Жанр: Любовные романы
В ожидании чуда
...оявившись в столовой, где вся семья собралась за завтраком, Кристин
нацепила улыбку.
После завтрака Кристин вернулась в комнату, где провела ночь, ожидать
отъезда. Она так отупела от боли, что не слышала надрывавшегося прямо над
ухом телефона.
— Ты что, оглохла? — грубо сказал Рик, и Кристин, очнувшись,
моргнула. Рик схватил трубку, послушал, а потом передал Кристин. — Это
тебя.
— Меня?.. — удивилась Кристин.
Рик почти швырнул ей трубку.
Это был Алекс. Она точно не запомнила, о чем они разговаривали. Кажется, он
спросил, как у нее дела, и Кристин ответила, что все хорошо. После чего
Алекс помолчал и сказал, что, если Кристин что-то понадобится, она всегда
может обратиться к нему.
— Спасибо, — сказала Кристин и повесила трубку.
— Собралась?
— Да, — ответила Кристин.
Рик подхватил два чемодана, и они вместе вышли из комнаты. Кристин пришлось
опять нацепить улыбку. Изабель поцеловала Кристин и шепнула:
— Ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку и понимание. Позвони
мне, когда устроишься.
Вместо свадебного путешествия Рик привез ее в этот дом и оставил одну.
Первую неделю она была уверена, что Рик приедет за ней. Ведь не могла ее
сказка закончиться так печально! За что Рик возненавидел ее? Ведь раньше он
испытывал к ней симпатию, называл Рыжиком, приносил конфеты и игрушки, и они
могли говорить о чем угодно. Может быть со временем...
Но потом Кристин осознала, что Рик не приедет. Он просто бросил ее, оставил
здесь, пока не решится на развод. И Кристин поняла, что это ее вина. У нее
уже возникали смутные подозрения, что в том, что стало с ее отцом, виновата
она: следовало быть более ласковой дочерью, помочь ему выбраться из пропасти
депрессии, а она просто оставила его в темноте. А теперь, после того как Рик
бросил ее, она уверилась в этом окончательно. Иного финала и быть не могло,
потому что она проклята. В ней живет что-то, что отталкивает и озлобляет
людей!
16
— Кристин снова уехала одна, — сказал Антонио.
Эти слова отдавались в голове Рика, пока он метался по двору, ожидая
возвращения Кристин.
Алекс, услышавший эту фразу, насмешливо произнес что-то типа:
Кристин уже
совершеннолетняя и не нуждается в твоей опеке
, — и отправился по своим
делам. Ироничность Алехандро и его слова о том, что она вовсе не маленькая
сестричка Рика, привели к тому, что Рик мечтал свернуть бывшему приятелю
шею.
— Рик, хватит метаться, — вторила кузену Ирена, которая с тех пор,
как они приехали на ранчо, следовала за Риком по пятам, и это его уже не
раздражало, а просто бесило. — Уверена, что с девчонкой все в порядке.
Его забота выглядела в глазах кузенов глупо. Рик отослал Ирену с каким-то
незначительным поручением к матери, а сам продолжал ждать. И, когда Кристин
появилась, он дал волю прорвавшемуся гневу. А эта пигалица, вздернув
подбородок, заявила ему, что это ее проблемы. Еще никогда он не был так зол!
Так Рик думал сначала. И это заблуждение просуществовало до тех пор, пока он
не увидел ее в объятиях Алекса. Если бы не Ирена, он вполне мог убить
Алекса.
— Снова ссора из-за этой девчонки? Господи, Рик, я тебя не узнаю! Ты
стал похож на заботливого папочку. — И Ирена засмеялась.
Рик посмотрел на влажно белеющие зубки Ирены. Розовые губы улыбались, но ее
улыбка показалась ему почти оскалом, а сама Ирена — хищницей с холодными
глазами. Губы Алекса тоже изогнулись в хищной неприятной улыбке,
напоминавшей улыбку Ирены — но ведь они, в конце концов,
родственники! — а потом он имел наглость заявить, чтобы Рик не
вмешивался в его личную жизнь. Еще он сказал, что Кристин совсем не против
его ухаживаний и что это не касается больше никого, кроме них двоих!
Рик повернулся к кузенам спиной и отправился на поиски Кристин. Он и сам не
знал, что собирается сделать, когда ее найдет. Он не мог разобраться в
истоках своей неистовой ярости и странном ощущении, что его предали. А еще
через четверть часа, когда Кристин таяла в его руках, отвечая с необычайной
пылкостью на его поцелуи, он вдруг все понял. И даже появление отца и
разговор в кабинете уже ничего не решали. Рик вдруг понял, что сделает.
— Я женюсь на Кристин, — заявил он отцу.
— Ты... — Габриель упал в кресло.
— Нет, я не спал с ней. Я просто вдруг понял, что она — единственная
женщина, которая нужна мне. Завтра утром я сделаю ей предложение. Надеюсь,
папа, ты не против? — запоздало поинтересовался Рик.
— Черт побери, так и до инфаркта недолго, — пробормотал Габриель,
потирая ладонью грудь в области сердца. В следующее мгновение его губы
растянулись в улыбке, а глаза засияли. — Я все ждал, когда ты наконец
прозреешь. Хвала господу, это наконец произошло!
Рик открыл глаза и сразу не понял, где он. Кажется, только сейчас он
разговаривал с отцом, а теперь находится в доме дяди, куда полгода назад он
привез Кристин. А вот и сама Кристин — спит, свернувшись в кресле калачиком.
Лицо у нее совершенно измученное, а под глазами — глубокие тени.
Воспоминание о событиях этой ночи обожгло Рика. Несмотря на то что он бросил
Кристин; что, появившись здесь, он только и делал, что демонстрировал ей
свою неприязнь; что дал ей подписать бумаги на развод — Кристин терпела его
и ухаживала за ним. Рик попытался сесть и наткнулся ногой на что-то теплое и
круглое. Приподняв одеяло, он обнаружил пластиковую бутылку, наполненную
теплой водой. Он улыбнулся и бесшумно встал. Сначала его мотнуло в сторону,
так что Рик с трудом удержался на ногах. Постояв на месте, он понял, что
вполне способен двигаться. Странно, особенно если учитывать, что ночью даже
держать глаза открытыми ему удавалось с превеликим трудом. Рик осторожно
вышел из комнаты и бесшумно прикрыл за собой дверь.
Проснувшись, Кристин некоторое время не открывала глаза, прислушиваясь к
доносившимся звукам. Ветер так злобно набрасывался на стены, что дом почти
ходил ходуном. Наверняка по полу гуляют ледяные сквозняки, подумала Кристин,
ёжась от холода. Она открыла глаза и обнаружила, что в комнате очень светло.
Наконец-то проглянуло солнце. Значит, буря пошла на убыль.
Кристин опустила ноги на пол и с трудом села. Она совершенно не выспалась и
продрогла до костей, сидя в этом кресле. Возможно, она просто подхватила ту
же инфекцию и вот-вот сляжет с температурой... Эта мысль ей совершенно не
понравилась. Кристин встала и подошла к окну. Дождь действительно
закончился, и это было ужасно, потому что на улице сплошной пеленой шел снег
и вокруг, насколько хватало глаза, все было белым-бело. Глаза хватало
ненамного, но и то, что было не доступно взору, наверняка было не в лучшем
состоянии. Кристин посмотрела на термометр: температура в комнате уже не
шесть градусов, как вчера, а целых двенадцать — какой прогресс!
Кристин обернулась, чтобы посмотреть на Рика, и только тут заметила, что его
нет. Она растерялась. Ночью он был чуть ли не при смерти, а теперь настолько
оправился, что разгуливает по дому?
— Привет, — раздался голос Рика от двери.
— Привет. Почему ты встал?
— Мне уже гораздо лучше.
— И все же не стоило вставать, всегда лучше перестраховаться. —
Кристин подумала и добавила: — Рисковать здоровьем — преступное легкомыслие.
— Угу, — согласился Рик и после паузы сообщил: — Час назад дали
электричество. Телефон пока не работает, но, думаю, линию скоро починят. И я
ужасно хочу есть. Даже не помню, когда в последний раз был так голоден.
— Сейчас что-нибудь придумаю.
Рик появился в кухне через четверть часа, и, хотя на нем по-прежнему был
халат, он побрился и принял душ. Какое все-таки это счастье, когда в доме
есть электричество и можно принять душ, согреться и включить кофеварку,
чтобы сварить крепкий и невыразимо вкусный кофе!
Рик сел за стол. Кристин поставила перед ним яичницу с беконом, разогретые в
микроволновой печи булочки, масло и нарезанный тонкими ломтиками сыр.
— Кофе будет готов через минуту. Какой ты будешь?
— Черный. Две ложечки сахара.
Ровно через минуту, как и обещала, Кристин повернулась к столу, держа в руке
кружку с ароматным напитком, и буквально наткнулась на пылающий взгляд
Риккардо, словно на невидимую стену. Руки у Кристин дрогнули, и она едва не
уронила чашку на пол.
— Что?
— Кажется, я уже сто лет не пил кофе, — сообщил Рик, не дожидаясь,
пока она поставит чашку на стол, и протягивая руку.
— Всего один день. — Кристин не сдержала легкой улыбки, передавая
ему чашку.
Господи, и померещится же такое: она едва не вообразила, что его взгляд
выражает нечто другое, нежели желание получить свой долгожданный кофе.
Кристин осторожно передала Рику чашку с огненным напитком. И их пальцы
невольно соприкоснулись. Рик то ли ничего не заметил, то ли сделал вид, что
ничего не заметил, а Кристин подавила желание отдернуть свои пальцы: резким
движением она могла бы расплескать кофе. Внутри у нее все затряслось и
задергалось, словно она дотронулась рукой до оголенного провода и по ней
прошел ток.
— Ты не будешь завтракать?
— Вообще-то...
— Здесь столько всего, что мне одному ни за что не одолеть.
— Ну хорошо... Только налью себе кофе. — Кристин села напротив
Рика и стала намазывать булочку маслом.
— Погода по-прежнему отвратительная.
— Да, — односложно согласилась Кристин.
— Думаю, снегопад вряд ли прекратится к вечеру.
— Возможно.
Рик отложил вилку и в упор посмотрел на Кристин. Кусочек булочки встал у нее
поперек горла.
— Знаешь, о чем я подумал?
— О чем?
— Это вовсе не тот халат, что был на мне, — задушевным тоном
сообщил ей Рик. Кристин закашлялась, и он, приподнявшись, вежливо постучал
ее по спине. — Вообще-то я не слишком придирчив к такого рода
мелочам, — продолжил он, — но сейчас этот вопрос очень меня
волнует.
— Мне пришлось переодеть тебя, — хрипло пробормотала она.
— Странно, что я ничего не помню.
— Ты был слишком измотан борьбой с простудой.
— Возможно. И тебе понравилось то, что ты увидела?
Кристин вспыхнула и подавилась вторично. На этот раз она кашляла не менее
пяти минут.
— Это довольно опасно, — со знанием дела сказал Рик, когда Кристин
вытерла слезы, выступившие на глазах.
— Рик, — сказала она со всей возможной твердостью, на которую была
способна в данный момент, — в той ситуации у меня не было другого
выхода. Я сожалею, что обстоятельства сложились именно так, а не иначе. Но я
не хочу, чтобы ты говорил мне подобные вещи.
Он смотрел на нее пристально и долго, словно видел в первый раз или хотел
навсегда запомнить ее лицо.
— Прости.
— Ладно, — пробормотала она, вставая.
— Я хотел также попросить прощения за то, что наговорил тебе вчера
ночью, — продолжил Рик. — Я был не в себе, когда говорил те
ужасные слова.
Он помнит, что говорил ей! Но это невозможно! Вероятно, он помнит не все...
А если все, то за какие именно слова он просит прощения: за грубость или за
признания, что он сходил по ней с ума?!
— Рик, наверное, мы оба были немного взвинчены, — удалось
произнести Кристин. — Из-за погоды и вообще...
— Ты всегда так легко прощаешь? — Рик снова нахмурился, и Кристин
выдавила вымученную улыбку.
— Мне бы не хотелось, чтобы мы расстались врагами.
Это было действительно так. Рик не виноват в том, что не любит ее, а она не
виновата, что с ней все как раз наоборот и она пока ничего не может с этим
поделать. И одновременно они оба виноваты: Рик в том, что решил жениться на
ней, не испытывая никаких чувств, а она — что была настолько самонадеянна,
что согласилась выйти за него. Нужно было трезво оценить обстановку, а не
утопать в любовном угаре... Хотя как можно было тогда не утопать, Кристин
просто не знала. И вот получилось такое недоразумение. На
недоразумение
полгода ее одинокой жизни никак не тянули, но Кристин несколько раз упрямо
повторила про себя это слово. Для закрепления.
Пока она мыла посуду, Рик почему-то продолжал сидеть в кухне, но Кристин
чувствовала себя такой утомленной, что ей было все равно.
— Ты неважно выглядишь, — сказал Рик, когда девушка повернулась.
— И чувствую себя просто ужасно. Я почти не спала ночь и немного
устала. Мне нужно отдохнуть.
— Надеюсь, что ты не свалишься с такой же простудой.
— Я тоже на это надеюсь, — сказала Кристин и поплелась в свою
комнату.
Она уснула мгновенно, едва коснулась головой подушки.
— Кристин... Кристин, ты собираешься сегодня вставать?
Она со стоном перевернулась на спину и разлепила глаза.
— Что ты здесь делаешь, Рик?
— Бужу тебя. Уже почти четыре часа.
— О господи... Но почему ты не разбудил меня раньше? — Она резко
села и едва не рухнула обратно на подушки — так закружилась голова. Рик
поддержал ее. — Со мной все в порядке, — сказала она,
высвобождаясь из его рук. — Дай мне несколько минут, чтобы привести
себя в порядок.
— Конечно, — ответил он и вышел из комнаты.
Кристин поднялась с кровати и поплелась в душ. Сначала она попеременно
включала то горячую, то холодную воду, а потом долго стояла под теплыми
струями. Блаженство! Еще дольше она сушила волосы, оттягивая неизбежный
момент появления перед Риком. Была бы ее воля, она вообще бы не стала
показываться ему на глаза, а скоротала бы время за чтением или написала
несколько писем, которые она уже две недели собирается и никак не может
написать.
— Я думал, ты сегодня не появишься, — сказал Рик, откладывая книгу
и с удовольствием разглядывая Кристин, одетую в легкую блузу и свободные
брюки из мягкой шерсти. Дом уже как следует прогрелся, и она, сняв теплые
вещи, почувствовала себя так, словно за один день похудела на несколько
фунтов. — Я уже устал коротать время в одиночестве.
— Ты ждал меня, чтобы я нашла тебе занятие?
— Не мне, а нам. Я предлагаю совместный досуг.
— Совместный, прости, что?
— Досуг, — повторил Рик, улыбаясь улыбкой демона-искусителя. Но
Кристин уже давно не доверяла его улыбкам. — И учти, отказа я не приму.
Ты проспала весь день, так что нечего ссылаться на усталость. И дел у тебя
никаких нет, — опередил ее Рик, отметая все возможные пути отступления.
— И что именно ты предлагаешь?
— Почитаем вслух, побеседуем, поиграем в лото... — нахмурив лоб,
принялся перечислять он, и губы Кристин невольно тронула улыбка: эти занятия
были достойным времяпрепровождением парочки престарелых. — Ну как?
— Ужас, — прокомментировала Кристин. На мгновение ей показалось,
будто время повернуло вспять, все недоразумения и ошибки исчезли, словно их
и не бывало, и они снова могут свободно общаться.
— И что это я, правда? — безмятежно подхватил Рик. — Мы же с
тобой не два старичка, чтобы играть в лото. Лото отпадает! —
торжественно провозгласил он. — Может, сыграем тогда в шахматы?
Помнится, ты любила играть в шахматы... — Он казался задумчиво-
грустным, словно погрузился в приятные ностальгические воспоминания, и таким
миролюбивым, что Кристин стало не по себе. — И пару раз тебе даже
удалось выиграть...
— На самом деле это случилось трижды, но только потому, что ты
поддавался, — нехотя поправила его Кристин, дав себе твердое обещание
не поддаваться на провокации.
— И все-таки я хочу реванша.
— Ну хорошо, — уступила Кристин, вспоминая, где в этом доме
хранятся шахматы.
Кажется, вон на той полке... Кристин потянулась к полке, и тут Рик
предложил:
— Давай я.
Кристин не успела отойти, поскольку подошел Рик и отрезал ей путь к
отступлению. Кристин только и оставалось, что забиться в угол, чтобы
избежать физического контакта. Рик, казалось, не заметил ее движения. Он
потянулся и без малейших усилий добыл коробку с шахматами. При этом их тела
оказались в опасной близости, а отступать Кристин уже было некуда. Разве
только пройти сквозь стену!
Одной рукой Рик держал коробку, другая оставалась приподнятой, и смотрел он
на Кристин так... Она невольно сжалась, а свободная рука Рика медленно
скользнула по ее волосам и легла на затылок Кристин, пропуская пряди волос
сквозь пальцы. Время снова остановилось, и от прикосновения Рика от затылка
Кристин вниз по позвоночнику сбегали толпы мурашек. Они смотрели в глаза
друг другу, не в силах прервать это... Кристин казалось, что у нее даже
волосы встают дыбом. А потом Рик потянулся к Кристин, словно притянутый
магнитом...
Нет, она не могла себе этого позволить, и попыталась отпрянуть. Это,
конечно, было невозможно, потому как Кристин и без того была зажата в угол,
но Рик заметил ее движение. Он замер. А потом чертыхнулся и отдернул руку от
ее затылка.
— Извини, кажется, я едва не свалял дурака, — сказал он, а Кристин
едва сумела кивнуть.
— С тобой все в порядке? — после паузы мягко спросил Рик.
— Да, — ответила она, мечтая, чтобы он скорее оставил ее в покое.
— Ты уверена?
Нет, она не была уверена, но снова кивнула. Пауза — и Рик по-прежнему не
двигается с места.
— Кристин, я не хотел...
— Да, я понимаю, — сказала она, опустив голову.
И тогда Рик приподнял ее подбородок, заставляя Кристин взглянуть ему в
глаза.
— Прости, — тихо сказал он и отошел.
Кристин выдохнула.
Кристин выиграла и эту игру.
— Еще одну партию? — предложил Рик.
— Нет, с меня довольно.
— Почему?
— В этот раз мне может не повезти.
Рик невесело усмехнулся и принялся собирать шахматы в коробку. Прошли всего
сутки, как он здесь, а уже успел забыть, что Кристин больше не его Рыжик.
Сначала помнил — а потом стал забывать. В первые часы он мог ее ненавидеть —
сказывалась многодневная привычка! — и вполне успешно демонстрировал
свою холодность. Но очень легко ненавидеть на расстоянии, лелея свою
обиду, — а вот когда она оказалась рядом: ее глаза, в которых можно
утонуть, медный шелк волос и беззащитная хрупкость плеч...
Сегодня он окончательно сдался. В конце концов, она искупила вину — полгода
в
ссылке
.
Сегодня Рик решил, что даст им еще один шанс. И ему нужно убедить Кристин,
чтобы она этим шансом воспользовалась. Он пока еще не знал, как сделает это.
Он готов был ухватиться за любую возможность, надеялся даже на его
величество случай, на благоприятное расположение звезд и на фортуну, которая
и на этот раз должна оказаться на его стороне.
— Ты переделала чердак? — не поднимая головы, спросил он.
— Да, но перед отъездом я все приведу в первоначальный вид.
— Я видел картины, — ответил он, не реагируя на ее слова.
— И что?
— Они... э-э-э... твои?
— Да, мои.
— Я не знал, что ты так хорошо рисуешь.
— Неужели? — Ее правая бровь изогнулась в насмешливом удивлении.
— И что это означает?
— Ты забыл, что я знаю, что ты нанял Юджина шпионить за мной? Так что
можешь не притворяться, будто тебе неизвестно об этом.
— Шпионить — не совсем верное слово. Я попросил Юджина присматривать за
тобой.
— Как это мило с твоей стороны!
— Я опасался, что ты наделаешь глупостей или попробуешь воздействовать
на меня через отца.
— Но ведь я сказала тебе, что никогда не смогу поступить так.
— Я не мог доверять тебе!
Рик замолчал, и Кристин принялась лихорадочно размышлять, существовала ли
вероятность того, что Юджин действительно ничего не сказал Рику о мастерской
— ведь он не просто знал о ней, а помогал переоборудовать чердак! Юджин знал
все — ведь Кристин не подозревала о его вероломстве и считала своим другом.
Она познакомила его с Лидией, и Юджин знал даже о том, что Кристин больше не
бедная сиротка, что ее картины пользуются успехом и ей больше не нужно
думать, где взять денег и куда уехать... Почему же он ничего не рассказал
Рику? Если только... Если только он и в самом деле стал другом Кристин и
отказался от своего шпионства! И кроме того, она бы никогда не узнала об
этом, если бы Юджин сам не рассказал ей!
— Юджин говорил мне, что ты рисуешь, чтобы скоротать время... Но я не
думал, что все так серьезно... — проговорил Рик. — Кристин, ты
слышишь меня?
— Да, я тебя слышу. Рик, ты сейчас сказал о том, что боялся, будто я
попытаюсь пожаловаться сеньору Габриелю. Но как ты сам скажешь ему о нашем
разводе? Хотя, прости, кажется, я знаю. Выразишь сожаление, что у нас ничего
не получилось. Мы очень старались, но увы и ах!..
— Может, для разнообразия перестанешь строить догадки и дашь мне
сказать?
— Не думаю, что ты расскажешь ему все, как есть!
— Да, черт побери, не расскажу! Я вообще решил пока ничего не говорить.
— Чем дольше ты тянешь, тем труднее будет объяснить задержку!
— Потому что я решил повременить с разводом!
Кристин только хлопала ресницами, отстраненно думая, что Рик выбрал
наилучший способ заставить ее замолчать.
— И, поскольку ты моя жена и будешь пока оставаться ею, я должен
выяснить пару вопросов... Сегодня я узнал, что ты даже не притронулась к
банковскому счету. На что ты жила, Кристин?
— Теперь ты сам решил шпионить за мной?
— Ответь мне!
— И не собираюсь! Если ты хочешь повременить с разводом, тогда на
развод подам я! С меня хватит!
— Тебя все эти месяцы содержал Алекс?
Снова Алекс! Боже, неужели его ревность так велика, что затмевает разум Рика
в буквальном смысле этого слова?!
— Хватит постоянно приплетать его. Я не видела Алекса со дня, который
предшествовал нашей свадьбе!
— Но ведь для этого не обязательно было его видеть!
— Замолчи, Рик! Не смей меня оскорблять!
— Оскорблять? Ты спала с ним, а всем нам лгала!
У Кристин ослабели ноги, и она села, не в силах оторвать взгляд от лица
Рика.
— О чем ты говоришь? — выдавила она из пересохшего горла. Ей
казалось, что она участвует в каком-то дешевом спектакле. Обвинения Рика
были настолько нелепы и дики, что после секундного столбняка Кристин
взорвалась: — Ты кретин! Идиот! Псих с больной фантазией!
— Ты хочешь сказать, что между тобой и Алексом ничего не было?
Рик схватил Кристин за плечи и с силой тряхнул. Она не сделала попытки
вырваться, только молча смотрела на Рика, вложив в этот взгляд все, что она
думала о нем и его больной фантазии.
— Скажи мне, Кристин! — Он снова тряхнул ее.
— Да как только тебе такое в голову пришло?!
— Алекс сам мне намекнул!
— Алекс? Алекс намекнул тебе?! — Кристин попыталась сбросить руки
Рика, но ей не удалось. Жизнь постоянно испытывала ее на прочность, но это
уже был явный перебор! — Тогда иди и сам разбирайся со своим Алексом! И
если это все, что ты хотел мне сказать, то...
— Ты была с ним в патио накануне свадьбы!
— Была, ну и что? Мы просто разговаривали!
Кристин не стала ничего отрицать, а глаза ее горели таким негодованием и
праведным гневом, что Рик впервые усомнился в сделанных выводах. Но вечер
накануне свадьбы всплыл в его памяти так отчетливо, словно все произошло
только вчера. И вместе с этими воспоминаниями всплыла боль, такая огромная,
что едва не затопила его. Рик сделал над собой усилие, прогоняя пелену,
которая всегда застилала ему вполне очевидные вещи.
Он подслушал часть разговора, и услышанное показалось ему весьма
убедительным доказательством. Но он не слышал разговор дословно — вот в чем
было дело! Он ухватил только те слова и фразы, которые Алекс произносил
достаточно громко. В груди Рика разлилась волна холода от дурных
предчувств
...Закладка в соц.сетях
