Жанр: Любовные романы
Цена молчания
...представить в любом качестве! Если ты только сама
этого захочешь, — уверенно произнесла подруга. — Джен, не прячься
снова в Аргайле, дай ему хоть один шанс! Это прекрасно скажется на твоей...
Художница сухо улыбнулась.
— Даже ради того, чтобы ты получила свои десять процентов, я не
соглашусь делать то, что считаю не правильным. — Она опустила
взгляд. — В том числе и продолжать отношения с Роганом. Он воплощает
все, чего я боюсь, с чем не хочу столкнуться снова... К тому же он слишком
привлекателен.
— Боюсь, ты уже успела влюбиться, — вздохнула Сара. — Ладно,
чего не бывает. Теперь тебе нужно взять себя в руки и найти другого. Вокруг
полно мужчин, в том числе и очень хороших. Твой отец никогда не говорил, что
у каждого человека на земле есть вторая половинка и нужно просто найти ее?
— Нет, — тихо ответила Джентиана.
— Но тебе хотелось бы именно этого. Нам всем хочется романтики. Однако
люди, которые ищут свою вторую половинку, — настоящие мечтатели, и
Дерек Роган к их числу не относится. Он слишком суров, чтобы верить в
сказки. К тому же история с братом навсегда отвратила его от поиска истинной
любви. — Увидев недоуменный взгляд подруги, она пояснила:
— О, это старая история. Парень застрелился, потому что не смог
заполучить одну девушку. Она отказала ему, насколько я помню... Джен, Джен,
что с тобой?
— Как его звали? — прошептала она побелевшими от ужаса
губами. — Как звали брата Дерека?
— Не зна... Стоп, сейчас вспомню. Они были сводными братьями. Эдди, вот
как его звали. В то время у меня как раз был приятель Эдди Стентон...
— Эдди Калгривз. — Джентиана закрыла лицо руками. — О
Боже, — прошептала она, чувствуя в сердце мертвенный холод.
Сара сглотнула и уставилась на подругу.
— Ты? Ты и есть та девушка?! — Она ужаснулась ничуть не
меньше. — Нет, я бы запомнила твое имя.
— Джентиана — это мое первое имя. Но отец всегда звал меня вторым —
Мэрианн. Первое имя придумала мама еще до моего рождения, и отцу было бы
слишком тяжело слышать частое напоминание о ней. Я сама решила, что буду
представляться Джентианой, после...
— Ох, какое жуткое совпадение! — Сара крепко обняла
подругу. — И ни ты, ни Дерек не знали об этом?
А может быть, он догадался, кто она? Джентиана постаралась вспомнить, где
был Дерек во время ее вчерашней встречи с миссис Калгривз. Кажется, сзади. К
тому же от группы беседующих его прикрывала массивная мраморная колонна —
значит, мать и сын никак не могли увидеть друг друга.
Да и стал бы он заниматься любовью с женщиной, которую считает виноватой в
смерти брата? Джентиана немедленно почувствовала странное облегчение.
— Да, никто не знал.
— Ты скажешь ему? — спросила Сара, отступая назад и вглядываясь в
ее бледное лицо. Нет, это невозможно.
— Его мать обвиняет меня в смерти Эдди, и, думаю, Дерек считает точно
так же. — Перечеркивая все сладкие мечты и надежды, она сказала:
— Мне нужно улететь домой прямо сейчас.
Сара подавила желание разубедить подругу. Что-то в лице Джентианы
свидетельствовало о серьезности ее намерений, и мисс Уитхэм тут же проявила
присущую ей предприимчивость.
— Хорошо, я отвезу тебя в аэропорт. Ты можешь позволить себе улететь,
потому что вчера мы продали все твои работы. У тебя сейчас достаточно
средств, чтобы заказать большую партию древесины из Аргентины. Пожалуй, я
займусь этим прямо сегодня. А пока что допивай кофе, перехвати парочку
тостов и собирайся. К тому времени я закажу билет для тебя.
— Мне очень неловко оставлять тебя здесь в одиночку разбираться с
Дереком.
— Не волнуйся, я справлюсь с любыми трудностями, — весело
прихвастнула Сара. — Возможно, я даже попытаюсь соблазнить его, —
добавила она томно.
Подавляя приступ ревности, Джентиана улыбнулась.
— Только, пожалуйста, не давай ему мой адрес.
— Ни за что, — пообещала верная подруга.
Спустя три недели, вглядываясь в мрачное, затянутое облаками небо, Дерек
пробормотал:
— Весьма подходящий пейзаж для тебя, Джен, — дикий и очень
красивый.
Будь он суеверным, Дерек непременно бы вздрогнул, потому что при звуке имени
этой таинственной женщины из темной тучи вырвалась ослепительная Молния и
через секунду раздался гром. Но Дерек Роган не верил в предрассудки, к тому
же все внимание приходилось уделять яхте, каждую секунду норовящую выскочить
на черные скалы.
Судя по карте, где-то неподалеку должна находиться относительно безопасная
бухта, откуда рукой подать до убежища Джентианы. Направляя яхту наперерез
волнам, он внимательно вглядывался в пустынные берега, стараясь не
пропустить узенький пролив, ведущий в спокойную гавань. И точно — между
двумя громадными валунами виднелся просвет, заметный только опытному глазу.
Парусник сильно накренился, резко меняя галс, и подталкиваемый в корму
волной, буквально влетел в более спокойные воды. Но и здесь вздымались
волны, которые пенились и лизали скалы.
Дождь прекратился так же быстро, как начался. Тучи развеялись, и из-за края
горизонта выглянуло уже заходящее солнце. Золотые лучи осветили зеленую
воду, и темные камни заблестели, разноцветный мох посвежел и стал ярче — как
будто вся природа приходила в себя после генеральной уборки.
Дерек откинул капюшон непромокаемой куртки и тряхнул мокрыми волосами.
Теперь, когда шторм был позади, он мог позволить себе самодовольную улыбку.
Впереди взгляд его различил пристань из камней, выше по склону притаился
домик. Когда-то он был белым, но вода и соль с годами разъели краску, а
красная черепица побурела и в некоторых местах отвалилась.
Домик Джентианы.
Боковым зрением Дерек заметил движение на берегу. Даже с такого расстояния
он различил ее — тонкую фигурку, чьи золотые волосы метались по ветру. В
руке она держала ружье, у ее ног сидела рыжая собака. Значит, страстная,
соблазнительная художница вышла пострелять. Наверное, ее огород пострадал от
сурков, которые в изобилии плодятся в этих местах.
Заметив яхту, молодая женщина даже не стала смотреть, кто это. Она
повернулась с той непринужденной грацией, которая не давала Дереку покоя уже
несколько недель, и скрылась за скалами.
Глядя на безлюдный теперь берег, он, тем не менее, ощущал исходящую от него
неприязнь, словно дикая земля и хозяйка старенького домика были едины душой
и телом.
Но на этот раз Джентиане не удастся так легко ускользнуть.
Загрохотал очередной удар грома, и на небе вновь сгустились тучи. Решив
больше не искушать судьбу, Дерек выбрал спокойный уголок, прикрытый от волн
каменным выступом, и бросил якорь.
Он закрепил яхту, убрал снасти и приготовил к спуску на воду шлюпку,
чувствуя себя под постоянным наблюдением, хотя на берегу не было никого
видно. Почему-то ему на память пришла
Русалка
Джентианы Маккелли, которую
он приобрел на выставке. Он часто смотрел на лицо деревянной скульптуры и
улавливал в нем волшебные черты самой художницы. Он вспоминал ее в момент
страсти — такую нежную, пылкую, до боли чувственную — и тут же принуждал
себя не забывать, что именно эта женщина виновата в смерти Эдди, а значит —
и в душевных переживаниях матери.
Она, возможно, настоящий гений, когда дело касается резьбы по дереву, но ее
преступление — не совершенное в прямом смысле слова, — равносильно
убийству. Именно поэтому он должен все время держать себя в руках, не
позволять чувствам одержать верх над рассудком. Тем более что перед глазами
уже есть пример Эдди.
Эдди всегда любил прихвастнуть могуществом и богатством брата, и наверняка
Джентиана уже знает, кто такой Дерек Роган. Иначе как объяснить неожиданное
бегство художницы и отказ ее подруги сказать адрес.
Джентиана занималась с ним любовью, как невиннейшая из девушек и
изощреннейшая из гейш. Интересно, неужели она только использовала свое
прекрасное тело, чтобы получить власть над ним?
Если так, то она недооценила его.
Уже не первый раз женщина отдавалась ему с корыстной целью, но никогда
раньше это не задевало его настолько сильно. Теперь Дерек был уверен, что не
поддастся чарам и не попадет в заманчивую ловушку желания. Пора учиться на
своих ошибках.
Убедившись, что яхта надежно стоит на рейде, он спустился в каюту, взял
большой военный бинокль и внимательно рассмотрел берег.
К домику на скалах от берега вела узкая извилистая дорожка, наверху кое-где
росли низкорослые сосны, постепенно переходящие в лес. На другой стороне
залива, более пологой, загорелась парочка мигающих огоньков — там скорее
всего была деревушка. За ней раскинулась равнина, на которой белели стада
овец. Вдаль уходила серая нить дороги.
Изучив местность, Дерек навел бинокль на груду камней, где скрылась
Джентиана. Там ее уже не было, но внизу у самой кромки воды он заметил
движение. Да, она шла по камням к маленькому лодочному сараю, а за ней
следом трусил рыжий сеттер.
Сердце его на мгновение замерло, а затем забилось с удвоенной силой. Усилием
воли он заставил себя успокоиться, смирил возбужденную плоть. Дерек отвел
глаза от искусительницы и обернулся к горизонту, где собирались отнюдь не
приветливые тучи.
Вся природа замерла, даже ветер стих, только последние плавные волны с
мерным шелестом накатывали на камни. Но природа грозила новым штормом,
темные облака несли новый дождь.
Интуиция подсказывала, что за ним по-прежнему наблюдают. И Дерек изо всех
сил сдерживался, чтобы стоять на месте и не пытаться играть с этой женщиной
в гляделки.
Он вспомнил колдовской цвет и миндалевидную форму ее глаз, окруженных
длинными черными ресницами. Вспомнил, как они потемнели от страсти, как с
полных чувственных губ сорвалось его имя, как из недр хрупкого, стройного
тела рвалось неудержимое желание.
Ничего удивительного, что Эдди сходил по ней с ума. Но у него найдутся силы,
чтобы противостоять ее чарам.
Три дня назад он виделся с врачом Фионы Калгривз, и тот сказал:
— Мне больше нечего вам предложить. Мы перепробовали все средства.
— Но ведь физически она здорова? Врач беспокойно поерзал в кресле.
— Это нам неизвестно. Нервные расстройства часто влекут за собой
серьезные недомогания. Но не похоже, чтобы она собиралась умирать.
— Возможно, она уже умерла, — грубовато отозвался Дерек. —
Она всегда была жизнерадостной, легкой на подъем. Сейчас же малейшее усилие
дается ей с трудом.
И теперь, спуская на воду маленькую резиновую лодку, он знал, что именно
должен сделать. Джентиана Маккелли расскажет все его матери — пусть даже
придется похитить своенравную художницу.
Она уже ждала на берегу, когда лодка подплыла к каменной пристани. Сеттер
сидел у ее ног и, уподобляясь хозяйке, излучал неприязнь. Ружья не было
видно — скорее всего оно осталось в лодочном сарае. Дерек вспомнил о ее
черном поясе по карате и усмехнулся: пожалуй, для него парочки умелых
приемов будет недостаточно.
Лодка еще не успела ткнуться носом в камни, как он уже выпрыгнул прямо в
мелкую воду с веревкой в руках. Стоило ему набросить петлю на валун, как пес
с бешеным лаем рванулся вперед. Дерек тут же обернулся, готовясь встретить
оскаленные зубы и когтистые лапы: с собакой он вполне мог справиться.
— Ко мне! — приказала Джентиана. Огромные глаза ее, казалось,
занимали половину бледного лица.
Сеттер неохотно вернулся к хозяйке. Несмотря на агрессивность, животное явно
было хорошо выдрессировано.
Дерек по-прежнему стоял у самой кромки воды, ожидая, когда женщина подойдет
сама. Ему нужно было иметь хоть какое-то преимущество, чтобы не оказаться
полностью в ее власти. Тело его и так уже почти дрожало от сексуального
возбуждения.
Джентиана похудела, хотя разглядеть стройные ноги, тонкую талию и полную
грудь под широкими джинсами и безразмерным свитером было довольно сложно.
Глаза как будто впитали краски окружающей природы — прозрачно-зеленые, с
серебристыми искрами, они напоминали море перед грозой. Золотистая прядь
выбилась из косы и трепетала на ветру, касаясь нежной щеки и шеи.
У Дерека едва не помутился разум при воспоминании, как он лежал рядом с ней,
обнаженной и такой доступной, жаждущей его поцелуев и ласк. Как эти плотно
сжатые губы приоткрывались, и...
Стоп! — приказал он себе, тряхнув головой.
Необходимо успокоиться, иначе еще секунда — и плотский инстинкт возьмет верх над волей и рассудком.
Пес словно перехватил мысли самоуверенного незнакомца и предупреждающе
зарычал, обнажая острые белоснежные клыки.
— Сидеть, — тихо, но строго сказала Джентиана, останавливаясь
метрах в трех от Дерека. Сердце ее бешено колотилось от смешанного чувства
радости и страха.
Этого мужчину не назовешь трусом. Большинство непрошеных гостей стремились
унести ноги уже после секундного общения с разозленным Джейком. И хотя Роган
явно внутренне подобрался и не спускал глаз с пса, молодая женщина поняла,
что ему хватит уверенности и умения, чтобы справиться с собакой.
Знает ли Дерек, кто она? От этой мысли по спине пробежали мурашки, но
Джентиана бесстрашно подняла взгляд навстречу взгляду золотых глаз.
— Что тебе нужно?
— Поговорить с тобой. — По выражению лица нельзя было догадаться,
о чем на самом деле он думает.
— Полагаю, я достаточно ясно дала понять, что мне нечего тебе сказать.
— Интересно, почему ты решила, что сможешь так просто от меня
избавиться? Мне нужно многое от тебя услышать.
Джентиана нахмурилась. Она еще не видела его в таком состоянии: собранным,
самоуверенным, излучающим энергию и готовность действовать. Три недели она
то и дело вспоминала проведенную с ним волшебную ночь и даже представляла
следующую встречу. Как он выслушает рассказ о смерти Эдди и поймет, что это
была трагическая случайность.
Но в реальности все оказалось гораздо сложнее.
— Нет! — резко ответила молодая женщина, поднимая голову.
Дерек видел, как шерсть становится дыбом на загривке у собаки, как сеттер
скалил зубы, изнывая от ревности и беспокойства.
Пожалуй, со временем можно неплохо подружиться с этим отличным псом — чего
не скажешь о хозяйке. Им никогда не стать друзьями, хотя он реально ощущал
исходящие от нее волны так несвоевременно вспыхнувшего желания.
Словно подталкиваемый каким-то демоном, Дерек неожиданно сказал:
— А знаешь, вы с псом очень похожи — одинаково рыжие и злые. Он
случайно тебе не родственник?
— Не вижу ничего смешного, — холодно отозвалась Джентиана. —
Пожалуйста, уходи.
Ласковая и одновременно жесткая улыбка искривила его губы.
— Не раньше, чем мы с тобой вспомним старые добрые времена, —
произнес он с убийственной вежливостью.
— Старые добрые времена? — Кровь отхлынула от ее и без того
бледного лица. — Я не знаю, о чем ты.
— Зато я знаю. — Дерек сделал несколько шагов навстречу. — И
мне есть что сказать тебе. Так что наберись терпения выслушать.
Глухой рык вырвался из пасти Джейка. Однако пес не двинулся с места, ожидая
приказа.
— Хорошая дрессировка, — похвалил Дерек, смотря Джентиане прямо в
глаза. — Так ты дашь ему ту короткую команду, которую он явно мечтает
услышать?
— Не сейчас. — Голос ее дрожал от сдерживаемого гнева. Она не
смогла бы приказать Джейку броситься на непрошеного гостя, и это не укрылось
от собеседника. — Сначала я тебя выслушаю.
— Почему ты не ответила на письмо моей матери? — резко, без всяких вступлений спросил он.
Глава 5
У Джентианы от страха свело живот, когда вслед за вопросом ее пронзил
горящий взгляд золотых глаз — такой безжалостный и жестокий.
Итак, ему все известно, и он не намерен скрывать свои чувства. Конечно,
Дерек, как и его мать, не испытывают к ней большой любви, но прозвеневшее в
голосе обвинение болью отозвалось в ее сердце.
— Я уже рассказала миссис Калгривз, что произошло с... с твоим
братом, — собравшись с силами, произнесла она. — Пять лет назад
она не поверила мне и не верит до сих пор. Более того, продолжает обвинять
меня в смерти Эдди. И ты хочешь, чтобы я снова выслушивала оскорбления?
— Мать не поверила тебе, потому что история прозвучала весьма
неубедительно. Ты должна была видеть хоть что-нибудь, — ровным тоном
ответил Дерек. — К тому же очень странно, что твой отец,
присутствовавший при так называемом несчастном случае, в результате которого
Эдди погиб, отказался дать показания в суде.
— Не правда! — Джентиана из всех сил сдерживалась, чтобы не
разрыдаться или не накричать на Рогана. — Он сделал письменное
заявление, которое потом забрал следователь в присутствии шефа местной
полиции.
— Да, но оба были лучшими друзьями твоего отца, — возразил он.
Самолюбие не позволило Джентиане признать справедливость этого замечания.
— Не забывай, что через две недели после расследования мой папа умер.
— Знаю. — В голосе Дерека не прозвучало ни тени сочувствия. —
Моя мать просила передать, что больше не винит тебя; сомневаюсь даже, что
она вообще когда-либо имела серьезные подозрения на твой счет. Ее сильно
потрясла смерть Эдди, и теперь она сожалеет, что оскорбила тебя под
воздействием гнева и горя. Ей просто необходимо знать правду, потому что она
очень больна.
Джентиана почувствовала угрызения совести, когда вспомнила усталое,
несчастное лицо пожилой дамы, ее белые волосы, пять лет назад бывшие
совершенно черными.
— Мне очень жаль, — с трудом произнесла она. Но что миссис
Калгривз делала в отеле?
Ждала сына? Нет, вряд ли, ведь ее окружала целая группа спутников...
— Это заставит тебя изменить решение и рассказать правду? —
Заметив ее неуверенность, Дерек сам ответил:
— Вижу, что нет. Ты ведь совершенно не обязана беспокоиться о ней.
— Ты меня шантажируешь, — хмуро отозвалась Джентиана, и так
чувствуя себя не на высоте положения.
— Всего лишь говорю то, что есть. — Ни один мускул не дрогнул на
его словно окаменевшем лице.
— Тебе не было никакого смысла приплывать сюда, потому что мне все
равно нечего добавить. Я уже все сказала. И пожалуйста, уходи.
Джентиана резко развернулась на каблуках и пошла вверх по тропке. С каждым
шагом она удалялась от своего счастья, но не могла остановиться. Издав на
прощание свирепый рык, Джейк неохотно потрусил за хозяйкой, да и то только
после того, как она его позвала.
— Джен, я не уйду! — крикнул ей вслед Дерек. — Мы с тобой еще
не закончили!
Со стороны моря снова донесся оглушительный раскат грома. Молодая женщина
обернулась, но на Рогана не посмотрела. Взгляд ее был прикован к темной
полосе на горизонте.
— Ты, конечно, имеешь полное право здесь оставаться. Должно быть, ты
очень везучий, раз сумел найти залив в такую погоду и не пойти ко дну. Но
лучше все-таки слушать метеосводки: этот берег опаснее, чем кажется.
— Похоже на предупреждение, — насмешливо протянул Дерек.
— Это синоптики выносят штормовое предупреждение, — дрожащим
голосом ответила она и опять направилась к домику.
— Я прослушал твои показания во время следствия, — снова крикнул
ей вслед Дерек, уже не скрывая угрожающего тона. — В них достаточно
противоречий, чтобы полиция опять открыла дело.
Джентиана замерла. Боже, неужели этот кошмар никогда не кончится? Она
думала, что нашла безопасное убежище, но в ее уютный мир ворвался человек,
способный разрушить чужую жизнь, чтобы добиться своей цели. Какой злой рок
привел его на выставку три недели назад?
Но не рок виноват, что она оказалась в постели Дерека Рогана через два часа
после зна-комства1 Нужно самой отвечать за собственную слабость.
Оглянувшись, молодая женщина растерянно спросила:
— И ты думаешь, это поможет твоей матери? На фоне грозовых туч Дерек
смотрелся устрашающе и величественно. Он словно чувствовал себя
полновластным хозяином происходящего.
Джентиана с трудом подавила инстинктивное желание убежать и на всякий случай
опустила руку на голову Джейку. Пес, ощутивший тревожное состояние хозяйки,
предупреждающе зарычал.
— Правда всегда лучше, чем ложь. Еще не придя в себя после приступа
панического ужаса, она ответила:
— Я очень сочувствую страданиям миссис Калгривз, но я ничем не могу ей
помочь. — Странное чувство, нечто среднее между злостью и стыдом
заставило ее добавить:
— И я не собираюсь больше с тобой спать, так что тебе здесь нечего
делать.
Джейк первым не выдержал звенящего напряжения и зашелся громким лаем.
— Молчать! — жестко скомандовала Джентиана.
Дерек не шевельнулся. Он даже не поднял глаз, когда сухо произнес:
— Я не намерен тебя касаться. И если ты не желаешь встречаться с моей
матерью, то можешь рассказать все мне.
Она привычно передернула плечами.
— Я не обязана отвечать на твои вопросы. И еще запомни: если я еще раз
увижу тебя на моей земле, ты получишь обвинение в домогательстве и во
вторжении в частные владения.
Джентиана направилась вверх по тропке и, уже почти добравшись до вершины
скалистого берега, услышала ритмичный плеск весел. Оказавшись под прикрытием
высоких камней, она замедлила решительные шаги, ее узкие плечи опустились,
гордо поднятая голова поникла. Но, только дойдя наконец до деревянной двери,
молодая женщина обернулась.
Маленькая шлюпка подплывала к дрейфующей яхте. На фоне темных грозовых туч
парусник казался настолько хрупким, что сердце ее невольно защемило от
страха.
Хорошо хотя бы, что он ничего не знал о ней в ту волшебную ночь страсти.
Джентиана просто не могла представить такого унижения: с ней занимались
любовью, только чтобы добиться нужных сведений.
Она распахнула дверь и вошла, вполголоса разговаривая с Джейком.
— Все в порядке, малыш. Он нам не страшен. Он ничего не может сделать.
Если бы это было так! Но Дерек Роган — высокий и широкоплечий, с насмешливой
улыбкой и злыми глазами — мог превратить ее спокойную жизнь в настоящий ад.
Он способен причинить ей куда больше боли, чем Эдди, потому что уже знает
ее, как никто другой.
От этих мыслей Джентиане снова стало страшно. Да, он не имеет права сходить
на берег, но ничто не помешает ему встать на рейд в заливе. Этот человек уже
приплыл в Аргайл из Лондона. Что он предпримет следующим шагом?
— Не глупи! — приказала она себе, тряхнув головой.
Вытирая псу лапы, Джентиана понемногу успокоилась, тем более что Джейк не
преминул выразить хозяйке горячую привязанность и лизнул пару раз шершавым
языком. Выйдя из ванной, она налила себе стакан минеральной воды и подошла к
окну, выходящему на море. Яхта по-прежнему качалась на серых волнах, и
молодой женщине почудилось, что от этого изящного судна исходят враждебность
и угроза.
Она вышла в сад, чтобы еще раз проверить, все ли убрано перед штормом.
Подумав об ужине, Джентиана наклонилась над грядками и сорвала несколько
листиков салата и стрелок лука. Из свежей зелени и сметаны получится
отличный соус для рыбы.
Однако сейчас кулинарные вопросы волновали Джентиану меньше всего. Реальна
ли угроза Дерека поднять старое дело? Или он блефует, чтобы запугать ее? К
сожалению, Роган не тот человек, который разбрасывается пустыми обещаниями.
В течение долгих лет она искала забвения в работе, в тяжелом физическом
труде — только тогда кошмары не беспокоили ее по ночам.
Быть может, он отстанет, если рассказать, что Эдди шпионил за ней, угрожал,
делал ее жизнь совершенно невыносимой?
С пучком зелени в руках Джентиана вернулась в дом.
— Нет, он не поверит, — с горечью произнесла она, опуская салат в
раковину.
Ничего удивительного, ведь даже друзья не понимали ее. Их совершенно
очаровал Эдди, с его пылкой, пламенной любовью. Все видели подаренные им
охапки цветов, горы ювелирных украшений, груды писем и открыток с
сердечками, но никто не знал о дикой ревности, о страшном эгоизме, о его
желании подчинить себе волю и сердце возлюбленной. Даже отец не понимал — до
самого последнего моме
...Закладка в соц.сетях
