Жанр: Любовные романы
Техасский маскарад
...арается мучить ее. Но, черт
возьми, в данной ситуации это единственный способ держать ее на расстоянии.
Позади него открылась и закрылась дверь, и через минуту из ванной донесся
шум воды.
Ему следовало извиниться перед Сидни. Но как можно это сделать, не объяснив
причину?
Звук открывающейся двери заставил его подняться на ноги.
Сидни неуверенно выглянула из ванной и бросила взгляд на настенные часы за
спиной Монтаны.
Для пятничного вечера было еще довольно рано, так что ковбои, скорее всего,
не скоро вернутся из
Родео Хаус
.
Они были одни.
Монтана не отрывал взгляда от Сидни. Короткие волосы женственными кудряшками
обрамляли ее милое лицо, а футболка без рукавов и короткие узкие шорты
подчеркивали нежные изгибы тела. Она выглядела как настоящая куколка!
Монтана видел, как она подтянулась за время тяжелой работы на ранчо.
Эта женщина представляла собой удивительное сочетание плотности и мягкости.
Чем больше времени он проводил с Сидни, тем больше его влекло к ней. Он
закрыл глаза. Это постоянное напряжение изводило его.
Надо было пойти в офис и погрузиться в работу с бумагами.
Сидни прошла в кухню.
— Думаю, стоит сварить кофе, но без кофеина. Хочешь?
Нет.
— Да. — Соблазн остаться оказался сильнее желания уйти. Он
ненавидел себя за слабость во всем, что касалось Сидни.
А та вроде бы не замечала его состояния. Положив в кофеварку кофе, она
добавила воды, нажала на кнопку и стала ждать.
Как сталь к магниту, Монтана зачарованно приблизился к ней в темноте.
Горячий ветерок кружил между входной дверью и стеклянной перегородкой, за
которой была веранда. За несколько миль отсюда выли койоты. На столе
закипающая вода с шумом выталкивала крышку кофеварки, потом по каплям стала
стекать в фильтр, затем в кувшин.
Склонив голову к плечу, Монтана наблюдал за тем, как Сидни рылась на полках
шкафчика в поисках сахара и обезжиренных сливок.
— Значит, ты считаешь, что я похож на похотливого павиана? —
весело поинтересовался он, желая хоть как-то поднять им обоим настроение.
Это сработало. Раздался ее переливчатый смех.
— Иногда. — Она прекратила свои поиски и, вскинув ресницы,
встретила его взгляд. Он был просто зачарован. — Но если по
справедливости, то не только ты. Любому из вас не мешало бы поучиться
ухаживать за женщиной.
Он улыбнулся.
— А ты, конечно, тот самый мужчина, который может нас поучить.
— Очень смешно, — рассмеялась Сидни, — но ты тем не менее
прав. Кто может лучше меня дать совет?
— Отлично, действуй.
— Что ты имеешь в виду?
— Научи меня. — Он сказал это прежде, чем подумал.
Кофеварка выключилась, и комната наполнилась замечательным ароматом. Сидни
коснулась губ кончиком языка и подняла на Монтану удивленные глаза.
— Чему ты хочешь, чтобы я тебя научила?
— Ухаживать за женщиной.
— Сейчас?
— Конечно, почему бы нет? — Взяв девушку за руку, он провел ее в
гостиную. — Давай просто начнем вечер заново. Представь себе, что мы
еще не знакомы. Вот так... — он подошел к музыкальному центру, включил CD-
плеер, и через несколько секунд по комнате разлилась приятная мелодия
кантри, — ..гораздо лучше.
— Ммм, и правда — лучше. — Запустив руки в волосы, она слегка
подправила и взбила прическу. — Я представляю, что мы не в
Родео
Хаус
.
— Мы даже близко не подходили к
Родео Хаус
.
Итак, что мне делать?
— Для начала мог бы пригласить меня потанцевать.
— Ты хочешь, чтобы я сказал нечто особенное?
Она слегка покачала головой.
— Тогда ладно. Не хотите ли потанцевать?
— С удовольствием. — Она подняла руки и шагнула в объятия Монтаны.
Из динамиков лилась медленная музыка. Монтана обвил руками ее талию и
притянул Сидни к себе.
Вдвоем они начали медленно двигаться на небольшом пространстве перед
диваном. Через несколько мгновений Сидни опустила голову ему на плечо, и
Монтана ясно ощутил аромат своего шампуня.
— Ммм. Ты пахнешь, как... я.
Она тихонько рассмеялась.
— Это комплимент с твоей стороны?
— А что, неудачный?
— Да нет, ничего. Только вам, парням, следует усвоить одно правило:
когда подходите к женщине, лучше сделать ей комплимент. Ни в коем случае не
употребляйте слова типа
грудастая
и
попка
.
Монтана захохотал.
— Я никогда не говорю такую чушь.
— Ну, тогда докажи мне это. — Она отклонилась назад и заглянула
ему в глаза. — Скажи что-нибудь приятное.
— У тебя отличные формы... для парня, конечно.
Сидни безудержно рассмеялась.
— Давай серьезно.
— Ладно, я начну сначала. — Боясь, что если он начнет говорить, то
остановиться уже не сможет, Монтана запнулся. — У тебя самые красивые
глаза из всех, какие я видел.
— Немного фамильярно, учитывая то, что мы не знакомы, но приятно.
Продолжай.
— И мне нравятся эти веснушки, — он отпустил ее талию, чтобы
провести кончиком пальца по носику, вот здесь.
У нее на лице появилось смущенное выражение.
— О... спасибо.
— Как у меня получается?
— Хорошо, просто... хорошо.
— Отлично. Поправь меня, если у меня вдруг вырвется
грудастая
или
рубильник
.
— Я дам тебе знать.
Он обвел пальцем ее рот.
— У тебя красивые губы, они совершенной формы.
— Нет, совсем не совершенной.
— Шш, — он прижался лбом к ее волосам, — позволь мне самому
судить.
Глава 7
Наклонив голову, Монтана нашел ее губы и на мгновение подумал, не
поторопился ли. Но тут же по реакции Сидни понял, что зря волнуется. Девушка
теснее прижалась к нему и обвила руками его плечи, зарываясь пальцами в
волосы на затылке. Их долгий поцелуй из простого подтверждения комплимента
превратился в нечто неизмеримо большее.
У обоих участилось дыхание, как будто в комнате недоставало воздуха, их ноги
двигались, а руки пытались крепче удержать друг друга. Они жадно целовались,
не в силах удовлетворить страсть, вспыхнувшую между ними еще в первый день
знакомства. Руки Монтаны спустились вдоль нежного изгиба ее спины и
остановились на талии.
Этот поцелуй окончательно убедил Монтану в том, что Сидни удалось пробить
все защитные барьеры, с такой тщательностью им возведенные. Он вдруг снова
почувствовал себя живым человеком, которому снова хотелось серьезных
отношений с женщиной, снова хотелось доверять.
И понимание этого пугало Монтану так же сильно, как и будоражило.
— Что, черт возьми, — прошептал он, на секунду оторвавшись от ее
губ, — прикажешь мне теперь делать?
— Может, еще раз меня поцелуешь?
Монтана с удовольствием последовал ее совету.
Но через минуту взял ее лицо в ладони и заглянул в поразительно зеленые
глаза.
— А что потом? — пробормотал он.
Вопрос прозвучал риторически, поскольку ответа не было, да и вряд ли он мог
быть в будущем. Ее носик все еще касался его щеки, и Монтана чувствовал ее
дыхание, с трудом срывавшееся с губ и обдававшее его ароматом мяты.
— Не знаю. — Она притянула его к себе за шею, и Монтана снова
ощутил пьянящую сладость, Сзади них кто-то громко кашлянул, и этот звук
заставил обоих виновато вздрогнуть.
— Ну что же, одно я могу сказать точно, — протянул Текс,
выглядывая из-за двери, — вам очень повезло, что я первый вернулся
домой. Снаружи вас видно так же прекрасно, как днем. И если кто не знает
вашего секрета, тому это может показаться чертовски странным.
— Когда приедут все остальные? — спросил Монтана, не скрывая
своего раздражения из-за внезапного появления братца.
— Они выехали через несколько минут после меня, так что вот-вот будут
здесь. Без Сида в
Родео Хаус
стало как-то скучновато. — Текс
облокотился о дверной косяк с таким видом, словно у него в запасе была уйма
времени. — Хотя теперь каждому ясно, что зря мы беспокоились о личной
жизни Сида. — Он засмеялся, явно не собираясь уходить.
— Тебе ничего не надо делать?
— Нет, я совершенно свободен. Вы кофе сварили?
— Да, — отозвалась Сидни, отпустив шею Монтаны и отступая
назад, — но только без кофеина. Хочешь чашечку?
Монтана уставился на нее. О чем она думает?
Меньше всего им сейчас нужно общество его братца! Сидни взглянула на него и
пожала плечами.
— Мы перед ним в долгу, — прошептала она. Кроме того, мне лучше
пойти переодеться, пока ребята не заявились домой.
Закрыв глаза, Монтана вздохнул. Увы, она права.
— Ты меня побил, — сказал Текс, бросая на стол карты.
Честно говоря, Монтана с удовольствием побил бы его не в карты, а по носу.
Благодаря Тексу его кухня наполнилась табачным дымом от сигар целой компании
ковбоев, собравшейся за столом поиграть в покер глубокой ночью.
Единственное, что могло примирить его с этим разгромом, было то, что Сидни
сидела рядом с ним и выигрывала.
Перекатив сигару в другой угол рта, он улыбнулся. Эта малышка была отличным
игроком.
— Где ты научился так играть в покер, Малыш? Фаззи почесал в затылке и
бросил несчастный взгляд на свою основательно подтаявшую гору фишек.
— Как-то летом я работал крупье в Вегасе.
— Как же так? — нахмурился Ред. — Тебе же только
восемнадцать!
— Ну, я... — она бросила отчаянный взгляд на Монтану, — я соврал
насчет своего возраста.
— И они тебе поверили? — удивился Кольт. — Ничего себе! Да
ты, небось, выглядел на двенадцать лет.
— Ага, выглядел. Да ему и было двенадцать, — вставил Кении.
— Ну, э... там был охранник по имени Терк, мой друг. Он меня покрывал.
— Вот оно что, — Текс многозначительно изогнул бровь, — тогда
понятно.
— Текс, тебе не пора бай-бай? — поинтересовался Монтана.
— Кому, мне? Нет. По пятницам я люблю сидеть за картами до рассвета.
Монтана крепко зажмурился и откинулся на спинку стула. Если так пойдет и
дальше, они с Сидни ни минуты не смогут побыть вдвоем. А ему необходимо
поговорить с ней, понять, что между ними произошло, выяснить, как далеко они
зашли.
Несмотря на то, что все окна и двери были распахнуты настежь, в домике было
душно. Сизый дым лениво кружился над столом в свете свисавшей с потолка
лампы. Пивные бутылки и коробки из-под поп-корна причудливо громоздились на
полу вокруг стола. Рваные пакеты из-под жареной картошки были разбросаны по
всей кухне. Радио за спиной Монтаны передавало любимую Фаззи музыку кантри.
Тот знал слова всех песен и не стеснялся, противно сюсюкая, вторить певцам.
Господи, как все это было далеко от намечавшегося романтического вечера с
Сидни!
— Земля вызывает Монтану! — крикнул Текс, не слишком нежно пихая
своего брата.
— А?
— Ты играешь?
— Нет. — Монтана сделал большой глоток из своей кружки.
Он никак не мог сосредоточиться на глупой игре в покер. Может, стоит
подбавить в их игру немного перца и начать флиртовать с Сидом на глазах у
парней? От такой мысли Монтана едва не расхохотался вслух. Он взглянул на
часы. Было вопиюще поздно: два часа ночи.
Но если серьезно, как, черт возьми, он сможет хранить тайну их с Сидни
отношений? Он бросил взгляд на Текса, который смотрел на него с понимающей
улыбочкой.
— Ну ладно, ребята, с меня довольно. — Сидни сладко зевнула и
бросила карты на стол. — Я закругляюсь. — Она шумно отодвинула
стул и встала. Спокойной ночи, ребята.
— Спокойной ночи, — хором отозвались ковбои.
— Спокойной ночи, — вздохнул Монтана. Ему-то уснуть сегодня не
удастся. С таким же успехом можно всю ночь просидеть за карточным столом.
Закрыв за собой дверь, Сидни прижалась к ее прохладной твердой поверхности.
Она немного постояла так, прислушиваясь в надежде, что гости поймут намек и
отправятся по домам. Ей хотелось поговорить с Монтаной.
Подняв руки, она провела пальцами по губам. Если закрыть глаза, то можно
вновь ощутить жар его поцелуев.
За какие-то несколько секунд их отношения полностью изменились. Она с трудом
подавила желание выбежать в открытое поле и громко запеть от радости.
С другой стороны, может ли она и дальше работать его помощником, испытывая
при этом такие чувства? Без сомнения, парни все поймут.
Надо было обсудить это с Монтаной, решить вопрос немедленно.
С колотящимся от страха, возбуждения и томления сердцем Сидни приложила ухо
к двери и прислушалась. Ковбои болтали, но о чем? Собирались ли они уходить?
Но ковбои, кажется, не собирались уходить.
Сидни зевнула и, пройдя на цыпочках к кровати, упала на нее ничком.
Ладно, когда-нибудь они все равно уйдут. А она пока просто закроет глаза и
отдохнет... и представит себе безумные поцелуи Монтаны... пока... они...
все... не уйдут домой.
Только когда пение петуха возвестило о восходе солнца, игра в покер наконец
закончилась и все, кроме Текса, разошлись по домам.
— Что, черт возьми, ты до сих пор здесь делаешь? резко спросил Монтана,
глядя на брата из-под отяжелевших век. Ему сейчас ничего не хотелось, кроме
как лечь в постель, пока он не упал прямо посреди гостиной.
— Я очень рад, что ты об этом спросил, братишка. Текс откинулся на
спинку стула и водрузил ноги на стол. — Мне кое о чем надо с тобой
поговорить.
Монтана застонал и обхватил заболевшую голову руками.
— Выкладывай и побыстрее убирайся.
— Ладно, я буду краток. Вы с Сидни живете под одной крышей.
— Ну и что?
— Учитывая ваши с Малышом новые отношения, ты считаешь уместным
позволять ей и дальше жить здесь?
— Если ты помнишь, она с самого начала поселилась в этом доме.
— Помню, но, если не ошибаюсь, это произошло до того, как ты вздумал
ощупать ее и проверить на наличие оружия. — Текс убрал со стола ноги и
наклонился к брату. — Это просто дружеское предупреждение, Монтана.
Если Большой Дедди узнает, он жутко разозлится. Основная причина того, что
он не взял ее на работу — это его нежелание пускать женщину в мужскую
компанию.
Монтана тяжело вздохнул.
— Я знаю.
— Отлично. Все мы знаем, как Большой Дедди относится ко всяким шурам-
мурам до свадьбы. Как, впрочем, и отец.
— Я в курсе.
— Скомпрометировать эту девушку под крышей дома Большого Дедди — значит
положить конец практически всему, включая твое возможное желание в будущем
понянчить детишек.
— Да-да.
— И еще одно. Я не хочу мешать твоему продвижению по карьерной
лестнице, но вспомни о том, что следующим управляющим ранчо должен стать я.
— И что?
— Я этого не хочу. Пока. У меня есть кое-какие карьерные устремления,
которые мне хотелось бы осуществить в стороне от общего дела, так что в
настоящий момент работа на тебя вполне меня устраивает.
— Я не собираюсь никуда отсюда уезжать.
— Ну вот и отлично. Тогда ты не будешь возражать против того, чтобы я к
вам иногда заходил. Конечно, ради того, чтобы спасти тебя от самого
себя. — Лицо Текса осветила улыбка. — Рассматривай меня в качестве
твоего телохранителя.
Монтана закатил глаза.
— У тебя все?
— Вижу, ты согласен. Отлично. Жди меня в любое время дня и ночи. Это
самое малое, что я могу сделать, чтобы спасти твою шею от петли.
— Премного благодарен.
— Нет проблем, братец. Уверен, ты сделал бы для меня то же самое.
Прежде чем пройти в свою комнату и погрузиться в блаженный сон, Монтана
наудачу открыл дверь в спальню Сидни, надеясь, что она еще не спит и хочет
поговорить.
Сидни лежала, растянувшись на кровати. Одна рука была закинута за голову,
другая свешивалась на пол. Она даже не стала раздеваться, только ее ботинки
стояли у кровати.
В глазах Монтаны она еще никогда не была такой красивой.
Он безумно хотел пристроиться рядом с ней, обнять ее, прижаться к ней всем
телом и заснуть мертвецким сном.
Но он не осмелился. Текс прав: они живут на ранчо Большого Дедди и должны
подчиняться его правилам. Даже на такую безобидную вещь, как ненадолго
прижать девушку к себе, будут косо поглядывать.
Однако этого не произойдет, если они куда-нибудь скроются на время. Если он
хочет побыть вдвоем с Сидни подальше от любопытных глаз Текса, ему придется
увезти ее, так сказать, за территорию лагеря. Пока Монтана наблюдал за
спящей Сидни, в голове его начал зарождаться план.
Они с Малышом исчезнут на один день.
Но не раньше, чем он хотя бы четыре часа спокойно поспит. Тихонько закрыв за
собой дверь, Монтана поплелся к себе, На следующий день они вдвоем
отправились на ранчо Сидни. Им потребовалось проехать в грузовичке Монтаны
почти полдороги, прежде чем они смогли почувствовать себя комфортно. Сидни
пришлось признать, что в идее сбежать вдвоем навстречу вольному ветру было
что-то притягательное. Как будто они прогуливали школу.
Когда Монтана наконец вышел утром к завтраку, он обнаружил широко
улыбающегося Текса, который развалился на диване с газетой в руках. Чтобы
выработать план побега, им пришлось призвать на помощь всю свою хитрость.
Жестами, подмигиваниями и быстрым перешептыванием они сумели обмануть
бдительность Текса.
— Позвонить мне из ванной и притвориться, что ты Поппи, было прекрасной
затеей, — уже сидя в грузовичке, похвалила Сидни изобретательность
Монтаны. — Я бы никогда до такого не додумалась.
— Отчаяние — мать изобретения. Надеюсь, что я не сломал телефон, —
ответил Монтана, смущенно улыбаясь. — Никогда не звони из душа.
Сидни вспыхнула. Оказывается, ему тоже не терпелось побыть с ней наедине.
— Может, ты и испортил телефон, но это того стоило. Не думаю, что Текс
что-то слышал из твоей тирады.
— Будем надеяться, что не слышал. — Монтана поправил зеркало
заднего вида. — Пока, во всяком случае, за нами нет погони.
Сидни обернулась и посмотрела в окно.
— Ты же не думаешь, что он всерьез решит преследовать нас?
— О, я бы не стал исключать такой возможности.
У меня такое чувство, что и в следующие дни нам не придется скучать без
старины Текса.
— Почему?
— Он преисполнен намерения спасти нас от самих себя.
— Он? Каким образом?
— Ну, скажем так: Текс возомнил себя нашей компаньонкой.
— А, так вот почему он сшивался у нас в доме все утро.
— Именно. Правда, он не совсем бескорыстен; Он не хочет, чтобы меня
уволили за укрывательство женщины в доме, потому что, если меня выгонят, ему
придется стать управляющим. А он начал заниматься каким-то собственным
делом, и дополнительные обязанности ему ни к чему. Так что, думаю, он будет
нам немного докучать.
— Он собирается переехать жить к нам?
— Если соберется, я убью его. Мне кажется, он подозревает нас в
сожительстве.
Сидни покраснела.
— Что ты ему сказал? Надеюсь, ты его разуверил?
— Что мы взрослые люди и способны разобраться со своими проблемами
сами. А еще я заверил его, что под крышей дома Большого Дедди мы будем вести
себя хорошо. — С игривой улыбкой он потрепал ее по щеке, а потом сплел
ее пальцы со своими. Вот почему сегодня мы едем на природу.
— Я рада.
— Я тоже. Мне очень хочется взглянуть на твое ранчо.
— Осталось недалеко. Вот сейчас повернем и через пятнадцать минут будем
на месте.
Сидни радовалась возможности провести целый день с Монтаной. Вдвоем. Как
женщина с мужчиной. Когда они приедут домой, она сразу же переоденется — во
что угодно, кроме джинсов — и сделает что-нибудь с волосами. Потом позвонит
в местный ресторанчик и закажет столик на вечер. У нее в голове теснились
многочисленные планы.
Но вот замелькали первые постройки ранчо, и скоро они уже свернули на
подъездную дорожку.
Старый желтый особняк в викторианском стиле стоял поодаль от дороги. С одной
стороны от него располагался огромный красный сарай — миниатюрная копия
конюшен Брубейкеров. Позади дома до самого горизонта простиралось пастбище —
примерно тысяча акров огороженной земли. Конечно, это не могло сравниться с
Серкл Б. О.
, но это был ее дом, и Сидни любила его всем сердцем.
Монтана остановился перед гаражом и сделал ей знак не двигаться, пока он не
откроет для нее дверцу. До чего же замечательно было ощущать себя настоящей
леди, после того как неделями с тобой обращались как с обыкновенным
работягой. Она вложила руку в его ладонь, и Монтана не отпустил ее, даже
когда она вышла из машины.
— Вот здесь, — сказала Сидни, указывая на большое старое
здание, — я выросла. Дом нуждается в ремонте, но прежде мне необходимо
наладить бизнес.
— Бьюсь об заклад, в свои лучшие времена он выглядел просто конфеткой.
Сидни кивнула.
— Ага, да у меня есть фотографии. Мой дед построил этот дом для своей
невесты. Бабушке нравилось черепичное покрытие крыши и красивые резные
украшения на крыльце. Она говорила, что маленькая угловая башенка помогала
ей ощущать себя принцессой. Она родила четверых детей и похоронила двоих на
этой земле. — Прикрыв глаза от солнца свободной рукой. Сидни
всмотрелась в даль. — Они с моим дедом оба похоронены в семейном склепе
вниз по течению ручья. И мои родители тоже. Здесь заключено так много... — у
нее затуманились глаза и встал комок в горле, — истории. Я не могу
представить себе, что потеряю это место.
— Я понимаю.
Взглянув в его синие глаза, девушка почувствовала, что он действительно
понимает. Она повела его за руку вверх по ступеням, выудила из-под коврика
ключ и открыла входную дверь. Тщательно осмотрев все помещение, она осталась
довольна тем, как содержался дом в ее отсутствие.
Оставив Монтану одного в гостиной, она побежала в свою комнату
переодеваться. Снимая с себя одежду, Сидни взяла радиотелефон и сделала
заказ в
Афинах
, небольшом греческом ресторанчике неподалеку.
Монтана обернулся на шум шагов и увидел спускающуюся по лестнице Сидни. На
ней было платье из марлевки без рукавов, которое эффектно подчеркивало
стройные лодыжки, вызывая у Монтаны воспоминания о том дне, когда он впервые
увидел ее.
Она сделала что-то потрясающее со своими волосами, так что они выглядели
мягкими и пушистыми.
В ушах были небольшие жемчужные серьги, на лице — едва заметный макияж. В
каждом ее движении заметна была природная грация. Мысль о том, что эта
женщина могла набрасывать лассо и стреноживать лошадей лучше, чем любой
ковбой на ранчо, просто не укладывалась в голове.
Опираясь тонкими пальцами на перила, Сидни остановилась у подножья лестницы,
и Монтана уже не был уверен, бьется ли у него еще сердце.
Она жестом указала на фотографию в рамке, которую он забыл поставить на
место и все еще сжимал в руках.
— Вижу, ты нашел свадебную фотографию моих родителей.
— Твоя мать была красавицей, — пробормотал он, как ты.
— Она была красива, а я... я не очень, — вспыхнув, Сидни опустила
взгляд, — но... все равно спасибо.
Поставив фотографию на старинное высокое фортепьяно, Монтана прижал девушку
к себе.
— Что думал твой отец по поводу поцелуев под крышей его дома?
— О, — Сидни подняла на Монтану сияющий взгляд и коснулась
пальчиками его груди. — Он сам частенько целовал маму.
— Мм, наш человек.
Монтана сжал объятия и подарил ей поцелуй, о котором они оба мечтали со
вчерашнего дня. Как только губы мужчины коснулись губ женщины, их сердца
разбушевались, как весенний шторм.
Они долго стояли, прижавшись друг к другу, наслаждаясь уединением. Тишину
нарушало только их прерывистое дыхание.
Наконец Монтана оторвался от ее губ. Их взгляды встретились, они смотрели
друг на друга в неясном свете дня, сочившемся в комнату сквозь занавешенные
тюлем окна. Это было сказочное мгновение и даже больше того, ведь поблизости
не было Текса. Монтана снова поцеловал Сидни, удивляясь, насколько идеально
ее теплое тело подходит ему, и упиваясь особым, свойственным только ей
ароматом.
И вдруг он напрягся, боковым зрением уловив дви
...Закладка в соц.сетях
