Жанр: Любовные романы
В мечтах всё возможно
...ть
старше. — Дело не в Джареде. — Она в задумчивости провела
пальцем по краю коробки. — Этот свет рождественских огней... это
напомнило мне отца, проверявшего гирлянды, когда я была маленькой.
Сердце у Грэга сжалось. — Мне очень жаль, — осторожно проговорил
он.
Сьюзен взглянула на него печальными глазами. — Не стоит. Я и не
думала, что могу так расстроиться. Родители давно в разводе. Не понимаю, что
на меня вдруг нашло.
По крайней мере ее отец жив, подумал Грэг. Но известие о разводе родителей
Сьюзен всколыхнуло его собственное горе.
Сьюзен тяжело вздохнула. — Похоже, дело продвигается не особенно
быстро. — А мы куда-то торопимся? — Вроде нет.
Грэг не отводил взгляда от Сьюзен, он хотел убедиться, что она не забыла о
его планах на этот вечер. Так между ними сохранится искра возбуждения и
предвкушения, и окончательное единение станет только слаще. — Не знаю,
как у тебя, а у меня вся ночь впереди. — Грэг лукаво улыбнулся.
Господи, как ему нравилась эта мысль: ночь со Сьюзен. Конечно, хорошо бы
провести ее в постели, но где бы они ни находились, чем бы ни занимались,
все будет здорово, если Сьюзен рядом.
Щеки у Сьюзен покраснели. — Думаю... думаю, мне надо будет немного
поспать, завтра рабочий день, и...
Грэг усмехнулся — она такая практичная, и это очаровательно. —
Мне кажется или ты пытаешься намекнуть, что пора бы двигаться дальше? Я ведь
уже говорил, что мы можем пропустить украшение елки.
Краска на щеках Сьюзен стала ярче. — Нет, давай займемся елкой.
— Она сунула ему в руки гирлянду. — Проверяй эту, а я повешу
другую. — Ладно, — мягко согласился Грэг, не переставая
улыбаться, — сегодня командуешь ты.
Он подумал, что Сьюзен, возможно, еще немного нервничает, но поцелуй все
поправит и заставит ее напрочь забыть о времени.
И все-таки он не стал бы настаивать на том, чтобы немедленно отправиться в
спальню, даже если бы полагал, что сможет убедить в этом Сьюзен. Грэг хотел
поговорить с ней, а как только они очутятся в спальне, им будет не до
разговоров.
Он повернулся к розетке. — Ты часто видишь отца? — Не особенно.
Он снова женился, родил еще двоих детей. Так что...
Она замолчала, и, когда пауза затянулась, Грэг бросил взгляд через плечо.
— Так что?
Сьюзен перестала возиться со своей гирляндой и посмотрела на Грэга. —
Давай так, — предложила она, — я расскажу тебе о своем отце, а
ты расскажешь мне о своем.
Такого Грэг не ожидал. Если она хотела завести мимолетный роман, то зачем ей
такие сведения? — Ладно, — медленно произнес он, — обещаю.
Он поднялся на ноги. — Так что ты хотела сказать о своем отце?
Сьюзен пожала плечами и продолжила вешать гирлянду. — Просто я всегда
чувствовала себя чужой в его доме.
Она подняла руки, и мягкая ткань свитера обтянула грудь. Грэг не мог отвести
от нее взгляда. — Кроме того, моя мама так по-настоящему и не
оправилась после развода, — продолжала Сьюзен. — Она не вышла
замуж снова, и я уверена, что каждый раз, когда я гостила у отца, она очень
переживала.
Сьюзен помолчала. — Теперь твоя очередь. — Она взглянула на
Грэга. — Тогда у меня в квартире, когда я спросила, не продолжаешь ли
ты дело отца, ты не договорил то, что хотел.
Грэг решил сказать правду — только коротко. — Он умер. —
О! — Сьюзен опустила руки и повернулась к Грэгу. — Извини.
Когда Грэгу позвонила мать и сообщила о случившемся, он почувствовал, как
что-то умерло у него внутри. До этого момента он никогда серьезно не думал о
смерти. — Сердечный приступ. Ему было всего сорок пять, —
добавил Грэг после небольшой паузы. — Ужасно. — В глазах Сьюзен
было искреннее сочувствие. — По сравнению с тобой мне еще повезло.
— Нам обоим не повезло, — откликнулся Грэг. За годы, прошедшие с
того дня, он старался заглушить боль, но рана в сердце так и не зажила.
— В общем-то, да, — согласилась Сьюзен.
Грэг смотрел на Сьюзен и так много хотел сказать ей, хотел утешить и
приласкать. И хотел, чтобы она успокоила и обняла его.
Нет, стоит поторопиться с елкой, чтобы перейти к более важным вещам. —
Вот уж не знал, что мы так долго будем возиться, — сказал он, вручая
Сьюзен вторую гирлянду. Она повернулась к нему, и в ее глазах был такой
теплый свет, что у Грэга перехватило дыхание. На секунду оба замерли.
— Наверняка знал, — прервала молчание Сьюзен и, отведя взгляд,
посмотрела на полки с книгами. — А какие из них ты прочитал? —
Практически все, — признался Грэг с видом закоренелого преступника.
— За исключением Диккенса — я купил его только в прошлом месяце.
Я все еще... — Все? — Сьюзен прошла мимо Грэга и, глядя на
полки, принялась читать имена на корешках: — Эмерсон, Торо, Уитмен,
Дикинсон... И полное собрание сочинений Шекспира. — Ну да. — И,
боже мой,
История упадка и крушения Римской империи
,
Государство
Платона,
Камасутра
. — На этой книге Сьюзен задержала взгляд дольше
положенного.
Осматривая полки дальше, она увидела книги по психологии и истории, а также
по экономике. — Я это читала в колледже, — пробормотала она себе
под нос.
Она повернулась к Грэгу. — Скажи, а есть хоть один предмет, которым ты
не увлекался? — Астрономия, — вздохнул Грэг, — но я
подумывал заняться ею в будущем году.
Сьюзен подошла к нему ближе. — Когда я дарила тебе ту книжечку, я
понятия не имела, насколько это символично. Я думала, может, все эти книги
остались тебе от прежних владельцев и ты стал изучать их просто так, от
нечего делать.
Грэг ждал, что теперь она задаст главный вопрос — зачем простому
рабочему так много знать? И если он такой образованный, то почему не
отправится в какой-нибудь престижный колледж?
Но Сьюзен просто смотрела на него, не задавая вопросов. Вместо этого она
протянула руку за второй гирляндой. — Ну что, ты готов заняться елкой?
— Конечно.
Грэг передал ей гирлянду, уверенный в том, что рано или поздно Сьюзен решит
выяснить, почему человек, эрудированный в рамках университетской программы,
зарабатывает себе на жизнь починкой ржавых труб.
Грэг выдавал сюрприз за сюрпризом. Сьюзен вернулась к елке, а в голове
неотступно крутился вопрос Терри:
О чем вы будете разговаривать после
секса?
Судя по книжным полкам, Сьюзен исчерпает свои темы для разговора гораздо
раньше Грэга. Терри не знала о его библиотеке. Вряд ли вообще кто-либо еще,
кроме Сьюзен, знал об этом.
Она умирала от желания выяснить, бывали ли здесь другие женщины Грэга, но
говорить о его предыдущих пассиях ей не особенно хотелось. Терри сказала,
что он — сама порядочность, и Сьюзен была признательна за это. Если
бюро слухов их дома работало так исправно, как о том поведала Терри, то,
узнай хоть одна из любовниц Грэга про его библиотеку, и скоро весь дом был
бы в курсе его интересов.
Сьюзен, сама того не желая, узнала один из секретов Грэга, но она будет
хранить его в тайне, даже если Грэг и не попросит об этом.
Наконец они повесили гирлянды и принялись за другие украшения. Сьюзен
продолжала расспрашивать Грэга о его семье и выяснила, что у него есть два
младших брата и сестра. Грэг, казалось, торопился закончить с елкой и не
особенно распространялся о родственниках, но, как бы то ни было, отвечал на
вопросы Сьюзен. — Ну, вот, остался только
дождик
, — сказала
она, оглядывая наряженную елку. — Ты не видел его? — Видел,
— сказал Грэг с самым загадочным видом и сделал шаг назад, к спальне.
— Но может, обойдемся без него? — Грэг, елка не смотрится без
дождика
, -заныла Сьюзен. Такова уж ее натура — она все любит
доводить до конца и расставлять по полочкам. И даже перспектива страстной
ночи не могла побороть эту привычку.
Страстная ночь. Господи, скоро она снова позволит Грэгу коснуться ее,
целовать. Теперь, узнав его ближе, она будет воспринимать его прикосновения
и поцелуи немного иначе. По какой-то причине этот потрясающий мужчина хочет
сегодня ночью заняться с ней любовью, и она счастлива.
Но она не должна позволить себе влюбиться в него. Ни при каких
обстоятельствах. — У меня есть идея. — Грэг уже стоял в полутьме
спальни. — Мы можем закончить завтра вечером.
Завтра вечером. Сердце у Сьюзен забилось чаще. Она не загадывала так далеко.
— Давай договоримся, Сьюзен, если тебе нужен этот
дождик
, то иди и
возьми его, он будет на постели.
Грэг повернулся и исчез в глубине спальни.
Осознав иронию ситуации, Сьюзен не могла не рассмеяться. Воистину, надо быть
Снежной королевой, чтобы сейчас войти в спальню, взять
дождик
и вернуться
к елке!
Снежной королевой
однажды назвал ее Джаред, но сегодня она докажет
обратное, а елка останется без
дождика
. Ничего, переживет. Кроме того, у
них впереди завтрашняя ночь!
Взволнованная и трепещущая Сьюзен вошла в спальню. — Ладно, —
сказала она, — ты выиграл, бог с ним, с
дождиком
.
В комнате было темно, и по позвоночнику Сьюзен побежала дрожь. Сегодня она
готова зажечь свет — приглушенный, мягкий, и больше не будет той
зажатой женщиной, которая потребовала прошлой ночью абсолютной темноты. Да
она и ощущала себя сегодня иной. Ей явно пошел на пользу час, проведенный в
обществе нетерпеливого, возбужденного мужчины, который помогал ей наряжать
елку.
И все-таки, входя в темную спальню, Сьюзен ощутила слабость в коленках.
Сильные руки Грэга притянули ее ближе, он ногой закрыл дверь, и они
оказались в полной темноте. С тихим стоном Сьюзен обвила шею Грэга руками и
отдалась на милость его поцелуя.
Пора уходить, решила Сьюзен. Они лежали с Грэгом, обнявшись, и ей было так
хорошо в его руках, что она боялась этого чувства. Сердце подсказывало, что
она нашла идеального мужчину, но слушаться сердца было опасно: она только
что пережила тяжелый разрыв и склонна считать идеальным любого мужчину,
который три раза за ночь довел ее до вершины блаженства.
И все-таки главная опасность таилась в самом Грэге. Утешать женщин —
его хобби, и, по словам Терри, он не стремится связать себя какими бы то ни
было обязательствами. И еще, если верить Терри, препятствием для Грэга
служила разница в их образе жизни. Сьюзен не совсем понимала, почему —
ведь Грэг образован в достаточной мере, чтобы поддержать разговор в любой
компании. Другое дело, что ему может быть неуютно в мире, где у каждого за
плечами одно, а то и два высших образования; и, возможно, он не хочет, чтобы
его жена вращалась в подобном обществе...
Жена. Замечательная оговорка. Грэг не намекал даже на то, что они теперь
— сладкая парочка.
Надо срочно выбираться из этой квартиры, пока она не сказала и не сделала
что-нибудь непоправимое.
Сьюзен начала высвобождаться из объятий Грэга. — Мне пора домой.
Грэг обнял ее еще крепче. — Еще рано, — пробормотал он. Глаза у
него были закрыты, голос звучал сонно. — Нам обоим завтра работать,
— напомнила она. — Отоспишься здесь. — Не могу! Вдруг кто-
нибудь увидит, как я буду от тебя уходить?
Грэг открыл глаза, но ничего не сказал. Смотрел он так, что Сьюзен
испугалась, не обидела ли она его. И чем дольше затягивалась пауза, тем
сильнее она в этом уверялась. — Грэг, нам придется думать и о твоей
работе, — начала оправдываться она. — Ведь ты потеряешь ее, если
станет известно, что у тебя роман с женщиной из нашего дома.
Грэг продолжал внимательно смотреть на Сьюзен. — И ты не хочешь
остаться только по этой причине? — наконец спросил он. —
Частично, — честно ответила Сьюзен. -Другая причина заключается в том,
что я не хочу, чтобы о нас сплетничали все кому не лень. — И не
хочешь, чтобы кто-то узнал, что ты провела ночь с мастером-ремонтником?
Сьюзен села на постели. — Ничего подобного, твоя работа тут ни при
чем. Я просто не хочу, чтобы моя личная жизнь обсуждалась на лестницах и
скамейках этого дома!
Грэг всматривался ей в лицо, будто искал подтверждение ее словам. Сьюзен
поняла, что задела его за живое. Какая-то женщина, видимо, отнеслась к нему
с презрением из-за его работы. Может, она живет здесь? Если так, то Грэг
просто герой, иначе не скажешь. Ведь он продолжает помогать брошенным
женщинам. Несмотря на то, что у него самого сердце разбито.
Сьюзен наклонилась и нежно поцеловала его, потом заглянула ему в глаза.
— Если ты полагаешь, что я хочу уйти, потому что стыжусь тебя, значит,
ты не успел узнать меня как следует. — Тогда почему ты уходишь?
— Лицо у него уже не было так напряжено. — Чтобы не подвергать
риску твою работу. — Это я понимаю. Но ты еще сказала, что не хочешь,
чтобы о нас судачили. Звучит так, будто тебе не доставляет удовольствия
мысль о том, что ты со мной.
Сьюзен погладила Грэга по щеке, не отрывая от него взгляда. — Ты прав,
это прозвучало именно так, но, по правде говоря, мне совершенно наплевать,
что станут говорить люди. Я просто не хотела выдавать тебе истинную причину.
— Какую же?
Сьюзен глубоко вздохнула. — Мне надо побыть одной. Этой ночью у меня
был самый потрясающий секс в жизни, но ты, наверное, постоянно слышишь нечто
подобное. — Нет, я...
Сьюзен прижала палец к его губам. — Все нормально. — Она провела
пальцем по его нижней губе. — И не стоит утешать меня ответным
признанием, что и тебе было так же здорово. Не стоит.
Взгляд Грэга стал жестче. — Даже если это правда?
Да, Терри была права — Грэг знал, что сказать женщине, чтобы она
почувствовала себя самой желанной в мире. Жаль только, что он отогревает
сердца многих обиженных дам, не ограничиваясь одним сердцем. Впрочем, зачем
пропадать такому таланту?
Сьюзен натянуто улыбнулась. — Дай мне время разобраться, —
сказала она. — В чем? Что не так? — Просто либо я схожу с ума,
либо потихоньку влюбляюсь в тебя, — ответила Сьюзен. — Ну вот,
— снова через силу улыбнулась она, — теперь ты, наверное,
перепугался до смерти.
Она выскользнула из постели, и на этот раз Грэг не пытался удержать ее. Судя
по выражению его лица, он был не просто испуган, он был в ужасе.
Сьюзен собрала раскиданные по полу вещи и направилась к двери. Кажется,
вместо сердца какой-то ловкий жулик подсунул ей кусок свинца. — Не
волнуйся. — Она стояла на пороге. — Я не доставлю тебе хлопот.
И она ушла.
Скорее всего, навсегда, потому что после подобного заявления не ждала
приглашения вернуться.
Глава восьмая
Несколько часов спустя свечи уже догорали, а Грэг все еще не решил, как ему
быть. Он, конечно, в восторге оттого, что Сьюзен влюбляется в него, однако
сама Сьюзен, по всей видимости, этому совсем не рада. Она, правда, сказала,
что его профессия не имеет для нее никакого значения, и при этом казалась
такой искренней...
И еще сказала, что не доставит ему хлопот. Возможно, так она хотела
намекнуть, что не желает, чтобы он доставил ей хлопоты. Но... никогда не
знаешь, пока сам не проверишь.
И он проверит. Конечно, есть риск быть поставленным на место, если
обнаружится, что Сьюзен — гордячка, которая стесняется любовника-
рабочего.
Но после сегодняшней ночи Грэг был готов рискнуть.
Во всех любовных романах, которые Сьюзен когда-либо читала, героиня, решив,
что навсегда потеряла своего любимого, не спала всю ночь, предаваясь горю.
Сьюзен же провалилась в сон, как в омут, — возможно, сыграл свою роль
бурный секс с Грэгом.
Однако, когда утром затрещал будильник, она открыла глаза и почувствовала
себя разбитой. Две ночи — и она попалась. Она не могла представить
своего дальнейшего существования без поцелуев Грэга, без его умелых ласк,
она уже скучала по его голосу, по его нежности и по его кошке. Господи боже!
И не надо было признаваться, что она влюбляется в него. Дура, дура, дура. Но
Грэг казался таким расстроенным, решив, что ей стыдно встречаться с ним...
Она должна была успокоить его страхи. Может, какая-то женщина с презрением
отнеслась к его способу зарабатывать на жизнь, но Сьюзен хотела доказать,
что не относится к подобному типу женщин.
Вылезая из постели, Сьюзен обнаружила еще одну причину пожалеть себя: она с
трудом передвигалась. Отчасти из-за проклятого тренажера, отчасти из-за ночи
с Грэгом...
Горячий душ помог немного расслабиться, а после кофе и булочек Сьюзен и
вовсе почувствовала себя человеком. Если бы не предстоящая встреча с
Терри... Они всегда ездили на работу в одном автобусе, но, даже если Сьюзен
опоздает на автобус, Терри попросту поднимется к ней, чтобы выяснить, что
стряслось. И тогда придется выкручиваться, отвечая на неизбежные расспросы о
Грэге.
Сьюзен надела ботинки и шерстяное пальто, перекинула через плечо ремень
кожаного портфеля и собралась выйти из квартиры. И тут она заметила на
пороге записку, которую кто-то подсунул под дверь.
Она присела на корточки, прислушиваясь к бешеному стуку сердца.
Он наверняка жалел, что не сказал чего-нибудь утешительного на прощание, и
как только пришел в себя после ее признания, решил поднять ей настроение.
Сьюзен не хотела сразу читать записку, но если она отложит ее до вечера, то
просто не сможет спокойно работать. Значит, надо быстренько прочитать сейчас
и идти к Терри.
Она подняла сложенный листок бумаги, задержала дыхание и развернула. Четкими
большими буквами там было написано:
Дорогая Сьюзен! Прости меня за то, что я не ответил на твое признание прошлой
ночью. Ты застала меня врасплох. Но, прошу тебя, не думай, что можешь
доставить мне хлопоты. Я счастлив, что ты появилась в моей жизни, и неважно,
как долго это продлится. Я пока что не готов прекратить наши отношения. Если
же ты считаешь иначе, дай мне знать, я все пойму. Но если ты хочешь
увидеться со мной снова, я хотел бы пригласить тебя поужинать в одно
особенное место. Ничего сногсшибательного, просто кафе, в котором я люблю
проводить время с друзьями. Итак, если у тебя нет других планов, я буду у
твоей двери в шесть. Грэг. Сьюзен прочитала и перечитала записку. Грэг приглашает ее поужинать, он
хочет продолжать их отношения и даже познакомить ее со своими друзьями.
Вероятно, это кафе — еще одна часть жизни Грэга, о которой знают
только избранные, так что и про него Сьюзен придется молчать.
Звонок в дверь заставил ее подскочить от неожиданности. Сложив записку и
сунув ее в карман, Сьюзен подняла портфель и открыла. Естественно, это была
обеспокоенная Терри. — Ты в порядке? — начала она. — Я...
— Этот твой тренажер покалечил меня на всю жизнь, если хочешь знать. А
в остальном все нормально, — буркнула Сьюзен. — Я уже собиралась
спускаться. Пошли, а то опоздаем. — Ты не выглядишь уж очень
измученной, -заметила Терри, когда они побежали к подъехавшему лифту.
— Ты никогда не выглядела такой оживленной и счастливой. — Это,
должно быть, от упражнений. — Сьюзен заскочила в лифт, за ней —
Терри, вслед за ними зашла Дженнифер, соседка Сьюзен по этажу. —
Отлично выглядишь, Сьюзен, — произнесла она. — Терри наконец-то
затащила тебя в спортзал? — Увы. — Тут Сьюзен вспомнила, что
Дженнифер была одной из девушек, которые рассказали Терри о Грэге. Значит,
Дженнифер тоже... нет, она не хотела ничего знать. — И если на днях ты
увидишь, как я ползу к лифту, не в силах подняться, то буду очень
признательна, если ты поможешь мне добраться до моего этажа. У них там не
спортзал, а просто камера пыток. — Ты еще поблагодаришь меня, —
заметила Терри, когда они спустились в вестибюль. — Ничто так не
придает уверенности женщине, как сознание того, что она находится в отличной
форме. — Или один страстный взгляд этого замечательного парня, —
шепотом добавила Дженнифер.
Сьюзен вышла из лифта последней и не сразу поняла, что речь идет о Грэге. Он
стоял на лестнице в другом конце коридора и возился с пожарной
сигнализацией.
Сьюзен задрожала от одного только вида этих длинных мускулистых ног, этого
сильного торса, умелых рук. Всего несколько часов назад он, обнаженный,
стоял на коленях меж се бедер, слившись с ней воедино, и его зеленые глаза
горели огнем страсти. Сьюзен помнила дорожку курчавых волос, сбегавшую вниз
по животу, и как блестел на его коже пот...
Дженнифер тоже могла знать эти интимные детали, но Сьюзен постаралась не
думать об этом. — Привет, Грэг, — окликнула его Терри. —
Как продвигается дело?
Он бросил взгляд через плечо, скользнул глазами по трем женщинам и улыбнулся
самым непринужденным образом. — Как дела, Терри? Дженнифер, Сьюзен,
привет. — Привет, Грэг, — ответила Дженнифер. — Ты
молодец, что заботишься о сигнализации. — Ну, еще бы, —
отозвался Грэг, — я же не хочу, чтобы мы все здесь сгорели.
Я-то точно сгорю, решила Сьюзен, если этой ночью ты снова отведешь меня в
постель. Она хотела сказать что-нибудь пустяковое, но горло сжалось, и она
смогла выдавить только: — Не свались с лестницы.
Не свались с лестницы? Что за чушь? — обругала она себя.
Но Грэг не заметил или сделал вид, что не заметил ничего абсурдного в словах
Сьюзен. — Я постараюсь, — ответил он, потом снова улыбнулся, и
эта улыбка предназначалась только Сьюзен. — А иначе я буду ни на что
не годен.
Сьюзен ощутила жар, приливший к щекам. — Это точно, — кивнула
она. — Ну, увидимся, Грэг. — Дженнифер повернулась к подругам.
— Меня ждет такси, так что могу подвезти. — Спасибо, —
быстро ответила Терри, — но твой офис далеко от нашего, мы лучше
поедем на автобусе. — Да, — подтвердила Сьюзен. — Пока,
Грэг. -И, не глядя ни на Терри, ни на Дженнифер, она выскочила на улицу.
Никогда еще холодный воздух не был так кстати. — Подожди. —
Сапоги Терри заскрипели по снегу позади нее. — Ф-фу. Хорошо, что Грэг
решил привести сигнализацию в порядок, а то вы, ребята, спалите весь дом.
— Не пойму, о чем ты. — Сьюзен подошла к автобусной остановке и
была вынуждена встать. Несмотря на истерзанные мускулы, она могла бы
запросто дойти до офиса пешком, лишь бы не останавливаться и не
разговаривать с подругой.
Терри усмехнулась. — Да-да, конечно, и я за тебя рада. Приятно
сознавать, что это именно я рассказала тебе о Грэге. Он —
замечательный врач.
Сьюзен глубоко вдохнула холодный, колючий воздух, пытаясь восстановить
дыхание. Она больше не могла сдерживать ревность. — И для Дженнифер, я
полагаю, тоже.
Терри протянула затянутую в перчатку ладонь и сжала Сьюзен руку. — А
какая разница? Ведь теперь твоя очередь.
Несомненно, Дженнифер, высокая длинноногая брюнетка, модельер, гораздо
привлекательнее в постели, чем десять финансовых аналитиков, вместе взятых.
— Она сказала тебе, что спала с ним? — Сьюзен, ты мазохистка!
— Да, — не стала отрицать Терри, — но забудь об этом,
помни об одном — это все на время. Развлекайся и не вздумай
привязываться к нему, тогда все будет в порядке.
Сьюзен выдавила улыбку. — Ну конечно.
Терри внимательно взглянула на нее. — О, черт! Так и есть, ты на него
запала! Слушай, это не лучшая мысль. Ему полагается всего лишь помочь тебе
пережить разрыв и вернуть самоуважение, не забывай. — Я не запала на
него, — возразила Сьюзен.
Терри вздохнула. — Мне следовало предвидеть подобную опасность. В этом
вся ты — ты же никогда не понимала идеи мимолетного романа. Но я
полагала, что его социальное положение поможет тебе удерживать эмоциональную
дистанцию. — И помогает! Я удерживаю дистанцию. -Сьюзен решила не
спорить с Терри. — Побереги свое сердце. Неважно, какие чувства он
испытывает к тебе сейчас, он все равно пойдет дальше своим путем. Подожди
— убедишься сама. — Конечно, — сказала Сьюзен, подумав:
Конечно же, ничего подобного
. С каждой минутой она все сильнее влюблялась
в Грэга.
Матильда всегда понимала, когда Грэг собирался уходить, и вела себя так,
словно хотела отговорить его. Вот и этим вечером, пока он одевался, она
постоянно мешала ему, выписывая бесконечные восьмерки вокруг его ног. При
этом она грустно и беспрерывно мяукала. — Я вернусь, — пообещал
ей Грэг, — и не один. -По крайней мере он на это надеялся. Конечно,
пригласив Сьюзен в кафе, он подвергал их отношения нешуточному испытанию, но
ему надо было удостовериться, что несколько час
...Закладка в соц.сетях
