Жанр: Любовные романы
Дела семейные
...вилась, уперев руки в бока.
— Можешь на меня положиться. И кроме того, если у тебя когда-нибудь
возникнут проблемы с Никки, не забывай, что мы с Дейвом всегда готовы помочь
тебе.
— Спасибо, Бет, боюсь, что так оно и будет.
— Насколько я могу догадываться, присутствие тринадцатилетней вертушки
осложняет твою личную жизнь.
Линк почувствовал, как щеки его запылали от смущения, и Бет звонко
расхохоталась. Они прошли внутрь конюшни, где у дальнего стойла
разговаривали Мег и Дейв.
— Линк, ты только посмотри, какая прелесть! — воскликнула Мег,
опускаясь на колени возле жеребенка, которому не исполнилось еще и двух
недель. Он был ровного шоколадного цвета, с белыми чулочками и яркой
звездочкой во лбу.
— Позволь представить тебе Метеора, — объявил Дейв.
Линк пристально осмотрел жеребенка.
— Не иначе как сын Метеорита?
Дейв кивнул.
— Сын Метеорита и Кометы. — Он обернулся к Мег, поясняя: —
Несколько лет назад на аукционе я перехватил Метеорита из-под носа Джо.
— Похоже, ты не прогадал, — признал Линк.
— Старина Джо превосходно разбирался в лошадях. Я многому у него
научился. Ну ладно, пошли, я хочу познакомить тебя еще кое с кем. —
Дейв повел их к выходу в корраль. На пороге он резко свистнул, и к нему
издалека бросился длинноногий полугодовалый стригунок. Линк замер,
восхищенно глядя на гнедого жеребенка, который остановился, прядая ушами,
футах в десяти от гостей. — Обычно я без труда подзываю его, —
сказал Дейв. — Но в присутствии незнакомых людей на него иногда
нападает застенчивость.
Мег первой протянула руку, ласково разговаривая со стригунком. Он покивал
точеной головой и пугливо приблизился, а Мег продолжала нежно успокаивать
его и наконец почесала ему холку.
— Ты мой хороший, — ворковала она.
Мужчины медленно подошли к жеребенку.
— Линк, познакомься, это Астероид, в ближайшем будущем — новый
производитель на ранчо Стоунеров.
Линк изумленно уставился на Дейва.
— О чем ты?
Старик снял шляпу и поскреб затылок.
— Мы с твоим отцом не раз цапались из-за того, что я тогда перехватил
Метеорита. Прошло уже несколько лет, но у меня остался неприятный осадок.
— Дейв, послушай, ведь с такой родословной ему просто цены не
будет, — перебил его Линк, разглядывая безупречно сложенного Астероида.
— Сколько бы он ни стоил, дружба с твоим отцом была для меня дороже. Я
с самого начала решил, что отдам ему первенца от Метеорита... — Дейв
помолчал, пытаясь успокоиться. — Астероид отправится на ранчо
Стоунеров, и точка.
У Линка перехватило горло.
— Спасибо, Дейв... — Пряча глаза, он шагнул к другу отца и обнял
его.
Бет поманила Мег.
— Пойдем, поможешь мне накрыть обед, а то нашим мужчинам явно надо
остаться одним.
Когда они вошли в дом и оказались в просторной кухне, Бет предложила Мег
чашечку кофе. Они уселись за стол, явно настроенные получше познакомиться.
— Мы предлагали Линку любую помощь после похорон, но он очень вежливо
отказался. Понимаешь, мы не то чтобы потеряли друг друга из виду, но парню
хотелось самому во всем разобраться. Даже позже, когда начались проблемы с
Никки, он не стал звонить нам. — Бет подлила себе и Мег еще
кофе. — Честно говоря, мне было ужасно обидно, но Дейв растолковал, что
Линк сам хочет перебороть свое горе. — Она в упор посмотрела на
Мег. — Ты знаешь, что Линк винит себя в смерти родителей?
Мег медленно кивнула.
— Да, и Никки тоже обвиняла его в этом. Но мне кажется, что благодаря
помощи психотерапевта им удалось все выяснить.
— Я рада. Джо и Полин так любили своих детей... И страдали бы, если бы
узнали, что их смерть чуть не поссорила Линка с сестрой.
— Да, похоже, оба очень упрямы, — сказала Мег. — Но они так
любят друг друга... — Подняв голову, она увидела, что пожилая женщина
пристально смотрит на нее.
Бет улыбнулась.
— Линк упомянул, что ты отлично поладила с Никки.
Мег почувствовала, как ее охватывает паника. Неужели собеседница о чем-то
догадывается?
— Сначала мы были на ножах, но теперь все, кажется, в порядке.
— Ты, наверное, собираешься устроиться где-нибудь поблизости, когда
Никки вернется в школу?
Мег не обманывала себя и понимала, что ей недолго осталось работать
гувернанткой собственной сестры. Пришла пора подумать о том, что скоро
придется оставить ранчо и начать новую жизнь, как она и планировала.
— Я точно не знаю, что буду делать. Одна из моих подруг живет в Форт-
Уорсе и пригласила меня пожить некоторое время у нее.
Бет подняла бровь.
— А как же Линк?
Мег отвела глаза.
— Линк знает, что я скоро уеду.
Пожилая женщина встала из-за стола и подошла к двери, чтобы проверить, не
идут ли мужчины.
— Однако вряд ли он от этого в восторге.
Слова Бет звенели в ушах у Мег весь день, пока они были на ранчо, и весь
вечер, который они провели в одном из ресторанчиков вблизи отеля. Мег едва
притронулась к еде, хотя дары моря были просто восхитительны. Что, если Бет
обо всем догадалась? Или, хуже того, вдруг уже все рассказала Линку?
— Ну как, пошли?
— Что? — Мег вздрогнула от неожиданности, но затем сообразила, что
Линк предлагает вернуться в отель. — Конечно.
Он помог ей подняться и, когда они медленно зашагали по набережной,
осторожно завладел ее рукой.
— Ты весь вечер молчишь.
— Столько событий за один день... Да и встали мы чуть свет.
Он обнял ее за плечи, привлекая к себе.
— А я решил, что это мое общество наводит на тебя тоску.
— Нет-нет, — быстро возразила она. — Я столько за эту поездку
повидала... Даже не знаю, как тебя отблагодарить.
Он хитро усмехнулся.
— Ничего, я придумаю, как это сделать.
Мег показалось, что ее сердце застучало в груди с удвоенной силой. Да уж,
можно себе представить!
— Пошли, нам пора возвращаться. — Он крепче обнял ее, пробираясь
сквозь толпу гуляющих людей, и через несколько минут они уже входили в
вестибюль отеля.
В лифте оба молчали, но Линк не сводил с Мег восторженных глаз. Ей было и
приятно, и немного страшно: его взгляды заставляли ее томиться по чему-то,
что до сих пор было ей неведомо. Мег не строила иллюзий относительно
возможности будущего с Линком. Если вспомнить, какой важный секрет она до
сих пор утаивает от него, ни о каком будущем и речи быть не может. Однако ей
отчаянно хотелось, чтобы Линк любил ее — пусть даже любовь его продлится
всего одну ночь. Она понимала, что только он один может унять терзавшую ее
сладкую боль.
Казалось, прошла вечность, прежде чем лифт звякнул, доставив их на четвертый
этаж. Линк обхватил Мег за плечи и повел по коридору. У двери номера он
остановился, чтобы достать ключ, но прежде, чем отпереть дверь, наклонился и
поцеловал Мег.
Она замерла от наслаждения, и Линк притянул ее к себе, целуя все крепче и
настойчивее. Внезапно за поворотом коридора послышались голоса, и Линк
выпрямился.
— Нам лучше не задерживаться тут. — Он распахнул дверь и пропустил
Мег вперед.
Не успел замок тихо щелкнуть, как губы Линка вновь сомкнулись на губах Мег.
Ее руки заскользили по его груди, поднимаясь все выше, наконец обвились
вокруг шеи. Мег не желала прислушиваться к голосу рассудка — который,
кстати, умолк сам собой. Она вся отдалась утолению страсти, сжигавшей ее.
Она хотела Линка — и знала, что желанна ему.
Линку казалось, что он всю жизнь мечтал об этой минуте. Обхватив ладонями
прелестное лицо Мег, он целовал ее, обводя кончиком языка нежный рот, ровные
зубы, словно принимая драгоценный дар, который девушка готова была принести
ему.
Руки его двигались меж их телами, словно действуя сами по себе, и Линк
услышал, как Мег резко вздохнула, когда он начал расстегивать пуговицы на ее
красном шелковом платье. Осторожно сдвинув ставший широким вырез вниз, он
расстегнул застежку ее бюстгальтера и застонал, ладонью ощутив сладкую
тяжесть полной груди. Пальцы его принялись медленно блуждать вокруг сосков,
через мгновение превратившихся в острые вершинки.
Мег что-то невнятно пробормотала и почти потеряла равновесие. Линк подхватил
ее и внес в спальню. Лунный свет, струившийся в окно, заливал широкую
постель мягким сиянием. Бережно поставив девушку на ноги, Линк стащил с
кровати мягкое покрывало и обернулся к ней.
— Господи, как я хочу тебя. — Он опять завладел ее губами.
— И я тебя хочу, — тихо проговорила Мег, и от этого едва слышного
признания Линка пронзила дрожь нетерпения.
Он помог Мег снять платье, она сбросила туфельки на высоких каблуках и
встала перед ним почти обнаженная, в одних лишь белых трусиках.
— О Боже, какая же ты красивая, — выдохнул он, быстро расстегивая
и отшвыривая в сторону свою рубашку.
Звонко щелкнула серебряная пряжка на его ремне, и Линк торопливо расстегнул
джинсы, одновременно целуя Мег. Затем руки его спустились вниз, исследуя
каждую восхитительную ложбинку ее прекрасного тела. Чувствуя, что вот-вот
взорвется, он прервал поцелуй и перенес Мег на кровать. Там он присел на
краешек матраса, сбросил, не расшнуровывая, ботинки, скинул джинсы и наконец
лег рядом с Мег.
Почти задыхаясь, он вновь и вновь целовал ее. Наконец приподнялся,
возвышаясь над Мег, и неожиданно почувствовал, что она будто окаменела.
Он отстранился.
— Мег, что-то не так?
Она покачала головой, пряча от него глаза.
— Послушай, если ты еще не готова... — Линк понимал, что просто
умрет, если вдруг Мег передумает.
— Дело не в том, что я не хочу тебя. Видишь ли, у меня... у меня еще
никогда никого не было. — Мег подняла голову, глядя на Линка громадными
темными глазами.
Господи, нет! Линк похолодел, испытывая неясное раздражение, хотя
одновременно ему льстила мысль о том, что Мег хочет его так, как не хотела
еще никакого другого мужчину. Собрав всю свою волю в кулак, Линк отодвинулся
в сторону и сел.
— Линк, прости меня...
— Нет, Мег, это ты прости меня. Я обещал, что не стану тебя
принуждать, — и вот что из этого вышло! — Он почувствовал, как ее
ладонь нежно коснулась его спины, и вздрогнул. Нет, черт возьми, надо
поскорее уносить ноги, иначе он за себя не отвечает. Линк поднялся и
подобрал с пола свою одежду и ботинки. — Спокойной ночи, Мег, до
завтра.
— Линк... — окликнула его Мег.
Он обернулся и увидел, что она сидит, прикрываясь простыней. Слегка
растрепавшиеся волосы окружали ее лицо золотистым сиянием. Господи, помоги
ему!
— Послушай, Мег, сейчас не самое подходящее время для разговоров. До
завтра. — Он вышел из спальни, закрыл за собой дверь и без сил
прислонился к ней. Черт бы все побрал! Должно быть, это любовь. Если бы он
не любил Мег, он и под дулом пистолета не оставил бы ее одну в постели...
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Линк прошел в кабинет и плотно затворил за собой дверь, надеясь хоть немного
заглушить громкую музыку, что доносилась со второго этажа. Казалось, в доме
проходит международный рок-фестиваль, тогда как на самом деле к Никки всего-
навсего приехали погостить на выходные пять ее лучших подружек.
Линк со вздохом уселся в большое кожаное кресло у дубового стола. Ага, вот и
тишина. Он оглядел кабинет, отделанный сосновыми панелями. Благодаря книжным
полкам, поднимавшимся вдоль одной из стен от пола до потолка, грохот музыки
был почти не слышен.
— Не скажу, что полная звукоизоляция, но все же, — пробормотал
Линк, раздумывая о том, что ляжет, скорее всего, сегодня именно здесь, на
узком диване возле камина. Мысли его обратились к Мег. Неужели вся эта
гостевая суета не досаждает ей? Последний раз он видел ее, когда на ходу
заглянул в комнату Никки. Мег была в эпицентре безудержного веселья,
вытворяя все те глупости, которыми любят заниматься девчонки, стоит только
им собраться вместе.
Линк откинулся в кресле. Ему хотелось, чтобы Мег была сейчас здесь, с ним, а
не среди горластых тринадцатилетних вертихвосток. Ну почему она не может
зайти, посидеть с ним, воспользоваться случаем, чтобы побыть с ним наедине?
Похоже, сегодня ему этого не дождаться.
После того как он закрыл за собой дверь ее спальни в отеле в Сан-Антонио,
между ними наступило заметное охлаждение, и случилось это исключительно по
его вине. Линк оказался неспособен перебороть охватившую его тогда робость,
не говоря уже о том, что совершенно не думал о чувствах Мег.
Он зажмурился, вновь и вновь представляя себе ночную сцену. Мег обнаженная,
охваченная истомой, одна в постели...
Каждую ночь болезненно ноющее тело напоминало Линку, как она желанна ему.
Все еще желанна. Он вскочил и принялся расхаживать по кабинету. Господи, его
никогда не тянуло так ни к одной женщине. Однако женщину, подобную Мег,
нельзя уложить к себе в постель на ночь лишь для того, чтобы на следующее
утро встать и выйти из комнаты. Она принадлежит к той категории женщин,
которые ожидают... Линк остановился. Ожидают чего? Любви? Замужества?
А чего, интересно, ожидал от их несостоявшихся отношений он сам? Линк закрыл
глаза, припоминая, каким мягким и податливо-женственным было ее тело в его
объятиях, какими сладкими были ее губы, как горели ее прекрасные глаза, как
легкий румянец согревал ее щеки, как она улыбалась, сидя верхом на Джози. Он
вспомнил, как задрожал, когда она с улыбкой посмотрела на него. Без
сомнения, Мег ни за что не захотела бы заняться с ним любовью, если бы не
испытывала к нему ровным счетом никаких чувств. А он, что же он натворил?
Вскочил и выбежал из комнаты, когда она была такой беззащитной!
Хуже всего, что с той ночи они не сказали друг другу ни единого слова.
Перелет на ранчо прошел в полном молчании, и вот уже неделю Линк старательно
избегает встреч с нею. Пожалуй, пришла пора объясниться. Надо растолковать
Мег, что все сложилось к лучшему, что он просто не имеет права на личную
жизнь, пока Никки не станет прежней.
Линк посмотрел на кипу бумаг, что лежала на конторке позади письменного
стола. Вот уже несколько месяцев их семейный адвокат упрашивает его навести
порядок в делах отца. Может быть, сейчас как раз подходящее время? Из
комнаты Никки до Линка донесся приглушенный рев музыки. Господи, а что еще
ему остается делать?
Линк подошел к секретеру и откинул крышку, чтобы добраться до встроенного
сейфа. После набора знакомой комбинации цифр дверца открылась. Глубоко
вздохнув, он протянул руку и достал папку со множеством отделений, где в
беспорядке лежали сертификаты на владение акциями, страховые полисы,
векселя, письма и свидетельства о рождении. Линк вернулся к столу, развязал
тесемки и принялся сортировать документы. Он отложил в сторону несколько
страховых полисов и свидетельство о браке родителей. Сердце его сжалось,
когда он подсчитал, что осенью этого года они должны были отметить
тридцатипятилетие своей свадьбы.
Он посмотрел свое свидетельство о рождении и документы о своем усыновлении,
а затем поискал бумаги, касающиеся Никки. Читая их, Линк улыбнулся. Николь
Полин Стоунер, родилась в городе Минерал-Уэлс, штат Техас, 13 сентября, в 2
часа 08 минут.
— Выходит, ты у нас
совушка
с рождения! — пробормотал он,
прислушиваясь к шуму и возне наверху. В момент рождения Никки весила 6
фунтов и 2 унции, а рост ее составлял 18 дюймов. Линк отлично помнил, какой
крошечной она была, когда Полин и Джо привезли ее домой. В низу страницы
Линк увидел графу, где значились имена ее настоящих родителей, и нахмурился.
Он не знал, что эти сведения включены в документ об удочерении.
Внезапно ему показалось, что все вокруг поплыло, а легкие словно сдавило в
тисках.
Мать: Нина Морган Диланей. Отец: Ральф Джин Диланей
.
— Господи! — Стук крови в висках оглушал его. — Так Мег
сестра Никки? — Линк услышал эхо своего собственного голоса в пустой
комнате и без сил повалился в кресло. Боль и неистовый гнев терзали его
сердце, когда он принялся перечитывать свидетельство, надеясь, что тут
кроется какая-то ошибка. Нет, все верно. Фамилия
Диланей
горела на
странице словно неоновая вывеска. — Черт! Она лгала мне! —
прошипел Линк, швырнул бумагу на стол и выбежал из комнаты. Перескакивая
через две ступеньки, приказал себе успокоиться. У двери Никки остановился и
постучал, и девичьи голоса тут же смолкли.
Никки приоткрыла дверь и выглянула наружу. Линк внимательно посмотрел на
нее. Господи, почему же он раньше не заметил отчетливого сходства? Тот же
овал лица, такие же глаза...
— Линк, ты обещал, что не будешь мешать нам! — Лицо девочки было
густо измазано яркой косметикой, а волосы собраны в хвост на макушке.
Линк поднял ладонь.
— Я, собственно говоря, не к тебе, мне нужна Мег. — Он с трудом
выговорил знакомое имя. — Пожалуйста, попроси ее как можно скорее
спуститься в кабинет.
Никки кивнула:
— Ладно.
Линк вернулся вниз и принялся нетерпеливо расхаживать по комнате. Через
несколько минут в дверь постучали и появилась Мег.
Она стояла на пороге кабинета, чувствуя себя полной идиоткой. Девчонки щедро
накрасили ей лицо, начесали волосы и уложили в замысловатую прическу,
которая едва держалась. Линк сказал, что хочет повидать ее, и Мег решила не
тратить время на переодевание. А вот теперь, видя, какой он красивый и
серьезный, искренне пожалела об этом.
Мег кашлянула.
— Ты звал меня?
Линк скрестил руки на груди.
— Закрой дверь.
Мег повиновалась и подошла ближе к столу.
— Что-то не так?
— Сколько еще времени ты собиралась всех обманывать?
У Мег упало сердце. Она посмотрела на бумагу, что лежала на столе. Судя по
всему, это какой-то официальный документ, больше всего смахивающий на
свидетельство о рождении. О Боже, ведь это же свидетельство о рождении
Никки! Выходит, Линку все известно! Дрожа, Мег подняла глаза и встретила его
суровый взгляд. Что бы она ни сказала сейчас, он ей все равно не поверит.
— Ты слышала мой вопрос?
— Да, — ответила она, понимая, что молчанием делу не
поможешь. — Полагаю, ты уже решил, как поступишь.
Линк медленно набрал в легкие воздуха.
— Интересно...
Мег оглянулась на дверь. Ей вдруг захотелось убежать, но было поздно. Она
изо всех сил стиснула руки, чтобы унять дрожь, и выпрямилась.
— Я узнала о существовании Никки только незадолго до смерти моей
матери.
Линк недоверчиво поднял бровь.
— Это правда, — настойчиво проговорила Мег. — Мне всегда
говорили, что ребенок, которого мама ждала тринадцать лет назад, погиб при
родах.
И опять он ничего не ответил, лишь продолжал буравить ее ледяным взглядом.
Мег казалось, что перед ней стоит совсем чужой человек, а не тот нежный и
страстный мужчина, которому она готова была подарить свою любовь ровно
неделю назад.
— Мама заговорила о малышке перед самой смертью, когда у нее была уже
последняя стадия рака. Сначала я решила, что виной всему какое-то
сильнодействующее лекарство, что слова о девочке, от которой она
отказалась, — просто бред тяжелобольной. Но что-то в ее голосе
заставило меня задуматься, не может ли все это оказаться правдой. — Мег
подошла к камину. — Умирая, мама упрашивала разыскать мою сестру и
убедиться, что ей живется хорошо. Я поклялась исполнить эту просьбу. —
Слезы душили Мег. — Когда мама сказала, что девочку удочерили Стоунеры,
я была потрясена. Мне было всего одиннадцать лет, но я отлично помню, как мы
проезжали мимо вашего ранчо, когда отец работал у Логанов.
— Что-то я не помню никакого Ральфа Диланея, — откликнулся Линк.
Мег потупилась. Нет, она не унизится до того, чтобы объяснять Линку, что
отца чаще всего выгоняли с работы за пьянство.
— Мы прожили тут совсем недолго, — пробормотала она.
Линк провел рукой по волосам, и вид у него при этом был такой, словно он с
чем-то в себе борется.
— Но достаточно долго для того, чтобы родить ребенка и тут же от него
отказаться. Но почему, Мег?
Она отвела глаза.
— По словам мамы, всему виной бедность. Времена были тяжелые, и отец
сидел без работы. У родителей уже было трое детей, и они понимали, что не
смогут прокормить еще одного. Отец слышал о том, что Стоунеры хотят ребенка.
— По-твоему выходит, что наши родители встретились за чашечкой чая и
тихо-мирно договорились об удочерении Никки?
Мег кивнула. Она до сих пор не была уверена, законна ли такая сделка.
— Я обещала маме, что найду сестру и узнаю, счастливо ли ей живется.
— Значит, ты увидела, как живется твоей сестре, и решила обосноваться в
одном с ней доме.
Мег сжала кулаки. Спорить с ним сейчас бесполезно.
— Линк, у меня и в мыслях не было кого-либо обманывать. Я приехала на
ранчо, намереваясь сказать твоим родителям, кто я такая. Поверь, я ничего не
знала о катастрофе, в которой они погибли. Кроме того, это ведь ты затащил
меня в дом и буквально умолил остаться. Что бы ты сам сделал на моем месте?
— Сказал бы правду.
Мег с сомнением взглянула на него.
— Может быть. Но представь себе, что тебя затаскивают в дом, где ты
сталкиваешься со служащей из опекунского совета и узнаешь, что твоя сестра
исключена из школы и то и дело сбегает из дома, а первые слова, которые
говорит тринадцатилетняя девочка старшему брату, —
Я тебя
ненавижу!
. — Мег перевела дыхание. — Неужели бы ты не решил
остаться и помочь сестре?
— Не забудь, ты почти сразу же узнала, что ей принадлежит половина
весьма и весьма преуспевающего ранчо, — подсказал Линк.
Мег показалось, что он нанес ей смертельный удар из-за угла. Значит, он так
ничего и не понял.
— Я осталась потому, что была нужна вам обоим. Если бы не я, Никки
оказалась бы в приюте.
— Какая широта души! — насмешливо произнес Линк, гневно глядя на
Мег. — И на что еще ты была готова, чтобы помочь своей сестре?
Мег задохнулась от возмущения и, не успев сообразить, что делает,
размахнулась и залепила ему пощечину. Сердце ее чуть не выскочило из груди,
когда она увидела, как на щеке Линка проступили алые пятна.
— О Господи! — Она бросилась из кабинета, но Линк схватил ее у
двери за плечо. — Отпусти меня! — закричала она, пытаясь
вырваться, но Линк быстро привлек ее к себе, чувствуя себя последним из
негодяев.
— Шшш... — произнес он, с трудом удерживая ее. С тех пор как ранчо
стало его родным домом, Линк дал себе слово никогда не вести себя так, как
его отец, и не причинять страданий другому человеку. Однако эта женщина,
похитившая его сердце, способна уничтожить все, что осталось от некогда
дружной семьи. — Я никогда не допущу, чтобы ты отняла у меня
Никки, — проговорил он ей на ухо.
Мег покачала головой и отстранилась.
— У меня и в мыслях не было разлучать вас. Когда я сказала, что ехала в
Форт-Уорс, чтобы пройти собеседование и получить работу, это была чистая
правда. Я заехала сюда лишь затем, чтобы сообщить Стоунерам, кто я такая, и
спросить, нельзя ли мне будет встретиться с Никки, когда ей исполнится
восемнадцать лет.
Линку отчаянно хотелось верить ей. Он в раздумье провел рукой по волосам,
испытующе глядя на Мег. Ее большие карие глаза были не слишком умело
подведены тушью, а светлые волосы совсем растрепались, окружая лицо
непослушными локонами. Она была ошеломляюще прекрасна, и тело говорило
Линку, что он хочет ее так же, как все эти дни, с момента ее появления на
ранчо. Однако теперь все изменилось. Мег действительно может отнять у него
Никки. Если суд примет во внимание кровное родство и плачевные результаты
его воспитательной работы, Мег сумеет без труда добиться опекунства над
девочкой. Нельзя этого допустить.
— Черт возьми, ты не имеешь права говорить Никки, кто ты.
Он увидел, как глаза Мег недоуменно округлились и тут же наполнились
печалью.
— Я знаю. Пойду укладывать вещи, и уже утром меня тут не будет. — Мег направилась к двери.
Линк
...Закладка в соц.сетях
