Жанр: Любовные романы
Веселая вдовушка
...лизабет. — Я ищу отца Снида.
— Ага. Отца Снида. — Староста сложил руки на животе. — Он что
же, ожидает миледи?
— Нет. — Запахнув роскошный плащ над изодранным грязным платьем,
она окинула старосту властным взглядом. — Так здесь он или нет?
— Разумеется, здесь, миледи. — Церковный староста возвёл очи горе,
будто призывая господа в свидетели своей правоты. — И что же мне
сказать, если он захочет узнать, кто его спрашивает?
— Графиня Рейвенволд. — Она помолчала и, сделав над собой усилие,
прибавила: — Я супруга виконта Крейтона. Мой... муж послал меня к отцу
Сниду. Я должна увидеться с ним немедленно.
Церковный староста пожирал глазами её дорогой плащ.
— Будет исполнено, миледи.
Он свернул в боковой неф и исчез в гулком полумраке.
В ожидании отца Снида Элизабет разглядывала собор, с болью отмечая
опустошения, произведённые в его убранстве протестантскими фанатиками. И тут
за её спиной раздался громкий голос:
— Так виконт Крейтон наконец женился! Воистину, господь услышал мои
молитвы!
Элизабет обернулась — и столкнулась с пристальным взглядом добродушного
седовласого священника.
— Отец Снид?
— К вашим услугам, миледи.
— Вы напугали меня. — Элизабет прижала руку к груди, сдерживая
бешеный стук сердца. — Я не слышала, как вы подошли.
— У меня мягкая обувь, — чуть виновато пояснил отец Снид, — и
к тому же я привык ходить бесшумно. Кхм... позвольте мне взглянуть на вас,
дитя моё...
Элизабет покорно сбросила капюшон на плечи.
— У вас прямой взгляд. Мне это нравится. И никаких признаков напускного
смирения. Я, признаться, терпеть не могу напускного смирения.
Святой отец одобрительно покивал.
— Сильный подбородок и решительный рот. У вас твёрдый характер, дитя
моё. Что же... коли вы вышли замуж за Крейтона, твёрдость вам пригодится.
Иначе такого мужчину не удержишь.
Он просиял добродушной улыбкой.
— Ну да сердцу не прикажешь, верно?
— Сердце тут ни при чём, — сухо ответила Элизабет — и сразу же
наткнулась на умный, испытующий взгляд.
— Хм. — Отец Снид поджал губы. — Церковный староста сказал,
что у вас ко мне срочное дело. Могу я полюбопытствовать, что привело миледи
ко мне в такую даль?
Элизабет нервно оглянулась на тонувшие во мраке ниши и альковы — там могла
бы укрыться целая армия шпионов.
— Лучше мы побеседуем вне стен храма.
— Превосходная идея. — Старик взял её под руку и повёл по проходу.
Они вышли на широкую ухоженную лужайку перед собором. Жестом указав Элизабет
на дорожку, священник сложил руки за спиной и чинно зашагал рядом с
графиней.
— В какое же рискованное предприятие вас втянул виконт Крейтон?
Элизабет заколебалась, не зная, стоит ли слишком откровенничать с отцом Снид
ом.
— Виконт и я поженились во Франции. Мы возвращались в мой замок в
Корнуолле, когда важное дело задержало нас в Лондоне. Мы отправили наших
слуг с багажом вперёд, рассчитывая встретить их здесь, но по дороге
столкнулись с... хм... трудностями.
Священник понимающе закивал:
— Ужасные нынче времена. Пока смута не уляжется, честный человек
рискует жизнью даже в собственном доме, не то что на дорогах. Что же
случилось? Виконт Крейтон, по крайней мере, жив и здоров?
— Я не знаю. — Сожаление в голосе Элизабет было искренним. В
городке и впрямь оказались
железнобокие
... и Крейтон, рискуя жизнью, увёл
солдат подальше от неё. Теперь он, быть может, в тюрьме или того хуже — в
пыточном застенке. А может быть, его и впрямь уже нет в живых? — Мы
разделились, и я была вынуждена продолжить путь в одиночестве при самых
неблагоприятных обстоятельствах.
Отец Снид посерьёзнел:
— Я буду молить небеса о его благополучном возвращении.
Элизабет продолжила рассказ:
— В Винчестере я купила карету и наняла кучера и лакея. Прибыв сюда, я
попыталась найти место в гостинице, но единственный свободный номер есть
только в одном неприглядном трактире. Боюсь, что останавливаться там
одинокой женщине... небезопасно.
Она тяжело вздохнула:
— Кучер навёл справки в городе, но никто ничего не видел и не слышал ни
о Крейтоне, ни о моих слугах и багаже.
Священник сочувственно кивал, но вместе с тем смотрел на Элизабет так
испытующе, что ей, признаться, становилось не по себе.
Она терпеть не могла о чём-либо просить или расспрашивать незнакомых людей —
тем более отца Снида, который, судя по всему, с давних пор водил дружбу с
Крейтоном. Однако выхода у неё не было.
Вскинув голову, графиня торопливо заговорила:
— Когда виконт понял, что по пути нас могут подстерегать всевозможные
опасности, Крейтон... то есть мой муж, велел, чтобы я в случае чего
обратилась к вам. Он сказал, что вы поможете мне подыскать место для ночлега
и снабдите провизией на дорогу. Я располагаю средствами... — Она отвела
взгляд, поскольку ей было не слишком приятно обсуждать все эти вопросы с
совершенно посторонним человеком. -...и не стала бы обременять вас своими
заботами, но больше в этом городе мне обратиться не к кому.
Отец Снид понимающе кивнул:
— Не тревожьтесь, миледи. Мы с женой живём очень скромно, но вы оказали
бы нам честь, если б согласились воспользоваться нашим гостеприимством.
— Благодарю, святой отец, — прошептала Элизабет, лишь сейчас
осознав, как она выбилась из сил. — Только... беда ещё в том, что моё
платье почти что пришло в негодность, а другого у меня нет.
— Понимаю, дитя моё. Пусть это вас не волнует. Моя жена весьма искусная
швея. Миссис Снид непременно придумает, как вам помочь. А теперь пойдёмте к
нам. Это совсем близко.
Элизабет с облегчением опёрлась на его руку.
— Даже и не знаю, как отблагодарить вас за доброту.
— Чепуха! Я поступил бы так же, если бы вы и не были супругой
Крейтона. — Старик лукаво глянул на неё. — Но поскольку это так —
примите мои наилучшие пожелания. Вы с виконтом составите очаровательную
пару.
Элизабет поспешила сменить тему:
— Вы давно знаете Крейтона?
— Да, я был его учителем в Итоне.
Отец Снид глубоко задумался.
— Знаете, я очень горжусь моим учеником. Своим ангельским личиком и
несносным нравом этот сорванец очаровал меня с первой минуты. За всеми его
недостатками скрывались пылкое сердце и острый ум. У этого парня широкая
душа.
Ну да, подумала Элизабет, она вмещает всех женщин мира. Кроме меня.
Священник улыбнулся:
— Виконт до сих пор не забывает мне писать. Ваш муж, миледи,
исключительный человек. Весьма славный и непосредственный.
Славный и непосредственный?
Элизабет не верила своим ушам. Неужели любимый
ученик отца Снида — тот самый бессовестный и хитрый распутник, за которого
её насильно выдали замуж? Сомнений нет, Крейтон — убеждённый и бесстыдный
притворщик! Неужели все протестантские священники настолько снисходительны к
своей пастве?
Священник и не подозревал, какие мысли терзают его собеседницу.
— Вот и наш дом, дитя моё. Пойдёмте. Вы как следует отдохнёте, а потом
мы отправимся в путь. Да-да, я намерен сопровождать вас до самого
Рейвенволда. Разве вправе я отпустить вас одну в такие опасные времена?
14.
— Так вы, стало быть, не имеете представления, где она сейчас
находится? — наседал Гэррэт на своего старого учителя.
Как только на дороге показалась карета, Гвиннет радостным воплем известила
об этом Гэррэта, но сейчас девушка стояла во дворе замка и в голос рыдала:
— Горе мне, горе! Моя драгоценная хозяйка! Как будто мало было для нас
этой скотины Рейвенволда!
Гэррэт повернулся к ней:
— При чём здесь Рейвенволд? О чём ты?
— Он был сущим зверем! — всхлипывала Гвиннет. — Избивал мою
бедную леди до полусмерти, и не один раз, скажу я вам! Сломал ей ребра, бил
по лицу, ставил под глазами синяки. За всю жизнь она вынесла столько
страданий — почему только господь допустил, чтобы она потерялась?
— Рейвенволд бил её? — К своему ужасу, Гэррэт только теперь
осознал причины столь странного подчас поведения Элизабет. — Но почему?
— Потому что она была бесплодна. Можно подумать, она не хотела рожать
ему назло!
Гвиннет сплюнула на землю и с убийственной злобой добавила:
— Пусть его душа вечно горит за это в аду!
Потрясённый, Гэррэт понял, почему его сила и стать вселяли в Бесс панический
ужас. И почему она боялась и избегала любовных ласк... и их последствий. Все
её странности теперь обрели смысл. Неудивительно, что Бесс плясала на могиле
Рейвенволда!
— Святый боже! — прошептал он. — Если б я только знал!
Думая о своём, он рассеянно похлопал по плечу зарёванную служанку.
— Тише, Гвиннет, успокойся.
Прежде всего он должен отыскать свою жену — где бы она ни находилась.
— А теперь, святой отец, расскажите мне обо всём, что произошло по
дороге, пока Бесс была ещё с вами.
Гэррэт глянул на горестное лицо преподобного Снида — и сердце его ледяными
когтями стиснул страх. Случилось, верно, что-то и впрямь ужасное, если
преподобный напрочь лишился своего хвалёного самообладания!
Вспомнив о приличиях, Гэррэт велел служанке принести в большой зал одеял и глинтвейна — и поскорее.
— Пойдёмте, — сказал он отцу Сниду. — Мы можем поговорить,
сидя у камина. Похоже, сейчас вы бы не отказались от стаканчика вина.
Гэррэт подождал, пока преподобный Снид усядется в глубокое кресло у огня,
предложил ему кружку глинтвейна и наконец спросил:
— Насколько все плохо?
— Если б я только мог ответить на этот вопрос! — Преподобный Снид
поднял на Гэррэта печальный взгляд. — Это случилось в дороге, на
северной границе Дартмура. За нами гналась свора
железнобоких
, вероятно,
конный разъезд. — Старик обхватил горячую кружку иззябшими
руками. — Леди Элизабет боялась, что они замучают всех нас пытками,
если узнают, кто она такая, поэтому она дождалась, когда очередной холм
прикрыл нас от мятежников, и выпрыгнула из кареты.
— Выпрыгнула из кареты? Бесс что, совсем рехнулась? — Гэррэт
нервно потёр лоб. — М-м-мда. Значит, выскочила из кареты. Она не
расшиблась?
Снил покачал головой.
— Карета ехала медленно. Графиня велела кучеру придержать коней, как
только мы заедем за холм. Такая умница. — Пальцы священника,
обхватившие кружку, побелели. — Я видел, как она покатилась по траве,
затем вскочила на ноги и бросилась к зарослям. Не думаю, что она
расшиблась. — Доброе лицо старика горестно сморщилось. — Я
отвернулся на миг — посмотреть, где солдаты, а когда обернулся, леди
Элизабет уже скрылась из виду.
— Так солдаты не видели её?
— Нет. Они скакали за нами и через пару миль настигли. Мятежники не
причинили нам вреда. Только перерыли всю карету и грозили всех нас
арестовать — вот и все.
— Но вы здесь. — Гэррэт нетерпеливо заходил по комнате. — Как
вы убедили их отпустить вас, ваше преподобие?
— Мне и не пришлось убеждать. На дороге показался отряд королевских
кавалеристов, и
железнобокие
в страхе умчались прочь. Божественное
провидение — иначе тут не скажешь. — Преподобный Снид отхлебнул
горячего напитка. — Кавалеристы сопровождали партию оружия из Тонтона в
Лоствилл. Когда я рассказал им о том, что случилось, командир дал мне
нескольких своих людей, чтобы найти леди Элизабет. Мы вернулись и вдесятером
долго прочёсывали местность — и верхом, и в пешем строю, — но не нашли
никаких следов графини.
— Проклятье! — Гэррэт упёрся руками в массивную каменную плиту над
камином. И надо же, чтобы это случилось именно в Дартмуре! Если Бесс не
схватили мятежники, то, по всей видимости, она в руках Габбинсов — и кто
знает, что для неё хуже? Разбойный клан Габбинсов славился по всему Дартмуру
своими кровавыми бесчинствами.
— Скажи, Гэррэт, — прервал молчание преподобный Снид, —
правда ли, что мятежники пытали бы всех нас до смерти, если бы нашли леди
Элизабет?
— Вероятно. Если б Бесс не выпрыгнула из кареты... да, тогда она не
могла бы рассчитывать на спасение.
— Пытки! — ошеломлённо пробормотал святой отец. — Бог мой! Но
почему? Ты можешь объяснить мне?
— Только как своему пастору.
— Ну, так я и выслушаю тебя как твой пастор.
Гэррэт придвинул кресло поближе к отцу Сниду и сел, упираясь руками в
колени. Затем он понизил голос до внятного шёпота:
— Я вернулся в Англию, чтобы помочь бежать принцу Джеймсу. В мои планы
совершенно не входило вовлекать в заговор жену, однако так случилось. Нам
удалось переправить принца за границу, и мы уже возвращались в Корнуолл,
когда нам с Бесс неожиданно пришлось расстаться. Теперь Кромвель, я уверен,
уже прознал о нашем участии в побеге. И он не упустит случая предать самым
жестоким пыткам меня, мою жену или любого, кто помогал нам.
Гэррэт нервно сцепил пальцы:
— Бедняжка Бесс! Я не должен был оставлять её. Ничего этого не
случилось бы, будь мы вместе. Мы могли бы...
— Уверен, ты поступил так не из прихоти, — прервал Крейтона
преподобный Снид. — Кто знает, что случилось бы, если б вы не
расстались? Мятежники могли бы схватить вас обоих. А сейчас, как бы то ни
было, у нас есть надежда, что леди Элизабет скрывается среди холмов
Дартмура. Там, конечно, холодновато, но у неё есть еда и тёплый плащ. —
Старик подался вперёд. — Хвала богу, ты можешь организовать поиски.
Леди Элизабет сказала, что её люди знают эту местность. Они помогут
тебе. — Отец Снид ободряюще похлопал Гэррэта по плечу, затем откинулся
в кресле. — Если её схватили мятежники, я знаю, ты сделаешь всё, что в
твоих силах, чтобы освободить её. Ну а если леди Элизабет в руках
разбойников, ты должен выкупить её. Она ведь тебе жена.
— Да, — вздохнул Гэррэт, — хотя и не вполне.
— Что ты хочешь сказать, мой мальчик? Вы обвенчались, не так ли?
— Разумеется. Нас венчал англиканский епископ, а принц Карл был у нас
свидетелем. — Гэррэт взглянул на человека, который после смерти Крейтона-
старшего стал ему вторым отцом. Видя, каким терпением преисполнен отец Снид,
Гэррэт решил рассказать ему все, как было.
— Наш союз не скреплён брачной ночью.
— Почему? — мягко, но настойчиво спросил отец Снид.
— Элизабет католичка и не хотела этого брака, однако у нас не было
выбора. Принц Карл настоял на своём, угрожая бросить её в тюрьму, если она
не согласится. — Гэррэт мельком глянул на золотой перстень с гербом
Крейтонов — единорог и три звезды. — Я даже не подарил ей свадебного
кольца. Принц Карл отдал ей свой перстень.
— Я задал тебе один вопрос, но ты ответил на другой. — Отец Снид,
по обыкновению, не терпел увёрток. — Как же вышло, что ваш союз, если
так можно выразиться, не получил своего достойного завершения в опочивальне?
— Бесс меня боится, хотя я никогда не давал ей к этому повода. —
Виконт поднял голову. — Бог свидетель, у неё имелись на то причины,
хотя они и нисколько не касались меня. Вы ведь слышали, что вытворял с ней
покойный муж. — Гэррэт замялся, но продолжил: — Я набрался терпения,
дал ей время ко мне привыкнуть... но всякий раз, когда я прикасался к Бесс,
она билась, точно пойманная в силок птица. Теперь я знаю, почему.
— Она должна была все тебе рассказать.
— Наверное, боялась. — Гэррэт покачал головой. — Мы ведь, в
сущности, чужие люди. Почём ей знать, что я не такой же, как Рейвенволд?
— Теперь, зная правду, ты можешь все исправить. — Преподобный Снид
поудобнее откинулся в кресле. — Дивлюсь тому, как долго ты терпел.
Более слабовольный давно воспользовался бы своим правом.
— Честно говоря, дело тут вовсе не в терпении, — признался
Гэррэт. — Сначала у нас не было никакой возможности остаться вдвоём. На
брачном договоре ещё чернила не высохли, как его высочество отправил нас в
Англию под вооружённой охраной. Мы всё время были на людях. Потом, когда мы
наконец добрались до моего дома в Лондоне, Бесс каждый вечер запиралась у
себя в комнате. — Гэррэт пожал плечами. — Я был занят круглые
сутки, готовил побег принца, а потому решил не торопить её. К тому
же, — добавил он, помолчав, — остаётся вопрос её веры.
— Ах, да! Леди Элизабет, кажется, очень набожная. Как думаешь, она не
согласится изменить конфессию?
— Не раньше, чем я.
— Я всегда полагал, что ты безразличен к религии — равно католической
или протестантской.
— Вы правы, я плохо разбираюсь во всякого рода конфессиях. Но вера?
Вера — другое дело. — Гэррэт с благодарностью посмотрел на отца Снида,
который всегда позволял ему высказать своё мнение открыто. — Не
заблуждайтесь на мой счёт. Я не испытываю никакой любви к Римской курии. Но
и английские религиозные оборотни, которые, прикрываясь реформизмом,
попытались снять с себя ответственность за все содеянное Римской церковью
зло, тоже не слишком меня вдохновляют.
Отец Снид внимательно посмотрел на Гэррэта.
— Для тебя имеет значение то, что леди Элизабет — католичка?
— С духовной точки зрения очень малое, но очень большое с практической.
Разговор начал принимать щекотливый оборот — хотя бы по той причине, что отец Снид был протестантом.
— Хозяин? — Голос Гвиннет отозвался эхом в огромном зале.
Довольный, что нашёлся повод прервать беседу, Гэррэт обернулся.
— Войди. Что случилось?
Девушка явно волновалась, и глаза её лихорадочно блестели.
— Там пришёл какой-то слепой нищий, я его никогда раньше не видела.
— Что ему нужно?
— Говорит, что принёс сообщение от миледи. Преподобный Снид подался
вперёд, обратясь в слух.
— Приведи его, — распорядился Гэррэт. Гвиннет убежала и вскоре
вернулась, таща за руку грязного, хромого бельмастого старика. Бельма
придавали ему жутковатый вид и внушали скорее страх, нежели доверие.
Подталкиваемый Гвиннет, нищий, прихрамывая, приблизился к камину.
— Оставь нас, — приказал Гэррэт служанке. Когда она вышла, он
окинул старика неприветливым взглядом.
— Выкладывай всё, что знаешь.
Нищий задрал голову, точно принюхиваясь. Голос у него был глухой и сиплый.
— Я принёс весточку от леди. Она у Габбинсов. — Он замолк, порылся
в лохмотьях. — Вот.
Они дали мне тому доказательство. — Слепой старик вытащил бархатный
мешочек Бесс, пустой. — Это её, верно?
Гнев и боль душили Гэррэта.
Нищий держал пустой мешочек в вытянутой руке.
— Меня послали сказать милорду, что за сотню фунтов они отпустят её, а
за две сотни — убьют.
— Помилуй нас, боже. — Преподобный Снид закрыл глаза и
перекрестился.
С нечеловеческой силой Гэррэт сгрёб нищего за грудки и прорычал:
— Если с её головы упадёт хотя бы один волосок, клянусь, что сам,
своими руками перевешаю всех мерзавцев и тебя заодно!
— Сжальтесь, милорд! — захныкал старик. — Габбинсы забрали
моего сына, а меня заставили прийти сюда. Если я не вернусь, они убьют его.
Помилуйте, ваше лордство!
Хотя Гэррэта душил гнев, он всё же отпустил старика.
— Что я должен сделать?
Старик попятился, наткнулся на кресло и, вцепившись в резную спинку, всё же
устоял на ногах.
— Дайте деньги мне. Габбинсы за мною следят. Сказали, мол, вернут мне
сына, если я принесу им выкуп и никого не приведу за собой.
Гэррэт возблагодарил небеса за то, что в Лондоне не поленился взять в банке
кругленькую сумму, которую затем отправил вместе с остальным багажом в замок
Рейвенволд. Кликнув Гвиннет, он распорядился привести управляющего.
Потом Гэррэт повернулся к посыльному и ледяным голосом произнёс:
— Так. Ты доставишь деньги, что дальше?
— Если милорд желает вернуть миледи, то он должен поехать к Зубу
Дракона — древней скале посередине Дартмура, это в трёх днях пути отсюда.
Там он найдёт леди.
Появилась Гвиннет в сопровождении управляющего Уила Гудшира.
— Уил здесь, сэр.
Гэррэт знал, что и девушка, и управляющий, стоя в тени, слышали всё до
последнего слова. Виконт поманил служанку пальцем.
— Отведи нищего на кухню и проследи, чтобы его накормили. И дай ему какую-
нибудь сносную одежду. Но никому из слуг ни слова ни о Габбинсах, ни о
выкупе. Если об этом пойдут сплетни, кровь твоей хозяйки будет на твоих
руках.
Гвиннет побелела как мел.
— Милорд знает, что я никогда не причиню миледи зла!
Гэррэт поднял с пола бархатный мешочек и подошёл к управляющему. Сегодня
утром он попросил Уила принести расходные книги. Пролистав их, виконт
убедился, что Бесс жила в страшной бедности. При всём том его немало удивили
рачительность и аккуратность управляющего графини. В отсутствие Элизабет Уил
Гудшир, разумно распоряжаясь её скудными средствами, ухитрялся не только
обеспечить обитателей замка, но и помогать арендаторам и крестьянам,
обитавшим на землях Рейвенволда. Это, по мнению Гэррэта, служило наглядным
свидетельством его преданности хозяйке — стало быть, Уилу можно смело
довериться и в более щекотливых делах. Пусть незаметно подготовит нужную
сумму и передаст её слепому старцу.
Отдав приказания, Гэррэт вернулся к камину и прислонился к стене, закрыв
глаза. Боже милосердный, ведь эти проклятые разбойники надругаются над
несчастной Бесс, доведут её до умопомрачения, а потом... да разве способна
женщина-оправиться после такого, тем более после побоев и издевательств
Рейвенволда! Случись что, она никому и никогда не сможет больше
довериться...
Голос преподобного Снида отвлёк Гэррэта от его печальных дум.
— Мы должны молить бога о здравии и благополучном возвращении миледи,
но что бы ни случилось — возблагодарим господа за проявление мощи и величия
его духа.
Гэррэт обернулся к старому учителю:
— Возблагодарить? Не вижу, ваше преподобие, за что мне благодарить
создателя.
Преподобный Снид встретил пронзительный взгляд Гэррэта твёрдым взглядом.
— Пути господни неисповедимы. Нам не дано понять, почему он допустил
это, но господь неподвластен суду мирскому. Мы должны полагаться на него.
— Полагайтесь, если хотите. — Гэррэт похлопал по кобуре с
пистолетом. — Я больше полагаюсь вот на это.
В эту ночь за стенами замка ревела буря и лил проливной дождь. Остаток дня
Гэррэт потратил на чистку и смазку целого арсенала ружей и мушкетов, которые
Уил должен был припрятать в карете. Было уже далеко за полночь, но виконт и
не думал ложиться. Полковнику становилось немного легче всякий раз, когда
он, глядя сквозь вычищенный им канал воронёного ствола, представлял, что
берет на мушку разбойников, захвативших его жену. Вскоре все его оружие
отливало зловещим тусклым блеском, а деревянные приклады золотисто
отсвечивали лакированными ложами. Гэррэт вновь собрал и свинтил пистолеты и
ружья, отмерил пороховые заряды, завернул пули в промасленные тряпицы, а
затем проверил работу курков и спусковых крючков.
Завершив приготовления к бою, он лёг в постель, но так и не смог заснуть.
Ему мерещились грубые руки, рвущие одежду Бесс, похотливые, гнусные рожи
насильников.
С первым светом виконт спустил ноги с постели и прислушался. Буря утихла. Не
желая никого беспокоить, он оделся сам, подпоясался алым офицерским шарфом,
сунул в ножны саблю и заткнул за пояс заряженные пистолеты. Уж если ему
доведётся попасть в западню, он заберёт с собой на тот свет с полдесятка
Габбинсов!
Накинув на плечи алый офицерский плащ, прихватив шляпу и перчатки, Гэррэт
спустился вниз. В этот час в замке было совсем тихо, только с кухн
...Закладка в соц.сетях
