Жанр: Любовные романы
Колье для невесты
... зардевшиеся щеки.
— О рыжих апельсинах и красном винограде! — выпалила я и покраснела еще
гуще. — То есть я хотела сказать, что вы откровенны, потому что совсем
меня не знаете. И я вас. Проще выговориться незнакомому человеку, чем
близкому. Он не разболтает вашей тайны знакомым, и вам все равно, что он о
вас думает...
— Мне не все равно, что вы обо мне думаете, — уверенно произнес
он. — Я хотел бы произвести на вас хорошее впечатление. Вы добрая,
Ванда. В вас есть что-то, что задело меня еще при первом знакомстве. Тогда,
у меня в кабинете. Какая-то мягкость, что ли. Рассеянность.
И одновременно сила. А вчера, у вас дома, я подумал, что в нас, есть что-то
общее. Не знаю, что именно. — Может, одиночество... Я все жалуюсь на
это чертово одиночество, но у меня ведь есть Джекки. — Он поймал мой
вопросительно-выразительный взгляд и поспешил ответить на него. — Она
сейчас на девичнике у какой-то подруги. Самое смешное, что до ее отъезда
осталось совсем немного времени, а мы с ней так толком и не поговорили. Ни о
предстоящей свадьбе, на которую она все же согласилась, ни о жизни, которую
мы будем вести вместе...
Этого еще не хватало для полного счастья!
Если сейчас он начнет жаловаться на Джекки, я уйду. Ей-богу, уйду. И не
посмотрю на то, что это невежливо. Просто встану и уйду, наплевав на
приличия и этикет. А ведь сама виновата. Зачем нужно было смотреть на него
таким вопрошающим взглядом! Какая тебе разница, где сейчас Джекки? Тебя
вообще не должны интересовать его личные дела!
— Вам серьезно досталось тогда, в ресторане? — неожиданно сменил он
тему. Словно почувствовал, что мне неприятно слышать о его невесте.
— Не очень, — улыбнулась я, внутренне радуясь тому, что мне все-таки не
придется плевать на приличия. — Меня сразу же уволили. Точнее, я сама
сообщила администратору о том, что увольняюсь.
Тайные желания
стали мне
ненавистны всего за несколько дней работы.
— А чем вы вообще занимаетесь?
Вопрос был задан не из обычной вежливости, не оттого, что по правилам теперь
он должен был слушать меня. Я сразу почувствовала это. Душу обволокло
приятным теплом — то ли от вина, то ли от сознания того, что я интересна
этому человеку. Не зря же он говорил, что между нами есть что-то общее.
Может, слишком рано я в страхе попятилась назад? Может, мостик не такой
шаткий, каким кажется на первый взгляд?
— Спасаю убежавших из дома бернских зенненхундов, — пошутила я и
почувствовала, как радостно забилось сердце оттого, что мягкие губы Элмера
растянулись в улыбке. — По логике вещей..., я должна быть учительницей
географии.
Но жизнь — ужасно нелогичная штука, так что...
Он проводил меня домой во втором часу ночи.
Конечно, ничего не было — ни романтического прощания, ни поцелуев. Он обжег
мои ледяные пальцы своей теплой ладонью, когда помогал мне выйти из машины.
И от одного простого, ничего не значащего прикосновения я зажглась, как
новогодняя елка. Один вечер, всего один вечер... За один этот вечер я смогла
не только узнать, но и влюбиться в человека, который еще вчера был для меня
всего лишь бывшим шефом и хозяином найденной мной собаки. Я проклинала себя
за глупость, корила за наивность и была уверена в том, что Господь Бог не
создавал еще человека нелепее меня.
И когда я пыталась заснуть под толщей одеял, то вдруг поняла, что счастлива.
Счастлива оттого, что этот вечер был в моей жизни и воспоминания о нем
останутся навсегда.
Глава 8
— Наша Ванда совсем перестала есть, — подтрунивала надо мной
Мэй. — А все оттого, что влюбилась в бывшего шефа.
Я метнула на подругу злобный взгляд, но ей и сам черт был не страшен. Все
воскресенье у нее и Лекс для обсуждения была одна-единственная тема — мои
отношения с Элмером Айроном. Точнее, пародия на отношения. Бешенство,
которое я испытывала от затрагивания этой темы, казалось, еще больше
подзадоривало Мэй.
Ей было мало того, что она — именно она! — внушила мне эту дурацкую
влюбленность.
Мы сидели в маленьком кафе и пили кофе с пирожными. Точнее, пирожные ели
только Мэй и Лекс. Мой отказ присоединиться к их чревоугодию был воспринят
как любовная тоска.
Элмер Айрон так и не объявился после нашего ужина. Как в воду канул. Прошло
уже два дня, а он даже не навестил Поля-Смуфи. Наверное, проводит время со
своей невестой, которая наконец соблаговолила закрыть сезон приемов и
девичников. А я-то, наивная дурочка, была уверена, что он обязательно
позвонит мне после того чудесного вечера, который мы провели вместе.
— Не грусти, подруга, — обратилась ко мне Мэй, озабоченная моей
задумчивостью. — Объявится твой Элмер, никуда не денется.
— Ага, — закивала Лекс, уплетая очередное пирожное. — Куда же он
денется от такой красивой девушки?
— Поверь, Лекс, на фоне его фотомодели я выгляжу как пародия на
девушку, — хмуро ответила я. — И вообще, давайте закроем эту тему
и не будем портить мне настроение. Что вы, в конце концов, ко мне пристали.
Я очень похожа на влюбленную дуру, которую посылают ко всем чертям, а она не
понимает этого?
— Ну как тебе сказать... — Мэй окинула меня сочувственным взглядом. —
На влюбленную похожа, а вот дурой я никогда тебя не считала.
Не обижайся, мы просто хотели развеселить тебя. Я, честно говоря, не думала,
что все так серьезно.
— Ну хватит! — рявкнула я, наградив обеих подруг испепеляющим
взглядом. — Ничего серьезного нет, но вы меня порядком утомили.
Мэй, не на шутку напуганная моей странной реакцией, чуть не поперхнулась
кофе, а Лекс отложила в сторону недоеденное пирожное.
— Может, тебе лучше высказаться? — робко спросила Мэй. — Легче
станет. Если не хочешь, можешь ничего не говорить, но я бы на твоем месте...
— Ты не на моем месте!
Мобильный телефон зазвонил очень вовремя — дружеская перепалка грозила
перейти в настоящую ссору. Это недавнее приобретение приводило меня в
священный трепет. В сумочке что-то настойчиво дрожало и пищало, а я сидела,
вытаращив глаза. Как будто это был не обычный телефонный звонок, а гром
небесный.
— Ванда! Приди в себя и возьми трубку! — скомандовала Мэй. — Это
обыкновенный телефон, а не кукла Буду. Его не нужно бояться, по нему нужно
говорить.
Я послушно запустила руку в сумочку и извлекла дрожаще-пищащее устройство.
Отыскала нужную кнопку, нажала и прислонила крохотный аппарат к уху.
— Алло, — попыталась я изобразить непринужденность. — Я вас
слушаю.
— Здравствуйте, Ванда.
Его голос почти в буквальном смысле обжег мои уши. Они тут же покраснели и
немедленно дали повод для недвусмысленных улыбок и переглядываний Лекс и
Мэй. Но мне было все равно, что они думали. Он позвонил. Он все-таки
позвонил. Он позвонил мне.
— Здравствуйте... — Мой голос затерялся в глубинах контактов, сплавов,
микросхем и всех прочих немыслимых деталей, из которых состояло волшебное
устройство. — Здравствуйте, Элмер.
— Простите, что не позвонил раньше. — Спасибо, что ты вообще вспомнил
обо мне и Поле! — Джекки уехала на съемки, я помогал ей собираться, в
общем, времени толком не было. Ванда, я хочу забрать Смуфи. Вы не против,
если я приеду за ним сегодня?
Сегодня... Словно по голове ударили тупым тяжелым предметом, и я при этом не
потеряла сознание. Значит, он звонит только для того, чтобы отобрать у меня
собаку. Что ж, я знала, что рано или поздно это произойдет. Но почему-то не
думала, что именно так... А как еще?
Он должен был приехать ко мне с цветами, предложить руку и сердце, а заодно
и Поля в, придачу? Лет с десяти я перестала верить в сказки и не думала, что
в двадцать пять лет вспомню детство и начну сама их сочинять.
— Сегодня? — упавшим голосом произнесла я. Слава богу, он знает о моем
отношении к Полю и спишет мой расстроенный тон на нежелание расставаться с
собакой. И не совсем, конечно, ошибется. — Может быть, я верну его
завтра утром? Я могу сама привезти Поля, то есть Смуфи, к вам домой. Если вы
дадите мне адрес. — Спасение утопающих — дело рук самих утопающих, но,
когда утопающие цепляются за соломинку, у них едва ли получиться выплыть.
Так и я цеплялась изо всех сил за то, что мне не принадлежало, — за
собаку, к которой я привязалась, и за мужчину, в которого меня угораздило
влюбиться.
— Хорошо, — неожиданно легко согласился Элмер. — У вас есть ручка?
— Угу, — пробормотала я, ковыряясь в недрах сумки и находя все, что
угодно, кроме ручки и блокнота.
— Тогда записывайте мой адрес.
Вооружившись карандашом для глаз и огрызком какого-то листка, я принялась
строчить.
Виндор-авеню, поворот налево, дом номер пять, витая ограда, статуя Тритона с
огромной рыбиной...
— Записали?
— Угу, — повторила я, утрамбовывая смятую бумажку в маленькую
серебристую косметичку.
— Когда вы сможете приехать?
Я чуть было снова не повторила привычное
угу
, но до меня все-таки дошел
смысл вопроса.
— Около десяти, если вас устроит.
— Замечательно. Буду ждать вас и Смуфи, Надеюсь, у вас будет время выпить со
мной чашечку кофе. Обещаю сварить его собственноручно.
Когда Элмер произнес последнюю фразу, мне показалось, что он улыбается.
Сидит, как я, за столиком какого-нибудь кафе, прижимает к уху мобильный, из
которого доносится мой голос, и улыбается. Мэй права — я ненормальная. Одно
его ласковое слово — и я готова лететь за ним на край света, простив все
упоминания о Джекки.
Хотя..., какое право я имею прощать?
— На кофе у меня всегда найдется время. Ну что ж, до завтра, Элмер.
С великим трудом я заставила себя попрощаться с ним и долго тыкала пальцем в
поисках кнопки выключения телефона. Мэй не выдержала, забрала у меня аппарат
и сама выключила его.
— Ну что?
Лица Мэй и Лекс выражали ничем не прикрытое любопытство. Вынь да положь им
романтическую историю!
— Ничего хорошего, — произнесла я голосом неудавшейся драматической
актрисы. — Он забирает у меня собаку. И предлагает выпить с ним кофе.
Вечером мы с Полем устроили себе маленький прощальный ужин. Я купила
попкорна для себя, кость для собаки и, удобно расположившись на диване,
пережевывала попкорн вместе со злоключениями какой-то мыльной героини.
Зачем смотреть на чужие страдания, когда своих — вагон и маленькая
тележка? — ворчал мой, как всегда разумный, внутренний голос. Если бы
только я его слушала, то многих проблем удалось бы избежать.
Самое удивительное, что жизнь начала налаживаться. Еще вчера работа в
ювелирном салоне казалась мне манной небесной, пределом желаний и
возможностей. Моя мечта — съехать от дяди Бена — теперь вполне могла
реализоваться.
Я не только сводила концы с концами, но и могла позволить себе те вещи,
которые совсем недавно считала верхом расточительности. Например, мобильный
телефон и всяческую дребедень похожего толка. Все верно — жить стало куда
легче... Точнее, стало бы, не появись на горизонте Элмер Айрон.
Этот человек спутал мне все карты. Он заставил меня забыть о подруге,
которая жаждала общения со мной, о деньгах, которые я могла бы тратить в
свое удовольствие, о покое, которым я вполне могла бы наслаждаться! Он
прокрался в мою жизнь легким ветерком и, только обосновавшись в ней, дал
понять, что может стать настоящим ураганом. Начинавшим, кстати, набирать
обороты...
В том, что я влюбилась в него, винить было некого, кроме себя самой. Можно
было попрекать Мэй ее заочным сватовством. Но слова подруги остались бы
пустым звуком, будь я действительно равнодушна к Элмеру. Мне ведь снились
его поцелуи...
Я закрыла глаза и на секунду попыталась представить, как это было бы на
самом деле. Вот он склоняет надо мной свое лицо. Прядь темных волос падает
на лоб, крылья носа дрожат — дыхание участилось, потому что он так же
взволнован, как и я. Глаза цвета стали заволокло туманом желания. Мягкие
губы неожиданно становятся такими настойчивыми, когда он касается ими
моих...
Его глаза все еще открыты, но секунда — и их уже смежило наслаждение,
доставленное поцелуем.
Нашим поцелуем. Фантастически страстным, но... воображаемым поцелуем.
Я открыла глаза и готова была проклясть себя за фантазерство. Тело
загорелось и зажило какой-то отдельной жизнью, неподвластной моему рассудку.
Я хочу его, тоскливо ныло оно. Я его хочу... Если так пойдет и дальше, то
отводить Поля-Смуфи хозяину будет некому. От меня останутся лишь угольки.
Умерла от страсти
— напишут на надгробной плите. А Элмер с невестой будут
носить цветы на мою могилу... Стоп!
Где-то я уже это слышала. Точнее, когда-то думала. Я вспомнила о своих
фантазиях за столиком ресторана. Тогда Элмер и Джекки носили в лечебницу
виноград и апельсины.
— Почему я такая глупая? — спросила я у лежащего в ногах Поля.
Пес сполна насладился костью и даже успел
закопать
ее под одеяло. Он
повернул ко мне довольную морду, словно пытаясь донести простую истину —
завязывай с нытьем и радуйся тому, что есть.
— Эх, ты! Я сохну по твоему хозяину, как какая-то школьница, а ты даже не
посочувствуешь мне! Наелся костей, развалился на моей кровати... Совесть у
тебя есть?
Поль был так добр, что оставил свою
закопанную
косточку, подобрался ко мне
и лизнул в щеку. Я прижала к щеке его шелковистую морду.
Неужели завтра эта собака и ее хозяин уйдут из моей жизни навсегда?
Первый снег... Мне казалось таким странным и даже символичным, что он выпал
именно в этот день. Белый-белый, мягкий, пушистый, он касался моих щек,
падал на волосы, таял и прилетал снова. Зима наконец заявила о своих правах
и торжественно сменяла загостившуюся в городе осень. Удивительно, но я
обрадовалась снегу. При всей своей нелюбви к зиме я готова была смириться с
ее приходом, потому что долгая осень была гораздо мучительнее. Даже деревья
преобразились благодаря выпавшему снегу, он нарядил их в белые шапочки,
которые связал всего за одно утро.
Мы с Полем чувствовали себя настоящими первопроходцами. На снегу, покрывшем
асфальт, отпечатались только наши следы. Треугольники его лап и овалы моих
ботинок. Пес не очень-то был рад нашей прогулке, словно догадывался о том,
что сегодня мы расстаемся и, Бог знает, увидимся ли когда-нибудь еще.
Моя голова пыталась разродиться очередным хитроумным планом, на этот раз
касающимся Поля. Я хотела робко и
ненавязчиво
, как любит говорить Мэй,
предложить Элмеру отдать мне песика после их с Джекки свадьбы. Почему бы и
нет? Смуфи-Поль терпеть не может хозяйскую невесту. Когда они поженятся, пес
наверняка сбежит, если раньше Элмер не озадачится вопросом, куда бы его
пристроить. А я заранее помогу ему решить этот вопрос. Тем более что я
лучшая кандидатура на роль новой хозяйки. За то время, что мы провели
вместе, Поль успел привязаться ко мне. К тому же я вполне допускаю, что
Элмер захочет навещать собаку, так почему бы не дать ему эту возможность?
Собаку, а заодно и тебя! — ехидно заметил внутренний голос. Далеко
метишь!
До Виндор-авеню мы доехали на машине.
Таксист не очень-то хотел везти в салоне такого большого пса с лапами,
мокрыми от снега.
Но я уговорила его, пообещав щедро расплатиться. Поль с удивительной для
своего роста ловкостью прошмыгнул в заднюю дверцу, заставив водителя от
удивления выпучить глаза.
— Дрессированная собака? — оторопело поинтересовался он. — В цирке
работает?
Сам ты в цирке работаешь, хотела я сказать, но вовремя сдержалась. Этот
человек совершенно не виноват в том, что у меня сегодня не самый счастливый
день в жизни.
— Нет. Просто умный пес, — ответила я таксисту. — Вы знаете пятый
дом на Виндор-авеню?
— Белый дом с высокой оградой? — уточнил он.
— Да. Подвезите нас прямо к нему.
К моему удивлению, особняк Элмера Айрона оказался вовсе не таким большим,
как я себе представляла. Это был двухэтажный, очень симпатичный белый домик,
выделяющийся среди других высокой оградой, состоящей из причудливо
переплетенных железных прутьев, да гипсовой статуей Тритона во дворе.
— Ну вот и все, — обратилась я к Полю, который изо всех сил тянул меня
в сторону дома. — Пришла пора прощаться. Да ты, я вижу, и не очень
грустишь...
Я спустила его с поводка, который надела исключительно ради проформы, и
пошла следом. Ворота были открыты. Поль сразу же прошмыгнул в них и понесся
в сторону крыльца. Я разумно решила не бежать за ним следом. Хозяин услышит
лай своей собаки и сам разберется, что к чему.
Тритон с огромной рыбиной
, как выразился Элмер, не казался вблизи таким
нелепым, каким выглядел издалека. Рядом с домом статуя смотрелась вполне
уместно и даже радовала глаз.
Мускулистый мужчина, слегка согнувшись, пытался удержать большую рыбу,
бившуюся в его руках. В его каменных глазах было столько упрямства, а в
руках — силы, что я не сомневалась в том, что он удержит рыбу, не даст ей
вырваться. Эта пара была само движение, от нее невозможно было оторваться.
Интересно, сколько десятилетий Тритон пытается совладать с рыбой? Что, если
когда-нибудь ему надоест это занятие? И он, послав ко всем чертям надоевшую
рыбу, спрыгнет с пьедестала и воспользуется наконец своей свободой?
Засмотревшись на композицию, я забыла о виновниках моего прихода в этот дом
— о Поле-Смуфи и его хозяине. Наверняка эти двое уже встретились и
выказывают друг другу свою любовь, не без ревности подумала я. Только
радостного лая Поля, которым должно, по идее, сопровождаться сие действо,
почему-то не было слышно. Да и самого Поля не было видно. Как, впрочем, и
Элмера...
Скорее всего, оба зашли в дом, решила я и направилась к крыльцу. Хотя со
стороны Элмера это не очень-то вежливо — даже не выйти к гостье. Которую,
между прочим, обещал угостить кофе. Ну ладно. Я поднялась по ступенькам и
вошла в приоткрытую дверь. Надо же! Открыл Полю дверь и ушел, даже не
дождавшись меня.
Как можно было забыть о том, что на улице стоит девушка, которая привела
хозяину блудного пса?
Я решила ответить дерзостью на дерзость.
— Эй! Где вы там? — Я отряхнула ботинки от снега и подошла к лестнице,
ведущей наверх.
Никто не отвечал... Странное дело. Я огляделась по сторонам. В большом холле
было так тихо и неприютно, что у меня потихоньку начали возникать сомнения.
А дома ли Элмер?
— Элмер! — позвала я громче. Может, этот тип решил опять играть в
невидимку? Как тогда, в кабинете. Я ведь тогда тоже не сразу обнаружила
его. — Эй, Элмер, где же вы?
Признаться, я уже успела порядком обидеться и разозлиться. Что он о себе
возомнил? При мысли о том, что Элмер мог просто забыть о моем существовании,
мне стало по-настоящему больно. О красотке Джекки не забыл, а обо мне...
Слезы наворачивались на глаза, но я мужественно пыталась не выказать обиды,
так как надеялась, что Элмер все-таки вспомнит обо мне и спустится.
Я услышала шорох и подняла голову. По ступенькам спускался понурый Поль. Не
заметно, что он рад своему возвращению, удивилась я.
Мои ожидания увидеть идущего следом Элмера не оправдались. Собака спускалась
в одиночестве.
— Где твой хозяин, Поль? — удивленно спросила я. — Куда он
запропастился?
Поль подошел ко мне, ткнулся холодным носом и озадаченно посмотрел в глаза.
— У-у! — заскулил он и потянул меня в сторону ступенек.
— Мне пойти за тобой? — По опыту я знала, что собаку лучше послушать.
Встревоженный вид Поля лишь укрепил мои сомнения. — Хорошо,
Поль, — согласилась я. — Только учти, не очень-то вежливо бродить
по чужой квартире без приглашения. Так что, если нас заметит твой хозяин, я
сошлюсь на тебя, ладно?
Пес еще раз взглянул на меня и вернулся к лестнице, словно предлагая мне не
медлить и последовать за ним. Мы поднялись по деревянным ступенькам, ведущим
на второй этаж.
Не слишком богато живет владелец
Вест компани
! — подумала я. Ни тебе
роскошного особняка, ни дорогой техники, ни картин модных художников,
развешанных по белоснежным стенам. И стены здесь вовсе не белые, а светло-
желтые с золотыми узорами.
Поль провел меня мимо двух закрытых комнат и остановился на пороге третьей,
дверь в которую была распахнута. Помимо равнодушия к атрибутам богатства,
Элмер Айрон отличался еще и удивительной неаккуратностью. Маленькая комната
оказалась ужасно захламленной спальней, в которой, по всей видимости,
сегодняшней ночью произошло землетрясение.
Никак иначе царивший там кавардак я объяснить не смогла.
Два стула с бордовыми сиденьями валялись на полу. Серый пиджак, висевший когда-
то на одном из стульев, был сброшен на ворсистый темно-зеленый ковер,
застилавший пол спальни. На широкой кровати, стоявшей около стены, слева от
двери, все было перевернуто вверх дном. Одеяло, простыня, подушка и матрас
сбились в кучу так, что невозможно было разобрать, что есть что. Обивка на
кресле в углу комнаты была разодрана, словно ее терзала длиннющими когтями
толпа разъяренных женщин из моего давнишнего сна.
— Да что же это?! — спросила я вслух и краем глаза покосилась на Поля,
который в этот момент обнюхивал углы комнаты. — Твой хозяин всегда
такой неопрятный, или у него были нежданные гости?
Мысль о
гостях
пришла мне в голову сразу, как только я увидела разодранное
кресло.
То, что Элмер Айрон — воплощение неряшества, я еще могла себе представить,
но роль маньяка, рвущего обивку кресла, ему совершенно не подходила. К тому
же слишком уж странным в свете всего этого кавардака выглядело его
отсутствие.
Первый шок от зрелища растерзанной спальни прошел, и я почувствовала страх,
сковавший мое тело по рукам и ногам. Что здесь могло произойти? Кем были
люди, пришедшие в этот дом, и как они поступили с Элмером? А если его уже
нет в живых? Сердце сжалось от мучительного предчувствия, а по телу забегали
противные мурашки. Я продолжала стоять, как будто ботинки маленькими
гвоздиками прибили к ковру, а меня тонкими, но прочными нитками связали
маленькие человечки, совсем как Гулливера в Стране лилипутов.
Поль продолжал шнырять по комнате, обнюхивая каждый угол, и своей
активностью привел меня в чувство. Надо взять себя в руки и что-нибудь
предпринять. Но что я могу сделать в такой ситуации, не представляя даже
картины событий, развернувшихся в этом доме? Элмера Айрона здесь не было —
это уж точно. Иначе Поль сразу же нашел бы его. Его могли убить и увезти.
Все мое существо воспротивилось этой мысли и тут же изобрело другой вариант
развития событий. Похищение!
Но зачем его похищать или убивать? Ответ ясен: Элмер Айрон крупный
предприниматель, и кому-то что-то от него понадобилось. Но кому и что? И
потом, его похитители должны выдвинуть свои требования... А кому они будут
их выдвигать? Элмер сирота, ни родственников, ни друзей, как я понимаю, у
него нет. Разве что невеста... Если только похитители о ней что-нибудь
знают.
Любая другая, более сообразительная девушка, наверное, убралась бы из дома
подобру-поздорову, радуясь тому, что пришла после, а не до совершения
разгрома. Но я никогда не отличалась сообразительностью, поэтому, вместо
того чтобы
делать ноги
, мучительно пыталась представить, где и в каком
состоянии сейчас находится мой бывший шеф.
Есть ли у Элмера прислуга? Если таковая и была, то сейчас дом, по всей
видимости, пустовал. Раньше я думала, что такие, как Элмер, не в состоянии
шагу ступить без личного шофера и парикмахера. Но сейчас, познакомившись с
ним чуть ближе, я поняла, что этот человек вполне может обойтись и без слуг.
Значит, его отсутствие могла заметить лишь невеста... Которая, кстати,
весьма своевременно уехала на съемки. С учетом того, что в
Вест компани
он
предупредил о своем отпуске, там его не хватятся тоже... Вот дьявол! —
ругнулась я про себя.
Человек пропал, а об этом не знает никто, кроме его собаки и бывшего
курьера!
Единственное, что я могу сделать для Элмера, это позвонить в полицию. Он
человек богатый, поэтому копы, со своими чувствительным к долларам
обонянием, тут же займутся его поисками. Все было бы легко и просто до
безобразия, если бы речь шла о постороннем человеке.
Но Элмер Айрон уже не был для меня посторонним, и я испытывала серьезный
страх по поводу его исчезновения. Будет ли пра
...Закладка в соц.сетях
