Жанр: Любовные романы
Подари мне чудо
...p;Я думаю, твой папа очень тебя любит, — тихо сказала Ники.
— Он так говорит, но это не так. Иногда он орет на меня.
— Те, кто любит тебя, иногда сердятся. Они просто хотят сделать так,
чтобы все было по справедливости и всем было хорошо, — объясняла
Ники. — Когда твой папа сердится, он все равно любит тебя! —
(Мэдисон слушала, но не смотрела на Ники.) — Расскажи мне о своей маме.
Если ты не скучаешь по ней, тогда зачем хочешь к ней поехать?
— Я не знаю, — Мэдисон теребила рукавицу Ники. — Я моей маме
тоже не нужна. Она больше любит Хоуи, но мне на это наплевать. Она не хочет
знать, что я делаю, все время орет на меня, но мне все равно.
— Таким образом, ты просто привыкла к такому обращению, — сказала
Ники. — Может быть, тебе нужно постараться привыкнуть к своему папе? Я
знаю, что ты часто разговаривала с ним, когда жила в Калифорнии.
Мэдисон выпятила нижнюю губу.
— Мама говорила, что если бы папа на самом деле хотел меня видеть, он
приехал и забрал бы меня. Но он только присылал подарки. Моя мама говорила,
что подарки ничего не значат. Люди дарят подарки тогда, когда не хотят
любить. Вот так она сказала. А потом выбросила все папины подарки.
Ники вздрогнула.
— Твой папа не мог приезжать к тебе. Ты жила очень далеко, —
сказала она.
— Это ладно, но... когда я приехала сюда, он надарил мне много
подарков, а потом уехал на работу. Он сказал, что работа для него важнее.
— Понятно, — Ники погладила девочку по спине. — Я думаю, он
хотел сказать, что в это время года очень занят в торговом центре.
— Это не имеет значения, — Мэдисон пожала плечами. — Я сама о
себе позабочусь.
Интуиция подсказала Ники, что пора подвести итоги и сказать Мэдисон самое
главное.
— Итак, Мэдисон, я услышал о том, что ты хочешь получить на Рождество.
Я не забываю ни одной просьбы. Я подумаю, что смогу сделать. Но... вернуть
тебя к маме у меня может не получиться. Кроме того, по закону мне нельзя
перевозить из штата в штат детей моложе восемнадцати лет, так что я не смогу
отправить тебя к твоей маме. Ты должна спросить разрешения у своих мамы и
папы.
— А ты можешь поговорить с ними вместо меня? — Мэдисон помрачнела.
— Знаешь что? — решительно произнесла Ники. — Я упомяну об
этом в разговоре с твоим папой. Однако должен тебе сказать, что большинство
детей любят просыпаться наутро в Рождество и находить под елкой подарки.
Если ты не будешь так строга к своему папе, возможно, он подарит тебе то,
что ты хочешь, и вы вместе весело отметите Рождество.
— Это не имеет значения, — выражение лица Мэдисон было
страдальческим. — Я просто думала, что ты сможешь все уладить, Санта.
— Знаешь, — рассеянно сказала Ники, беря Мэдисон за
пальчики. — Я подумаю, что смогу сделать. Иногда под Рождество чудеса в
самом деле случаются. А знаешь, что такое чудо? Это когда происходит что-то
очень хорошее, чего никак не ожидаешь.
Уложив Мэдисон в кровать, Джаред и Ники прошли в гостиную, чтобы немного отдохнуть после вечеринки.
Джаред опустился на ковер перед камином, чиркнул спичкой и принялся
разжигать его.
— Так о чем Мэдисон попросила Санта-Клауса? — спросил он, глядя,
как разгорается огонь.
Ники помедлила. Ему станет больно, если он услышит о желании дочери уехать к
матери. И Ники не решилась сказать ему правду.
— Мэдди просила чуда, — наконец загадочно сказала Ники.
— Чего? — Джаред хмыкнул и поднялся на ноги.
— Больше ни о чем не спрашивай. Информация, полученная Санта-Клаусом,
строго конфиденциальна.
— Я понял. Она хочет того пятисотдолларового медведя, — простонал
он.
— Хотела бы я, чтобы это было так, — пробормотала про себя Ники,
укрываясь пледом.
Ники очень нравилось проводить вечера вместе с Джаредом, особенно после
того, как они укладывали спать Мэдисон. Иногда они смотрели старые
кинофильмы, иногда просто новости по телевизору. Сначала, когда Ники, уложив
девочку спать, спускалась вниз, Джаред на время отрывался от дел, чтобы
переговорить с ней, а потом стал приглашать побыть с ним возле камина и
выпить бокал вина.
Они держались друг от друга на приличествующем расстоянии, разговаривали о
пустяках, однако именно эти вечера стали теперь для Ники лучшей частью ее
жизни.
Джаред прошел мимо нее к телефону, и она закрыла глаза, представляя себе,
как он двигается, слушает. Он включил автоответчик.
Джаред, — выдал автоответчик, — это Сандра. Мы классно проводим
время в Вегасе. Слушай, я вчера разговаривала с адвокатом и все обдумала. Я
желаю, чтобы у Мэдисон все было хорошо, но мне ее присутствие рядом в
тягость. Она такая... я не знаю, как сказать... темпераментная девочка.
Упрямством она пошла в тебя. В любом случае я готова согласиться с твоими
условиями. Ты можешь оформить единоличное опекунство. Мы планируем провести
какое-то время в Мексике. Кто знает, возможно, мы останемся там навсегда.
Твоя жизнь организована и устроена, и ты найдешь в ней место для Мэдди.
Пока. Пожелай мне всего хорошего.
Ники присела на диване и уставилась на Джареда.
Сандра не спросила о том, как поживает Мэдди, и даже не передала ей привет!
Она не просила Джареда сказать девочке, что мама любит ее. Сандра попросила
пожелать всего хорошего лишь ей самой!
Мэдди оказалась права: она не нужна своей матери.
Джаред откинул голову назад. На его лице появилось странное выражение
облегчения и злости. Он с силой зажмурился и покачал головой, будто не зная,
что сказать и как реагировать.
Ники поднялась с дивана. Ей следовало поздравить Джареда, однако у нее в
мозгу постоянно звучали слова Мэдисон о том, что она хочет уехать домой, к
своей маме.
— Ну, вот я и вернул себе свою семью, — наконец сказал Джаред и
пристально посмотрел на Ники. — Я хотел этого, но не думал, что все
будет именно так. Я не думал, что Сандра настолько легко отдаст мне Мэдисон.
Получается, материнство было для нее непомерной ношей. Она отделалась от
Мэдисон, будто от груза.
Ники попыталась утешить Джареда.
— Этого никто не ожидал, — сказала она. — Все произошло так
быстро.
Джаред раскрыл свои объятия, и Ники наклонилась и обняла его.
— Я получил свою дочь обратно, — повторил он. — На этот раз
она останется здесь навсегда.
Ники обнимала его, убежденная в том, что Джаред — добрый человек с благими
намерениями. Она пыталась не вспоминать, какие чувства он вызвал в ней и как
откровенничал с ней. Лучшее, что она могла сейчас сделать, это помочь
Мэдисон поскорее привыкнуть к отцу.
Она повернулась и села рядом с Джаредом, глядя на зажженный камин. Он
положил подбородок на ее плечо. Ей показалось, что Джаред вдыхает аромат ее
волос.
— Я намерен сообщить Мэдди, что она навсегда остается со мной, что все
улажено и...
— Нет, — быстро сказала Ники.
— Почему нет? — он отстранился от нее. Какое-то время она молчала.
— Джаред, я знаю, что ты получил желаемое, — она коснулась
ладонями его руки, которая лежала на ее талии. — Я понимаю тебя и даже
слышу, как учащенно бьется твое сердце при одной мысли о том, что Мэдисон
будет навсегда с тобой, но... не говори ей пока ни о чем. Она сейчас не
готова к такой новости.
Его руки коснулись ее локтей.
— Ты чего-то недоговариваешь, — помолчав, сказал он.
— Мэдди думает, что приехала к тебе в гости, Джаред. Она считает, что
однажды вернется домой.
— Она ни разу не упомянула Сандру, которая никогда не была ей настоящей
матерью. Ты была большей матерью Мэдисон с тех пор, как...
Ники не желал слушать то, что он скажет. Она не вынесла бы этого. Откинув
голову назад, девушка зажмурилась.
— Джаред, ты не можешь ей сейчас об этом сказать, — прошептала
она. — Сообщение Сандры поразило меня. Мне кажется, что Мэдисон больше
никогда не увидится со своей матерью. Я знаю, что такое терять
родителя, — она умолкла. — Меня трогают твои слова о том, что я
по-матерински относилась к Мэдди. Я с радостью забочусь о ней, и она
небезразлична мне. Мне кажется, я стала частью вашей семьи, хотя это и не
так, но...
Ники прерывисто вздохнула, ей захотелось крепче прижаться к Джареду.
— Постарайся забыть о прошлом и найди себе жену, Джаред. Это нужно
сделать ради Мэдисон.
Глава двенадцатая
Просьба Ники сильно встревожила Джареда. Он должен постараться забыть о
прошлом и найти себе жену?
Джаред Джиллетт вот уже долгое время после развода с Сандрой не задумывался
о том, чтобы снова завести серьезный роман. Он был зол и обижен на всех
женщин, поэтому полностью погрузился в работу, лишая себя возможности
общаться с близкими друзьями и познакомиться с какой-либо девушкой.
Когда-то он пытался сохранить свой брак с Сандрой. Хотел, чтобы Мэдисон
выросла в счастливой, полной семье. Хотя он сам не был доволен их браком, но
мог бы пожертвовать своим счастьем ради собственного ребенка.
В конце концов, Джаред стал вымещать свою обиду на тех, кто к его несчастьям
не имел никакого отношения. На работе он вел себя как тиран, дома, в
присутствии домработницы, в лучшем случае молчал. Он перестал даже общаться
с друзьями.
И вот в его жизни появилась Ники, и он поверил в то, что ей удастся создать
атмосферу праздника в его доме. Джаред внезапно понял, что его тянет к Ники,
причем настолько сильно, как никогда еще не тянуло ни к одной женщине.
Ему хотелось разговаривать с ней, делиться своими мыслями, но как это лучше
сделать?
Вчера, сидя за столом во время завтрака, Джаред чуть не признался Ники, как
ему хорошо рядом с ней, а вместо этого он засунул себе в рот печенье.
Ему хотелось прикоснуться к ней, обнять, запустить пальцы в ее волосы...
На прошлой неделе, во время катания на санях, он не удержался и поправил
прядь ее волос, зацепившуюся за рукав его пальто. При этом он едва сдерживал
эмоции и желание обладать этой женщиной. Джаред представлял себе Ники
лежащей на кровати с разметавшимися по подушке волосами. На его кровати, в
его спальне. Ему хотелось просыпаться рядом с ней, видеть ее заспанные глаза
и взъерошенные волосы.
Дьявол побери, что это происходит с ним?
Не хватало только показаться слабым! Тем более перед молодой,
привлекательной женщиной, которая работала на него. Он упорно отказывался
признаваться себе в том, что с каждым днем его чувства к Ники становятся все
сильнее.
Джаред не мог себе позволить влюбиться в Доминик Холлидей.
Ники заворожила Мэдисон словами, что под Рождество могут происходить чудеса,
и теперь обдумывала, как развеселить девочку. Она разглядывала
многочисленные фотографии Мэдисон.
В который уже раз девушка задала себе вопрос, как ей удастся убедить Мэдди в
том, что ее любят и желают быть рядом с ней. Как же уговорить ее остаться в
доме отца, который временами так отстраненно ведет себя с ней?
Перетасовав снимки, Ники разложила их в хронологическом порядке. Потом она
внезапно вспомнила, как мать часто показывала ее детские снимки своим
знакомым. При этом ее мать всегда делала это с любовью.
Поняв, что нужно делать, Ники направилась в кабинет Джареда, забыв о его
просьбе не беспокоить в течение часа, и постучала в дверь.
— Что еще? — рявкнул он.
— Это очень важно, вопрос жизни и смерти. — Ники просунула голову
в дверной проем. — В противном случае я не стала бы тебя отвлекать. Я
знаю, что ты занимаешься разбором корреспонденции.
Джаред ждал, постукивая пальцами по конвертам.
— Можно мне взять эти снимки и сделать с них копии, желательно
цветные? — спросила она.
— И вот это ты называешь вопросом жизни и смерти? — Он нахмурился,
не понимая поведения Ники.
— Да, это вопрос жизни или смерти, — сказала она.
— Мне все равно, что ты сделаешь со снимками! — Джаред махнул
рукой. — Поступай как знаешь, — Он внимательно посмотрел на
нее. — Погоди минуту, ты же не собираешься нарезать их и устроить
очередную забаву для Мэдисон?
— Конечно, нет.
— Тогда иди, мне нужно работать, — с облегчением сказал Джаред и
махнул рукой, выпроваживая Ники.
— И еще кое-что... — продолжала она, и он поднял глаза и
прищурился. — Помнишь того игрушечного желтого зайца, которого ты хотел
выбросить в мусорное ведро? Можно мне взять его?
Джаред посмотрел на нее, как на сумасшедшую.
— Я собираюсь сделать из него нечто необычное для Мэдди на Рождество. Я
не стану его резать или пачкать клеем. Ты получишь его обратно.
— Он в моей комнате, в ящике белого стола, на котором написано имя
Мэдди. Зайца ты найдешь именно там.
— Спасибо, — Ники направилась к двери.
— Погоди... — произнес Джаред, останавливая ее, — что ты сделала со своими волосами?
Джаред сидел за письменным столом, уставившись в документы, но заметил, что
Ники непроизвольно засунула прядь волос себе за ухо. Она выглядела
удивленной тем, что он заметил изменения в ее внешности.
— Немного высветлила волосы, — сказала она.
— Мило. Очень мило, — сказал он, просматривая очередное
письмо. — Мне нравится цвет твоих волос. Если бы ты захотела, я
организовал бы тебе посещение салона красоты в торговом центре
Джиллетт
. В
следующий раз, когда соберешься в салон, скажи мне об этом. Ты заслужила,
чтобы тебя немного побаловали.
С этого момента по ночам, когда Джаред и его дочь уже спали, Ники стала
заниматься альбомом с фотографиями Мэдисон. Сначала Ники готовила его просто
как подарок, но потом оказалось, что ей очень нравится возиться с
фотографиями. В фотоальбом она помещала только снимки Мэдди, которые
остались в доме после их отъезда с матерью.
Ники делала иллюстрации к каждой фотографии, постоянно думая о Джареде и
Мэдисон. Ей очень хотелось доставить девочке радость и заставить ее понять,
что она любима в этом доме.
Утром, как раз накануне Рождества, Ники принялась оформлять последнюю
страницу фотоальбома, как вдруг услышала крики.
Бросив красный фломастер, Ники надела халат и поспешила в коридор.
Дверь в комнату Мэдисон была открыта. На пороге стоял одетый в костюм
Джаред.
— Нет, — сказала ему девочка, — ты этого не сделаешь!
Услышав жалобный вопль Мэдисон, Ники ускорила шаг.
— Что происходит? — спросила Ники, схватив Джареда за рукав
пиджака.
— Она собралась ехать домой. К Сандре! — повернувшись, выпалил он. — Сегодня вечером!
Ники ахнула и проскользнула в комнату.
— Мэдисон? — спросила она, замечая разбросанные по всей комнате
вещи девочки. На кровати лежал открытый чемодан, в который были засунуты
книги, игрушки и несколько любимых ею вещиц из одежды. — Что ты
делаешь, милая?
— Я упаковываю вещи, чтобы поехать домой, — ответила Мэдисон,
засовывая в угол чемодана пару носков. — Я хочу быть готовой заранее.
— Милая, сегодня канун Рождества...
— И что? — спросила она.
— Ты же не можешь вот так просто уехать от нас накануне Рождества...
— Почему не могу?
— По одной простой причине, — выпалил Джаред, подходя к
Ники, — потому что тебе некуда ехать!
— Я поеду к маме и буду жить с ней.
— Твоя мама...
Ники подняла руку, заставляя его замолчать.
— Мэдди, у твоей мамы сейчас медовый месяц.
Она не ожидает, что ты приедешь к ней прямо сейчас.
— Ты ей не сказала? — обвиняющим тоном спросила она Ники и свирепо
посмотрела на нее.
— Мэдди, мы даже не знаем, где она сейчас находится.
Мэдди стукнула ножкой, по ее щеке покатилась слеза.
— Ты обещала мне, что я смогу поехать домой! Ты обещала!
Ники внезапно почувствовала себя дурно. Она опустила плечи и закрыла глаза.
Неужели Мэдисон обо всем догадалась? Как это возможно, ведь Ники так
старалась, чтобы никто ничего не заподозрил?
— О чем она говорит? — спросила Джаред, поворачиваясь к Ники.
— Мэдисон... — начала Ники.
— Я знаю, — девочка принялась реветь, время от времени
икая. — Я знаю, что Ники притворилась Санта-Клаусом на той
вечеринке! — Ее сотрясали рыдания. — Я не знала, что это она, пока
не сказала ей о своем желании. А потом... я увидела ее браслет... и я
поняла... и...
Ники опустилась на колено и протянула к Мэдисон руки.
— Мэдди, послушай меня...
Ей хотелось обнять девочку и утешить ее, но Мэдди сделала шаг назад. Ники
опустила руки.
— Я не обещала тебе, что ты в самом деле поедешь к своей маме. Я
сказала тебе, что твое желание может исполниться, но иногда мы не получаем
того, чего хотим. Иногда наши желания исполняются подобно чуду, и от этого
нам становится еще лучше.
По лицу Мэдди градом катились слезы. Она смотрела на Ники, будто на злостную
обманщицу.
— Ты соврала, — обвиняла девочка. — Ты врала обо всем, —
она икнула и вытерла слезы тыльной стороной ладони. — Ты даже не была
настоящим Санта-Клаусом!
После сцены, устроенной Мэдисон, Джаред и Ники вернулись в его кабинет.
Джаред был вне себя от ярости. Ники никогда еще не видела его таким
рассерженным. Нахмуренный, он сжимал кулаки с такой силой, что побелели
костяшки его пальцев.
— Может быть, ты соизволишь объяснить мне, какого дьявола ты затеяла
все это? — тихо, но отчетливо спросил он.
Ники прерывисто вздохнула. Она не знала, куда деваться, ее руки и ноги
дрожали. Выпрямившись, Ники посмотрела в глаза Джареда.
— Я не сделала ничего предосудительного. Я ничего ей не обещала. Она
сказала мне, что хочет уехать домой, а я пыталась объяснить ей, отчего это
невозможно сделать. Я не могла даже отвлечь ее, Джаред. Что, по-твоему, мне
нужно было делать?
— Сказать ей, что ее дом здесь, со мной! — рявкнул он.
— Ты так ничего и не понял! — покачала Ники головой.
— Она — мой ребенок, и я — дьявол побери! отлично понимаю, что
говорю! — заорал он на Ники.
Ники вздохнула, желая прежде всего успокоиться.
— Я не могла тебе обо всем рассказать сразу. Не хотела тебя
расстраивать. Я знала, что...
Джаред ударил ладонью по письменному столу.
— Можешь не беспокоиться о моих чувствах. Не нужно жалости. Выкладывай
все, как есть!
Ники помедлила, потом сказала:
— Мэдди считает, что ее никто не любит. У ее мамы есть Хоуи, у тебя —
твой бизнес.
— Что?! — Он недоверчиво уставился на нее.
— Она сказала мне, что в первый же день после ее приезда сюда ты
отправился на работу. Я объяснила ей причину твоего поведения, но она ничего
не хочет знать. Ей просто нужен папа, Джаред. Она хочет видеть рядом с собой
любящего и заботящегося о ней человека.
— Она знает, что я не просто так привез ее сюда.
— Откуда ей об этом знать? Как она может об этом догадаться?
— Да ты посмотри, сколько я сделал для нее! У нее есть все, о чем любой
другой ребенок может только мечтать...
— Хм... но у нее для полного счастья нет того пятисотдолларового
медведя, — заметила Ники и криво усмехнулась, намеренно желая побыстрее
разрядить ситуацию.
Поначалу Джаред повелся на ее уловку, потом резко выпалил:
— Ты находишь эту ситуацию смешной?
Ники подошла к письменному столу и обеими руками оперлась о него.
— Увы, ситуация совсем не смешная. Я не считала ее таковой с самого
начала. Однако ты все время сидишь в этом кабинете и не замечаешь того, что
вижу я, Джаред, — резко сказала Ники и сердито посмотрела на
него. — Мэдисон не хочет никаких подарков. Она сказала, что они ей не
нужны. Ее мать говорила, что ты посылаешь ей подарки потому, что не хочешь
дарить ей любовь и тебе на нее наплевать. Знаешь, где все твои подарки?
Сандра выбросила их в мусорное ведро. А теперь скажи мне, как я должна была
вести себя, услышав от Мэдисон подобное?
Джаред приоткрыл рот, будто не веря тому, что его бывшая жена могла так
поступать с его подарками дочери.
Ники решила забыть о гордости и сказать ему всю правду.
— Я многого не знаю из того, что происходило в вашей семье, Джаред, но
одно уяснила хорошо еще с детства. Я отлично понимаю, что такое жаждать
отцовской любви.
— Что? — Внезапно он смутился. — Неужели я недостаточно рассказал тебе о своей семье?
— Я не знаю. Я знаю только, каково это лежать по ночам в кровати, не
смыкая глаз, и задаваться вопросом: что ты сделала такого ужасного, если
твой отец не любит тебя и даже не хочет позвонить, чтобы выяснить, как ты
поживаешь.
— Это не имеет никакого отношения к тому, что происходит с
Мэдисон, — пробормотал он, избегая ее взгляда.
— Сандра ни разу не позвонила Мэдисон, а ты постоянно занят на работе.
— Ники... — предупредил он ее.
— У меня не было другого выхода, — сказала она, перебивая
его, — кроме как сказать, что папа очень любит ее и хочет быть рядом с
ней. Я сообщила ей это на тот случай, если ты об этом не говорил.
Глаза Джареда вспыхнули. Ники понимала, что ее слова наконец достигли цели.
— Знаешь, иногда попадаются такие упрямцы, которых ни в чем не
переубедишь. Я не уверена, что на тебя как-то повлияет этот наш с тобой
разговор. — Ники умолкла, потом прибавила: — Все бесполезно.
Повернувшись, она направилась к двери, ожидая, когда Джаред окликнет ее.
Наконец он сделал это.
— Слушаю тебя. — Она повернулась к нему и заметила, что выражение
его лица немного смягчилось.
— Просто... Мэдди сказала, что ты обещала ей чудо.
— Я обещала ей чудесный подарок на Рождество, — произнесла
Ники. — Этот подарок — любовь отца к своей дочери. Вы оба этого
заслуживаете, тебе так не кажется? — Она пристально смотрела в его
глаза. — А теперь извини, мне нужно пойти к Мэдди и попробовать убедить
ее в существовании Санта-Клауса и в том, что чудеса все же бывают. Я обещала
тебе, Джаред, что устрою настоящий рождественский праздник, и я намерена
сделать это.
Ники осторожно постучала в закрытую дверь комнаты Мэдди. Никто не ответил.
На какое-то мгновение Ники запаниковала, потом услышала сопение девочки. Она
постучала снова, потом открыла дверь и заглянула в комнату.
— Можно мне войти? Я хочу поговорить с тобой.
Мэдисон восседала в огромном кресле-качалке, уставившись в окно. Тряхнув
головой, она потерла красные, заплаканные глаза тыльной стороной ладони.
— Извини, Мэдди, я не хотела тебя разочаровывать, — сказала она.
Вместо ответа Мэдди фыркнула.
— Я понимаю, что ты на меня сильно рассердилась.
Девочка закивала головой.
— В тот вечер, когда в торговом центре устраивался праздник, настоящий
Санта-Клаус заболел, и мне пришлось заменить его. Я часто так делала в
магазине твоего папы, пока не стала твоей няней. Я подумала, что справлюсь и
на этот раз.
Мэдди теребила кружево на ночной рубашке, внимательно слушая. Ее розовые
губки были плотно сжаты.
— Я собиралась поговорить с твоим папой о том, что ты сказала мне, но
кое-что мне помешало.
Мэдди оставила в покое кружево и наклонила голову, явно заинтересовавшись.
— Звонила твоя мама и попросила, чтобы ты осталась здесь подольше. Она
считает, что тебе у папы будет лучше, — сказала Ники.
У Ники едва не оборвалось сердце, когда она увидела, как Мэдисон закрыла
глаза, а ее нижняя губка задрожала.
— Однако твой папа очень обрадовался тому, что тебе удастся остаться с
ним подольше. Я не могла расстраивать его и говорить о твоем желании
вернуться домой. Он в самом деле очень любит тебя, Мэдисон. В глубине души
он очень добрый, а ты для него — самый главный человек в его ж
...Закладка в соц.сетях
