Жанр: Любовные романы
Поцелуй из прошлого
...нщины, с
которыми я занимался любовью в джунглях, не страдают от ложных
запретов, — добавил Майк. — Они не ведут двойную игру. Напротив,
они заинтересованы в том, чтобы возможно полнее удовлетворить одну из
важнейших потребностей человека.
— Но жизнь далеко не всегда так проста и безмятежна.
— Наверное, ты права. Бет глубоко вздохнула.
— Ты до сих пор небезразличен Алане, и я стала бы презирать себя, если
бы...
— В таком случае ты уже должна чувствовать себя виноватой — из-за того,
что не сказала ей о моем приезде. .Бет на мгновение заколебалась, словно
собираясь возразить, но затем кивнула.
— Да, мне следовало сказать ей. Однако это неважно. Забудем все, что
случилось.
Майк полунасмешливо взглянул на нее.
— Вряд ли я сумею сделать то, о чем ты просишь, Бет.
— А ты попытайся!
— Послушай, я не хочу причинять тебе или Алане еще большую боль, чем
восемь лет назад, но мы не можем, понимаешь, не можем игнорировать то, что
нас тянет друг к другу. Ведь все это время меня преследовало воспоминание о
том, как меня целовала ты — ты, а не Алана.
В глазах Бет загорелся огонек, но почти сразу же и померк, словно
затопленный чувством вины.
— Я сильно изменилась за эти годы.
— Но тебе, как и прежде, нужны факты и доказательства. Как в тот день,
когда мне пришлось ехать по ступенькам пивоварни на велосипеде. Я и сейчас
вижу эту картину: ты, уперев кулачки в костлявые бока, заявляешь мне:
Докажи, докажи, что сможешь, Майк!
— Я уверена: ты проделал это ради Аланы, а вовсе не ради меня. Просто я
случайно оказалась рядом, вот и все.
— Позволь в таком случае кое-что напомнить тебе, — возразил
он. — Аланы тогда и близко не было. И когда я катился на скейтборде по
шоссе в Могильном каньоне, Аланы тоже не было с нами. Не было ее и когда я
лишь чудом не сорвался вниз с ограждения старого карьера. Я делал все это,
чтобы произвести впечатление на тебя, а не на Алану.
— Но ведь именно Алана...
— ..сказала мне, что я — ее дружок. Вспомни, мы были в таком возрасте,
когда о подобных вещах не спорят. И нередко детское увлечение ведет к
брачным узам. Но стоит тебе в один прекрасный вечер выпить глоток
шампанского, как ты совершаешь ошибку — или, вернее, прислушиваешься наконец
к голосу своего сердца... и в твоих объятиях оказывается младшая сестра
вместо старшей. А тогда...
— Я не желаю тебя слушать! — Бет зажала уши ладонями. Этот жест
сразу напомнил Майку годы детства. Бет, вероятно, тоже поняла, что ведет
себя как ребенок. Покраснев, она выпрямилась и опустила руки. — Мне
кажется, ты просто пытаешься переписать прошлое, вот и все.
— Может быть. А может, восемь лет в джунглях помогли мне яснее понять
самого себя.
Бет нервно провела кончиком языка по губам.
— Мне пора возвращаться в мастерскую. Майк, проследивший взглядом за ее
языком, ощутил, как сладко заныло все его тело.
— А мне пора как следует осмотреть оборудование — прежде чем приступать
к выполнению заказов для тебя. — Тут Майк вспомнил, что вечером Бет
должна встретиться с Хаксфордом. — Хочешь, я подъеду и буду поблизости,
когда ты объявишь скверные новости нашему другу из Чикаго?
— Нет. То есть спасибо за предложение, но я вполне справлюсь сама.
— Он ведь собирался пригласить тебя на ужин, верно?
— Узнав о том, что сделка не состоится, едва ли он захочет ужинать со
мной.
— Ну, тогда позволь мне пригласить тебя.
— Майк, мне кажется, это не такая уж удачная идея. Чем меньше мы будем
видеться, тем лучше.
— А вдруг, если мы поужинаем вместе, нам удастся во всем спокойно
разобраться? Скажи-ка, ресторан Скала до сих пор славится отменной кухней?
— Да, но...
— Мы могли бы встретиться прямо там, если ты не хочешь, чтобы я заехал
за тобой. А оттуда мы тихо-мирно разойдемся по домам.
— А разве ты не поедешь в Таксой повидать Эрни?
— Нет. Утром я сказал ему, что проведу весь день за работой. —
Майк видел, что она борется с искушением. — Ну, не раздумывай, Бет. У
меня ведь не осталось никого из знакомых в городе, и мне вовсе не хочется
ужинать сосисками с фасолью. У отца больше ничего не отыщешь, а готовить я
умею только на костре.
Она вздохнула.
— Ладно, согласна. Но каждый платит за себя.
— Подожди, мне бы хотелось...
— Нет, каждый платит за себя, — повторила она. — Дай мне
минут сорок на разговор с Коулби. Без четверти восемь мы встретимся в
ресторане — если ты к этому времени уже закончишь все дела тут.
— Закончу... — Он в упор посмотрел на нее. — Но мне кажется, если
я заеду за тобой, тебе будет проще избавиться от Коулби — вдруг он окажется
чересчур навязчивым?
— Майк, я уже взрослая, справлюсь сама.
— О'кей! — Он не стал настаивать. Они поужинают, выпьют бутылочку
хорошего вина, а там... там будет видно.
Когда Коулби подъехал к мастерской, Бет сидела за прилавком, подсчитывая
прибыль за день. Темные волосы гостя были гладко прилизаны, а одет он был в
рубашку с открытым воротом, слаксы и блейзер. Бет решила, что так принято
одеваться в Чикаго. Оставалось надеяться, что у Хаксфорда хватит ума
держаться вблизи кондиционеров. В противном случае ему грозит гибель от
теплового удара — в таком-то количестве одежды. Бет подозревала, впрочем,
что пристрастие Коулби к пиджакам и блейзерам объяснялось наличием в них
подплечиков. А вот некоторые мужчины, например Майк, не нуждаются в
ухищрениях моды... Бет торопливо выбранила себя за столь неподходящее
сравнение. Меньше всего на свете ей следует раздумывать сейчас о физических
достоинствах Майка.
— Ну, как вы провели день? — поинтересовался Коулби, ставя
дипломат
на прилавок.
Бет невольно обратила взгляд к мозаике, изображавшей ее с Майком поцелуй.
— День выдался весьма насыщенный, — ответила она.
— В таком случае давайте быстренько подпишем все бумаги и отправимся
поужинать. Идет?
Бет оперлась на прилавок и встретилась глазами с Коулби. Только тут она
сообразила, что в этом наряде ей будет намного труднее объявить ему о своем
решении. Впрочем, белое газовое платье с открытыми плечами и голубые серьги
под цвет глаз она надевала, думая о том, как будет ужинать с Майком.
— Наверное, в кармане у вас билет в Чикаго на завтра, — сказала
она, уходя от прямого ответа. Хаксфорд развязно облокотился на прилавок.
— Честно говоря, я предполагал отправить наш контракт в Чикаго
курьерской почтой и устроить себе небольшие каникулы.
— В самом деле? — Бет не понравилось это заявление. Совсем не
понравилось. — И куда же вы направитесь? — Бет, конечно, отлично
понимала, что означает такой загадочный взгляд у мужчины: у Коулби явно есть
на нее виды и ужин, судя по всему, должен стать первым шагом к осуществлению
его планов.
— Я снял номер в одном из ваших семейных отелей. Ваше замечание о
превосходной кухне ресторанов Бизби внушило мне мысль познакомиться с этими
местами. — Он улыбнулся, обнажая зубы. — Вот я и подумал, что вы
могли бы устроить мне небольшую экскурсию по окрестностям...
На мгновение Бет охватила паника, и девушка искренне пожалела о том, что
рядом нет Майка. Однако, глубоко вздохнув, она напомнила себе, что в жизни
всего важнее полагаться на саму себя.
— Вряд ли у меня найдется время возить вас по окрестностям, Коулби.
Просто я...
— Но ведь вы сможете выбросить из головы свои стеклорезы. Я заметил,
что в это время года у вас тут почти нет покупателей, и решил, что...
Вот подходящий момент.
— Нет, я как раз не смогу выбросить из головы стеклорезы. Мне бы
хотелось отложить подписание нашего контракта недели на две.
Улыбка исчезла с его лица.
— На две недели?.. Господи, с какой стати? Ведь к этому времени клиенты
разнесут вашу мастерскую — из-за не доставленных в срок заказов.
— Я договорилась кое с кем, и производство не будет остановлено. Он
прищурился.
— И с кем же?
— Это Майк, сын Эрни Тремейна.
— А-а, этот белолицый брат, с которым вы познакомили меня вчера?
— Да. — Бет изо всех сил старалась говорить вежливо. Едва ли
разумно будет сейчас отказываться от предложения компании из Чикаго. Может
быть, еще придется согласиться на их условия. — Майк готов взять на
себя выполнение заказов до тех пор, пока Эрни не поправится.
— Бет, вы совершаете серьезную ошибку. Очень может быть, подумала она.
— Коулби, согласитесь, что, какими бы привлекательными ни были для нас
условия вашей фирмы, мы с Эрни куда больше заинтересованы в получении всей
прибыли, а не процента с нее. Я решила предоставить Майку двухнедельный
испытательный срок и пока не подписывать контракт с вами.
— Бет, если бы вы были хоть немного благоразумнее, вы бы согласились на
мои условия. И не позволили бы этому Тремейну уговорить вас. Кстати, кто он
вам? Бывший друг или что-то вроде того?
— Нет, — быстро откликнулась Бет и тут же пожалела, что вообще
решила ответить. — Впрочем, даже если и так, эти две недели очень важны
для меня. Для вашей же компании этот срок едва ли будет существенной
задержкой.
— Вы правы, но я думал только о вас. Вам следует быть более
рассудительной.
Бет смертельно надоела эта дискуссия. Украдкой взглянув на часы, она поняла,
что пора выпроваживать гостя, а не то она опоздает на ужин с Майком.
— Наверное, в ваших словах есть доля истины. Но поживем — увидим,
верно?
— Полагаю, что так. Ведь я не могу силой заставить вас подписать
контракт.
— Поскольку наши переговоры откладываются на две недели, —
продолжила Бет, — вы, наверное, предпочтете завтра же вернуться в
Чикаго, а не скучать в нашей глуши.
Он оценивающе посмотрел на нее.
— Пытаетесь отделаться от меня, так. Бет?
— Разумеется, нет, — солгала она. — Однако я не смогу
показать вам окрестности. И потом, в августе в наших местах довольно жарко,
как вы, вероятно, уже успели заметить.
— В Чикаго летом тоже жарко — кому, как не мне, это знать. Как-никак я
прожил там тридцать четыре года. Но в Таксоне мне говорили, что здесь лето
бывает довольно мягким.
— Не на мой взгляд... К тому же у нас еще не везде установлены
кондиционеры.
— Знаете, Бет, мне кажется, вы просто пытаетесь выжить меня своими
намеками.
— Коулби, если вы решили провести тут свой отпуск, мне это совершенно
безразлично.
— Да, думаю, я действительно проведу тут свой отпуск. Так, может, мы
все же отправимся поужинать?
— Но ведь... ведь мы не подписали контракт! Он снова улыбнулся.
— Хорошенькое же у вас сложилось обо мне впечатление, если вы
полагаете, что я откажусь от удовольствия поужинать с вами только потому,
что вы не поставили свою подпись на последней страничке контракта.
Разумеется, мое приглашение остается в силе.
— Послушайте, Коулби, какая-то нелепая ситуация... — Бет опустила
глаза. — Понимаете, я знала, что не подпишу это соглашение об уступке
патента, и подумала, что в подобных обстоятельствах вы едва ли захотите
ужинать со мной. Так что мои планы несколько изменились.
— Получается, Тремейн не только перебежал мне дорогу с контрактом, но и
увел у меня из-под носа очаровательную спутницу на сегодняшний ужин.
Бет подняла голову.
— С чего вы взяли?
— Я видел, как он смотрел на вас вчера вечером. Не знаю, что вас с ним
связывало в прошлом, но могу догадываться, какие у парня планы на ваш счет.
Стеклорезная мастерская не более чем предлог.
Бет вздернула подбородок.
— Хотя это и не ваше дело, я повторяю: Майк старается ради своего отца,
а я тут вовсе ни при чем.
— И кто вам это сказал?
— Сам Майк.
— И вы ему поверили?
— Да. — Однако, если разобраться, она так и не переговорила с Эрни
и не может с уверенностью утверждать, что этот план — на самом деле его
идея.
— Вижу по выражению вашего прелестного личика, что навел вас на кое-
какие мысли, — заметил Коулби и взял с прилавка свой
дипломат
. —
Ладно, сегодняшний ужин отменяется. Как насчет завтра?
— Завтра я собираюсь съездить в Таксой повидать Эрни.
— Понятно... — Коулби окинул ее пристальным взглядом. — Ну что же,
мне всегда нравились сложные задачки. Я загляну к вам завтра.
— Отлично.
Коулби направился к двери, но на пороге обернулся.
— На вашем месте я задал бы Эрни несколько хорошо продуманных вопросов.
Вы просто не можете рисковать своим благосостоянием, Бет. Эта мастерская —
слишком серьезное дело, а потому нельзя допустить, чтобы Майк Тремейн
пользовался ею, ведя свои романтические игры.
Поклонившись, Коулби вскинул два пальца в насмешливом салюте.
Наблюдая, как отъезжает взятый им напрокат автомобиль. Бет приняла решение.
Перед ужином они с Майком позвонят в больницу. Едва ли Майк сможет что-либо
возразить, если она захочет пожелать Эрни спокойной ночи. Скорее всего, в
разговоре ей удастся что-нибудь выяснить. Бет понимала, что у нее не хватит
терпения ждать еще сутки, чтобы узнать, остался ли Майк обманщиком и
лицемером, каким был восемь лет тому назад.
Глава 5
Включив сигнализацию, Бет вышла из магазина, и нежные объятия летнего
вечера, как всегда, напомнили ей о том злополучном обеде накануне венчания
Аланы... и о Майке.
Весь день Бет пыталась не думать о предстоящем ужине с Майком, но
безуспешно. Радостное предвкушение переполняло ее, пока она шла к ресторану.
Девочкой-подростком, сгорая от любви к Майку, она нередко мечтала о таком
вечере. Снедаемая завистью, она обычно смотрела из окна своей комнаты, как
уходят, держась за руки, Алана и Майк. Оставшись одна, Бет представляла
залитый мягким светом зал, сомкнутые на скатерти руки, полные обожания
долгие взгляды и поцелуи на прощание.
Разумеется, она видела себя рядом с Майком. Может быть, именно поэтому у нее
не хватило духу отклонить его приглашение поужинать. Конечно же, о долгих
взглядах или переплетенных на скатерти руках нечего И думать, не говоря уж о
поцелуях на прощание. Но она может просто посидеть за одним столом с Майком
и хоть на полчаса погрузиться в свою детскую фантазию.
Но сначала она позвонит в больницу и переговорит с Эрни. Если окажется, что
ему ничего не известно о намерении Майка помочь с выполнением заказов,
вечер, скорее всего, выйдет далеко не мирным.
Открыв дверь ресторана, Бет сразу же увидела Майка — он сидел в глубине зала
лицом к двери, рассматривая входящих. Встретившись с ней глазами, он
улыбнулся, и Бет почувствовала, как оглушительно забилось сердце. Она
поняла, что затеяла слишком опасную игру, приняв приглашение Майка. Но
отступать уже поздно... Она направилась к столику.
— Ты выглядишь просто потрясающе, — сказал Майк.
— Спасибо. — Бет была вынуждена признать, что счастлива слышать
его комплимент. Счастлива почти так же, как была раздосадована похвалами
Коулби...
— Тебе удалось отделаться от этого слизняка из Чикаго?
— Я все тебе расскажу, но сначала давай позвоним и узнаем, как твой
отец. Я уверена, что Дженис — это хозяйка картинной галереи через дорогу —
разрешит мне воспользоваться ее телефоном.
— Я звонил отцу перед тем, как прийти сюда. Он сказал, что у него все в
порядке.
— Вот как... — Бет не ожидала, что Майк окажется таким заботливым.
— Если хочешь, позвони ему сама, пока мы еще ничего не заказывали.
— Хорошо, позвоню. А номер у тебя с собой? — Пожалуй, она вполне
может позвонить, не возбуждая у Майка никаких подозрений. В конце концов,
Эрни ей как отец.
— Конечно, в последние дни я с ним не расстаюсь. — Майк достал
бумажник из заднего кармана брюк, вытащил маленький листок бумаги и передал
его Бет.
— Я быстро, — сказала она.
— Может, я пока закажу для нас бутылочку вина?
— Ладно. — Нельзя же запретить ему сделать заказ. У него есть
полное право пить вино за ужином. Однако Бет решила, что выпьет только
глоточек — особенно потому, что заметила в тонком бумажнике Майка весьма
красноречивую вещицу. Не исключено, что он всегда носит с собой
презервативы, но разумнее будет не рисковать.
— Что ты будешь пить? — спросил Майк.
— Знаешь, в последнее время я предпочитаю мерло.
Он ухмыльнулся.
— А я собрался разориться на шампанское.
— Ни за что! — Сердце Бет застучало сильнее, едва она сообразила,
что Майк намекает на тот вечер... Накануне венчания Аланы. — Ладно, уже
почти восемь. Пойду-ка я позвоню.
— Хорошо, а я и мерло будем тебя ждать.
Черт, Майк пытается вскружить ей голову, размышляла Бет, выходя из
ресторана. И ей это нравится!
Хозяйка художественной галереи была занята разговором с покупателями, однако
быстро поняла красноречивые жесты Бет и кивком головы указала на телефон.
Посматривая на листок, где угловатым почерком Майка был написан номер палаты
Эрни, Бет нажала нужные кнопки.
Эрни ответил после второго гудка.
— Алло...
У Бет болезненно сжалось сердце, когда она услышала смертельно усталый голос
Эрни. Ей стало стыдно — скорее всего, она разбудила его.
— Алло, это Бет. Надеюсь, ты не спал, Эрни.
— Да разве в таком месте можно уснуть? — Голос его
оживился. — Откуда ты звонишь, малышка?
— Из галереи Дженис. Майк ждет меня в ресторане
Скала
. Мы решили
поужинать вместе.
— Да что ты говоришь? А мошенник ни словечком об этом не обмолвился. Я
рад, Бет, по-настоящему рад. Неужели ты только затем и позвонила, чтобы
сказать мне об этом?
— Ну, не совсем. Во-первых, я хотела пожелать тебе спокойной
ночи, — ответила Бет, — и сообщить, что, по мнению Майка, он с
завтрашнего дня сможет приступить к выполнению заказов для нашего проекта.
— Отлично!
В голосе Эрни Бет не услышала ни тени недоумения. Так что, вероятно, план
спасения мастерской действительно принадлежит ему.
— Честно говоря, — продолжила Бет, — меня порядком удивило,
что он согласился на это. Он не заскучает за таким занятием?
— Может быть. Но Майк куда терпеливее, чем ты думаешь. Я ни за что не
попросил бы его, если бы знал, что он способен все бросить, развернуться и
уйти. У него получится, Бет, — конечно, если ты время от времени будешь
подбадривать его.
— Как это?
— Ты сама отлично знаешь. Просто повторяй почаще, что он молодец, вот и
все. Кажется, он убежден, что у тебя не самое лестное мнение о его
способностях. А ты для него много значишь. Очень много.
Кровь застучала в висках Бет.
— Он сам тебе об этом сказал?
— Ну, можно выразиться и так. И вот еще что, Бет: не кусай его больше,
ладно? Можно подумать, вы оба так и не повзрослели!
— Эрни! — Бет искренне порадовалась, что кабинет Дженис был пуст и
никто не мог увидеть, как краска залила ее лицо.
— Не сердись, я должен был сказать тебе это, поскольку твоего отца
больше нет рядом с тобой. А теперь возвращайся в ресторан. Желаю вам хорошо
провести время. Мне тут дают какую-то снотворную дрянь, и я уже чувствую,
что начинаю клевать носом.
Бет с трудом перевела дыхание.
— Спокойной ночи, Эрни... — Она повесила трубку и присела на стол.
Выходит, Эрни известно, что она куснула Майка. Бет приложила руки к пылающим
щекам. Даже если и так, никто на свете, кроме Майка и Эрни, не должен знать
об этом!
Эрни откинулся на подушки и прикрыл глаза, стараясь справиться с приступом
боли. Сегодня он решил продержаться на меньшем количестве уколов, однако это
было непросто. И все равно ни Майк, ни Бет не должны догадаться, чего ему
стоит играть роль выздоравливающего, когда они приезжают навестить его.
Эрни медленно вздохнул, чувствуя, как грудь чуть не разрывается от
нестерпимой боли.
— Ты тут. Пит?
— Ясное дело тут, дурачина. Позови сиделку и попроси, чтобы тебе
сделали укол. Так ты никому ничего не докажешь.
— Эй, дружище, кто из нас болен — я или ты?
— Тоже мне, болен. Да ты посмотри на себя — белее простыни! Много будет
от тебя толку нашим ребятам, если боль скрутит тебя в бараний рог!
— Неважно, не обращай на меня внимания.
Как думаешь, я правильно, поступил, попросив ее больше не кусаться?
В комнате раздался громкий хохот.
— Знаешь, это заставило меня припомнить старые добрые времена. Я и
забыл, что Бет раньше всегда кусалась. Алана и Майк любили драться как
черти, а Бет была еще слишком мала, вот она и пускала зубки в ход, если
чувствовала, что пора встать на чью-либо сторону.
— Ну, похоже, она до сих пор не забыла эти приемчики.
— Может, Майк заслужил?
— Черт, ты всегда выгораживал своих девчонок. А они, позволь тебе
сказать, были такие же озорные, как и мой парень. Да любому, кто утверждает,
что женщины — слабый пол, надо было бы увидеть двух твоих плутовок в драке.
— Похоже, у них и сейчас намечается противостояние характеров.
— Поживем — увидим, Пит. Сегодня они ужинают вместе. Может быть, все
сложится хорошо.
— Поверить не могу, что все будет так просто. Один-единственный ужин
еще ничего не решает.
— Да я знаю. Поэтому-то мне и надо покончить с зависимостью от этих
чертовых уколов. Когда наши ребята по-настоящему повздорят, мне надо быть
сметливым, Пит.
— Вот что я сделаю. Может, и я на что-нибудь пригожусь, а? Вдруг, если
я как следует попрошу тут кое-кого, мне позволят поговорить с моими
девочками?
— А до сих пор тебе не разрешали?
— Не-а.
— Ну, тогда лучше не пробуй. Ведь предполагается, что ты удалился на
покой. А у меня тут все под контролем.
— Мне жаль, что я не могу быть рядом с тобой, дружище.
— Мне тоже жаль, Пит, — вздохнул Эрни. — Мне тоже жаль...
Бет вернулась в ресторан и молча села напротив Майка. Возле ее тарелки стоял
бокал с вином, и она сделала жадный глоток.
Майк иронически взглянул на нее.
— Жажда замучила?
Бет уставилась на бокал в своей руке и только тут припомнила, что собиралась
не злоупотреблять вином.
— Можно сказать и так... — Отставив бокал с вином, она потянулась к
воде. — Пожалуй, лучше вот что я буду пить.
— Не мелочись. У нас ведь целая бутылка.
— Все равно, вода приятнее. — Бет прижала краешек холодного бокала
к горящей щеке и украдкой посмотрела на нижнюю губу Майка. Да, следы ее
зубов до сих пор были довольно отчетливо видны. Неудивительно, что Эрни
заметил...
— Ты вся красная, — сказал Майк. — Ничего не случилось?
— Нет... — Бет быстро поставила бокал на стол. Так нельзя, она слишком
ясно дает Майку понять, что творится в ее душе. — Здесь немного жарко.
А Эрни чувствует себя неплохо, как ты и сказал. Он рад, что мы решили
поужинать вместе.
— Так ты сказала ему об этом?
— А почему же нет?
— Да потому, что ты приняла мое приглашение поужинать без особого
энтузиазма. Вот я и подумал, что ты вряд ли захочешь распространяться на эту
тему. — Беззаботная улыбка Майка явно противоречила его обеспокоенному,
как Бет заметила, взгляду.
Тут к их столику подошла официантка.
— Ты уже решила, чего тебе хочется? — спросил у Бет Майк.
Чудесный вопрос, подумала она. Мне хочется тебя, но мне не хочется хотеть
тебя. Как же все запуталось!
— Больше всего мне нравятся тут креветки.
— Тогда и я закажу то же самое. — Майк кивнул официантке и отдал
ей меню, а затем поднял бокал с вином. — Ну, давай выпьем за стеклорез
Найтингейла. И за то, что наш город избавился от этого чикагског
...Закладка в соц.сетях
