Жанр: Любовные романы
Игра в супружество
... меньшей мере еще на пять месяцев... Или около того. Но у меня есть
помощница Маргарет, которая вполне могла бы вам помочь. Из нее тоже
получится хорошая
жена
. Честное слово. — Она подняла руку, как бы
давая клятву. — Хорошо. Скажите, что от меня требуется, и я оставлю
заказ.
Виола выдвинула ящик стола. — Вот. Сначала заполните это, а потом я
познакомлю вас с Маргарет. — Она протянула ему стандартную анкету и
ручку.
Пока Марк отвечал на вопросы, Виола вышла из комнаты, чтобы переговорить с
Маргарет.
Когда она вернулась, Марк заполнил и передал бланк Виоле. — Что
дальше?
Виола пробежалась по прейскуранту расценок и подробнее объяснила, какие
услуги выполняет их фирма
Домашний рай
. Она весело смеялась над рассказом
Марка о его неудачных попытках справиться с бытовыми проблемами. Такими
смеющимися их и нашел Грей. — Ты-то что здесь делаешь? — с
искренним недоумением спросил он друга. — Иду по твоим стопам:
подбираю себе жену, — ответил тот с мальчишеской улыбкой, бросив
заговорщический взгляд в сторону Виолы.
У Виолы волосы зашевелились на затылке, когда она увидела выражение лица
Грея. И она поторопилась как можно вежливее выпроводить неожиданного
клиента за дверь. — Ты не можешь работать на Марка! -объявил ей Грей,
когда они остались одни. — Это мой офис, — напомнила ему Виола.
— И мне кажется, я прекрасно могу сама решить, на кого мне работать,
а на кого — нет. — У меня есть документ, в котором черным по
белому записано, что ты работаешь на меня и в моем доме. Или ты забыла? -
процедил он сквозь стиснутые зубы. — Но ты говорил, что я могу
продолжать заниматься своим делом, — напомнила ему Виола. —
Если это не мешает моему. У нас с Марком есть общие друзья, которые верят,
что ты моя жена.
-Я не собираюсь обслуживать еще и Марка. Этим займется Маргарет. —
Виола принялась поправлять бумаги на столе, чтобы не видеть, как красив
Грей в костюме-тройке. — Почему ты здесь? — Мне кажется, вопрос
должен стоять иначе: почему ты здесь? Я дал тебе время, чтобы побыть с
матерью, а вовсе не для того, чтобы подбирать новых клиентов из числа моих
знакомых!
Виола никак не могла понять причину его гнева. — Тебе что-нибудь
нужно от меня? — Да. Я хочу пригласить чету Миллер на ужин.
У Виолы мурашки побежали по коже. Она предпочла бы не встречаться с
Миллерами. Они казались такой приятной пожилой парой, и ей было совестно
обманывать этих людей. — Совсем не обязательно было приезжать сюда.
Ты мог бы позвонить и обговорить все детали по телефону, — деловым
тоном сообщила Виола. — Мне хотелось увидеть тебя.
От этих слов у Виолы бешено забилось сердце. — Зачем? —
Напрашиваетесь на комплимент Виола Ханнифорд?
Она покраснела. — Расскажи мне о предстоящем приеме? — сказала
она, доставая ручку и бумагу, чтобы под деловитостью скрыть охватившее ее
смущение. — Расскажу. — Грей забрал у нее ручку. -После ужина.
— Я не одета для ужина в ресторане. — Мы заедем домой, и ты
сможешь переодеться. — Его тон не оставлял места для возражений.
Что все это значит? — недоумевала Виола. Будет ли предстоящий ужин
деловой встречей, которую она должна украсить своим присутствием, или он
действительно хочет побыть с ней наедине?
Грей привез ее во французский ресторан, где их ждал заранее заказанный
кабинет, отделенный от остального зала тяжелыми бархатными портьерами. Весь
вечер Грей ухаживал за Виолой, мило поддразнивал ее и вообще вел себя так,
будто она и правда была интересна ему как женщина. Все это заставляло
девушку нервничать.
После ужина они заехали к миссис Ричарде за вещами Виолы и поздно вечером
вернулись в дом Грея.
Они уже давно пожелали друг другу спокойной ночи, а Виола все не могла
заснуть. Тогда она надела халат и, спустившись в кухню, обнаружила там
Грея, стоящего в глубокой задумчивости у окна. Из одежды на нем были только
пижамные штаны.
Виола собралась потихонечку улизнуть, но он успел заметить ее. —
Мне... мне захотелось пить, — сказала она, стараясь не смотреть на
голую грудь Грея.
Он поднял свой бокал. — Можешь присоединиться ко мне и пропустить
стаканчик на ночь.
Но Виола, налив себе молока, направилась к двери. — Куда ты, —
спросил Грей. — У-уже поздно, — пролепетала она. Грей преградил
ей дорогу и, отобрав у нее стакан, сжал ее руки в своих. — Это
гораздо тяжелее, чем я думал, -глухо произнес он. — Что —
это
? — Делать вид, что мы муж и жена... или вернее что мы не более
чем деловые партнеры. — А мы не деловые партнеры, — сказала
Виола и хотела добавить:
а отъявленные мошенники
, но не успела. —
Да?! — Грей притянул ее к себе, и его дыхание обожгло Виоле щеку.
— Тогда зачем же так страдать, борясь с желанием сделать это? —
Он поцеловал ее в губы. — И это... — Последовала серия поцелуев
в шею.
Виола чувствовала, что тает в его объятиях. Голова кружилась, сердце
колотилось как бешеное... Еще немного, и она не совладала бы с собой.
Но Грей вдруг оттолкнул ее от себя. — Уже поздно. Нам лучше
отправиться спать! — резко сказал он и вышел.
9
На следующее утро Грей появился в дверях ее комнаты небритый, помятый после
сна и невероятно озабоченный. — Виола, нам надо поговорить. —
Он уселся в ногах ее кровати. — Наверное, будет удобнее, если ты
сначала дашь мне одеться. — За довольно короткое время нашей
совместной работы мы узнали друг друга достаточно хорошо, не так ли?
— сказал Грей, не обращая внимания на ее смущение.
Воспоминания о прошлой ночи молнией пронеслись в голове Виолы, и ее
беспокойство возросло. — Ты теперь знаешь обо мне гораздо больше, чем
многие из моих ближайших друзей, — продолжал он. — Тебе
известны размер моих костюмов, сорт моей любимой зубной пасты и имя моего
парикмахера. — Жены — даже фальшивые — должны знать своих
мужей лучше, чем кто-либо еще, — напомнила она ему.
Грей взял ее за руку. — У тебя удивительный талант предвосхищать
любое мое желание. — Я просто делаю свою работу, — слабо
отозвалась она, пытаясь избавиться от предчувствия чего-то необычного. Вот
только радость или горе ждет ее? — Это так. Но по мере того, как
укрепляется мое положение в деловой сфере, возрастают и мои социальные
обязанности. Бизнесмен моего уровня должен иметь рядом с собой женщину,
которой может доверять. Поэтому я решил жениться.
Это заявление стало настоящим ударом для Виолы. Мысль о том, что Грей может
соединить свою жизнь с кем-то помимо нее, была слишком болезненной. Какую
же из окружающих его красавиц он выберет? — Мне нужна жена. —
Грей произнес это голосом, лишенным всяких эмоций, как будто читал сводку
биржевого рынка. — Думаю, ты понимаешь это, не так ли?
Она еле заметно кивнула, ожидая жестокого приговора, и не поверила своим
ушам, когда услышала: — Ты выйдешь за меня замуж, Виола?.. Это сразу
разрешит кучу проблем для нас обоих, — торопливо продолжил Грей.
— Тебе не придется беспокоиться о деньгах, а у меня будет
добропорядочная, заботливая хозяйка дома. Ты сможешь по-прежнему руководить
своим
Домашним раем
, даже расширить дело и нанять дополнительных
служащих. Ведь совершенно очевидно, что у тебя больше работы, чем ты в
состоянии осилить.
Виола продолжала молчать, тупо уставясь на него. И Грей принялся с новой
силой убеждать ее: — Неужели тебе не хочется положить конец этой
постыдной игре в мужа и жену. Думаю, обман не доставляет удовольствия тебе
так же, как и мне. Я прав? — Да... — наконец-то обрела она
голос. — Но два человека не могут пожениться только потому, что это
будет удобным разрешением какой-то проблемы. — Напротив, семьи были
бы крепче, если бы строились именно на такой основе, — довольно
цинично заметил Грей. — Мы прекрасно понимаем друг друга, чего нельзя
сказать о большинстве семейных пар. Мы подходим к супружеству с
профессиональной точки зрения. Ситуация обещает стать беспроигрышной...
если ты, конечно, согласишься.
Виола с глубокой грустью смотрела на него. Он говорил о браке как о слиянии
двух фирм. — А как же насчет любви? — Мне кажется, тут мы не
безнадежны, Виола.
Она покраснела и смутилась еще больше, когда Грей поспешил развить свою
мысль: — Не думаю, что у нас возникнут проблемы, когда мы останемся
вдвоем в спальне или если нам придется поселиться в одном гостиничном
номере. И не надо выглядеть такой потрясенной. Было бы несколько странно,
скажем, отправиться в путешествие и просить отдельные комнаты.
И опять Виола почувствовала, как у нее сильнее запылало лицо. Он хочет,
чтобы их брак стал законным в полном смысле этого слова, и намерен
требовать от нее исполнения супружеских обязанностей. Интересно, отказался
бы Грей от своего предложения, если бы узнал, что она его любит? —
Тебе не обязательно давать мне ответ сегодня, — заметил он. — Я
не знаю...
Их взгляды встретились. На мгновение Виоле показалось, что она видит
отражение себя, скорчившейся от страха и растерянности, в черной глубине
его зрачков. Ей хотелось, чтобы он готов был разделять с ней свое сердце, а
не только постель. — А как насчет других женщин? — спросила
она.
Телефон в доме Грея почти перестал звонить после объявления об их
бракосочетании
. Но время от времени, когда Виола брала трубку, в ответ на
ее
алло
на другом конце провода раздавались сигналы отбоя. Она знала, что
существовали особы, которых мало заботило, женат Грей или нет, но звук
женского голоса в телефонной трубке все-таки обескураживал некоторых из
них. А как насчет более настойчивых? — В моей жизни больше не будет
ни одной женщины, кроме тебя, Виола. — Это ты сейчас так говоришь, а
что, если встретишь кого-нибудь...
Грей пересел поближе к ней. Виола попыталась отодвинуться. Если он и
почувствовал электрический разряд, проскочивший между ними, то ничем этого
не показал. Лицо его оставалось бесстрастным, взгляд был устремлен на нее.
— Я никогда не унижу тебя подобным образом, Виола. Это я твердо
обещаю. Даю слово, что никто никогда не узнает, что наш брак только теперь
стал настоящим. — А как же Маргарет, Марк и наши семьи? — Ну,
это просто. Скажем им, что влюбились друг в друга. Это вполне могло
произойти. В конце концов, мы достаточно долго — почти полторы недели
— прожили вдвоем под одной крышей.
Его ответ принес Виоле мало успокоения. Грей умел держать язык за зубами,
это правда. Но что, если он решит точно так же держать язык за зубами,
переспав с другой женщиной? Виола знала, что не перенесет измены. Она
слишком любила его, пусть даже он и не отвечал ей взаимностью.
Грей вдруг наклонился, взял в руки ее лицо и поцеловал. Это были не крепкие
и чувственные, а нежные, любящие, теплые поцелуи, от которых разум Виолы
стал мутиться. Все ее чувства пришли в смятение. Руки и ноги ослабели, губы
приоткрылись, сознание уплыло куда-то в затянутый легкой дымкой мир
мечтаний. Он прижался к ней всем телом, а его язык играл с уголками ее рта.
— О, Грей...
Его руки нашли подол ее ночной рубашки и потянули его кверху. И тут к ней
наконец-то вернулась способность рассуждать здраво. — Подожди!
Грей послушно замер, тяжело дыша, его глаза были затуманены страстью.
— Зачем ты остановила меня?
Виола заставила его убрать руки и тихо произнесла: — Мне надо
подумать, Грей... Я... я не могу прямо сейчас. Ты должен дать мне время.
Она сама не могла поверить в то, что сказала, даже когда слова слетели с ее
губ. Она сама загнала себя в ловушку, состоявшую из откровенной лжи и
искренней любви к человеку, который не мог или не хотел понять ее.
Какое бы решение сейчас ни приняла Виола, ей все равно будет плохо. Она прямо-
таки разрывалась между влечением к любимому и страхом быть использованной и
выброшенной, корчащейся от невыносимых страданий. Стоят ли несколько
месяцев или даже лет пребывания в роли миссис Джонсон подобного риска? Ум и
сердце Виолы давали абсолютно противоположные ответы на этот вопрос.
Было уже довольно поздно, когда Виола проснулась. Она плохо спала вот уже
неделю, с тех пор как Грей сделал ей предложение. Прошедшая ночь не стала
исключением.
Виола надеялась, что он уже ушел, но, к ее удивлению, нашла его сидящим в
кухне с чашкой кофе и утренней газетой. То, что он был в костюме, а она в
тонком халате, наброшенном поверх ночной рубашки, вселило в нее некоторую
неуверенность. Виола плотнее запахнула полы халата и затянула пояс. —
Я думала, ты ушел. — Нет, я задержался, чтобы поговорить с тобой.
Судя по взгляду, которым Грей окинул ее, внешний вид Виолы оставлял желать
лучшего. И она пожалела, что не провела расческой по волосам, прежде чем
покинуть спальню. — Ты мог оставить записку. Я бы позвонила.
Грей отложил газету. — Некоторые вещи лучше обсуждать с глазу на
глаз. Садись.
Виола послушно села рядом с ним. — И что же это за вещи? — Я
хочу получить от тебя ответ, — прямо сказал он. — Приближается
несколько общественно важных мероприятий, на которых нам надлежит
присутствовать. Некоторые из них в других городах. Сара возьмет на себя
заказ номеров в отелях и авиабилетов. Если мы не поженимся, нам придется
жить в разных комнатах. — О, Грей, ты совершенно выбил меня из колеи
этим
романтическим
разговором, — прошептала Виола. — Я
понимаю, что столь прагматический подход к браку претит тебе, но у нас мало
времени. Кроме того, Виола, из нас получилась замечательная пара. Мы
неплохо сработались. Прекрасно дополняли друг друга на всевозможных
приемах. Мы — команда. Так почему бы не узаконить наши отношения?
— Совсем не просто принять такое решение. — Знаю, что не
просто. Но множество браков во все времена заключалось по расчету. И мы
поступим точно так же, только и всего. — Он буквально сверлил ее
взглядом. — Я разработал добрачный договор, чтобы обезопасить тебя и
себя. Ты можешь показать его адвокату и попросить дать ему юридическую
оценку. Если в нем окажется что-нибудь, что не устраивает тебя хоть в
малейшей степени, мы это изменим. — И как долго продлится наш брак?
— спросила Виола, покоробленная его цинизмом.
Грей скорчил недовольную гримасу. — Мы вновь вернемся к рассмотрению
существующего положения через полгода и потом будем повторять эту процедуру
каждые шесть месяцев, пока не решим остаться супругами навсегда. — А
такая возможность существует? — Нужно быть оптимистами, не так ли?
— Все это произошло слишком быстро. Почему она просто не скажет
нет
? Ведь брак без любви не для нее. — Я жду ответа, Виола. Чем
раньше мы покончим с этим притворством, тем будет лучше. — А если я
не соглашусь? — Надеюсь, этого не случится, — сказал Грей тоном
опытного соблазнителя и поцеловал ее в губы. — Я хочу тебя, Виола.
Если бы он сказал, что любит ее, у Виолы не осталось бы никаких сомнений. С
другой стороны, в прошлый раз, когда она всерьез подумывала о замужестве,
ею двигали любовь и убеждение, что ее чувство взаимно. Однако кончилось все
очень печально. Что, если брак, заключенный за столом переговоров,
единственно возможный вариант для нее. Но не разобьет ли ее сердце
необходимость делить свою жизнь с человеком, который не любит ее? Можно ли
верить словам Грея о том, что он никогда не причинит ей боли? — Я даю
тебе еще один день на раздумья, Виола, — сказал Грей, вставая и
направляясь к двери.
Виола просматривала каталог услуг, предоставляемых вновь открывшимся
центром обслуживания населения, когда в офис
Домашнего рая
вошел Марк
Харди. — Вот она где, самая великая в мире домашняя хозяйка!
Он опустился в кресло напротив Виолы и небрежно откинулся на спинку.
— Вам нужно что-нибудь, Марк, или вы зашли, чтобы изводить меня?
— Встали сегодня не с той стороны супружеского ложа? — Не
смешно, мистер Харди. — Виола почувствовала, что краснеет. — Ну
и как... ваши договоренности... работают? — спросил Марк. —
Надеюсь, все в порядке. — С бизнесом — да. — Не
разыгрывайте из себя наивную девочку, Виола. Вы прекрасно понимаете, что я
имею в виду. Игра в супружество оказалась более... захватывающей, чем вы
ожидали?
Виола опять вспыхнула и обругала себя за то, что чувства всегда отчетливо
проявляются на ее лице. — Я не собираюсь говорить об этом с вами,
Марк. Это непрофессионально... — Ой, не надо мне лапшу на уши вешать,
Виола! Сейчас мы говорим о вас и Грее! Я наблюдал за ним последние
несколько дней, расспрашивал, но он ведь на публике не откроет ничего
личного, даже если это размер ботинок. Я считаю себя другом вам обоим и,
честно говоря, обеспокоен.
У Виолы пересохло в горле. — Почему? — Уж больно он стал
молчаливым. Грей никогда не делился мыслями и чувствами с посторонними
людьми, но со мной всегда был откровенен — до последнего времени. Уж
не вы ли в этом виноваты? — Полагаете, что теперь он доверяет свои
мысли только мне? — Виола не знала, плакать ей или смеяться. —
Ошибаетесь... — Ну, а как ваши дела? Кому вы доверяли свои мысли в
эти дни? — Голос Марка был преисполнен сочувствия.
Слезинка выкатилась из уголка глаза Виолы. — Ох, Марк. Вы очень добры
ко мне. А я больше привыкла к холодному безразличию, которое проявляют ко
мне некоторые... другие... — Под словом
другие
, как я понимаю,
подразумевается старина Грей? Неужели этот несносный волокита чем-либо
причинил вам боль? — Марк выглядел искренне встревоженным. — О
нет. Грей — истинный джентльмен. Если в этой цепи и есть слабое
звено, то это я. — Что вы имеете в виду? — Марк перегнулся
через стол и взял ее руки в свои. — Я сделала действительно глупую
вещь, Марк. Невероятно глупую... Я влюбилась в него.
Марк явно не был удивлен признанием Виолы.
-Случаются вещи и похуже. Грей — великолепный парень. Думаю, и вы ему
небезразличны. — Вы говорите так, только чтобы меня утешить?
Сознайтесь, Марк Харди?
Марк задумался, подбирая слова. — Видите ли, Грей стал молчаливым,
как устрица. Он всегда замыкается в себе, когда в его жизни грядут какие-то
значительные изменения. Вполне вероятно, это хороший признак. Так как он ни
словом не обмолвился о вас, это может означать... — Бросьте, Марк...
Грей не говорит обо мне, потому что я ему неинтересна. Я для него
служащая... такая же, как Сара или любой из сотрудников его компании. И
ничего больше. — Вы не понимаете его так, как я. — Ну так
помогите мне! Как бы мне хотелось иметь хоть какое-нибудь представление о
том, что заставило его спрятаться в свою раковину. — Не обижайтесь,
если Грей не откровенен с вами, Виола. Он никогда не доверял женщинам.
Женщины в его жизни — это то, что принесло ему наибольшие огорчения.
— Что вы хотите этим сказать? — Детство Грея было далеко не
идиллическим. Овдовев, отец его женился во второй раз, наградив сына
классической мачехой-ведьмой. Она не желала, чтобы Грей и его братья мешали
ее личной жизни, и сделала все, чтобы они знали об этом. Я бывал в их доме
достаточно часто, чтобы видеть, как Грей из кожи вон лез, стремясь ублажить
эту женщину, и как она отметала его титанические усилия. Никогда — ни
разу! — не удалось Грею сделать что-нибудь такое, что удовлетворило
бы его мачеху. — Какой ужас! — с состраданием воскликнула
Виола. — Самое печальное заключалось в том, что он был идеальным
ребенком. Уж если Грей не сумел ублажить эту мегеру, значит, этого не смог
бы сделать никто. Когда ему было лет десять, он работал в две смены,
доставляя газеты, чтобы иметь возможность купить подарки на Рождество своей
семье. Когда мачеха увидела эти подарки, она презрительно расхохоталась.
Более того, — продолжал Марк, — она изловчилась еще и вбить
клин в отношения между сыном и его отцом. Стоит ли удивляться, если Грей с
горечью и цинизмом относится к браку. Ведь брак, который он видел лично
вблизи, оказался сродни ночным кошмарам. — Я никогда не думала...
— Откуда вам было знать? Грей отказывается говорить об этой стороне
своей жизни с кем бы то ни было. Это-то и сделало его таким прагматичным и
целеустремленным человеком. Он уже давно решил, что преуспеет в этой жизни
любой ценой. Мне кажется, он до сих пор пытается доказать мачехе, что вовсе
не такой никчемный, как она утверждала. — Он и в самом деле достиг
многого. — Но какой ценой! В его жизни не было ни одной женщины,
которой он мог бы доверять. Даже если такая и была, Грей этого не знал. Он
никого из них не подпускал близко к себе... пока не появились вы. —
Правильно. Я на самом деле близка к нему. Так же близка, как мой
еженедельный чек. — Не надо недооценивать этот чек, Виола. Здесь
кроется гораздо больше, чем кажется со стороны. — Да?
Виола постаралась справиться со своим голосом и надеялась, что и лицо не
выдаст охвативших ее чувств. Она не хотела, чтобы Марк заметил, как много
значил для нее ответ. — Он пытается найти контакт с вами. Проверяет
себя и вас. — Сколько раз я должна доказывать, что
Домашний рай
— это... — Дело не в бизнесе, Виола. Дело в вас! Она в
недоумении уставилась на Марка, приоткрыв рот. Наконец ей удалось собраться
с мыслями. — Это самое смехотворное предположение, которое мне когда-
либо доводилось слышать!
Марк с угрюмым видом покачал головой. — Вы не правы. Виола. Я знаю
Грея. Его явно влечет к вам. — Это вы не правы. Я для него просто
деловой партнер, не более того. Я в этом уверена
Марк, как бы в раздумье, глянул на нее. — Готовы рискнуть и узнать
все наверняка? — Как это? — Выходите за него замуж. Если это
чистой воды бизнес, вам все станет ясно довольно скоро, и через шесть
месяцев о договоре можно будет забыть. Но я не думаю, что такое... —
Вы несете чепуху! — перебила его Виола и постучала кончиком ручки по
крышке стола. — По-моему, Маргарет уже закончила телефонный разговор.
Можете пройти к ней.
Марк красноречиво пожал плечами и встал. — Я прав, Виола. Знаю, что
прав.
Когда он вышел, Виола поймала себя на том, что не отрываясь смотрит на
пачку неоплаченных счетов. Последние слова Марка Харди эхом отдавались у
нее в голове. А если он действительно прав? Неужели она хоть немного
небезразлична Грею? Вне себя от неизвестности, Виола запустила пальцы в
волосы. У нее было так много вопросов и так мало ответов. Сможет ли она
завоевать сердце Грея теперь, когда знает о его прошлом?
Грей Джонсон и Виола Ханнифорд были соединены узами брака мировым судьей.
На церемонии присутствовали только ближайшие родственники и друзья. Виола
по такому случаю надела красный костюм, про который Грей сказал, что в нем
она похожа на конфету-хлопушку. Он недалек от истины, подумала Виола. Она и
на самом деле чувствовала, что может взорваться в любую секунду.
Для всего остального мира они были обыкновенными женихом и невестой. Виола
решила не говорить матери, почему Грей сделал ей предложение. Если Марк
прав, — а Виола как-то инстинктивно начинала верить, что это так,
— они и будут самыми настоящими молодоженами, глубоко и страстно
любящими друг друга.
Грей не разочаровал ее. Цветы, шампанское, тосты, поцелуи на публику
— словом, все на этой свадьбе было на самом высоком уровне. А когда
они подошли к двери дома, Грей вдруг поднял ее на руки. — Что ты
делаешь? — закричала Виола. — Следую традиции, —
последовал ответ.
Грей ногой открыл дверь, на лице его при этом играла дьявольская усмешка, и
понес ее вверх по ступенькам так легко, как будто она была перышком.
Сначала свалилась одна красная туфля на высоком каблуке. Потом другая.
— Мои туфли! — Они станут не единственной потерей, если будешь
так вертеться, — предупредил Грей. — Куда ты меня несешь?
&mda
...Закладка в соц.сетях
