Жанр: Любовные романы
Дорога судьбы
...ова осмотрел ее и остался доволен
и матерью, и ребенком. В малышке добрых семь с половиной фунтов, а то и
больше.
— Вообще-то следовало бы отвезти тебя в больницу и оставить там... —
Однако в этом не было особой нужды: роды прошли без осложнений. — Как ты на
это смотришь?
Сабрине это предложение было не по душе.
— Нет, я лучше останусь здесь.
— Я так и думал, — ничуть не удивился доктор. — Ну что ж... Сабрина
сияла.
— Ладно, я разрешаю тебе остаться дома, но если возникнут какие-нибудь
осложнения: жар, недомогание, — доктор обернулся к Андре, — звоните мне
немедленно! А ты, Сабрина, на этот раз не тяни до последнего! — погрозил он
пальцем.
Она усмехнулась им обоим.
— Я хотела дождаться утра. Ненавижу будить людей посреди ночи.
Мужчины дружно расхохотались. Именно это она и сделала, да еще весьма
драматически. Часы показывали пятнадцать минут шестого, и на улице было еще
темно. На свет Божий появилась Доминик Амели де Верней. Они с трудом
подобрали ей имя, но давно условились, что оно должно подходить и мальчику,
и девочке.
Когда доктор уехал, Андре принес жене чашку чая, а служанка, терпеливо
дожидавшаяся окончания родов, унесла девочку наверх, чтобы искупать ее, и
вскоре принесла ребенка обратно. Постель сменили, Сабрина снова легла в
кровать, потягивая ароматный чай и держа у груди Доминик.
Андре все еще смотрел на нее с недоверием. Небо за окнами посветлело,
выглянуло солнышко.
— Ну, какие у нас планы на сегодня, любовь моя? — Они переглянулись и
рассмеялись.
Каким долгим было ожидание, и как быстро все произошло! Уже засыпая, Сабрина
снова вспомнила об ужасном доме в Чайнатауне, о том, как Андре спокойно
разговаривал с врачом под дулом пистолета, о том, как они бежали по
ступенькам. А теперь рядом с ней лежит крошечная девочка, а у кровати сидит
муж...
Когда Сабрина проснулась, они позвонили Антуану. Он собирался идти в поля и немедленно снял трубку.
— Это девочка!
— Как, уже? — поразился Антуан. — Боже, это чудесно!
— Мы назвали ее Доминик. Она очень красивая, и ей уже два часа... —
Андре взглянул на часы, — и четырнадцать минут. — Он сиял.
— О Боже... Папа... C'est formidable! А как Сабрина?.. Она в больнице?
Андре не упустил случая подшутить над сыном:
— Я отвечу на все твои вопросы кратко: да, отлично, нет. Да, это
потрясающе; она чувствует себя отлично; нет, она не в больнице. Ребенок
родился дома.
Сабрина сияла, слушая этот разговор. Она никогда не забудет, что в эти
минуты он был с ней рядом и поддерживал ее. Это дорогого стоило.
— Что? — опешил Антуан. — Дома? Но я думал...
— Я тоже. Но твоя мачеха все взвалила на меня. Она не хотела тревожить
мой сон и разбудила меня слишком поздно. И voila, мадемуазель Доминик
появилась на свет через двадцать минут после моего пробуждения! А врач
прибыл через десять минут после этого.
— Невероятно!
Андре был словно во сне. Его глаза вновь увлажнились.
— Да, mon fils, невероятно, но это было прекраснее всего на свете.
Он хотел, чтобы и Антуан когда-нибудь встретил и полюбил женщину, как он
свою жену... и чтобы у него родился желанный ребенок, и чтобы его сыну тоже
посчастливилось разделить это с женой... Он был рад, что в эти минуты
оказался рядом с Сабриной и что все хорошо закончилось. Это было и намного
труднее, и намного легче, чем он предполагал. Это была более тяжелая работа,
чем он думал, более болезненная, более страшная, более прекрасная, но еще и
Доминик сама помогла себе... Он понял, что Сабрине посчастливилось. Когда
родился Антуан, его мать мучилась два с лишним дня.
— Знаешь, у тебя это здорово получилось! — пошутил Андре днем, когда
Сабрина ела в постели, а Доминик спала в колыбели, которая раньше служила
Джону, а теперь была украшена белой кисеей и новыми белыми атласными
лентами. — Может, повторим? — поддразнил он.
Сабрина смотрела на него с удивлением.
— Постой, что ты говоришь... Это было совсем не так легко... — Слава
Богу, обошлось без осложнений, о которых ее предупреждал врач, но она все же
была страшно измучена. — У меня нет желания пережить это вновь.
Оба знали, что в ее возрасте это невозможно, и благодарили судьбу за щедрый
подарок. Они расстроились, что не застали на месте Джона: он в это время
обедал. Секретарша, которая была у них с Биллом Блейком-младшим на двоих,
обещала передать Джону, что звонила мать. Позже он перезвонил Сабрине. Судя
по голосу, он был пьян. Его совершенно не интересовала их жизнь, но когда
Сабрина сообщила о рождении Доминик, на том конце провода воцарилось
молчание. Наверное, их прервали, подумала она.
— Джон?.. Джон?.. Джон?.. Алло. Ох, черт побери! Андре, кажется...
— Я все еще не могу поверить, что ты решилась на это, — наконец подал
голос Джон.
Он не видел ее больше четырех месяцев.
— Я надеялся, что ты все-таки одумаешься, пока не поздно. А ты, мамуля,
как я понимаю, влипла. — Он пьяно захихикал, и Сабрина разозлилась.
— Ее зовут Доминик. Она маленькая и очень красивая. Мы ждем тебя с
нетерпением, — продолжала она так, словно Джон вне себя от радости, как и
они.
А Джон в это время что-то высчитывал.
— Насколько мне известно, ты должна была родить в декабре, а, мам?..
По-моему, ты вышла замуж где-то в апреле, верно?
Да, ее мальчик не глуп.
— Где-то так, да. Она родилась на два месяца раньше срока.
— Не вешай лапшу, он обрюхатил тебя еще до свадьбы. Поэтому-то вы оба и
были
удивлены
, как ты изволила выразиться, в июне. Держу пари, что я прав!
— Он смеялся в трубку, и Сабрине хотелось задушить его.
— Приезжай скорее домой, Джон. Посмотришь на свою сестру.
— Да, мам, конечно, приеду. Ах да! Поздравляю вас обоих! — съехидничал
он.
Какие разные звонки, подумала Сабрина, вешая трубку. Антуан чуть с ума не
сошел от радости и едва не заплакал, а Джон цинично и мерзко обвинил мать в
том, что она забеременела до свадьбы... Она огорчилась и поглядела на Андре
со слезами на глазах.
— Он ни капли не обрадовался. — У нее был вид обиженной девочки.
Андре похлопал ее по руке и поцеловал в щеку.
— Джон ревнует. Он слишком долго был единственным ребенком.
Ради Сабрины он готов был отыскать для пасынка любые оправдания. Но на этот
раз Сабрина с ним не согласилась:
— А как же Антуан? Ты же знаешь, что собой представляет Джон. Эгоист,
который когда-нибудь получит по заслугам. Нельзя так обращаться с людьми и
думать, что это сойдет тебе с рук. — Сказав это, она вспомнила об Арден
Блейк. Только бы Джон не навредил ей!
Они увидели его лишь в следующем году. Он приехал в июне, когда Доминик было
уже восемь месяцев. Едва взглянув на нее, он вошел в дом Терстонов и
огляделся с таким видом, будто он, а не кто-то другой был хозяином этого
дома. Сабрина внимательно посмотрела на Джона. Он стал еще красивее, чем год
назад, когда окончил университет. Через месяц ему исполнится двадцать три
года. Высокий, стройный, элегантный... В нем было что-то утонченное, почти
декадентское. Сабрина обняла его и улыбнулась. Прошел почти год с тех пор,
как они провожали его в плавание на
Нормандии
, и Сабрина была рада
повидать сына. Она баюкала малышку. Доминик улыбалась брату, но тот,
казалось, не обращал на нее внимания.
— Ну, что ты скажешь о мисс Доминик? — Сабрина с гордостью посмотрела
на свою грудную дочь и красавца сына.
— Кто?.. А... эта...
— Слушай, Джон, перестань корчить из себя взрослого! Я помню тебя в том
же возрасте. Это было не так уж давно.
Он улыбнулся и слегка оттаял.
— Да, да... Она прелесть. Но я предпочитаю девочек другого возраста.
— Это какого же? — шутливо спросила Сабрина, пока они поднимались
наверх.
Джон придирчиво оглядел свою комнату. Ничего не изменилось, несмотря на то
что он был здесь редким гостем.
— Где-нибудь между двадцатью одним и двадцатью пятью.
— Значит, к Арден Блейк это не относится. — Сабрина не забыла
шокирующую реплику Джона, что Арден —
его счастливый билет
. — Сейчас ей,
должно быть, не больше девятнадцати.
— У тебя отличная память, мам. Да, так оно и есть. Но она исключение из
правила.
— Бедная девочка! — закатила глаза мать.
— Ерунда! На следующей неделе они с Биллом возвращаются из Малибу.
Можно им погостить здесь пару дней?
— Да, конечно. Только при условии, что будете вести себя прилично.
Можете даже поехать в Напу, но вам с Биллом придется жить в одной комнате. В
доме у нас только две комнаты для гостей, — счастливо улыбнулась она.
Каким бы несносным временами сын ни был, хорошо, что он вернулся.
— Ты же знаешь, мы всегда рады твоему приезду.
— Я полагаю, вы больше не живете в этой дыре.
— Джон!
— А что такого? Вы ведь там жили.
— Только временами. Андре построил прекрасный дом и отдельный коттедж
для Антуана.
— Как? Он все еще крутится здесь? — раздраженно спросил Джон.
— Они с Андре следят за виноградниками. Плантация не маленькая, и пока
все складывается удачно. Без него Андре не справился бы.
— Если будет время, может, мы и заедем на пару дней. Они хотят подольше побыть в Сан-Франциско.
— Да, тут есть на что посмотреть. Но в Напе им тоже понравится.
Так оно и случилось. Билл и Арден пришли в восторг. Джон откровенно скучал и
злился, но Билл был очарован огромными виноградниками. Он сказал, что отец
одно время вкладывал большие деньги во французское виноделие, и весьма
удачно.
— Да, я знаю, — улыбнулся ему Андре. — Мы с вашим отцом прекрасно
сотрудничали. — Андре рассмешило изумление собеседника, который понял, кто
перед ним стоит.
Билл обернулся к Джону и объяснил, что Андре и его отец знают друг друга
много лет. Только теперь он вспомнил, что Уильям Блейк-старший не провожал
их в путешествие на
Нормандии
и не был на выпускной церемонии в Гарварде,
потому-то Андре с ним и не увиделся.
— Когда я буду в Нью-Йорке, непременно позвоню ему. А пока передайте
ему от меня привет и наилучшие пожелания.
— Конечно.
После этого Джон стал относиться к Андре с большим уважением, но Антуана
игнорировал по-прежнему. А Сабрина и Арден совершили долгую прогулку с
маленькой Доминик, которая мирно лежала в прогулочной коляске, купленной
Сабриной где-то в антикварной лавке. Они несколько часов пробродили по
тропинкам, знакомым Сабрине с детства, а когда женщины наконец вернулись,
четверо мужчин загорали у пруда. Арден поздоровалась с Антуаном, которого
прежде не видела. Сабрина заметила, что Антуан потрясен. Весь остаток дня он
не спускал с нее глаз, а вечером, когда Билл с Джоном уехали в город
поиграть в карты, Арден и Антуан долго о чем-то беседовали. Молодые люди
привыкли бросать Арден одну и не обращали на нее никакого внимания. Билл
предложил Антуану поехать с ними, но тот отказался, сославшись на неотложные
дела, о которых и думать забыл, стоило Биллу и Джону уехать.
Уложив девочку спать, Сабрина с улыбкой взглянула на Андре. Уже стемнело.
Антуан и Арден сидели на крыльце и вели задушевную беседу.
— Он очень увлекся ею. Ты заметил?
— Да. — Андре думал о сыне. — А Джон не будет против? Мне кажется, он к ней очень неравнодушен.
— Не думаю. — Сабрина села на кровать. — Мне не нравится его отношение
к ней. В прошлом году он назвал ее своим
счастливым билетом
. Надеюсь, это
была только шутка. Конечно, женитьба на ней позволит ему упрочить свое
положение в банке Уильяма Блейка-старшего. Но я не хочу, чтобы он
пользовался этим. — Конечно, ее мнение ничего не значит для Джона; на этот
счет она не обольщалась.
Но Андре тоже не принял этого всерьез.
— Не думаю, что он желает девушке зла. Просто сболтнул для красного
словца...
— Надеюсь, что так. Кажется, он ею вовсе не интересуется. — Слишком уж
молодые люди торопились уехать в город. Карты были им дороже девушки.
— Чего не скажешь об Антуане, — улыбнулся Андре.
Антуан порвал со своей девушкой и уже несколько месяцев скучал в
одиночестве. Но сегодня ему было не до скуки. Они без конца играли с
Доминик, смеялись, качали и не спускали ее с рук. Антуан в отличие от Джона
души не чаял в сестре.
На следующий день Арден взяла малышку на пруд и принялась играть с ней.
Вернувшись из города, где он встречался с крупными оптовиками, Антуан быстро
натянул плавки и присоединился к Арден. Они болтали, тихонько смеялись,
играли с малышкой, а потом вернули ее матери и продолжили свою бесконечную
беседу. Сабрина издали наблюдала за ними. Они так хорошо играли с ребенком,
как будто были женаты. Да и возраст у них был вполне подходящий. В обоих
было какое-то спокойствие и теплота. Казалось, оба вылеплены из одного
теста; оба были блондинами. Идеальная пара... хотя, кажется, никто ничего не
замечал. Кроме Джона. Когда Доминик уснула, Джон, появившийся невесть
откуда, ласточкой прыгнул в воду и проплыл между Арден и Антуаном. А вечером
Билл с Джоном повели Арден в кино, но Антуана с собой не пригласили. В
глубокой задумчивости тот сидел на крыльце, курил сигарету за сигаретой и
пил домашнее вино.
— Что, не нашел ничего получше этого пойла? — поддразнила его Сабрина,
подходя к Антуану и садясь в кресло-качалку. — Милый, у тебя все в порядке?
— встревожилась она.
Он всегда был такой спокойный... Никто не знал, что у него на уме. Он не
желал причинять другим боль и взваливал на себя слишком большую
ответственность. Это делало его идеальным управляющим для Андре и бесценным
помощником для них обоих.
— О'кей. — Он говорил все с тем же неистребимым французским акцентом.
Сабрина улыбнулась.
— Са va.
— Хорошенькая, правда?
Оба знали, что речь идет об Арден Блейк.
— Более того, — тихо ответил он. — Она необыкновенная. Удивительно
глубокая и полная сострадания. Вы знаете, что в прошлом году она шесть
месяцев проработала с миссионерами в Перу? Она сказала отцу, что, если он не
отпустит ее, она сбежит из дому. И он уступил. Она свободно говорит по-
испански, а французский знает в совершенстве. — Он снова улыбнулся Сабрине.
— А сколько мыслей в этой прелестной белокурой головке! Я думаю, Джон и
понятия об этом не имеет.
— По-моему, он ею совершенно не интересуется. — Сабрина действительно
так думала, но Антуан знал лучше.
— Думаю, вы ошибаетесь. Он просто ждет подходящего момента. Он пока еще
не нагулялся, а Арден слишком молода. — В глазах Антуана читалась мудрость
старика... — Думаю, однажды он все-таки женится на ней. Пока она даже не
подозревает об этом, но это неизбежно. Пока он держит ее про запас, но стоит
кому-нибудь подойти близко, и...
Оба они подумали о том, как быстро Арден согласилась пойти с Джоном в кино,
хотя юноши и не горели желанием развлекать ее. Но ведь она так много
рассказала Антуану...
— Я знаю, что прав.
— Если он женится на ней, — Сабрина была откровенна с ним, — это будет брак по расчету, Антуан.
— Знаю, — печально улыбнулся он. — Странно заглядывать в будущее, но
иногда поступки других предсказать легко. Хочешь остановить их, но это не в
твоих силах.
— Это как раз в твоих силах, Антуан! — Сабрине хотелось, чтобы он хоть
раз в жизни получил то, чего заслуживал, и не беспокоился о других.
Непонятно почему, но Сабрина не хотела, чтобы Арден Блейк досталась Джону.
Ради ее же собственного блага. Не ради Джона. Она знала, что им обоим это
принесло бы много вреда.
— Если она тебе дорога, борись за нее!
— Она слишком молода, — вздохнул Антуан и улыбнулся, — и без ума от
Джона. Она любит его лет с пятнадцати. Бороться с этим бесполезно. Она
должна перерасти свою любовь, но этого еще не случилось.
— Рано или поздно это случится. Он с ней не слишком любезен.
— Тем хуже. В этом возрасте во всех девушках есть что-то мазохистское.
Сабрина удивленно посмотрела на мудрого не по годам пасынка.
— Попробуй проводить с ней побольше времени...
— Сегодня я так и сделал. Но ведь она здесь ненадолго.
У Сабрины возникла идея, и тем же вечером она поделилась ею с Андре.
— Ты не хочешь послать Антуана в Нью-Йорк? Пусть на месте посмотрит,
каковы перспективы сбыта нашей продукции.
Андре недоуменно посмотрел на нее.
— А зачем? Я думаю, мы поедем туда осенью.
— А почему бы не поручить это Антуану?
— Так ты не хочешь в Нью-Йорк?
— Мы можем съездить туда в другой раз.
Он удивленно посмотрел на нее и вдруг усмехнулся:
— Слушай, ты случайно не беременна?
Она засмеялась:
— Нет. Я только подумала, что эта поездка пойдет Антуану на пользу.
— Тут что-то кроется. Не морочь мне голову. Эй, колдунья, отвечай, что
ты прячешь в рукаве? — Он подошел к ней, обнял; она засмеялась, и всю ее
бесстрастность как рукой сняло...
— Прекрати! Я серьезно...
— Знаю, но что ты имеешь в виду?
— Ладно, слушай... — Она рассказала ему об Арден Блейк и о том, что
Антуан увлекся ею.
— Слушай, он уже не ребенок. Ему двадцать семь лет, и он может
позаботиться о себе. Если Антуан захочет, он сам может съездить в Нью-Йорк:
денег у него для этого хватит. — Они платили ему солидное жалованье, но это
не имело значения.
— Он не поедет. Он настоящий джентльмен и не станет отбивать у Джона
девушку.
— Ну что же, и будет прав. Почему бы тебе не оставить его в покое? —
Андре сердился, но Сабрина не обращала на это ни малейшего внимания.
— Андре, они же идеальная пара!
— Вот пусть он сам этим и занимается.
— Черт побери, ты невозможен!
Но Андре ничего не пропустил мимо ушей. Утром он как бы случайно поболтал с
Антуаном о девушке и ничего не сказал, когда днем Антуан исчез и возвратился
лишь вечером. Они устроили пикник у какого-то ручья, он угощал Арден
домашним вином и вернулся загорелый, улыбающийся, счастливый. Возможно, они
пару раз поцеловались. А вечером, когда Билл с Джоном уехали в город
развлекаться с хористочками, Антуан пригласил Арден на прогулку. Когда Арден
возвращалась с Биллом в Малибу, она сказала, что надеется снова увидеться с
Антуаном. Джон остался в Напе еще на несколько дней, затем уехал на юг к
Биллу и Арден, а вскоре вместе с Биллом уехал из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк. У
Антуана вдруг появились в Малибу какие-то срочные дела, и он навестил Арден
и ее мать незадолго до их отъезда в Нью-Йорк. Но об этом он почти ничего не
рассказывал ни Сабрине, ни отцу.
— Так что, ты посылаешь его в Нью-Йорк? — Сабрина от души наслаждалась
этой интригой.
— Да, — таинственно улыбнулся Андре. — Но он сам попросил меня об этом.
Он ищет повода для поездки в Нью-Йорк, но не признается в этом.
Но когда в очередной раз позвонил Джон, оказалось, что он вновь
заинтересовался девушкой. Ее имя не сходило у него с языка. Он таскал ее с
собой на коктейли, вечеринки, в театр... Сабрина понимала, что Антуан прав:
Джон лишь играет с Арден. Девушка была слишком молода и принимала все за
чистую монету. Но Антуан все-таки поехал в Нью-Йорк повидаться с ней и
вернулся домой совершенно подавленный.
— Что случилось? Он что-нибудь сказал тебе? — выпытывала Сабрина у
Андре после того, как отец с сыном успели перекинуться парой слов.
— Да. Сказал, что она влюблена в Джона.
— Не может быть! Ведь она была без ума от Антуана!
— После этого Джон занялся ею всерьез, и Арден думает, что они скоро
обручатся. Она не постеснялась сказать об этом Антуану. Они даже не
поцеловались. Только не смей говорить ему, что я обо всем рассказал тебе.
— Можешь быть спокоен... — Она была подавлена не меньше Антуана. — Ах,
какое дерьмо!
— Ничего не скажешь, хорошего ты мнения о собственном сыне... Послушай,
оставь их в покое. Это их личное дело. Если Антуан по-настоящему любит ее,
он будет бороться. Если для Джона это всего лишь игра, рано или поздно она
ему надоест. И если у Арден есть кое-что в голове, она сама сделает выбор.
Лучшее, что ты можешь сделать, это предоставить их самим себе.
— Я не могу вынести эту неопределенность! — Сабрина рассмеялась, но в
душе понимала, что Андре прав.
Несколько месяцев Антуан не упоминал об Арден, Судя по всему, они не
переписывались: Сабрина никогда не видела ее писем. Хотя кто знает, может
быть, они приходили тогда, когда Сабрина уезжала в город? И когда они
разговаривали с Джоном на Рождество, она готова была свернуть ему шею.
— Как Арден, милый?
— Кто?
— Арден Блейк. — Она с трудом сдержалась. — Сестра твоего друга Билла.
— Ах да, конечно. У нее все нормально. Сейчас я встречаюсь с девушкой
по имени Кристин.
— Откуда она?
Он засмеялся:
— По-моему, из Манчестера. Она англичанка, работает в Нью-Йорке
манекенщицей, очень высокая, сексуальная блондинка. — Судя по всему, его
привлекали блондинки, сам он был жгучий брюнет.
— И хорошая девушка? — Стоявший рядом и ждавший своей очереди Андре
рассмеялся, и Сабрина прыснула: — Ладно, не обращай внимания! — Она была
рада, что Джон оставил Арден. Надо будет сообщить об этом Антуану... — А
Арден ты видишь?
— Да, время от времени. Как раз на этой неделе я собираюсь поехать к
ним в Палм-Бич.
— Когда приедешь?
— Наверное, летом. Может, привезу с собой Кристин.
Сабрина вздрогнула. Кажется, у Антуана появляется шанс...
— Это было бы великолепно! Передай Кристин от меня привет!
— Так на чьей ты все же стороне? — возмутился Андре, когда она повесила
трубку.
— А ты как думаешь? — улыбнулась Сабрина.
Ей хотелось, чтобы Антуан наконец получил то, о чем мечтал. В отличие от
Джона он редко думал о себе. Да, похоже, Джон многому научился, но Сабрина
знала, что его сущность осталась прежней. Разумеется, Сабрина не желала сыну
зла, но и не хотела, чтобы он причинял зло другим. Она была уверена, что при
первом же удобном случае он навлечет на Арден Блейк беду. На следующий день
Сабрина намекнула Антуану, что у Джона завелась новая пассия.
— Вот и хорошо, — равнодушно ответил тот.
— Антуан... — Она искала способ потактичнее сообщить ему, что Арден
свободна и что ветер дует в паруса Антуана. — Он не видится с Арден.
— И это неплохо. — Он улыбнулся, но на лице его не отразилось ни капли
воодушевления.
— Тебе она больше не нравится?
Ох, дети, дети, как вас понять? Она посмотрела Антуану в глаза, а тот
поцеловал ее в щеку.
— Нет, дорогая мама, — теперь он часто называл ее матерью, — она мне
очень нравится. Но она слишком юна и сама не знает, чего хочет. Я не желаю
становиться между ними.
— Но почему?
— Потому что я буду страдать, — искренне ответил он.
— Ну и что? — Сабрина была шокирована. — Такова жизнь. Чтобы добиться
чего-то, нужно бороться! — разозлилась она.
Но Антуан остался безучастным.
— Нет, здесь мне не выиграть. Поверьте мне, я знаю. Она не замечает его
недостатков. — Он виновато посмотрел на Сабрину, но та только махнула рукой.
Она знала сына лучше, чем кто бы то ни было.
— Чем больше я буду стараться, тем сильнее она будет тянуться к Джону.
Он был прав, но Сабрина не могла вынести этого.
— Неужели она настолько слепа?
— Да. Такова юность. Но когда-нибудь она повзрослеет.
— И что потом?
Он пожал плечами:
— Может быть, она выйдет замуж за Джона. Обычно так и бывает.
— Тебя это не волнует?
— Волнует, конечно. Но что, черт побери, я могу поделать? Я понял это,
когда ездил в Нью-Йорк, потому и вернулся таким подавленным, хандрил
несколько недель... — Он смущенно улыбнулся, и Сабрину тронула его
откровенность. — Но тут я абсолютно бессилен. Меня положили на обе лопатки.
Джон очень коварен, он умеет убеждать, а она верит каждому его слову, по
крайней мере внешне. Мне кажется, что в глубине ее души скрываются мрачные
предчувствия и подозрения. Даже сейч
...Закладка в соц.сетях
