Жанр: Любовные романы
Голос сердца
..., Адам. Как летелось? Симпатичные девочки в самолете были?
Адам хихикнул. Адриана первая заметила, что он интересуется девочками и
проводит много времени в ванной, приводя в порядок свою прическу.
— Да нет. Только одна. Она сидела за нами.
— Ну, ты хоть взял у нее номер телефона? — подтрунивала Адриана.
Но Адам ответил ей серьезно:
— Ага. Она живет в Коннектикуте. Ее папа пилот.
— Жаль, что ты проявил к ней мало интереса... Они рассмеялись. Потом Адриана говорила с Томми:
— Мы с папой сидим тут такие грустные и одинокие. Даже попкорн без вас
кажется невкусным.
— Вот уж спасибо, — состроил обиженную гримасу Билл.
На самом деле он с удовольствием прислушивался к оживленной беседе. Адриана
великолепно находила общий язык с детьми. Билл опять вспомнил, как она
спасала Томми, рискуя собственной жизнью и жизнью своего неродившегося
ребенка; перед глазами всплыло безжизненное тело сына, а потом ее... без
содрогания такое вспоминать было невозможно.
Затем трубка опять перешла к Биллу, он еще несколько минут поболтал с
ребятами и отпустил их к матери, которая, он знал, за месяц очень по ним
соскучилась.
— Кажется, они вот тут, рядом, а на самом деле так далеко, —
печально вздохнула Адриана. Три месяца ожидания казались ей безумно длинным
сроком. Она удивлялась, как Билл это выдерживает, тем более что у него нет в
Калифорнии своей семьи. Но, даже будучи повторно женат и имея других детей,
он бы тосковал, потому что Адам и Томми были мальчиками особыми,
неповторимыми. Теперь Адриана понимала, как Биллу их недостает.
— Теперь ты знаешь, что это такое, — сказал Билл серьезно,
забираясь обратно в кровать и выключая телевизор. — Вот потому-то я и
решил больше не иметь детей. Не хочу, чтобы KTО-TO меня их опять лишал. Все-
таки обидно, что ребята проводят со мной лишь шесть недель в году, от силы
семь, если мне повезет.
— Понимаю, — сказала она ласково и не кривила душой. Она его
достаточно хорошо знала, чтобы понять, как ему больно. Вдруг совершенно
безотчетно она произнесла в темноте:
— Я бы никогда тебе такого не сделала, Билл.
— Откуда ты знаешь? Откуда такая уверенность? Вот, посмотри на себя...
ты по-прежнему чувствуешь обязательства по отношению к Стивену. Если он
вернется после рождения ребенка, что будет с нами? Ты тоже не знаешь на это
ответа.
Тон у Билла был сердитый и расстроенный, но длилось это всего лишь мгновения
и объяснялось тем, что он любил Адриану и тосковал по сыновьям.
— Не знаю. Но я никогда не причиню тебе боли.
Это она знала твердо. Адриана действительно чувствовала обязательства по
отношению к мужу. Однако теперь новые, очень сильные узы ввязывали ее с
Биллом, узы, которые, может быть, сформировались в эту ночь их близости, а
может, и раньше, постепенно, за пару месяцев их Дружбы. Во всяком случае,
Адриана знала, что никогда не бросит его, не лишит кого-то или чего-то
любимого.
— Я тебя люблю, Билл, — сказала она мягко, думая о нем, его
мальчиках, своем ребенке.
— Я тебя тоже люблю, — прошептал в ответ Билл, думая только о ней,
и постепенно желание опять воспылало в нем, он стал гладить Адриану, пока не
распалил и ее, и тогда снова с ней соединился. Это была долгая, счастливая
ночь. Наутро их тела были все еще сплетены.
Адриана приоткрыла один глаз и, к своей радости, опять увидела рядом Билла,
В первое мгновение она решила, что это ей привиделось, но это была явь. Билл
еще посапывал в полусне. Скоро и он пошевелился и сонно пробормотал:
— Это ты или я умер и нахожусь на небесах? Он расплылся в блаженной
улыбке, щурясь от утреннего солнца.
— Это я. А ты — это ты? — шепнула она, счастливая. Прошедшая ночь
была самой прекрасной в ее жизни. Несмотря на беременность, Адриана
чувствовала себя как во время медового месяца.
— Это я... Ты все еще девственница? — пошутил он.
Адриана улыбнулась.
— Не думаю.
— Хорошо. Будем надеяться, что ты не забеременела.
— Не беспокойся. Я принимаю таблетки. Билл с улыбкой потянулся:
— Рад это слышать... Ты мне приготовишь на завтрак лазанью?
— С ванилью.
— Великолепно, Именно это я и люблю. Билл повернулся на живот и
приподнял голову, чтобы поцеловать Адриану в губы.
— У меня есть предложение получше. Ты отдыхай, а я приготовлю завтрак.
Что бы ты хотела? Вафли или блинчики?
— А мне не следовало бы соблюдать диету? Адриана чувствовала себя
виноватой. Она все ела и ела, но сама не поправлялась, увеличивался только
живот. Казалось, что все поглощает ребенок.
— Ты еще успеешь над этим подумать. Скажи, чего тебе хочется больше
всего?
— Твоих ласк.
И до завтрака она это продемонстрировала, к большому удовольствию Билла.
Лишь спустя два часа они вернулись к обсуждению меню — в итоге Билл поджарил
яичницу с беконом и заварил крепкий кофе. Завтракали они на кухне, на обоих
были шелковые халаты Билла, оба читали воскресные газеты.
— До чего замечательно так проводить воскресное утро! — заявила
Адриана.
Билл оторвал глаза от раздела развлечений:
— Полностью с тобой согласен.
Потом они приняли душ, оделись и поехали прокатиться на ее
моррисе
,
который Билл обожал водить. В Малибу долго гуляли по пляжу, а на закате, не
торопясь, двинулись в обратный путь. Крыша машины была опущена, и ветер
обдувал им лица. Они чувствовали себя счастливыми и молодыми, мир, казалось,
был им подвластен. Сделали остановку у супермаркета, в котором впервые
повстречались, а потом, вернувшись домой к Биллу, приготовили ужин. Перед
едой он откупорил шампанское, чтобы отметить их союз.
— За союз двух сердец... и третьего, которое на подходе! — с
улыбкой поднял тост Билл и поцеловал Адриану.
Они провели дома тихий вечер, посмотрели телевизор, и Адриана стала
собираться домой, но Билл не хотел об этом и слышать. Он решил уже в
ближайшие дни перевезти к себе часть ее вещей, поскольку не видел для нее
смысла оставаться в пустой квартире. Адриане пришлось с ним согласиться. Ее
жилище действительно не было привлекательным, особенно теперь, когда она
могла быть с Биллом. Только этого она и желала.
На другой день Билл отвёз ее на работу и обещал привезти домой после
шестичасовых
Новостей
, а потом отвезти к ночному выпуску. Когда Зелда
увидела, что Адриана, сидя за письменным столом, улыбается, то сразу поняла,
что у нее произошли какие-то перемены. Но она не стала расспрашивать, а
просто порадовалась за подругу. Когда же в полдень в редакцию зашел Билл,
Зелда сразу поняла, что именно произошло у Адрианы и с кем.
— Сработало! Билл сиял.
— Что? — не поняла Адриана. Утром в зоопарке медведь напал на
ребенка, и она решила, что из отснятого про это материала показать, но все
равно обрадовалась его приходу. — Что сработало? — переспросила
она уже мягче. Утро выдалось напряженное, однако Адриана на все смотрела
через дымку счастья и радости.
— Твоя идея. Насчет того, чтобы Гарри был отцом ребенка. Всей группе
она понравилась, особенно режиссеру. Джордж Орбен, актер, конечно, тоже
очень рад. Ты просто гений!
— Всегда пожалуйста, мистер Тигпен, всегда пожалуйста.
Она надеялась, что когда-нибудь предложение Билла конкретизируется, и она
будет работать в его сериале, а не в
Новостях
.
— Обедать пойдем? — спросил он с надеждой. Адриана покачала
головой. В этот день происходило слишком много событий: история с медведем,
жестокое убийство полицейского, отставка правительства в Венесуэле...
— Вряд ли мне удастся выбраться отсюда до шестичасового выпуска.
Билл кивнул, поцеловал ее, исчез, а через полчаса вернулся с огромным
гамбургером, чашкой бульона и фруктовым салатом.
— Тебе все это полезно. Ешь.
— Слушаюсь, сэр, — отчеканила она и шепотом добавила: — Я тебя
люблю.
А сама краем глаза заметила неодобрительное выражение на лице своей
секретарши и поняла, что поступила неосмотрительно. Секретарша даже не
знала, что они со Стивеном разошлись. Впрочем, любопытные взгляды бросали и
другие сотрудники редакции.
Представляю, что начнется, когда они станут
догадываться, что я беременна
, — подумала Адриана.
— Кто это? — грубовато спросил один из редакторов, когда Билл
ушел.
— Его зовут Гарри, — сказала она таинственно, — его жена
умерла несколько месяцев назад...
Эта была пара фраза нового сюжета для сериала, но, конечно, никто этого не
знал.
— ...Она была лучшей подругой Хелен... Редактор поднял бровь, покачал
головой и пошел работать, а когда еще раз обернулся, то увидел, что Адриана
улыбается.
Глава 22
Сентябрь пролетел незаметно: Адриане и Биллу он подарил напряженные трудовые
будни, счастливые" ночи и восхитительные уик-энды. К концу месяца
сослуживцы стали догадываться о ее беременности. Срок составлял уже почти
шесть месяцев, и какую свободную одежду она бы ни носила, легко было понять,
что скрывается под ней. Адриана еще не подавала заявление на отпуск, решив
работать до самого конца и взять его уже после родов.
— Если я возьму отпуск раньше, то умру от скуки, — говорила она
Биллу, и тот соглашался. Он считал, что раз врач оценивает ее здоровье как
хорошее, надо дать ей возможность поступать по желанию. Билл снова предлагал
Адриане после появления малыша начать работать в его сериале и обещал помочь
с переводом из редакции
Новостей
.
Они довольно часто ужинали в тихих и спокойных ресторанчиках вроде
Айви
,
Кьянти
и
Бистро Гарден
и несколько реже в более шумных и посещаемых —
Мортон
,
Чейзен
и, конечно,
Спаго
. С мальчиками общались по телефону не
меньше двух раз в неделю, у них тоже все было в порядке. Рейтинги сериала
Ради жизни стоит жить
были, как никогда, высокими. Одним словом, все шло
хорошо. Билл неоднократно повторял Адриане, что в следующий раз хочет пойти
к врачу вместе с ней. Он считал, что тоже причастен к этому ребенку,
независимо от того, чьи гены в нем заложены. Они настолько сблизились и
физически и духовно, что Биллу начинало казаться, будто он и является отцом
малыша. Адриана не возражала против такого взгляда.
От Стивена ничего не было слышно с июня, а от его адвоката с июля, но
Адриану это не волновало. Она полагала, что развод находится в стадии
оформления, и не особенно много о нем думала. Она была очень занята на
работе и слишком счастлива с Биллом. У себя она не ночевала с августа, с
того вечера, когда уехали Томми и Адам.
Звонок ее адвоката в октябре все же застал Адриану врасплох. Он сообщил, что
Стивен хочет продать квартиру. Адриана этого ожидала, но в душе надеялась на
отсрочку. Хорошо было сознавать, что имеешь свой угол, свое жилье, хотя им и
не пользуешься.
— Они хотят, чтобы вас там не было, когда ее будут показывать
покупателям, — сказал адвокат.
— Замечательно, — холодно заметила Адриана.
— И еще: они хотят, чтобы вы передали ключи посредникам и оставили
квартиру в порядке.
— Это нетрудно. Вам известно, что он увез всю мебель? У меня осталась
только кровать, моя одежда, один ковер и кухонный стул. Я постараюсь все
оставить в порядке.
— А разве вы не купили себе новую мебель? — удивился адвокат.
Адриана забыла сказать ему об этом раньше, адвокат же Стивена не сказал,
видимо, сознательно.
— Нет. Квартира пуста.
— В таком виде она, наверное, не очень хорошо смотрится. Возможно, они
думают, что вы ее заново меблировали?
— Стивену надо было раньше думать. Я не собираюсь ее заново меблировать
ради продажи.
— А вы, миссис Таунсенд, не намерены выкупить ее у мужа?
— Нет. Даже если бы хотела, я не могу себе этого позволить.
Адвокат Стивена сообщил им цену, Адриана считала ее завышенной, но не
оспаривала, поскольку в случае продажи рассчитывала на половину суммы.
— Как движется дело с разводом? — спросила она осторожно.
— Медленно, но верно.
Адвокат замялся, а потом все же решился спросить:
— Как ваша беременность?
— Замечательно, — ответила. Адриана и поинтересовалась: — Это
адвокат Стивена вас спрашивал?
— Нет, — виновато признался адвокат.
— Вы хотели мне еще что-то сообщить?
— Пожалуй, нет. Я выясню, кто будет посредником, и скажу вам. Когда
квартиру уже можно будет показывать?
Адриана подумала и пожала плечами;
— Хоть завтра.
Там действительно не надо было ничего убирать. Даже ее стенные шкафы были
теперь почти пусты, после того как половина вещей перекочевала на другой
конец комплекса, в гостевую комнату квартиры Билла.
— Будем держать связь.
Адриана поблагодарила и положила трубку. После шестичасовых
Новостей
Билл
зашел за ней, чтобы отвезти домой. Он теперь делал это часто. Люди начинали
сплетничать. Сотрудники редакции знали, кто он такой, и строили
предположения относительно его с Адрианой отношений, но она по-прежнему
никому не говорила о беременности.
— Ты чем-то огорчена? — спросил Билл, когда они ехали к себе. Он заметил ее задумчивость.
— Да нет.
Адриана сказала неправду. На самом деле звонок адвоката расстроил ее.
— Ты как-то притихла.
— От тебя ничего не скроешь. Адриана наклонилась и поцеловала его:
— Сегодня мне звонил мой адвокат.
— И что?
Во взгляде Билла мелькнуло беспокойство.
— Стивен выставляет квартиру на продажу.
— Ты против?
Билл нахмурил брови. Он не любил разговоров о Стивене. Но и Адриана не была
в восторге, когда он вспоминал о Лесли.
— Отчасти. Хорошо знать, что имеешь свой угол, даже если им не
пользуешься.
— Почему?
— А что если я тебе надоем или мы поссоримся?.. Или еще что-нибудь...
Как мы поступим, когда мальчики прилетят на День Благодарения?
— Мы скажем им, что любим друг друга, что у тебя будет малыш и что мы
живем вместе, — вот и все. Ничего такого.
Адриана грустно улыбнулась:
— Ты слишком долго писал
мыльные оперы
. Тебе это кажется нормальным,
но большинству людей, в том числе Адаму и Томми, — совсем наоборот.
Может, если я буду здесь все время жить, они почувствуют себя ущемленными и
возмутятся?
Адриана думала об этом весь день, это ее очень огорчало.
— И что ты хочешь этим сказать? Что намерена приобрести собственное
жилье? Билл явно расстроился.
— Нет, это было бы глупо. Я просто говорю тебе, что не в восторге от
того, что Стивен решил продать квартиру. Все-таки хорошо было бы ее иметь.
— А сколько он за нее хочет?
Адриана назвала цифру. Билл присвистнул:
— Многовато. Но если кто-то столько и заплатит, половину получишь ты,
как я полагаю. Может, лучше положить деньги в банк, чем покупать квартиру,
которая будет стоять нежилая? Адриана вздохнула.
— Наверное, ты прав, и это действительно пустяки. Это привычка, не
более.
— Он не проявил желания с тобой поговорить? — мягко спросил Билл,
когда они подруливали к стоянке.
Адриана покачала головой:
— Нет.
На следующее утро она сама, позвонила Стивену в офис. Ответила секретарша:
— Извините, мистера Таунсенда нет. Он на совещании.
— А вы не могли бы ему сообщить, что я звоню?
— Я боюсь ему помешать.
— Пожалуйста, попробуйте, — настаивала Адриана, все больше
раздражаясь. Стивен, очевидно, велел секретарше не соединять, если позвонит
жена. Адриану это коробило.
Секретарша куда-то пропала, а через две минуты снова отозвалась. За такое
время никому ничего нельзя было сообщить, она просто наврала.
— Извините, мистер Таунсенд весь день будет очень занят. Может, что-
нибудь ему передать?
Передай, чтобы шел ко всем чертям
, — хотела сказать Адриана, но
сдержалась.
— Просто передайте ему, что я звонила по поводу квартиры... — начала
она фразу, а потом решила сделать ему сюрприз и добавила: — ...и ребенка.
Бомба сработала. Наступило молчание.
— Я ему немедленно передам, — поспешно заверила секретарша, забыв,
что уже якобы с ним говорила. Но Адриана предвидела, что Стивену не
понравится сообщение. Если знает секретарша, то рано или поздно узнают все.
Однако Стивен и на этот раз не позвонил. Зато позвонил его адвокат, полчаса
спустя. Стивен срочно связался с ним, тот пытался дозвониться до адвоката
Адрианы, но не застал его и решил сам поговорить с супругой клиента, чтобы
выяснить, в чем дело.
— Какие проблемы, миссис Таунсенд? Вы, кажется, звонили сегодня утром
вашему... мистеру Таунсенду?
— Да. Я хотела с ним поговорить. Адриана чуть не задала адвокату
мучивший ее вопрос: почему Стивен так поступил, почему все перечеркнул и
отказался от ребенка? Теперь, когда дитя двигалось, давало о себе знать,
выпирало из ее тела значительной округлостью, Адриане было еще труднее
понять, как он мог их обоих оттолкнуть. Это казалось бессмысленным, и об
этом Адриана хотела со Стивеном поговорить. Любовь к Биллу не имела к этому
никакого отношения. Она действительно была очень горячей. Но Стивен
оставался отцом ребенка.
— А нельзя ли узнать, зачем вы ему звонили? — Ларри Алман старался
смягчить тон.
— Нельзя. Я звонила по личному вопросу.
— Извините.
Алман сделал паузу, и Адриана все поняла.
— Он не намерен со мной говорить, да? Адвокат не хотел давать прямой
ответ, но молчание было красноречивее слов. Наконец он произнес:
— Он считает... что вам обоим от этого было бы только тяжелее, особенно
учитывая обстоятельства.
Стивен боялся, что Адриана в отчаянии будет пытаться навязать ему ребенка.
Он понятия не имел, что она живет с мужчиной, который по-настоящему любит ее
и ее малютку. Впрочем, такое Стивен не способен был бы понять.
— У вас проблемы с беременностью? Что-то касающееся мистера Таунсенда,
несмотря на его юридический отказ от ребенка?
Адриану подмывало сказать адвокату, чтобы он заткнулся, вышвырнул вон свою
юридическую риторику и говорил как человек. Но ведь именно это он и пытался
делать.
— Нет-нет, не беспокойтесь. Скажите, пусть забудет об этом.
Именно этого Стивен и желал. Он сказал адвокату, что хочет забыть обо всем,
что касается ее, но адвокат не решился передать такое.
На этом разговор закончился. Он поверг Адриану в еще большее уныние, чем
состоявшийся накануне. Билл заметил, в каком она настроении, но решил, что
виной тому квартирные дела. Он, конечно, не знал, что Адриана звонила
Стивену в надежде получить ответ на вопрос: почему он ее разлюбил и
отказался от ребенка. Для этого должна быть какая-то причина, а не просто
трудное детство, считала она. Она не хотела говорить Биллу о своем звонке,
зная, что это задело бы его чувства. Чтобы как-то отвлечься, она после ужина
предложила позвонить мальчикам. Разговор с ними всегда добавлял ей
оптимизма.
Выходные они с Биллом провели за городом, и в понедельник Адриана
повеселела. Квартирный вопрос уже не казался ей таким важным, она поняла,
что не нуждается в собственном жилье. Ей было очень хорошо у Билла. Прежняя
квартира не стоила того, чтобы за нее цепляться.
В субботу и воскресенье они гостили в Палм Бич, у друга Билла, актера,
который начинал свою карьеру в сериале, а потом играл в нескольких
кинофильмах, имевших успех. Он был интересным человеком" его семья
Адриане тоже очень понравилась. Было много шуток в адрес Билла по поводу
будущего ребенка. Хозяева решили, что он отец, и не считали странным, что
Билл и Адриана не в браке. Они отнеслись к гостям очень тепло, а Джанет,
жена актера, горячо поддерживала тезис о
чуде
беременности. Она говорила,
что не стоит предаваться изменчивости настроений, характерной для этого
состояния, а надо помнить, что в конце трудного пути ждет удивительнейшая из
наград — малыш.
С уик-энда они вернулись отдохнувшими и в то же время взволнованными от
сознания, что им предстоит. Билл достал с полки несколько купленных им книг
и почитал Адриане выдержки, которые могли бы ее напугать, если бы она не
находилась в таком хорошем настроении.
На следующее утро Адриане на работу позвонил ее адвокат и сообщил, что уже
имеется покупатель на квартиру и Стивен намерен заключить с ним сделку.
— Уже?
— Я тоже очень удивился. Покупатель хочет, чтобы оформление было
закончено в течение тридцати дней. Может, для вас это слишком короткий срок?
Но Адриана восприняла эту информацию спокойно. Билл настаивал, чтобы она
осталась у него, даже когда прибудут сыновья, и предложил со временем
переоборудовать гостевую комнату под детскую, что Адриану радостно
взволновало.
— Так что вы думаете об окончательном выезде через тридцать
дней? — переспросил адвокат.
— Я согласна.
Адвокат не ожидал такого ответа.
— А цена? — спросил он.
Адриана помедлила с ответом, но только потому, что мысленно прощалась с
квартирой и со Стивеном.
— Она вас устраивает? — Да.
Господи, — подумала Адриана. — Скорее бы все это кончилось!
—
Сегодня во второй половине дня я пришлю вам документы. Вы подпишете, и я их
передам обратно, адвокату вашего мужа.
— Очень хорошо.
Когда принесли документы, странно было смотреть на стоящую под ними подпись
Стивена. Адриана так давно не видела ничего, что имело к нему отношение, что
глядеть на его почерк было все равно что перенестись в прошлое. Но кроме
подписи ничего больше не было: ни записки, ни письма, ни каких-либо пометок
на бланках. Он полностью вычеркнул себя из ее жизни и был намерен, несмотря
ни на что, сохранять свою позицию. Получалось так, словно он ее боится, но
причина страха была Адриане непонятна. Ей все это казалось лишенным здравого
смысла и постепенно теряло для нее значение.
Вечером она показала документы Биллу, и тот сказал, что они в основном в
порядке. Сделав ряд замечаний по формулировкам, он посоветовал
проконсультироваться еще со специалистом по бракоразводным делам и
проследить, чтобы ее доля за квартиру была определена честно. Затем Билл
задал вопрос, давно его интересовавший, но который он не решался задать,
боясь расстроить Адриану:
— А как насчет алиментов? Он тебе что-нибудь предложил? Хоть бы пособие
на ребенка?
— Я ничего не просила, — тихо сказала Адриана. — У меня есть
зарплата. А он уже сообщил, что не будет содержать ребенка. Он отказывается
от всех своих прав еще до его рождения, я же тебе говорила... Похоже, что
Адриане была неприятна эта тема. — ...Мне от него ничего не надо.
Биллу ее принципиальность показалась хоть и достойной уважения, но все-таки
глупой.
— А если ты заболеешь? Если с тобой что-то случится? — мягко
спросил он.
— У меня есть страховка, — пожала плечами Адриана.
Билл посмотрел на нее с тихим раздражением:
— Почему ты так чертовски легко отпускаешь этого парня, Адриана? Ты
что, все еще любишь его? Он тебя бросил. У него же должны быть какие-то
обязательства и перед тобой, и перед ребенком?
Сердце у него сжалось, когда Адриана, покачав головой и коснувшись его руки,
ответила:
— Ты же знаешь, я его не люблю. Но я была за ним замужем... он был моим
мужем... И фактически остается...
Адриана запнулась. Неловко было говорить такое Биллу после всего, что он для
нее сделал, но это была правда.
— ...отцом ребенка, — закончила она. Ей не хотелось обижать Билла,
однако данный вопрос не был для нее безразличным, и Билл это понимал.
— Для тебя это очень важно, не так ли? Адриана потупилась, а потом
снова подняла на него глаза и очень тихо произнесла:
— Да. Может быть, не очень, но все-таки. Это его ребенок, Билл. Что,
если он в один прекрасный день одумается? Он имеет право на что-то... на какую-
то часть... Я не хочу захлопывать перед ним все двери.
— Не думаю, что он когда-нибудь одумается. Билл тоже говорил тихо. Он
не хотел ссориться с Адрианой и задавал себе вопрос, стоит ли вообще
дискутировать. Единственным его желанием было не потер
...Закладка в соц.сетях
