Жанр: Любовные романы
Ослепленные страстью Сборник
... королевы, почувствовала себя так, словно и в
самом деле попала в волшебную сказку, преобразилась и превратилась в принцессу фей, готовящуюся к встрече с принцем. В
такой жаркий летний день прозрачные одеяния - самый подходящий наряд.
- А теперь - легкий пеньюар, госпожа. Накинуть сверху, но так, чтобы ничего не скрыть! - жизнерадостно объявила
Клер. - Вот это белое кружево. Очень скромно!
- И это ты называешь скромным? Да он такой прозрачный, что все видно насквозь!
- Ему понравится, - настаивала Клер, протягивая белый пеньюар. - Подумайте, куколка, когда еще представится
подобный случай?!
Фелисия и в самом деле была на седьмом небе. Флинн скоро придет... если только великодушное благодеяние не способ
вежливо распрощаться. Хотя белье, вернее, такое количество белья - весьма практичный подарок.
Фелисия усмехнулась. Нет, скорее всего на уме у Флинна совсем другое. Он не упустит случая затеять новые изысканные
игры.
- Скажи еще раз, что я поступаю правильно, - пробормотала она, продевая руки в рукава пеньюара. Она так нуждалась
в ободрении после стольких лет примерного поведения!
Клер закатила глаза:
- После всех наших усилий? После того, как мы едва не потеряли виллу? Как вы можете спрашивать? Да он просто дар
Божий!
- И я на всю жизнь сохраню прекрасные воспоминания.
- Жить нужно каждым днем, дитя мое. Завтра будет еще лучше, чем сегодня.
Картины прошлой ночи вызвали на губах Фелисии улыбку.
- Иногда стоит отдаваться безумному порыву.
- Не иногда, а почаще, - заметила Клер, довольная тем, что ее любимица познала наконец радости наслаждения. - А
теперь завтракать, - строго приказала она. - Вам следует подкрепиться после бессонной ночи. Я сварила ваш любимый
шоколад и испекла ромовую бабу. Я переговорю с Даниелем насчет шампанского и коньяка и тут же вернусь!
После ухода Клер, слишком взволнованная, чтобы есть, Фелисия стала перебирать подарки, осторожно прикасаясь к
каждому предмету, щупая нежную ткань и удивляясь обилию чудес, выпавших на ее долю. Время от времени она
останавливалась, чтобы полюбоваться всем этим великолепием в зеркале. Вот так и должна выглядеть настоящая
возлюбленная! Каждый дюйм кружева предназначен, чтобы оттенить ее прелести, которыми предстоит любоваться
обожателю! Модистка не забыла даже о сиреневых атласных туфельках на высоких каблуках, так что от острых носков до
взбитых рыжих локонов Фелисия была неотразима в своей бесстыдной роскоши.
Если бы она уже не горела ожиданием встречи с Флин-ном, откровенно чувственная природа его подарков непременно
натолкнула бы ее на грешные мысли. Она была недостаточно умудрена жизнью, чтобы полностью игнорировать неприличие
происходящего, зато оказалась слишком увлечена им, чтобы заботиться о подобных вещах. В горячке безумной и
ослепительной страсти ничто не имело значения, кроме нежданно обретенной любви.
Услышав звук шагов на лестнице, Фелисия обернулась и радостно засмеялась. Он уже здесь!
Секунду спустя дверь с треском распахнулась, ударившись о стену с такой силой, что картины, висевшие на ней,
покачнулись. Но Фелисия увидела отнюдь не любовника.
- Так, значит, вот как ты заработала деньги на уплату долга, грязная шлюха! - прошипел кузен Дики, оскалив зубы. Во
внезапно наступившей тишине было слышно, как тикают часы. Оплывшее тело кузена занимало всю комнату. Он
уничтожающим взглядом обвел разбросанные коробки. - Я всегда считал тебя потаскухой!
- Простите, госпожа - пролепетал подоспевший Дани-ель, очевидно, безуспешно пытавшийся остановить Дики. - Я
велел ему уйти, твердил, что у нас есть чем ему заплатить, но он не слушал.
- Не важно, Даниель. Ты не виноват. Я ожидала гостя. Если он придет, устрой его в гостиной. Я скоро спущусь, -
успокоила слугу Фелисия и, повернувшись к кузену, холодно добавила: - Тебя сюда не приглашали. Будь добр убраться, или
я позову жандармов.
Не обращая на нее внимания, Дики брезгливо, двумя пальцами, поднял из коробки черный кружевной корсет.
- Неужели? - вкрадчиво осведомился он. - И что ты им скажешь? Что зарабатываешь на жизнь проституцией? Вряд
ли это им понравится. И не уверен, что столь незаконные прибыли могут послужить достойной платой за мою долю виллы. Я
должен посоветоваться с адвокатом.
Он уронил черные кружева.
- Ты, никак, ждешь очередного клиента?
Похотливый блеск его глаз поверг Фелисию в ужас.
- Может, пока развлечешь и меня?
- Да я скорее покончу с собой, - выпалила Фелисия, крепко стягивая полы пеньюара. - А еще лучше - с тобой.
- Какая ты свирепая, - бормотал он с мерзкой ухмылочкой на жирной физиономии. - Я заинтригован.
- А меня, как всегда, тошнит от одного твоего вида. К концу дня ты получишь деньги, и это все. Я хочу, чтобы ты
навсегда исчез из моей жизни.
- В самом деле? - хищно оскалился Дики. - Я как раз подумал, что, поскольку ты так разбогатела, можно и цену
поднять.
- Не выйдет. У меня соглашение, заверенное адвокатом.
- Ты и понятия не имеешь, на что я способен, - угрожающе протянул он. - А если я поведаю твоему братцу о занятиях
его сестрицы? Как думаешь, очень понравится Энн получить в золовки шлюху? Что скажешь, дорогая Фелисия?
- Придержи язык, когда обращаешься к моей жене! - прорычал низкий мужской голос.
Глаза Фелисии широко распахнулись. Кузен Дики круто развернулся, приготовившись обороняться, пока не увидел
высокого широкоплечего человека, с глазами, метавшими молнии. С лица Дики сбежала краска.
- Ваша... светлость... - пробормотал он заикаясь, застыв на месте, - я хотел... я думал... я... не предполагал.
- Теперь вам все ясно?
Дики отшатнулся как от удара.
- Она ваша жена? - изумленно ахнул он. Герцог Графтон считался самым завидным женихом в Европе.
- Вы слышали меня? - рявкнул Флинн. - Моя жена. А теперь чтобы духу вашего здесь не было. И если спустя
двадцать минут вы все еще будете в Монте-Карло, я найду вас и убью.
И, не удостоив взглядом трясущегося толстяка, поспешно пробиравшегося к выходу, Флинн шагнул к Фелисии.
- Прости меня, дорогая, - мягко, словно не он сейчас угрожал прикончить человека, сказал герцог. - Я, кажется,
опоздал.
И Фелисия, словно ребенок, спасенный от огнедышащего дракона, бросилась в его объятия. Прижав ее к груди, Флинн с
лукавым блеском в глазах посмотрел в ее запрокинутое лицо.
- Я хотел прежде всего сказать тебе, что ты просто ослепительна в этих...
- Вешицах, о которых не принято упоминать в приличном обществе, - перебила она.
- Ну да, я совсем забыл. Здесь не отель - нужно заботиться о каждом сказанном вслух слове, но могу я...
- Все, что угодно...
Он ответил греховной улыбкой, и сердце у Фелисии замерло.
- В таком случае, надеюсь, у тебя достаточно времени, поскольку понятие "все, что угодно" открывает простор для
воображения...
- Времени достаточно, - заверила она, - особенно теперь, когда ты прогнал Дики. Только вот... - Она отстранилась и
ласково укорила: - Но тебе не следовало так далеко заходить, Флинн. Дики молчать не станет, наверняка поползут слухи.
- Мы можем пожениться и заткнуть рты сплетникам, - беспечно предложил Флинн.
Фелисия покачала головой.
- Я ценю твое благородство, но в такой жертве нет необходимости. Я не показываюсь в обществе, никто меня не знает,
моя семья живет далеко, влиятельных родственников нет...
- Разве ты не хочешь выйти за меня? - удивился он, нахмурив брови.
- Да будь же серьезным, Флинн!
- Я серьезен как никогда.
- Глупости! Ты собирался сегодня утром покинуть Монте-Карло! И даже мысль о женитьбе была тебе противна.
Ее прямота побудила его вновь задуматься о мотивах своих поступков.
- Похоже, недостаточно.
- Да? - рассмеялась Фелисия. - Еще до конца недели ты вырвешься на волю и успеешь проехать половину Азии!
- А ты? Никогда не думал, что и ты не слишком спешишь выйти замуж во второй раз!
- У меня на это достаточно причин.
- На этот раз все будет по-другому.
- Флинн! Прекрати! Ты первый скоро пожалеешь о своем опрометчивом решении. Поразмысли, неужели ты
действительно готов проститься со свободой? - запальчиво выкрикнула Фелисия и тут же тихо добавила: - Кроме того, я
потребую верности.
Воцарилась неловкая тишина. Флинн лукаво улыбнулся:
- Я готов рискнуть, если ты согласна.
- Тоже потерять свою свободу? Я верно поняла?
Флинн кивнул.
- Для этого мы должны быть безумно влюблены друг в друга.
- Как я - в тебя.
До этой минуты Флинн ни о чем подобном не задумывался.
- Как ты можешь быть уверен?
- Ни в чем нельзя быть уверенным, дорогая. Но если не отважишься, не узнаешь. И даже если это не любовь, мне все
равно, ибо то, что с нами происходит, лучше, чем все развлечения и путешествия на свете.
Фелисия счастливо улыбнулась:
- Правда! И куда лучше, чем шоколадки с вишневым кремом.
Его ответная улыбка была поистине лучезарной.
- Последнее утверждение спорно. Но если ты скажешь "да", обещаю тебе каждое утро шоколадки к завтраку.
- M-м... соблазнительно.
- Ты ведь не хочешь жить без меня, верно?
- Это так заметно? Ты слишком хорошо знаешь женщин.
- Нет, потому что у нас с тобой одно счастье на двоих.
- До вчерашнего вечера я и не знала, что такое счастье.
- Я тоже, - торжественно заверил он.
- Мне кажется, мы совершаем роковую ошибку.
- Не совершаем. Выходи за меня, и я сделаю тебя счастливой.
- Ты всегда так самоуверен?
- Всегда! - ухмыльнулся Флинн.
- Еще один вопрос, прежде чем кинуться в пропасть. Ты ведь не просто мистер Саффок, не так ли, ваша светлость?
- Это что-то меняет?
- Не для меня. Я влюбилась в мистера Саффока.
- Им я и останусь, хотя отныне к тебе будут обращаться "ваша светлость, герцогиня Графтон".
- Не может быть!
Имя герцога Графтона было символом порока, красоты, беспутства и, разумеется, сказочного богатства.
- Теперь я понимаю, почему ты не говоришь женщинам о своем титуле.
- Не только им. Вообще никому. Так что, если не возражаешь быть герцогиней, мое тщеславие будет удовлетворено
простым согласием на первое и единственное предложение руки и сердца с моей стороны.
- Если бы не Дики, ты ни за что...
Он поцелуем заставил ее замолчать. Минут пять спустя поднял голову и тихо приказал:
- Скажи "да".
Она улыбнулась:
- Убеди меня.
Флинн так и сделал - с большим искусством, а под конец и с буйным самозабвением, совершенно уничтожившим
сиреневый шедевр мадам Дениз.
Капустка, перен. малышка (фр.). - Примеч. пер.
Тия Дивайн. Игра наслаждения
Глава 1
Англия, Хартфордшир, Шербурн-Хаус
Весна 1812 года
Она была донельзя избалована и прекрасно знала об этом. Однако если чего-то
хотела в данный момент - должна была
непременно получить это, причем незамедлительно.
Она во всеуслышание заявила, что хочет Маркуса Ролтона, хотя всем было
известно о его репутации беспутного повесы,
затмевавшей даже такие неоспоримые преимущества, как положение и богатство.
Черт бы побрал все это! Какой зловредный демон подтолкнул ее отца оказаться
поблизости в тот момент?! Последствия
оказались плачевными. Отец, уверившись, что она не только хочет Маркуса Ролтона,
но и пойдет на все, лишь бы заполучить
его, поклялся лечь костьми, но остановить дочь.
Неудивительно, что он так рвался вернуться в Шербурн-Хаус до конца недели.
Пытался увезти ее из Лондона и поскорее
увидеться с Джереми Гэвиджем. Подумать только! Отец вознамерился сунуть нос в ее
дела и постарался заручиться
помощью Джереми.
Какое счастье, что на этот раз ей удалось подслушать разговор! Иначе она
никогда не узнала бы о безумных замыслах
отца, попросившего Гэвиджа отвлечь своевольную дочь. Одного этого достаточно,
чтобы любая женщина пришла в ярость.
Это оскорбительно! Словно она недостаточно взрослая и умная, чтобы знать, что
делает!
В этом вся суть! Отец по-прежнему считает ее нежным цветком, десятилетней
девочкой, ничего не понимающей в жизни.
Неудивительно, что он немедленно позвал Джереми, пытаясь накинуть на дочь узду!
Не выйдет! Она отлично выдрессировала отца в отсутствие сдерживающего влияния
матери. Он знал, что она выслушает
его и сделает наоборот. Вряд ли отец рискнет получить подтверждение своим худшим
подозрениям, спросив, действительно
ли она нацелилась на Маркуса Ролтона. Впрочем, он в любом случае не поверит. По
его мнению, куда легче укротить ее,
нежели разубедить. Поэтому и обратился к Джереми, который обижен на весь свет
после своей губительной связи с
Маргерит де Виньи.
Джереми, высокий, элегантный, смуглый, сдержанный и снисходительный, был их
ближайшим соседом. Мальчик
заменил ее отцу сына. Он научил ее ездить верхом, терпел неуклюжее кокетство,
был предметом ее воздыханий, когда ей
было всего двенадцать лет. Все ее романтические иллюзии, однако, развеялись,
когда три года назад Джереми принялся
ухаживать за леди Маргерит.
Она скрипнула зубами. Для него и людей, подобных ему, должно существовать
божественное возмездие. Для мужчин,
которые соблазняют и бросают, не заботясь о последствиях, считая подобные
истории очередным развлечением. Следует
проучить их - и отца, и Джереми, такой урок пойдет им на пользу.
Джереми... Как она ни старалась, не могла вспомнить его лицо. Что ж, вполне
естественно: она не видела Джереми
больше трех лет. Все это время Гэвидж провел за границей, зализывая раны и
страдая по прекрасной Маргерит. Правда,
теперь вернулся, занялся своими делами и, судя по всему, собирается вмешаться в
ее собственные. У него хватает наглости
копаться в чужом грязном белье, даже не попытавшись увидеться с ней!
А вдруг она превратилась в толстую неуклюжую хрюшку? А вдруг денно и нощно
молится о том, чтобы выйти замуж, и
гоняется за женихами, как гончая - за лисой? Злые языки только об этом и
твердят. Выезжает два года и не получила ни
одного предложения. Наверняка с прелестной леди Реджиной Олни что-то не так.
Недаром все в обществе шепчутся, что
мужчины ее избегают. О да, ей старательно докладывали все сплетни. А эти злобные
намеки в колонках светской хроники
"Тэтлера":
"Интересно, надеется ли королева предыдущих двух сезонов, еще не пойманная в
петлю священника, заарканить
подходящую партию в третьем, хотя бы затем, чтобы доказать, что она еще способна
на подобные эскапады?"
Значит, Джереми тоже решил, что у нее мозгов не больше, чем у репы, и поэтому
она с благодарностью упадет в его
объятия, стоит ему показаться на пороге и спасти несчастную жертву от Маркуса
Ролтона.
Еще бы, ведь разборчивостью она не отличается!
И тут Реджину осенило. Может, идиотский план отца поможет положить конец
сплетням? Может, удастся создать
впечатление, будто все это время она ждала, пока опомнится Джереми?!
Идеально! Она отплатит Джереми той же монетой и использует его, чтобы отвлечь
отца. А сама пока притворится, будто
преследует Маркуса Ролтона!!
Реджина так и этак обдумывала чудесную идею. Восхитительно! То, что надо!
Смешение запретного с немалой дозой
респектабельности. Пусть все думают, что ее целью всегда был Джереми! Она
поставит его в такое положение, что у него не
будет иного выхода, кроме как помочь ей расправиться с Ролтоном! Бедный Джереми!
Он уже давно не имел с ней дела и не
догадывается, что его ждет.
О Господи! Да она еще хуже своего отца. А сезон ведь только начинается!
Лондон, весна 1812 года
Самым знаменательным событием начала сезона был бал у Скеффингемов. Его
должны были посетить и Рол-тон, и
Джереми. Поэтому Реджина оделась особенно тщательно - в любимый туалет из
бледно-желтого крепа, расшитый
жемчугом. Из драгоценностей она выбрала жемчужное ожерелье и серьги,
принадлежавшие еще ее матери. Такая же мягко
сияющая нить была вплетена в волосы цвета воронова крыла.
Может, она торопится? Реджина раздраженно дернула себя за локон. Они
вернулись в город всего два дня назад и вчера
вечером были на ужине у Татумов, а теперь еще и бал. Это уже слишком, особенно
если учесть утомительную поездку из
Хартфордшира и тот факт, что она еще не составила план действий.
- Ты неотразима, дорогая, - заметил отец, накидывая ей на плечи прозрачную
газовую шаль в тон. - Ты готова?
Ворота дома Скеффингемов были широко распахнуты, и любопытные зеваки глазели,
как экипаж за экипажем
подъезжали к крыльцу и пассажиры, одетые по последнему слову моды, исчезали в
дверях величественного трехэтажного
кирпичного особняка, словно по взмаху волшебной палочки. Они втиснулись в
переполненный вестибюль, прошли по
длинному коридору, увешанному заключенными в золоченые рамы портретами многих
поколений предков Скеффингемов, и
поднялись на балкон второго этажа.
Невероятно, но зал уже был переполнен, и только раскрытые стеклянные двери, в
которые лились потоки прохладного
воздуха, немного спасали от духоты. Повсюду мерцали десятки свечей. Пламя
отражалось в многочисленных зеркалах. Свет
смягчал чересчур резкие детали и придавал помещению уют. По обеим стенам
тянулись ряды стульев, и матроны, не
собиравшиеся танцевать, приготовились провести со своими приятельницами вечер за
упоительными сплетнями.
Повсюду шныряли слуги, исполнявшие любое требование, а на втором балконе,
десятью футами выше, негромко играл
струнный квартет, оттеняя тихий гул голосов. А еще десятью футами выше, на
расписном потолке парили ангелы,
выглядывавшие из-за пушистых облаков.
"Но на земле ангелов не бывает", - с досадой думала Реджина, останавливаясь
вместе с отцом на пороге бального зала в
ожидании, пока мажордом объявит их имена.
Но поскольку она пока все равно ничего не могла предпринять, то и привычно
поплыла сквозь толпу под руку с отцом,
приветствуя друзей и знакомых, с которыми рассталась всего пять дней назад. Она
облегченно вздохнула, заметив Ансиллу
Хоксли-Маршалл, очевидно, тоже искавшую ее.
Ансилла, чудесный человек, милая и скромная, как монашка, всегда была в курсе
последних слухов, что зачастую весьма
выгодно. Подойдя к подруге, Реджина сжала ее холодные, как алебастр, руки.
- Ансилла! Ну и толпа! Ты не видела Маркуса Ролтона?
Она продумала стратегию... Прежде всего следует оправдать наихудшие опасения
отца, сделав все, чтобы ее как можно
чаще видели рядом с Маркусом Ролтоном. Пусть замысел не идеален, но на этот
вечер и так сойдет, пока она не придумает
что-нибудь получше.
- Так много людей, - пробормотала Ансилла. - Но я твержу это каждый год,
верно? Нет, я не видела сегодня мистера
Ролтона. Кстати, добрый вечер, Реджина. О, взгляни! Новое лицо! Неужели...
неужели это... Джереми Гэвидж?! После
стольких лет...
Реджина обернулась и потеряла дар речи. Сердце ее затрепыхалось пойманной
птицей. Джереми! Она не ожидала увидеть
его так скоро. Как он переменился... Она пошатнулась, как от удара. Вот тебе и
планы с замыслами! Как это может быть,
чтобы простое появление человека перевернуло все вверх дном?! Реджина не могла
отвести от него глаз.
Джереми. О Боже! Заблудший рыцарь отца. Очищенный любовью к женщине, которая
больше всего на свете любила не
его, а золотые соверены. Доброволец, вызвавшийся спасти ее невинность от падения
в руках самого известного развратника в
Лондоне. Как трогательно! Истинно заблудшая душа.
Он оказался выше, чем она помнила, плечи - шире, волосы - длиннее.
Нахмуренное лицо выглядит грозным, но все это
может быть эффектом высоких потолков и слабого освещения. Что же касается
мрачной гримасы... очевидно, он всем
недоволен. Но какое ей дело до его мнения?
Реджина не могла отвести от него глаз.
Но и Джереми не мог оторвать от нее взгляда. Все это время он считал, что
предстоит иметь дело с наивным ребенком,
какой она была когда-то, только, разумеется, на несколько лет старше. Однако
сейчас перед ним стояла взрослая женщина,
сознающая свою силу, излучающая волю и страсть. Ошеломляющее открытие!
Реджинальду следовало предупредить его. У него такое ощущение, будто он
падает с крутого обрыва, словно почва
внезапно уходит из-под ног. И в довершение ко всему по залу с гордым видом
дефилирует Ролстон, улыбаясь дамам, которые
удостаивали его разговором, и привлекая живейшее внимание Реджины. Она, похоже,
следит за каждым его движением!
Черт! Эти сверкающие синевой глаза, такие же как в детстве. Но это роскошное
тело... прекрасное лицо... Он не помнил
ее такой. Будь проклят Реджинальд!
Рядом с бледной блондинкой в белом она положительно выигрывает. Разве он не
видел, как Ролстон бросил в ее сторону
заинтересованно хозяйский взгляд?!
Черт, черт, черт...
Слава Богу, что он догадался сегодня приехать! Слава Богу, что увидел ее
перед тем, как вмешаться, потому что теперь он
не доверял самому себе... Он не мог оторвать от нее взгляда. Как и Ролтон.
"Взрыв может произойти в любую минуту", -
подумал Джереми, краем глаза наблюдая за Ролтоном. Тот зря времени не терял. И
судя по тому, как она смотрит на
Ролтона, Реджинальд абсолютно прав. Реджине наплевать на свою репутацию, ей
совершенно все равно. Все, о чем она
заботится, - роскошный мужчина с орудием, которое всегда наготове.
"Такая же, как и все женщины. Ничего не видит, кроме внешности или солидного
счета в банке", - угрюмо думал он.
Судя по виду, Ролтон созрел, чтобы сожрать парочку игривых девственниц. Но
это не важно, Реджины в их числе не
будет. И если раньше Джереми еще колебался, стоит ли пускаться в это
смехотворное предприятие, теперь сомнений не
осталось. Реджинальд не преувеличил опасности и оказался прав, придя к Джереми.
Отныне Ролтон - его злейший враг и ни за что не получит Реджину, насколько
это будет зависеть от него, Джереми. Его
цель ясна. Он пользуется любовью и абсолютным доверием ее отца и теперь знает,
что делать.
- Говорят, она бросила его, потому что он был недостаточно богат для нее.
Услышав последние слова Ансиллы, Реджина посмотрела на подругу, хотя
предпочла бы наблюдать за Ролтоном, этим
воплощением холодного пренебрежения ко всему окружающему. Любопытно, с каким
презрительным видом он обходит
комнату, бросая приветствие там, слово здесь, отвешивая поклоны дамам, -
держится идеально. Можно подумать, он
лучшая партия в мире, а не человек, помешанный на том, чтобы исправить свою
репутацию.
Она с усилием сосредоточилась на разговоре.
- Ты это о Джереми?
- Конечно, разве он не похож на романтического героя, с этим мрачным челом,
во всем черном?
- Ансилла! Похоже, он тебе нравится?
- Нет, нет и нет! Этому человеку я не подойду. Никогда не смогу сравниться с
той женщиной.
- Как в таком случае насчет мистера Ролтона?
Лучше обратить все внимание на предмет мнимого обожания. То и дело
поглядывать в его сторону, подливая масла в
огонь.
- Сколько еще проявлений самой примитивной мужской натуры может вынести
женщина? - тараторила Ансилла. - И
все же Скеффингемы не задумываясь пригласили его сегодня, - добавила она,
высказав вслух то, о чем шептались многие
гости.
Что ж, это мысль. Последнее время Ролтон бывает на многих приемах, хозяева
которых, похоже, поощряют его усилия
вновь возвысить себя в глазах общества. Но кто может знать об истинных мотивах
Ролтона? Да и любого человека, если на
то пошло.
- Он такой же завидный жених, как и любой другой богатый холостяк, - заметила
вслух Реджина. - Его положение и
знатность тоже играют роль, а мораль тут на последнем месте, особенно если
мужчина серьезно обдумывает женитьбу.
Каждый мужчина должен перебеситься, прежде чем добровольно наденет на себя
кандалы. Ты должна признать - он на
редкость красивый, загадочный мужчина, способный заинтриговать любую женщину.
- Только не одну из нас! - язвительно перебила Ансилла. - И все же... он
привлекателен. Посмотри, рядом с ним
Харриет Сомс. Одна из самых богатых наследниц в Англии. Она не должна и близко
подходить к человеку, подобному
мистеру Ролтону, и все же они беседуют. А ведь ей не более шестнадцати лет! Кто
подал ей столь неудачный совет вступить
с ним в разговор?
Реджина насторожилась. Вступить с ним в разговор? А ведь это мысль! О,
папочка будет рвать и метать!
- Конечно, мы не подруги, и она высокомерна и чопорна, как церковная скамья,
но все смотрят на нее, гадая, о чем они
толкуют и кем она интересуется. Уж конечно, не мистером Ролтоном!
- Давай подойдем ближе, - пробормотала Реджина. Рискованное предложение, но
нужно убедиться, что Ролтон ее
заметил. Иначе как же он узнает, что она в зале?! И Джереми должен увидеть, как
Ролтон пригласит ее танцевать!
- Реджина!
- Ну же, неужели тебе не любопытно узнать побольше о мистере Ролтоне?!
- Ни капельки.
- Ну, не упрямься, Ансилла! Ты ведь жаждешь все разузнать, я вижу!
Ансилла неохотно последовала за ней.
- Здесь слишком шумно. - раздраженно шепнула она, пока они пробирались в
передние ряды зевак.
- О, взгляни только! Ты в самом деле права! Интересно, что нужно такому
мужчине, как мистер Ролтон, от бесцветной
мямли?
- Ах уж эти мужчины! - брезгливо пробормотала Ансилла. - Почему молодых девиц
не учат искусству обращения с
подобными типами? В программу занятий следует ввести специальный курс, может, и
скандалов было бы меньше!
Реджина, почти не слушая, продолжала наблюдать за парочкой. Но тут до нее
дошел смысл сетований подруги, и она
схватила Ансиллу за руку:
- Повтори, повтори то, что ты сейчас сказала.
- Я считаю, что девушке вроде мисс Сомс следовало бы заручиться поддержкой
наставника или советчика, чтобы без
опаски иметь дело с опытными мужчинами вроде мистера Ролтона.
- Верно!
Ну почему она сама до этого не додумалась?! Да потому что Ансилла - гений, а
она глупа, как пробка, вот почему!
Решение лежит на поверхности, и вот теперь благодаря проницательности подруги у
нее есть настоящий план, как одурачить
Джереми и попутно достичь цели! Остается только хитростью вынудить Ролтона
протанцевать с ней.
- Женщины всегда узнают обо всем последними, - кивнула она, - особенно если
речь идет о мужчинах.
- Во всяком случае, мне жаль бедную мисс Сомс, - уничтожающе добавила
Ансилла. - Не завидую ей, если она
действительно нацелилась на мистера Ролтона.
- И я тоже, - пробормотала Реджина, нетерпеливо оглядываясь. Танец уже
заканчивался, и партнеры кланялись друг
другу. Те
...Закладка в соц.сетях
