Жанр: Любовные романы
Успех или счастье?
...х месяца, пока Пэтси
работала здесь и общалась с детьми (у большинства из которых были такие
проблемы, что она и представить себе не могла в своем счастливом детстве),
она успела полюбить это место. Пэтси начала понимать, что заставило Бака и
Холли отказаться от достатка и роскоши ради любви и детского смеха.
С каждым днем она все лучше и лучше понимала Джастина.
И влюблялась все сильнее.
— Ну и ну, — воскликнул Джастин своим глубоким, чувственным
голосом, заглянув в ванную и обнаружив, что Пэтси отскребает
раковину. — Здесь стало намного симпатичнее.
— Гм, — буркнула Пэтси, изображая бурную деятельность. Склонив
голову, она одарила Джастина самой ослепительной и дружелюбной из своих
улыбок и продолжила тереть пятно ржавчины. — Что ж, тут еще куча
работы.
Не волнуйся. Я слишком занята, чтобы заваливать тебя на кушетку и домогаться
еще одного поцелуя, — подумала она, покраснев от усилий. Или от
смущения.
— Слушай, у меня новости, — продолжил Джастин, войдя в ванную.
Отдернув заросшую плесенью занавеску, он шагнул прямиком в душевую кабину и
скрестил руки на своей широченной груди.
Пэтси увидела в треснувшем зеркале, как он становится поудобнее,
прислонившись к стене. Она сглотнула. Джастин в ее ванной комнате! Вот это
да!
— Что? — пискнула Пэтси и потерла пятно еще яростнее.
— Мне удалось завести твою машину.
— Да? — Ух ты! Сердечко Пэтси екнуло. Джастин такой молодец. Если
даже умудрился ее старую колымагу завести, значит, он и вовсе мастер на все
руки.
— Ага.
Подняв глаза, она взглянула на его отражение в зеркале. Улыбка Джастина
напоминала добрую, сочувственную улыбку врача, вынужденного сообщить
неприятную новость.
— Что с ней? — спросила Пэтси, уперевшись руками в края раковины.
— Ничего. — Он пожал широкими плечами и поморщился. — Нам
удалось дотащить ее сюда, но эта старушка нуждается в ремонте. Тем более,
если мы собираемся ехать в ней на встречу выпускников. Я бы мог отвезти, но
у меня всего лишь мотоцикл, и места для детей не хватит. И... — он задумчиво
изогнул бровь, — ...мне кажется, Бак и Холли не смогут одолжить нам
свой фургон на целых три дня в самый разгар праздников.
— Охохонюшки, — простонала Пэтси и повесила голову. — Что же
нам делать? У меня денег не хватит, чтобы починить эту старую железяку.
— Я могу починить, — вызвался Джастин. — И, может, нам
удастся раздобыть запчасти подешевле у ребят из автосервиса.
— Правда? — Пэтси медленно повернулась к нему. — Ты сделаешь
это для меня?
Прежде чем ответить, Джастин поджал губы и взглянул на потолок.
— Конечно.
— Спасибо, — выдохнула Пэтси, с дружеским пылом хватая его за
руку. — Ты снова меня спасаешь.
— Пожалуйста, — откликнулся Джастин со своей обычной улыбочкой,
которую Пэтси не смогла бы забыть.
В предпраздничной суматохе время пролетело незаметно. Утром в четверг
кухонный стол в
общей столовой
был заставлен печеньями, пирогами и прочими
с любовью приготовленными сладостями. На маленьких столиках красовались две
огромные фаршированные индейки, запеченные в новой двойной духовке Холли и
Бака. Рядом стояли миски с картофельным пюре, кувшины клюквенного соуса,
нарезанный хлеб, овощи, салаты... Большинство детей не видели столько еды
одновременно за всю свою жизнь.
После произнесенных слов благодарности (а Холли умудрилась превратить
обычный ритуал в такую трогательную сцену, что у Пэтси слезы навернулись на
глаза), все навалились на еду. Единственными звуками, которые доносились из
столовой в течение следующего часа, было жевание, чавканье и довольное
причмокивание голодных подростков, набивающих свои животы.
Пэтси посмотрела на Джастина поверх множества причесанных голов и
встретилась с ним взглядом. Они украдкой улыбнулись друг другу. Это была
понимающая и сочувственная улыбка, улыбка, которая связала их еще сильнее.
Как бы сильно они ни отличались друг от друга, их объединяла общая любовь к
детям.
Когда содержимое тарелок было съедено, и с блюда исчез последний кусочек
тыквенного пирога, настало время спектакля. Облаченные в бумажные шляпы
первых переселенцев и индейские перья, дети разыграли историю первого
Благодарения. Затем у маленькой сцены собралась целая толпа желающих
исполнить песню или прочитать стихотворение.
Пэтси, сидевшая между братом и Джастином, светилась гордостью за своих
маленьких танцоров, выступивших с номером, который она поставила для них
специально к этом дню. Джастин, с подозрительно блестящими глазами, нащупал
ее ладонь и крепко сжал. Она пожала его руку в ответ.
После окончания праздника младшие дети в сопровождении заметно отяжелевшей,
но как всегда улыбающейся Гэйл сняли сценические костюмы и помчались на
игровую площадку. Старшие с шутками и хохотом отправились на кухню мыть
посуду. Когда все тарелки были вымыты и вытерты, Бак, Холли и несколько
воспитателей укрылись в одной из классных комнат, чтобы отдохнуть и
продумать планы на вечер.
Оставшись не у дел, Джастин предложил Пэтси прогуляться, чтобы растрясти
жирок. Заразительный детский смех далеко разносился в прохладном ноябрьском
воздухе. Наконец-то запахло осенью.
— Я так наелась, что чуть не лопнула, — пожаловалась Пэтси и
плотнее запахнула вязаный жакет, одолженный у Холли. — Если и дальше
так пойдет, я никогда не смогу выступить на встрече.
— А кстати, как все движется? — поинтересовался Джастин.
Улыбнувшись, он поравнялся с Пэтси и зашагал с ней рядом. Лучи солнца
пробивались сквозь лениво ползущие облака, а с деревьев слетали последние
яркие листья. Прекрасный день в прекрасной местности. Пэтси давно уже не
чувствовала себя такой счастливой.
— Ты о моей форме спрашиваешь, или о детях? — Она ехидно
улыбнулась. После того рокового поцелуя они так и не отважились еще раз
отправиться на пробежку.
— Обо всем. — Джастин взглянул на нее с явным любопытством.
— Это безнадежно. — Пэтси печально развела руками. — Я
понимаю, что мы репетировали меньше недели, но, Джастин, ох, — она
вздохнула и с отчаянием покачала головой, — у этих детей ноги не оттуда
растут. Даже у старших. Особенно о старших. Ни одного способного танцора.
Если не считать Гэйл. Но она беременная, и сильно сомневаюсь, что вместе мы
сумеем изобразить что-то более грациозное, чем парад слонов.
Джастин присвистнул.
— Эти дети настолько плохи?
Пэтси застонала.
— Боюсь, что да. И хуже всего, я пообещала, что они выступят со мной на
субботнем концерте, и они очень хотят выступать. — Прикусив нижнюю
губу, она с задумчивым видом уставилась вдаль. — Не представляю, что за
простенький танец они могли бы исполнить? Сцены из
Щелкунчика
заведомо
исключаются. — Внезапно оживившись, она пожала плечами. — А, черт,
что-нибудь придумаю.
— Как только захочешь посмотреть ту видеокассету, о которой
рассказывала, предупреди меня. Я приготовлю попкорн.
Пэтси улыбнулась.
— Действуй. Надеюсь, попкорн будет без масла?
— Как скажешь.
— Не могу поверить, что до встречи осталось четыре недели. Так много
надо сделать. Понятия не имею, как мы все успеем.
Детский смех затих вдали, когда они вышли из загона и двинулись вдоль опушки
леса по тропе, которую Джастин использовал для уроков верховой езды. Пока
они гуляли, солнце все больше и больше склонялось к горизонту, возвещая об
окончании еще одного дня.
— О чем ты? — удивленно переспросил Джастин. — Четырех недель
с избытком хватит для подготовки к простой встрече выпускников.
— В том и дело. Не так все просто.
— Почему?
— Во-первых, я не могу ехать туда в одном из полудюжины нарядов,
которые запихала в чемодан, уходя от Папочки. Значит, придется что-то
покупать. А ты должен починить машину. И еще мы должны разучить наши роли и
больше времени проводить с Марки и Мики, чтобы стать похожими на... э...
семью. И вообще, нам нужно... больше... времени...
Она взглянула на Джастина и заметила улыбку на его губах.
Ее глаза сощурились.
— Что? Что здесь смешного?
— Ты. — Джастин пожал плечами. — Я. Не знаю. До сих пор не
могу поверить, что мы вляпались в такое.
— Так поверь, — мрачно сказала Пэтси.
— Эй, не вешай нос. — Он дружески обнял ее за плечи. — Все у
нас получится.
Глядя на него, на его решительный подбородок, на его понимающие глаза, Пэтси
почти поверила ему. Почти. Но не совсем. Он же не видел, как танцуют дети.
Она неосознанно обхватила его талию и сомкнула пальцы на брючном ремне.
— Может, — вздохнула Пэтси, — ты и прав. Но я бы так не
переживала, если бы... — Волна жара окатила ее, залив румянцем щеки. Пэтси
боялась показаться слишком настойчивой, тем более, что Джастин явно не
стремился к более близким отношениям. — Если бы мы... больше времени
проводили вместе, больше бы готовились. Для начала пробежались бы по
магазинам...
На лице Джастина отразилось отчаяние, но Пэтси подозревала, что оно скорее
наигранное, чем искреннее.
— Ладно. Пробежимся, — он вздрогнул, — по магазинам.
— Как насчет завтра? У нас выходной.
— Сразу после Дня Благодарения? Ты свихнулась? В этот день в магазинах
не протолкнешься.
Пэтси дружески шлепнула его по руке.
— Ой, да брось. Это будет забавно.
Седьмая глава
— Пэтси, я никуда больше не пойду, и точка. — Скрестив руки на
груди, Джастин окинул Пэтси угрожающим взглядом.
— Но мы еще ничего не купили, — возразила Пэтси, вытащив меню из
подставки и швырнув его Джастину на противоположный край стола.
— Ну и что? — Джастин нахмурился. Неужели женщинам все время надо
что-нибудь покупать? Неужели им не интересно просто пройтись по магазинам,
не сэкономив доллар или два на людных распродажах? Гневно изогнув бровь, он
удивлялся женской логике.
Скрутив меню в трубочку, Пэтси взглянула на Джастина.
— Так... что наденем на вечеринку? Не можем же мы пойти в том, в чем
ходим на ранчо
Дом чудес
?
— Почему? — он усмехнулся.
Пэтси фыркнула.
— Ты безнадежен.
Джастин взял меню и развернул его.
Первая пятница после Дня Благодарения знаменита в первую очередь
переполненными магазинами. И именно сегодня Джастину, к его огромному
раздражению, пришлось разыскивать парадный костюм. Вот именно! Парадный
костюм, в котором ему предстоит играть роль доктора Оскара Мэдисона,
пластического хирурга, и раскланиваться с напористой Битси Харт и ее
самодовольными приятельницами.
Дьявольщина.
Выронив меню, Джастин протер усталые глаза и вновь задумался о том, как его
угораздило влипнуть в эту авантюру. Медленно подняв ресницы, он уставился на
Пэтси. Ответ сидел прямо перед ним.
Пэтси Брубейкер.
Миссис Оскар Мэдисон, доктор наук, знаменитая европейская балерина, бывший
космонавт... его жена. По крайней мере до окончания встречи. Никто, ни одна
живая душа, за исключением этой нахальной девчонки, нервно ерзающей на стуле
напротив, не смогла бы втянуть его в такое дерьмо. Никто. Даже Дарлин.
Пэтси хлопнула по столу скатанным в трубочку меню.
— Прекрасно, — буркнула она. — Можешь вырядиться в свои
отвратительные, воняющие лошадьми, заляпанные навозом голубые джинсы. Вот
увидишь, меня это не колышет. Просто я, — она раздраженно хлопнула в
ладоши, — скажу, что ты только что с операции и не успел переодеться.
Джастин хмыкнул. Ему начинали нравиться эти вечные перебранки. Его жизнь
была очень скучной до появления Пэтси. До того, как втянуться в затеянную ею
безрассудную игру, Джастин общался с ней урывками и не понимал, насколько ее
жажда жизни способна преобразить самые обыденные вещи. Даже утренний поход
по магазинам мужской одежды уже не казался ему настолько ужасным.
Особенно приятными были моменты, когда Пэтси заставляла его стоять смирно и
прикладывала к нему самые разнообразные предметы одежды, проверяя размер,
цвет, и бог знает, что еще. От нее пахло цветами, свежестью и тем особенным
ароматом, который крайне редко встречался у прочих обитателей ранчо
Дом
чудес
.
Несколько раз за день, когда она заставляла Джастина примерить очередную
рубашку, у него возникало дикое и совершенно безумное желание обнять ее за
талию и прижаться к ее аппетитным прелестям. Уткнуться носом ей в шею и
вдохнуть аромат, придающий Пэтси такое очарование женственности. Попробовать
на вкус ее сливовые губки, созданные для поцелуев.
Но как только она замечала в другом конце торгового зала очередную тряпку,
выставленную на продажу, и мчалась к ней, забыв про Джастина, он тут же
начинал удивляться своим безумным порывам.
Он постоянно напоминал себе, что Пэтси — младшая сестра Бака. Бак, без
сомнения, не обрадуется, если узнает о желаниях Джастина. Бак очень трепетно
относится к Пэтси.
Как и все братья Брубейкеры.
Джастин расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Ну и ну. И чего ему в голову
стукнуло целоваться с Пэтси? Он что, хочет разрушить свои планы будущего
партнерства? Свою карьеру? Свою жизнь? Поморщившись, он дрожащей рукой
провел по волосам.
Черт. Он слишком долго воздерживался от серьезных отношений. Пора бы уже
подыскать себе девушку. Какую угодно. Любую, кроме Пэтси Брубейкер.
Поерзав в кресле, Джастин взял меню и пристально взглянул на Пэтси.
— Что хочешь заказать? — спросил он, пытаясь отвлечься от
неприятных мыслей.
— Не знаю, — пробормотала она, разворачивая и просматривая
меню. — Что-нибудь легкое. Салат и водичку.
Джастин нахмурился.
— Ай, брось. Поешь по-человечески. Я заплачу. — Они ничего не ели
с самого утра, а судя по его часам, это было очень давно. Он умирал с
голоду.
Он нарочно выбрал маленькую, захудалую закусочную напротив торгового центра,
чтобы сэкономить. Вывеска в витрине обещала
комплексный обед
за четыре
доллара девяносто девять центов, а поскольку Джастин терпеть не мог влезать
в долги и предпочитал расплачиваться наличными за все, начиная от одежды и
заканчивая едой, его такая цена вполне устраивала. С его аппетитом трудно
набить живот меньше чем за пять долларов. Да и обещанный
комплексный обед
не может быть хуже бутербродов Бака.
Закрыв меню, Пэтси отложила его в сторону, подперла ладонью остренький
подбородок и задумчиво улыбнулась.
— Нет. По-моему, хватит с меня и салата. Мне еще осталось сбросить два с половиной килограмма.
— Два с половиной? — Джастин с недоверием взглянул на нее. —
Это мелочь. Что могут изменить два лишних килограмма?
— Ну. — Пэтси пожала плечами и прикусила нижнюю губу. Несколько
секунд она размышляла. — Иметь два лишних килограмма — все равно, что
повесить на каждую ногу по килограммовой авоське с картошкой.
Джастин присвистнул. Он не знал, что произвело на него большее впечатление —
ее серьезный вид или описанная ею картина. Как странно. Ее ноги идеальны. Он
уверен в этом, ведь ему пришлось держаться за них на всем пути с окраины Хайден-
Вэлли до ранчо в прошлое воскресенье.
— Слушай, никого на встрече не будет интересовать, сбросишь ты эти
килограммы или нет. Тем более, что тебе это вовсе не обязательно.
— Но я должна! Знаешь, даже родив троих детей, Битси умудряется
выглядеть, как девица из рекламы нижнего белья.
Пэтси решительно скрестила руки на груди. Джастин невольно проследил за ней
взглядом.
Боже, смилуйся
, — мысленно взмолился он и опустил голову,
уставившись на свои черные кожаные ботинки.
— И кого волнует, как выглядит или во что одевается твоя Битси? Какая
разница?
— Ты все еще не понял? — Пэтси вздохнула. К их столику наконец
подошел официант, и она с облегчением улыбнулась.
— Нет, — буркнул Джастин. — Не понимаю. — У него уже
были подобные споры с Дарлин. И ему это надоело.
Он заказал комплексный обед, надеясь соблазнить Пэтси едой. Она выбрала
зеленый салат и стакан воды. Комплексный обед оказался двойным чизбургером с
ветчиной, источающим жир и холестерин, и огромным пакетом жареной картошки.
Выглядело все это и пахло божественно. Да и на вкус не хуже, — решил
Джастин, попробовав.
Некоторое время они жевали в молчании, дружно решив не обсуждать больше
вопросы диеты. Пэтси поглядывала на картошку голодными глазами, но была
слишком упрямой, чтобы поддаться искушению.
Проглотив последний кусочек чизбургера, Джастин откинулся на спинку стула и похлопал себя по животу.
— Так-то оно лучше, — заметил он с ухмылкой.
— Гм, — согласилась Пэтси, жадно наматывая на вилку последний лист
салата. — Итак, — улыбнулась она. С лязгом бросив вилку на
опустевшую тарелку, она взглянула на часы. — Пора идти, если мы
собираемся купить все, что нам потребуется. Ты готов? Я хотела пробежаться
по паре магазинчиков, которые приметила на пути сюда.
— Нет.
— Нет?
— Я же говорил, что никуда не пойду.
— Но, — возразила Пэтси, внезапно помрачнев, — что же мы
наденем на официальную часть?
— Только не шибко дорогой наряд из шибко дорогого магазина, —
сердито буркнул Джастин. Он успел заметить цены на этикетках от пары
костюмов, которые она заставила его примерить.
Они не могут позволить себе такие немыслимые расходы. Тем более, когда Пэтси
копит на новую машину, а Джастин — на новый дом. С тех пор, как он купил
землю по соседству с Баком и Холли, его планы не изменились. Как только у
него появится достаточная сумма денег, он тут же начнет строительство. Очень
скоро они с Баком станут партнерами и вплотную займутся сбором средств.
Тогда и зарплаты сотрудникам можно будет немного поднять.
А пока что ему приходилось туже затягивать пояс. Он вовсе не собирается
влезать в долги и тратить деньги на наряды, способные произвести впечатление
на Битси Харт. Пэтси должна иметь четкое представление о бережливости.
Джастин улыбнулся при виде ее потрясенного лица. Ему понравилось жить с ней
по соседству. Это приятно. Гораздо приятнее, чем экономить. Жизнь в одном
дворе с Пэтси позволила Джастину лучше ее узнать.
Из-за Пэтси он с гораздо большей радостью вставал по утрам навстречу новому
дню. Ему нравилось сталкиваться с ней у кофеварки в главном офисе. Отгонять
ее от древнего ксерокса, когда ему нужно было что-то скопировать. Сидеть у
нее на столе и действовать ей на нервы, пока она пыталась работать. Просто
проводить время с ней рядом.
Джастин знал, что возрастающая привязанность к ней должна вызывать у него
беспокойство, но почему-то испытывал больше радости, чем досады. Будь, что
будет. Джастин знал, что в конце концов кривая вывезет всегда. Лишнее
беспокойство еще никому не помогало. Так что пока он наслаждался приятным
обществом сестренки Бака.
Скоро пройдет встреча выпускников, и ему придется вернуться к своей одинокой
жизни. Нянчиться с Марки и Мики, пока их тетя не даст о себе знать. И вновь
пытаться найти женщину, которую устроил бы его образ жизни и у которой
хватит терпения дожидаться его поздних возвращений с работы.
Он вздохнул.
Эти мысли нагоняли тоску.
Джастин взглянул на Пэтси и задумался о том, каким она хочет видеть своего
избранника. А впрочем, все равно.
Если ее схожесть с Дарлин хоть что-нибудь значит, ее избранником не может
быть такой человек, как он.
— Ты будешь это доедать? — Пэтси с равнодушным видом указала на
последний, случайно уцелевший ломтик картошки.
Джастин с усмешкой передвинул к ней свою тарелку.
— Нет, но осторожнее. Там, наверное, целая калория.
— Молчал бы лучше, — буркнула Пэтси с довольной улыбкой.
Джастин не знал, заметила ли Пэтси постепенные перемены в их отношениях, но
слишком часто ловил на себе ее взгляды.
Как будто она пыталась понять, что ей делать с их неожиданно возникшей
дружбой.
Джастин несколько мгновений любовался ее очаровательным личиком. Это лицо
снилось ему каждую ночь. Потихонечку Пэтси умудрилась проникнуть в его дни и
его ночи.
В его сердце.
Он покачал головой. Черт, пора прекращать эти мысли. Это вредит его
сотрудничеству с Баком и делам ранчо. И определенно повышает давление.
Достав бумажник из внутреннего кармана, Джастин бросил поверх счета
несколько купюр и с сердитым видом взглянул на Пэтси.
— Что дальше? — спросила она, с подозрением глядя на него своими яркими голубыми глазами.
— Идем, — скомандовал Джастин, вылезая из-за стола и протягивая ей
руку. — У меня идея.
Покорно пожав плечами, она взяла его за руку и направилась к двери.
Пэтси перевела дух, пытаясь угнаться за Джастином. На заполненном людьми
тротуаре трудно было не отстать и не затеряться в толпе. Она понятия не
имела, куда Джастин ее тащит, но решила, что проще подчиниться ему, чем
спорить. Тем более, когда у него что-то на уме.
Она начала понимать, каким непреклонным способен быть этот человек.
Пэтси семенила вслед за Джастином — их сомкнутые руки были единственной
путеводной ниточкой в сплошном потоке людей — и вспоминала тот вечер, когда
он заставил ее покинуть поле битвы, которое она называла своим домом. Робкая
улыбка заиграла у нее на губах. Да, он очень решительный. Почти такой же
решительный, как ее отец, Папочка Брубейкер. А это о чем-то говорит.
Вдыхая прохладный осенний воздух, Пэтси мечтала избавиться от нарастающего
желания, которое испытывала к работнику своего брата. Но это совсем не
просто. Тем более, когда он сжимает ее маленькую ручку в своей огромной
ладони. Господи. Сегодня утром в магазине мужской одежды она едва не
выставила себя полной дурой — у нее возникло безумное желание обнять
Джастина и подставить ему свои губы для очередного умопомрачительного
поцелуя.
Табу. Она это знает.
Пэтси тяжело вздохнула.
Джастин не хочет близких отношений. Он ясно дал это понять.
Ну почему ей все время хочется невозможного? Машину, которая бы ездила.
Квартиру, где бы не стреляли. Карьеру танцовщицы в безнадежном
двадцативосьмилетнем возрасте. Зачем вообще было мечтать о танцах? Это
невыносимо тяжелый труд. Не говоря уже о том, что это делает невозможной
семейную жизнь.
Да, Пэтси всегда хотела несбыточного.
И Джастин ясно дал понять, что его она не получит. Большинство ночей на этой
неделе она провела без сна, сгорая от стыда за свою несдержанность в прошлое
воскресенье. Как унизительно. Что толкнуло ее на этот поцелуй?
Быть может то, что Джастин практически спас ее жизнь. Или его глубокие
зеленые глаза, обрамленные невероятно густыми темными ресницами. Или его
твердые мускулы, которые слегка напрягаются, если до них дотронуться. Какой
бы ни была причина, Пэтси в то утро вела себя, как круглая идиотка. К
счастью, Джастин не из тех людей, кто стал бы тыкать ее носом в собственные
ошибки.
Даже наоборот. С прошлого воскресенья он вел себя как истинный джентельмен и
обращался с ней как с сестрой. Это выводило ее из себя.
Они заключили соглашение, и Пэтси твердо намеревалась выполнить свою часть
сделки. К несчастью, сегодняшний поход по магазинам едва не заставил ее
нарушить свои планы.
Его идеально очерченные, как у римской статуи, губы были так близко, когда
она прикладывала к его телу различные предметы одежды. Его спокойные глаза,
тонкие морщинки в уголках рта, ямочка на подбородке, нахальный изгиб
бровей...
В какой-то момент Пэтси даже пришлось притвориться, будто она заметила нечто
невообразимое в противоположном конце торгового зала, и отбежать от Джастина
подальше, пока ее желание встать на цыпочки и поцеловать его в красивые губы
не стало совсем уж непреодолимым.
Пэтси знала, что должна была остаться рядом с ним и взять себя в руки. Если
она собирается пережить встречу с бывшими одноклассниками, выступая в роли
жены Джастина, ей придется научиться сопротивляться его мощному обаянию.
Мечты не могут привести ни к чему, кроме сердечной боли. Кроме того, Пэтси
слишком часто в последнее время подчинялась своим безумным порывам.
Привяз
...Закладка в соц.сетях
