Жанр: Любовные романы
Контракт с дьяволом
... видел перед
собой змею.
Я села, свесив ноги со стола, и вложила меч в ножны. Когда я хотела
спрыгнуть, демон придержал меня за плечо. Мои пальцы ничего не чувствовали.
Сколько же я так просидела?
— подумала я.
— Сколько? — спросила я, с трудом ворочая языком.
— Около часа, — ответил Джаф. — Ты... у тебя губы синие.
Я кивнула:
— Ничего, это пройдет. Что там произошло?
Я намеренно говорила шепотом. Джаф меня понял и наклонился ко мне.
— В убийстве старика обвиняли любовницу, — тихо сказал он. —
Но призрак сказал, что это сделал его младший сын, забил его до смерти
железной палкой.
— Мисс Валентайн! — обратился ко мне адвокат, вновь сделавшись
любезным.
Копы тем временем потащили юнца из комнаты. Он висел в их руках, как тряпка,
и не сводил с меня глаз. Один из копов — темноволосый коротышка, наверное
новоитальянец, — думая, что я не вижу, незаметно сделал знак,
отвращающий дурной глаз.
На меня вновь навалилась апатия. Я пошатнулась.
Час? Я удерживала призрака
целый час? Возродив его из пепла? Понятно, почему я так устала
. Я дышала
глубоко и прерывисто. Из-за призрака в комнате стало так холодно, что изо
рта у меня валил пар.
— Терпеть не могу кремированных, — буркнула я и обернулась к
адвокату. — Вы, вероятно, случайно забыли, что дело было связано с
преступлением?
— Ваша... э-э... плата будет утроена.
Его глаза были широко раскрыты, светлые волосы растрепались. Наверное, я его
здорово напугала.
Отлично. Теперь он дважды подумает, прежде чем облапошить парапсихолога.
— Спасибо, — сказала я и посмотрела ему в глаза.
Он был весь в поту, с белым как мел лицом.
— Я еще никогда... в смысле, я такого...
Адвокат явно не находил слов.
Я вздохнула. Какое это все-таки удовольствие — как следует пугануть такого
вот крючкотвора!
— Понимаю. Мне пора. Можете меня не провожать.
— О, ну что вы... мы бы могли...
— Не стоит беспокоиться.
Внезапно мне почему-то жутко захотелось разнести этот роскошный, набитый
антиквариатом офис ко всем чертям и убраться отсюда подальше, чтобы никогда
больше не видеть его заикающегося, испуганного хозяина. Наверное, он не
настолько привык к некромантам, как ему казалось.
Никогда раньше не подумала бы, что могу быть благодарна демону. Но
Джафримель, которому явно надоела вся эта канитель, обнял меня за плечи и
потащил за собой. Топая за ним, я слегка споткнулась — рука демона оказалась
довольно тяжелой.
Но как только мы прошли приемную и оказались в передней, я вывернулась из-
под его руки.
— Спасибо, — буркнула я.
Колени еще дрожали, но силы быстро возвращались.
— Немного устала. Я же не знала, что им понадобится целый час, чтобы пообщаться с кучкой пепла.
— Да, ты действительно потрясающий некромант, — сказал Джафримель,
убирая руку.
Его глаза так сверкали из-под опущенных век, что даже кожа вокруг них
казалась зеленоватой. И снова в глубине его глаз вспыхивали отблески
незнакомых рунических знаков.
— Ну, не знаю, — сказала я. — По-моему, я просто девчонка,
которой нужно платить за жилье.
— Прости, что сомневался в твоих способностях, — продолжал он,
стараясь идти со мной в ногу.
Мы сели в лифт; внезапно кабина дернулась, и я шарахнулась в сторону, но
крепкие пальцы демона вновь схватили меня за руку.
— Ты что, Данте? Здесь никого нет.
— Я... это же лифт.
Кажется, я не выдержу, оказавшись в маленьком запертом пространстве...
Демон промолчал. Будь он человеком, я бы просто вырвала из его пальцев руку,
чтобы не чувствовать огромной волны нахлынувших эмоций. Но он был демоном, и
потому я покорно затопала за ним вниз по лестнице. Наши шаги гулко
отдавались в сером пустынном коридоре.
— Значит, ты считаешь, будто я не такая уж и дуреха? — спросила я,
чтобы разрядить обстановку.
Голос призрака все еще звучал у меня в ушах, действуя мне на психику, —
низкий, хриплый. Я буду слышать его еще в течение нескольких часов, потом
все потихоньку пройдет. Хорошая подготовка помогает смягчить воздействие
шока, но полностью его не снимает.
— Я пришел к выводу, что тебе нужно близкое существо, кто-то вроде
брата, — ровным голосом сказал демон. — Ты производишь впечатление
безрассудно храброго человека.
— Ничего подобного, я всегда очень осторожна, — возразила
я. — Ты же видишь, я до сих пор жива.
— Просто тебе везло, — заметил он.
Я запнулась — мне казалось, на мне не сапоги, а бетонные колодки; демон
поддержал меня, и дальше мы пошли рядом: я — громко стуча сапогами, он —
совершенно бесшумно.
— Ты не очень мне нравишься.
— Я так и думал.
Когда мы добрались до первого этажа, мне стало немного легче, ноги вновь
стали моими. Пронизывающий тело ледяной холод исчез, плечо по-прежнему
пылало огнем. Силы накапливались, меня наполняла энергия Сент-Сити,
возвращая меня к жизни. В холле было тихо, только у стены журчал комнатный
фонтанчик. Как только я почувствовала, что могу идти, я отстранилась от
демона и поправила на плече сумку. Хорошо, что слабость — это, как правило,
ненадолго.
— Спасибо.
— Не стоит благодарности.
Он открыл дверь, и мы вышли на улицу. Машин на стоянке почти не было; дождь
перестал, и на асфальте блестели лужи. Я подставила лицо свежему ночному
ветру. Заправив за ухо выбившуюся прядь волос, я взглянула на небо. Тучи
расходятся. Уже хорошо.
— Эй, — окликнула я демона и остановилась. — Мне нужно сделать одно дело. Подождешь?
— Зачем ты спрашиваешь?
Его лицо абсолютно ничего не выражало.
— Затем, что тебе придется подождать, — ответила я. — Если
только ты не умеешь кататься на сликборде.
Глава 16
— Привет, — сказал Конни, откидывая с бледного узкого лица прядь
ярко-зеленых волос. — Чего надо?
Небесные руки
были наполнены ритмами нью-регги; из кладовки, заваленной
кипами ярких кожаных налокотников, наколенников и шлемов, тянуло сладким
запахом гашиша.
— Привет, Конни, — сказала я и, перебросив через голову ремень
сумки, передала ее демону. Когда он брал в руки меч, я почувствовала легкий
привкус тревоги. — Мне нужен сликборд, на один час.
Конни откинулся назад и уставился на меня своими мертвыми глазами:
— А как у тебя с кредитом?
— Да пошел ты! — огрызнулась я, чувствуя отвращение к самой
себе. — Дай мне борд, Конни. Черный.
Он пожал плечами:
— Полагаю, наколенники ты не возьмешь.
— У тебя же есть моя расписка.
Я провела пальцами по пыльному прилавку, выведя на нем глиф. Под прилавком
поблескивали стеклянные трубки, которыми пользовались любители
синтетического гашиша. Там были даже деревянные и металлические трубки и
небольшая коллекция аромаламп. Стены комнаты были исписаны
кричалками
сликбордистов и уличных банд.
— Давай, Конни. Мне нужно работать.
— Знаю. — Он махнул унизанной кольцами рукой. Его короткие ногти
были выкрашены в черный цвет: Конни играл на бас-гитаре в группе
неонеопанков, которая выступала в ночных клубах, а следить за пальцами,
когда в зале вспыхивают разноцветные огни, дело нелегкое. — Опять у
тебя этот странный вид. Кого выслеживаешь на этот раз, детка?
— Ты дашь мне сликборд или нет? — рявкнула я. Изумруд на щеке
засверкал, кольца на руках начали отбрасывать искры. Демон напрягся. —
Я его верну через час.
Конни быстро наклонился и извлек из-под прилавка сликборд. Когда он снял
мягкий замшевый чехол, я увидела гладкую черную
Валькирию
.
— Я ее только что отыскал. До тебя заходил один маги и сказал, что
скоро ко мне заявится мертвяк. Терпеть не могу предсказателей. А ты, между
прочим, единственный мертвяк, который приходит в
Руки
. И почему ты не
хочешь держать эту штуку у себя дома?
Дрожащими пальцами я выхватила у него сликборд. Энергия города медленно, но
верно вливалась в меня, восполняя ту, которую я утратила во время сеанса с
Дугласом Шантерном. И все же мне до сих пор казалось, что я еще не ожила...
— Все, спасибо.
— Эй, а что мне делать с твоим парнем? — крикнул мне вдогонку
Конни.
— Постарайся его не злить, — бросила я через плечо и захлопнула за
собой дверь.
Налетел порыв холодного ветра; я нащупала кнопку включения и, поставив борд
на землю, услышала его тихое гудение.
Я встала на доску, и борд, поднявшись в воздух, полетел вдоль улицы.
Нет, не хочу висеть над тротуаром, — подумала я. — Хочу летать.
Сегодня мне хочется летать
.
Я откинулась назад, и борд сразу поднялся выше. Летать на сликборде — это
все равно что балансировать на лестничных перилах, когда колени должны быть
расслаблены, а руки раскинуты в стороны. Это очень напоминает астральный
полет в невесомости, когда на тебя в то же время действует притяжение земли;
для человеческого тела это очень непривычное состояние.
Я летела не одна. Мимо меня то и дело с шумом проносились машины.
Перемещаться по воздуху — это как лететь на волне: один раз ухватишь нужный
поток — и можешь скользить по нему до скончания дней. Это как впитывать в
себя темную душу города и творить заклинания, наполняя их энергией.
Но если вам не повезет, или вы зазеваетесь, или чего-то испугаетесь, то
можете со всего маха шлепнуться на землю. Обычно машины на воздушной подушке
снабжены системой слежения, которая не позволяет им сталкиваться в воздухе,
поэтому управлять такой машиной — это всего лишь следить за показаниями на
экране и нажимать кнопки, но сликборды — слишком маленькие устройства, чтобы
на них можно было поместить панель управления. Во избежание пробок потоки
машин в нашем городе контролируются с центрального пульта в режиме реального
времени, но слики настроить на эту волну невозможно, поэтому они существуют
как бы сами по себе, презираемые владельцами бордов
Sk-8
и воздушными
курьерами.
Слегка свесившись на сторону, я заставила свой слик проскочить между двумя
тяжелыми грузовиками и заняла свою полосу, едва не столкнувшись с голубым
авто. Адреналин будоражил мне кровь, стучал в мозгу, и моя
Валькирия
со
свистом неслась вперед, ловко лавируя в общем потоке. Я летела, не думая ни
о чем, действуя чисто интуитивно; скорость, скорость — вот что было мне
нужно, когда я вылетела на полосу для грузового транспорта.
Двигаться по грузовой полосе гораздо труднее; грузовики — машины крупные и
тяжелые, к тому же за ними образуются сильные вихревые потоки, поэтому
лететь у них в хвосте — это супер. Тут требуется опыт и мастерство,
поскольку грузовик — это вам не пассажирское авто. Аварии на пассажирских
полосах у нас называют
блинчики
, а вот когда сталкиваются грузовики, мы
говорим
влетел в кучу дерьма
. С грузовиками нужно держать ухо востро,
поскольку их воздушная струя может сыграть с тобой злую шутку. Например,
грузовик может и не убить на месте, а расплющить тебя в лепешку за три фута
впереди себя или за шесть футов позади, к тому же никогда нельзя предвидеть,
что он выкинет — сбросит тебя со слика или выдернет его у тебя из-под ног.
Внимание, впереди здоровенная фура, держись крепче; слик слегка накренился,
держи равновесие, откинься назад, вперед!
Я стрелой пролетаю под огромным
грузовиком; мои волосы едва не задевают его брюхо, кольца рассыпают золотые
искры, полы пальто трепещут на ветру, и я ношусь среди огромных грузовиков,
как москит среди альбатросов... Так вот что это такое — жить, жить, жить...
Мое сердце стучит, во рту чувствуется металлический привкус,
Валькирия
звенит, я дышу тяжело и прерывисто, ноги крепко упираются в слик, на котором
меня удерживает лишь сила трения крепких подошв моих сапог.
Я пристраиваюсь за полицейской машиной, которая с воем обходит один грузовик
за другим. Копы наверняка меня уже засекли, но носиться на слике без шлема —
это не преступление, скорее самоубийство, и я продолжаю лететь за ними,
используя их турбулентный поток, но вскоре полицейские сворачивают в
сторону. Я еще немного пролетаю вперед, затем сбрасываю скорость и
поворачиваю назад.
Наконец я возвращаюсь к
Небесным рукам
, тяжело дыша; мое тело поет от
счастья. Я спрыгиваю со слика — волосы разметались у меня по плечам, плечи
выпрямились; впервые после того, как в мою дверь постучал демон, я чувствую
себя счастливой.
Джафримель ждал меня, небрежно прислонившись к окну; свет неоновых огней,
проникавший в комнату через окно, играл на его иссиня-черных волосах. В его
руках я увидела свою сумку и меч, который он крепко сжимал пальцами.
Я поставила слик вертикально и глубоко вздохнула.
— Привет, — сказала я. — Как вы тут без меня?
Демон молча уставился на меня, крепко сжав губы.
Я отдала слик Конни, записала дату и время и вышла на улицу, от удовольствия
напевая песенку из репертуара группы
Phen Fighters
. Я всегда катаюсь на
слике, когда заканчиваю очередной сеанс с душой усопшего. Это вошло у меня в
привычку с тех пор, как я поняла, что поступающий в кровь адреналин
оказывает то же действие, что и секс; такой вот
рискованный полет
начисто
смывает с души мерзкий осадок, который остается после общения с мертвецами.
Обычно некроманты расслабляются каждый по-своему: одни устраивают спарринг-
бои, другие уходят в тантризм, третьи наведываются в публичный дом мадам
Полиампур или дешевые бордели. Я же катаюсь на сликборде.
Джафримель протянул мне сумку и меч. Его молчание было таким
демонстративным, что я не выдержала и взглянула ему в лицо — между его угольно-
черными бровями пролегла вертикальная полоса.
— Ты что? — немного раздраженно спросила я.
После дождя воздух стал свежим и чистым, он играл моими волосами и шевелил
полы длинного пальто Джафа.
Перед тобой стоит демон, — подумала я, — а ты не визжишь и не
убегаешь, Дэнни, и говоришь с ним так, словно это твой хороший знакомый. Ты
в своем уме?
— На твоем месте, — сказал демон, — я бы этого не делал.
— Чего не делал?
— Это глупо и очень опасно, Данте.
Он смотрел не на меня, а себе под ноги.
Я пожала плечами. Как объяснить демону, что катание на слике — это
единственный способ почувствовать себя живой после того, как ты встречался
лицом к лицу со смертью и чувствовал на языке ее горький вкус? Конечно,
вместо катания на слике я могла бы провести в специальной клетке спарринг-
бой, но я клеток терпеть не могу. Разве демон поймет, что мне просто
необходимо почувствовать себя живой, после того как я пару минут назад
пересекала мост, ведущий в царство мертвых, и до сих пор еще чувствовала
гнилостный запах смерти?
— Ладно, пошли. Нам нужно зайти к Абре.
— Дай слово, что больше меня не бросишь, — тихо сказал он. —
Прошу вас, госпожа.
— Не называй меня так, — сказала я, забросила на плечо сумку и уже
собралась уйти, но он удержал меня за руку:
— Пожалуйста, Данте. Я не хочу лишиться шанса обрести свободу из-за
глупой прихоти человека. Пожалуйста.
Я хотела вырвать у него руку, но вдруг поняла, что впервые за все время он
вежливо о чем-то просит и даже говорит
пожалуйста
. Я уставилась на него,
покусывая нижнюю губу. На его гладкой золотисто-смуглой щеке пульсировала
жилка.
— Ладно, — после некоторого молчания сказала я. — Обещаю.
Он моргнул. Второй раз в жизни я видела смущенного демона.
Так мы простояли — он держал меня за руку, и мы смотрели друг другу в глаза
— добрых двадцать секунд. Затем я отодвинулась от него и взглянула на небо.
Тучи разошлись; огни города окрасили небосвод в оранжевый цвет.
— Нужно идти, — мягко сказала я. — Скоро ночь, а по ночам с
Аброй общаться невозможно.
Он кивнул. Мне это показалось или вертикальная полоска между бровями стала
глубже? Он вопросительно взглянул на меня.
— Что? — спросила я.
Он не ответил и только беспомощно пожал плечами. Потом он зашагал рядом со
мной, сцепив за спиной руки и опустив голову, и на лице его была написана
такая глубокая задумчивость, что мне стало казаться, будто сейчас он взлетит
над землей.
— Джафримель, — тихо окликнула я демона.
— А? — отозвался он, обходя битую бутылку, валявшуюся на асфальте.
Я поправила на плече сумку. Я же оставила ему и сумку, и меч, и пожалуйста —
ничего с ними не случилось.
— А знаешь, ты не так уж плох. Для демона. Очень даже неплох.
Мне показалось, что он улыбнулся. И как ни странно, я была этому рада.
Магазинчик Абры находился на Клондел-авеню, в самом бедном районе города,
который оказался еще грязнее, чем Тэнк.
Ломбард Абракадабры. Мы творим
чудеса!
— гласили выцветшие буквы, нацарапанные на витрине. Внимательный
наблюдатель заметил бы, что она не исписана граффити, а тротуар перед
стеклянной входной дверью подозрительно чист.
Внутри магазинчика стоял запах пыли и человеческого отчаяния, смешанный с
ароматом жареных отбивных и перца чили. Под ногами поскрипывал простой
дощатый пол, а сама Абра восседала за прилавком на своем неизменном
трехногом стуле. У нее были длинные темные вьющиеся волосы, влажные темные
глаза и неприметное лицо. Одета она была в длинное серебристо-голубое
платье, в ушах — золотые серьги. Как-то раз я ее спросила, не цыганка ли
она. Абра тогда рассмеялась и сказала:
Все мы тут цыгане
.
Я не могла с ней не согласиться.
На полу были аккуратно расставлены мешки с вещами, на стенах развешаны
сликборды и гитары, под пыльным стеклянным прилавком тускло поблескивали
драгоценности. Считалось, якобы заведение Абры процветает, хотя я ни разу не
видела, чтобы кто-то заходил к ней за покупкой.
Нет, Абра была настоящей Паучихой, чья паутина опутывала весь город. Абра
продавала информацию.
Когда-то, очень давно, нас познакомил Джейс. С тех пор мы стали подругами —
в некотором роде. Иногда я оказывала ей ту или иную услугу, за что она
обещала никому не продавать информацию, касающуюся моей личной жизни. Так мы
с ней и сосуществовали — вроде как на основе взаимовыгодного сотрудничества.
Должна признать, Абра всегда меня озадачивала. Будучи явно не человеком, она
тем не менее не стремилась попасть ни в одну из официальных категорий
паранормальных существ — нихтвренов, каинов, сванхильдов, в общем, называйте
как хотите — даже после того, как они были объявлены полноправными
гражданами Гегемонии. И наоборот, я знала нескольких не-людей, которые, не
имея права голоса, умудрялись вносить свою лепту в политику — путем подкупа
или грязных игр.
Звякнул дверной колокольчик, и я вошла в магазин; под ногами заскрипели
половицы. Демон вошел за мной.
— Привет, Абра, — сказала я и услышала резкий щелчок.
Рука демона впилась в мое плечо, и в следующее мгновение я увидела такую
картину: демон стоит, направив на Абру два серебристых пистолета, а она на
него — плазменное ружье.
Чудеса, да и только
, — подумала я.
— Опусти ружье, с'дарок, — прошипел демон. — Или я разнесу
твою паутину в клочья.
— Кого это ты ко мне притащила, Данте? — рявкнула Абра. —
Черт бы вас взял, бабы-психопатки, вместе с вашими тварями!
— Джаф, — позвала я, чуть не сказав
Джафримель
. — Что ты
делаешь?
— Она направила на тебя оружие, Данте, — сказал он, и от его
голоса задрожали стены ломбарда. — Я сожгу твое гнездо, с'дарок. Опусти
оружие.
— Да пошел ты, — огрызнулась Абра, но все же медленно положила
ружье на прилавок и подняла руки. — Чертово отродье. Слушай, Данте, от
тебя хлопот больше всех в городе.
— Мне нужна информация, Абра, — сказала я, стараясь говорить
спокойно. — Джаф, успокойся, она тебе ничего не сделает...
— Я ее не боюсь, — низким голосом ответил он. — Она угрожала
тебе.
— Какая прелесть, — еле сдерживаясь, проговорила Абра; в ее черных
глазах вспыхивали алые искорки.
От звуков ее голоса стеклянная витрина слегка прогнулась. В воздух взвились
тучи пыли. Силовая защита в доме Абры была весьма сложной, даже уникальной,
я такой еще никогда не видела.
— Данте, вели ему выйти, или я за себя не ручаюсь.
— О, во имя любви... — Я тоже начала терять терпение. —
Джафримель, она уже опустила ружье. Убери пистолеты.
Чуть помедлив, он повиновался. Едва заметное движение — и пистолеты исчезли.
— Как пожелаешь, — сказал он; в воздухе уже стоял густой запах
жженой корицы и мускуса. — Но если она хоть раз дернется, то очень об
этом пожалеет.
— Послушай, я имею право поговорить, никого не убивая? — сухо
сказала я. — Это Абра, мы знакомы уже много лет.
Кожу обжигали повисшее в воздухе напряжение и сгустившаяся энергия. Запах
жареного мяса и перца напомнил мне, что я давно ничего не ела.
— А зачем она направила на тебя ружье? — спросил демон.
— Ты тоже ведешь себя не слишком вежливо, — сказала я, чувствуя,
как сильно давит на меня энергия. — Так, все, успокойтесь оба. Мы можем
наконец поговорить?
— Вели ему выйти, — упрямо повторила Абра.
— И не подумаю, — отрезал Джафримель.
— Да прекратите вы! — прикрикнула я.
Что я теперь узнаю у Абры?
— Чем дольше вы препираетесь, тем дольше мы будем здесь торчать.
Поэтому слушайте меня: заткнитесь оба!
Наступила тишина. Пахло жареным мясом, отчаянием, пылью и демоном. Глаза
Джафримеля в упор смотрели на Абру, и все же он немного отодвинулся в
сторону, чтобы я могла поговорить.
Я вытащила из сумки бумагу с именем Сантино.
— Мне нужна информация об этом демоне, — сказала я. — А также
о Дейконе Уитекере. И еще кое о чем.
— Сколько заплатишь? — спросила Абра, немного успокоившись.
— Я? Тебе? Это ты мне должна, Абра. В общем, так: если твоя информация
окажется полезной, будем считать, что мы в расчете.
Абра и в самом деле была у меня в долгу — в прошлом году я выдала ей очень
ценную информацию относительно семьи Черри. Их постоянно кто-то обкрадывал;
я узнала, кто именно, и передала эту информацию Абре, которая наверняка
продала ее за кругленькую сумму — разумеется, не упоминая моего имени. Сразу
после этого я стала свидетелем того, как семья Оуэне лишилась солидного
куска своего состояния. Обожаю устраивать
Моб
маленькие подлости.
Абра взглянула на Джафримеля.
— Ты же не колдунья, Дэнни. Зачем ты таскаешь за собой демона высшего
ранга?
Она поняла не только то, что Джаф демон, но даже догадалась, какого он
ранга. Интересно
.
— Считай, мне просто нравится общаться с разными существами, —
сказала я. — Слушай, это они пришли ко мне, а не я к ним. Я их не
звала, а сейчас я вообще по уши в дерьме и быстро иду ко дну, поэтому помоги
мне, ладно? Мне нужна информация, Абра. — Я намеренно говорила очень
тихо и настойчиво. — Мы же с тобой давние коллеги, я помогала тебе
зарабатывать, вспомни ту историю с семьей Черри, мне в самом деле нужна
информация. Помоги.
Она смерила меня пристальным взглядом. Демон не шевелился, но следил за
каждым ее движением. Мое левое плечо болело — знак реагировал на внимание
демона.
— Ладно, — сказала Абра. — Только обещай, что больше никогда
не приведешь сюда эту тварь.
Он не тварь
. Я не сказала этого вслух. Сама не знаю, почему я так
подумала.
— Я бы и сама его сюда не привела, будь у меня выбор, —
огрызнулась я. — Ну, давай, Абра, действуй.
Она сняла ружье с прилавка. Демон не шевельнулся, но мое плечо зашлось от
боли, словно его обожгли огнем.
— Ладно, — сказала Абра. — Выклады
...Закладка в соц.сетях
