Жанр: Любовные романы
Сад для влюбленных
...ла она. — Перевертывайся на спину!
И Джеф обнаружил, к полному восторгу, что Кэтрин полностью разделяла его
жизненную философию. Она тоже не любила ничего делать вполсилы, считая, что
любую работу нужно выполнять качественно. Когда все стороны этой догмы были
досконально исследованы и исчерпаны и любовники в изнеможении лежали в
объятиях, Джеффри наконец нашел в себе силы подняться. Помог встать Кэт,
накинул ей на плечи свою рубашку, а сам снял со стула полотенце и аккуратно
обернул вокруг бедер.
— Пошли купаться! — воскликнул он с озорной мальчишеской улыбкой. — Остудим
пыл. — И взяв ее за руку, потянул за собой.
— А если увидят? — поежилась Кэтрин, выходя за дверь.
— Все спят. А если и заметят, подумают, что мы просто идем освежиться, ведь
ночь в самом деле очень жаркая. Разве мы поступаем дурно?
Кэтрин посмотрела в его глаза, и по ее телу разлилась теплота.
— Ты прав, — согласилась она.
Ей не верилось, что все происходит наяву. Что человек, которого она так
отчаянно и безнадежно любила, вдруг запросто вошел к ней в комнату и подарил
волшебные мгновения любви, о каких она даже не мечтала. Она целиком
принадлежала ему. И теперь они вместе идут купаться. На ней лишь его
рубашка, на нем — ее полотенце. Они держатся за руки, как настоящие
возлюбленные. Кругом чарующая тишина. И только звезды сияют на темном
небосклоне. Какое счастье и блаженство!
Белый песок под звездным мерцанием сверкал ярче, чем днем. Но вот выглянула
луна, и стало еще восхитительнее. Ночное светило словно благословляло их
любовь.
Джеф снял с бедер полотенце, расстелил на теплом песке. Высокий, загорелый,
восхитительный в своей наготе, он был подобен античному воину. Кэт так его
любила! Ее душа жаждала поведать ему об этом. Но эмоции так переполняли
девушку, что обычные слова казались безнадежно бледными в сравнении с
сильным чувством. Разве что... разве что набрать с небес сверкающих звезд и
рассыпать возле его ног! Вот тогда... лишь тогда он поймет, как она его
обожает!
— Ну смелей, Кэтрин, — ободряюще произнес Джеф, собираясь снять с ее плеч
рубашку. Душистый тропический ветерок подхватил звуки его глубокого
бархатного голоса, которые смешались с шепотом шелестевших в вышине
прибрежных пальм.
Но девушка, крепко вцепившись в рубашку, вдруг отступила, уронив на лицо
волосы.
— Не стесняйся, — нежно поддразнил он, подходя ближе. — У нас ведь нет
секретов.
Нет? А ее любовь? И ее план? Кэт искоса взглянула на возлюбленного, едва
сдерживаясь, чтобы не поделиться захлестнувшей ее радостью. Но что-то... что-
то неясное удерживало ее. Чего же она опасается?
Его руки по-хозяйски скользнули под рубашку. Их твердость приятно ощущалась
голой кожей. Кэтрин напряглась и затаила дыхание, стремясь удержать тело от
ответной реакции. Но поздно! Искра упала — и вспыхнувшее пламя разгоралось.
Она любила его, желала, остальное не имело никакого значения.
Рубашка, медленно соскользнув с плеч, упала к босым ногам. Нетерпеливо
отпихнув ее, Кэт сделала шаг, закинула руки на шею Джеффри, порывисто
обнимая дорогого человека. Горячая щека почувствовала тяжелое биение его
сердца.
Расцепив руки, девушка ласкающим движением провела ладонями по его спине,
наслаждаясь выпуклой гладкостью мускулов.
— О, Кэтрин, — простонал он и с сокрушительной силой прижал ее к себе,
охватывая ее рот горячими, настойчивыми губами. Что-то зазвенело в глубине
ее существа, коленки ослабли и подкосились. Джеф легонько опустил девушку на
песчаное ложе и, страстно нашептывая, покрывал поцелуями ее тело. Рядом
плескались волны, с высоты наблюдали звезды и луна — единственные свидетели
их любви.
Лежа с закрытыми глазами, Кэт иногда представляла, что ее ласкает и целует
Тим. Так Джеффри во всем походил на Паркера!
Потом они стояли у края воды и, не касаясь друг друга, в молчаливом
восхищении разглядывали обнаженные тела. Они отливали серебром в лунном
свете, морская пена мягко окутывала их ноги. Джеф полной грудью, глубоко и
счастливо вдохнул, закинул голову, быстро взглянув на небо, и тут же вновь
посмотрел на Кэтрин из-под густых черных ресниц. Ее фигура показалась ему
выточенной из белого мрамора. Джеф вновь захотел ее, он пытался отвести
взгляд, смотреть на море, но безуспешно. Огромные выразительные глаза Кэт
жгли его кожу — и Джеффри опять оборачивался и впивался в нее горящим
взглядом.
Кэтрин вдруг повернулась и бросилась в воду. Грива медно-рыжих волос
призывно развевалась над волнами, вызвав у Джефа невольную улыбку. Девушка
резвилась, прыгала и ныряла, словно дорвавшийся до моря ребенок. Ее тело,
мокрое и блестящее, мелькавшее на гребне прибоя, манило и притягивало
мужчину.
— Довольно, Кэтрин, вылезай, — сказал он наконец.
— А ты разве не пойдешь плавать? — удивилась она.
— Нет!
— Почему? Ведь это же твоя идея. — И Кэт поднырнула под вздыбившуюся волну.
— Да... но уже пора возвращаться.
— Да ты окунись, хоть на минутку! — крикнула купальщица и, зажав нос, сама,
как уточка, погрузилась в воду вниз головой и тут же, вынырнув с мокрыми,
прилизанными волосами, засверкала белозубой улыбкой. Джеф подумал, что
никогда еще не видел ее такой красивой. — А может, ты плавать не умеешь? —
дразнила девчонка. — Как кот, воды боишься?
Его предостерегающе строгий взгляд, несмотря на усмешку, подсказал ей, что
такие детские шутки не производят на него впечатления. Впрочем, Кэтрин и не
надеялась, она просто тянула время, чтобы продлить волшебный вечер. Ах, если
бы он никогда не кончался!
Джеффри, обмотавшись полотенцем, держал наготове рубашку, ожидая, когда Кэт
выйдет на берег. Но она, перевернувшись на спину, по-прежнему плавала, делая
вид, что ничего не замечает.
— Вода чудесная! Почти горячая! И вылезать не хочется.
— Мое терпение на исходе, Кэтрин! — пронесся над водой глубокий, слегка
недовольный голос Джефа.
Кэт, перевернувшись на живот, задорно улыбнулась.
— А ты догони! — игриво прощебетала она.
— Если я это сделаю, то пожалеешь, — обронил он после угрожающего молчания.
— Сильно? — дразнящим колокольчиком прозвенела Кэтрин.
Отшвырнув полотенце и рубашку, Джеф устремился в воду, девушка пронзительно
закричала от восторга, видя, как он, два раза взмахнув руками, преодолел
разделявшее их расстояние. Подпустив его совсем близко, она быстро юркнула в
накатившую волну. Но тут же почувствовала, как пловец вытянул ее и высоко
поднял. Стряхивая капли с ресниц, она глядела сверху в потемневшие,
неправдоподобно синие глаза. С нее потоком стекала вода, образуя тонкие
ручейки, струившиеся между грудями, по животу, бедрам. Наконец Джеф отпустил
ее, но вместо того, чтобы прижать к себе, чего Кэт с нетерпением ожидала,
перекинул через плечо и, не обращая внимания на ее протестующие крики,
дотащил до берега и бросил на мягкий, как пыль, песок.
— Ну, довольно с тебя? — вопросил он, победно возвышаясь над ее беспомощным,
неуклюже распростертым телом.
— Нечестно! — обиженно проворчала Кэтрин.
Джеф довольно хмыкнул и помог ей подняться. Обернул плечи девушки рубашкой,
чмокнул в нос, потом в губы и, наконец, повернул лицом к тропинке.
— А разве ты не идешь? — Глаза Кэтрин выражали недоумение.
— Нет. Я собираюсь поплавать.
Он быстро сбежал к воде и красиво нырнул в набегающую волну. Удивленная, Кэт
простояла несколько секунд, а затем, плотнее запахнувшись, медленно побрела
к общежитию. В комнате она аккуратно свернула его вещи и, надев ночную
рубашку, вышла на веранду. Небрежно опершись о перила, она решила не
высказывать обиду, чтобы он не почувствовал свое превосходство. Но вскоре
Кэтрин забеспокоилась и стала тревожно всматриваться в черную ночь.
Разве можно плавать в одиночку? — твердила Кэтрин, осыпая себя упреками.
Зачем она не осталась? Когда же Джеф наконец появился из тени деревьев,
девушка глубоко вздохнула от облегчения.
— Ты права, — бодро произнес он. Широкая белозубая улыбка ослепительно
сверкала на загорелом лице. Мокрые, черные волосы и крупное мускулистое тело
пахли морской солью и свежестью. — Вода великолепная!
— Хм, — с пренебрежением фыркнула Кэтрин. — Ты так долго плавал, что я
подумала, уж не утонул ли ты. Не знала, куда деть одежду. — И она бросила в
него сверток. — Полотенце можешь оставить себе. Спокойной ночи. — И, гордо
повернувшись, вошла в комнату, закрыв дверь.
Джеф улыбнулся ей вслед и, посвистывая, непринужденно зашагал к джипу.
Глава 10
Кэтрин проснулась задолго до звонка будильника. Ей снился Джеф, предлагавший
руку и сердце. Разумеется, она согласилась. Девушка улыбалась, мечтая о
медовом месяце.
Солнце только всходило. Оно медленно, торжественно поднималось над бирюзово-
синим морем, окрашивая розовым цветом пальмы, песчаный берег, поляну перед
лагерем. Никогда еще свежий утренний воздух не казался Кэт таким
благоуханным!
Из соседнего домика доносились громкие голоса. Странно, подумала она, никто
не поднимается в такую рань!
Выйдя за дверь, Кэтрин увидела Джефа с подносом. Он принес завтрак Лиане
Норман. Сама она стояла в дверях в нарядном черном халате с белыми манжетами
и воротничком. Каштановые волосы картинно развевались на ветру. Кэтрин
полетела в хозблок, как на крыльях, — значит, Лиана не ночевала в доме у
Гарленда! Она спала в лагере.
Даже недовольное ворчание рабочих не могло испортить Кэт радостного
настроения. Однако она тут же вспомнила, что так и не поговорила с Джеффри.
Ну да ничего, еще не поздно, скажет, когда тот забежит к ней. А ведь он
наверняка вскоре появится. Так думала повариха, счастливо улыбаясь и
наполняя водой раковину, чтобы перемыть тарелки.
Но первой нанесла визит Лиана. Она вихрем ворвалась в кухню с подносом,
одетая в легкое бежевое платье, элегантная и полная ледяного презрения.
— Ах, вот как! — произнесла она, не считая долгом даже поздороваться с
Кэтрин. — Не могу поверить, что ты до сих пор здесь!
— А почему я должна находиться в другом месте?
— В самом деле, почему? — Лиана грохнула поднос на стол. — Вчера Джеф был
просто вне себя от возмущения. И я его вполне понимаю. Мне тоже не нравится
гоняться по ночам в открытой машине за глупой, невоспитанной девчонкой! —
Она злобно прищурила холодные голубые глаза. — Вечером он пошел к тебе в
общежитие. Я полагала, для того чтобы дать тебе расчет!
Щеки девушки стали малиновыми.
— Нет... как видите, ничего не случилось.
— Да уж! — Она пронзительно впилась в лицо Кэт и гнусно ухмыльнулась. —
Видимо, ты исполняешь обязанности не только кухарки.
Это уже слишком!
— Попрошу вас покинуть кухню! — дрожащим голосом проговорила Кэтрин,
лихорадочно вытирая руки о фартук. — Вы мне мешаете!
Лиана ехидно засмеялась.
— Значит, я попала в точку? — Она величественно указала на поднос. — Сегодня
Джеф мне как уважаемой гостье принес завтрак. Однако я хочу, чтобы отныне
его подавала ты. К пяти утра. Два кусочка хлеба из непросеянной муки, слегка
поджаренных, без корочки, свежие фрукты, нежирный йогурт, чайник
свежезаваренного чая без молока, ломтик лимона. А по понедельникам и
четвергам — яйцо всмятку. Всмятку! — И прибавила, явно намереваясь оскорбить
Кэт: — Ты в состоянии запомнить или мне записать?
— Лучше запишите! — отрезала кухарка.
— Где бумага и карандаш? — сверкнула глазами Лиана.
— В ящике стола.
Она вывела что-то на клочке бумаги и бросила Кэтрин.
— Вот!
Девушка аккуратно сложила листок, достала чистый поднос, положила хлеб,
кисть бананов, пару спелых золотистых персиков, несколько яблок и
апельсинов, йогурт, полдюжины яиц, еще раз сверилась со списком и передала
Лиане.
— Чай и посуду вы найдете в своем домике. Там есть также тостер, чайники,
маленький холодильник и двухконфорочная плита. — И, улыбнувшись взбешенной
Лиане, повариха сладко добавила: — Желаю приятного аппетита!
Дрожащими руками гостья приняла поднос.
— Я обязательно скажу Джефу, — прошипела она.
— Не сомневаюсь, — бодро ответила Кэт, но, когда взялась за посуду, руки ее
ходили ходуном.
Минут через десять в кухню вошел Джеффри. Сердце девушки радостно
подпрыгнуло. Босс был в рабочей одежде — голубых джинсах и выгоревшей
футболке. Несколько надрывающих душу мгновений он стоял и смотрел на Кэтрин.
— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил он.
— Замечательно, спасибо, — бодро ответила повариха и заправила за уши
выбившиеся пряди волос. — А ты? — поинтересовалась она в свою очередь
осипшим от волнения голосом. Глаза ее сияли от счастья. Она подошла к Джефу,
страстно желая вновь очутиться в его объятиях и прижаться к желанным губам.
Но босс и не помышлял дотрагиваться до нее.
— Я слышал о вашей ссоре с Лианой.
— Слышал? — недоверчиво переспросила девушка.
— Да... И не могу сказать, что я в восторге.
— Ничего, — любовно успокоила его Кэтрин. — С Лианой я справлюсь.
— Я недоволен тобой!
— Мной?
— Лиана — ведущий архитектор и старше тебя на несколько лет. Неужели ты не
могла оказать ей небольшую любезность, приготовив простейший завтрак?
— Я не отказывала! То есть... я хочу сказать, что не отказала бы, будь она
полюбезнее.
— Полюбезнее? — взорвался он. — Да кем ты себя воображаешь? Здесь не
колледж, а стройка. А ты просто повариха!
Кэтрин ошеломленно уставилась на босса. На глаза навернулись слезы. Неужели
Лиана так много значит для него? А иначе он не встал бы с подобной легкостью
на ее сторону. Как же быстро он забыл о волшебных часах, полных любовной
страсти! Кэтрин чувствовала, как сердце ее медленно разрывается на части.
— Ты хочешь сказать, что позволил Лиане... помыкать мной? Обращаться... обращаться, как с прислугой?
— Разумеется, нет. Подчеркиваю только: она имеет право на некоторое
уважение. И требую, чтобы ты относилась к ней соответствующим образом. Я
понятно выразился? — Но Кэт не промолвила ни слова. Тогда Джеф резко
спросил: — Да или нет?
— Да, — убито прошептала она, в невыразимой муке опуская голову.
— Значит, так. Каждое утро ты будешь готовить для Лианы завтрак и приносить
к пяти часам, как она просила. Ясно?
Боль из сердца распространилась по всему телу. Кэт с усилием подняла голову
и посмотрела на него глазами, полными жесточайшей боли.
— Нет...
— И что же конкретно ты не понимаешь? — нетерпеливо зарычал босс.
— А вот что. Почему я обязана вставать с рассветом, когда я и так работаю с
утра до ночи? Только для того, чтобы уважить прихоть капризной особы,
которая прекрасно может справиться сама?
Джеф в замешательстве потер рукой подбородок, потом провел по шее.
— Не беспокойся, Кэтрин. Я хорошо оплачу дополнительные часы. Пусть Лиана
получит маленькое удовольствие.
Да он не считается со мной! — кричало ее бедное разбитое сердце. От сильных
душевных переживаний ее даже замутило, и она глубоко, судорожно вдохнула.
— Если... если зашла речь об оплате, то меня, конечно, интересует, сколько я
получу за те часы, что провела с тобой. Доставляя удовольствие — тебе.
Он вздрогнул, и в какой-то миг Кэт показалось, что в его глазах тоже
промелькнула боль. Однако босс заговорил так холодно и сдержанно, что
девушка поняла: ей просто почудилось.
— Ах вот что тебе нужно! — ледяным голосом промолвил он.
Но Кэтрин требовалось совсем другое — его любовь! Слезы закипели в ее
глазах, однако она нашла в себе силы сказать:
— Ну... я ведь и не скрывала, что деньги для меня важнее всего!
— Верно, — горько рассмеялся он. — Я тоже не забыл, что обещал щедро
расплачиваться за сверхурочные часы!
Джеффри грубо ухватил ее за подбородок, его пальцы впились в нежную кожу. Взгляд источал презрение.
— И ты их честно отработала! — Босс резко отпустил ее, точно прикосновение к
ней вызывало отвращение. Не проронив больше ни слова, Джеффри гордо покинул
кухню. Широкие плечи заполнили на миг дверной проем и
тут же исчезли.
Охваченная отчаянием, Кэтрин, шатаясь, доплелась до стола и тяжело
опустилась на стул. Захлопнувшаяся дверь означала, что Гарленд тем самым
вычеркнул ее из своего сердца, из своей жизни. Девушка скрючилась и,
обхватив живот, раскачивалась взад-вперед в бесплодной попытке облегчить
невыносимые страдания. Губы шептали его имя, умоляя простить, вновь и вновь
объясняя, что роковые слова вырвались случайно.
Наконец Кэтрин заставила себя подняться, проковыляла в столовую и
остановилась у входа, надеясь увидеть Джефа. На веранде административного
здания с метлой в руке стояла Сид. Она дожидалась, пока поливальная машина
закончит разбрызгивать воду, чтобы начать
уборку.
Грузовики, доставлявшие на стройплощадку людей и машинное
оборудование, уже трогались в путь, оставляя на мокром песке глубокие
борозды. Словом, обычная утренняя суета. Но для нее, Кэт, все кончено.
Из конторы с желтой каской в руке вышел Джеф. Он что-то коротко сказал Сид,
та кивнула, поспешно прислонила метлу к стене и юркнула внутрь. Босс
повернул голову и заметил стоявшую у дверей Кэтрин. По ее щекам катились
слезы, сердце пылало. Гарленд сбежал по ступенькам и устремился к стоящему
наготове джипу. Испустив сдавленное рыдание, Кэт сорвалась с места и
понеслась через площадку.
— Джеф!
Застыв на миг, он медленно обернулся, наблюдая, как она бежит с
развевающимися огненными волосами, широко распахнув огромные зеленые глаза.
— Да! В чем дело? — сухо вопросил босс.
От его тона она вздрогнула, как от удара.
— Я... я забыла сообщить, зачем приходила встречать тебя.
— Почему же? Ты высказалась, — горько усмехнулся Джеф. — Тебе хотелось
сшибить лишние баксы.
— Ах, не надо, прошу тебя! — умоляюще простонала Кэтрин. В глазах застыло
страдание. — Я сама не знаю, почему у меня вырвались те ужасные слова.
Правда! — Голос ее упал. — Прошлая ночь была такой...
— Удачной?
— Необыкновенной! — вскричала Кэт. — Разве ты не видишь?.. Я же... люблю
тебя, Джеф! Я так тебя люблю!
Из конторы с рулоном чертежей вышла Лиана. Оторвав исполненный муки взор от
грозного лица возлюбленного, Кэтрин обреченно уставилась в горячий, все еще
влажный песок, уверенная, что Лиана слышала ее душераздирающее признание и
заметила неприязненную реакцию Джеффри.
— Увидимся после, — бросил он. — Я приеду в контору в семь.
Девушка кивнула. А он забрался в машину и, перегнувшись через сиденье,
открыл Лиане дверь. Та гордо устроилась в кабине, насмешливо фыркнув в
сторону поварихи. Но Кэт не обратила внимания. Джеф пообещал встретиться с
ней вечером, остальное не имело значения.
День показался Кэтрин самым длинным в ее жизни. Привычные хлопоты, нелегкая
работа. В голове рождались то нежные, сладостные надежды, то темные, мрачные
опасения. Иногда она отваживалась думать, что поступила правильно, открыв
сердце Джефу, и он в ответ тоже признается в любви. Скажет, что случай с
Лианой — простое недоразумение. И они вместе посмеются над страхами Кэтрин,
а он сумеет убедить ее, что другая женщина ничего для него не значит.
Однако потом Кэт начинала сомневаться, полагая, что предстоящая беседа —
лишь предупреждение о грядущем увольнении. И она старалась подготовиться к
худшему, уговаривая себя принять его решение с достоинством.
После обеда девушка побежала переодеться. А что же выбрать? Если что-то
легкомысленное, Джеф может подумать, что она слишком самонадеянна и
бравирует своим поведением. С другой стороны, Кэт не хотелось создавать
впечатление, будто она собралась на казнь.
Наконец Кэтрин остановилась на бледно-голубой юбке, синей блузке и белых
босоножках. Скромно, но со вкусом, даже с некоторой сексапильностью.
Без пяти семь она стояла перед зеркалом, оценивая результаты своего
творчества. Волосы, глаза, лицо — сияли, точно внутри у нее зажглись сотни
свечей. А что удивительного? Она влюблена, и все ее существо, несмотря на
страхи и сомнения, пело о любви!
Когда ровно в семь Кэтрин появилась у административного здания, джип уже
припарковался. Дверь в здание была закрыта, и Кэт долго раздумывала, стоит
ли постучаться. Обычно она входила без разрешения, ей позволяла Сид. Теперь
та, видимо, уже дома, обедает перед телевизором. Кэтрин попыталась заглянуть
в полумрак комнаты сквозь жалюзи. Приемная казалась пустой, но из кабинета
пробивался свет. Дрожащей рукой девушка взялась за ручку и вошла.
Странно и непривычно выглядела контора без Сид, ставшей такой же
неотъемлемой частью конторы, как и ее заваленный всякой всячиной стол.
Стояла необычная тишина. Кэтрин чутко прислушивалась к шорохам за дверью
босса. Наконец, решившись, тихонько ударила кулачком.
— Войдите! — тотчас раздался низкий властный голос.
С гулко бьющимся сердцем Кэт остановилась на пороге небольшой, уютной
комнаты. Замерла, точно пугливая, настороженная лань, боясь двинуться с
места.
На вертящемся стуле лицом к ней сидел Джеффри Гарленд. Он держал
логарифмическую линейку, закинув длинные ноги на старый обшарпанный стол.
Босс в упор смотрел на Кэт. В полумраке комнаты, освещаемой настольной
лампой, на суровом лице отражались причудливые тени. Его волосы еще не
высохли после недавнего душа. В белоснежной шелковой рубашке и брюках цвета
жженого сахара он выглядел великолепно.
— Ну, — нетерпеливо проворчал он, — ты что, собираешься простоять так всю
ночь?
Щеки Кэт загорелись. Босс молча указал линейкой на стул по другую сторону
стола. Напряженной походкой повариха подошла поближе, чувствуя себя
неуверенно под пристальным наблюдением бездонных синих глаз. Наконец она
села, тщательно избегая его взгляда, положила ногу на ногу, но поспешно
приняла достойную позу, испугавшись голых коленок. Определенно он должен
слышать стук ее сердца, похожий на удары молота. Бессознательно стремясь
снять напряжение, она поднесла к груди изящную обнаженную руку, но,
встретившись с взглядом Джеффри, уронила ее на колени и крепко вцепилась в
другую руку. Джеф чуть шевельнулся. Услышав скрип стула, она нервно
дернулась и вскрикнула.
— Начинай, — скомандовал босс.
— Что? — трепещущим голосом спросила Кэтрин.
Он нетерпеливо взмахнул линейкой.
— Рассказывай, почему явилась встречать самолет.
Его голос не выражал ни любви, ни ненависти. Нетерпеливая, резкая манера
обращения подтверждала худшие опасения Кэтрин. Значит, он пригласил, точнее
вызвал ее, не для того, чтобы поговорить об их отношениях и неожиданно
вторгшейся Лиане. До чего же она все-таки сентиментальна! Полагала, он
объяснится в любви, а Джеффри интересовали чисто деловые отношения. Ведь, в
конце концов, он босс и должен знать, что происходит в его хозяйстве.
— Да не молчи же, — с раздражением сказал Джеф.
— Молодежь очень беспокоится, — выпалила Кэт.
Губы босса скривила саркастическая усмешка.
— И старики тоже.
Бледные щеки девушки порозовели, она нервно облизнула губы.
— Я... я хотела бы помочь.
— И какие у тебя предложения? — с готовностью отозвался босс, в то же время
беззастенчиво раздевая ее глазами.
— Развлечения, игры! — выкрикнула она, густо зардевшись.
Черные брови босса удивленно взметнулись.
— Игры? Звучит прямо по-домашнему.
Ее глаза заблестели от нахлынувших слез. Дрожа от обиды, она вскочила.
— Почему ты разговариваешь со мной в таком тоне? — отчаянно воскликнула Кэт
и, приглушенно рыдая, бросилась к двери.
— Остановись! — взревел Джеф, сбрасывая ноги со стола. — Немедленно вернись!
Я желаю выслушать тебя до конца!
Кэтрин глубоко вздохнула, но это не помогло ей ни успокоиться, ни унять
дергающуюся боль в груди. Собрав остатки гордости, она присела на краешек
стула.
— Я... я полагаю, ребята скучают по семьям... по друзьям, — тихо и сдержанно
начала она. — Тоскуют... нервничают.
— Они досаждают тебе? Причиняют неудобства? — нахмурился босс.
— Ну да... то есть нет... разве что чуть-чуть.
— А конкретно? — сердито сверкнул глазами Джеффри.
Кэтрин устало отвела глаза. Зачем биться головой об стену? Она желала помочь
строителям, а босс явно не владел ситуацией и не хотел вникать в обстановку.
— Понимаешь, они молодые, энергичные, их нужно чем-то занять по вечерам и
выходным дням. Они же маются
...Закладка в соц.сетях
