Жанр: Любовные романы
Поцелуй из прошлого
...о
кровопийцы.
— Вообще-то, он еще не уехал. Майк резко поставил бокал на стол.
— Как это? Разве ты не добилась отсрочки на две недели?
— Да нет, добилась. — Бет отпила вина. — Но он решил провести
тут свой отпуск. Говорит, что снял комнату в семейном отеле и хочет поездить
по окрестностям.
Майк прищурился.
— Хаксфорду нужен отпуск в Бизби, как мне — работа на Уолл-стрит. Либо
он думает, что сможет заставить тебя изменить решение и подписать договор,
либо...
— Либо что? Майк помолчал.
— Либо он заинтересовался тобой. — Майк залпом осушил
бокал. — Возможно, и то, и другое.
— Забавно, а он сказал мне почти то же самое о тебе.
— Правда?
— Да, он сказал, что твой... интерес ко мне — это единственная причина,
по которой ты решил поддержать наше производство. А я ответила, что ты
просто исполняешь просьбу своего отца, вот и все.
Майк потянулся через столик и взял руку Бет в свою.
— В таком случае мне лучше сразу же признаться, что я не просто так
согласился выполнить просьбу отца.
Бет по глупости не отняла руку, и ей показалось, что от прикосновения его
пальцев все ее тело объяли языки неистового пламени.
— Ну разумеется, дело тут не только в Эрни. Ты согласился еще и потому,
что тебе хочется помочь моей мастерской выйти из кризиса. И я очень
благодарна тебе.
— Да, можно найти и такое объяснение. Одна —
ко это не все. —
Голос Майка стал нежнее. — Я согласился еще и потому, что восемь лет
сходил по тебе с ума, и теперь, когда у меня появился предлог быть рядом с
тобой, я решил без стыда и совести воспользоваться им.
Возбуждение отдавалось во всем теле Бет восхитительной дрожью, хотя рассудок
властно приказывал ей убрать руку, встать и бежать из ресторана, пока у нее
еще хватает сил противостоять искушению.
— Майк, я уже сказала тебе, что между нами ничего не может быть, так что ты зря теряешь время.
— Может быть, — он провел пальцем по голубоватой жилке на запястье
Бет. — Нет никаких гарантий, что я тот самый мужчина, который тебе
нужен... — Он поднял голову, и она увидела, что глаза его потемнели вт
желания.
Бет задрожала и поняла, что не в силах отвести взгляд от его лица.
— Я точно знаю, что ты не тот человек, который мне нужен, —
выговорила она чужим голосом, а тело ее опровергало доводы разума.
— И ты никак не желаешь допустить мысль, что я мог измениться и стать
другим.
Бет отчаянно пыталась сохранить ясность рассудка.
— Майк, что-то подсказывает мне, что ты ведешь себя так только потому,
что тебе сейчас трудно и одиноко. Тебе нужен кто-то, связывающий тебя с
прошлым, с тем временем, когда все казалось надежным и... вечным.
— И ты веришь всему, что говоришь мне? Голова ее кружилась. С трудом
сглотнув, она ответила:
— Так просто нечестно...
— Я знаю. Я весь день внушал себе, что должен держаться от тебя
подальше. — Он опустил взгляд на ее руку в его руке, а затем посмотрел
Бет прямо в глаза. — Но не могу...
— Получается, что Коулби был прав. Ты всего-навсего хочешь затащить
меня в постель.
Блеск желания в его глазах сменился яростным огнем, и пальцы Майка крепче
сжали ее руку.
— Нет, Коулби был не прав! Мне действительно хочется помочь тебе
наладить выпуск стеклорезов. Мне также хочется избавить моего отца от
волнений, хочется, чтобы он мог спокойно выздоравливать. А что касается
моего отношения к тебе, то твои слова я могу воспринять не иначе как
оскорбление.
Собрав всю свою решимость. Бет резко выдернула у Майка руку, подхватила
сумочку и рванулась к выходу. Она думала только о том, что ей необходимо
оказаться от Майка подальше, пока она еще способна сопротивляться его
обаянию, пока еще не совершила какую-нибудь глупость, в которой ей придется
раскаиваться всю оставшуюся жизнь. Майк окликнул ее, когда она лавировала
между столиками, но она даже не обернулась.
Оказавшись на улице, Бет побежала, однако Майк нагнал ее. Его сильная рука,
схватив ее за плечо, заставила Бет остановиться и круто развернуться лицом к
нему. Не успела она возмутиться такой наглостью, как его губы накрыли ее
рот.
Она пыталась сопротивляться, однако его настойчивость вытеснила из ее головы
все мысли, кроме острой жажды наслаждения. Его язык метнулся глубже, и она
слабо застонала, чувствуя, что гибнет под лавиной обжигающей страсти.
Пожалуй, если бы Майк не поддерживал ее, она бы потеряла равновесие и упала,
так как мир вокруг внезапно закружился, словно на карусели. Еще никогда в
жизни она не ощущала свою беспомощность перед натиском столь властного
желания.
Наконец он слегка отстранился.
— Вот от чего ты отказываешься, Бет. Мы уже миновали стадию нежных
объятий, как на том витраже, что ты повесила в своей мастерской. — Он
медленно разжал руки и отступил на шаг назад. На нижней губе у него
выступила капелька крови.
— Майк, у тебя кровь...
Он поднес руку к губам, как и накануне вечером, и отнял пальцы, чтобы
посмотреть на ярко-красное пятнышко. Затем перевел взгляд на нее.
— Я думаю, нам нечего бояться небольшого кровопролития. После долгих
лет разлуки я согласен и царапаться, и кусаться, и драться, если только это
поможет нам договориться.
Бет покачала головой.
— Нет, — пробормотала она.
— Да, Бет, да. Но не беспокойся. Мне кажется, дело того стоит.
— Я... мне надо идти домой.
— Я провожу тебя.
— Нет! — Бет попятилась, чувствуя, как ее охватывает
паника. — Позволь мне уйти одной. Мне надо подумать.
— Не о чем тут думать.
— Мне — есть о чем. — Она развернулась и зашагала прочь.
Глава 6
Майк собрал в кулак всю свою выдержку, чтобы не последовать за Бет. Под этим
ее спокойствием и рассудительностью таилась неистовая чувственность. Да ведь
Майк знал об этом еще с тех времен, когда они были детьми.
Он проследил, как Бет завернула за угол, и не спеша вернулся в ресторан, не
обращая внимания на любопытные взгляды посетителей Скалы
. На их столике
одиноко стояла почти полная бутылка вина. Майку было жаль, что ужин не
состоялся, однако он радовался, что поцеловал Бет. Настало время дать ей
понять, что он испытывает.
Официантка торопливо приблизилась к столику.
— Можно подавать ужин? Я видела, что вы отходили, и решила немного
обождать.
— Да, можете подавать, но только мне. Бет пришлось неожиданно уйти. Я
был бы очень благодарен, если бы вы отослали ее заказ к ней в мастерскую.
— Простите, но мы не...
— Я готов дополнительно оплатить такую услугу.
Официантка окинула его вценивающим взглядом.
— Ладно. Думаю, смогу вам помочь. — Она помолчала и наконец
решилась:
— Вы ведь Майк Тремейн, верно?
— Да.
— А это правда, что однажды вас чуть не проглотил крокодил? То есть не
совсем крокодил, а какой-то черный... как его там?
Моментально вернувшись мыслями к тому происшествию, Майк почувствовал, как
волосы у него на затылке поднимаются дыбом. Но он не собирался докладывать
официантке, до чего ужасным было тогда его положение, и шутливо проговорил:
— Черный кайман — это разновидность крокодила. Причем это был очень
старый черный кайман, — добавил Майк, подмигнув. — Если бы он был
в расцвете сил и не подоспели бы мои друзья, мы с вами сейчас не вели бы
этот разговор. Кстати, а откуда вам известно о моей встрече с кайманом?
— От вашего отца. Он частенько заходит к нам и рассказывает всякие
истории о ваших приключениях. Мне так жаль, что Эрни заболел. Как он себя
чувствует сейчас?
— Уже лучше.
— Вот хорошо! Передайте ему привет от Синди.
— Спасибо, непременно передам. Официантка принесла его заказ.
— Я нашла посыльного, который доставит Бет ее ужин, — доложила
она. — Это обойдется вам в пять долларов.
— Прибавьте к моему счету.
— А еще Эрни рассказывал, как вы плыли через стаю пираний. Майк
улыбнулся.
— Ну, вы же знаете, как возникают подобные истории. Когда пишешь домой,
стараешься припомнить что-нибудь поинтереснее.
— Значит, на самом деле ничего такого не было?
— Да нет, было, но ведь аборигены постоянно это проделывают. Когда
плывешь в реке, где водятся пираньи, весь фокус в том, чтобы на теле не было
ни малейшей кровоточащей царапины.
Синди смотрела на него округлившимися глазами.
— Наверное, Бизби кажется вам теперь скучным захолустьем?
Майк подумал обо всем, что случилось в его жизни за последние сутки.
Забавно, как быстро теряют остроту и привлекательность всякие смертельно
опасные приключения.
— Да нет, я бы не сказал.
— Ну а я прожила тут всю жизнь и уверена, что скучнее места на свете не
сыскать.
— И я думал так же, когда мне было столько же лет, сколько и вам. Но
Бизби — замечательный город. Вам повезло, что вы родились и выросли тут.
Синди закатила глаза.
— Вот и мои родители твердят мне о том же. — Она критически
осмотрела столик. — Может, принести вам чего-нибудь еще? Воды? Или
вина?
Майк действительно был бы не прочь напиться и заглушить в сердце саднящую
боль.
— Нет, спасибо.
— Ладно. Но если вам что-нибудь понадобится, позовите меня.
— Спасибо.
Синди удалилась на кухню. Майк налил себе вина и принялся за еду, размышляя
о том, что этой официантке, совсем еще девочке, пожалуй, столько же лет,
сколько было и ему, когда он уехал из города. Тогда Майк считал себя
взрослым и самостоятельным мужчиной.
— Я удивлен, что вы ужинаете в одиночестве. Майк, внутренне
ощетинившись, поднял голову и встретился глазами со стоявшим возле его
столика Коулби Хаксфордом в безупречном блейзере. Верно, этот тип сейчас
обливается потом, злорадно подумал Майк.
— Не возражаете, если я присяду? — поинтересовался Хаксфорд.
Майк возражал, да еще как, однако решил промолчать. Хватит ресторану и
одного шоу, участником которого Майк успел стать за этот вечер. Впрочем,
рассыпаться в любезностях он не стал:
— Как вам угодно.
— Благодарю. — Хаксфорд грациозно опустился напротив Майка и
уставился на недопитый бокал вина, оставленный Бет. — Кажется, вы
начинали ужин в чьем-то обществе?
Майк отложил вилку.
— Чего вы хотите, Хаксфорд?
— Если честно — всего-навсего поужинать. Я собирался пригласить в это
местечко Бет, однако у нее, к сожалению, оказались совсем иные планы.
— Сочувствую.
Хаксфорд пожал плечами, отчего толстые подплечики его блейзера слегка
перекосились.
— Неважно. Я пробуду тут еще неделю.
— Не слишком обольщайтесь на этот счет. Хаксфорд покрутил на скатерти
тонкую ножку бокала.
— Хотите меня запугать, Тремейн? Если так, можете не тратить зря время
и силы. Мало того, что я порасслрашивал о лучших ресторанах, я еще кое-что
разузнал и про вас. Кажется, вы из тех любителей острых ощущений, которым
больше нравится шлепать вброд по Амазонке, чем засиживаться в таком городке,
как Бизби. Майк стиснул зубы.
— Ну, в настоящее время я собираюсь
засидеться
тут, как вам было
угодно выразиться. И советую держаться подальше от Бет.
— Едва ли в вашем положении разумно говорить мне это. Как только вы
поймете, что вам не по силам производить стеклорезы в необходимом для
продвижения на рынке количестве, вы опять подадитесь в Бразилию... разбив
сердце Бет. А я буду ждать, чтобы утешить ее.
— Я вам не верю. Вы мечтаете воспользоваться уязвимостью ее ситуации,
чтобы помочь вашей компании нагреть руки, но будете убеждать Бет, что вы —
стоящий парень. К счастью, она достаточно умна. Может быть, ей и придется
принять предложение вашей фирмы, однако лично вы, приятель, никогда не
будете ей по сердцу.
— Полагаю, вы заблуждаетесь.
— А я полагаю, что вы чересчур засиделись за моим столиком. Убирайтесь.
Хаксфорд отодвинул бокал и поднялся.
— Хотелось бы мне знать, почему она не осталась поужинать с вами.
Майк молча провожал взглядом уходившего Хаксфорда.
На следующий день колокольчик у дверей магазина Бет зазвонил ровно в
половине двенадцатого. Бет сняла защитные очки и отложила пластину изумрудно-
зеленого стекла, которую обтачивала. Второй за сегодня клиент. Дела летом
идут скверно.
Поспешно вытирая руки, она прошла в сувенирный магазин и увидела у прилавка
Коулби Хаксфорда. В руках у него был пакет, из которого , исходил явно
бутербродный аромат. Похоже, ближайшие две недели ей не придется голодать,
насмешливо подумала Бет.
— Пора перекусить, — с улыбкой приветствовал ее Коулби. Кажется,
непринужденная атмосфера Бизби все же начала воздействовать на него. Сегодня
на нем были слаксы и рубашка-поло в мелкую горизонтальную полосочку, отчего
грудь его казалась не такой впалой, а плечи — не такими узкими.
— Право, вам не следовало беспокоиться, — возразила Бет.
— Вы сказали, что будете очень заняты и не сможете показать мне город,
вот я и подумал, что у вас, вероятно, не найдется времени даже пойти куда-
нибудь на ланч. Поэтому я принес бутерброды. — Коулби огляделся. —
Мы можем где-нибудь присесть?
— В мастерской у меня есть стол, — ответила она.
— Отлично. — Он прошел к ней за прилавок. — Вот, значит, где
свершается чудо, — прокомментировал Коулби, оглядываясь по сторонам и
опуская свой пакет на невысокий столик.
— Можно сказать и так. — Бет подошла к холодильнику в углу комнаты
и открыла дверцу. — У меня есть минералка, несколько видов сока и
пиво, — предложила она.
— Пожалуй, не откажусь от пива. — Коулби принялся рассматривать
витраж, над которым работала Бет, — заказ для зубоврачебного кабинета в
Таксоне. — Занятно... — протянул гость, разглядывая пейзаж,
изображавший пустыню с несколькими кустиками кактусов в цвету, Бет
поразилась: какую бездну отрицательных
эмоций может вызвать простое
замечание этого человека. Она попыталась взять себя в руки. Как-никак ей еще
целый день работать, и она не позволит Коулби испортить ей настроение.
— Вы, оказывается, очень талантливы. — Он уселся на дубовый
табурет возле столика.
На этом табурете, с досадой подумала Бет, обычно сидел ее отец, а она
присаживалась рядом, если у них выпадала минутка отдыха. Но не может же она
приказать Коулби встать! Вдруг именно он будет ее спасителем, если Майк не
выдержит отведенного ему испытательного срока?
У дверей вновь затренькал колокольчик.
— Извините, это, может быть, покупатель.
— Разумеется. Я подожду вас.
— Принимайтесь за еду, — посоветовала она, выходя из мастерской.
Бет хотелось поскорее покончить с этим нелепым ланчем.
— Я все же подожду, — отозвался Коулби.
Бет инстинктивно прикрыла за собой двойные двери, разделявшие мастерскую и
магазин.
У прилавка стоял Майк. Под мышкой он держал тяжелую коробку с готовыми
стеклорезами и пакет, до смешного схожий с тем, что принес Хаксфорд.
Она взглянула на него и нервно облизнула губы, заметив, что глаза его
потемнели от едва скрываемого желания.
— Я слышал голоса, — негромко произнес Майк. — У тебя гости?
— Коулби заявился с бутербродами.
Во взгляде Майка сверкнуло раздражение.
— Вот забавно. И я тоже... — Он опустил свою ношу на прилавок.
Майк был одет в шорты и футболку. Кожаный шнурок с клыком ягуара был
аккуратно заправлен за вырез футболки. Бет невольно залюбовалась тем, как
тонкая ткань облегала его широкую грудь, и лишь спустя мгновение опомнилась
и обратила внимание на коробку со стеклорезами.
— Ты трудился все утро!
— Встал пораньше — мне не спалось. Бет потупилась под его пронзительным
взглядом. Ей тоже не спалось, и уже в шесть утра она начала работу над
витражом для дантиста.
— Что-нибудь было не так?
— Со стеклорезами? Нет. С концентрацией внимания — пожалуй. Но я
поднапрягся и разобрался, в чем дело.
— Я позвоню в курьерскую службу и сегодня же разошлю все заказы, —
сказала Бет.
— Ты даже не хочешь опробовать их? Она посмотрела ему прямо в глаза.
— А зачем? У тебя что-то не получилось?
— Да нет.
— Тогда зачем мне их проверять? Спасибо тебе, Майк.
— Пожалуй, сегодня я уже не поработаю. Во второй половине дня я
договорился встретиться с одним парнем, который, по слухам, неплохой
специалист по резке стекла. Хочу посмотреть, как он работает, и надеюсь, что
со временем мы с ним все наверстаем — я имею в виду объем продукции.
— Господи, Майк, да ты говоришь как настоящий бизнесмен!
Он ухмыльнулся, и висевшее до этого момента между ними напряжение исчезло.
— Что — страшно?
— Вот именно!
На минуту они застыли, обмениваясь, как когда-то в старших классах школы,
поддразнивающими взглядами. Бет чувствовала, как ее охватывает
тоска по
прошлому. А потом вспомнила, что в мастерской дожидается Коулби.
— Послушай, эти бутерброды...
— Ладно. — Майк взял пакет с бутербродами. — Мне уже пора
возвращаться. Слушай, а ты не хочешь сегодня проехаться со мной до Таксона —
навестить отца?
Бет со страхом подумала, что поездка с Май-ком может оказаться опасной — она
не справится с собой.
— Пожалуй, нет. Я доеду и сама.
— А в моем арендованном драндулете работает кондиционер.
— Майк, ты знаешь, как соблазнить невинную душу.
— Обещаю, что буду вести себя хорошо. А в память о добрых старых
временах приглашаю тебя съесть по мороженому в Бенсоне.
— Ах, Майк! — Невозможно было забыть традиционные поездки в Таксой
— отец Бет и Эрни устраивались спереди, а трое ребятишек — на заднем
сиденье. Обязательная остановка в Бенсоне и покупка сказочно вкусного
мороженого были частью ритуала.
— Тогда я заеду за тобой в пять. — И, подхватив пакет с
бутербродами, Майк удалился, так что Бет не успела придумать никакой
отговорки.
Она быстро позвонила в курьерскую службу, а затем вернулась в мастерскую.
— Ну как, удалось что-нибудь продать? — поинтересовался Коулби.
Бет заметила, что он достал себе из холодильника еще бутылку пива.
— Нет. Это приходил Майк. Привез часть заказов на стеклорезы, так что я
сегодня же отправлю их клиентам. — Бет села и, не глядя, взяла один из
бутербродов.
— Ну, раз уж мы заговорили о Тремейне, вам, возможно, будет интересно
узнать, что я видел его вчера вечером.
Бет было действительно интересно, однако она не отрывала взгляда от
бутерброда.
— В самом деле?
— Да, я зашел в ресторан
Скала
вскоре после того, как вы ушли.
Тремейн был еще там.
Бет прокляла румянец, горячей волной заливший ее лицо.
— Я... не могла остаться. У меня была срочная работа.
— Тремейн посоветовал мне держаться от вас подальше.
Бет чуть не подавилась своим бутербродом. Ей пришлось сделать большой глоток
газированной воды, и лишь после этого она осторожно посмотрела на Коулби,
решив притвориться полной дурочкой.
— Майк всегда относился ко мне как старший брат. Должно быть, ему
пришла в голову нелепая идея насчет того, что у вас ко мне какой-то личный
интерес.
Коулби прислонился к стене.
— А почему эта идея кажется вам столь нелепой?
— Да потому, что, как только мы с вами закончим все дела, вы вернетесь
в Чикаго, а я останусь тут. Между нами не может быть никаких прочных
отношений, и вы, наверное, уже поняли, что я не сторонница легкомысленных
увлечений.
— Я тоже.
Бет была готова поспорить на всю сумму, которую она внесет в будущем месяце
за аренду мастерской, что Коулби, лгал. Он принадлежал как раз к тому типу
мужчин, которые довольствуются приключениями одной ночи. В голове у Бет
внезапно раздался предательский голосок, нашептывавший ей, что и Майк, к
сожалению, придерживается такой же философии.
— Бет, мы с вами живем в замечательное время. — Коулби замолчал и
отпил пива. — Да, вы правы, главный офис моей фирмы находится в Чикаго,
однако представительства
Хэндмейд
разбросаны по всей стране. Они
поддерживают связь с офисом по телефону, факсу или электронной почте. До сих
пор я предпочитал работать в Чикаго только потому, что родился и вырос там,
однако я много путешествую, а значит, мог бы устроиться где угодно и
одновременно продолжать свою работу.
— Коулби, а вам не кажется, что вы немного спешите? У нас с вами, если
я не ошибаюсь, не было еще ни одного свидания...
Коулби обвел столик широким жестом.
— Можно считать, что одно свидание у нас уже состоялось.
— Нет, это не так. — Бет нервно смяла промасленную бумагу, в
которую был завернут ее бутерброд, и затолкала комок в пакет. — Честно
говоря, дело в том, что я не заинтересована в каких-либо близких отношениях
с вами... — Она встретилась с ним глазами. — Если, на ваш взгляд, после
всего сказанного мы не сможем продолжить обсуждение нашей сделки — что ж,
мне очень жаль. И, если вы решили задержаться в Бизби, ожидая, что я
передумаю, боюсь, вы напрасно тратите время.
Похоже, ее заявление нисколько не удивило и не задело его.
— Надеюсь, вы не проводите жизнь в мечтах о Тремейне.
Бет встала.
— Знаете, у меня нет ни малейшего желания впускать в мою жизнь кого-
либо из вас двоих.
Коулби тоже поднялся и взял со стола пустой пакет.
— Бет, я всего лишь хочу сказать, что надежнее ставить на меня, чем на
него.
— Да будет вам известно: я человек не азартный.
— Ну и ладно... — Он убрал в пакет пустые бутылки. — А вот лично я
люблю азарт и риск.
Бет поняла, что еще чуть-чуть — и она взорвется.
— До свидания, Коулби. И спасибо за бутерброды.
— Мне было приятно угостить вас. — Он направился к выходу. —
До завтра, — произнес он через плечо, выходя из магазина.
Бет выругалась сквозь зубы. Ей не хотелось видеться с ним ни завтра, ни
послезавтра, ни в какой-либо другой день. Чего ей ужасно хотелось, так это
сказать ему, что она никогда не согласится на условия
Хэндмейд
и уж,
разумеется, никогда не оправдает его ожидания.
Она включила компьютер и принялась печатать ярлычки для коробок со
стеклорезами, одновременно раздумывая о том, как же ей лучше всего
поступить. Пожалуй, придется продолжить обсуждение контракта с Коулби, при
этом никак не поощряя его. И разумнее всего будет держаться той же тактики с
Майком, хотя тут ей понадобится вся ее выдержка и все благоразумие. Ведь она
ночи напролет мучается... сгорает, от неутоленного желания, и объект ее
страсти — именно Майк.
Бет забралась в машину Майка, и он сразу понял, что у нее выдался трудный
день. Стараясь как можно реже бросать голодные взгляды на ее стройные ноги,
он начал нажимать кнопки магнитолы, в надежде поймать какую-нибудь легкую
мелодию, которая поможет Бет хоть немного расслабиться.
— Лучше подожди, пока мы не подъедем ближе к Таксону, — заговорила
наконец Бет, когда они выехали из Могильного каньона и направились к туннелю
Времени.
Майк послушно выключил радио.
— Я просто думал, что музыка поможет тебе взбодриться.
Бет взглянула на него, и ее глаза за стеклами солнцезащитных очков
показались Майку непроницаемо-загадочными.
— С чего ты взял, будто мне надо взбодриться?
— Когда ты так стискиваешь зубы, это значит, что ты расстроена.
— Я вовсе не расстроена.
— А я говорю — расстроена.
— Да нет же! — Она состроила гримасу. Майк расхохотался.
— Вот теперь верю.
— Во всем виноват этот чертов Коулби. Он настоял на том, чтобы
перекусить у меня в мастерской, а после его ухода я не могла
сосредоточиться, и стекл
...Закладка в соц.сетях
