Жанр: Любовные романы
Сердце просит счастья
...ывала дверь своей квартиры
ключом. Войдя, она захлопнула дверь и достала телефон из кармашка. Взглянув
на дисплей, улыбнулась: Джерри беспокоится, как она добралась.
— Джерри, все в порядке, я уже дома.
— Я рад, девочка, — послышался его сиплый голос.
— Между прочим, ваш швейцар даже не позволил мне выйти за дверь, пока
не пришло такси. Сказал, таково распоряжение мистера Баррета. Когда ты
успел?
— Я позвонил ему, как только ты вышла за дверь. Хотел убедиться, что ты
хорошо доберешься.
— Спасибо, я и в самом деле добралась хорошо и быстро. Ну а ты там как?
Температуры нет?
— Не знаю, но меня знобит. Говорил же я, что тебе не надо
уезжать, — пожаловался Джерри тоном обиженного ребенка.
— Прими лекарство и выпей еще чаю с медом и лимоном, —
посоветовала она.
— Ты мое лучшее лекарство, — проворчал Джерри. — Если бы ты
была здесь, со мной, никакие таблетки не понадобились бы.
Сабрина засмеялась. Теперь, когда их с Джерри разделяло расстояние, она чувствовала себя увереннее.
— Ты преувеличиваешь.
— Нисколько. Во сколько ты завтра приедешь?
— Так, дай подумать. Заседание клуба в одиннадцать, оно продлится
примерно час. Потом мне надо будет съездить домой переодеться и приготовить
тебе что-нибудь поесть — это еще часа полтора-два, ну а потом я сразу к
тебе.
— Значит, приблизительно в два? Буду считать часы.
— Что тебе привезти?
— Себя.
— Джерри, будь серьезен!
— Я очень серьезен. Мне правда ничего не нужно, лишь бы тебя увидеть.
— Это потому, что тебе плохо и скучно. Вот поправишься через день-два и
поймешь, что не так уж я тебе и нужна.
Еще как нужна! — хотелось крикнуть ему. Внезапно его поразило одно
открытие: Сабрина нужна ему не только как постельная партнерша, но и как
человек, как личность.
Он любит ее.
Ему хочется, чтобы Сабрина Хортон всегда была в его жизни, в его доме. Он
хочет всегда видеть ее рядом, каждое утро просыпаться с ней в одной постели,
вместе переживать радости и огорчения, строить семью.
— Ты нужна мне, Сабрина, — просто сказал он.
На том конце провода повисла тишина. Наконец она отозвалась:
— Ты тоже нужен мне, Джерри. Но сейчас тебе больше нужен сон, чем я.
Отдыхай, выздоравливай. Поговорим обо всем, когда поправишься.
— Знаешь, что я сделал бы сейчас, если бы ты была рядом? —
внезапно спросил он.
— Что? — почти прошептала она, расслышав в его голосе чувственные
нотки. Сердце заколотилось в груди. Черт возьми, даже на расстоянии этот
мужчина имеет власть над ней!
— Я бы поцеловал тебя в шею, в чувствительное местечко за ухом...
Сабрину бросило в жар.
— ...потом спустился бы ниже, к ямочке возле ключицы. А после еще ниже,
к...
— Джерри, прекрати! — взмолилась она, чувствуя, как жар желания
растекается по всему телу от его слов. Что он с ней делает? — Я сейчас
положу трубку.
— Ну хорошо-хорошо, больше не буду, — проворчал он хриплым не то
от простуды, не то от страсти голосом. — Уже и помечтать человеку
нельзя. Мне что, даже это запрещено твоим дурацким контрактом?
— Дело не в контракте, просто...
— Мои слова возбуждают тебя, признайся.
— Да, признаюсь. Ты доволен?
— Еще бы, — хмыкнул он. — Это моя маленькая месть за то, что
ты сбежала от меня.
— Считай, что она тебе удалась. — Сабрина натянуто рассмеялась.
Дыхание ее все еще было учащенным. Она попробовала вздохнуть полной грудью,
чтобы вернуть себя к реальности. В голове все смешалось. Долго ли еще она
сможет выдержать эту пытку желанием? И стоит ли отказывать себе в том, чего
так жаждут и тело, и душа, и сердце? — Спокойной ночи, Джерри, —
прошептала она.
— Спокойной ночи, Сабрина. Надеюсь, ты придешь ко мне хотя бы во сне.
— Непременно, Джерри, непременно.
К середине следующей недели Джерри расправился с болезнью во многом, как он
утверждал, благодаря чудесной заботе Сабрины. Она еще два раза навещала его,
правда ненадолго, так как это была неделя, предшествовавшая выпуску
очередного номера журнала
Литературное обозрение
. Перед выпуском номера
работы, как правило, было в два раза больше, поэтому Сабрина целыми днями
пропадала в редакции, приходя домой только на ночь.
Во вторник Джерри навестила мать, привезя целую сумку домашних отваров и
настоек от простуды и кастрюльку картофельного супа. Джерри ворчливо
жаловался Сабрине по телефону, что он уже на две трети состоит из лекарств и
всевозможных настоек, что он больше никогда не возьмет в рот никакого
травяного отвара, потому что за эти несколько дней напился их на всю жизнь.
К концу недели Джерри вернулся на службу и сразу с головой погрузился в
работу, поэтому у них не было возможности часто видеться. Единственное, что
им было доступно — это долгие разговоры по телефону вечерами. Джерри больше
не просил ее приехать и остаться на ночь, не делал никаких сексуальных
намеков, сохраняя чисто дружеский тон, и Сабрина была благодарна ему за это.
Она чувствовала, что Джерри Баррет с каждым днем притягивает ее все больше.
Ей нравилось заботиться о нем, ухаживать за ним.
От дружбы — к заботе. Что дальше? В своих отношениях они уже пересекли какую-
то невидимую границу, а Сабрина этого и не заметила. Она вздыхала всякий
раз, когда думала об этом. Дружба, забота — все это прекрасно, но как бы не
допустить ошибку и не влюбиться. Или она уже влюбилась?
Но ведь любовь — это когда все наперекосяк, все не ладится, люди начинают
ранить и обижать друг друга. Любовь длится недолго — и люди расстаются. За
эту черту она больше никогда не хочет переходить.
Вскоре Джерри обратился к ней с просьбой помочь ему в подготовке
запланированной им на ближайшую субботу вечеринки, и Сабрина с удовольствием
согласилась. Ей нравилось заниматься планированием и подготовкой дружеской
вечеринки, но волей-неволей она задумывалась о том, что будет после того,
как вечеринка закончится? Если Джерри снова попросит ее остаться, сможет ли
она устоять? Едва ли.
Картина с мокрым после душа Джерри, завернутым в полотенце, часто посещала
ее воображение. Сабрина чувствовала, что на этот раз ей не удастся сбежать.
Готова ли она к этому?
Да.
Хочет ли она этого?
Да, и еще раз да. Хватит уже обманывать себя. Ведь так чудесно было бы
признаться Джерри, что она восхищается им, что хочет иметь в его лице не
только друга, но и любовника. Что она хочет Джерри Баррета так, как еще
никогда не хотела ни одного мужчину. От одного лишь звука его голоса в ней
все трепещет.
Да, она действительно восхищается Джерри Барретом, его умом, обаянием,
красотой. Ей нравится в нем живое чувство юмора, его низкий бархатный голос,
то, как блестят его глаза всякий раз, когда он улыбается, как он целует ее.
Но влюбиться снова, после того как она обжигалась сколько раз? Это было бы
безумием.
Мы вполне способны на взрослые, ни к чему не обязывающие отношения, то и
дело твердила она, дабы убедить себя в этом. На отношения, в которые не
вмешивается любовь. Это будет единственный пункт контракта, который еще
останется ненарушенным.
— Привет, — сказал он.
Как будто это был обычный вечер.
Как будто она не была совершенно уверена в том, что сегодня вечером они
станут любовниками.
— Привет. — Сабрина набрала в грудь побольше воздуха и
приготовилась нести какой-нибудь легкомысленный вздор, чтобы избавиться от
ощущения напряжения, отчего-то возникшего между ними. И вдруг услышала свой
осипший голос:
— Джерри, я так скучала по тебе. — Что ты делаешь? Это самый
глупый твой поступок, мысленно обругала себя Сабрина. Ну почему бы не
покончить с этими детскими играми, а, мисс Хортон? Почему бы не признаться
честно, что ты любишь его? Ведь это же чистая правда.
Как ни пыталась она избежать этого, оно все же случилось — она влюбилась в
Джерри Баррета. Когда же это произошло? — спрашивала она себя. Еще в
тот первый вечер в баре, когда он вел себя как галантный рыцарь и было так
легко представить себе его мощным утесом, возвышающимся над бурным житейским
морем? Или на той вечеринке в
Линкольн-холле
, когда он поцеловал ее на
крыше? А может, когда он заболел и нуждался в ее помощи?
Когда бы это ни случилось, но отрицать очевидное уже было невозможно: она
влюбилась.
Снова.
Разве мало ей было тех горьких уроков, которые преподали ей ее предыдущие
приятели.
Голос Джерри прервал бурный поток ее мыслей.
— Не пройти ли нам внутрь или так и будем стоять на пороге? —
Затем, когда Сабрина переступила порог квартиры, добавил: — Я тоже очень
скучал по тебе.
Сабрина в нерешительности остановилась, сжимая в руке букет пунцовых роз.
Только сейчас до нее дошло, что она, наверное, совершила промах. Кажется,
мужчинам цветов не дарят. Или дарят?
— Я не знала, есть ли у тебя чем украсить комнату, — поспешно
объяснила она.
— А я думал, что ты будешь украшением вечера, — улыбнулся Джерри.
— Только не клади меня на середину стола. — Сабрина не успела
закрыть рот, как до нее дошла двусмысленность сказанного ею. Она густо
покраснела.
Джерри захохотал, продолжая заслонять собой дверной проем.
— Ты не представляешь, от чего отказываешься, детка. — Он перестал
смеяться, и глаза его потемнели. — Добро пожаловать, Сабрина.
— Спасибо, — промямлила она. — Может, я все-таки поставлю
цветы в вазу?
Она попробовала пройти на кухню, но Джерри загораживал проход и, судя по
всему, не собирался сдвинуться с места.
Чего бы проще сделать шаг навстречу и броситься в его объятия? Воздух между
ними накалился до предела. Повисла звенящая тишина. Но так было до тех пор,
пока Джерри не поцеловал ее. Тут словно взорвался динамит, вспенив ей кровь.
Сабрина прикрыла глаза и свободной рукой погладила лицо Джерри, издав слабый
стон.
— Хорошо, когда по тебе скучают, — проговорил Джерри низким,
тягучим голосом, почти ей в самое ухо.
Сабрина кончиками пальцев, упирающимися в его висок, почувствовала, как на
лоб набежали морщинки, и поняла, что Джерри улыбается. Она почти ощущала,
как побежали смешливые лучики от уголков его глаз. Она немного откинула
голову назад и чуть слышно пробормотала:
— Цветы завянут.
Джерри усмехнулся.
— Не завянут.
Его руки скользнули вниз по ее плечам, по спине и остановились на талии. Он
подарил ей еще один неторопливый поцелуй.
Сабрина утонула в его карих с зелеными крапинками глазах. Сейчас эти
крапинки казались яркими, как весенняя трава. Через несколько мгновений,
показавшихся ей вечностью, Джерри отпустил ее.
— Хочешь пиццы? — спросил он. — Я купил специально для нас,
чтобы продержаться до начала вечеринки. Подкрепимся немного, а потом
закончим приготовления. Хорошо?
— Да.
Они прошли на кухню, но чувственное напряжение между ними никак не желало
ослабевать. Если так пойдет и дальше, то они пошлют к черту эту вечеринку,
повесят на двери табличку
Не беспокоить
и закроются в спальне, мысленно
усмехнулась Сабрина. Впрочем, ей было совсем не до смеха. Воздействие,
которое оказывал на нее Джерри, было слишком сильным.
Он отвернулся и стал накладывать в тарелку куски пиццы из коробки, стоявшей
на кухонном столе. Сабрина была рада передышке, по крайней мере ей
представилась возможность преодолеть смущение, вогнавшее ее в краску.
— Где можно взять вазу для цветов? — спросила она.
Джерри отставил тарелки с пиццей, повернулся и потянулся через нее к шкафу
над столом, чтобы достать вазу. От его близости и тепла у Сабрины вновь
закружилась голова.
— Такая подойдет? — он показал ей красивую вазу из желтого стекла.
— Великолепно.
Если наполнить кислородом кухню, в которой отчего-то вдруг пропал весь
воздух, то и это не помогло бы Сабрине. Она просто не смогла бы его
вдохнуть. Не возможно было не ощущать прикосновения Джерри, который внезапно
прильнул к ней.
Она выскользнула из-под него и бросилась к мойке, как к спасению. Наполнив
вазу водой, стала расставлять в ней цветы.
Когда с составлением букета было наконец покончено, Джерри аккуратно
поставил тарелки с пиццей, салфетки и банки с содовой поверх коробки, в
которой еще оставалась пицца, и понес все это через гостиную к задернутому
шторами балкону, выходящему на задний двор с парком. Здесь шум большого
города был не так слышен.
— В доме слишком жарко, — пояснил он, — надо его как следует
проветрить перед приходом гостей.
Джерри опустил коробку с пиццей на невысокий столик и показал на диванчик.
Сабрина села, а он передал ей тарелку и пристроился рядом.
— Ну как прошел выпуск очередного номера журнала? Без эксцессов,
надеюсь? — поинтересовался он.
Сабрина откусила кусочек пиццы с ветчиной и грибами и улыбнулась.
— Да, слава богу, на этот раз никакого форс-мажора. Все статьи были
сданы вовремя. Вышла лишь небольшая заминка с очерком о литературных
новинках Австралии, но, к счастью, все удалось уладить. Ну а у тебя как дела
на службе? Как прошло совещание?
Джерри дожевал и сделал глоток содовой из банки.
— Довольно бурно, но обошлось без жертв. Кое-кто из пайщиков недоволен
работой управляющей компании, но так было всегда. И будет, я уверен. Всегда
найдутся люди, которых что-то не устраивает. Впрочем, на этот раз, надо
признать, некоторые основания для недовольства у них все-таки есть.
Сабрина вытерла рот салфеткой.
— Даже не буду спрашивать какие. Я все равно в этом ничего не понимаю.
Расскажи, как идет твое продвижение по службе? Ты уже получил новую
должность?
— Пока нет.
— Почему?
— Психологическая проверка еще не закончена. Мне еще остался один сеанс
у Аманды.
Упоминание о психоаналитике заставило Сабрину слегка нахмуриться. Она почти
совсем забыла о ней, о своем договоре, в котором обязалась не встречаться с
мужчинами до тех пор, пока не закончится курс. И что же? Все это время она
встречается с Джерри. Правда, их отношения почти не выходят за дружеские
рамки, но разве она уже не решила для себя, что готова стать для него не
только другом, но и любовницей? Что она скажет Аманде, когда та вернется?
Словно в подтверждение ее мыслей, Джерри отставил тарелку и ласково коснулся
рукой ее затылка. Его пальцы были горячие. Ощущение тепла и ласки заставило
ее расслабиться и позабыть обо всем. Сабрина почувствовала, что наклоняется
к Джерри. Кусок пиццы готов был съехать с тарелки на пол. Джерри едва успел
перехватить тарелку и отставить ее в сторону.
А потом он поцеловал Сабрину. Он целовал ее до тех пор, пока у нее оставался
воздух в легких... Пока ее тело не стало выгибаться дугой, потянувшись к
нему. Сабрина таяла, как пластилин на солнце. Когда Джерри отпустил ее, она
не была уверена в том, что сможет сидеть прямо без поддержки.
— Надо остановиться, — осипшим от желания голосом выдавил Джерри,
нехотя отстраняясь от нее. — Иначе приход гостей застигнет нас в
спальне.
Сабрина нервно хихикнула.
— Что такое? — спросил он.
— Ничего. Просто недавно я подумала о том же.
Он лукаво вскинул бровь.
— Вот как? Ай-ай-ай, мисс Хортон. Да ваши мысли, похоже, мало чем
отличаются от моих. Я прав?
Она шутливо ткнула его в бок.
— Прекрати вгонять меня в краску, Джерри. И пойдем уже, пора накрывать
на стол, гости скоро придут. — Она поднялась, с удивлением обнаружив,
что ноги еще способны держать ее.
— Ты права, — согласился Джерри. — Идем.
Следующие сорок минут они слаженно трудились бок о бок, расставляя на столе
блюда с бутербродами, канапе, салатами и мясной и рыбной нарезкой, которые
Джерри заказал в ресторане, а также бутылки с вином, минеральной водой и
колой. Все пахло просто восхитительно, и рот Сабрины наполнился слюной. Она
улыбнулась про себя, подумав, что впервые за вечер испытала чувство,
вызванное не Джерри Барретом.
Вскоре после того, как последние приготовления были завершены, прозвенел
дверной звонок.
— А вот и гости, — сказал Джерри.
Они с Сабриной посмотрели друг на друга взглядом, в котором можно было
прочесть: позже. У нее внезапно подкосились ноги, и она плюхнулась на
ближайший стул.
— Будет лучше, если ты сам откроешь.
Джерри понимающе улыбнулся и кивнул.
Вечер прошел на редкость удачно. Джерри умело подобрал людей, которым было
приятно общество друг друга. В основном это были его коллеги с женами, в том
числе и чета Макларенов. Большинство гостей Сабрина уже встречала в
Линкольн-
холле
, и все приветствовали ее тепло, как старую знакомую.
Сабрина прекрасно проводила время, не испытывая ни малейшей неловкости в
отношении гостей, но не в отношении хозяина. Она постоянно кожей ощущала его
присутствие, и ее тело напрягалось всякий раз, когда он оказывался
поблизости. То и дело она ловила на себя его напряженный, пронзительный
взгляд, а когда он случайно или намеренно касался ее, между ними словно
искра проскакивала. Казалось, еще немного — и вспыхнет пожар.
А он, словно нарочно, постоянно находил повод, чтобы коснуться ее или слегка
задеть, проходя мимо. Сабрина заподозрила, что он намеренно подогревает ее
чувственность, дабы довести до точки кипения к тому времени, когда вечеринка
закончится и гости разойдутся. Он так уверен, что уже покорил ее?
А Джерри вовсе не был уверен в этом. Он желал Сабрину безумно, с каждой
минутой все больше, но боялся, что своим напором напугал ее. Если и сегодня
она сбежит от него, он этого просто не вынесет, взорвется от неутоленной
страсти.
В первый раз с той минуты, как он встретил Сабрину, ему действительно
хотелось позвонить Аманде Картер, чтобы посоветоваться. Впервые в жизни у
него появились сомнения. И впервые в жизни он, кажется, полюбил.
Сабрина только наполнила поднос новой партией бутербродов и экзотических
канапе и взяла его в руки, чтобы нести в гостиную, когда прямо у ее уха
раздался низкий хрипловатый голос.
— Тебе помочь, радость моя?
От неожиданности она вздрогнула и чуть не выронила поднос. Джерри поддержал
ее за локти.
— Как ты напугал меня! — проворчала она. — Я не слышала, как
ты подошел. — От его горячего дыхания и прикосновения у нее ослабели
ноги, и она прислонилась к нему спиной, чтобы не упасть.
— Давай отнесу, — решительно проговорил Джерри, забирая у нее
поднос, но, прежде чем уйти, наклонился и наградил ее коротким поцелуем в
губы.
— Я говорил, как ты мне нравишься в этом платье?
На Сабрине было облегающее серебристо-серое платье без рукавов и комплект из
речного жемчуга, состоящий из серег-капелек, ожерелья и браслета. Завершали
ансамбль серебристые лодочки на высоком каблуке.
— Всего лишь пару раз, — ответила она.
— Ну так знай, что ты просто обворожительна.
— Спасибо, — пробормотала Сабрина. — Ты тоже очень
красив. — И это было правдой. В костюме, стройный и подтянутый, с
аккуратно зачесанными назад волосами, Джерри был просто неотразим, и она
весь вечер не могла отвести от него глаз.
Джерри поставил поднос на стол и обнял Сабрину. Она прислонилась к нему и
закрыла глаза, волны желания накатывали одна за другой, вызывая дрожь во
всем теле.
— Все равно это может быть проблемой, — сказала она.
— Как так, мисс Хортон? — спросил он и поцеловал ее в макушку.
— Ну, ты же знаешь про мой контракт и все прочее. Если я не смогу
оторваться от тебя, то все мои усилия разобраться в своих проблемам пойдут
прахом.
Она щекой почувствовала, как он смеется.
— Пока что именно я не могу оторваться от тебя, — заметил он.
— Неважно. — Сабрина заглянула ему в глаза. — Но вопреки
всему мне это нравится.
— Правда?
Она кивнула, не доверяя своему голосу.
— А что ты думаешь о нашем будущем, дорогая?
Сабрина заколебалась. О будущем? Их с Джерри? Она сглотнула ком в горле.
— Сейчас я знаю только, что не уверена, где я — на земле или на седьмом
небе.
Он долгое время молчал, потом поднес ее руку к губам и поцеловал.
— Спасибо. Так, значит, даем добро?
Сабрина снова сглотнула.
— Может, подождем до приезда Аманды? Это всего два дня.
— Боюсь, милая, что не смогу ждать даже двух часов. У меня безумное
желание вытолкать всех гостей взашей, чтобы поскорее остаться с тобой
наедине.
Сабрина почувствовала, как ее тело тут же отреагировало. Господи, он
воздействует на нее одними только словами!
Несколько долгих мгновений они просто смотрели друг на друга словно
завороженные, не в силах оторвать глаз. Она вдыхала его чистый мужской
аромат, пробуждающий такие воспоминания, от которых голова шла кругом.
Тут из гостиной раздался громкий голос кого-то из гостей, зовущий Джерри по
имени, и чары были разрушены.
— Идем, — сказала Сабрина, а то они подумают, что мы их бросили.
Джерри поморщился и взял поднос, и, когда Сабрина повернулась, чтобы идти
впереди него, ей показалось, что он проворчал:
Черт бы побрал их всех!
.
Вечеринка шла своим чередом. Они еще поиграли с гостями в забавную карточную
игру
Барнаби эхо
, потом все пили кофе с пирожными, потом снова играли в
настольную игру
Тривиал персьют
, которую принес кто-то из гостей, потом
танцевали. Наконец, уже в начале двенадцатого, гости стали собираться домой
и Сабрина вместе с Джерри провожали их. Никто из гостей не поинтересовался,
не нужно ли ее подвезти. Похоже, все воспринимали как само собой
разумеющееся, что она останется с Джерри.
А она сама? Как она сама к этому относится? Решится ли сделать этот
последний шаг?
Это ваш выбор, Сабрина. Вы свободны в своем выборе
, —
вспомнила она слова Аманды Картер.
Из всех мужчин, которые были у нее, она сама выбрала только Джерри. А он, он
тоже выбрал ее? Она снова вспомнила слова доктора Картер:
Вы
отвечаете за ваш собственный выбор, но не можете сделать выбор за другого
человека
. Что ж, теперь она пришла к такому состоянию, когда на все смотрит без
розовых очков, через которые воспринимала все свои прежние отношения. Она
больше не хочет прыгать со скалы всего лишь в надежде, что ее поймают. Она
хочет быть уверена, что ее поймают.
Но ведь если их отношения перейдут в стадию интимных, для нее это будет
вновь равносильно прыжку со скалы без страховки. Потому что если для мужчин
любовь и постель разные вещи, то для женщин — по крайней мере, для
большинства — эти понятия неразделимы. И Сабрина знала, что уже достигла
наивысшей точки, дальше которой только любовь. А если это окажется очередной
ошибкой?
Ну и пусть, решила она.
Лучше жалеть о том, что сделал, чем о том, чего не
сделал
— пришло ей на ум мудрое изречение. Она пойдет на этот риск, и будь
что будет.
Когда дверь за последним гостем наконец закрылась, Джерри повернулся к ней.
— Давай постоим на балконе, подышим воздухом, — предложил он,
видимо почувствовав, как она напряжена, как нелегко ей дается решение
остаться с ним.
— С удовольствием.
Джерри вышел на балкон первым и встал у перил, а Сабрина в нерешительности
остановилась в дверях.
— Иди сюда, ко мне, — позвал он мягко.
Сабрина присоединилась к нему, и он прижал ее к себе, обняв рукой за талию,
однако не пытаясь поцеловать. Не отрываясь он смотрел на очертания гор,
вырисовывающихся на фоне темно-синего неба.
Как приятно пахнет его лосьон — словно смесь дождя и мускуса, сдобренная
экзотическими специями, думала Сабрина. Но больше всего ей нравился запах
его кожи. Как ей хотелось прижаться к нему посильнее, спрятать лицо у него
на груди. Сейчас ей не хотелось думать ни о своих опасениях, ни о контракте,
ни о своем печальном любовном опыте. Сейчас ей хотелось думать только о
прекрасном мужчине, который был рядом, и о предстоящем наслаждении.
Пусть эта ночь, с ее тревожными сомнениями и неисчерпаемым восторгом, будет
лишь одной из многих ночей, которые за ней последуют.
— Пусть это случится, — легкими движениями
...Закладка в соц.сетях
