождественское, что-то вроде шарфика со смешным оленем, а
тут...
— Выбирай! — сказал Нейт. Многочисленные вешалочки, позвякивая,
демонстрировали хлипкие кружевные лифчики. Дженни была озадачена. Она
посещала магазин
Мейси
и покупала там бюстгальтеры фирмы
Бали
, с
плотными чашечками, с широкими бретельками, способными поддержать ее пышную
грудь. А эти образцы в
Барнизе
не выдержат веса даже одной ее груди, не то
что обеих. Да она не может купить здесь ничего — даже бюстье. И к тому же
безумно неловко и стыдно от того, что Нейт узнает размер ее лифчика!
Но Дженни не хотелось обижать Нейта, поэтому она выбрала скромные белые
трусики
Ля Перла
с миленькой розовой строчечкой по краю и с розовым
бантиком на резинке.
— Эти весьма милы.
— Не желаете подобрать к ним бра? — деревянным голосом проскрипела
престарелая продавщица, подпархивая к ним, как юная бабочка.
— Нет! — почти что прокричала Дженни. Она схватила вешалку с
трусиками и поспешила к кассе, чтобы скорее с этим покончить.
Нейт оплатил покупку, продавщица у кассы уже приготовилась завернуть ее, и
вдруг поинтересовалась:
— Только стринги, мисс?
И тут Дженни увидела, что задняя часть трусиков представляла из себя
тоненькую полоску. Она даже боялась глаза поднять на Нейта.
— Да, только стринги, — проблеяла она в ответ.
— Подарочную упаковку, пожалуйста, — попросил Нейт. Блэр,
например, всегда носила стринги. Он не понимал, почему Дженни так смутилась.
Трусики положили в фирменный пакетик. Нейт протянул подарок Дженни и
поцеловал ее в щечку:
— Счастливого Рождества!
Дженни, не поднимая глаз, приняла подарок. И мысленно порадовалась, что Нейт
так спокойно на все реагирует. И вообще он очень спокойный человек. Как тут
не быть спокойным, если ты постоянно обкуренный.
Они спускались на лифте вниз, а Дженни гадала: куда теперь? Придут к нему
домой и устроят показ моделей? Джейн представила себя в стрингах перед
Нейтом и чуть не грохнулась в обморок от ужаса.
Двери лифта открылись, и они направились к выходу через отдел косметики.
— Я подумал, не заглянуть ли нам с тобой в
Сент-Реджис
.
Сердце у Дженни так и екнуло.
Сент-Реджис
— это же отель. Ой, мамочки!
— Там есть уютный бар. Выпьем горячего шоколада, — спокойно
предложил Нейт.
Похоже, он действительно думает о горячем шоколаде, а не о широкой кровати.
Дженни облегченно вздохнула.
— Давай, — сказала она.
Но по дороге к выходу Нейт заметил двух девушек у прилавка
Эсти Лаудер
:
одна светленькая с конским хвостиком, другая русоволосая с длинными
распущенными волосами. Это были Серена и Блэр, и столкновения было не
избежать.
Нейт обхватил Дженни за талию и потащил ее в противоположную сторону, к
другому выходу. Джейн напряглась и спросила:
— Эй, куда ты меня ведешь?
— Я хочу посмотреть себе ремень, — сказал Нейт, мысленно надеясь,
что Блэр с Сереной их не заметили.
Поздно.
— Нейт! — услышал он вдогонку голос Серены. — Эй, Нейти!
Нейт медленно обернулся. Серена уже подбежала к нему, чтобы обнять, обдавая
его сладким ароматом сандалового дерева и лилий. Потом она чмокнула в щеку
Дженни.
— Привет, что вы тут делаете? Дженни покраснела:
— Да так, ничего особенного.
Блэр стояла чуть поодаль, критически оглядывая несуразную черную парку
Дженни и ее лохматую красную шапку. Нейт с улыбкой кивнул ей:
— Привет, Блэр.
Блэр поправила на плече большую пурпурную сумочку, откинула волосы с лица и
ответила, как бы обращаясь ни к кому конкретно:
— Привет. — Потом взглянула на Дженни: — Привет, Дженни.
Счастливого Рождества.
Дженни отвела руку с маленьким пакетом за спину, словно Блэр собиралась
вырвать его у нее и посмотреть: а что же там такое?
— Счастливого Рождества, — неуверенно ответила она.
Блэр видела, что эта парочка явно покупает друг другу подарки на Рождество,
и ее так и подмывало поиздеваться.
— Ребят, вы нам не поможете? — сказала она с наигранным
оживлением. — Мы тут подбираем подарки для Флоу и Майлза. Ну, вы их
помните... Мы с Сереной подзапутались, — и она легонько толкнула Серену
локотком, — она хочет купить туалетную воду. Нейт, ты не поможешь?
Нейт не пользовался туалетной водой, и ему очень хотелось смыться, но мозгов
выбраться из сложившейся ситуации не хватало.
— Ради бога, — ответил он с неохотой.
Блэр подвела его к прилавку, и не успел Нейт опомниться, как она, схватив
его за запястье, прыснула
Дольче энд Габбана
. Она прекрасно знала, что эта
туалетная вода неблагородно воняет сыром с благородной плесенью.
— Ну, как тебе? — спросила она и потянула руку Нейта к носу
Дженни.
Дженни чихнула.
— Будь здорова, — сказала Серена.
Дженни чихнула снова. Нейт поморщился:
— По-моему, слишком резкий запах.
— Н-да? Тогда, может, этот? — Блэр схватила его левую руку и
прыснула на запястье
Гермес д'Оранж
.
Это был чистый, классический запах. Блэр даже сама иногда пользовалась этой
туалетной водой.
Нейт понюхал руку, и на него сразу нахлынули воспоминания: как они с Блэр
лежали на ее кровати, как он целовал ее в голый животик.
— Вкусно, — пропел Нейт.
А у Дженни текло из носа, как из крана. Она вытерла нос перчаткой.
Серена взяла руку Нейта и поднесла ее к своему лицу:
— О, это твой запах, Нейт. — И искренне добавила: — Дженни,
обязательно купи Нейту в подарок на Рождество эту туалетную воду.
Дженни снова вытерла нос. Во-первых, у нее больше нет денег, а во-вторых,
она уже сделала Нейту прекрасный подарок. Она взглянула на него, рассчитывая
на поддержку, но Нейт стоял как истукан, вперившись глазами в Блэр, с
вытянутыми вперед руками.
И тут в сердце Дженни закралось сомнение. Почему с ней он такой душка, а со
всеми другими как полный... остолоп. Блэр сморщила носик:
— Даже не знаю. Я бы купила Майлзу что-то более личное.
— Например? — спросила Серена, продолжая подыгрывать подруге.
— Лично я подарила Нейту боксерки с корабликами, — подсказала
добрая Дженни. — Там есть с разными картинками. Сходите и посмотрите.
Нейт улыбнулся и, как баран, проблеял:
— Да, там классные боксерки.
Блэр схватила зеленый пробник одеколона
Гермес
: ей так и хотелось
запустить его в Дженни.
Боксерки? Ах ты, маленькая шлюшка!
Серена поняла, что козни Блэр обратились против нее же самой.
— Пойдем, Блэр. — Она потянула подругу за рукав. — Я там
приглядела бикини. Хочу примерить.
Блэр поставила пробничек на место.
— Хорошо, — ответила она с прохладцей.
— Завтра мы улетаем на Сент-Бартс, — сказала Серена и поцеловала
Нейта в щеку.
Блэр нервно теребила рубиновое колечко на пальчике. Нейт подошел к ней,
поцеловал в щеку:
— Счастливого Рождества, Блэр.
Ну что ж, истинная женщина никогда не покажет, что она уязвлена.
— Счастливого Рождества, — промолвила Блэр и, подняв голову как
можно выше, стараясь при этом не упасть, гордо пошла к лифту, увлекая за
собой подругу.
Нейт восхищенно смотрел вслед, наблюдая, как темные волосы Блэр сверкающей
волной ниспадают на ее синее кашемировое пальто. Он поднес левую руку к лицу
и вдохнул этот чистый, свежий аромат, точно так же пахла кожа Блэр. Он
обернулся к Дженни. Нагромождение кудряшек. Несуразная черная парка.
Маленькие ручки. Робкая улыбка. Хорошо, что Блэр ушла, потому что сравнение
было не в пользу Дженни.
Нейт бросил взгляд на пузырек с духами в форме балерины:
— Слушай, а ты
Щелкунчика
смотрела?
Дженни отрицательно покачала головой.
Э, так не пойдет
, — подумал
Нейт. Он водил Блэр на
Щелкунчика
три Рождества подряд. Прикольная вещь.
Похоже на глюки. В первом акте на сцене стоит обыкновенная елка. Потом
девочка засыпает, ей снится сон, а дерево начинает расти — прямо как
культурист на стероидах. И вымахивает эта елка даже выше, чем та, что стоит
у Рокфеллер-центра. Потом оживают все игрушки и начинают драться друг с
другом. Потрясно!
Нейт вытащил сотовый из кармана:
— Завтра вечером мы ужинаем у твоего отца? Дженни утвердительно
кивнула.
— Попробую заказать билеты на утренний спектакль.
Дженни склонилась к витрине с парфюмерией: на нее опять нахлынули симптомы,
похожие на лихорадку, о которых говорила мисс Дохерти. Боже мой! Нейт
поведет ее на балет! Разве это не любовь?..
Д пишет стихотворение о сексе
В пятницу Дэн отправился в свою любимую китайско-кубинскую кофейню на
Бродвее и заказал кофе с молочной пенкой и блинчик с овощами. Усевшись за
столик, он вытащил новенький черный блокнот и черную шариковую ручку. Вот
уже неделю Дэн пытался написать хоть одно стоящее стихотворение и отослать
его с другими работами во вступительную комиссию. Но стихотворение не
получалось. Прежде такого не случалось: стихи сочинялись сами собой.
Экзамены? Но дело вовсе не в экзаменах. Дэн в творческом тупике.
Он отпивал кофе мелкими глотками, проливая пенку на чистую белую страницу
своего блокнота. В какой-то степени состояние творческого тупика ставило
Дэна на один уровень с великими писателями. Такое бывало с Толстым и
Хемингуэем. Он не уверен насчет французов экзистенциалистов, но наверняка и
они прошли через это. Но все равно от этого не легче. Сплошное мучение.
Бедная, истомленная душа.
Проглядывая ранее свои старые блокноты, Дэн сделал вывод, что последнее
заслуживающее внимания стихотворение было написано на День благодарения,
когда они с Ванессой впервые поцеловались.
Он обмакнул блинчик в густой сливовый соус и откусил. Помимо смерти, другой
его излюбленной темой была любовь, но теперь, когда Дэн действительно
влюблен, фразы получались какими-то неуклюжими, поверхностными. Эх, надо
взглянуть на все под другим углом. Он снова надкусил блинчик: горячие жирные
капли стекли по запястью. Проходящая мимо официантка случайно задела руку
Дэна, и остаток блинчика упал прямо в кофе, забрызгав стол.
Другой бы на месте Дэна разозлился. Но в этот самый момент на него нашло
озарение.
Секс!
— подумал он. Секс является высшим физическим проявлением любви, это
единственный способ самого искреннего объяснения в любви.
Дэн снял с ручки колпачок. Он читал много исследований по литературоведению
и прекрасно знал, что обычными клише на эту тему являются образы
распустившихся цветов, восходящего солнца, фейерверков. Но он понимал и
другое: любую фразу можно построить так, что она будет про секс. Нет...
Нужно написать об этом совершенно по-новому, неожиданно.
Погруженный в думы, Дэн начал вылавливать блинчик из кофе.
Любой обычный парень, размышляя о сексе, начнет мысленно раздевать девушку.
Но Дэн был не из них. Вместо того чтобы представить, как он раздевает
Ванессу, он пытался подобрать слова, но слова о сексе не складывались. С
другой стороны, чтобы подобрать слова, нужно думать не о самом процессе, а о
любимом человеке. И желательно об одетом любимом человеке. Уфф...
Дэн все бился и бился над словами. И чем больше он пыхтел, тем очевиднее
становилось, что он ничего не может написать об этом чертовом сексе просто
потому, что он никогда им не занимался. Но если он не умеет писать о сексе,
он не умеет писать о любви? А если он не умеет писать о любви, он вообще
ничего не сможет написать.
Не означает ли это, что только секс поможет выйти ему из творческого
тупика?..
В четверг после занятий в школе Ванесса была на Бродвее и снимала на камеру,
как трансвестит в черном блестящем комбинезоне и в таких же черных блестящих
ботинках на платформе выгуливает маленького черного чао-чао в маленьком
пушистом оранжевом свитере. У магазина
Секрет Виктории
женщина раздавала
рекламки коллекции очень сексуального белья:
Купив два очень сексуальных
бра, вы получите в подарок бесплатно стринги или трусики танга
.
Ванесса в упор не знала, что такое стринги или танга. Лично она покупала
обычные хлопчатобумажные трусы и майки. Витрина магазина была уставлена
постерами с изображением Жизели Бандхен в белье из коллекции
Ангелы
.
Бесшовное белье сидит божественно. На Жизели, конечно, но вот на Ванессе —
большой вопрос.
Ванесса повесила камеру через плечо и потянула на себя тяжелую стеклянную
дверь. А что, прикольно будет посмотреть.
Ее приметили сразу же, как только она вошла.
— Добро пожаловать в
Секрет Виктории
, — произнесла невысокая
светловолосая женщина в плотно облегающем черном брючном костюме. — Вам
помочь что-нибудь выбрать?
Ванесса сердито посмотрела на женщину. Она терпеть не могла прилипчивых
продавщиц.
— Нет уж, я сама, — ответила Ванесса. Продавщица понимающе
улыбнулась:
— Хорошо. Если что, позовите. Меня зовут Ванесса.
Ванесса удивилась:
— Меня тоже зовут Ванесса, — и подумала, что нехорошо грубить
тезкам.
Светловолосая Ванесса улыбнулась:
— Как мило! Тем легче вам будет запомнить мое имя. Если что, я к вашим
услугам. — И она переключилась на другую покупательницу.
Ванесса огляделась. Тут пахло духами, играла тихая классическая музыка, пол
был устлан пушистым бордовым ковром. На круглых столиках, обтянутых красным
сатином, разложены трусики: глубокие и не очень, стринги и танга,
одноцветные и в цветочек, со зверушками и т. д. На стенах были вывешены
образцы бра: кружевных, стрейч, хлопчатобумажных. Комбинации, бюстье,
подвязки и пояса с подвязками.
Никогда в жизни Ванесса не видела такого количества женского белья. И все
же: а вдруг во-он тот розовый кружевной лифчик и такие же трусики танга
сделают ее неотразимой для Дэна. И на него снизойдет вдохновение?
Ванесса подошла к вешалкам с бюстгальтерами на косточках и стала смотреть
размеры. 36В, 36С, 38D. Она даже не знала, какой у нее размер. Под
бюстгальтерами были вывешены кружевные трусики, даже скорее коротенькие
шортики, очень коротенькие. Ванесса покрутила этикетки.
Ага, так это и есть
танга. А что, ничего
. Она огляделась, выискивая глазами продавщицу-тезку.
Та, покинув прилавок, где складывала товар, подошла к Ванессе:
— Все-таки решили примерить? Ванесса пожала плечами:
— А черные такие есть? — И она указала на красный кружевной ну
очень сексуальный полуоткрытый лифчик.
— Какой размер вам нужен?
Ванесса нахмурила бровки. Как это она умудрилась дожить до семнадцати лет и
не знать размера своей груди?
— Не знаю, — чуть слышно призналась она. Доброжелательная тезка
улыбнулась:
— Пройдемте в примерочную, определим ваш размер. А потом обсудим ваши
пожелания, подберем удобный фасон и чтобы он хорошо сидел. Договорились?
Ванесса неохотно кивнула. Ей не очень-то светило, чтобы кто-то замерял ее
грудь, и к тому же она еще не определилась, что тут можно купить. Но тезка,
похоже, была опытной продавщицей, и потом, никто ее не вынуждал, и в магазин
Ванесса зашла по собственной воле.
— Ладно, но только все черного цвета, — прибавила Ванесса.
Ну конечно, кто бы сомневался...
Все имена и названия изменены или сокращены до первых букв, чтобы не
пострадали невиновные. То бишь я.
народ!
Я тут обратила внимание, что куда-то исчез А, сводный брат Б. Если вы
думаете что он готовится к экзаменам или сколачивает музыкальную группу, то
глубоко ошибаетесь. А лег на дно. И я уверена, что он лег на дно по очень
серьезной причине. А причина такая: он влюбился в сводную сестру. Мне
известно, что он берет на Сент-Бартс своего друга-барабанщика М. И сделал он
это затем, чтобы М развлекал Б, а сам А мог продолжать лежать на дне...
Q: Дорогая Сплетница,
я посещаю тот же класс здоровья, что и Дж, и точно знаю, что у нее пунктик
по поводу своего пупка, и она даже лечится у психолога. На уроках она каждый
час просится выйти, чтобы проверить, на месте ли пупок. А когда мы
переодеваемся на урок физкультуры, она как-то странно смотрит и на наши
пупки. Сдвинутая.
— Ироничка
R: Дорогая Ироничка,
ты все неправильно понимаешь. Просто пупок — это очень сексуально. Во всяком
случае мой пупок — это ужас как сексуально.
— Сплетница
S: Дорогая Сплетница.
Я живу в одном доме с Б, про которую ты все время рассказываешь. Иногда по
ошибке мне бросают их почту. Ее мамочке без конца приходят письма от
компании
Начни сначала
, это может быть связано с бесплодием или с лечением
от наркомании и алкоголизма. Я сама проверила в телефонном справочнике.
— Любопытная
T: Дорогая Любопытная!
Будем надеяться, что мамочка Б просто является их спонсором, а не клиентом.
— Сплетница
С всучивает привратнику метрового шоколадного снеговика в обертке из цветной
фольги. Флоу потерял всякое чувство меры. А может, это кто-то другой из ее
поклонников? Как бы то ни было, С выбрасывает приложенные к подаркам
открытки, даже не читая их. Д стоит у пруда возле 79-й улицы и смотрит на
воду. Он ждет вдохновения. В сидит в баре: наверное, выгуливает свое тело,
обновленное
Секретами Виктории
. Б и С выходят из салона красоты
Сестры
Джей
, где они делали эпиляцию, так как собираются на море.
Отдыхайте все по полной программе. Чего и себе желаю. До встречи!
Признайтесь, вы от меня без ума.
СПЛЕТНИЦА
23 декабря
Блэр Уолдорф
Очерк соискателя
Почему мне так импонирует личность Одри Хепберн? Она проста и таинственна
одновременно. Она манерна и в то же время так непосредственна.
Напечатав эти строчки на своем маленьком ноутбуке, Блэр нажала кнопку
backspace и все стерла. Личность импонирует? Какого черта? Звучит ужасно
глупо и напоминает манеру Ванессы Абрамс, этой девчонки с бритой головой и
толстыми коленками, которая тоже ходит в класс по истории кино. Ведь, по
сути, Блэр должна описать образ Одри Хепберн, создаваемый ею на экране, а не
реального человека, потому что Блэр совсем ничего не знала о реальной Одри
Хепберн, кроме того, что с годами та перестала одеваться у кутюрье от
Гивенчи, остригла коротко волосы и перешла на брюки цвета хаки и черные
водолазки. Блэр набрала в библиотеке кучу книг об Одри, но ни одну не
осилила дальше первой главы. Блэр совершенно не интересовало, что у Одри,
например, был колит или что она активно сотрудничала с ООН ЮНИСЕФ. Гораздо
интересней додумывать жизнь актрисы, нежели узнавать какие-то приземленные
факты из ее биографии.
— Что ты там пишешь? — спросил Майлз и подлил в стакан Блэр сока
из бутылки из-под смирновской водки.
Аарон все-таки пригласил на Сент-Бартс Майлза, Блэр узнала об этом только в
аэропорту. Наверное, этот Майлз возомнил, что между ними было нечто
значительное. Но Блэр решила: еще до того, как самолет приземлится на Сент-
Бартсе, она докажет ему обратное.
— Ничего я не пишу, — ответила Блэр, даже не поворачиваясь к
Майлзу.
Сегодня ей пришлось выйти из дома в семь сорок утра. Сейчас час дня,
оставался еще один час полета. Аарон дрых или притворялся спящим, чтобы не
видеть, как Майлз подъезжает к Блэр. Серена блаженно слушала плеер,
счастливая уже оттого, что сбежала от чрезмерного внимания Флоу. Тот просто
обрушил на нее бесчисленное количество самых разнообразных подарков. Тайлер
играл в шашки на
GameBoy
и дулся на всех. Его друг принц Рольф фон
Вуртзель отказался в последний момент лететь с ними, так как его мамочка,
обеспокоенная тем, что ее сын все еще писается по ночам, передумала
отпускать его. Блэр помешала сок со льдом коричневой соломинкой. Кубики
холодно позвякивали.
— Я звонил тебе всю неделю, — продолжал Майлз и откинулся в
кресле, пытаясь вытянуть свои непомерно длинные ноги. Ужасно. Они все
теснились в экономическом классе, как сардины в банке. — Но,
кажется, — продолжал Майлз, — я неправильно записал твой телефон.
Блэр сидела, не отрывая глаз от компьютера.
Нет, мой дорогой, —
злорадно подумала она, — это я дала тебе неправильный номер
.
Майлз потянул к ней руку и провел пальцами по кончикам ее волос.
— Я скучал по тебе, — прошептал он.
Блэр одарила его пустым взглядом и снова уставилась в компьютер, пытаясь
представить себе, как поступила бы на ее месте Одри Хепберн.
Знаете, есть такие типы, повернутые на религии. Они даже прилепливают на
машины всякие наклейки с надписями, вроде:
А как бы поступил Иисус?
Блэр
задалась аналогичным вопросом:
А как бы поступила Одри Хепберн?
Блэр ничего не имела против Майлза. Он не был уродом, носил одежду от
Армани. Был опрятен и, в конце концов, был другом Аарона. Аарон нормальный
парень, хотя лично она могла бы прожить и без сводного брата. Наверное, Блэр
и приняла бы ухаживания Майлза, будь у нее другoe настроение. Но откуда ему
взяться, когда ты летишь в эконом-классе с ноутбуком на коленях, с немытыми
волосами, которые пришлось завязать в хвостик?
— Простите, мисс, не желаете ли последний номер
Вог
на
английском? — спросил у Блэр стюард, пришедший из салона первого
класса. Стюард был похож на Пирса Броснана в униформе стюарда.
Блэр взяла журнал. Она обратила внимание, что из всех пассажиров в их салоне
этот журнал предложили только ей.
— Может, бокал шампанского? — спросил стюард. Кажется, он даже
слегка подмигнул.
Блэр положила журнал на пол. Он что, не видит: она занята.
— Спасибо, нет.
Майлз вручил стюарду пустой стакан из-под ромового коктейля:
— Еще один, пожалуйста.
Тот с неохотой принял пустой
...Закладка в соц.сетях
