Жанр: Любовные романы
Лучший из лучших
... на ее губах.
— Привет, принцесса. Я безумно рад, что вы пришли.
Это прозвучало так, как будто у нее был выбор.
— А разве вы сомневались? — сладким голосом поинтересовалась она.
Он покачал головой.
— А вы знаете, что обычно люди звонят и назначают свидания? Это
старинная традиция.
— Это занимает много времени.
— На телефонный звонок уходит всего две минуты. Может быть, три, если
учесть, что мне надо обдумать ответ. Вам, я думаю, понадобилось не меньше
времени, чтобы убедить Джоза привести меня сюда.
— Нет, он не такой упрямый, как вы. Эрин сердито посмотрела на него, но
это не дало абсолютно никакого эффекта. Он смотрел на нее с тем же
изумлением на губах и необыкновенной нежностью и заботой в глазах. Перед его
взглядом не устояла бы ни одна женщина. Не устояла и Эрин — все ее защитные
инстинкты рухнули, как ряды игрушечных солдатиков.
— Теперь, когда я здесь, что же вы мне хотели показать?
— Я подумал, что вас, может быть, заинтересует выставка, ее организовал
мой друг.
— Это тот тип, который выглядит, будто не ел целый месяц?
— Да, это Жан-Пьер. Он скульптор. Пойдемте, я покажу вам его работы.
Они подошли к композиции, состоящей из кусочков металла, осколков камней и
очень похожей на большие часы. Эрин внимательно ее осмотрела, затем ее карие
глаза, недоуменно моргая, поднялись навстречу глазам Марка.
— Вы уверены, что пригласили меня в картинную галерею, а не на выставку
запасных частей?
— Не судите строго. У вас отсутствует абстрактное начало.
Брови Эрин вопросительно приподнялись.
— Хотите сказать, что эта штука вам понравилась?
Марк стоял в нерешительности. В нем боролись чувства дружеской солидарности
и честности.
— Как вам сказать...
— Признайтесь: вам это тоже не нравится.
— Хорошо. Скажем так: я не совсем понимаю эту вещь. Но это не значит,
что само произведение не гениально.
— Где вы это слышали?
— Один критик очень хвалил его минуту назад.
— И вы ему поверили?
— Мне кажется, он больше разбирается в подобных вещах.
— Вы наверняка видели его прежние работы?
— Да.
— Значит, вы считаете, что это гениальная работа?
— Не совсем так.
— Так зачем же вы пришли сегодня? Разве одного раза было мало, чтобы
выразить лояльность?
— Я пришел, чтобы защитить его, — спокойно объяснил он.
— А, теперь я понимаю.
— Вы очень мудры, принцесса. Я серьезно. У него были проблемы с ворами
и вандалами. Я пообещал проследить за посетителями.
— А я думала, вы занимаетесь только теми людьми, которые воруют
секреты.
— Иногда я помогаю друзьям, когда они попадают в беду.
Сердце Эрин екнуло. Она понимала, что беда и опасность обычно ходят рядом.
— И часто они попадают в беду? — осторожно спросила она,
обеспокоенная еще неясным чувством тревоги.
— Не часто.
— Мне бы больше нравилось, если бы вы выслеживали парней в белых
рубашках с галстуками, которые воруют разные секреты при помощи
копировальных машин.
— В основном этим я и занимаюсь.
— Слава Богу, — тихо прошептала Эрин. С любопытством глядя на
Марка, она спросила: — Вы и правда думаете, что эти вандалы ворвутся в
галерею и на глазах посетителей начнут разрушать скульптуру Жан-Пьера?
— Возможно, и нет, но я обещаю ему свою помощь.
Эрин изучающе рассматривала Марка.
— Меня подмывает задать вам два вопроса.
— Задавайте.
— Что вы собираетесь делать с этими парнями, если они объявятся?
Он покачал головой.
— Может, не будем говорить на эту тему?
— У вас ведь нет пистолета, не так ли? — с ужасом спросила она.
Прежде чем она успела взбудоражить всю толпу, Марк прикрыл ей рот рукой и
отвел в отдаленный угол.
— Эрин, я вас прошу!
— Я ненавижу оружие!
— Я тоже не в восторге от него, но это весьма эффективное средство
устрашения, если имеешь дело с людьми такого сорта.
— Нельзя ли просто вызвать полицию?
— У них тоже есть оружие.
— Но им полагается его иметь.
— У меня есть лицензия.
— Это другое дело. — Почему?
— Вас могут убить. Он вздохнул.
— Принцесса, я не собираюсь быть убитым. И я тоже сомневаюсь, что при
таком количестве народа они вообще осмелятся сюда сунуться. А теперь давайте
забудем об этом, — твердо сказал он.
Эрин нервно вздрогнула, подумав, что под пиджаком Марка где-то спрятано
смертоносное оружие: — А еще один вопрос...
— Вы сказали, что у вас два вопроса.
— А, да! — она огляделась вокруг и, приподнявшись на цыпочки,
прошептала ему на ухо: — Как вы считаете, почему все эти люди пришли сюда?
Неужели даже в Нью-Йорке так много людей с плохим вкусом?
Скулы Марка начали подрагивать, пока он не разразился хохотом.
— О, принцесса, вы шутница!
— Я серьезно спрашиваю, — обиженно ответила она.
Марк попытался состроить серьезную мину, хотя его губы по-прежнему
подрагивали от смеха. Он наклонился и заговорщицки сказал ей на ухо: — Вы
разве не заметили, что выносят напитки и закуски? На такие вернисажи
голодные художники сбегаются словно муравьи.
— Очень смешно. А кто-нибудь покупает его работы?
— Конечно. Он только что продал ту работу, над которой вы насмехались.
— Вы шутите?
— Ничуть.
— И за сколько?
— Он назвал сумму около двадцати пяти тысяч долларов.
Глаза Эрин расширились.
— Не может быть, — недоверчиво прошептала она. — Наверное, вы
ошиблись.
— А вы начинаете понимать, почему Жан-Пьер боится вандалов?
Эрин проказливо посмотрела на Марка.
— По-моему, Жан-Пьер сам вор.
И тут низкий певучий голос вопросительно проговорил:
— Кто вор, ма шер?
Эрин виновато задышала и, повернувшись, встретилась со смеющимися глазами
Жан-Пьера. Она ожидала, что Марк поможет ей выбраться из столь щекотливого
положения, но он, казалось, наслаждался ее растерянным видом.
— Мы с Марком обсуждали некоторые ваши проблемы, — наконец
выдавила она, сожалея, что не может дать Марку понять, что у него проблемы
только начинаются. Негодяй, он наверняка знал о приближении Жан-Пьера и не
предупредил ее.
— Есть кто-нибудь подозрительный? Выражение лица Жан-Пьера стало
серьезным.
— Я потому и вмешался, друг мой, что заметил странного посетителя,
которого не приглашали. Он болтается возле одной из работ. Не мог бы ты
разузнать что-нибудь о нем?
— О чем речь? Только покажи мне его. Вы простите нас, мадемуазель?
Эрин хотела сказать Марку, чтобы он остался с ней, хотя прекрасно понимала, что он проигнорирует ее.
— Конечно, — сорвалось с ее губ. Марк сжал ее руку.
— Я вернусь через минуту. Посмотрите экспозицию.
— Хорошо, — ответила Эрин, наблюдая, как уходит Марк, и испытывая
странное чувство тревоги. Она пыталась убедить себя, что никакой страшной
опасности он не подвергался. Все дело было в Жан-Пьере: это он навыдумывал
разных глупостей. Эксцентричные художники бывают подвержены всяким
фантазиям.
Как раз в этот момент она услыхала вздох толпы и глухой удар. Вскрикнула
женщина, и наступила тишина. Эрин затаила дыхание, сердце ее остановилось, и
она бросилась в большой зал. Она смогла заметить человека, лежащего на полу,
над ним столпились люди. Со своего места она видела только его ноги в
джинсах, и, пока она протискивалась ближе, ее пульс учащался с каждым шагом.
— Только не Марк, — бесконечно повторяла она. — Пожалуйста,
господи, только не он.
Она подошла вплотную, не отрывая испуганных глаз от ног лежащего человека,
зашла во внутренний круг и увидела, что на полу лежит Жан-Пьер, а рядом с
ним на коленях стоит Марк. Почувствовав неожиданную слабость, она
поблагодарила Бога и опустилась на колени рядом с Марком.
— Он в порядке? — спросила она участливо, а глаза ее излучали
радость оттого, что не Марк лежит на полу. — "Скорая помощь" не нужна?
— Нет, — Марк внимательно посмотрел на нее и как будто прочитал
все ее мысли и даже понял их значение. — Он сейчас придет в себя.
Парень просто ударил его в челюсть.
— Ты выяснил, кто он, и зачем сюда приходил?
Марк сокрушенно покачал головой.
— Боюсь, что он и не собирался представляться. Правда, пообещал прийти
снова.
— Прекрасная идея.
— Я тоже так подумал.
В этот момент Жан-Пьер вздохнул и открыл глаза.
— Друг мой, — потирая челюсть, проговорил он, — я даже не
увидел, как он подкрался.
— Ты следил, чтобы он держался подальше от твоей работы.
— Он не повредил ее? — с беспокойством спросил Жан-Пьер.
— Нет, — успокоил его Марк. — Как только он увидел, что ты
лежишь на полу, он тут же выскочил и удрал. Извини, дружище.
— За что?
— Я должен был погнаться за ним, но переживал за тебя.
Поднимаясь на ноги, Жан-Пьер болезненно улыбнулся.
— Не беспокойся. У меня есть уверенность, что он снова явится. По-
моему, довольно настойчивый тип.
Марк заботливо обнял Эрин, и от неожиданности она вздрогнула.
— Как вы?
— Минуту назад я с ужасом представляла, что могло произойти.
— Но ничего не случилось. Не переживайте. А сейчас, я думаю, вам надо
поехать домой.
— А как же вы?
— Сегодня я останусь здесь. Мне кажется, Жан-Пьер прав. Наш приятель
вполне может вернуться и встретит очень теплый прием.
— Тогда я остаюсь с вами.
— Ни в коем случае, — твердо сказал он.
— Я останусь, — повторяла она, пока Марк провожал ее к двери,
помогал надеть пиджак и ловил такси. — Марк, вы не можете заставить
меня уехать. Марк усмехнулся.
— Еще пару дней назад вы и думать не могли, что я заставлю вас поехать туда, куда вы не хотите.
— Вы и сейчас не можете.
— Вы хотите приехать сюда сегодня вечером? — целуя ее в губы,
поинтересовался он. — Скажите мне правду.
— Нет, — еле слышно вымолвила Эрин, и губы их соприкоснулись. Ей
казалось, что вся ее энергия испарилась, хотя чувства странным образом
обострились. — Да.
Серые глаза моргнули ей как серебряные звезды.
— Поезжайте домой и подумайте, принцесса.
7
На следующий день Эрин ехала на квартиру сестры, благодарная Джозу за то,
что он предложил ей посидеть с детьми. Конечно, Эрин очень любила проводить
время со своими шумными племянниками, но она также решила использовать
предоставившуюся возможность, чтобы, как сказал Марк, обдумать, что же между
ними в действительности происходит. За последние два дня ее чувства к Марку
начали меняться, от простой самозащиты она перешла к честному признанию
того, что он возбудил в ней удивительную чувственность.
И даже более того: вчера вечером, во время этого жуткого инцидента, она
ощутила совершенно необыкновенное беспокойство за него. И сегодня это
чувство не покидало ее, ведь могло случиться что-нибудь страшное, когда она
уехала. Это было признаком того, что Марк все больше и больше овладевал ее
сердцем.
Его преданность Жан-Пьеру тоже произвела на нее большое впечатление. Все эти
новые ощущения глубже раскрывали внутренний мир Марка. Эрин уже поверила,
что он человек ответственный и независимый, и поняла: если он так
беспокоится за друзей, то уж тем более позаботится о женщине, которую, по
его заверениям, любит.
Эрин вздохнула. Если быть до конца честной, то нужно признать, что она
теперь стала понимать, что он привнес в ее жизнь что-то теплое и особенное,
что-то, к чему она, кажется, не совсем и готова была... пробуждение ее
эмоций и чувств. Она восстановила свою веселость, свою способность жить
текущим моментом и не беспокоиться о будущем.
Она также понимала, что восстановление этого ощущения — очень важно для нее,
поэтому нельзя было оттолкнуть его. Но все это происходило слишком быстро и
так пугало Эрин, что ей по-прежнему хотелось убежать и спрятаться.
Сегодняшний вечер давал ей такую возможность: спрятаться, чтобы выиграть
время для раздумий.
Поежившись под прохладным октябрьским ветром, она спешила к Морин. Под
ногами похрустывали разноцветные опавшие листья. Яркие, манящие огни
подъезда Морин и горящие окна притягивали Эрин — тепло и беззаветная любовь
поджидали ее внутри. Она взбежала по ступенькам, но не успела прикоснуться к
ручке, как дверь распахнулась, и из нее выскочили три лопочущих смерча и
схватили ее за руки.
— Тетя Эрин, знаете, что я сегодня в школе сделал?
— Тетя Эрин, а вы с нами на всю ночь останетесь? Будете рассказывать
страшные истории?
— Тетя Эрин, а Джеб повалил меня на пол и сел на живот. Больно.
Последние слова исходили от плачущего Тодда — любимца родителей, который
служил предметом раздражения для старших братьев. Он всегда был идеальным
объектом их насмешек и тычков, хотя уже учился за себя постоять.
— Эй, ребята, не все разом. И дайте мне пройти в дверь и перевести
дыхание, — сказала она, ласково потрепав Тодда по каштановым волосам —
явному признаку семьи Мэтьюзов, слегка вьющимся, как у Джоза. "Завидное
сочетание" — в который раз подумала она, снимая пиджак и вешая его на
крючок, потом наклонилась и посмотрела в глаза Тодда, наполненные
слезами. — Все прошло, приятель?
Кивая, он шмыгнул носом и протянул к ней ручки. Эрин взяла его на руки и
стала щекотать, пока слезы не уступили место смешинкам.
— Тетя Эрин, догадайся, кто к нам пришел? — и он ойкнул, когда
Робби больно ткнул его в ребра.
— Заткнись! Мы не должны говорить.
— Бабушка тоже пришла? — с надеждой спросила Эрин. Она не видела
мать почти две недели и с удовольствием поболтала бы с ней.
— Нет, — сердито сказал Робби, возмущенный болтливостью брата.
Видимо, решив, что нет смысла скрывать наполовину раскрытый секрет, добавил:
— Это один дядя, который, по словам папы, собирается на тебе жениться.
— Что? — ее голос сорвался на отчаянный вскрик и, если бы на руках
не сидел Тодд, она схватила бы пиджак и вынеслась вон из дома. Вот тебе и
свободное время. — Морин!
Сестра легко сбежала по ступенькам. Она была в халате, длинные каштановые
волосы ее были еще мокрыми. Чмокнув Эрин в щеку, она взяла у нее Тодда и
отправила мальчиков смотреть телевизор.
— Привет, сестричка. Твой голос прозвучал как зов бедствия. Что
случилось?
— Скажи мне, что Марк Таунсенд не сидит в гостиной.
Боясь посмотреть ей в глаза, Морин ответила:
— Ну...
— Он что, и вправду здесь?
— Но не в гостиной.
— Морин!
— Вообще-то они с Джозом в подвале разбираются с топкой. С ней что-то
снова случилось.
— Ты не могла вызвать мастера?
Морин ухмыльнулась:
— Я не думаю, что он пришел из-за этого.
— Конечно, нет.
— Он мне понравился. Я думаю, что он как раз для тебя.
— Значит, он заручился и твоей поддержкой.
— Не будь глупой. Джоз мне все о нем рассказал, а остальное я и сама
поняла.
— Ты уверена, что не хочешь отдать меня за первого подходящего мужчину?
— Конечно, нет.
— Тогда почему он здесь?
— Чтобы увидеть тебя и познакомиться с нашей семьей.
— Глупо было предполагать, что он станет ждать приглашения, —
вздохнула Эрин. — Он оккупировал даже территорию моей семьи, где я
думала найти приют для размышлений.
— О чем? О ваших взаимоотношениях? А ты не подумала, что, если мужчина
преследует тебя, стоит обратить на него внимание. Что-то я не припоминаю,
чтобы кто-нибудь из твоих прежних поклонников так за тобой увивался.
— Не будь смешной, Морин. Единственная причина, по которой Марк
преследует меня, — это его желание волочиться за мной. Я уже и шагу не
могу без него ступить. Мне остается только мечтать, чтобы он исчез с моих
глаз долой.
— Ты действительно этого хочешь?
— А что в этом такого?
— Но он вовсе не собирается исчезать, — спокойно сказала
Морин. — Как я поняла из разговора с ним, он действительно влюбился в
тебя.
— Морин, это глупо. Мы не знакомы и недели.
— Может, это была любовь с первого взгляда.
— Такое случается только в кино.
— Нет, дорогая моя, иногда это случается и в жизни. Ты слишком долго
пряталась от настоящей жизни. Почему бы тебе не попробовать?
— Ты говоришь так, как в рекламном ролике говорят о пиве.
— Может быть, — потрепав сестру по щеке, призналась Морин. —
Но я даю тебе хороший совет, прислушайся.
Эрин вздохнула и поглядела на сестру.
— Я боюсь, Морин.
— О Господи, чего ты боишься?
— Я боюсь, что полюблю по-настоящему, а потом все это окажется пустыми
мечтами, как это произошло с Терри.
Морин обняла сестру.
— Эрин, я не слишком много знаю о Марке, но смело могу сказать, что он
не похож на Терри. Думаю, что и ты об этом знаешь. Да и ты уже не та, какой
была шесть лет назад. Ты теперь гораздо сильнее и увереннее в себе. Ты стала
лучше разбираться в людях. А что касается остального, то пока сама не
убедишься — ни в чем не будешь уверена.
— В чем не убедишься? Привет, принцесса.
Эрин обернулась на его голос, и ее возмущение, вызванное непрошеным
вторжением в частную жизнь семьи, улеглось при виде Марка.
— Вы в порядке? — скорее вопросительно, чем утвердительно, сказала
она и с беспокойством осмотрела его с ног до головы, но не обнаружила
видимых повреждений.
Он усмехнулся.
— Конечно, я в порядке. С героями никогда ничего не происходит.
— Не будьте таким самоуверенным. Прошлой ночью тот тип не очень-то
испугался вашего геройского вида. Кстати, он вернулся?
— Какой тип? — с любопытством спросила Морин. Она переводила
взгляд с Марка на сестру и обратно. — О чем это вы говорите?
— Тебя это не должно беспокоить, — быстро вмешался в разговор
Джоз. — Отправляйся наверх и продолжай собираться, пока молодежь не
передумала подменить нас.
— Джоз, я хочу знать, о каком типе идет речь, — упрямо повторила
Морин.
Эрин прекрасно понимала, что сестра не успокоится, пока не узнает, в чем
дело, поэтому, стараясь говорить спокойно, ответила:
— У одного из приятелей Марка были неприятности с грабителями, вот и
все. Как видишь, все в порядке.
Морин изучающе посмотрела на сестру.
— Ты уверена? В наше отсутствие тут ничего не случится?
— Что-нибудь может случиться, если ты не будешь одета через пять
минут, — ответил ей Джоз. — Давай, красавица, поскорей, у нас
назначена встреча.
Полчаса спустя, после многочисленных поцелуев и объятий, Морин и Джоз уехали
в город, оставив Марка и Эрин с детьми.
— Мы пойдем есть пиццу, тетя Эрин? Папа сказал, что вы обещали.
Стараясь не замечать победного вида Марка, Эрин предложила:
— А может, сходим в китайский ресторанчик?
Три голоса энергично запротестовали:
— Ты обещала пиццу!
— Пицца, да еще два раза в неделю. С вами ничего не произошло? —
ехидно заметил Марк.
— А вы правда женитесь на нашей тете Эрин?
— Нет, — объяснила она, а Марк спокойно произнес:
— Могу поспорить, что женюсь. Ребята несколько растерялись.
— Нам осталось обсудить кое-какие детали. В сущности, вы, парни, могли
бы оказать помощь.
— Как это? — скептически спросил Робби. Он, как старший, уже
выработал определенное отношение к просьбам старших о помощи, которая часто
означала работу.
— Тетя Эрин еще не совсем согласилась. Вы можете помочь мне уговорить
ее. Вы скажете, что она любит больше всего на свете, и я тогда выиграю.
Эрин недовольно посмотрела на него:
— Использовать невинные создания для осуществления своих дьявольских целей... Какое коварство!
— Я не использую их. Я попросил их совета.
— Это одно и то же.
— Вы просто боитесь, что я выиграю. Но на войне и в любви все средства
хороши, поэтому я собираюсь использовать то оружие, какое найду, — он
посмотрел на ребят. — Могу я положиться на вас?
Робби и Джеб переглянулись, а трехлетний Тодди спокойно сидел и сосал палец,
от чего Морин безуспешно пыталась отучить его. Быстро сориентировавшись и
поняв, что за это можно что-нибудь получить, Робби поинтересовался:
— А пицца на ужин будет?
— И сливочное мороженое с фруктами, сиропом и орехами? — вкрадчиво
добавил Джеб.
Эрин застонала, когда Марк кивнул.
— Быстро одеваться и выходить, — распорядился Марк. — Если
начнете драться — наш уговор отменяется.
Мальчишки полетели к одежному шкафу и стали снимать куртки с вешалок, а
потом, к изумлению Эрин, помогли одеться младшему, вместо того чтобы тыкать
его и доводить до слез.
— А что вы думаете по этому поводу, принцесса?
— По поводу пиццы и мороженого? Вы представляете, что с ними станет
после того, как они съедят такое количество пищи? Они же спать не будут.
— Вы их и успокоите.
— Это не выход.
— Но мне он нравится. Вот если бы вы и меня убаюкали в моей
постели, — мягко проговорил он, и его глаза потеплели, когда он окинул
ее взглядом.
— Марк, — запротестовала Эрин, но ее протест был ослаблен теплом в
нижней части живота, когда она воочию представила себе эту картину.
— Идите сюда, — с хрипотцой в голосе предложил он.
Эрин покачала головой, но ноги, движимые какой-то непонятной силой, сами
понесли ее. В следующее мгновение она уже была в его объятиях, мягкие губы
Марка прикоснулись к ее губам, его руки обвили талию, и сердце Эрин отчаянно
забилось.
— Я люблю вас, — нежно прошептал он, и глаза его радостно
заблестели.
— Нет, — запротестовала Эрин, но он своими губами закрыл ей рот и
его язык проник во внутреннюю теплоту ее рта. Горячий. Изголодавшийся.
Требовательный. Он овладел ей и пробудил трепещущее желание. Эрин прижалась
к Марку, нуждаясь в теплоте его тела. Она сдалась тем чувствам, которые он
воскресил в ней, сдалась, подчиняясь магическому влечению, не задумываясь ни
о прошлом, ни о будущем.
Внезапно сладкая мгла, окутывавшая их, разорвалась смешками и говором.
— Что они делают?
— Тс-с, дурачок! Не видишь, они целуются!
— Как мама и папа?
— Да.
— Но мама и папа женаты.
Эрин почувствовала, что Марк начал отстраняться.
— Прямо маленькие пуритане, не так ли?
— Просто они волнуются за мою репутацию.
— Может быть, — скептически заметил Марк. — Я подозреваю, что
они больше переживают о том, когда мы закончим заниматься всякими глупостями
и отправимся за пиццей. — Марк внимательно осмотрел мальчишек. —
Готовы?
— Да, мы проголодались.
Марк со значением посмотрел на Эрин, взгляд его был наполнен чувственностью
и желанием. — Я тоже, парни.
— Можете взять два десерта, — посоветовала Эрин.
— Это я и намереваюсь сделать, — дразняще ответил он. — Один
сейчас, а другой — когда вернемся.
— Слишком много вы хотите, — сказала она, но пульс уже подскакивал
до самой высокой отметки.
Много позднее, когда, уложив ребят, Эрин спустилась вниз, Марк удобно
растянулся на ковре перед потрескивающим камином. Несколько мгновений она
стояла, всматриваясь в него и прислушиваясь к своим чувствам.
С одной стороны, ей нравилось, что он так свободно чувствует себя. Весь
вечер он подразнивал ее, смеялся и шутил с ребятами, читал им сказки и
обращался с ними как со своими собственными. Приятно было наблюдать, что
между ними установ
...Закладка в соц.сетях
