Жанр: Любовные романы
Причуда принцессы
...раз, Деметрио!
Он с отвращением посмотрел в ее сторону и резко выбросил руку вперед.
— Стой, — прорычал он.
В первый раз Натали испугалась его не на шутку.
Побледнев, она вжала голову в плечи.
— Паук. Что за черт?.. — Деметрио в изумлении сделал шаг
назад. — Неужели ты подумала, что я собираюсь тебя ударить?
— Нет, — прошептала она. Ее сердце билось о ребра так, словно
готово было выскочить наружу. — Нет.
Деметрио разочарованно уронил руку и покачал головой.
— Кому ты лжешь, Натали?
Он смотрел на нее тоскливыми глазами раненого животного. Да, она любила
этого большого красивого человека, но ее любовь была слишком мелка и
суетлива.
Эгоистка, ты всегда думала лишь о себе, ты не способна на большое и светлое
чувство.
— Извини, — вздохнула она.
— Перестань! — глухо просипел Деметрио. — Я бил мужчин, но
никогда, ни пальцем, слышишь, я не тронул ни одной женщины и не собираюсь
начинать с тебя. Почему так сложно поверить мне? Почему ты всегда думаешь о
худшем?
— Я верю тебе.
— Насколько? — горько усмехнулся он.
Внезапно его обуял гнев, он прошелся по террасе.
— Жаль, что ты узнала о Каттанаске, но нашей встрече есть достойное
объяснение. Он остановился у моего столика и снова заявил о желании купить
мою виллу, а я ему снова отказал. Вот и все! Если ты хочешь положить конец
нашим отношениям, я исчезну из твоей жизни. И не нужно устраивать сцен.
— Нет, — вскрикнула Натали. — Я не хочу.
— И я не хочу. — Деметрио осторожно взял в руки ее лицо и
повторил: — И я не хочу, принцесса.
В этот момент двери балкона распахнулись.
— Вы нам нужны, синьор Бертолуччи, — крикнул мужчина в оранжевой
спецовке.
— Я должен работать, — пробормотал Деметрио, — а ты иди домой
и отдохни. Сегодня я закончу рано и заберу тебя в два, поедем в Поситано,
возьмем яхту до Капри и проведем там день, затем я отвезу тебя поужинать в
Равелло.
— Звучит заманчиво. — Нежность в его глазах и голосе успокоили ее.
— Увидимся в два.
Деметрио смотрел ей вслед. Она была права в своих подозрениях, он продолжал
лгать ей и запутался.
Но пока история с разоблачением Каттанаски не закончится, я должен хранить
тайну.
Этот человек вызывал у Деметрио неприятный зуд в ладонях, так ему хотелось
расквасить его ухмыляющуюся физиономию. Деметрио вспомнил их разговор в
кафе.
— Что-то ты невесел, мой юный друг, — маленький человечек распылял
вокруг себя сочувствие и понимание так явно, что даже и слепой бы заметил.
— И вы бы горевали на моем месте, — подыгрывая ему, сокрушался
Деметрио. — В кармане последняя сотня евро и ни один банк не дает
кредит.
— Так проблема в деньгах? — вздохнул Каттанаска, накрыв старческой
ладонью руку Деметрио. — Я помогу, как помогаю другим людям в подобных
ситуациях. О какой сумме идет речь?
— О сотнях, синьор. Вы оказались правы, восстановление виллы стоит
целое состояние.
— Тысячи — не проблема, мой мальчик. Уверен, мы достигнем консенсуса.
Старичок предложил сумму за проценты, которые через тридцать дней
удваивались, а через шестьдесят — утраивались.
— От тебя требуется конфиденциальность, — закончил он. — И
залог.
— Как насчет моего грузовичка?
— А как насчет виллы?
Негодяй! Сколько бедных душ ты разорил и довел до самоубийства?
— Я не могу рисковать виллой.
— Так ты уже сделал это, Деметрио, — возразил Каттанаска. —
Что ты думаешь, произойдет, когда кредиторы начнут требовать возврата долга?
Старик затрясся от смеха. Если бы подвернулось под руку что-нибудь острое,
вонзил бы в это алчное сердце.
— Не переживай, — Каттанаска махнул официанту и заказал два
эспрессо
. — Это не конец мира, мой друг.
Старик вытащил из дипломата бумаги.
— Я бы мог подумать, что вы не просто так присели за мой столик. Вы
отлично подготовились к нашей встрече, — сказал Деметрио, листая
контракт.
— Я всегда готов прийти человеку на помощь, — ухмыльнулся
Каттанаска. — Скоро свяжусь с тобой. Мне нравится курировать свои
инвестиции. И, кстати, я пошлю тебе своих рабочих.
Он звонил несколько раз, договаривался о встречах. Деметрио собирал
информацию, запоминал хитроумные комбинации со счетами и бумагами и...
исправно ставил в известность полицию.
Два дня в неделю, по приезде всех этих дельцов, Деметрио отсылал Натали с
виллы, потому что не мог объяснить ей внезапное появление незнакомых людей с
неприятной наружностью, а вслед за этим и подвоз дорогого стройматериала.
Он знал, что балансирует над пропастью: кутерьма вокруг очень напоминала ему
сферу деятельности деда, и ему все труднее было скрывать свое отвращение к
происходящему. Каттанаска слыл прожженным аферистом, и иметь такого врага
было очень опасно, но Деметрио всегда считал риск делом благородным.
— Эй, Бертолуччи! — снова крикнул мужчина в спецовке. — Вы
обещали обозначить фронт работ.
— Идите домой, — махнул Деметрио рукой. — Забирайте свой
инвентарь и можете не возвращаться.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
После поездки на Капри их отношения стали более доверительными, и Натали
радовалась, что ссора помогла им укрепиться в своих чувствах.
— Я нанял квалифицированных рабочих, они закончат реставрацию. Прежде
чем ты спросишь о деньгах, скажу: у меня есть бонусы, которые покроют мои
расходы, — объяснил он.
Несколько дней спустя прибыли два огромных зеленых грузовика с золотыми
надписями на дверях
Эмеренция кострузион
. Бригада рабочих выгрузила
строительные материалы и приступила к завершению работ по восстановлению
виллы, а Деметрио снова превратился в мужчину, в которого влюбилась Натали:
спокойного и заботливого.
Кроме того, ее тошнота прошла. Натали оказалась не беременной. Когда-нибудь
она была бы рада завести детей вместе с Деметрио, но не сейчас: хотя между
ними все вроде бы складывалось замечательно, их отношения продолжали
оставаться далекими от совершенства.
Деметрио велел Натали в течение дня оставаться на вилле
Розамунда
,
объяснив свою просьбу тем, что женщине не место среди строительного хлама и
пыли, но вечера, а иногда и ночи они проводили вместе. Он был нежен и
внимателен, говорил много приятных слов, какие ласкают слух любой женщины,
но ни разу не заикнулся о любви.
Не было уверений, обещаний, лишь незабываемые моменты страсти.
Масло и вода никогда не смешиваются, принцесса, предупреждал он, и Натали
все чаще вспоминала об этом, лежа без сна в его объятиях в прохладные
предрассветные часы.
Барбара видела, что Натали страдает и мучается сомнениями. Знаменитая леди
Уэйд никогда не умела молча взирать на жизнь, она была одной из самых
деятельных ее участниц.
— Я нашел это в почтовом ящике сегодня утром, — сказал Деметрио
как-то вечером, передавая девушке изящный конверт из тонкой бумаги.
Она узнала крест в левом верхнем углу и почерк и не смогла сдержать дрожь.
— Что это?
— Приглашение от твоей бабушки на ужин в субботу. Что ты об этом
думаешь?
Натали сделала вид, что вовсе не удивлена.
— Все предельно ясно. Она хочет, чтобы мы пришли на ужин.
— Ты знала о приглашении заранее?
— Мы обсуждали эту идею несколько недель назад, хотя тогда я потерпела
поражение и думала, что она забыла о нашем разговоре.
Деметрио похлопал конвертом по ладони.
— Почему она решилась сейчас пригласить меня?
— Полагаю... — Натали запнулась, — пришло время познакомиться
с соседями.
— Не поздно ли? Соседи у меня появились, когда я впервые приехал сюда.
Но это первое приглашение от них на праздник.
— Она не просто одна из твоих соседок, Деметрио. Она моя бабушка и
знает, что мы... — друзья, семейная пара, любовники? —
встречаемся. Может, она хочет официально выказать нам одобрение?
По комнатам разнесся его сочный глубокий смех.
— Милая, восхищаюсь твоей верой в добрые намерения людей. Могу
поспорить, твоя бабушка желает, чтобы я сквозь землю провалился, и я едва ли
могу ее в этом винить. Если бы моя внучка валяла дурака с таким типом, как
я, то я бы застрелил его, не раздумывая.
Вот и ответ на твой вопрос. Мы не пара, не друзья, не любовники, мы просто
валяем дурака.
— Ты всегда можешь отказаться.
Деметрио бросил озорной взгляд в сторону виллы
Розамунда
и улыбнулся.
— И повести себя как трус? Не дождетесь! Я приду, уверяю тебя.
— Естественно, — ответила Натали.
К субботе она буквально превратилась в комок нервов, уже раз десять пожалев,
что бабушка пригласила Деметрио на ужин. С каждым часом она убеждалась, что
мотивы, которыми руководствовалась Барбара, являлись далеко недружелюбными.
— Почему ты так нервничаешь? — удивлялась бабушка. — Ты сама
предложила эту идею.
— А ты отказалась.
— Могу я передумать? Я вижу, как ты предана этому человеку, и хотела
тебе угодить.
— За моей спиной? — съязвила Натали. — Тебе нужно было
сначала обсудить это приглашение со мной.
— Я хотела тебя удивить, дорогая. Извини, если тебе неловко. Но все
приняли приглашение, включая мистера Бертолуччи. Поэтому расслабься и
наслаждайся.
Наслаждайся? Отличный совет.
Натали словно истукан торчала на террасе, нацепив на лицо одну из своих
ничего не значащих, но вежливых улыбок, и не отрывала глаз от фойе.
Гости прибыли, но Деметрио среди них не оказалось, и она искренне надеялась,
что он передумал и остался дома.
Накануне Деметрио прислал Барбаре роскошный букет цветов. Вряд ли это жест
человека, решившего игнорировать приглашение на праздник.
Натали украдкой посмотрела на часы. Она готовилась к выходу несколько часов,
не зная, что надеть — изящное платье для коктейлей от модного кутюрье или
простой наряд на тот случай, если у Деметрио не найдется выходного костюма
или черного галстука.
В конце концов, она остановилась на темно-синем платье, расшитом бисером, и
открытых босоножках на высоких каблуках. Волосы она уложила в красивый пучок
на макушке, веки покрыла мерцающими тенями, нанесла тушь и спрятала в
бюстгальтер крошечное саше с духами.
Как бы ей хотелось, чтобы появление Деметрио прошло гладко и тихо, чтобы он
влился в толпу гостей, не привлекая к себе внимание... Но нет, едва Ромеро
открыл переднюю дверь, чтобы пригласить мистера Бертолуччи в дом, всех
собравшихся в зале словно парализовало.
Все глаза с удивлением воззрились на нового гостя. Он был одет в черный
костюм в черную полоску, темно-серую рубашку и черный в черную же полоску
галстук. Туфли из дорогой кожи отражали свет ламп. В его облике было нечто
вызывающее, даже зловещее. Изысканное общество не привыкло к тому, чтобы так
явно попирали его правила.
Натали догадывалась о том, что творится в душах этих рафинированных дам, еще
до того, как услышала шепот одной из них:
— Господи, мафия среди нас! О чем думала Барбара, приглашая его на
вечер?
Сердце девушки болезненно сжалось, ей захотелось броситься вперед, чтобы
закрыть любимого от дурных взглядов и презрительных слов, но ее ноги словно
приросли к полу. Ей оставалось лишь молить его взглядом о прощении.
Впрочем, к ее удивлению, Деметрио держался свободно и раскованно. Не замечая
презрительных взглядов, он подчеркнуто вежливо поклонился хозяйке дома.
Бабушка направилась к новому гостю, тщательно маскируя свою надменность
натянутой улыбкой.
— Вот и вы, мистер Бертолуччи! Я уже начала думать, что вы не
придете. — Она протянула ему руку, ожидая рукопожатия, но каково было
ее удивление, когда он поднес ее к губам и осторожно поцеловал.
— Я и не мечтал оказаться приглашенным в дом такой очаровательной
хозяйки, как вы, синьора. Мне очень приятно находиться здесь, — томно
протянул Деметрио, посмотрел ей прямо в глаза и вдруг подмигнул, будто хотел
сказать: мы оба знаем, что лжем, но если желаете сыграть по-крупному, всегда
к вашим услугам.
— Господи милосердный, где мои манеры? — прошептала Барбара,
заливаясь румянцем. — Бокал шампанского, пожалуйста, и я представлю вас
гостям.
— Шампанское — это великолепно, — его веселый голос разнесся по
залу, — но думаю, представлять меня не обязательно. Уверен, все
присутствующие в курсе, кто я такой.
В страхе, что бабушка вот-вот рухнет на пол в обмороке, Натали сделала шаг
вперед, но Барбара справилась с шоком.
— Вы не знакомы с ними, мистер Бертолуччи. При этих словах на его лице
расцвела улыбка.
— Я знаком с вашей внучкой.
— Да, — Барбара бросила на него один из своих испепеляющих
взглядов. — Вы с ней стали очень близки, кажется.
— Очень, — не растерялся Деметрио, — так близки, как только могут мужчина и женщина.
Легкий вздох прошелестел по залу. Не замечая его, Деметрио и Барбара
продолжали разглядывать друг друга в упор. Натали всегда начинала смущаться
под пристальным взглядом синих глаз Деметрио, но, кажется, и знаменитая леди
Уэйд тоже не стала исключением.
— Тогда, — Барбара сделала шаг в сторону, словно покидая линию
огня, — оставляю вас на ее попечение. Надеюсь, она преуспеет в том, в
чем я не смогла, и убедит вас расширить круг знакомств.
Как только Барбара удалилась, Натали шепнула:
— Привет.
На самом деле девушка понятия не имела, что делать и как себя вести —
притвориться беспечной и веселой или упасть к нему в объятия и разрыдаться.
Деметрио быстро решил все ее дилеммы. Взяв Натали за обе руки, он расцеловал
ее в щеки.
— Выглядишь божественно, принцесса.
Мой Деметрио был другим. Кто этот человек, так спокойно и хладнокровно
бросающий вызов обществу?
Она была не единственной, кто задавался этим вопросом. Впервые увидав
Бертолуччи в качестве приглашенного, а значит, равного им, именитые гости
замерли от страха и обиды. Его уверенная речь в беседе с несравненной
Барбарой Уэйд заставила тех, кто показал ему спины, повернуться лицом и
склонить головы в знак уважения. Этот человек заслуживал второго, более
пристального, взгляда.
Деметрио уложил свои непокорные волосы, его ногти сверкали безупречностью
формы и чистотой, аромат его лосьона отличался изысканностью и
чувственностью. Темный костюм был сшит безупречно, галстук и рубашка,
несмотря на некую мрачность, смотрелись верхом совершенства. Натали начала
подозревать, что Деметрио было гораздо удобнее в новом обличье среди роскоши
и великолепия, чем она себе представляла. Она одновременно и восхищалась им
и негодовала. Ее, как и многих здесь, застали врасплох. Мужчины жали
Деметрио руку, женщины благосклонно улыбались, и все же Натали чувствовала:
все эти люди ждут его фиаско и недоумевают, как же так получилось, что он
оказался одного с ними круга.
За столом Деметрио оказался самой любезностью: он внимательно слушал
собеседниц, старался предугадать их желания и обольстительно улыбался. Он
знал, какой вилкой пользоваться, какой бокал поднимать, мог поддержать любую
тему для беседы — о международной политике, спорте, финансах.
Наконец, одна из дам не выдержала.
— Откуда такая осведомленность, мистер Бертолуччи? — громко
спросила она с другого конца стола.
В другое время Натали сочла бы вопрос бестактным, но сейчас, как и все
остальные, она дрожала от любопытства.
— Я много лет путешествовал, синьора.
— Неужели? — протянула дама. — Расскажите нам о своих
путешествиях.
Деметрио беспечно пожал плечами.
— Несколько лет провел в Азии, Австралии, на Среднем Востоке, но
большей частью в Штатах.
Женщина с другого конца стола отпила вина из бокала и сладко пролепетала:
— И где именно в Штатах?
— В Нью-Джерси.
Люди за столом, прикрыв рты руками, заулыбались, кивая и обмениваясь
многозначительными взглядами: у штата дурная слава.
— В Принстоне.
В зале послышался недоуменный смех.
— Вы же не университет имеете в виду? — ехидно спросил кто-то.
— Именно, — спокойно ответил Деметрио.
— И что вы там делали?
— Играл в покер и баскетбол... — Деметрио потянул время. —
Между занятиями.
— Занятиями? — на этот раз не удержалась Барбара. — Вы были
студентом в Принстоне, мистер Бертолуччи?
— Да, синьора Уэйд, — Деметрио обвел взглядом
присутствующих. — Как еще я мог получить степень по экономике?
— Действительно, как еще! — некоторое время Барбара приходила в
себя, затем подняла бокал за гостя. — Мой милый мистер Бертолуччи, я
вас недооценила.
Деметрио одарил пожилую женщину своей незабываемой улыбкой.
— Не казнитесь, синьора. Большинство людей полагаются на первое
впечатление.
Натали рассеянно смотрела в тарелку. Голоса вокруг кружились, смешивались в
единый гул, но она слышала лишь свои вопросы.
Кто этот человек и что заставило меня думать, будто я знаю его? Сколько
сюрпризов он еще приготовил мне?
Деметрио поздно лег спать и проснулся около девяти. Потянувшись, он
поудобнее устроился на новой кровати и заложил руки за голову. Стеклянные
двери балкона были открыты, вдали виднелось море, а где-то на горизонте —
побережье Сицилии, казавшееся ему крошечным пятнышком.
Вендетта оказалась слаще меда. Тысячу раз Деметрио представлял себе, как
вытянутся лица его недоброжелателей — всех тех, кто презирал семью
Бертолуччи, — когда они узнают, каких выдающихся успехов он достиг. И
все же его мечты оказались бледной фантазией в сравнении с тем, что
произошло прошлой ночью.
Все началось с неожиданного предложения детектива Руссо, а закончилось
вечером у Барбары Уэйд. Конечно, Деметрио не рассчитывал за одну ночь
оказаться принятым в круг богатой аристократии, но он все равно чувствовал
себя победителем. Было приятно видеть их недоуменные лица, наблюдать, как
они почесывают головы, трут виски, размышляя над тем, как ему удалось побить
их в их же собственной игре. Деметрио мог бы открыть им способ, но
объяснений заслуживала лишь одна Натали. Она одна знала его гордость, ей
одной он поведал все тягости своей судьбы, она одна любила настоящего
Деметрио, человека без налета снобизма и непомерного самолюбия. Только
Натали готова была принять его таким, каков он есть на самом деле.
Деметрио закрыл глаза и улыбнулся.
Свободен от обязательств, клятв перед самим собой, теперь можно подумать о
свадьбе, о детях. Им никогда не будет стыдно за своего отца, они с гордостью
станут носить фамилию Бертолуччи.
Если Натали примет его предложение, он уйдет в работу с головой и достроит
виллу в память о бабушке, а затем подарит ее женщине, которую будет любить
до самой смерти, и детям, которых она ему родит.
На столике у кровати зазвонил телефон. Продолжая улыбаться, с закрытыми
глазами, Деметрио поднес трубку к уху.
— Это Натали, — зазвенел знакомый голос. — Нам нужно
поговорить.
Когда Натали приехала, Деметрио стоял у своего старого грузовика и
разговаривал с рабочими.
— Я недолго, — кивнул он девушке. — Подожди на террасе.
Натали не возражала, ей хотелось осмотреться. Дом изменился: в
отполированных мраморных плитах пола отражались сияющие хрустальные люстры и
мебель — в основном новая, за исключением нескольких реставрированных
антикварных вещей его бабушки. В воздухе витали ароматы воска и лимона.
Вдоль безупречно белых стен высились неимоверно дорогие вазы. Одну из них,
стоящую на черном мраморном пьедестале, заливал струящийся из окон свет.
В окружении огромных горшков с пышными растениями стояло черное, покрытое
резьбой пианино. Салон украшали стеклянные столы, старинные лампы и белая
кожаная мебель, за дверями балкона ухоженный сад соперничал в красоте с
внутренним убранством виллы.
Откуда он взял столько денег? Лгун!
Она все твердила себе, что нужно оставаться сильной и решительной, хотя
мозги отказывались функционировать, а ноги двигаться и в голове Натали
звучал голос бабушки. Когда ночь сюрпризов, наконец, подошла к концу,
Барбара произнесла:
— Этот молодой человек очень удивил нас, дорогая, но полагаю не тебя.
Естественно, ты знала о его богатстве и образовании.
Естественно, нет!
Натали глаз не сомкнула, все думала и думала, почему Деметрио не рассказал
ей о своем образовании, финансах, карьере, но так и не смогла прийти ни к
каким утешительным выводам. Двуличность этого человека сильно ранила
девушку.
Хлопнула дверь грузовика, заработал двигатель, и секунду спустя Деметрио
вошел в дом.
— Принцесса, ты где?
— В салоне, — отозвалась она.
Деметрио очутился возле нее так внезапно, что она не успела ничего сказать.
Мужчина заключил Натали в объятия и поцеловал. Когда-то она душу продала бы
за подобный поцелуй, но сегодня ей требовалось здравомыслие, чтобы
расставить все точки над
i
, поэтому она отстранилась и вытерла губы
ладонью.
В его синих глазах мелькнуло удивление.
— Сядем? — Деметрио указал на софу.
— Предпочитаю постоять.
— Может, выпьешь чего-нибудь? Кофе?
— Нет, спасибо, — поблагодарила Натали и сделала шаг назад.
Деметрио робко улыбнулся и осторожно коснулся ее руки. На его лице появилось
выражение тревоги.
— Уверяю тебя, я не кусаюсь, Натали. Ты в безопасности.
— Не знаю, — натянуто произнесла девушка. — Ты не тот, за
кого себя выдавал. Кто же ты на самом деле?
Он покачался на пятках и засунул руки в карманы. Вместо привычных джинсов и
футболки на нем были черные брюки, черные мокасины, черная в белую полоску
рубашка с закатанными рукавами и тонкий, очень дорогой, золотой браслет с
часами.
— А ты думаешь, кто я? — холодно спросил он.
— После вчерашнего шоу у меня нет ни малейшего представления.
— Тогда я тебе скажу. Я тот, кем всегда был и кого ты знаешь. Та же
книга, другая обложка.
— И ты считаешь, что я проглочу все это? Ты заставил меня поверить
в... — Натали беспомощно взмахнула руками.
Деметрио перебил ее:
— В то, что твой сосед едва может наскрести денег, чтобы
отреставрировать старый дом? — усмехнулся он. — Ты такая же, как
они.
— Не смей упрекать меня! Я всегда была честна с тобой.
— Что бы сказала твоя бабушка? Хотя постой, после прошлой ночи я снимаю
перед ней шляпу. — Он покачал головой и слабо улыбнулся. — Не
каждая женщина ее статуса способна прилюдно признать свои ошибки.
— Моя бабушка никогда не боялась признавать ошибки, так же, как и я.
— Намекаешь, что я боюсь?
— Считаю, есть что-то оскорбительное в том, что мужчина скрывает свою
силу и достаток и позволяет людям думать о себе как о ничтожестве.
— Намекаешь на то, как я утер нос друзьям твоей бабушки?
— Нет! Намекаю на то, что ты утер нос и мне. После того, что между нами
было, думаю, я заслуживала большего. Я так переживала за тебя, не
растеряешься ли ты перед этой толпой...
— Приятно осознавать, что ты так сильно в меня веришь! — съязвил
Деметрио.
— А чего ты ожидал, когда вырядился в этот костюм? Знаешь, какое
впечатление ты произвел? Даже я была в шоке! Ты выглядел как...
как... — У нее с языка едва не сорвалось
Бертолуччи
.
— Я полагал, ты достаточно умна, чтобы не судить о человеке по его
внешности, Натали, — тихо начал Деметрио. — Да, верно говорят,
когда у человека затуманены мозги сексом, он ничего не соображает.
— Между нами был не только секс, Деметрио. Я доверяла тебе, а ты мне
лгал.
— Частная жизнь охраняется законом...
— Тебе нечего было стыдиться, и ты мог рассказать...
— Я хотел,
...Закладка в соц.сетях
