Жанр: Любовные романы
Упрямый ангел
...з номера. Целый час Ник торчал в холле ради того, чтобы
застать Ливию врасплох. Он вовсе не собирался давать ей шанс подготовиться к
их встрече. Довольно того, что он уже дважды выпустил ситуацию из-под
контроля. В первый раз, когда передавил на Ливию, угрожая расторгнуть
контракт. А во второй — когда выложил ей свои карты в каирской гостинице. Но
больше он не допустит таких ошибок.
Да и времени на рискованные эксперименты уже не осталось. Через четыре дня
Ливии предстояло вернуться в Нью-Йорк. А это значит, что у него было только
четыре дня, чтобы полностью подчинить ее себе. Ник вовсе не собирался
провести с Ливией ночь, а затем расстаться. Он хотел, чтобы она согласилась
стать его подружкой. На столько времени, сколько понадобится ему, Нику. И
при этом не требовала от него никаких обязательств, не говоря уже о
женитьбе. Она должна полностью принять его условия игры. И она примет их,
нравится ей это или нет.
Придя в боевой настрой, Ник вернулся в комнату и начал готовиться к визиту
Ливии. И первым делом вызвал горничную и велел ей расстелить кровать.
Деловая встреча? Черта с два, мисс Гаррисон! Даже не питайте такой нелепой
иллюзии. Из этой комнаты вы выйдете женщиной. И не просто женщиной, а
женщиной Ника Роджерса!
16
Ливия постучала в апартаменты Ника ровно в десять часов. И сразу, как только
прошла в гостиную, постаралась взять деловой тон.
— Вот, Ник, — сказала она, протягивая ему папку с распечатанными
на принтере статьями. — Здесь три моих статьи. Они разложены по
порядку.
— Угу, — промычал он, принимая папку. — Хорошо, Ливия, сейчас
посмотрим, что ты тут насочиняла. Садись на диван. — Он указал на
просторный диван, обитый светло-бирюзовым шелком, и тут же сам плюхнулся на
него.
— Спасибо. — Ливия вежливо улыбнулась и, вместо того чтобы сесть
на диван, присела на краешек стоящего рядом кресла.
Ник поднял голову и посмотрел на нее с легким раздражением.
— Я попросил тебя сесть на диван, чтобы нам было удобнее обсуждать
статьи, — с расстановкой пояснил он. — Садись поближе, не бойся, я
тебя не съем.
Ливия хотела возразить, но одумалась. Слишком хорошо она помнила эти сдержанно-
раздраженные нотки в голосе Ника, за которыми могла последовать настоящая
буря. А потому Ливия решила, что лучше не злить его, и пересела на диван. Но
при этом, конечно, постаралась, чтобы между ними осталось приличное
расстояние.
— Так, — деловито произнес Ник, — теперь, пожалуйста, посиди
несколько минут тихо. Я буду читать и по ходу задавать тебе вопросы, если
они, конечно, возникнут.
Ник углубился в чтение, но уже спустя минуты две поднял голову и посмотрел
на Ливию с каким-то странным, веселым любопытством.
— Что такое, Ник? — встревожилась она. — Я что-то написала не
так?
— Нет, все в порядке, — успокоил ее Ник. — Просто мне сейчас
пришла в голову одна забавная мысль.
— И какая же, позволь узнать?
— Я удивлен, что ты не сменила наряд. Честно говоря, я ожидал увидеть
тебя в каком-нибудь необычайно строгом деловом костюме. Но у тебя хватило
ума не поставить себя в смешное положение.
— Дело совсем не в этом, — с прохладой в голосе возразила
Ливия. — Я бы непременно надела строгий костюм, потому что рассматриваю
нашу встречу как исключительно деловую. Просто я не подумала о костюме.
— Интересно, о чем же ты думала в последние два часа? — насмешливо
спросил Ник. — Или ты так боялась идти ко мне в номер, что была вообще
не в состоянии о чем-то думать?
— Ничего я не боялась! — сердито возразила Ливия. — И вообще,
что за нелепые предположения, Ник? С какой стати я должна тебя бояться?
— Действительно, — иронично протянул он. — Кажется, я еще ни
разу не тащил тебя в постель насильно. Даже в Каире, когда у меня были для
этого все условия.
Ливия почувствовала, что у нее начинают дрожать руки.
— Что ты хочешь этим сказать, Ник? — сдавленно спросила она. — Какие такие условия?!
Он шумно вздохнул и покачал головой.
— Ливия, дорогая моя, ты так наивна, что мне порой становится за тебя
страшно. Неужели ты в самом деле думаешь, что, захоти я тебя изнасиловать на
теплоходе или в гостинице, мне бы кто-то помешал? Ты даже не представляешь,
насколько в те дни ты находилась в моей власти.
— А ты не допускаешь мысли, что я могла бы заявить на тебя в полицию?
Ник бросил на нее изумленный взгляд.
— В полицию? В какую полицию, детка? В местную, что ли?! Опомнись,
радость моя! Да кто бы там стал тебя слушать: нищую иностранку, у которой
нет в кошельке и пятисот долларов? Это же просто смешно!
— А наше посольство?
— То же самое, — убежденно сказал Ник. — Небольшая взятка
избавила бы меня от всех проблем. Тем более что я отлично знаю, кому нужно
ее давать. И потом, — он сочувственно посмотрел на Ливию, — какие
бы улики ты могла предъявить? Как Моника Левински — наличие моей спермы на
твоем платье? Бред! У тебя бы просто не оказалось таких улик. А даже если бы
они и были, это ничего не меняет. А вот свидетелей у тебя бы точно не
нашлось, поверь мне. Так что, — он наклонился к Ливии и нежно,
успокаивающе погладил ее по щеке, — не надо меня бояться, дорогая.
Ливия помотала головой, пытаясь прийти в себя от его чудовищных откровений.
— Ник, — жалобно простонала она, — да после того, что ты мне
тут наговорил, мне стало страшно за себя!
Он рассмеялся, а потом соскочил с дивана, подошел к бару в углу комнаты и
достал бутылку мартини.
— Успокойся, глупышка, — ласково сказал он, наполняя
бокалы. — Черт возьми, ну и идиот же я! И зачем я наговорил тебе таких
ужасных вещей? На-ка вот, сделай несколько глотков. И выброси все дурные
мысли из своей хорошенькой головки. В самом деле, Ливия, нельзя так остро
реагировать на всякую ерунду!
Взяв бокал, Ливия осушила его почти до дна. И с удовлетворением
почувствовала, что ей и в правду стало лучше.
— Спасибо, Ник.
— Не за что, — отмахнулся он, вновь садясь на диван. — Ладно,
давай наконец займемся делом. Кстати, должен тебе сказать, что мне весьма
нравится, как ты тут написала про мою
Жемчужину Нила
! — Он посмотрел
на нее с дружелюбной, веселой улыбкой. — Все-таки я был прав, когда
решил, что тебе следует здесь пожить. Единственное, что вызывает у меня
небольшое сомнение...
Он задал Ливии несколько вопросов, на которые она обстоятельно ответила. А
потом принялся читать две других статьи, комментируя их по ходу дела. Их
беседа проходила в такой приятной, непринужденной обстановке, что Ливия
вскоре окончательно расслабилась. Настолько, что даже подлила себе в бокал
еще немного мартини.
Да-а, хоть он и не слишком порядочный тип, но работать с ним весьма приятно,
думала она, с уважением поглядывая на Ника. И правда, Ник Роджерс оказался
на редкость не придирчивым клиентом. А может, дело не в нем, а в ее статьях?
Ведь ей и самой понравилось, как она их написала. Подумав об этом, Ливия
почувствовала, что ее просто распирает от гордости. Ее настроение тут же
улучшилось, и она начала поглядывать на Ника уже совсем миролюбиво.
Черт возьми, до чего же он все-таки привлекателен! Мужественное и
одновременно нежное, одухотворенное лицо. Стройное, гибкое тело. Сейчас на
Нике были просторные светло-бежевые брюки и свободная рубашка с короткими
рукавами. Она имела яркий тропический рисунок, выполненный в изумрудно-
зеленых и бирюзовых тонах с легкими вкраплениями красного. Ливия сочла, что
эта экзотическая расцветка необычайно идет Нику.
Ливию захлестнула волна желания. Она отметила, что ее дыхание стало
учащенным, и запаниковала. Только бы Ник ни о чем не догадался! Иначе она
просто сгорит со стыда.
Прошел уже час, а Ник до сих пор не начал заигрывать с ней. Мало-помалу
Ливия пришла к выводу, что он вовсе не собирается сегодня к ней приставать.
Должно быть, Ник решил показать ей, что прекрасно умеет держать себя в
руках, когда нужно. Но она совсем не была уверена, что рада этому.
Отправляясь на встречу с Ником, Ливия настроилась на борьбу. И теперь ее
нереализованный боевой запал стремительно перерождался в плотское желание.
— Все, Ливия, я закончил. — Откинувшись на спинку дивана, Ник с
теплой улыбкой посмотрел на Ливию. — Ну что ж, должен сказать... Эй,
леди, вы меня слушаете?
— Что? Ах да, конечно! — смущенно пробормотала Ливия. Она так
увлеклась своими мыслями, что не сразу смогла вернуться к реальности. —
Да, Ник, — повторила она, усиленно стараясь придать своему лицу
нормальное, а не одержимое выражение. — Да, я тебя внимательно слушаю.
— А мне кажется, моя радость, ты витаешь где-то в облаках, —
протянул он с нежной, дразнящей усмешкой.
В следующее мгновение он обнял Ливию и резко стянул с ее плеч сарафан. Но
Ливия была начеку, а потому быстро высвободилась и вскочила с дивана.
Отбежав на безопасное расстояние, она попыталась привести одежду в порядок,
но Ник так проворно подскочил к ней, что она не успела отреагировать. Одно
мгновение — и обнаженная грудь Ливии оказалась прижатой к груди Ника. Его
руки обвились вокруг ее стана и начали страстно ласкать его, губы приникли к
ее губам, настойчиво проникая внутрь.
— Прекрати, Ник! — Ливия попыталась оттолкнуть его, но у нее
ничего не вышло. — Как тебе не стыдно, ты же обещал, что не станешь
насильно тащить меня в постель!
— Нет, — возразил он. — Ничего подобного я не обещал. И
потом, при чем здесь насилие? Разве ты не хочешь этого сама? Не верю!
— Пожалуйста, Ник...
— Нет! — Он крепче прижал ее к себе. — Даже не проси меня об
этом, Ливия, я все равно тебя не отпущу. Пожалуйста, дорогая! — шептал
он, лаская ее спину и осыпая поцелуями лицо Ливии. — Не отталкивай
меня, я больше не выдержу этого мучения! Я так сильно хочу тебя, что просто
теряю голову! Даже если ты скажешь, что заявишь на меня в полицию, я все
равно возьму тебя! А потом будь что будет...
Его заявление ошеломило Ливию, и на какое-то время она растерялась. Ее
сердце забилось глубокими, частыми толчками, по телу пробежал озноб. Ливия
вдруг ясно поняла, что на этот раз Ник не остановится. Она напряглась от
страха, но в то же время в ней поднималась волна хмельного предчувствия. Ее
сокровенная мечта сбывалась! Осознание этого факта привело Ливию в такое
волнение, что у нее подкосились ноги. Чтобы удержать равновесие, Ливии
пришлось обхватить Ника за плечи, и ее лицо оказалось прижатой к его груди.
Запах разгоряченной мужской кожи ударил ей в ноздри, окончательно лишив
рассудка. Плохо соображая, что делает, Ливия запрокинула голову и подставила
лицо дурманящим поцелуям Ника.
— Милая моя, дорогая, желанная, — шептал он, нежно касаясь губами
ее полусомкнутых век. — Не бойся меня, я не сделаю тебе ничего плохого.
Все будет хорошо, вот увидишь. Только доверься мне, прошу тебя, моя сладкая
девочка! Все будет хорошо...
Его ласковый, прочувственный голос подействовал на Ливию успокаивающе.
Глубоко вздохнув, она закрыла глаза и потянулась губами к приоткрытым губам
Ника. Он тут же припал к ним дразняще-нежным поцелуем, от которого по телу
Ливии побежали огненные ручейки. Ее руки скользнули по его плечам, с
наслаждением ощущая стальную твердость мускулов. А затем Ливия, неожиданно
для себя, начала пылко отвечать на распаляющий поцелуй Ника.
Он глухо застонал, еще крепче впиваясь в нежные лепестки ее губ. А потом
принялся ласкать их с такой неистовой страстью, что у Ливии перехватило
дыхание. В одно мгновение она оказалась во власти опьяняющих чувственных
желаний. С ее губ сорвался протяжный стон, тело обмякло. Откинувшись назад,
она бессильно повисла на руках Ника, словно признавая свое поражение. Ее
молчаливая покорность воспламенила его, и он принялся с новым жаром целовать
ее шею, ключицы, обнаженные холмики груди.
Сердце Ливии гулко стучало, по всему телу пробегали обжигающие волны
желания. Исступленные ласки Ника сводили ее с ума. Она вдруг почувствовала
мучительно-сладкое напряжение в нижней части живота и сильнее прижалась к
Нику, словно моля избавить ее от этой тяжести. Ее руки взметнулись к его
волосам, пальцы зарылись в шелковистые пряди. А затем торопливо спустились
вниз и, скользнув под рубашку, стали ласкать его плечи и грудь.
— Ник, — прошептала она, трепетно касаясь лицом его жаркой
груди, — любимый мой, я так тебя хочу!
С его губ сорвался хрипловатый возглас, похожий на рычание. А затем Ливия
почувствовала, как ее ноги отрываются от пола. Очертания комнаты качнулись
перед ее глазами. Она осознала, что ее куда-то несут, и в панике попыталась
вырваться. Но сил сопротивляться властному напору Ника у нее уже не
оставалось. Да ей совсем и не хотелось сопротивляться.
Когда Ливия немного опомнилась, то заметила, что лежит на огромной кровати в
объятиях Ника. Он крепко держал ее, будто все еще опасался, что она может
вырваться и сбежать. Он целовал ее с таким упоением, словно пил из
живительного родника. Его руки непрестанно скользили по телу Ливии. Их
движения то замедлялись, то становились порывистыми, нетерпеливыми, почти
что грубыми.
Внезапно Ник прекратил ласкать ее, приподнялся на локте и с каким-то
непонятным, мучительным волнением посмотрел ей в глаза. Ливия ответила ему
спокойной, нежной улыбкой, и тогда его лицо озарилось такой трепетной
радостью, что у Ливии защемило сердце. В эту минуту Ник казался ей таким
ранимым и беззащитным, каким она даже не могла его представить. И это
окончательно растопило ее сердце. Не зная, как выразить свою любовь и
нежность, она протянула руку и бережно погладила его по щеке. Он улыбнулся,
и его открытая, безмятежно-счастливая улыбка вызвала у Ливии слезы умиления.
— Я люблю тебя, Ник, — прошептала она с тихим всхлипом. — О,
Ник, как же сильно я тебя люблю!
Он хрипло рассмеялся и на минуту нежно прильнул к ее губам. А потом снова
начал ласкать ее, одновременно снимая с нее остатки одежды. Теперь Ник не
торопился. Он ласкал Ливию медленно и очень терпеливо, наслаждаясь каждым
прикосновением. Его чуткие пальцы исследовали изгибы ее тела, стараясь найти
самые отзывчивые уголки. Он игриво щекотал языком ее губы, мочки ушей,
чувствительные впадины ключиц. Потом медленно спустился вниз и начал
дразнить напрягшиеся бутоны сосков. Его пальцы пробежались по животу Ливии и
скользнули к золотистым завиткам, заставив ее инстинктивно сомкнуть ноги.
— Не бойся, — успокаивающе прошептал он, поглаживая ее бедра, и,
разведя их, Ник начал осторожно ласкать сокровенные места.
Ощущения оказались столь острыми и сладостными, что с губ Ливии один за
другим начали срываться громкие стоны. То, что она испытывала сейчас,
заходилось за гранью ее фантазии. Это было в сто раз прекраснее того, что
она могла вообразить. Казалось, еще немного, и она умрет, не выдержав мучительно-
сладостной пытки.
— Пожалуйста, Ник! — взмолилась она. — Я не могу, это слишком
для меня!
Он неохотно отстранился. Но только затем, чтобы раздеться самому. У Ливии
перехватило дыхание, когда она увидела Ника во всем великолепии его красоты.
В красноватом свете бра его сильное, загорелое тело казалось отлитым из
бронзы. На широкой груди, покрытой темной растительностью, вырисовывался
четкий, красивый рельеф мускулов. Скользнув глазами вниз, Ливия увидела, что
возбуждение Ника достигло апогея, и это открытие привело ее в такое
волнение, что она даже зажмурилась.
— Ливия, — тихо позвал Ник, — посмотри на меня, пожалуйста!
Сделав глубокий вдох, она открыла глаза. Ник скользнул в кровать и, бережно
опрокинув Ливию на спину и оказавшись сверху, раздвинув ногами ее бедра.
— Посмотри на меня, любимая, — снова попросил он.
Ливия машинально повиновалась. Не отрывая взгляда от ее лица, Ник осторожно
вошел в нее. Сердце Ливии забилось испуганной птицей, когда она поняла, что
пути назад уже нет. На какое-то мгновение ей стало страшно. Но в то же время
она так хотела соединиться с Ником, что невольно подалась ему навстречу.
Она почувствовала резкий, упругий толчок, а затем ее тело пронзила острая,
разрывающая боль, от которой Ливия чуть не задохнулась. От обиды и
разочарования ей на глаза навернулись слезы. Посмотрев на Ника с безмолвным
упреком, она увернулась от его губ и попыталась оттолкнуть его.
— Все хорошо, любимая, все уже позади, — ласково шептал он,
успокаивающе целуя ее. — Клянусь, что больше никогда, никогда не
причиню тебе боли!
Его голос был наполнен такой страстной, такой отчаянной мольбой, что Ливия в
тот же миг простила Ника. Глубоко вздохнув, она улыбнулась Нику сквозь
слезы, обняла его за шею и торопливо проговорила:
— Успокойся, любимый, ну что ты, ты ни в чем не виноват!
Он осыпал ее лицо нежными, благодарными поцелуями, и вскоре Ливия с
радостным изумлением почувствовала, как в ней снова пробуждается желание.
Оно нарастало мягкими, жаркими волнами, дурманя голову и разгоняя кровь. До
тех пор, пока в один прекрасный миг не захлестнуло ее целиком, заставив
отрешиться от действительности и воспарить к небесам.
Проснувшись, Ливия с изумлением обнаружила, что лежит в постели одна.
Осмотревшись, она заметила на прикроватной тумбочке записку.
Мне пришлось срочно вылететь в Нью-Йорк. Отдыхай оставшиеся три дня, а
потом вылетай следом и жди моего звонка
.
— Хорошенькие дела... — озадаченно протянула Ливия.
Приведя себя в порядок, она попыталась осмыслить все, что произошло с ней за
последние несколько часов. Итак, они с Ником все-таки стали близки. Вопреки
ожиданиям Ливии эта мысль не вызвала у нее негативных эмоций. Скорее она
чувствовала облегчение оттого, что наконец рассталась с невинностью, которой
с некоторых пор начала тяготиться. Притом, все получилось так замечательно!
Ник действительно оказался на редкость чутким и заботливым партнером. И
сейчас Ливия нисколько не сожалела, что уступила его настойчивости. Но,
несмотря на это, настроение у нее было довольно паршивым. Больше того, оно с
каждой минутой стремительно ухудшалось.
Что за причина заставила Ника так поспешно вылететь в Нью-Йорк? И главное,
почему он не разбудил ее и не сказал, что уезжает? Ливия пыталась найти какое-
нибудь оправдание поступку Ника, но ее усилия привели к совершенно
противоположному результату: после получасовых размышлений она пришла к
выводу, что поведение Ника не заслуживает оправданий. Его поспешный, тайный
отъезд сильно смахивал на бегство. Или на очередную игру, что выглядело в
глазах Ливии просто непростительным.
В самом деле, разве так можно? Бросить ее после такой волшебной, потрясающей
ночи! А ей-то казалось, что они очень сблизились за эту ночь. Но, возможно,
она заблуждается, как уже не раз заблуждалась насчет мотивов поведения Ника.
Вполне вероятно, что это ей только кажется, что между ними произошло что-то
значительное и необычное. А Ник... Он может вовсе так не думать. Ведь она,
Ливия, далеко не первая женщина в его жизни. Не исключено, что и не первая
девственница.
Вскочив с дивана, Ливия взволнованно прошлась по комнате. И вдруг ее
сознание пронзила одна крайне неприятная мысль. Ник Роджерс... Да что она
вообще знает о нем? Они знакомы меньше трех недель. Разве можно за такое
короткое время узнать человека? Разумеется, нет! Тем более если речь идет о
такой сложной, неординарной личности.
Так в кого же она влюбилась? Задумавшись над этим вопросом, Ливия ужаснулась
своему безрассудству. Она отдалась душой и телом человеку, которого даже
толком не знает. Возможно, Ник Роджерс — совершенно не тот, за кого себя
выдает. Точнее, не тот, за кого она его принимает. Определенно ясно лишь
одно: Ник — очень тонкий, проницательный психолог. А также невероятно умный,
расчетливый и опытный игрок. Да о чем тут говорить! Стоит только вспомнить,
с какой непревзойденной ловкостью он заманил ее в ловушку вчера вечером.
Заманил в ловушку... Да, иначе это и не назовешь. Теперь, при здравом
размышлении, Ливия не сомневалась, что Ник с самого начала поставил себе
целью уложить ее в постель. За те два часа, что прошли с момента их встречи
в холле отеля до того момента, как она вошла в его номер, он тщательно
продумал свое поведение. И в результате добился, чего хотел. Ему
благополучно удалось
сорвать цветок ее невинности
, как он однажды
выразился. И при этом даже не пришлось прибегать к насилию.
Милосердное небо, до чего же она все-таки глупа! И как она только не
разгадала его игры? Ведь ясно же было, что Ник намеренно придал их встрече
деловой вид. Целый час он не приставал к ней, чтобы она успокоилась и
почувствовала себя в безопасности. А потом обрушился на нее с сокрушительным
напором, против которого она не смогла устоять. Так сказать, пошел ва-банк.
И, надо признать, его тактика имела блистательный успех.
Да, без сомнения, Ник тщательно все рассчитал. Сначала он заставил ее
расслабиться, угостил мартини, и ей в голову полезли всякие непристойные
мысли. Да и Ник, черт бы его побрал, то и дело подливал масла в огонь. Он
надел ту экзотическую рубашку не спроста. Так некоторые самцы стараются
привлечь самку ярким оперением или распущенным хвостом.
А еще Ник подкупил ее лестью. Он поминутно хвалил ее работу, чтобы она
возгордилась и пришла в хорошее настроение, и тем самым расположил ее к
себе. Так, как не смог бы расположить бурными комплиментами по поводу ее
внешности или наряда.
А может, он вообще не собирался в тот раз улетать в Нью-Йорк? Просто оставил
ее одну на пару дней. Чтобы она загрустила по нему и усомнилась в
правильности своего решения.
Как всегда, крепка задним умом, иронично поздравила себя Ливия.
Действительно, не глупо ли делать все эти мудрые выводы сейчас, когда уже
поздно что-то менять? И когда Ник бросил ее.
Бросил? Но ведь он написал в записке, что позвонит ей, когда она вернется в
Нью-Йорк. Да, но что из этого выйдет?
А то, что мне придется принять условия его игры, внезапно дошло до Ливии. И
стать его подружкой. На неделю, на месяц или на полгода. До тех пор, пока я
не надоем Нику и он не даст мне отставку.
Она вдруг почувствовала, как в ней закипает гнев. Проклятый расчетливый
мерзавец! Ему все же удалось втянуть ее в свою игру! Но если он думает, что
она будет играть по его правилам и дальше, то он глубоко ошибается. Она не
стает его послушной игрушкой. Лучше остаться с разбитым сердцем и испить до
дна чашу страданий, чем согласиться на такое унизительное положение. Тем
более что потом, когда она привяжется к Нику еще крепче, ей придется
страдать гораздо сильнее. И дольше...
Нет уж, лучше оборвать отношения сейчас, пока они не зашли слишком далеко.
Иначе может сложиться так, что она на всю жизнь попадет в зависимость к
этому неотразимому проходимцу. И не сможет расстаться с ним даже тогда,
когда он женится. Только не на ней, а на какой-нибудь богатой дамочке из
своего круга.
Приняв такое решение, Ливия стала раздумывать, как его осуществить. И пришла
к ряду благоразумных выводов. Прежде всего, ей надо уехать из Египта. Причем
немедленно, а не через трое суток. А потом, когда она окажется в Нью-Йорке,
она возьмет отпуск, хотя бы даже за свой счет. Что же касается двух
оставшихся статей, то она постарается быстро написать их, а затем передаст
их Нику через Билла. Главное, успеть исчезнуть из Нью-Йорка до того, как Ник
ей позвонит. Иначе она может снова не устоять перед его напором.
Билл Крисп был необычайно изумлен, увидев в офисе рекламного агентства Ливию
Гаррисон.
— Ливия! — пораженно воскликнул он. — Вот так сюрприз! А я
ждал тебя денька через три-четыре.
— У меня изменились обстоятельства, поэтому я и вернулась немного
раньше.
— А Ник? Как он тебя отпустил?
Ливия бросила на него свирепый взгляд.
— Что за идиотские намеки, Билл? При чем здесь Ник Роджерс?
— Но ведь у вас, кажется, роман!
— Ничего подобного, — сердито возразила Ливия. — У нас с
мистером Роджерсом сугубо деловые отнош
...Закладка в соц.сетях
