Жанр: Любовные романы
Всего один взгляд
...nbsp;— удивился Макс.
— Керк не волнуется, он знает, что его — то его. Но всем остальным твоя
фамильярность тоже не нравится.
Представители противоборствующих группировок были в сборе. Вечер обещал быть
каким угодно, только не скучным. Парадный салон на верхней палубе впервые со
дня спуска яхты на воду использовался по назначению, как банкетный зал.
Гости и хозяева сели за большой овальный стол. Кушанья подавали стюарды в
белоснежных смокингах. Вопреки опасениям Лайзы обед проходил в
непринужденной атмосфере, в основном благодаря Максу, который не давал
свести разговор к обсуждению деловых вопросов.
Но Лайза была непривычно молчалива. Конечно, когда к ней обращались, она
отвечала и даже к месту улыбалась — Керк наблюдал, как она с присущим ей
изяществом играет роль прекрасной хозяйки, — но иногда Лайза, думая,
что на. нее никто не смотрит, позволяла себе ненадолго расслабиться и уголки
ее рта опускались. А еще ее выдавали грустные глаза.
Керка кольнула совесть. Это он виноват: выдавал Лайзе информацию по
крупицам, и вот теперь она притворяется, что все прекрасно, хотя на самом
деле готова убить его за то, что он держал ее в неведении до последней
минуты.
Вот Лайза улыбнулась какой-то шутке Макса и шутливо хлопнула его по руке. У
Керка сжалось сердце. Ему Лайза давно так не улыбалась. Конечно, на острове
она улыбалась, шутила, даже смеялась, занималась с ним любовью, но Керк
постоянно чувствовал в ней какое-то внутреннее напряжение, сдержанность,
показывавшую, что она больше не принадлежит ему целиком, душой и телом. Душа
Лайзы была где-то далеко, и он не мог до нее добраться. Керку хотелось снова
и снова объясняться Лайзе в любви, но какой прок от признаний в любви
женщине, которая оказалась между молотом и наковальней?
Из задумчивости Керка вывело внезапно воцарившееся молчание. Он огляделся и
увидел, что Лайза уставилась в тарелку, а Макс не знает, куда деваться от
смущения. Пытаясь понять, что он пропустил, Керк наткнулся на вопросительный
взгляд Дензила. У него мурашки побежали по спине. Судя по глазам брата, он
пропустил нечто очень, очень важное, и теперь совершенно не представляет,
что сказать.
Дензил взял инициативу на себя. Встав из-за стола, он обратился к Лайзе:
— Прошу меня извинить, Лайза, но мне пора уходить.
Голос Дензила звучал совершенно бесстрастно, но человек, хорошо знавший
Дензила, сразу понял бы, что он кипит от гнева. Лайза подняла голову и с
заметным усилием взяла себя в руки.
— Да, конечно, Дензил.
Керк догадывался, что она не имеет понятия, почему Дензил уходит в разгар
обеда. Но он-то сразу понял: Дензил дает Лайзе передышку, в которой та
отчаянно нуждается, отвлекает от нее внимание — то есть фактически делает
то, что должен был сделать ее муж. Керк тоже встал.
— Прежде, чем ты уйдешь, мне нужно сказать тебе пару слов. Макс, сделай
милость, позаботься, чтобы бокал моей жены был полон.
Бедняга с готовностью схватился за бутылку, радуясь, что может что-то
сделать. Проходя мимо жены, Керк заметил, что она дотронулась до руки Макса,
как будто пыталась без слов сказать, что все в порядке.
— Что я пропустил?! — выпалил Керк, как только братья оказались
вне пределов слышимости.
Дензил дал волю своей ярости.
— Если бы я не знал, что Макс сделал это не со зла, я бы его голыми
руками задушил! Лайза спросила его о здоровье матери. Вместо того, чтобы
просто ответить, он завел длинный и, видно, очень смешной, по его мнению,
рассказ о том, как мать целыми днями ждет, когда же его сестра родит. Это
Лайза еще перенесла, она даже смеялась в нужных местах. Но потом этот болван
ляпнул, что ей самой пора подарить тебе сына и наследника.
— Он не понимал, что говорит, — пробурчал Керк.
— Но самым страшным было даже не это бестактное замечание, а молчание,
которое после него повисло. И твоя унылая мина. О чем ты думал, скажи на
милость?! Где ты вообще был?!
Дензил очень редко позволял себе говорить с Керком в таком тоне, поэтому его
резкость действовала вдвое сильнее.
— Я ненадолго задумался и не слышал, о чем говорят за столом.
— А выражение лица?
— Относилось к моим мыслям. — Оправдания брата не показались
Дензилу убедительными.
Ты должен быть всегда готов к таким вопросам! Мало того, что ты рискнул
пригласить на яхту человека, который желает Лайзе зла, если не смерти, так
ты еще и позволил себе задуматься!
— Хватит меня пилить, иди к своей танцовщице, — разозлился
Керк. — Ты не хуже меня знаешь, что ни Честер, ни Лоренс не посмели бы
ничего предпринять. Они явились сюда с другой целью — уговорить меня.
Все нормально, твердила себе Лайза, я с этим справлюсь. Я давно подозревала,
что Керк очень страдает из-за того, что у него нет сына, только мне не
показывает. В этот раз его застали врасплох, он не успел придать лицу нужное
выражение, и все узнали правду. Да и меня тоже застали врасплох, я тоже не
сумела скрыть свои чувства.
— Макс, — прошептала Лайза, — если ты подольешь мне еще хотя
бы немного вина, я опьянею и свалюсь под стол.
Юноша покачал головой.
— Керк сказал, что твой бокал должен быть полон.
— Он хотел заполнить паузу в разговоре, а не напоить меня до
бесчувствия, — возразила Лайза.
Макс сокрушенно вздохнул.
— Я готов был сквозь землю провалиться. — Керк вернулся за стол.
Лайза чувствовала на себе его взгляд, но упорно отказывалась смотреть в его
сторону и улыбалась так усердно, что мышцы лица заныли.
Остаток обеда прошел гладко. Но к тому времени, когда женщины оставили
мужчин и перешли в смежный салон, у Лайзы уже не было ни сил, ни настроения
для словесных поединков. Поэтому когда Вивьен и Шейла решили атаковать ее
косвенно, обсуждая многочисленные добродетели Дайаны, Лайза испытала
облегчение. Они, конечно, не раз повторили, что Дайана станет прекрасной
женой и сделает своего будущего мужа счастливым, но, по крайней мере, не
упоминали о детях. К счастью, разговор продолжался недолго, вскоре пришли
мужчины.
Вечер тянулся бесконечно. Лайза невольно задавалась вопросом, сколько еще
таких дней и вечеров ей предстоит, сможет ли она это выдержать. Наконец
гости решили удалиться в отведенные им каюты. Лайза с радостью последовала
их примеру. Керк присоединился к ней. Впервые за несколько часов они
остались наедине.
— Я готов на коленях просить у тебя прощения, — прошептал
Керк. — Я задумался и не знал, что произошло, пока Дензил мне не
объяснил.
Лайза ему не поверила, но попытку сгладить неловкость оценила.
— Макс рассыпался в извинениях, он сказал, что готов был сквозь землю
провалиться.
С этими слова Лайза ушла в свою каюту. Сама не зная почему, она дрожала всем
телом. Лайза разделась, взбила подушку, легла на прохладную простыню и
попыталась заснуть. По-видимому, ей это удалось, потому что следующим, что
она почувствовала, было теплое мужское тело рядом с ней.
— Не помню, чтобы наша договоренность включала общую постель, —
холодно заметила Лайза.
— А я не припомню, что предлагал тебе спать где-то еще, — в тон ей
ответил Керк. — Так что давай спать. — Он положил руку на ее
грудь. —И, поскольку я так же устал, как ты, тебе не нужна шелковая пижама,
чтобы держать в узде мои животные инстинкты.
Лайза не могла допустить, чтобы последнее слово осталось за Керком.
— Знаешь, иногда я тебя просто ненавижу!
— А я буду любить тебя до последнего вздоха. И когда нас похоронят
вместе, мы будем лежать в фамильном склепе так же, как сейчас — твои
душистые волосы на моем лице, моя рука — на твоем сердце. Ну как, поэтично?
Сгодится в качестве извинения? Лучше чем банальное
провалиться сквозь
землю
Макса?
Лайза, сама того не желая, захихикала. Усталость Керка как рукой сняло,
животные инстинкты
возобладали над сонливостью. Лайза не пыталась его
остановить — не потому, что считала сопротивление бесполезным, а потому, что
не хотела. И Керк знал это еще до того, как стал снимать с нее пижаму.
Обхватив лицо Лайзы ладонями, он посмотрел ей в глаза. Он продолжал
удерживать ее взгляд и когда вошел в нее и начал двигаться, унося обоих в
мир, где существовали только они и их любовь.
8
Лайзе показалось, что утро наступило слишком быстро. Хотя, лежа в объятиях
Керка, она еще некоторое время могла обманывать себя и делать вид, будто все
прекрасно.
Кто действительно прекрасен, так это Керк, с нежностью думала она, любуясь
правильными чертами его аристократического лица. Он спал, чуть-чуть
приоткрыв рот, веки, опушенные густыми черными ресницами, слегка
подрагивали. Сердце Лайзы заныло от любви и нежности. Что бы ни случилось,
ее глубокая нежность к Керку неизбывна.
Лайза вздохнула. Ее дыхание защекотало Керку нос, он поморщился во сне. А уж
какой у него нос! Лайза улыбнулась и, не удержавшись, нежно провела кончиком
пальца по всей его длине.
— Все-таки в жизни бывают прекрасные моменты, — сонно протянул
Керк.
Поскольку Лайза думала о том же самом, она придвинулась чуть ближе и
поцеловала Керка в губы. Он открыл глаза, в которых светилась любовь.
— Означает ли этот поцелуй, что ты меня простила?
— Тсс, — прошептала Лайза, — молчи, а то все испортишь.
— Тогда поцелуй меня еще раз.
Лайза так и сделала. А почему бы и нет? — сказала она себе, ведь это
мой мужчина. Во всяком случае, сейчас Керк принадлежит только мне.
В этот момент очень некстати зазвонил внутренний телефон. Керк вздохнул и
снял трубку. Через несколько секунд он повесил трубку, нежно провел пальцем
по губам Лайзы и с сожалением прошептал:
— Надо вставать, дела.
Ну да, дела. Лайза перевернулась на спину. Ощущение безмятежного счастья,
пусть и обманчивое, безвозвратно ушло. Керк встал с кровати. Это был уже не
просто ее Керк, ее муж, но глава огромной империи. Ни слова не говоря, он
скрылся за дверью ванной.
Через десять минут Керк вышел из ванной, завернутый в белое махровое
полотенце. Как же он красив! — с болью подумала Лайза. Ей было бы
легче, если бы он не так сильно на нее действовал. Она нехотя встала с
кровати, накинула халат и пошла в освободившуюся ванную. Но, когда она
проходила мимо Керка, он задержал ее, взял за подбородок и поцеловал в щеку.
От него пахло мылом и зубной пастой.
— Встретимся через пятнадцать минут на солнечной палубе. Там тебя будет
ждать завтрак и сюрприз.
Сюрприз? Лайза нахмурилась.
— Ты обещал, что больше никаких сюрпризов не будет.
Глаза Керка странно блеснули — тревожно, решила Лайза.
— Этот сюрприз не в счет. Так что поторопись, надень что-нибудь модное,
чтобы все ахнули, и приготовься броситься мне на шею.
Броситься тебе на шею? Как бы мне вместо этого не захотелось тебя задушить,
думала Лайза, стоя под душем. С тех пор, как она не по своей воле оказалась
на этой яхте, у нее развилась острая неприязнь ко всяческим сюрпризам. Но
она все-таки последовала просьбе Керка и оделась тщательнее обычного. Она
выбрала голубое платье из тонкого хлопка с открытой спиной, по контрасту с
платьем огненно-рыжие волосы, которые она оставила распущенными, казались
еще ярче. Расправив плечи и приготовившись с улыбкой встретить любые
неожиданности, Лайза вышла на палубу. Вопреки ожиданиям там ее встретил не
Керк, а Дензил.
Дензил улыбнулся, встал и отодвинул для Лайзы стул. Он был в брюках
свободного покроя и в белой футболке. Лайза невольно отметила его рельефную
мускулатуру.
— Терпеть не могу сюрпризы, — призналась Лайза, садясь за
стол. — Где Керк? Он говорил, что будет здесь.
— На яхту прибыл лоцман, — пояснил Дензил. — Морские правила
требуют, чтобы хозяин яхты встретил его лично.
— А где остальные гости?
— Кто спит, кто завтракает в своей каюте. — Дензил зевнул, и тут
Лайза вспомнила, как он ловко удалился вчера вечером.
—Что, не спал всю ночь?
В ее голос снова вернулся сарказм. Дензил лишь улыбнулся в ответ. Лайза
послала стрелу наугад:
— Надеюсь, она была хороша?
— Восхитительна.
Дензил снова улыбнулся и стал разливать чай.
— Выпей чаю, может, он немного смягчит твой острый язычок.
Чай действительно пришелся кстати. Никогда еще Лайза не была так напряжена и
взвинчена, а все Керк с его сюрпризами...
Лайза добавила в чай молоко и поднесла чашку ко рту. Внезапно к горлу
подкатила тошнота. Должно быть, она побледнела, потому что Дензил
заволновался:
— Что случилось?
Лайза поспешно поставила чашку на блюдце и отодвинула от себя.
— Наверное, молоко прокисло.
Тошнота прошла так же быстро, как и накатила. Дензил понюхал молоко.
— А по-моему, свежее.
Однако он все равно распорядился принести другой молочник. Затем пришел
Керк, и маленький инцидент был забыт. Керк отодвинул стул и сел рядом с
Дензилом. Лайза в который раз поразилась, насколько братья похожи, они даже
оделись похоже, только на Керке были бежевые брюки и черная футболка.
Впрочем, они оба были красивы в любой одежде. Если они так похожи, почему я
люблю их по-разному? — спросила себя Лайза. Насколько проще была бы моя
жизнь, если бы я влюбилась не в Керка, а в Дензила! Никаких важных дел,
интриг... никто не стал бы требовать, чтобы я непременно произвела на свет
сына, который унаследует титул и несметное состояние.
Но Дензила она любила, как брата, и он ее любил, как сестру. Лайза налила
себе чай в другую чашку и потянулась за тостом.
— Ты очень бледная, что случилось? — Лайза подняла глаза и
увидела, что Керк, прищурившись, наблюдает за ней.
— Она ненавидит сюрпризы, — ответил за Лайзу Дензил.
— Вот как... Значит, я впал в немилость, — насмешливо протянул
Керк. — Так же, как и молоко, и масло...
От него, конечно, не укрылось, что Лайза пьет пустой чай. Все-то он
замечает! Лайзе подумалось, что лучше бы его глаза были желтыми, как у
сокола, а не карими.
— Молоко прокисло, мне от него стало дурно, вот я и решила не рисковать
с маслом.
Ответ показался Керку вполне убедительным. Однако у самой Лайзы возникли
серьезные сомнения — чуть позже, когда Керку подали свеже-сваренный кофе, от
его аромата ее желудок снова взбунтовался. Лайза отодвинула от себя чашку и
откинулась на спинку стула. Видя, как она побледнела, Керк задумался, не
связано ли ее состояние не столько с качеством молока, сколько с нервным
напряжением. Он уже корил себя за то, что решил сделать ей сюрприз, пусть
даже приятный. Керк посмотрел на часы: ждать оставалось десять минут. Стоит
ли его сюрприз ожидания?
— Ты потрясающе выглядишь, — прошептал он.
Лайза повернула голову. Ее великолепные волосы, ниспадая на плечи, обрамляли
нежное лицо. На фоне загорелой кожи ярко сверкали голубые глаза, затмевая
своим блеском сапфир в ее обручальном кольце. Нежные, почти по-детски пухлые
губы, казалось, молили о поцелуе.
— Кажется, я здесь третий лишний. — Дензил встал из-за
стола. — Пойду разбужу Макса и заставлю его до завтрака пробежать пару
кругов по палубе.
Ему никто не ответил. Дензил даже не был уверен, замечен ли его уход. Его
внимание привлек какой-то новый звук, донесшийся с берега. Он повернулся в
ту сторону. По бетонному покрытию причала катил блестящий черный лимузин.
Дензил понял, что придется все-таки отвлечь Керка, и тронул брата за плечо.
— Прибыл твой сюрприз.
Керк встрепенулся. Лайза заморгала, возвращаясь к действительности. Керк
встал, взял Лайзу за руку и потянул за собой.
— Пойдем.
Он повел ее вниз по лестнице на теневую палубу и дальше, к трапу,
соединяющему яхту с берегом. Из лимузина вышли мужчина и женщина.
Керк услышал, как Лайза задохнулась от удивления.
— Тэсс!.. — прошептала она. — И Пьер... Они поплывут с нами?
Керк с удовлетворением отметил, что глаза Лайзы засветились от радости.
— А их присутствие поможет тебе легче смириться с моим?
Ответ Лайзы был стремительным и непосредственным. Она порывисто обняла Керка
и поцеловала его таким поцелуем, за который Керк без сожаления отдал бы
половину своего состояния. Но деньги не понадобились — оказалось достаточно
появления лучшей подруги Лайзы и ее союзницы против высокомерных
аристократов, как Лайза и Тэсс в шутку называли Керка и Пьера.
— А я-то думал, что после шести лет брака страсти немного
поостыли, — насмешливо произнес низкий мужской голос с легким
французским акцентом.
— Сказал мужчина, неся в одной руке сына, в другой — дочь, — так
же насмешливо добавил женский голос.
Сын и дочь. Керк остолбенел. Он не ожидал, что Пьер возьмет в круиз своих
детей. Лайза в свою очередь отпрянула от Керка и отвернулась. Неужели
приятный сюрприз обернулся очередной катастрофой? — ужаснулся Керк.
Он проследил направление взгляда Лайзы, и от увиденного у него сжалось
сердце: Пьер гордо держал на одной руке сына, а другой бережно передавал
жене дочурку. Семейство стало подниматься по трапу. Более страшного кошмара
Керк не мог себе представить: Лайза вышла навстречу подруге со слезами на
глазах. Она посмотрела сначала на малышку на руках у Тэсс, потом на саму
Тэсс, и слезы брызнули из ее глаз. Ни слова не говоря, Лайза обняла подругу.
Пьер с улыбкой наблюдал за ними, стоя чуть поодаль, ожидая, когда женщины
посторонятся, чтобы он мог подняться по трапу на яхту. Он, по-видимому, не
усмотрел ничего необычного в том, как Лайза встречает его жену.
— Я не знала, что у тебя уже второй ребенок, — тихо сказала
Лайза. — Когда мы в последний раз виделись, ты даже не была беременна.
— За год многое может случиться, — со смешком сказал Пьер.
Лайза перевела взгляд на мужа подруги. Тэсс отошла в сторону, давая ему
дорогу. Пьер передал второго ребенка жене, чтобы должным образом
поздороваться с Лайзой.
— А ты, я вижу, горд как павлин! — со смехом сказала Лайза,
обнимая Пьера.
Краем глаза она заметила, что Керк не сделал и шага навстречу другу.
Недоумевая, в чем дело, она послала мужу выразительный взгляд и показала
глазами на Пьера. Поняв намек, Керк исправил оплошность и подошел
поздороваться с гостями. Лайза тем временем присела на корточки перед
маленьким мальчиком, державшимся за юбку матери. Смуглый темноволосый малыш
был уменьшенной копией отца, не считая цвета глаз — их голубизну он
унаследовал от матери.
— Привет, Луи. — Лайза улыбнулась. С мальчиком они уже
встречались, но он тогда был совсем несмышленышем и вряд ли ее
помнил. — Что, твой палец очень вкусный?
Малыш серьезно кивнул и еще глубже засунул палец в рот.
— Давай знакомиться, меня зовут Лайза. Как ты думаешь, мы подружимся?
Мальчик вынул палец изо рта, с любопытством потрогал ее рыжие волосы и
сказал:
— Солнышко. — Лайза рассмеялась.
— Спасибо за комплимент, кажется, ты будешь сердцеедом, как твой папа.
Услышав слова
папа
, малыш затопал к отцу и стал проситься на руки. Пьер,
не прерывая разговора с Керком, подхватил сына, как будто разговаривать,
держа на одной руке ребенка, было для него самым естественным делом.
Лайза украдкой смахнула слезу. Керк переступил с ноги на ногу и обнял ее за
плечи. Он улыбался Тэсс, Пьеру, но Лайза заметила, что он старается поменьше
смотреть на мальчика. Внезапно она поняла, что с ним. Как бы Керк ни
бодрился, ему больно видеть, что у Пьера есть то, чего он сам лишен, —
сын!
Сердце Лайзы упало куда-то в желудок, и ее снова затошнило. Керк и Пьер
дружили с детства, их бизнесы были тесно связаны, у них было так много
общего, что, казалось, никто и ничто никогда не могло вбить между ними клин.
Но теперь у одного из них было то, чего не было у другого, но о чем мечтали
оба — сын, и это обстоятельство могло вбить клин в их дружбу. Лайза
отодвинулась от Керка: стоять рядом с ним и ощущать его зависть к другу было
невыносимо. Она повернулась к Тэсс.
— Можно мне?
Тэсс без колебаний дала подруге подержать дочку, крошечный хрупкий комочек,
маленького ангелочка.
— Сколько ей?
— Три месяца. Она прелесть, такая спокойная, мы назвали ее Мирандой в
честь бабушки, но зовем в основном Минни, ей это имя очень подходит.
Минни открыла глазки, они оказались такого же цвета, как у матери. Лайза
снова сглотнула слезы. Ты такая счастливая, Тэсс! — хотелось ей
сказать, но Лайза только наклонилась и коснулась щекой нежной щечки малышки,
надеясь, что никто не заметит предательской слезинки, выкатившейся из глаза.
На палубу стали выходить другие гости. Кое-кто поглядывал на Пьера
настороженно, но все без исключения одаривали Тэсс теплыми улыбками. Лайзе
же улыбались с натянутой вежливостью. Появление новых гостей разрядило
напряженную атмосферу предыдущего вечера, и Лайза была очень благодарна
Пьеру и Тэсс.
Было решено, что гости перейдут на солнечную палубу и в прилегающий к ней
салон. Лайза переключилась на роль хозяйки.
Керк пребывал все в том же настроении, в которое пришел, увидев Пьера с
сыном. Лайзе было больно, хотя она старалась этого не показывать. Но Керк
выдал себя, и теперь все, что он говорил и делал совсем недавно, представало
в ином свете.
Все собрались на верхней палубе. Яхта плавно отошла от берега и легла на
курс. Рядом с Лайзой неслышно возникла Шейла. Женщина вежливо попросила
разрешения подержать ребенка. Миниатюрная, с тихим голосом и робким
взглядом, Шейла почти всегда казалась испуганной. Но, когда Лайза передала
ей Минни, женщина посмотрела на нее с таким сочувствием, что Лайза чуть не
расплакалась.
Жалость. Когда пo лондонским гостиным поползли слухи о ее неспособности
подарить Керку сына, Лайза возненавидела жалость. Чтобы не чувствовать себя
беспомощной и бесполезной, Лайза прошла в салон, откуда собиралась по
внутреннему телефону позвонить на камбуз и попросить подать прохладительные
напитки. К ней подошел Керк — на редкость не вовремя.
— Я хочу перед тобой извиниться, — произнес он так натянуто, что
это было даже оскорбительно. — Пытаясь сделать тебе приятный сюрприз, я
не ожидал, что Пьер и Тэсс привезут с собой детей.
Лайза с отвращением подумала, что даже Керк считает, ее достойной жалости.
— О, не будь таким мнительным! Неужели ты думаешь, что мне неприятно
видеть их очаровательных малышей только потому, что у меня не может быть
своих?
— Не говори так! Это неправда, но ты как будто нарочно выводишь меня из
себя, твердя одно и то же!
— А ты перестань прятать голову в песок, Керк, — парировала
Лайза. — Мы оба знаем, что ты обманываешь себя.
Она оставила Керка наедине с его досадой и пошла проверить, приготовлены ли
каюты для новых гостей и их маленьких детей. Оказалось, что верный Рауль уже
обо всем позаботился.
Возвращаясь на палубу, Лайза встретила Дензила и Макса. Дензил внимательно
всмотрелся в ее лицо. Он догадывался, что бледность Лайзы объясняется не
расстройством желудка из-за малюсенького глотка молока, которое даже и
кислым не было, а тревогой и стрессом. У Макса же, как всегда, были наготове
шутки, он стал с юмором рассказывать о том, как Дензил гонял его по палубе,
и к тому времени, когда все трое присоединились к гостям, Лайза смеялась от
души.
Она исправно исполняла обязанности хозяйки, даже минут десять слушала, как
Вивьен расписывает добродетели своей приемной дочери. Лайзу спасла верная
подруга — сказав, что ей нужно переодеть детей, Тэсс попросила показать ее
каюту. Как только подруги остались наедине, Тэсс взяла Лайзу за руки.
— Рассказывай, что случилось, почему Керк буквально умолял нас
приехать?
Не в силах больше сдерживаться, Лайза расплакалась и рассказала подруге все.
Тэсс усадила рыдающую Лайзу на кровать и стала гладить по голове, как
ребенка.
— Наверное, ты здесь затем, чтобы скрасить мне жизнь, — сказала
наконец Лайза, отвечая на второй вопрос подруги. — Мне действительно
приходилось несладко. Некоторые гости почти не скрывают, что не хотят видеть
меня рядом с Керком. Керк не знает, что мне известно, кого ему прочат в
жены: Дайану, приемную дочь Чест
...Закладка в соц.сетях
