Жанр: Любовные романы
Обещание героя
...а вздрогнула и застыла. — Ты! Мне! Поможешь! Сейчас!
Он сказал это, как заклинание, отрезвляя Дениз и давая ей своеобразную
установку. Паника, заскулив, сжалась в тугой комочек и забилась куда-то в
самый темный и потаенный уголок ее существа. Дениз глубоко вздохнула — раз,
другой, приходя в себя. Потом тихо пробормотала:
— Конечно. Прости меня... пожалуйста.
Она стала действовать как робот, быстро и профессионально. В голове не
осталось ни одной лишней мысли, ни одного жалостливого всхлипывания —
ничего, что могло бы ей сейчас помешать. Сначала обезболить. Очистить рану.
Наложить антисептик, а потом тугую повязку...
Наконец Дениз разогнулась. Крис со вздохом опустил руку. Желтый луч прочертил дугу и уткнулся в пол.
— Как ты, Крис? — тихо спросила она.
— Я в порядке, — прохрипел он. — Рука затекла, пока держал
фонарь. Сколько прошло времени?
— Не знаю, мои часы разбились. Обезболивающий укол будет действовать
несколько часов.
За это время мы должны выбраться из пещеры.
— Дениз... — Крис произнес ее имя таким странным тоном, словно оно
причиняло ему боль.
— Что? — отчего-то испугавшись, спросила Дениз внезапно севшим
голосом.
— Ничего не получится, Дениз, — тихо сказал он.
— Ерунда, мы выберемся. Я помогу тебе. И не думай, я только кажусь
слабой. На самом деле я очень сильная...
— Нет, Дениз...
— Теперь ты впадаешь в панику? — с неожиданной язвительностью
поинтересовалась она.
Вот они, мужчины, так она и знала! Со своими стальными мускулами и широкими
плечами кажутся такими сильными, надежными, а когда доходит до дела, так
сразу раскисают. Лица делаются унылыми, голоса безнадежными, а в глубине
глаз тлеет желание просто пустить дело на самотек и умереть тихонько и без
всяких усилий! Да она сейчас сама поднимет его и потащит на себе...
А если Крис еще хоть раз посмеет заныть, то она просто прикончит его
собственными руками!
Дениз нарочно пыталась разозлиться — лишь бы не дать панике снова завладеть
ее душой!
— Давай, Крис, надо идти!
— Ничего не выйдет, — громко и твердо сказал он. — Посмотри
вокруг!
Он включил фонарь и стал водить желтым лучом вокруг. И куда ни падал свет,
везде были стены. Стена, стена, стена, стена... Четыре вокруг, одна сверху,
одна снизу. Как мы смогли попасть сюда, если нет ни входа, ни выхода? —
вяло подумала Дениз, и ее опалил жгучий огонь догадки. Их завалило! Ноги
моментально ослабели, и она тяжело осела, оцарапав спину и не чувствуя боли.
— Не может быть! — пробормотала Дениз, неотрывно глядя Крису в
лицо, на котором застыла странная смесь чувств: жалости, боли и...
Нежности? — Этого просто не может быть!..
Глава 10
— Дениз, хватит! Дениз! Я сказал: хватит!
Спускайся!
— Иду... — устало отозвалась она.
Крис звал ее не в первый раз, но именно сейчас Дениз послушалась. Потому что
все ее усилия оказались бессмысленными. Дениз выбралась из небольшого
тоннеля. Даже не тоннеля, а короткого лаза под самым сводом, который она
успела проделать за несколько часов их плена и в который сама едва
помещалась.
Внизу было нагромождение камней, которые Дениз скидывала вниз, а Крис сидел
на маленьком пятачке относительно чистого пола.
Дениз осторожно спустилась. Руки и ноги ломило от перенапряжения, а поясницу
— от неудобной позы. Дениз примостилась рядом с Крисом и привалилась спиной
к стене. Он тотчас погасил фонарь.
— Батарейки скоро сядут, — сказал он, нарушив окутавшую их вязкую
темноту.
Дениз это и без него прекрасно знала. Батарейки ее фонаря сели около часа
назад, и она вставила другие, из разбитого фонаря Криса.
Скоро сядут и они, и два человека останутся в кромешной темноте, беспомощные
и одинокие, заточенные в самом центре проклятой горы!
Сильно хотелось пить, но воды было очень мало В горле, как нарочно, першило
и скреблось, словно там успело поселиться семейство жуков — Нам не
пробиться, Крис, я наткнулась на огромный камень, — сказала Дениз, с
трудом подавляя желание застонать от безысходности.
Он молчал, словно и не слышал это ужасное утверждение. Хоть бы слово
вымолвил!
— Крис! — уже громче позвала Дениз.
— Я слышу...
И на том спасибо, а то она уж решила, что он уснул под это
обнадеживающее
заявление!
Дениз прижалась затылком к стене, закрыла глаза и стиснула зубы. Ей хотелось
пристукнуть Криса за эту безучастность.
— Ты держишься молодцом, — после непродолжительного молчания
сказал он.
— Ну да, — буркнула она, открыв глаза и глядя прямо перед собой в
чернильную темноту.
Желание ударить Криса усилилось до такой степени, что Дениз сжала кулаки. К
чему все эти бесполезные фразы, если у них не осталось надежды?!
— Нам еще повезло, что завалило не зал, где находились мы, а только
проходы...
— Редкостное везение, — сдавленно согласилась она.
— Черт побери! — пошевелившись, тихо выругался Крис.
— В чем дело? Нога болит?
— Пока нет. Мне просто не по себе.
— Было бы странно, если бы ты чувствовал себя как-то иначе, —
процедила она.
— Это из-за тебя, Дениз.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты ведешь себя неестественно! — зло выпалил он.
— Я? — Дениз изумило и это утверждение, и внезапно изменившийся
голос Криса. Только что он изображал умирающего, а теперь ни с того ни с
сего накинулся на нее. — Да что ты такое говоришь?!
— Я не знаю, чего от тебя ждать. Сейчас ты Чересчур безмятежная. А
потом, может быть...
— Потом я вцеплюсь тебе в горло. Так? — неестественно спокойным
голосом поинтересовалась она.
— Да, наверное! Сначала ты молчишь как рыба, потом шарахаешься от
меня... Я только коснулся твоей руки в этой проклятой темноте, а ты
шарахнулась, словно я болен проказой, и несколько часов подряд кидала эти
проклятые камни, лишь бы не сидеть рядом со мной! А потом еле выдавливаешь
из себя слова свирепым голосом!
— Я кидала камни только потому, что мечтаю выбраться из этой проклятой
пещеры! И вовсе я не шарахалась от тебя! А насчет моей неадекватности...
Уверяю тебя, не все женщины в критических ситуациях валятся на пол в
истерике!
Ее голос все поднимался и поднимался, и, когда Дениз уже готова была
сорваться на крик и действительно вцепиться Крису в горло, он схватил ее и
рывком прижал к себе. Дениз пискнула, потом стала вырываться, но Крис держал
ее за плечи одной рукой, а второй прижимал щекой к своей груди. И держал,
пока она не перестала дергаться. Дениз всхлипнула и затихла.
Крис был прав. Когда спала горячка первых минут, после того, как она
перевязала его рану, в ее голове наступило какое-то затмение. Она стала
бояться Криса, практически незнакомого человека, с которым по воле капризной
судьбы они оказались наглухо замурованы в этой каменной тюрьме. Его рука
всего лишь нечаянно коснулась ее в темноте, а Дениз охватила паника. Потом,
когда она разгребала эти проклятые камни, ее душой завладели два совершенно
противоположных чувства. Ей хотелось прижаться к Крису, как к единственному
живому существу в этой каменной темнице, получить утешение.
И одновременно ее охватывал черный смутный страх, поднимающийся с самого дна
ее смятенной души, словно Дениз находилась в обществе своего заклятого
врага.
— Успокоилась? — сухо спросил он.
— Да... — пробормотала Дениз, и он сразу разжал руки. Она снова села
прямо, привалившись к стене. — Крис, прости... Я немного не в себе, но
уверяю, что не представляю для тебя опасности. По крайней мере, пока... —
добавила она через несколько секунд.
— И когда мне ждать наступления этого
пока
?
— Как только я хорошенько проголодаюсь.
Крис оценил ее жалкую попытку смягчить ситуацию, хотя его голос звучал еще
суховато. Он коротко хмыкнул в темноте и грубовато сказал:
— Надеюсь, что ты окажешься достаточно терпеливой.
— Я постараюсь... Крис, почему это произошло?
— Ты имеешь в виду землетрясение или свою реакцию?
— Землетрясение, — пробормотала она и добавила с мукой в голосе:
— Почему именно сейчас? Именно с нами?
— Хороший вопрос. Подобные катаклизмы здесь довольно часты, ведь
Малайзия находится в зоне повышенной сейсмической активности. Его тон был
бесстрастен, как у профессора, читающего лекцию студентам в университете. А
то, что мы оказались здесь именно в это время, — просто стечение
обстоятельств.
— Но ведь землетрясения можно прогнозировать!
— Наверное, но в данном случае никаких предупреждений не было. Я
узнавал перед поездкой.
— Все ясно, раз предупреждения не было, значит, это не простое стечение
обстоятельств.
— Правда? Тогда что это? — довольно осторожно поинтересовался
Крис, наверное опасаясь продолжения ее истерики.
— Это месть местного бога Сидакапура, в чей храм мы забрались.
— Субраманиана, — поправил он. Судя по голосу, Крис все больше и
больше убеждался, что с ней совсем не все в порядке. — О чем ты
говоришь, Дениз?
— Перед тем, как мы забрались в эти пещеры, Ли сказал Марку, что
сегодня лунное затмение, а это очень плохая примета. Потому что божество не
любит, когда его беспокоят в это время!
Крис длинно выдохнул, немного успокаиваясь.
— Ерунда все это, Дениз, — убежденно сказал он.
— Я и сама знаю...
— Если бы я только раньше сообразил...
— Что?
— Когда ты сказала о затишье... Животные и птицы — это своеобразные
индикаторы, они очень хорошо чувствуют приближение катастрофы. Также было и
в этом случае, только никто этого не понял, и я в том числе. И еще эти
осыпающиеся стены... Я должен был сразу сообразить, в чем дело, по какой
причине стены начали разрушаться...
— Не казни себя, Крис. Все равно мы бы не успели предупредить Марка и
остальных и выбраться из пещеры. К тому же мы просто не могли не продолжить
поиски детей. Это просто... неизбежность, так должно было случиться, и все.
— Да, — тихо отозвался он, — неизбежность...
Дениз, с тобой все в порядке?
— Ты все еще боишься меня?
— Уже нет.
— Правильно, я абсолютно здравомыслящий человек и надеюсь таковым
остаться... И со мной все будет в порядке...
Произнося эту маленькую ложь, Дениз грустно усмехнулась. Этим словам слишком
далеко до правды... Еще час назад там, наверху, в своем прорытом жалком
тоннеле она тихо рыдала от охватившего ее отчаяния, размазывая горькие слезы
по грязному лицу. Она старалась не производить шума, не хныкать слишком
громко, чтобы Крис не услышал. А когда отчаяние стало таким огромным, что
уже не помещалось в ней, грозя смести остатки здравомыслия, она вцепилась
зубами в ладонь, едва не прокусив ее до крови. Боль отрезвила ее.
— Должно быть, ты являешься исключением из всех представительниц
женского пола...
Когда-то нечто подобное она слышала от Марка. Вспомнив Марка, Дениз тут же
вновь стала впадать в отчаяние. Как он там? Быть может, лежит бездыханный
под грудой камней. Или истекает кровью от полученных травм... Она не имела
права думать об этом, но и не думать не могла. Дениз страшила мысль, что она
больше никогда не увидит Марка, и даже собственное безнадежное положение в
эту минуту не пугало ее так сильно, как навязчивое видение бездыханного или
истекающего кровью Марка. Дениз всхлипнула.
— Что случилось?
— Я подумала о Марке. Он... Как ты думаешь, с ним все в порядке? Успел
он найти этих ребят или... — Дениз умолкла, изо всех сил пытаясь справиться
с подступившим к горлу комком.
— Спасая других, мы сами оказались пленниками этих проклятых
пещер! — с неожиданно прорвавшейся в голосе злостью ответил
Крис. — Было двое пропавших без вести, теперь — семь.
— Это жестоко, — тихо проронила Дениз. — Мы должны надеяться
на лучшее, нас обязательно найдут.
— Точнее, наши тела... Если до них смогут добраться...
— Теперь твоя очередь впадать в панику? Не думала, что ты будешь первым
из нас двоих, кто ударится в отчаяние. Я готовила эту роль для себя.
Дениз услышала его тяжелый вздох.
— Извини, я не хотел так говорить. Это от беспомощности. О черт,
обезболивающее почти не действует...
— Тебе очень больно? — дрогнувшим голосом спросила она.
— Терпеть пока можно. Пить хочу.
Дениз достала бутылку с водой и открутила пробку. Воды было совсем мало, а
эти пещеры сухи, как заброшенный колодец. Она рассеянно подумала, что
следовало взять больше воды, продукты... Да, и еще пару складных шезлонгов,
чтобы не лежать на каменном полу!
В темноте их руки опять столкнулись, но на этот раз Дениз не отпрянула. Она
вдруг поняла, что пальцы Криса слишком горячие.
— Крис, у тебя жар... — испуганно сказала она.
— Нет у меня никакого жара. Что ты делаешь?..
Она на ощупь нашла его лицо, потрогала лоб и щеки. Кожа была прохладной и
влажной, температуры не было.
— Ничего, Денни, со мной все будет в порядке, — хрипло заверил ее
Крис.
Дениз не нашлась, что ответить. Самое страшное, что могло случиться с
ними, — уже случилось. Последующие события могут только усугубить и без
того драматичную обстановку.
— Посвети мне, пожалуйста...
Крис помедлил, но потом все же включил фонарь, свет которого стал совсем
тусклым, а Дениз стала выкладывать на пол содержимое своей сумки.
— Дениз, у нас скоро сядут батарейки, а ты вдруг решила навести порядок
в своих вещах!
— Подожди, сейчас ты все поймешь... У женщин есть огромное преимущество
над мужчинами, — почти назидательно сообщила она.
— И в чем это преимущество? — поинтересовался он.
— Мы похожи на сорок, настоящие барахольщицы, — с деланной
небрежностью просветила она его.
— Что? — удивился Крис.
— Ну женщины таскают в своих сумках кучу всяких ненужных вещей. И я...
как истинная представительница
слабой половины человечества
не являюсь
исключением. Вот смотри...
Кроме пакета с медикаментами, которые выделил ей Пол, в распоряжении Дениз
было огромное богатство: расческа, губная помада, водительские права,
салфетки, зеркальце, упаковка жевательной резинки, две плитки шоколада,
свеча, спички, складной армейский нож и моток очень прочной капроновой нити.
Крис долго и сосредоточенно все это изучал. А потом подчеркнуто осторожно
поинтересовался:
— Дениз, я все понимаю насчет женских безделушек, и даже шоколад не в
счет — большинство женщин сладкоежки. Но вот все остальное... Эти предметы с
какой стати попали в твою сумку?
— Марк сказал, что мы едем на экскурсию в пещеры! — сказала Дениз
таким тоном, словно вопрос Криса был верхом идиотизма, а ее ответ все
объяснял.
— Ага!.. — глубокомысленно отозвался Крис, и Дениз не сдержала
нервное хихиканье.
Крис тоже коротко рассмеялся коротким и глухим, каким-то лающим смехом, но
быстро оборвал себя.
— Ты совсем не похожа на сороку, Дениз, — странным голосом
промолвил он, — ты просто чудо, моя Ариадна...
От этого мягкого
Дениз
и короткого, но очень значимого комплимента в свой
адрес ей вдруг стало так тепло и уютно, что она почти не обратила внимания
на то, что Крис назвал ее своей. Но это спокойствие продлилось совсем
недолго.
— Включи фонарь.
— Батарейки почти совсем сели, — устало проговорила Дениз, но
послушно нажала на кнопку.
Тусклый свет едва разгонял мрак вокруг.
— Надо взять из другого фонаря.
— Я уже их поменяла, — терпеливо напомнила Дениз.
— Черт, я не могу все время сидеть в этой кромешной темноте... Зажги
свечу...
— Пока батарейки совсем не сели, я не буду этого делать. У нас должен быть свет в нужное время.
— Интересно, что ты считаешь
нужным временем
?
Дениз предпочла не отвечать на этот вопрос и просто выключила фонарь.
— Нам нужно еще раз попытаться выбраться отсюда, — сказала она.
— Конечно, никаких проблем... Ты, наверное, владеешь искусством
телепортации.
— Твоя язвительность сейчас совсем не к месту. Нужно просто попытаться
копать в другую сторону, — запредельно спокойным голосом сказала Дениз.
— Куда копать, Дениз? В глубь горы? Конечно! Надо копать, тогда мы
пробьем эту гору насквозь и вылезем с другой стороны! Куда копать и зачем?
Все ходы завалены!
— Интересно, откуда такая уверенность? Ты что, уже успел это проверить?
— Я не желаю давать волю глупым, безосновательным фантазиям.
— Я не фантазирую, я пытаюсь что-нибудь придумать, а не просто сидеть и
ныть!
— Что толку в этих бредовых идеях? Нужно было сидеть внизу, а не лезть
на рожон...
— Сам бы сидел внизу! — не выдержала она.
— Это моя работа! А вот ты зачем напросилась? Тебя что, на аркане
тащили в эту пещеру?
Ты всего лишь туристка и это были совсем не твои проблемы!..
— Я врач, — из последних сил стараясь говорить спокойно, напомнила
Дениз, — и решила, что моя помощь может понадобиться. Она и
понадобилась!
— Я вполне мог бы и без тебя справиться!
Это было уже слишком, и Дениз так сжала кулаки, что ногти впились в ладони.
Чтобы не сорваться, она стала считать про себя, выравнивая дыхание и желая
только одного — чтобы Крис замолчал. Всего лишь полчаса назад она с точно
такой же силой желала совершенно противоположного, с упорством поддерживая
то и дело угасающий разговор, не желая сидеть в полном молчании.
Сначала они просто разговаривали, старательно выбирая нейтральные темы, но
Криса постепенно обуяло раздражение, с каждой минутой нараставшее. Его
голос, ставший напряженным и сварливым, выводил Дениз из себя, но она
постоянно напоминала себе, что не должна поддаваться на провокации. Полчаса
— и вот они уже похожи на петарды, готовые взорваться по любому поводу.
Что ж, их реакции были вполне предсказуемы. Замкнутое пространство, темнота
и безвыходность ситуации заставляли натянутые нервы звенеть, раздражение
подступало, обволакивало и подталкивало едва ли не ненавидеть всех и вся.
Первую стадию они уже прошли: деланное спокойствие, попытки оптимистично
взглянуть на собственное положение и надежда на избавление. Может быть, не
очень скорое, но неизбежное.
На второй стадии, в которой они сейчас и пребывали, доминировали
раздражительность и отчаяние. А если следовать этой теории до конца, то
третьей — и последней! — стадией станет апатия. Они смирятся с
неизбежностью и впадут в прострацию, дожидаясь неотвратимого финала с
покорностью приговоренных к казни или неизлечимо больных людей...
Хотя до полного отчаяния и апатии они пока не дошли, но уже почти растеряли
надежду.
Криса злили увещевания Дениз, которые он назвал
попыткой уйти от
действительности
, Дениз сходила с ума от его обвинений и внезапных вспышек
раздражения. Иногда ей казалось, что Крис перестает контролировать себя и
вот-вот от отчаяния и злости замечется по их крохотной темнице. А скоро
ситуация ухудшится. Это произойдет, когда закончится анальгетик и она не
сможет сделать Крису обезболивающий укол. Что она тогда будет делать?
Господи, как ей пережить это и не сломаться?! Еще немного, и она тоже начнет
тихо сходить с ума.
И тогда никакая боль на свете не сможет спасти ее рассудок.
— Дениз, ты меня слышишь? Не сиди истуканом!
— Я не желаю участвовать в этой перепалке, собрав последние силы,
холодно заявила она. — А если тебе невмоготу молчать, можешь ругаться
сам с собой сколько захочешь. Только смотри не перестарайся...
После этих слов установилась зловещая тишина.
— Дениз... — заговорил Крис через несколько минут, показавшихся ей
бесконечно долгими.
Она ожидала чего угодно — от очередной вспышки раздражения до каменного
молчания на все оставшееся у них время. Только этого она не ожидала: его
тихого голоса, полного муки и раскаяния.
— Прости, Дениз. Я не хотел этого говорить...
Я чувствую себя просто ужасно из-за того, что обидел тебя. Я хочу сказать,
что ты самый лучший врач на планете.
— Грубая лесть, как правило, не достигает цели. Нужно действовать более
тонко, — сварливо ответила Дениз, поддерживая его попытку примирения.
— Учту на будущее. Только к моим словам это не относится, они вовсе не
являются лестью. Ты замечательно быстро расправилась со мной...
— Справилась, — поправила она.
— Я так и сказал.
— Конечно, — не стала она спорить.
— Я был похож на психа, — в новом приступе самобичевания
пробормотал Крис.
— Скорее, на капризного пациента, нуждающегося в небольшом нагоняе.
Мужчины вообще гораздо прихотливее женщин и хуже переносят стрессы и боль.
— Это потому, что у женщин болевой порог ниже раз в десять, чем у нас.
Поэтому наши страдания от одинаковых травм несоизмеримо сильнее. И психика у
нас слабее...
— Хорошее оправдание скверному характеру, ничего не скажешь...
— Ты больше не сердишься?
— Я и не сердилась, Крис, я все понимаю...
— Спасибо...
— Как ты себя чувствуешь? — Дениз на минутку включила фонарь,
чтобы осмотреть повязку. — О, батарейки совсем сели...
Свет был тусклым, красноватым и совсем не разгонял мрак вокруг. Но даже это
слабое свечение казалось ей таким необходимым и бесценным, что Дениз
содрогалась при мысли о том, что скоро они останутся в кромешной тьме.
На повязке проступило огромное бурое пятно. Крис откинулся назад и тут же
отпрянул.
— Проклятые камни!.. — Он выругался и тут же извинился:
— Прости... Не выключай фонарь, Дениз... Эта пещера такая маленькая...
Дениз крепко сжала губы, чувствуя, как сердце сжимается от нового приступа
безысходности.
— Все будет хорошо, Дениз, мы обязательно выберемся, даю тебе слово...
Крис смотрел на нее, и его глаза казались совсем черными. От его взгляда у
нее мурашки бежали по спине.
— Хорошо, — дрожащими губами пробормотала она.
— Иди сюда, — глухо сказал Крис.
Он потянул ее к себе, и Дениз послушно передвинулась, прислоняясь к его
боку.
— Теперь можешь выключить фонарь...
Она выключила.
Крис держал ее ладонь, крепко сжимая пальцы. Дениз передвинулась еще и
положила голову на плечо Криса. Их вздохи синхронно прозвучали в темноте
пещеры.
— Как ты думаешь, сколько мы уже здесь находимся?
— Не знаю. У меня даже нет никаких версий...
— Мне кажется, что мы сидим здесь целую вечность... — пробормотала она.
Напряжение стало уходить, и глаза Дениз слипались от подступившей усталости
и сонливости.
— Поспи немного, — глухо предложил он.
— А ты?
— Я тоже постараюсь заснуть...
— Хорошо... — пробормотала она и тут же провалилась в глухую черную яму
тяжелого сна.
Дениз ничего не снилось. Она просто впала в тяжелое и беспросветное
состояние, которое с трудом можно было назвать сном — скорее
забытьем! — а потом медленно и неохотно из него выплыла. Вокруг была
кромешная темнота, и Дениз несколько секунд пыталась сообразить, где
находится. Почему кругом так темно и чьи руки сжимают ее в объятии?
Память вернулась скачком, и Дениз резко качнулась, пытаясь сесть, и эти руки
тут же разжались и поддержали ее. Дениз потерла лоб, потом глаза и шумно
выдохнула:
— Ох, Крис!..
— Как спалось?.. — раздалось прямо над ухом.
— Хорошо... — смущенно пробормотала она.
Дениз расправила плечи, чувствуя ноющую боль во всем теле, и подумала о том,
что Крису пришлось держать ее, пока она спала. — А тебе удалось
поспать?
— Немного.
— Думаю, ты говоришь не правду... Ты долго дер
...Закладка в соц.сетях
