Жанр: Любовные романы
Французский поцелуй
... семьи. Единственные титулы, которые уважала
Александра, были выгравированы золотом на истрепанных кожаных переплетах
книг, ими были заставлены все стены их запущенного дома на Луаре.
София всегда считалась самой неспособной в семье: ей не хватало усидчивости
брата, и у нее не было художественного таланта, как у младшей сестры. Так
было в детстве, да и сейчас, в двадцать шесть лет, хотя фотографии украшали
обложки всех глянцевых журналов и в нее были влюблены несколько самых
знаменитых мужчин в мире, и все это к своим двадцати шести годам, София
понимала, что в глазах своей образованной, воспитанной семьи она ничего не
достигла.
София с горечью вспомнила, что одна только Тэш смотрела на нее снизу вверх.
Но бедняжка Тэш была такой неряшливой и бестолковой. Эх, до чего же Софии
хотелось ослепить свою мать и всю эту яркую, образованную и разношерстную
толпу на вечеринке своими новыми достижениями. Если ей удалось покорить клан
Мередитов, то, конечно же, ей удастся завоевать восхищение своей родной
семьи.
Внезапно София застонала. Вдали, по липовой аллее быстро двигался красный
БМВ
. Свет сквозь арки деревьев пятнами падал на машину. Он подъехал к
воротам парка. Повернет направо или налево? София задержала дыхание. Черт!
Автомобиль повернул налево и направлялся к ферме. Без сомнения, это Хуго и
Аманда.
— Мне пора домой. Надо встречать гостей.
— Хочешь, я поеду с тобой и помогу? — спросила Камилла, сестра
Бена, и круглое лицо покраснело. Эта девушка всегда была по уши влюблена в
Хуго.
— Нет, Милли, не надо.
Как хорошо, что она успела переодеться из джинсов в хорошенький брючный
костюм от Каролин Чарльз. Ведь хотя Аманда и не могла соперничать с Софией в
вопросе внешности, но зато она всегда одевалась со вкусом.
По дороге к ферме София достала из бардачка солнцезащитные очки мужа. Темные
очки всегда помогали ей чувствовать себя уверенней. Добавляли изюминку. К
тому же за последние четыре часа она ни разу не поправляла макияж.
— Дорогие! — произнесла София, выходя из автомобиля навстречу Хуго
и Аманде. — Мне так жаль, что я вас не встретила. Мать Бена предложила
немного посидеть у нее.
Боже, Хуго выглядел потрясающе, восхитилась София, лучше, чем всегда.
Высокий, с четко очерченными скулами, копной густых русых волос, к которым
так хотелось прикоснуться, а уж эти озорные темно-синие глаза...
— Хуго, у тебя усталый вид, — непринужденно произнесла она, взяв
себя в руки.
Хуго может быть сколь угодно красив — она чуть сама не запала на лучшего
друга Бена при первой встрече — но он также безмерно тщеславен. Поэтому
София напомнила себе, что он мог легко испортить ей жизнь.
— Здравствуй, дорогая. — Хуго улыбнулся, жмурясь от солнца. —
Ты выглядишь очень аппетитно. Какая жалость, что Аманда посадила меня на
диету.
София кисло улыбнулась, а затем заметила, что спутница Хуго ковыряет в земле
носком дорогой кожаной туфельки.
— Аманда, дорогая! — София заключила маленькую женщину с
накладными плечиками в благоухающие объятия. Она надеялась, что духи отобьют
запах собак. — Выглядишь потрясающе.
Аманда действительно выглядела на удивление хорошо. В их прошлую встречу
Хуго и Аманда собирались расходиться, кажется, уже в пятый раз. У Аманды
были красные глаза и немытые волосы, а изо рта пахло. Сейчас, одетая в
ослепительно белый деловой костюм, с тонкой талией и выглядывающими из-под
узкой юбки красивыми загорелыми ногами, Аманда выглядела как влиятельное
должностное лицо, которое может остановить тебя одним взглядом. Ее короткие
волосы были зачесаны назад; гладкие и светлые, они подчеркивали ее дерзкие,
оценивающие глаза миндалевидной формы.
— Привет, София, — устало улыбнулась Аманда.
— Ты обрезала свои потрясающие волосы! — выразила сожаление София,
пока они шли к дому. — А как работа? Паола вам уже предлагала свой
отвратительный кофе?
Аманда про себя улыбнулась. София любила задавать вопросы, считая это лучшей
формой общения, но ответы се утомляли. И поэтому она научилась их избегать,
задавая один вопрос за другим, не делая перерыва, так что собеседник просто
не успевал ей ответить.
— Да, предлагала. — Аманда проследовала за Софией в большую
гостиную и критически огляделась. —
Фу! Она купила этот ужасный ситец
для обивки дивана. Интересно, а что же случилось со старыми полосатыми
чехлами? Они напоминали Аманде о добрых старых временах, когда они с Хуго и
Беном весело проводили выходные, это было еще до появления Софии, Ставлю
один к десяти, что эта глупая корова уже разработала план путешествия и
прикрепила его на холодильник одним из тех ужасных магнитов, которые она так
любит покупать. Боже! Ну почему София ко всему относится так, как будто это
какая-то военная операция?
— На работе все хорошо, — объявила она и села в кресло. — С
исполнительным директором случился апоплексический удар, когда я сказала,
что беру отпуск на четыре недели.
Но ты же только что вернулась с
горнолыжного курорта
, — продолжал причитать он, забыв, что это было
больше года назад. Я подкупила старого мерзавца, пообещав привезти ему
бутылку отличного французского вина. — Аманда остановилась, заметив,
что хозяйка все еще была в темных, достаточно исцарапанных очках, которые
постоянно сваливались у нее с носа. — София, у тебя болит голова?
— Нет.
София была слишком тщеславна, чтобы показаться гостям со смазанной тушью,
поэтому раскрыла французское окно и встала против света. Осознавая, что
выглядит глупо, она нервно ощипывала глицинию. Да уж, подружка Хуго может
довести кого угодно до нервного срыва, просто сняв колпачок с ручки.
Аманда работала в рекламном агентстве, в названии которого было больше
заглавных букв, чем в штате сотрудников. Софию она поначалу слегка
забавляла. Хотя следует признать: Аманда была исключительно харизматической
личностью — иначе как бы ей удалось так долго удерживать непостоянного Хуго.
Но для такой хрупкой женщины Аманда вела себя слишком по-мужски. Она
ругалась как сапожник, могла выпить спиртного больше остальных, регулярно
выигрывала в теннис у мужчин и яростно боролась за свою независимость.
Несмотря на все это, София догадывалась, что она не прочь выйти замуж за
Хуго, но он не торопится. У Аманды была своя квартира на Челси-Харбор, и из-
за работы она приезжала к Хуго только по выходным. Сам Хуго редко ездил в
Лондон. София решила, что в отсутствии Аманды он не скучал.
Бен приехал только в три. Высокий и стройный, бывший спортсмен, он был самым
уравновешенным человеком, которого знала Аманда. По сравнению с высокомерным
и вспыльчивым Хуго Бен был просто добрый великан.
После того как он поцеловал Аманду и обыскал весь шкаф в поисках сигарет,
которые София выбросила, Бен уселся на диван, вытянул свои длинные ноги,
положил их на кофейный столик и начал говорить с Хуго о своей страсти — об
имении.
— Только представь, сегодня один француз посоветовал мне засадить Весткомб-
Копс елями. Я ему ответил, что вот уже почти три века здесь растут только
березы. А он заявил, что чертовы пуритане просто ничего не понимают в
хвойных деревьях. — Бен засмеялся. — Умираю от жажды. Будете пиво?
Хуго, который уже выпил две больших порции виски, с радостью согласился и
пошел с Беном на кухню.
— Не против, если я угощусь хлопьями или чем-нибудь еще? — спросил
он. — Умираю от голода. Мы сегодня не обедали. У Софии снова диета?
Кстати, видел потрясающего жеребца...
Аманда, которая хотела было присоединиться к мужчинам, услышав, что Хуго
начал говорить о лошадях, передумала. Хуго держал у себя в конюшне скаковых
лошадей. Сперва ради удовольствия, но со временем все больше и больше
увлекался. Он стал меньше играть в крикет и поло и даже стал меньше кататься
на лыжах. И сейчас все время говорил об уздечках и удилах, сене и охоте.
Бен, отец которого имел свою собственную свору, тоже обожал охоту и мог
говорить об этом часами. Но Аманду эта тема мало привлекала.
Она решила пойти разыскать Софию, которая в последние полчаса то приходила,
то снова убегала, сжимая в руках горшки и детские игрушки.
Медленно поднявшись наверх, Аманда зашла в спальню и нашла там Софию,
наблюдавшую, как Паола отчищает нечто, очень похожее на срыгнутую детскую
еду.
— Курица по-провансальски, — прошептала София сквозь стиснутые
зубы. — Где, черт возьми, Бен? На него никогда нельзя положиться.
— Они с Хуго на кухне. — Аманда уставилась на пять огромных
чемоданов от Луис Вьюитон, аккуратно поставленных у двери.
— Небось один из них забит памперсами? — поинтересовалась она.
Но София, не ответив, прошла мимо нее к лестнице, намереваясь поговорить с
Беном.
— Там только одежда, — сказала Паола, кивнув в сторону
чемоданов. — Вещи детей еще в детской. А вещи сеньоры вот здесь. —
У кровати стояла небольшая дорожная сумка.
Глава третья
Тэш перекинула рюкзак через плечо, чуть не прибив и себя и нескольких
пассажиров по соседству, и с самой широкой улыбкой, на какую только была
способна, направилась к залу прибытия. Ее глаза блуждали в поисках знакомого
лица.
Но спустя двадцать минут она все продолжала искать. За сорок пять минут она
выпила три эспрессо и изучила все вокруг.
В конце концов, путешественница направилась к телефонным будкам,
возвышавшимся в центре зала, и попыталась засунуть несколько незнакомых
монет в прорезь, но автомат упорно выплевывал их назад.
Наконец у нее получилось. На другом конце долго не брали трубку, потом
ответил Паскаль.
— Паскаль. Это Тэш — Наташа.
— Наташа, cherie! Comment ga va?
— Все отлично, то есть bien, Паскаль, вообще-то я в аэропорту.
— Oui...
— И больше никого нет. То есть меня никто не встречает.
— А разве ты не... э... не с братом приехала?
— Нет, я прилетела. А он едет на машине с Салли и детьми. А разве предполагалось, что я с ним?
— Э... с'est un probleme. Tu es seule?
— Да, Паскаль. Я же уже сказала, что я seule.
Тэш представила, как ее отчим надувает щеки и в отчаянии ищет Александру.
Должно быть, он трезв. Паскаль говорил по-английски, только когда напивался,
слава богу, большую часть времени он пребывал именно в этом состоянии.
— Attendes... Xandra! Xandra!.. A telephone!.. Xandra! II у a un appel
telephonique pour toi! Merde!
На другом конце долго было тихо, затем послышалось несколько щелчков. Тэш
посмотрела на свое отражение. Прыщи становились все больше: теперь она
выглядела так, как будто вампир укусил ее в подбородок. Она опустила еще
один жетон.
— Наташа, алло... — Паскаль тяжело дышал. Похоже, он быстро обежал
всю усадьбу. — Еие est absente pour le moment... э... послушай, возьми
такси. Хорошо? Ты меня поняла?
— Да... то есть нет. Паскаль, у меня мало денег. Это же почти два часа
езды.
— Ну, вот и хорошо! A tout a 1'heure, cherie!
И с этими словами он положил трубку.
Чертов Паскаль! Тэш хорошо знала, что отчим понимал английский намного
лучше, чем показывал. Наверняка просто он не захотел сам ехать в Париж.
Через два с половиной часа Тэш, вся потная, сидела на заднем сиденье такси.
Было невыносимо жарко.
Девушка смутно помнила, где находилась усадьба, да к тому же постоянно
путала
gauche
и
droite
, и в результате они несколько раз заблудились.
Солнце уже садилось на красно-оранжевом небе, когда Тэш наконец увидела
силуэт средневековых остроконечных пилястр и большой купол колокольни,
выглядывающий из-за темной дубовой рощи, находящейся, как сказал бы француз,
droit
, или все-таки
gauche
?
Когда такси со скрипом въехало во двор, распугивая кур, Александра д' Эблуа
сбежала по ступенькам своего прекрасного, хоть и запущенного дома в
сопровождении трех возбужденных спаниелей и маленькой дочери Полли, которая
была одета как медсестра.
Тэш отклеилась от сиденья и вынырнула из душного автомобиля.
Стоя на божественно холодных булыжниках двора, она с восхищением смотрела на
приближающуюся стройную женщину. Даже будучи одетой в джинсы Паскаля и
старую шелковую рубашку, Александра выглядела невероятно стильно: темные
блестящие глаза, каштановые волосы, ровно обрамлявшие высокие скулы и
круглые щеки; загар цвета молочного шоколада.
— И давно здесь стоит такая жара, мама? — рассмеялась Тэш, с
удивлением чувствуя, как к глазам подступают слезы.
— Нет, что ты, дорогая, — ответила Александра, заключая ее в
объятия. — Это первые теплые дни за неделю. А загар этот с Доминики. Я
же тебе не рассказывала. Мы с Паскалем ездили туда в мае. Вроде бы я
посылала тебе открытку. — Александра растерянно улыбнулась водителю,
который слонялся поблизости в надежде, что ему заплатят. — А вы, должно
быть, Макс? — ласково прошептала она и направилась к нему, чтобы
поцеловать в щеку.
Тэш подняла к небу свои увлажнившиеся глаза и пошла обнять Полли, которая
делала вид, что застрелила ее из двух пальцев.
— О, да это медсестра-убийца с космического корабля
Гоббо
! —
застонала Тэш и рухнула на камни, задергав ногами.
В конце концов, Тэш пришлось расстаться с сотней франков из суммы, выданной
ей на мелкие расходы, чтобы заплатить разъяренному водителю. У Александры не
было с собой наличных, а Паскаль на время исчез (скорее всего, в направлении
подвала, для улучшения уровня своего английского, как решила Тэш).
Через полтора часа она сидела и пила четвертый бокал белого вина в большой
комнате с дубовыми панелями, заполненной огромным количеством ярко
раскрашенной керамической посуды. Вино, вместо того чтобы привести Тэш в
состояние эйфорического оживления, сделало ее беспокойной и раздражительной.
Как это похоже на маму, — подумала Тэш, — она сказала, что все
соберутся в начале июня, а в результате сейчас здесь одна!
— И, скорее всего, не будет никакой возможности сбежать до августа —
придется остаться, — проворчала она.
Один из спаниелей запрыгнул на грязный красный шелковый диван и устроился
рядом с ней. Тэш почесала ему нос, и собака радостно завиляла хвостом. Тэш
уже начала скучать по кошкам.
— Только что звонила София, — объявила Александра, влетая в
комнату. — Они остаются на ночь в Париже, затем возьмут напрокат две
машины и приедут завтра. — Она села в огромное синее кресло. Спаниель
немедленно кинулся к хозяйке и радостно пристроился на колени. —
Бошомпы с ними, — рассеянно добавила Александра.
— Мамочка, они не женаты, — вздохнула Тэш. — Она Фрейзер-
Роберте.
— Кто такой Фрейзер? Он что, приедет вместо Макса?
— Нет, мамочка. — Тэш улыбнулась, несмотря на мрачное
настроение. — Девушку Хуго зовут Аманда Фрейзер-Роберте. Они не женаты.
Помнишь крестины Лотти, Аманды не было, так как они тогда поругались?
— Дай подумать. Помню, как Лотти выдрала у Софии клок волос и кинула им
в толстого священника. А твой брат опоздал на два часа. Кажется, Хуго
подарил Лотти походную фляжку и коробку сигарет? Да, точно. Беа Мередит была
просто в ярости. Мне помнится, Аманда не присутствовала, так как уезжала на
какую-то важную встречу в Лондон. Из-за этого еще вышел ужасный скандал. Ну
и парочка!
— И все равно они не женаты, — Тэш вздохнула.
Не надо было вообще поднимать эту тему.
Она слишком хорошо помнила крестины Лотти. На вечеринке после церемонии Хуго
принял ее за официантку. Тэш не стала его разубеждать, в тот день она
выглядела особенно неряшливо и безобразно.
Внезапно Тэш почувствовала панику. Так ли уж хорошо, что они вновь
встретятся с Хуго?
— Хорошо, что ты отрастила волосы. — Александра вторглась в
водоворот мыслей Тэш с веселым безразличием. — Тебе так идет, ты
отлично выглядишь.
Тэш с подросткового возраста носила короткие мальчишеские стрижки, что
являло полную противоположность густой и блестящей гриве Софии. Короткая
стрижка шла к восхитительным раскосым глазам Тэш и ее длинной шее. Хотя и
совсем не подходила к ее комплекции. Она была еще выше, чем ее сестра-
модель, и издалека Тэш часто принимали за старшего брата Софии. Сейчас она
настойчиво отращивала то, что Макс называл
паклей
, и волосы ниспадали по
ее плечам сальными волнами.
— Спасибо. Но, пожалуйста, не говори больше о моей внешности, мама.
Это была единственная тема, которую Тэш ненавидела обсуждать с семьей.
— Ты купила хоть немного одежды на те деньги, что я тебе
прислала? — спокойно спросила Александра, рассматривая дырявые джинсы
Тэш и мешковатую красную футболку с надписью
Австралия
на груди. Да уж,
вкусом ее младшая дочь не отличается.
— М-м-м, кое-что.
Ничего она не купила, даже новые джинсы, чтобы заменить рваные.
— Ты похудела.
— Совсем немного.
МАМА, ПОЖАЛУЙСТА, СМЕНИМ ТЕМУ!
— А мне кажется, прилично. Теперь, готова поспорить, тебе будут как раз
мои вещи. Позднее мы покопаемся в одежде. Будет весело. А Паскаль выскажет
свое мнение. Он обожает показы мод...
Боже! Только не это!
— Тебе бы пошло мое красное платье от Москино или...
— А где Паскаль? —
Если ты не сменишь тему, тогда это сделаю я
.
— Ушел организовывать небольшой сюрприз для тебя.
Александра изучающе посмотрела на дочь. Это будет не так просто, как ей
казалось. Если бы только у нее было чуть больше времени, но Тэш приехала
слишком поздно, и теперь ей придется успеть все за двадцать четыре часа.
Иногда Александре казалось, что она одна из всей семьи понимает Тэш.
Мелодраматичность чувств младшей дочери была похожа на ее собственную — Тэш
обладала тем же самым, обращенным вовнутрь тщеславием, которым все детство
руководствовалась сама Александра. Она понимала всю боль и отчаяние, которые
пришлось пережить Тэш, когда ее сравнивали с братом и сестрой. Умный,
начитанный, рассудительный Мэтти. Красивая, амбициозная, практичная София. И
Тэш.
Малышка Тэш... неуклюжая, застенчивая, забавная, удивительно способная и
талантливая, но абсолютно неприспособленная. Александре порой хотелось
заплакать от любви к ней. Иногда она тайком признавалась самой себе, что
любит Тэш больше всех остальных детей.
Сейчас Александра в молчании созерцала свою дочь, сидящую в ужасной
студенческой одежде, со скрещенными ногами, голова опущена, пальцы щиплют
диванную подушку. Ей бы так хотелось кинуться и приласкать Тэш, но это бы
смутило девочку. Тэш, кажется, считает, что вызывает у всех отвращение. И
Александра подозревала, что та мрачность, которую излучала ее дочь из-под
изогнутых бровей, была постоянной.
Она поняла, что Тэш старается выглядеть как можно более незаметно, потому
что ей кажется, что нет смысла в том, чтобы
предлагать вонючего гуся под
видом паштета фуа гра
, это было ее собственное выражение. Но Александре так
хотелось, чтобы Тэш чувствовала себя привлекательной, даже тогда, когда на
ней старые джинсы. В конце концов, она была достаточно симпатичной девушкой
— потрясающее лицо с этими невероятными глазами, полные чувственные губы и
слегка вздернутый нос. Пожалуй, полновата, но такое впечатление создавалось
в основном из-за осанки — плечи согнуты, носки вместе, бесконечные ноги
демонстрируются не с лучшей стороны, так как Тэш сгибает колени, и
получается, что она такого же роста, как и окружающие.
Александра пригласила Тэш пораньше специально.
Курсы повышения уверенности
в себе
, — так она объяснила это Паскалю. Мать знала, насколько важно,
чтобы Тэш пообщалась с остальными членами семьи — в особенности с Софией и
Касс — и пообщалась на равных.
— Мам, перестань так меня разглядывать. Ты ведь знаешь меня уже
двадцать три года.
— Прости, дорогая, — Александра забыла, что перед ней сейчас сидит
настоящая живая Тэш. Великий проект по усовершенствованию. — Я просто
думала о том, как хорошо ты выглядишь.
Тэш была удивлена. Ее мать как-то странно это сказала. Может, она и в самом
деле выглядела лучше? Боже!
Если сейчас она выглядит
хорошо
, то, значит, раньше выглядела просто
ужасно. У Тэш снова упало настроение. А еще она умирала с голоду.
— А когда приедет Макс?
Опять за старое. Хорошо бы сейчас вволю наесться шоколада.
— Не знаю. Он поехал навестить отца в Штаты.
— А чем он занимается?
— Люсьен? Кажется, что-то вроде банкира. Как и отец.
Тэш закусила губу, она была на грани того, чтобы рассказать о своей вине
перед Максом.
Громко хлопнули двери, и где-то в задней части дома послышались два голоса,
говорящих на французском.
— Отлично! — лицо Александры просветлело. — А вот и Паскаль.
Он где-то мотался целый день, чтобы не видеть, как ты приехала. Ты знаешь,
как плохо он умеет хранить секреты. Он не хотел испортить тебе сюрприз.
Тэш решила придерживаться тактики молчаливого любопытства, хотя и была
заинтригована.
На кухне они обнаружили Паскаля и Жана, беззубого старого сторожа, который
управлял поместьем
(в возрасте восьмидесяти лет единственное, с чем он мог
управиться
, — это дойти до дома, а потом обратно, чтобы выпить
чашечку кофе с Паскалем). Оба выглядели очень довольными.
— Наташа! Cherie!
У Паскаля всегда был несколько озадаченный вид, не важно, пьян он был или
трезв. Наверное, такое впечатление создавалось из-за больших водянистых
серых глаз, выделявшихся на его пышущем здоровьем загорелом лице с
гигантским галльским носом. Еще у него была байроническая грива непослушных
каштановых волос, которые делали Паскаля похожим на человека, только что
прошедшего сеанс электрошока.
— Выглядишь замечательно.
Он наклонился и поцеловал падчерицу. От него пахло дорогим лосьоном и
французским табаком.
Тэш решила, что вся эта лесть и белое вино оказывают на нее странное
воздействие. Не то чтобы возбуждающее — скорее нервирующее.
— Спасибо. Какая замечательная вещь! — сказала она, восхищаясь
блестящей металлической кофеваркой.
Кухня выглядела странно — что-то среднее между деревенской кухней с
высушенными цветами и выставочным залом
Занусси
. Ее мать о чем-то
шепталась с Паскалем, который раздувал щеки в своей характерной манере и что-
то отвечал по-французски. Александра, казалось, была не согласна. Паскаль
покачал головой и снял свой пиджак (Тэш поразило, что он в такую погоду
носит пиджак. Даже сейчас, после заката, дом все еще был раскален от жары).
Отчим налил себе стакан красного вина.
— Наташа?
Паскаль жестом указал на бутылку. Стоит ли? А почему бы и нет?
— Да, пожалуйста.
Он налил еще три бокала.
— Это из моего собственного винограда. Но вино я делал не сам. Завтра
увидишь мой виноградник и познакомишься с моими... э... соседями... —
Он снова раздул щеки, подыскивая подходящее слово. — Они делают вино!
Похоже, этот факт его забавлял.
Тэш обожала Паскаля — он был очень открытым, забавным и страстным человеком.
Он также мог быть безмерно мрачным, но в этом виноваты его горячая кровь и
французская эмоциональность, по крайней мере, так говорила Александра.
— У нас тут вышел небольшой спор.
Паскаль недовольно поглядел на жену.
— Дело в том, дорогая, — Александра поглядела на дочь сквозь
ресницы, на ее губах играла очаровательная улыбка, — Паскаль считает,
что ты не сможешь оценить всего великолепия нашего подарка до утра — хотя
это и означает, что ему придется весь вечер говорить по-французски, чтобы не
испортить сюрприза. Мне кажется, что подарок понравится тебе даже сейчас.
Что скажешь?
Тэш перевела взгляд с Александры на Паскаля, который пожал плечами. Затем
посмотрела на Жана. Он улыбнулся ей своими деснами. Она еще отпила вина. Оно
оказалось неожиданно терпким.
Лучше принять сторону мамы, наконец, решила она, чувствуя, как тепло вина
разливается внутри. В конце концов, какая разница? Обычно сюрпризы
Александры сводились к новой одежде, в которой дочь выглядела толстой.
— Хорошо, хм... давайте... — Тэш заметила,
...Закладка в соц.сетях
