Жанр: Любовные романы
Аннабель, дорогая
...енные ими суммы, судя по записям в их книгах, значительно отличаются от тех, что внесены в книги
Аннабель.
- Сахар! - вдруг воскликнула я. - Меня всегда удивляло, почему у нас уходит так много сахара.
- Я обычно удваивал счета за сахар, - признался Адам. - Но все же никак не могу понять, Стивен, что внушило тебе
подозрения. Когда ты взял мои книги, я понял: ты хочешь до чего-то докопаться. Так что побудило тебя к этому?
- Я уже сказал: гроза.
Адам покачал головой:
- Сомнения появились у тебя еще до грозы, мой мальчик.
Взяв со стола серебряный нож для бумаги, Стивен зажал его между пальцами.
- Верно, - признался он.
- Но почему? - настаивал Адам. - Как ты говоришь, в книгах все было в порядке.
- Я насторожился, узнав, что Джералд назначил меня, а не вас опекуном Джайлза. Вот тут-то мне и пришло в голову, что
брат заподозрил какие-то махинации в управлении поместьем.
Услышав смех Адама, я вздрогнула.
- Злая ирония судьбы! - воскликнул он. - Совсем как в греческих трагедиях. Неужели именно это насторожило тебя?
- Между мной и Джералдом, вы знаете, не было братской близости.
- О Боже! - Адам откинулся на спинку кресла. - Назначить управляющего опекуном своего сына! Да он и не
помышлял о таком. Именно это и предопределило его решение.
Адам казался сейчас старым, измученным... и безнадежно отчаявшимся.
- Все это очень печально, дядя Адам, - проговорила я.
Мне и в самом деле было грустно от того, что он сделал, вернее, что ему пришлось это сделать. Но больше всего я жалела
о том, что разоблачения Стивена навсегда подорвали доверие и симпатию к этому человеку. А ведь позади у нас было много
хорошего!
Однако мошенничество дяди Адама оказалось не главным в этом тягостном деле. Второй человек, приглашенный нами в
библиотеку, представлял куда большую опасность, чем бедный старик. Тот, кого мы теперь ждали, был не вором, а убийцей.
- Как вы поступите со мной? - спросил Адам.
Дверь скрипнула.
- Подождите. Скоро узнаете, - сказал Стивен.
На пороге появился Джек. Он, конечно, не видел дядю Адама, скрытого высокой спинкой кресла.
- Аннабель! - весело проговорил Джек, входя в комнату.
- Какого черта ты сюда пришел? - рассердилась я.
Он в изумлении остановился у кресла дяди Адама.
- Простите, я не заметил вас, Адам. Мне хотелось поговорить с Аннабель о нашем новом конном заводе. - Джек бросил
взгляд на меня: - Я зайду позднее, ладно?
Он так и не закончил, увидев, что мы со Стивеном уставились на дверь.
- Входи, Джаспер. - Стивен жестом пригласил кузена сесть. - Нам надо поговорить.
Джек отошел и теперь стоял у стены, скрестив на груди руки и всем своим видом показывая, что не намерен удалиться.
- Джаспер, мой мальчик. - Дядя Адам ласково посмотрел на сына.
- У нас будет семейный совет? - с наигранной непринужденностью осведомился Джаспер и обвел нас настороженным
взглядом.
- Мы собрались здесь для того, чтобы выяснить, кто покушается на жизнь Стивена, - объяснила я.
В комнате воцарилось напряженное молчание.
- Ты подозреваешь кого-то из нас? - спросил Адам.
- Да.
Адам оглядел всех поочередно и задержал взгляд на Джеке:
- Если один из присутствующих и замышлял дурное, Аннабель, то это, конечно, Джек. У него есть на то веская причина.
Джек хранил молчание.
- В случае смерти Стивена и Джайлза он наследовал бы титул, - продолжал Адам. - Это весьма серьезный мотив.
Особенно для того, чьи карманы всегда пусты.
- Сомневаюсь, что объектом покушений был Джайлз. Они дважды коснулись и его, но лишь потому, что он был со мной.
- Я ничего не достиг бы, убив одного Стивена, - заметил Джек.
- Откуда ты знаешь, что покушались не на Джайлза? - вдруг спросил Джаспер. - Течь в лодке представляла опасность
прежде всего для него. Ведь именно Джайлз рыбачил на озере все лето.
Стивен положил нож для бумаги на стол.
- Тот, кто стрелял в меня в лесу, промахнувшись, не последовал за мной, чтобы довершить начатое, ибо опасался, как бы
его не увидел Джайлз.
Ведь ему тогда пришлось бы убить и мальчика. Вот почему я полагаю, что покушались не на Джайлза.
- Вероятно, стрелявший думал, что ты вооружен, - заметил Джаспер.
- Все хорошо знают, что я никогда не ношу с собой оружия, - возразил Стивен. Джаспер пожал плечами:
- Ты можешь назвать имя подозреваемого, Стивен? Интересно, располагаешь ли ты доказательствами того, что кто-то из
присутствующих замышлял убийство? А что, если стрелял браконьер? Случайно, по ошибке?
- У меня есть доказательства.
Адам напрягся:
- И что же это за доказательства?
- Одно вещественное доказательство найдено Джемом там, где я упал с Ворона. Его обронили, ослабляя подпругу. Джем
показал мне эту вещь, и я тотчас узнал ее. Это была кавалерийская перчатка, Джаспер. Из тех, что ты обычно носишь.
Не успел Джаспер ответить, как Адам опередил его:
- Это я ослабил подпругу, Стивен! Джаспер оставил перчатки в конюшне, и я сунул их в карман, чтобы вернуть ему при
встрече. Одна из них, должно быть, и выпала.
- Замолчи, папа! - рявкнул Джаспер. Адам пристально посмотрел на сына:
- Ты уж прости, что я впутал тебя в это дело. Но видишь ли, Стивен узнал о моих махинациях с деньгами, и у меня не
оставалось иного выхода.
Джаспер побледнел от ярости:
- Пожалуйста, замолчи, отец. Возле Ворона не могли найти кавалерийскую перчатку. Стивен берет тебя на пушку.
- Откуда тебе известно, что возле Ворона не было кавалерийской перчатки? - строго спросил Джек.
Джаспер ответил ему лишь мрачным взглядом.
- Ты ведь знаешь, что в тот день не надевал перчаток, верно?
- Что за чушь! - презрительно бросил Джаспер. - Чего бы я достиг, убив Стивена?
- Ты догадался о махинациях отца и, разумеется, не поверил сказке о богатом кузене твоей матери. Испугавшись, что я
разоблачу Адама, ты попытался убить меня.
- Какая чушь! - повторил Джаспер и посмотрел на меня: - Но ты-то, надеюсь, не веришь этим злобным бредням,
Аннабель?
- Мне очень больно поверить в это, Джаспер, но кто-то, несомненно, пытался убить Стивена. Теперь же стало ясно, что
убийца живет в нашем доме.
- Неужели ты решила, что это я? - В его голосе прозвучала невыразимая горечь.
- Ты тут ни при чем, Джаспер, - сказал Адам. - Во всем виноват я: понял, что мне грозит разорение, и постарался это
предотвратить. - Он поглядел на Стивена: - Ты уж прости, мой мальчик, но дело обстоит именно так.
- Простите меня и вы, дядя Адам.
- Ты отлично знаешь, что мой отец не покушался на твою жизнь, Стивен, - твердо проговорил Джаспер.
- Но он только что сознался в этом!
Джаспер взглянул на отца:
- Тебе не следовало поддаваться на эту уловку, папа. Стивен обманул тебя, сказав про кавалерийские перчатки. На
самом же деле у него нет доказательств. - Он обратился к Стивену: - Верно?
- Доказательств и в самом деле нет, - признался тот.
- Вся вина, конечно, на мне. - Джаспер понурился. - Как только ты начал копаться в книгах отца, я сразу же понял:
игра проиграна.
- Не слушай его, Стивен... - вставил Адам.
- Хватит, папа! - бросил Джаспер, мрачный как туча.
Вглядевшись в дорогие, знакомые с детства лица, я начала осознавать реальность происходящего.
Джаспер пытался убить Стивена!
- Как ты мог? - выдохнула я с ужасом. - Как ты мог даже помыслить об этом? - Передо мной сидел незнакомец с
беспощадно жестоким выражением лица. "Такое лицо, вероятно, бывает у солдат, бросающихся в бой", - подумала я. Что ж,
убивать для Джаспера - дело привычное.
- Признайся, ведь ты хотел не только выгородить отца, а, Джаспер? - спросил Джек. Взгляды кузенов скрестились.
- Бедняга, ты совсем потерял голову! - К моему крайнему удивлению, голос Джека звучал совершенно искренне.
- Что ты несешь, Джек? - воскликнула я. - Ведь Джаспер хотел убить Стивена!
Стивен подошел ко мне, словно считая, что я в опасности.
Джек развел руками:
- Все очень просто, дорогая Аннабель. Устранив Стивена, Джаспер надеялся стать твоим мужем.
- С чего бы ему надеяться на это?
- Зная тебя, Аннабель, он не сомневался, что ты снова вступишь в брак. После смерти Джералда и Стивена мы с
Джаспером остались бы единственными претендентами на твою руку. А так как у меня теперь другие планы, я ему не помеха.
- Но я могла бы выйти за кого-то еще.
Джек покачал головой:
- Нет, Аннабель. Только не ты.
Чуть поразмыслив, я поняла, что Джек прав. Если бы обстоятельства сложились именно так, Джаспер, вполне вероятно,
стал бы моим мужем.
- Ты вступила бы в брак только с тем, кто напоминал бы тебе о Стивене, а бедняга Джаспер до конца жизни бесплодно
боролся бы с тенью.
Меня возмущало сочувствие Джека Джасперу.
- Зато он завладел бы моими деньгами, - добавила я.
Джек лукаво улыбнулся:
- Аннабель, дорогая, уверяю тебя, никто из нас не интересуется твоими деньгами.
Стивен положил руку мне на плечо.
- Хватит, Джек.
Тот взял нож для бумаги. Свет, падавший из окна, придавал ему сверхъестественное сходство с моим покойным мужем.
- Ты знаешь, что Джералд любил ее, - сказал Джек, - но она даже не замечала этого. И вышла за него замуж только в
пику тебе.
Вероятно, почувствовав, как напряглись мои плечи, Стивен повторил:
- Хватит, Джек. Нелепо обвинять Аннабель в том, что совершил Джаспер. Он сам отвечает за свои поступки.
Я не отрывала глаз от небольшой китайской вазы с белыми розами, стоявшей на столе, возле моего кресла.
- В хладнокровной жестокости Джаспера виновата война, а не Аннабель.
Услышав, что Стивен высказывает мысль, всего несколько мгновений назад пришедшую мне на ум, я подняла голову.
Джек вертел в руке нож.
- Это вполне убедительное объяснение.
- Вы передадите меня властям? - глухо спросил Джаспер.
- Скажи, это ты продырявил лодку? - невольно вырвалось у меня.
- Нет, однако это происшествие навело меня на мысль разделаться со Стивеном. Но я никогда не хотел причинить вред
Джайлзу. Поверь, Аннабель, я говорю чистую правду. И запомни: во всем этом нет твоей вины. Я никогда не пошел бы на
это ради своих интересов. Мне казалось необходимым спасти папу. Но вместе с тем я не желал утратить то, что было нажито
его махинациями.
Адам издал возглас отчаяния, и мое сердце дрогнуло.
- Мы ведь не предадим это гласности? - спросила я Стивена.
- Нет.
Адам совсем поник под тяжестью вины.
- Мы с Аннабель предварительно все обсудили, - проговорил Стивен. - Лучше всего, если вы, Адам, тетя Фанни и
Нелл переселитесь в купленное вами нортгемптонширское поместье.
- Вы... вы оставите его мне? - Старик был ошеломлен.
- Таково желание Аннабель.
- Боже мой! Боже мой! - бормотал Адам.
- Боюсь, семья не слишком благородно обходилась с вами, дядя Адам, - заметила я. - И мне не хотелось бы, чтобы
тетя Фанни и Нелл оказались в трудном положении.
- А что... что будет с Джаспером? - с трудом вымолвил старик.
- От матери я унаследовал плантацию в Виргинии, - ответил ему Стивен. - И готов передать ее Джасперу. Он получит
также и деньги, поэтому сможет начать новую жизнь в Америке. Войдя в права, - продолжал Стивен, - я сразу освободил
всех рабов. Ты должен обещать мне, Джаспер, что для обработки плантации будешь использовать только наемных
работников. Надеюсь, тебе повезет, и тогда другие плантаторы последуют твоему примеру.
- Значит, ты уверен, что я справлюсь? - изумился Джаспер.
- Вполне уверен.
Они молча посмотрели друг на друга.
- Я сделаю все, что в моих силах, - тихо сказал Джаспер и перевел взгляд на меня. Я увидела в его глазах мольбу о
прощении, но он так и не вымолвил покаянных слов.
- Аннабель! - Его голос дрогнул.
Я вспомнила о счастливых днях детства, проведенных с ним, о своих письмах к нему в Испанию, о том, как молила Бога о
его благополучном возвращении.
Серые глаза Джаспера умоляли меня о прощении.
А я думала только о том, что он покушался на жизнь Стивена.
- Не хочу больше видеть тебя. Никогда в жизни, - сказала я.
Глава 26
Покинув библиотеку, я поспешила сообщить Джайлзу, что мы нашли врага Стивена. "Мой сын, - думала я, - должен
чувствовать себя в безопасности в своем маленьком мирке".
Ошеломленный мальчик спросил:
- Джаспер хотел убить и меня, мама?
- Нет, дорогой.
- А почему же лодка дала течь? И ведь в лесу он стрелял в меня.
- Лодка прохудилась случайно, Джайлз, - заверила я сына. - Джаспер сказал, что не имеет к этому никакого
отношения. К тому же стрелял он именно в дядю Стивена и не выстрелил второй раз потому, что боялся попасть в тебя.
Джайлз замолчал, о чем-то размышляя.
- А где сейчас капитан Грэндвил? - осведомилась Юджиния.
- Джек отвезет его в Саутгемптон и купит ему билет на корабль, отправляющийся в Америку. Стивен передает ему свою
виргинскую плантацию, унаследованную от матери. - Я вздохнула. - Это разумное решение. Джаспер покинет страну, что
избавит его семью от скандала.
Юджиния кивнула.
Мы сидели за учебным столом Джайлза. Мое появление прервало урок.
Я взглянула на сына:
- Ты слышал, Джайлз? Дядя Стивен отсылает Джаспера в Америку, и он больше не причинит нам никакого вреда.
Теперь ты можешь спокойно, ничего не боясь, гулять по уэстонскому парку.
- Я все слышал, мама, - ответил Джайлз, однако было заметно, что он так и не успокоился. - Джаспер сказал, почему
хотел убить дядю Стивена?
Чтобы не подорвать доверия сына к членам семьи, я решила не говорить ему об Адаме.
- Он ревновал к дяде Стивену, Джайлз.
- Но почему он ревновал к дяде Стивену? - изумился мальчик. - Ведь Джаспер - солдат и сражался на войне.
Очевидно, в глазах Джайлза солдат имел несомненные преимущества перед Стивеном с его неопределенным будущим.
Я не знала, что ответить, не упоминая об Адаме.
- Может, Джаспер ревновал, потому что ты любишь Стивена больше, чем его?
Я все еще колебалась.
- Так оно и есть? - обрадовался Джайлз.
- Отчасти - да.
- Бедные мистер и миссис Грэндвил, - проговорила Юджиния. - Представляю себе, какой это удар для них!
Я ухватилась за подсказку:
- Да, они так потрясены, что решили покинуть Уэстон и поселиться в своем нортгемптонширском поместье.
- Я не хочу, чтобы Нелл уезжала, - возразил Джайлз. - Я люблю Нелл. Она всегда играет со мной.
- Нелл придется отправиться с родителями. Ведь теперь, после отъезда Джаспера, она особенно нужна им.
Позавтракав в детской с Юджинией и Джайлзом, я спустилась вниз, надеясь увидеть Стивена. Узнав от Ходжеса, что он
ушел вместе с Адамом, я позвала собак и направилась к себе в кабинет. Через открытые стеклянные двери лился утренний
свет, однако небо заволокло тучами и стало заметно прохладнее. Я закрыла стеклянные двери и, обернувшись, увидела тетю
Фанни.
Никогда не забуду ее белого как полотно, осунувшегося лица.
"Вот такой она будет, когда умрет", - с ужасом подумала я.
Да и сейчас, когда она узнала всю правду о муже и сыне, что-то наверняка умерло в ней.
Я протянула к тете Фанни руки, желая заключить ее в объятия и утешить, но что-то остановило меня:
- Я знаю, что все было для вас таким же кошмаром, как и для меня, тетя Фанни. Поверьте, я сделаю все, что в моих
силах, чтобы помочь вам и Нелл.
Она ответила холодным, почти официальным тоном, совершенно необычным для нее:
- Благодарю вас, Аннабель. Я хотела спросить, могу ли взять с собой на время кое-какую мебель из Дауэр-Хауса, пока
мы не обзаведемся собственной? По словам Адама, в Нортгемптоншире почти ничего нет.
- Возьмите и оставьте себе все, что нужно.
- Спасибо, вы очень добры.
- Тетя Фанни! - воскликнула я в изумлении. - Почему вы так держитесь со мной? Я же ни в чем не обвиняю вас. -
Увидев, каким негодованием горят ее глаза, я умолкла.
- Еще бы! Ведь это я должна обвинять вас, Аннабель.
Я в изумлении уставилась на нее:
- Н-не понимаю.
- Джаспер никогда в жизни - слышите, никогда - не совершил бы ничего подобного, не будь он так отчаянно влюблен
в вас!
Я онемела.
Приблизившись ко мне, тетя Фанни посмотрела на меня так устрашающе, что я начала оправдываться:
- У Джаспера не было оснований надеяться на взаимность. Я всегда видела в нем лишь доброго друга. Поймите же, тетя
Фанни, мой муж умер всего шесть месяцев назад.
- Именно смерть Джералда и натолкнула Джаспера на мысль, что у него есть шанс завоевать ваше расположение. А тут
вернулся Стивен.
Мне казалось, будто я говорю с незнакомкой.
- Тетя Фанни, по-моему, вы не вполне сознаете, что Джаспер дважды пытался убить Стивена.
- Вы и Стивен погубили жизнь обоих моих детей.
- Это неправда! - Ее слова поразили меня.
- Я допустила величайшую ошибку, позволив Адаму оставаться в Уэстоне все эти годы, - продолжала она. - Ни
Джералд, ни его отец не ценили моего мужа. Никогда даже не задумывались о том, что платят Адаму нищенское жалованье,
на которое нельзя достойно содержать жену и двоих детей.
- Говорил ли когда-нибудь Адам с Джералдом или его отцом о повышении жалованья?
- Они вынудили его воровать, - словно не слыша меня, заключила тетя Фанни.
Не желая возражать ей, я ограничилась замечанием:
- В мои намерения не входит наказывать его.
- Как вы милосердны, дорогая! - насмешливо отозвалась тетя Фанни.
Почувствовав себя оскорбленной, я вспыхнула, однако дала гневу улечься.
- Мне очень жаль, что вы так настроены, тетя Фанни. Хотите еще что-нибудь сказать?
- Нет. - И она направилась к двери. Когда тетя Фанни взялась за ручку, я добавила:
- Если когда-нибудь простите меня, пожалуйста, приезжайте.
Она на миг остановилась в нерешительности, но лишь кивнула, не оборачиваясь, и вышла.
Я в полном изнеможении опустилась на диван. Видимо, почуяв, что мне плохо, спаниели прижались к моим ногам.
Мерлин ткнулся носом в мое колено, и я, нагнувшись, погладила его. Это прикосновение немного успокоило меня. Из-за
облаков показалось солнце: его лучи ласкали мою спину.
Я все еще сидела там, когда появился Стивен. Он сразу заметил, что мне не по себе.
- Ты так огорчена из-за Джаспера, или случилось что-то еще? - Он опустился на диван рядом со мной, и я рассказала
ему о разговоре с тетей Фанни, - Как видишь, это совсем выбило меня из колеи. Больно осознать, что близкий, с детства
знакомый человек совсем не любит тебя.
- Тетя Фанни любит тебя, Аннабель, - возразил Стивен. - Просто сейчас она мучительно страдает за мужа и сына.
Знает, что они виноваты, но считает своим долгом защищать их. А единственный способ хоть как-то оправдать их -
переложить вину на кого-то другого. Ответственными за то, что случилось с Адамом, она считает Джералда и моего отца, за
то, что случилось с Джаспером, - тебя.
- Джек тоже считает, что это моя вина.
Стивен приподнял мой подбородок и заставил посмотреть ему в глаза:
- Ты не несешь никакой ответственности за все происшедшее в Уэстоне.
Я покачала головой, убежденная, что он говорит неправду:
- По-моему, тетя Фанни ненавидит меня.
Мой голос задрожал.
Стивен стиснул меня в объятиях.
- Да нет же, любимая. Просто, как всякая мать, она больше любит своих детей. Как только Фанни примирится с
отъездом Джаспера, она вернет тебе свою дружбу. Вот увидишь.
Я никогда не была на первом плане у моей матери, но это не задевало меня. Зато для Стивена составляла средоточие
вселенной.
"Только ты и я, Аннабель. Только ты и я".
Это стало фундаментом моей жизни. Если бы рухнул фундамент, я погибла бы под его обломками.
Прижимаясь к Стивену, я с наслаждением чувствовала знакомый запах.
- А почему все-таки в ту ночь ты послал записку Джему, а не мне?
Мой вопрос поразил его. Он даже не уточнил, какую ночь я имела в виду.
- Когда ты узнала, что я посылал Джему записку?
- В тот день, когда ты упал с Ворона.
- Понятно. - Он прерывисто вздохнул. - Раз уж ты знаешь, что я посылал Джему записку, тебе известно и почему я
так поступил.
- Стивен, я никогда не сомневалась, что ты не был связан с контрабандистами, а просто выгораживал Джема.
Что-то дрогнуло в его лице, но я безжалостно продолжала:
- Вот только мне не ясно, почему ты уехал на Ямайку, так и не предупредив меня ни словом.
Он нервным движением провел рукой по волосам.
- Они повесили бы его! - в отчаянии воскликнул Стивен. - Слишком многие контрабандисты занимались переправкой
золота во Францию, а это привело в ярость правительство. Джема перемололи бы колеса чудовищной машины, называемой
правосудием. Я не мог этого допустить.
- Понимаю, но ведь я спросила не об этом, Стивен. Меня интересовало, почему ты послал записку Джему, но ни слова
не сообщил мне.
- О Боже! - Стивен закрыл лицо руками. - Мне пришлось это сделать. Лишь узнав, что ты вышла замуж за Джералда,
я осознал, какую большую ошибку совершил. Мне почему-то казалось, что не следует видеться с тобой перед отъездом.
Видишь ли, я плохо представлял себе ситуацию, но точно знал, что должен спасти Джема.
Я не представляла себе, что скажет Стивен в свое оправдание.
- Я предвидел, что ты попросишь не покидать тебя, и боялся сломаться. Мне оставалось одно - уехать, не повидавшись
с тобой. - Он опустил руки, и я увидела, что лицо его искажено смертельной мукой. - Господи Иисусе! Мне и во сне не
снилось, что ты можешь выйти замуж за кого-то другого!
Я смотрела на него с удивлением и недоверием, ибо всю жизнь полагала, что он никогда не свернет с пути, который
подсказывает ему совесть.
- Я собирался написать тебе с Ямайки и рассказать о том, что случилось, - с болью продолжил он. - Как бы то ни
было, нам все равно не позволили бы обвенчаться. Однако я надеялся, что если мы сохраним верность друг другу в течение
года, они раскаются и дадут согласие на наш брак.
"Они", - повторила я про себя. Вот уже много лет я не слышала, чтобы это слово произносили с такой интонацией. Для
Стивена "они" были все, кроме меня и него.
- Я вел себя как дурак, - с горечью признался он. - И не просто дурак, а отвратительный эгоистичный идиот.
- Все знают, что тебя не заставит свернуть с пути даже табун диких жеребцов.
- Насчет жеребцов, может, и верно, а вот с тобой дело обстоит совсем по-другому.
Я вдруг вспомнила себя в семнадцать лет.
- Вполне допускаю, что попросила бы тебя выдать Джема, - призналась я. Стивен кивнул:
- Но ведь я не подозревал о том, что у тебя будет ребенок. Хотя и следовало бы. Да, мне нельзя было уезжать, не
поговорив с тобой. Ты справедливо упрекаешь меня, Аннабель. Я едва не погубил и твою и свою жизнь и пойму, если ты
никогда не простишь меня.
Я встала и подошла к стеклянным дверям. Солнце опять скрылось за облаками. Глядя на потемневшее небо, я устало
проговорила:
- Не обвиняй себя, Стивен. Я виновата куда больше, чем ты.
Он тоже поднялся. Вдали, над грядой холмов, проглядывала синева. Это означало, что распогодится.
- Мне надо было пойти к графу, признаться ему во всем и потребовать, чтобы он отправил меня на Ямайку.
- Так бы ты и поступила, Аннабель, если бы я так жестоко не обидел тебя.
Глядя на голубое небо над холмами, я вдруг поняла, какие противоречивые побуждения испытывала в ту пору.
- Джек прав. Я вышла замуж за Джералда только назло тебе.
- Ты имела все основания считать, что я предал тебя, Аннабель.
- Я была зла на тебя за то, что ты отдал предпочтение Джему.
Стивен приблизился ко мне, и я обернулась:
- Да, мать давила на меня и лгала, но замуж за Джералда я вышла не из послушания. Мне было известно, что
контрабандный товар нес Джем, а ты взял его вину на себя. Я поступила несправедливо с Джералдом, поскольку вышла за
него, любя другого. Я поступила несправедливо с тобой. Но хуже всех я обошлась с Джайлзом, лишив его настоящего отца.
Пробившись сквозь тучи, луч солнца упал на ковер.
- Ты для меня всегда была и будешь дороже всего на свете, Аннабель. Поэтому у меня и не хватило мужества
поговорить с тобой перед отъездом.
Я бросилась в его объятия, чувствуя себя как странник, вернувшийся домой после долгих скитаний.
Казалось, мы никогда не разомкнем объятий.
Закрыв глаза, я пыталась представить себе, чем все обернулось бы, если бы мне удалось убедить Стивена не жертвовать
собой и остаться дома.
- Может, все к лучшему, - тихо проговорила я, прижавшись губами к его шейному платку. - Случись что-нибудь с
Джемом, ты никогда не простил бы себе этого.
Руки Стивена стиснули меня.
- Аннабель! - воскликнул он, и я подняла лицо, ожидая поцелуя.
- Вот ты где, мама! - услышала я звонкий детский голос.
Стивен мгновенно отпустил меня.
- Что ты делаешь внизу, Джайлз? - Мне не удалось подавить раздражения.
- Джени беседует с Джеком, вот я и решил пойти поискать тебя, - ответил мой сын, сияя, словно солнышко.
Видимо, пришло время сменить гувернантку.
- Ты целовалась с дядей Стивеном?
Я растерялась, и Стивен поспешил мне на выручку:
- Да, Джайлз. Мы с твоей мамой хотим пожениться.
- Вот хорошо! - обрадовался мальчик. - Люк будет так доволен.
- Люк? - удивился Стивен.
- Это лакей, - объяснила я, - приятель Джайлза.
- Он побился об заклад, что вы со Стивеном поженитесь в сентябре, - продолжал Джайлз. - Все лакеи назвали разные
месяцы, а Люк - сентябрь.
- Боже мой! - ужаснулась я. Стивен захохотал.
- Значит, вы правда поженитесь в сентябре, мама?
- Ты не должна подводить Люка, - заметил Стивен. - Это было бы нехорошо с твоей стороны.
- Ладно. Я не подведу Люка. Сентябрь так сентябрь.
Шестой день рождения Джайлза отмечался еще более весело, чем предыдущий. На этот раз мы пригласили не только
слуг, работников и арендаторов, но и кое-кого из именитых горожан и йоменов. В праздничный день в Уэстон-Холле
собралось около пятисот человек, и всех нам предстояло кормить и развлекать.
Весь этот день я почему-то думала о дяде Адаме и его семье. В прежних праздниках они принимали такое деятельное
участие, что сейчас остро чувствовалось их отсутствие.
Судя по сведениям, дошедшим до нас из Америки, Джаспер успешно управлял плантацией, быстро вошел в местное
общество и уже успел обручиться с дочерью одного из богатейших плантаторов Виргинии. Эту последнюю новость
сообщила мне тетя Фанни, ответив на мое приглашение приехать к нам всей семьей на праздник. Из ее письма я также
узнала, что Нелл скоро вый
Закладка в соц.сетях
