Жанр: Любовные романы
Соблазнительное пари Сборник
...иях.
- Ты намерен представить ему то, что он хочет, Джек? Наши фотографии в компрометирующих позах?
- Я намерен заставить его думать, что он их получит.
- Но ты собираешься сделать эти снимки?
Он выдержал ее взгляд.
- Да.
- И я должна во всем верить тебе, верить, что ты в конечном итоге меня не продашь?
Ему было больно осознавать, что Андреа гложут подозрения.
- Нам надо с доверием относиться друг к другу и опираться на надежных людей - таких, как Глори и Линн. И у тебя
будет время и возможность в течение последующих двух или трех недель определиться, можешь ли ты положиться на меня,
тот ли я человек, который тебе нужен. Что до меня, душа моя, ты для меня единственная и любимая. - Он легонько
поцеловал ее в губы. - В конце концов, если ты придешь к выводу, что я такая же дрянь, как и твой муж, ты можешь
получить свою долю - целый миллион.
Она устремила на него внимательный взгляд. Его глаза не лгали.
- Но от Корбина мы мало что получим.
- Этого будет достаточно тебе, чтобы нанять опытного адвоката. Или... - Он наклонился и, понизив голос, проговорил:
- Или достаточно для того, чтобы отплыть в сторону солнечного заката вместе со мной. Выбор за тобой.
Андреа тихонько ахнула.
- Как можешь ты, Джек Тейлор, делать мне такое неприличное предложение?
- Неужели ты считаешь неприличным такое предложение для людей, которые соединены священными узами брака?
Глава 9
- Почему ты так долго не открывала дверь?
Глори ввалилась в квартиру Андреа в серой униформе - обычном своем наряде, в котором она работала у Доанеса
последние три недели.
Андреа была в атласном халате персикового цвета, который она запахнула поплотнее, пока Глори возилась с цепочкой
двери.
- Я не ожидала вас. Вы не приходили целых три дня.
- А что мне оставалось делать, если Линн Доанес настояла на том, чтобы я отправилась после работы домой на одной из
машин компании? Естественно, она думает, что я живу в этом доме, поскольку ты меня представила ей под такой легендой.
- А разве вы не могли отказаться от поездки?
- Я не могла отказываться третий раз подряд. Она старалась сегодня особенно угодить мне, потому что Доанесы на этой
неделе лишились еще одной горничной. А я не только подаю мартини и отвечаю на звонки в дверь, но еще и занимаюсь
уборкой по многу часов. - Приложив руку к пояснице, Глори тихонько застонала. - Я так рада, что сегодня пятница.
- Очень сожалею, Глори.
Глори повела носом:
- А ты еще не готовила ужин?
- Ну... нет, я...
- Надо приготовить. Знаешь, мне понравились прошлый раз у тебя макароны с сыром и цыпленком. Если еще чтонибудь
от той еды осталось, мы можем приготовить пиццу или что-нибудь вроде этого.
- Привет, Глори. - На пороге появился Джек, из одежды на нем были только джинсы.
Глори посмотрела на его широкую обнаженную грудь, затем бросила взгляд за его спину в спальню, где заметила
установленную на треножнике фотокамеру.
- Я чему-нибудь помешала? - спросила Глори.
Андреа смущенно отвела рукой волосы за уши и, глядя в пол, сказала:
- Мы сделали несколько снимков.
- Еще снимки! - воскликнула Глори. - Да вы уже столько нафотографировались, что на десяток альбомов хватит!
Джек бросил на нее свирепый взгляд.
- Я хочу, чтобы снимки были пусть и немного откровенными, но все же со вкусом, уж коли им придется оказаться в
руках Корбина.
Глори лишь хмыкнула.
- Ты сегодня выглядишь слишком уж самодовольной. - Скрестив на груди крепкие руки, Джек подошел к Глори
поближе. - Удалось сорвать банк?
Глори кивнула, тряхнув седыми волосами.
- Наконец-то получила улики.
Они уселись в гостиной Андреа, Глори извлекла из сумочки небольшой блокнот и стала листать страницы.
- Сегодня Доанес встречается с этой рыжей жердью у нее дома. Ожидаются очень веселые забавы.
- Минди Феллоуз, - уточнила Андреа.
- Ну да. Я залезла в эту кабину, где было нечем дышать, и проторчала там целый час. Но не без пользы.
Джек наклонился к ней.
- Выкладывай.
- Я услышала, как они идут к бассейну, и юркнула в одну из кабин. Они залезли в воду и стали нырять и лапать друг
друга за сиськи-письки, а потом зашли в соседнюю кабину.
Андреа ахнула:
- Слава Богу, что не в вашу.
Глори рассердилась.
- Да я бы тут же притворилась, что убираю или что-то там делаю! Но как бы там ни было, они оказались в другой
кабине. Минди пообещала Корбину, что вечером устроит ему еще большее веселье со своими подружками. В наше время мы
называли это оргиями. Фу, мне аж дышать нечем!
- Я сейчас принесу лимонаду! - Андреа вскочила и исчезла на кухне.
Джек взял из рук Глори блокнот.
- Отлично.
- Я могу теперь уйти из этого вертепа?
- Скоро сможешь.
Глори тяжело вздохнула:
- Я становлюсь слишком старой для такой работы.
- Ну, это ты брось, - фыркнул Джек. - Но я очень ценю то, что ты сделала. Это увеличивает наш доход еще на сотню
тысяч долларов. И они, Глори, пойдут на твой счет.
Глори приняла из рук Андреа стакан с лимонадом и подняла его, сверкнув глазами.
- За моего мальчика.
- И моего, - поддержала ее Андреа.
Доанес посмотрел по сторонам. Посетителями этого кафе были преимущественно обычные работяги.
- Здесь по меньшей мере... неуместно.
- Расслабьтесь. Садитесь.
- Ладно, но давайте не называть никаких имен.
Корбин неловко опустился напротив, заказал чашку кофе проходящей мимо официантке.
- Есть какие-нибудь успехи?
- Можете удостовериться сами. - Джек передал Корбину коричневый конверт. Доанес не стал вскрывать его, ожидая,
пока официантка подаст ему кофе. Затем открыл клапан и заглянул внутрь.
- Тут только одна фотография.
- Это образец.
- Я не вижу ее лица, - вспылил Корбин. - Только ваше.
- Вряд ли вы сможете отрицать, что это она.
Положив конверт на колени, Корбин вынул фотографию и посмотрел на нее повнимательнее. На его лице отразилось
удивление.
- Похоже, вам удалось ее трахнуть.
- И трахнуть очень успешно. На многих фотографиях она улыбается. - Джек допил кофе. - Теперь надо организовать
обмен - наличные за фотографии.
- Естественно, я не собирался брать с собой наличные, идя в эту часть города.
- Естественно, я не собирался приносить фотографии, пока не увижу наличные.
- Вы не так глупы, как я полагал, Тейлор.
Почему Доанес нарушил договоренность и назвал его по имени?
- Рад, что вы это заметили. Сейчас, я думаю, когда дело сделано...
- Однако с вашей стороны глупо позволять себе слишком много думать.
Взгляд у Джека сделался колючим.
- Не надо оскорблений. У меня есть полезная для вас информация.
- Какая именно?
- За дополнительную сотню тысяч я могу сообщить вам, что Андреа собирается сделать в ближайшее время.
- Я сам решу, полезна мне эта информация или нет.
- Пусть это будет сто двадцать пять тысяч долларов - за вашу грубость и за то, что назвали меня по фамилии.
Корбин открыл было рот и снова его закрыл.
- Правильное решение, - одобрил Джек. - А теперь слушайте. Я знаю нечто такое, что способно заставить вас
изменить ход вашей кампании по дискредитации жены. Если вас это интересует, покажите мне чековую книжку. Кажется,
она находится в левом кармане вашего пиджака. По крайней мере он выглядит тяжелым.
Сделав гримасу, Корбин вынул книжку и ручку.
- А теперь напишите чек на получение наличности и положите его на середину стола. Если моя информация не стоит
того, вы можете его забрать.
- Очень хорошо. - Корбин написал сумму на бланке и оторвал чек. Джек проверил дату и положил чек между
стаканчиком для салфеток и кувшинчиком для сливок.
- Подобно вам, - тихо сказал Джек, - Андреа планирует обратиться к бульварным газетам со своей версией.
- Ах, сука!
- И еще важнее то, что она собирается сделать это во вторник.
- Завтра? - Корбин насторожился. - Она сказала об этом вам?
- Я подслушал ее телефонный разговор с новым адвокатом.
- Кто ее адвокат?
Джек разыграл недовольство.
- Не знаю. Но кто бы он ни был, он это одобрил. Они говорили о больших деньгах, о том, что нужно сорвать с вас маску.
Доанес выпрямился на стуле и задумчиво проговорил:
- Она в конце концов поумнела и наняла крупную акулу.
Джек также выпрямился. Нервы его были напряжены до предела. Удалось ли ему заманить Доанеса в ловушку?
Похоже, Джек сделал достаточно для того, чтобы Корбин заглотнул приманку.
- Мне нужно действовать быстро. Я соберу пресс-конференцию сегодня после полудня.
- Нужно, чтобы произошла утечка информации в бульварные газеты. Скажите вашим охранникам, чтобы они
пропустили их репортеров.
- Я делал это много раз. Я объявлю о своем разводе, выразив при этом глубокое сожаление. Неохотно признаюсь, что
располагаю некоторыми доказательствами неверности Андреа. Вы можете появиться во время конференции, чтобы передать
фото. - Лицо Корбина засияло, пока он строил планы, словно в голове у него рождался замысел очередного грандиозного
фильма. - Я назначаю Минди ответственной за обмен фото на деньги, она вам подскажет, что делать.
Джек взял чек, сложил его вдвое и затолкал в задний карман джинсов.
- Позвоните мне.
- Обзаведитесь сотовым, Тейлор. Мне мало удовольствия доставляет созваниваться через вашего секретаря в течение
последних нескольких недель.
- Вы знаете не хуже меня, как непросто найти толкового помощника.
Джек вышел из кабины, бросив на стол несколько долларов, и покинул кафе. Банк, где держала деньги Глори, находился
на этой же улице, и он хотел положить денежное вознаграждение на ее имя как можно скорее.
Когда после полудня Джек позвонил в дверь дома Доанеса, ему открыла Глори. Он всегда хмыкал, когда видел ее в серой
униформе, не удержался и сейчас.
- Добрый день, - давясь от смеха, сказала она. Затем, понизив голос до шепота, спросила: - А где Андреа? Ты провез
ее на заднем сиденье?
- Да, - тоже шепотом ответил Джек.
- Я отперла дверь террасы. Она может пробраться в толпу репортеров в любой момент.
Джек одобрительно подмигнул.
- Входите, сэр, - громко сказала Глори.
- Спасибо.
Глори оглядела его элегантный льняной костюм.
- Я вижу, ты сегодня сам погладил.
- Купил новый. Особый случай. А на твой счет положил дополнительно сто двадцать пять тысяч.
- Боже мой! - присвистнула Глори.
Они оба повернулись, услышав, как из фойе вышла Минди Феллоуз с портфелем.
- Мистер Тейлор! - любезно поприветствовала Джека Минди.
Они обменялись рукопожатием. В мозгу Джека мелькнуло воспоминание - голая рыжеволосая девица. Впрочем, для
вуайериста вряд ли это могло быть привлекательным зрелищем - Минди была костлявой, словно не оформившийся
подросток. Она гораздо лучше смотрелась сейчас, одетая в элегантный зеленый костюм.
- Я пришла, чтобы посмотреть на ваши фотографии, - заявила она, жадно уставясь на большой коричневый конверт в
руках Джека.
- После того как я взгляну на деньги, - промурлыкал Джек.
Конверт перешел в ее руки, портфель - в его.
Прижимая портфель к бедру, Джек отодвинул две золотые защелки. Бросив взгляд, он убедился, что портфель набит
денежными купюрами. Тем временем Минди стала маслеными глазами разглядывать эротические фото и, улучив момент,
попыталась сопоставить живого Джека с тем, что был на фотографиях.
- Как жаль, что вы не заняты в бизнесе, - проворковала она.
- Вы получили то, что хотели. И не надо ко мне подлизываться.
Минди уставилась на него, не понимая, сознательно ли он ведет себя столь нелюбезно. Ох уж эти надменные
представители шоу-бизнеса, подумал Джек.
- Дальше все будет разыграно таким образом, - перешла на более деловой тон Минди. - Вы последуете за мной в
комнату, делая вид, что рветесь передать эти фото. Корбин станет протестовать - как настоящий джентльмен. А затем
фотографии случайно выскользнут из конверта на пол. Корбин рассердится, что грязные делишки Андреа стали достоянием
гласности. Вы изобразите раскаяние и смиренно станете выслушивать его упреки.
- А потом я смогу уйти?
- Да, пожалуйста. - Минди передала ему конверт и протянула руку к портфелю. - А сейчас мы на время отдадим
деньги Глори. Она подержит их у себя, пока вы будете играть свою роль.
Джек стал вертеть в руке портфель, и кончилось все тем, что он вырвался у него из рук. Минди успела подхватить его в
воздухе, однако портфель раскрылся, и из него вывалились две пачки пятисотдолларовых купюр.
- Идиот! - Схватив портфель, Минди нагнулась, подняла деньги и, быстро затолкав их внутрь, закрыла защелки. Когда
она выпрямилась, Джек продолжал спокойно стоять, держа в руке коричневый конверт.
- Вы уверены, что подобрали все деньги? - с подозрением спросил он.
Как Джек и надеялся, она тут же ощетинилась:
- Знаете, Джек, вы мне определенно не нравитесь!
- Это такая большая потеря для меня.
- Ладно! - огрызнулась она. - Подождите шестьдесят секунд и идите за мной на пресс-конференцию.
Джек вошел в зал, заполненный представителями прессы. За столиком потягивали вино и кофе, и все походило скорее на
какую-то вечеринку, нежели на пресс-конференцию. Разумеется, все ожидали, что смогут раздобыть сенсационный материал,
связанный с новым фильмом Корбина, и испытывали трепет от того, что находятся в такой близости от восходящей звезды
Минди Феллоуз. Дверь террасы была широко распахнута, и, видимо, заметив Джека, в зал вошла Андреа в элегантном
красном костюме и большой шляпе, скрывающей ее лицо.
- Ах, мистер Доанес, - отчетливо и громко произнес Джек. - Может, я приду в другое время?
- Нет-нет! Входите. - Корбин похлопал его по спине, пожирая глазами коричневый конверт в его руках.
- Но я рассчитывал на то, что все будет происходить без свидетелей.
- Постойте рядом, потом все так и будет, - пообещал Корбин. Он призвал всех к тишине. - Я пригласил вас сюда,
чтобы сообщить довольно печальную новость. Андреа и я... - Он изобразил горечь на своем лице. - Словом, речь идет о
нашем разводе. - Корбин сделал паузу, а по толпе прокатился стон. Джек почувствовал, что его вот-вот затошнит от этого
спектакля. Многие из присутствующих едва ли не открыто пускали слюнки в предвкушении сенсационных откровений. Он
видел, как Андреа целеустремленно пробиралась к нему, обходя по периметру толпу.
- Это печальное решение, - признал Корбин. - Печальное, но необходимое.
Стоящий поблизости репортер задал первый вопрос:
- Замешано ли здесь какое-то третье лицо?
- Да. - Корбин вздохнул. - По крайней мере одно. Но я не хотел бы это обсуждать. Постарайтесь не возлагать
несправедливо вину на кого бы то ни было. Моя репутация слишком дорога мне. Я таков, каким меня сделала публика. Если
бы она не поддержала мои фильмы, у меня не было бы оснований их производить. - После этих слов он бросил
многозначительный взгляд на Джека.
- Мистер Доанес, - просительным тоном проговорил Джек. - Лучше я приду попозже.
- Правильно, Джек. - Корбин еле заметно кивнул, отлично зная, что все взоры устремлены в этот момент на них. Джек
попятился назад, позаботившись о том, чтобы зацепиться ногой за ножку кофейного столика. Содержимое конверта
рассыпалось по светлому ковру.
- О нет, нет! - Крик ужаса, который издал Корбин, превратился в вопль, когда он понял, что фотографии были совсем
не те, которых он ожидал. Он стал рычать, когда репортеры бросились их поднимать. - Нет! Прекратите! Отдайте их мне!
Оказавшаяся рядом с Джеком Андреа фыркнула, взглянув на фото, лежащее неподалеку от носка ее туфли. На ней
красовался Корбин, швыряющий Минди в огромную ванну, полную голых женщин. В руках одного из репортеров оказалось
фото, на котором лежащий в шезлонге Корбин предавался любви втроем - той самой любви, в которую он хотел вовлечь и
Андреа.
- Черт возьми, скорей отсюда, пока никто не узнал тебя.
Они поспешили к выходу. В фойе их ждала Глори.
- Вот портфель. Уходите скорее.
Джек задержался, чтобы из-за широкого брючного ремня достать второй конверт с фотографиями, на которых
фигурировали он и Андреа. - Ты тоже можешь сейчас уйти, Глори, если хочешь.
- Нет, это будет несправедливо по отношению к Линн Доанес. Ее нет дома. Если я уйду сейчас, кто-то все сопоставит и
возложит вину на нее за то, что она меня наняла. Не беспокойтесь. Я поработаю еще недельку и потом уйду.
Андреа засияла.
- Спасибо, Глори. Линн того заслуживает.
Издали донесся крик Корбина:
- Тейлор? Кто-нибудь видел его?
Глори поспешила в туалетную комнату, а Джек и Андреа - к выходу.
Они сели в старенький "шевроле" Джека. Джек бросил конверт и портфель на заднее сиденье и завел машину.
- Нам нужно проскочить ворота, пока не сообщили охране. Две минуты спустя они уже удалялись от усадьбы по дороге
к Баньону.
Андреа прижалась к Джеку.
- Мне нравятся эти старые машины.
Он бросил на нее быстрый взгляд.
- Как ты относишься к сыщикам?
- Ты же знаешь, что я люблю тебя, Джек.
- Продолжай это мне говорить.
- Буду говорить это столько раз, сколько тебе захочется услышать.
- А теперь ты доверяешь мне, Лефти?
Она поколебалась.
- Не совсем.
Он крепко сжал баранку.
- Но я надеялся, что ты выйдешь за меня замуж.
- Да, выйду. Сразу же, как только ты скажешь.
- Но как с доверием...
- Вначале мы сожжем все фотографии, которые нас компрометируют, а потом поговорим о доверии.
- Большую часть из них я сжег в кухонной раковине сегодня утром.
- Чудесно. А я смогу легко избавиться от тех, что лежат на заднем сиденье. Только вот сколько других где-то блуждают?
- Всего одна, которую купил Корбин. Но узнать, кто там изображен, невозможно. И есть еще одна, которая принадлежит
только мне.
- Твою нужно уничтожить, Джек.
- Даже если я поклянусь, что буду беречь ее как зеницу ока?
Андреа нервно заерзала.
- А где ты хранишь ее сейчас?
Джек смотрел вперед на дорогу.
- Отвечай же! - потребовала Андреа.
Со вздохом он опустил солнцезащитный козырек. К внутренней части козырька была приделана фотография головы
Андреа, лежащей на подушке. Глаза ее были закрыты, на губах блуждала загадочная улыбка.
Андреа удивленно уставилась на фото.
- Я не подозревала об этой фотографии.
- На пленке оставался один кадр, и мне не хотелось, чтобы он зря пропадал.
- Ладно, этот снимок ты можешь оставить.
Джек тихонько поднял козырек.
- Теперь, когда я завоевал твое доверие...
Она поцеловала его в покрытую щетиной щеку:
- Живи долго-долго.
Лефти (англ.) - левша.
Энн Мэри Уинстон. Соблазны на берегу озера
Карем Солем с благодарностью за веру в меня
Женщина прогуливалась у самой кромки озера, элегантно приподнимая подол
развевающейся юбки, чтобы перешагнуть
через кучи гравия и камней. Бо заметил ее днем раньше. Он услышал шуршание шин
по подъездной дорожке, которая вела к
двум соседним коттеджам - таким же, как и тот, который он снял, чтобы провести
свой ежегодный отпуск на берегу озера в
штате Мэн.
Поскольку туристический сезон сворачивается в августе, к сентябрю многие
коттеджи заколачивают на зиму. Бо знал, что
оба домика, к которым по дорожке ехала машина, были свободны.
Бо проявил любопытство и из-за деревьев понаблюдал за тем, как, остановившись
у желтого коттеджа, женщина стала
выгружать коробки и ящики и заносить их в дом. Она была одна, мужчин нигде не
было видно, и по этой причине его
интерес к женщине повысился еще на один или два пункта. Мужским взглядом он
заметил, что она изящна и стройна, что у
нее красивые шелковистые волосы цвета кукурузного початка; и в то же время на
ней была бесцветная старомодная юбка, а
волосы были собраны в скучный пучок на затылке.
Какая-то зажатая и подавленная, решил Бо. Вряд ли с ней можно будет хорошо
провести время в наступающие холодные
ночи, пока они находятся здесь вдали от цивилизации.
Затем на лодке приплыл Хэнк Пемброук, они посидели вдвоем за пивом,
порассказывали друг другу небылицы о
женщинах, которые у них бывали, поговорили о последнем урагане, который два часа
бушевал над Каролиной. Мало-помалу
стемнело, и Бо забыл о своей новой соседке.
В это утро Бо пребывал в хорошем настроении. Погода стояла великолепная,
солнечная, день обещал быть теплым.
Несколько дней назад Бо начал работать над деревянной скульптурой,
предназначенной для зала суда в Вермонте. Работа
продвигалась успешно. Он уже видел будущий образ в уме, и с каждым движением
резца этот образ приобретал все более
реальные очертания. Если ему повезет, если не покинет вдохновение, он сможет
закончить работу к тому времени, когда
должен будет покинуть Мэн, и заберет скульптуру с собой. Это избавит его от
забот по упаковке и от беспокойства и тревог
до того момента, когда он получит известие, что скульптура доставлена в целости
и сохранности на другой конец...
Стоп! Бо едва не расплескал кофе, подавшись вперед на стуле, чтобы получше
все разглядеть. У самой воды озера
появилась женщина. Приподняв юбку, она осторожно попробовала ногой воду. Юбка
была зажата между ногами, ткань
обтягивала и обрисовывала изящные формы, ноги были обнажены выше колен.
Бо зачарованно наблюдал за тем, как женщина заходила все дальше в воду.
Просвет между деревьями позволял ему
хорошо ее видеть. В это утро волосы ее были распущены, и легкий бриз развевал
их, словно золотистого цвета знамя. Ветер
бросил их ей на лицо, женщина нетерпеливым жестом отвела их в сторону и сделала
еще пару шагов вперед.
Она двигалась медленно, и Бо готов был спорить, что она босая. Скоро она
поймет, что пара старых тапочек на резиновых
подошвах могла бы защитить ступни от острых камней. Не говоря о том, что помогла
бы сохранить равновесие.
Бо хмыкнул, когда его новая соседка поскользнулась на невидимом камне. Она
отчаянно взмахнула руками, и низ юбки
плюхнулся в воду, а золотистые волосы в этот момент взлетели над головой. Она
едва не упала, и лишь в последний момент
ей удалось удержаться на ногах. И, покачав сокрушенно головой, страшно
недовольная собой, женщина стала осторожно
выходить из воды.
Когда она выбралась на сухие камни, Бо удостоверился, что она и в самом деле
босая. Пока он продолжал наблюдать за
ней, женщина нагнулась, подобрала подол платья и стала его выжимать. Волосы ее
упали вниз, и Бо почувствовал, как
участился его пульс при этом зрелище: поблескивающие на солнце волосы так
обольстительно переливались, пока женщина
выжимала платье.
Бо был большой любитель длинных и красивых волос.
Впрочем, он тут же понял, что в не меньшей степени был любителем красивых
женских ног. Очевидно, его соседка
выжала сколько могла воды из нижней части юбки и, подняв юбку еще выше, решила
продолжить выжимание. Материя туго
обтянула изящную круглую попку, и взгляду Бо открылась наиболее интересная часть
стройных ног выше колен. Вероятно,
женщина полагала, что она одна, потому что обращалась с юбкой весьма свободно,
задирая ее все выше и выше. Ах,
малышка, подумал Бо, ну задери еще чуть-чуть, ну самую малость!
Однако женщина почему-то не стала задирать подол еще выше, оставив Бо в
мучительном ожидании в тот момент, когда
нижний край юбки проходил там, где бедра уже смыкались вместе, где скрывалось
женское сокровище, которое способно
разволновать даже больше, чем золотистые волосы на голове.
Бо заерзал на стуле, почувствовав приятное легкое возбуждение. Он совершал
ежегодные поездки на побережье Мэна, как
правило, для того, чтобы побыть в одиночестве, отдохнуть от постоянной рутины.
Он редко интересовался здесь
женщинами... если, конечно, не считать той малышки-официантки в баре, которая
была... такой покладистой в прошлом году.
Однако по большей части он не искал здесь представительниц прекрасного пола,
что, наверное, шокировало бы кое-кого из
его приятелей, большинство из которых были женаты и рассматривали жизнь как
долгую, восхитительную оргию,
состоящую из женщин и вечеринок.
Впрочем, правда заключалась в том, что он был свободен и мог заняться любовью
тогда, когда хотел, где хотел и с кем
хотел. То есть с той, которая привлекла его внимание и ответила ему тем же. И
что за беда, если он был более разборчив и
покорил меньше женщин, чем считали его друзья. Он не станет их разубеждать.
Бо резко поднялся со стула, отчего стул с грохотом опрокинулся. Новая соседка
резко повернула голову, и Бо увидел, как
поспешно она опустила юбку, продолжая оглядываться и пытаясь обнаружить источник
шума.
Если бы он остался спокойно стоять, вряд ли бы она его увидела. Однако на
него что-то нашло. Сложив трубочкой губы,
он издал резкий, пронзительный свист, который напугал женщину еще сильнее. Она
повернула голову в его сторону, и Бо
весело помахал ей рукой.
Бо мог точно определить тот момент, когда женщина его увидела. И хотя она
находилась на таком расстоянии, что нельзя
было разглядеть во всех подробностях черты ее лица, он все же определил, что у
нее большие глаза, которые уставились на
него из-под золотистого облака волос. Они стали еще больше, когда она вдруг
поняла, что он наблюдал за ней в течение
всего времени, пока она входила в воду.
- Я рад, что у меня появилась приятная соседка! - крикнул он.
На какое-то время воцарилась тишина. Даже издали Бо видел, как негодующе
вздымалась и опускалась ее грудь.
А затем она заговорила. Ее голос зазвучал чисто, как колокольчик, и был он
холодным, как вода в ближайшем заливе.
- К несчастью, не могу сказать того же.
Бо рассмеялся, глядя, как она зашагала к своему коттеджу, как в сердцах
хлопнула дверью с защитной сеткой - и сделала
это настолько громко, что грохот долетел даже до его коттеджа.
На следующий вечер, снимая постиранное белье, Эмма вспомнила о мужчине из
коттеджа, стоявшего неподалеку на
холме. Среди белья находилась и юбка, которую она замочила в озере. У Эммы
вспыхнули щеки, когда она представила себе,
что мог видеть этот мужчина.
Ей не приходило в голову, что кто-то мог быть поблизости и наблюдать за ней.
Она не слышала ни шума машины, ни
радио, ни телевизора, когда сюда приехала, и полагала, что вокруг полное
безлюдье. Хелви, редактор издательства, где были
опубликованы шесть ее поваренных книг, предложила ей отдохнуть месяц в коттедже
и при этом сказала, что побережье
опустело после начала учебного года.
...Закладка в соц.сетях
