Жанр: Любовные романы
Коварство и любовь
...льнице. Мы должны постараться, чтобы эта информация не стала широко
известной.
— Это не так-то просто, если она работает в суде. Здесь все очень
быстро становится всеобщим достоянием.
— По крайней мере мы сохраним в тайне подробности. — Кевин кивнул
головой в сторону спальни. — В рапорте, который я составляю, это
названо обыкновенным ограблением. Предполагается, что преступника спугнула
соседская собака или что-то в этом роде, так что он ничего не успел взять.
Будем надеяться, что никто не станет вникать в рапорт слишком глубоко и не
выяснит, что дома находятся настолько далеко друг от друга, что собаку вряд
ли может взволновать что-либо, кроме пикирующего самолета.
Джош понизил голос:
— Я разговаривал со Стефанией. Она не в восторге от того, что вы ею
занялись.
Кевин усмехнулся.
— Это неудивительно, учитывая, что в дни, когда неизвестная проникала в
ваши дома, она была поблизости. Ее можно рассматривать как основного
подозреваемого, пока мы не имеем других кандидатов на это место.
— Хорошо. Может, тогда мне не нужно будет платить ей алименты.
— Эй, сержант! — позвал один из патрульных, стоя на пороге.
Кевин подошел к нему, и они вместе ушли. Джош вернулся к Лорен и опустился
на колени около ее кресла.
— Вы пришли в себя? — Он тронул кончиками пальцев ее руку и с
удивлением почувствовал, что рука ледяная. Джош взял ее и стал осторожно
растирать, чтобы восстановить кровообращение.
— Я знаю, что, когда шок пройдет, все произошедшее будет страшно злить
меня, — медленно и отчетливо произнесла она, поворачивая голову. Под
глазами у нее легли тени, вокруг рта образовались легкие складки. — То,
что она пришла сюда напакостить, — ужасно. Но вернуться, чтобы навести
в моем доме порядок, — это уже вообще не укладывается в голове. До чего
же она дошла?
Джош растирал ее руку, пока она не согрелась, потом взял другую, чтобы
согреть и ее.
— Она хочет держать вас в нервном напряжении.
— Тогда она может собой гордиться. Еще немножко, и я начну кричать.
Посмотрите сюда. — Лорен протянула свободную руку. — Она так
дрожит, как будто я наглоталась кофеина. — Она сделала несколько
глубоких вздохов, от которых содрогнулось все ее тело. — Сейчас я
готова убить за сигарету.
Джош встал.
— У вас в доме есть бренди?
— В шкафчике над холодильником, но я бы лучше выпила ирландского
ликера. От бренди у меня болит голова, а за последнее время она так часто у
меня болела, что хватит на всю жизнь.
Джош кивнул и отправился на кухню. Лорен закрыла глаза и откинула голову на
спинку кресла. Она услышала, как он ходит по кухне, бормочет проклятия и
гремит посудой.
— Я не нашел рюмки, но надеюсь, вы не будете ругаться за то, что я
принес.
Лорен открыла глаза и увидела перед собой бокал для вина. Она слабо
улыбнулась, принимая его.
— Вкус не меняется, куда бы ни налить. — Она начала было
потягивать ликер маленькими глоточками, но потом передумала и выпила залпом,
как виски. — Почти заменяет сигарету.
— Может быть, вам стоило лучше поесть?
— Вовсе нет. — Лорен протянула ему пустой бокал. — Еще,
пожалуйста, и налейте побольше на этот раз. До краев. В конце концов, за
руль мне сегодня не садиться, поэтому я могу пить сколько угодно.
— Лорен, я не думаю...
— А мне наплевать, что вы думаете, Джош! Эта женщина неоднократно
проникала в мой дом. Она трогала мою одежду, мою косметику — все мои личные
вещи. Она все равно что изнасиловала меня. — Лорен снова подтолкнула к
нему бокал. — Я не стала пить болеутоляющее, потому что оно мне не
нужно. Мне просто очень тошно, и аспирин тут не поможет. Поэтому,
пожалуйста, налейте полный бокал, а еще лучше принесите стакан, потому что я
хочу сегодня вечером напиться.
— Возможно, мне повезет, и вам не много потребуется для этого. —
Джош вернулся на кухню. Прежде чем налить ей ликера, он проверил холодильник
и обнаружил, что представления Лорен о приготовлении пищи были гораздо более
замысловатыми, чем его. Он удовлетворился кусочком сыра и крекерами.
— Я подумал, что вы захотите чем-нибудь закусить. — Джош поставил
тарелку ей на колени. — Вы ведь не обедали.
Он взглянул на часы. Это вернуло ее к реальности. Взяв его запястье, Лорен
развернула его руку, чтобы тоже увидеть цифеблат.
— Ой, Джош! А как же ваша работа? Вы провели со мной целый день, а вам
надо было пойти на работу!
— Я позвонил Джинни перед отъездом из больницы. Если бы что-нибудь
случилось, она бы позвонила мне сюда. — Он положил кусочек сыра на
крекер и подал ей. — Вот, держите, прямо с пылу с жару!
— Сыр не жарят.
— Какая разница, главное, что вы улыбнулись.
Лорен приложила ладонь к его щеке.
— Хорошенькая мы с вами пара! За вами гоняется женщина, готовая
всякому, кто попадется ей на пути, перегрызть глотку. А я переехала сюда с
мыслью держаться как можно дальше от мужчин.
— Я думал, у нас не может ничего получиться.
— Молва нас уже тесно соединила. — Лорен поднесла к его рту крекер
с сыром и улыбнулась, когда он откусил кусочек. Ее улыбка стала еще шире,
когда вторым приемом Джош покончил с бутербродом. Она сделала глоток.
— Не поймите меня превратно, советник, но мне бы не хотелось сегодня
ночью остаться в доме одной.
— Вот и хорошо. Я и сам собирался остаться.
— Вы думаете, она повторит попытку, узнав, что ее сюрприз не сработал,
да? — тихо спросила она.
Он не собирался морочить ей голову.
— Дана считает, что она на некоторое время затаится и будет
наслаждаться своим успехом. Поскольку Дана разбирается в этом лучше меня, я
думаю, что она права, но всякий эксперт может ошибиться. — Джош оглядел
комнату. — Диван кажется мне весьма удобным и достаточно длинным.
— У меня есть комната для гостей, где вам покажется еще удобнее. —
Она встала, вынудив его отступить назад. — Пойду переоденусь. Может
быть, вы позвоните и закажете пиццу? Телефонный справочник в ящике около
телефона. Я люблю все, кроме анчоусов и оливок.
— А как насчет грибов и дополнительной порции сыра? — осведомился
Джош.
— Еще лучше.
Джош подождал, пока Лорен, нарочно замедляя шаг, прошла по коридору. Прежде
чем войти в свою комнату, она на мгновение остановилась. Ее нежелание войти
туда после всего случившегося было вполне объяснимо. Он отправился на кухню,
выбрал подходящее заведение и сделал заказ.
— Обещали доставить через полчаса! — крикнул он.
— Прекрасно, тогда я успею принять душ. Нет ничего ужаснее больничного
запаха.
Джош уселся в гостиной и включил телевизор. Услышав звонок телефона, он
заколебался, не зная, стоит ли снимать трубку.
— Квартира доктора Хантер, — отчетливо выговорил он.
— Джош? Это Гейл. Я только что услышала, что случилось с Лорен. С ней
все в порядке? Хотя какой порядок, если дома она обнаружила новый сюрприз!
Почему именно на нее все это навалилось? Она ведь недавно приехала. У нее
просто не было времени завести врагов!
Он с облегчением вздохнул. Какое-то мгновение он боялся, что это звонит та
женщина проверить Лорен. От нее вполне можно было ожидать этого.
— С ней все в порядке, хотя, конечно, она подавлена всем происшедшим.
Она сейчас в душе. Мне ей что-нибудь передать?
— Нет, я ей завтра позвоню, когда она немного придет в себя. Скажи
просто, что я звонила и что, если ей будет тоскливо и одиноко сегодня
вечером, пусть звонит мне — не стесняется.
Джош открыл было рот, чтобы заверить, что она может не беспокоиться о Лорен
сегодня вечером, но что-то удержало его. Он мысленно обозвал себя маньяком и
просто сказал:
— Я ей передам, Гейл. Спасибо, что позвонила.
Лорен вышла в домашнем платье, ее мокрые волосы были зачесаны назад.
Воспаление немного спало, кожа из ярко-красной стала розовой, а
многочисленные порезы стали менее заметны. Она уселась в то же кресло и
принялась вытирать полотенцем волосы.
— Я думал, женщины не любят, когда их видят без косметики. — Джош
уменьшил громкость телевизора.
— После всего, что случилось, сомневаюсь, что мой естественный вид
может вас отпугнуть.
— Звонила Гейл, спрашивала, как вы себя чувствуете. Сказала, что
позвонит завтра.
Решив, что волосы достаточно сухие, Лорен отложила полотенце в сторону.
Опершись руками на колени, она слегка наклонилась вперед и внимательно
посмотрела на Джоша.
— Что еще она сказала?
Джош подумал, не возникло ли у нее то же подозрение, что и у него.
— Ничего.
— Но ведь вас что-то насторожило в ее звонке? Что-то в ее словах вам не
понравилось, да?
Он ответил ей своим самым лучшим прокурорским взглядом, который обычно
наводил страх на участников процесса.
— Не будем об этом, Лорен.
Поединок взглядов затянулся. Первым сдался Джош.
— Ну хорошо. Она предложила приехать и переночевать у вас, если вам не
хочется быть одной. Сказала, чтобы вы ей позвонили, если вам этого
захочется. Я сказал, что передам.
— Удивительно, как быстро вы забыли об этой части ее сообщения. А вы ей
не сказали, что у меня уже есть кому переночевать?
Он покачал головой.
— Я считаю, что это не ее дело.
— Это настоящая причина или вы ей все-таки не доверяете? —
уточнила Лорен.
Джош наклонился вперед, взял поднос для стаканов с журнального столика и
принялся его изучать со всех сторон.
— Своеобразная пепельница?
— Когда я бросила курить, я сразу же выкинула из дома все пепельницы. И
с тех пор не держу ничего подобного. Я хочу, чтобы вы честно ответили на мой
вопрос, Джош. Что показалось вам подозрительным в звонке Гейл?
— Она кажется мне не более подозрительной, чем любая другая женщина, с
которой я знаком. Я все время гадаю, а вдруг это именно она и что будет
дальше. — Он поставил поднос на место. — Кевин послал пару своих
сотрудников ко мне домой, чтобы проверить, все ли там в порядке. После того,
как мы поедим, я хочу съездить туда и взять смену одежды.
На лбу у нее появились морщинки, но тут же исчезли.
— Прекрасно. А я в это время позвоню Дане. Тогда мне не нужно будет
ждать ее звонка.
В это время раздался звонок у входной двери, заставив ее на мгновение
замереть.
Джош вскочил и направился к двери. Прежде чем открыть, он посмотрел в
глазок. Заплатив рассыльному, он отнес коробку с пиццей на кухню. Раздалось
хлопанье дверец шкафа, которые он распахивал в поисках тарелок и рюмок.
— Вам принести кока-колы?
— Пожалуй. Ирландский ликер не подходит к итальянской пицце. —
Лорен села на пол около журнального столика, который она освободила. —
Там в шкафчике в ящике лежат ножи и вилки, — сказала она, когда он
принес напитки.
Откусив первый кусочек, она оценила остроту приправы.
— Странно, но почему-то пицца всегда успокаивающе действовала на меня.
Сразу после развода, когда мне становилось плохо, я заказывала большую
пиццу. То, что я не могла съесть с вечера, я доедала на завтрак. Мне
казалось, что пицца и шоколад помогли мне не сойти с ума в тот
период. — Она намотала полоску сыра на палец и отправила ее в рот.
Джош побоялся вступить в разговор, потому что до сих пор всякий раз, когда
он касался ее развода, она замыкалась в себе. Он выжидательно молчал.
Лорен смотрела в сторону, как будто на стене было написано что-то важное.
— Рон — один из ведущих детективов в городе. Ему достаточно взглянуть
на место преступления, и он каким-то шестым чувством понимает, что
произошло. Неудивительно, что у него такой высокий уровень раскрываемости.
Он никогда не брал работу на дом и никогда не жаловался, что какое-то дело
поставило его в тупик. Самые трудные случаи только вызывали у него азарт. Он
просто был уверен, что ответ однажды придет к нему. Он мог справиться с
любой трудностью. То, что ему были нужны другие женщины, просто было
продолжением его подлинной сути, и он не видел в этом ничего плохого. —
Она машинально сняла гриб со своего куска пиццы и положила в рот. — Он
был холодным аналитиком до того вечера два года назад, когда на меня напали.
Лорен подняла взгляд, чтобы увидеть его реакцию.
— Ограбление или избиение? Или все вместе? — Он старался говорить
спокойно, хотя сердце его болезненно сжалось.
Она покачала головой.
— И избили, и ограбили, но, кроме того, изнасиловали. Этот был один из
тех, кого Рон арестовал. Он вышел из-за какой-то юридической ошибки. Одной
из первых ошибок Рона. Не пошло на пользу приговору и то, что подсудимому
пришлось провести три дня в больнице из-за полученных травм. Рон объяснял,
что этот тип шел за ним с пушкой, и ему пришлось защищаться. Я думаю,
подонок понимал, что с Роном ему не справиться, поэтому он выбрал меня. Он
напал на меня на стоянке, когда я поздно ночью выходила из морга. —
Лорен поднесла руку к лицу. — У меня был сломан нос и одна скула,
обычные порезы и разрывы.
Джош выругался.
— Рон посчитался с ним?
— Рону сказали, что он не имеет права заниматься этим делом, раз это
касается близкого ему человека. Меня привезли на
скорой помощи
без
сознания, и я почти сутки не знала, что происходит, — рассказывала она
отстраненно, как о ком-то постороннем. — Но я слышала, что Рон пришел в
бешенство, когда обо всем узнал, и кричал, что убьет негодяя. Нашлись
свидетели, так что преступника довольно быстро взяли. Его привели ко мне
вместе с контрольной группой, и я без труда его опознала. Было предъявлено
обвинение, дело пошло в суд, а он в тюрьму. Конец истории. — Лорен
развела руками.
— Нет, не конец. Это, может быть, конец истории для насильника, но не
для его жертвы. Вы обращались за консультацией?
Впервые в ее глазах появилась злость.
— Я врач, Джош. Я прекрасно знаю, что нужно делать. Да, я
проконсультировалась. Дана нашла мне специалиста. Она сказала, что не сможет
лечить меня, потому что мы подруги и ее опыта не хватит, чтобы оказать мне
необходимую помощь. Я присоединилась к группе, выслушала бессчетное
количество страшных историй и начала выкарабкиваться.
Джош был уверен, что понял, в чем проблема.
— Но Рон не смог справиться с этим, да?
Лорен сделала глубокий вдох. Она продолжала выковыривать из пиццы кусочки
грибов и класть в рот.
— Он пытался игнорировать тот факт, что меня изнасиловали. Понимаете,
если бы меня не изнасиловали, он бы не упустил арестованного. Получался
замкнутый круг. — Она отламывала маленькие кусочки пиццы и жевала
их. — Потом он решил, что я сама виновата, что это я спровоцировала
его. Что я была слишком вызывающе одета или сказала что-то двусмысленное. К
счастью, у меня хватило ума понять, что он выдумывает ерунду, иначе я бы
превратилась в запуганную маленькую мышку. Я выслушивала от него, что моя
рабочая одежда слишком сексуальна, что я не должна допоздна задерживаться на
работе, потому что это привлекает маньяков. Он звонил мне на работу во
внеурочное время, чтобы проверить, там ли я, потому что вообразил, что я ему
изменяю.
— Придумал удобную замену правды, — тихо сказал Джош.
Лорен кивнула.
— Так намного проще. Вначале я пыталась не обращать внимания, думая,
что в конце концов он поймет, что не прав. А он подал на развод. Пошли
слухи, что после изнасилования я стала нимфоманкой, и у него лопнуло
терпение. — Она коротко рассмеялась. — Моя рабочая одежда
сексуальна? Вы видели меня в зеленой хирургической форме. Вы можете ее
назвать сексуальной?
Он ответил, не задумываясь:
— Честно говоря, да. Ваша зеленая форма смотрится сексуально, но это
потому, что я вообще нахожу вас сексуальной, и все, что вы надеваете,
выглядит на вас сексуально. Если вы спросите, считаю ли я, что вы намеренно
носите вызывающую одежду, чтобы провоцировать мужчин, я отвечу: нет. Вы
никогда не задумывались над тем, что Рон не справился с ситуацией, потому
что ничем не мог вам помочь? Ведь если бы он не упустил арестованного,
ничего бы не случилось.
— Я думаю, что, если бы не это, Рон нашел бы какую-нибудь другую
причину. Он хотел развестись со мной до того, как у меня лопнет терпение и я
вышвырну его. Мы оба знали, что к этому идет. Он просто первым сделал
решительный шаг.
— И при этом бросил вас в трудную минуту. Он не остался с вами во время
вашего выздоровления, и поэтому вы считаете его негодяем, — догадался
Джош.
— Да, Рону трудно было все это понять. У меня закончился контракт, и я
решила подыскать новое место. Когда я узнала о здешней вакансии, то поняла,
что это то, что мне нужно, и ухватилась за нее. — Не отдавая себе
отчета в своих действиях, она потянула
молнию
на платье вверх, пока
высокий воротник не закрыл ее горло. — Рон теперь может не пропускать
ни одной женщины, с которой сталкивается, что он, я не сомневаюсь, и делает,
а я наконец могу спать без кошмаров. Могу пройти ночью по стоянке без
приступов страха и могу встречаться с живыми мужчинами в закрытых
помещениях. С мертвыми у меня проблем никогда не было.
Лорен принялась за новый кусок пиццы, словно еще не утолила голода. Джош
подумал, что так ей легче, чем смотреть на него и пытаться понять его
реакцию. Он глядел на свои руки с крепко сцепленными пальцами, лежащие перед
ним, и представлял себе, как бы он задушил эту мразь, напавшую на Лорен.
— Вы начали с кем-нибудь встречаться, прежде чем переехали сюда?
Она покачала головой. Высохшие волосы упали ей на щеку, так что он не видел
выражения ее лица.
— В то время мне было спокойнее погрузиться в свои исследования. Никто
не пристает, не нужно улыбаться, если этого не хочется. Для меня это было
лучшее лекарство. — Лорен медленно подняла голову и встретила его
взгляд. — А она каким-то образом узнала все эту печальную историю. По
крайней мере то, во что Рон хотел заставить поверить окружающих. Особенно
то, что я ему изменяла.
— Она, естественно, рассудила, что вы не захотите, чтобы я узнал все
эти подробности, и отступитесь, а она получит меня обратно.
— Вот именно. — Лорен указала на его тарелку. — Простите. Я
отвлекала вас разговором, и вы совсем ничего не ели. Если пицца остыла, ее
можно разогреть в микроволновке.
Он откусил кусочек.
— Я настолько привык к холодной пицце, что просто не знал бы, что
делать с горячей.
Лорен смотрела, как он ест, а он мысленно складывал вместе кусочки этой
головоломки.
— Если она узнала всю эту историю, то наверняка у нее связи в полиции
или в суде, — сказал он наконец, отставляя тарелку в сторону.
Она уставилась на коробку.
— Великолепно, вам хватило всего семи кусков, чтобы прийти к этому
выводу, а я могла вам это сказать сразу.
— Да?
Лорен кивнула.
— Она о вас знает слишком много для человека, которого вы встречаете в
магазине, химчистке или аптеке. Этот городишко, конечно, меньше Лос-
Анджелеса, но это все-таки город. У нее должны быть соответствующие связи,
чтобы иметь доступ к нужной информации.
— Мы с Кевином подумали об этом с самого начала, но не смогли ее
вычислить.
Лорен улыбнулась.
— Это потому, что вы не женщины.
— Что вы имеете в виду?
— Я имею в виду, что вы все делаете не так. Мужчина не может понять
женщину, а женщина может. — Она села, скрестив ноги и накрыв босые
ступни платьем. — Я не буду просить прощения за сексуальную
дискриминацию. Мужчины говорят подобные вещи постоянно и никогда не
извиняются.
Лицо Джоша расплылось в улыбке.
Она посмотрела на него, пытаясь отгадать причину смены его настроения.
— Что такое?
— Вы преодолели серьезные трудности, доктор. Что-то подсказывает мне,
что этой даме лучше поостеречься, если она собирается еще крутиться вокруг
вас, потому что она может и проиграть.
Лорен сделала глубокий вдох. Страх, который она почувствовала, когда увидела
убранную спальню и ванную, исчез. Исчезла и печаль по утраченной прошлой
жизни.
— Так и будет, черт побери!
— Просто удивительно, что ты переехала туда, чтобы достичь мира и
покоя, а вместо этого попала в центр событий, связанных с классическим
случаем преследования, — сказала Дана. — Тебе было лучше здесь, в
кишащем преступниками Лос-Анджелесе, дорогая. По крайней мере здесь полиция
немножко лучше умеет с этим справляться.
Лорен переложила трубку к другому уху. Джош только что уехал домой за
одеждой, и Лорен немедленно позвонила подруге.
— Что касается меня, то она выступает в роли своего рода антисвахи, но
при этом уверена, что между нами с Джошем что-то есть.
— Он в сто раз мужественней Рона.
— Послушай, Дана, ты никогда не делала таких скоропалительных
заключений о людях. А поскольку ты говоришь таким убежденным голосом, то мне
бы хотелось знать, что заставило тебя прийти к такому мнению о нем? —
Лорен старалась не обращать внимания на окружающую ее тишину и гнала
невольные мысли об опасности, возможно, подстерегающей ее где-то рядом.
— Лорен, мы с Джошем проговорили вчера вечером по телефону часа
полтора. Он то приходил в ярость, то впадал в подавленное состояние по
поводу произошедшего с тобой.
— Не знаю, с чего бы это? — Она провела пальцем по комоду и
машинально отметила, что эта женщина убирает тщательнее, чем приходящая к
Лорен уборщица. — Просто она охотится и за мной тоже.
— А Джош считает, что это он во всем виноват. Ему кажется, что, если бы
он не пригласил тебя тогда на ужин в первый раз, ничего бы не началось. И
его милая подружка не перенесла бы свое внимание на тебя. Я сказала ему, что
это все чушь. Что этой женщине нужны жертвы, на которых она могла бы срывать
злость за то, что он не любит ее, и ты просто следующая в очереди.
Лорен прижала трубку подбородком к плечу, доставая из комода пижаму.
— Звучит так, как будто ты внимательно изучала ее повадки.
— Ей нужен Джош, чтобы делать ему подарки, посылать цветы, восхищаться
им издалека, но ей нужен и противник, на котором она могла бы сосредоточить
свою ненависть, — сказала Дана. — И ты очень подходишь на эту
роль.
— Дана, твои слова меня совсем не успокаивают.
— Я же профессиональный врач, дорогая, я должна поддерживать в тебе
чувство неуверенности, чтобы ты постоянно обращалась ко мне. Иначе чем я
буду платить за свой автомобиль и дом?
— Четыре года назад ты ездила на малолитражке и снимала угол. Все, что
мне нужно, это совет, что теперь делать. Что предпринять, пока я
окончательно не сошла с ума и тебе не пришлось запереть меня в комнате с
обитыми войлоком стенами, где мне в качестве психотерапии позволят рисовать
на них пальцем.
— Лорен, то, что я собираюсь тебе сказать, должно остаться строго между
нами, потому что ни один врач в здравом уме не посоветует тебе этого. —
Дана говорила ровным профессиональным тоном. — Держи револьвер
заряженным и всегда под рукой и, если она когда-нибудь дойдет до того, чтобы
пойти против тебя в открытую, лицом к лицу, не колеблясь стреляй в нее.
Возможно, это единственное, что может ее остановить.
Лорен всплеснула руками. Она забыла о кровожадной натуре своей подруги.
— Вот уж не ожидала от тебя такого совета!
— Хорошо, тогда в твоих интересах не упускать этого мужчину, несмотря
на то, что он юрист, а мы обе знаем, что я думаю об этой братии с тех пор,
как Карен в прошлом году ушел от меня. Ты ему рассказала о том, что с тобой
произошло?
— Да, рассказала. И он очень хорошо все принял. Но я это сделала только
что, поэтому он еще может передумать, после того как поразмыслит хорошенько
и поймет, в каком я душевном разброде.
— Не думаю. Он непохож на человека, который отворачивается от проблемы,
как Рон
...Закладка в соц.сетях
