Жанр: Любовные романы
Влюбленный наставник
...е. Что я и сделал. Мы выкрали ее из
борделя Дюбарри, засунули в мою карету и привезли сюда. К сожалению, как раз
тем утром начинались заседания в палате лордов, так что мне пришлось сразу
развернуть карету и нестись обратно в Лондон. Маргарет я оставил здесь. В
обратный путь я пустился сразу, как только сумел вырваться оттуда.
— Неудивительно, что на тебе лица нет, — заметил Роберт.
Несколько секунд оба молчали. Затем Роберт спросил:
— Ты нанял кого-нибудь для охраны? Джеймс покачал головой:
— Я не думал, что это необходимо. Слугам я запретил помогать ей, если
она вдруг захочет уехать, и сказал, что вернусь как только смогу. Уэбстеру я
приказал приставить к ней Энни, чтобы та не сводила с нее глаз до тех пор,
пока Маргарет не отправится отдыхать. Я также подумал, что если вечером
спустить собак, это отобьет у нее всякую охоту к побегу. Я даже оставил ей
записку. Написал, что бежать ей никто не поможет, а когда я вернусь, мы
непременно обсудим вопросы ее дальнейшей карьеры. Я был уверен: подобного
рода объяснений вполне достаточно, и она поймет, что ей ничто не грозит. Я и
представить себе не мог, что, прочитав это, она все равно убежит.
— Конечно, любая другая леди сидела бы и с нетерпением ожидала твоего
возвращения, — съязвил Роберт. Затем он добавил: — Впрочем, ни одна из
этих леди, очутившись в ее положении, не занялась бы тем, чем замялась она.
Рэмзи нахмурился:
— Такое впечатление, будто ты ей симпатизируешь.
— Ну... — Друг его пожал плечами, и на губах его мелькнула
улыбка. — Пожалуй, да — совсем немного. Ведь нужно отдать должное ее
предприимчивости. Вместо того чтобы сидеть и лить слезы из-за возникших
трудностей, она просто взялась их преодолевать.
Джеймс возмутился до глубины души.
— Стать леди Икс — не самый достойный способ проявления своей силы
воли, — резко возразил он. Хмуро взглянув на своего собеседника, он дал
ему понять, что считает его замечание неуместным.
Однако лорд Маллин пожал плечами:
— Не знаю. Возможно, это все же лучше, чем стать монахиней. Что ей было
делать — выйти замуж? Но ведь большинство браков в наши дни все равно скорее
напоминают некую форму проституции. По крайней мере она поступила честно.
Роберт рассмеялся.
И хотя, выслушав аргументы Маллина, Джеймс неодобрительно покачал головой, в
глубине души ему пришлось признать, что подобные мысли посещали и его.
Конечно же, каждая из его предыдущих любовниц была ему скорее женой: он
оплачивал ее жилье, наряды, развлечения и прислугу — по крайней мере до тех
пор, пока отношения их не прерывались. Разница заключалась лишь в том, что
отношения его с этими дамами были недолговечны. Разумеется, клиенты леди Икс
не одаривали ее поместьями и слугами; чтобы получить желаемое, им достаточно
было вручить ей несколько холодных монет.
Но Роберту он ничего этого не сказал. Джеймс ни за что не стал бы
оправдывать ее профессию — он никогда бы не признал, что испытывает к ней
что-либо, кроме отвращения. Она сестра Джеральда Уэнтуорта, и этим все
сказано!
— Так что же ты с ней намерен делать?
Джеймс посмотрел на собеседника и поджал губы — он мало задумывался над этим
с того момента, как похитил Мэгги из публичного дома. Как же ему быть
дальше? Естественно, обещание, данное ее брату, не позволяло ему отпустить
ее, дав возможность и в дальнейшем заниматься ее сомнительным ремеслом. С
другой стороны, он обязан предложить Маргарет замену тому беспутному образу
жизни, который она вела. Но какую?
От признания собственной растерянности его спасло то, что раздался стук,
дверь кабинета распахнулась и громко ударилась о стену. Оба приятеля
изумленно уставились на появившуюся на пороге женщину, которая, в свою
очередь, сердито смотрела на них. Невозможно было не задержать взгляда на
этой особе, только что принявшей ванну, припудрившей нос и облачившейся в
чистое платье, которое сидело на ней почти идеально. Ее пламенный взгляд
устремился сначала на Джеймса, потом на лорда Маллина. Присутствие
последнего ее заметно обрадовало. Она направилась к нему.
— Слава Богу, вы еще здесь, милорд! Я так боялась, что вы уедете.
— Разумеется, я здесь, — заверил ее лорд Маллин, но было заметно,
что чувствует он себя весьма неуютно. — Я же обещал подождать.
— Да, это правда. — Сияя, она взяла его за руки. — Мне
хотелось бы уехать. Вы ведь не оставите меня здесь? Не позволите ему держать
меня против моей воли? Он безумен. Он похитил меня.
Смятение лорда Маллина становилось все более очевидным и явно возрастало; он
избегал взгляда Мэгги и смотрел куда угодно, но только не ей в лицо.
— Ах, миледи... видите ли... лорд Рэмзи просто старался вам помочь. Он
хотел бы дать вам время подумать над тем, как вы предполагаете в дальнейшем
строить свою жизнь.
— Подумать? — нахмурилась Маргарет. — О чем здесь думать? До
его вмешательства все шло прекрасно. Вы ведь были другом моего брата!
Неужели вы меня здесь оставите?
Роберт распрямил плечи:
— Именно потому, что я был другом вашего брата, я вынужден согласиться
с Рэмзи. Вы ведь не думаете, что ваш брат одобрил бы ваше нынешнее занятие?
Мэгги слегка потупила взор, но затем вызывающе вскинула голову:
— Может, оно и не вызвало бы одобрения с его стороны, но он сумел бы
меня понять, особенно учитывая те обстоятельства...
— О каких обстоятельствах вы говорите? — перебил ее Джеймс. От
Мэгги не ускользнуло сухое пренебрежение, прозвучавшее в его тоне, и эта
интонация еще сильнее ее разозлила. — О вашем нежелании уезжать из
Лондона? Думаю, ваш брат полагал, что, оказавшись в теперешнем положении, вы
продадите его дом, купите коттедж и будете жить на проценты в провинции.
— Да неужели?
Мэгги повернулась к нему и подбоченилась. На лице ее появилась кривая
усмешка:
— Похоже, вы знали моего брата гораздо лучше, чем я, прожившая с ним
всю жизнь! Я вот, например, сомневаюсь, что мой брат вообще помышлял о столь
ранней кончине. Нет, он еще собирался увидеть, как я выйду замуж и устрою
свою жизнь. К сожалению, судьба решила иначе. Вместо этого он оставил мне
дом, а вместе с ним и ответственность за всех наших слуг. Я не могла продать
дом и оставить их всех без работы!
Роберт тронул Мэгги за руку. Она вновь обернулась и посмотрела в его
изумленные глаза.
— Так вы говорите, что занялись пр... этим делом для того, чтобы
оставить на работе слуг вашего брата?
Мэгги удивленно сдвинула брови — ее смущало то потрясение, в котором явно
пребывал лорд Маллин. Писать статьи для
Дейли экспресс
не такое уж
постыдное занятие. А эти двое вели себя так, будто обличали ее в
проституции!
— А что мне еще было делать? Все эти люди служили Джеральду, а еще до
того — нашим родителям. Многие из них посвятили нашей семье всю свою жизнь.
Не могла же я вышвырнуть их всех на улицу!
— Бог мой, — выдохнул молодой аристократ.
— Теперь вы понимаете? — улыбнулась Мэгги. Судя по его реакции,
мысль о том, что столько мужчин и женщин могли остаться без работы, и его
приводила в ужас. — Я знаю, со стороны может показаться, что занятие
мое связано с риском, но поверьте — это вовсе не так. Уверяю вас. Обычно я
либо одеваюсь так, чтобы изменить свою внешность, либо использую вуаль или
маску — как и в тот момент, когда он на меня набросился.
И она с отвращением взглянула на лорда Рэмзи.
— Да, но ведь... я хочу сказать... — Лорд Маллин издал нервный смешок,
затем решительно продолжал: — Забудем о риске. Удовольствия от этой работы
вы ведь получать не могли!
Мэгги удивленно заморгала. Вопрос ей показался довольно странным. Однако она
решила, что, возможно — хоть сама она ранее над этим не задумывалась, —
определенная доля истины в этом все же есть:
— Возможно, не всегда. Временами...
Пока молодая леди раздумывала над ответом, мужчины, подавшись вперед, не
сводили с нее напряженных взглядов. Поэтому Мэгги и решила исключения ради
сказать им истинную правду о своей работе, в чем она не признавалась и себе
самой, ибо в получаемых за нее деньгах она, несомненно, нуждалась. Но если
уж говорить откровенно, то быть Г.В. Кларком ей нравилось не всегда.
Например, балансирование на выступе стены публичного дома никак нельзя было
назвать особо приятным занятием. Хотя сейчас, когда все осталось позади,
пережитое казалось ей не более чем забавным приключением, в тот момент она
была напугана донельзя. Кроме того, многие вещи, рассказанные ей тем вечером
работавшими там женщинами, иначе как жуткими не назовешь. Им приходилось
делать такое...
— Да? — обратился к ней лорд Рэмзи, ожидая продолжения, и взгляд
его показался Мэгги невероятно тяжелым.
— Конечно, вы правы, — со вздохом признала она. — Иногда тебе
страшно или неприятно. Но...
— Но? — подал голос лорд Маллин, которому также не терпелось
выслушать, ее аргументы.
Пожав плечами, Мэгги лишь добавила:
— Но нередко это и возбуждает.
— Возбуждает?! — одновременно выдохнули оба лорда.
— Да, конечно.
Ужас на их лицах начинал ее раздражать. А как иначе, они думают, добывается
информация для некоторых статей — например, об игорных домах, где обманывают
клиентов, или о клубе
Четыре всадника
, где
наездники
— сплошь и рядом
крупные шишки. Конечно, Мэгги понимала, что писать обличительные статьи,
возможно, занятие небезопасное. Но это было и интересно. Кстати, в тех
заведениях этим двоим наверняка пару-тройку раз побывать довелось. Уж не
обязана ли она, по мнению этих джентльменов, игнорировать их недостатки,
слабости, даже пороки лишь на том основании, что она женщина?
— А почему на меня это должно действовать иначе, нежели на вас? —
спросила она. — Вас, мужчин, такое времяпрепровождение лишь забавляет.
Так почему оно не должно нравиться мне?
— Боже праведный!
Лорд Маллин проглотил остаток бренди и, с громким стуком поставив бокал на
столик, многозначительно взглянул на лорда Рэмзи:
— Желаю вам удачи, друг мой, но боюсь, перевоспитание будет сложным и
тягостным. В любом случае держите меня в курсе.
С этими словами молодой аристократ поднялся, намереваясь уйти.
Мэгги опешила. На лице лорда Рэмзи отражалось явное недовольство. Почему он
позволял себе выглядеть столь мрачно? Не его же сейчас собирались бросить на
произвол судьбы!
— Но вы не можете меня здесь оставить! — вскрикнула она, шагнув к
двери следом за лордом Маллином. — Мне действительно необходимо
вернуться в Лондон. А вы обещали мне помочь.
— Да, обещал, — согласился молодой человек. — Но это было
прежде, чем я ознакомился со всеми обстоятельствами. Теперь же я понимаю,
что Джеймс действительно хочет вам помочь. Уверен, вам ничто не угрожает.
— Может, и нет, — в отчаянии согласилась Мэгги. — Но я
обязана вернуться. Хотя бы потому, что мои слуги не знают, где я. Они
беспокоятся и, наверное, уже за голову хватаются.
Лорд Маллин быстро взял ее за руки и сразу отпустил их, словно это были
горячие угли.
— Позвольте высказать вам свое мнение, миледи, — натянуто произнес
Маллин. — Вы проявляете излишнюю заботу о слугах.
Заметив, что слова его смутили девушку, он добавил:
— Поверьте, миледи, это ради вашего же блага. Позвольте Рэмзи помочь
вам.
С этими словами он вышел и закрыл за собой дверь, оставив Мэгги наедине с ее
похитителем, в доме которого она вновь оказалась заперта.
Какое-то время лорд Рэмзи молча наблюдал за ней, растерянной и несчастной.
Затем он поставил свой бокал и встал. Мэгги сама не знала почему, но во всех
его действиях ей мерещилась угроза. От Джеймса не ускользнула ее
подозрительность, и он тяжело вздохнул. Она не доверяет ему и не будет
доверять никогда. Похищение и правда нельзя было назвать наилучшим способом
знакомства, даже если речь шла о последней воле Джеральда. Но объяснять это
Мэгги он не стал.
— Миледи, я прошу вас располагать моим домом как своим собственным. Как
уже сказал Роберт, вам здесь ничто не угрожает. В отношении вас у меня лишь
самые лучшие намерения.
Говорил он искренне, но что означал блеск в глубине сто темных глаз? От этой
мысли Мэгги отвлекли следующие его слова:
— Что до ваших слуг, то о них вы можете совершенно не беспокоиться. Я
отправил им письмо той же ночью, когда привез вас сюда — в нем сказано, что
вы оказали мне честь, согласившись отдохнуть несколько дней в моем поместье.
Однако если вы все же беспокоитесь, то можете написать им сами, и я
позабочусь о том, чтобы ваше письмо было передано по адресу завтра же утром.
Прежде чем Мэгги ответила
да
или
нет
, Джеймс жестом обратил ее внимание
на свой внешний вид и объявил:
— Пока же мне следует вымыться, а потом скорее всего я вынужден буду
немного отдохнуть. Последняя пара дней у меня выдалась поистине тяжелая. Вы
вольны ужинать в своей комнате либо в столовой — на свое усмотрение. Утром я
составлю вам компанию за завтраком, и заодно мы обсудим ваше положение и
поразмыслим над тем, как его изменить.
Если Джеймс надеялся произвести на нее впечатление своей галантностью, то
горько ошибся. Взгляд Мэгги оставался абсолютно холодным. Она заметила, как
он старается справиться с одолевавшим его раздражением; затем, все с тем же
безразличным выражением лица, она проводила его взглядом, когда, пробормотав
сумрачное
спокойной ночи
, он покинул комнату.
Стоило ему закрыть за собой дверь, как Мэгги почувствовала, что безнадежное
отчаяние закрадывается в ее душу. Ей до сих пор не верилось, что она
находится в подобной ситуации. И еще менее ей верилось в то, что лорд Маллин
так просто взял и оставил ее здесь! Оба джентльмена не сомневались, что
желают ей исключительно добра, и главное — им виднее, в чем оно, это добро:
смиритесь, леди!
В бешенстве шагнув к двери библиотеки, она раздвинула ее и через холл
направилась к парадному выходу. Остановить ее никто не пытался. Дело в том,
что никого и не было. Возможно, именно на это ей и следовало обратить
внимание, но в ту минуту ее всецело поглотили эмоции. Рванув на себя
парадную дверь, Мэгги вышла за порог. В груди ее клокотало чувство радости и
триумфа.
И то и другое моментально угасло, стоило ей услышать лай. Мэгги испуганно
посмотрела по сторонам, и в поле ее зрения очутились два огромных черных
пса, бежавших прямо на нее, словно она была лисой, выпущенной для охоты.
На несколько мгновений Мэгги словно окаменела; затем ей удалось взять себя в
руки и нырнуть обратно в дом. Она захлопнула дверь как раз в тот момент,
когда злобные твари начали подниматься по ступеням, а секунду спустя дверь
содрогнулась, приняв на себя удары двух мощных звериных тел. Теперь Мэгги
понимала, почему Энни больше не следовала за ней по пятам и почему Рэмзи так
спокойно оставил ее без охраны. Он спустил собак.
Нет, конечно же, они скорее всего не натасканы на то, чтобы атаковать
любого, кто ступил на землю Рэмзи
, — мрачно размышляла Мэгги. Однако
все же не испытывала особого желания выглядывать за дверь и выяснять, хотят
ли животные, чтобы она проявила к ним внимание и ласку, или же намереваются
ее укусить.
Стиснув зубы, она прислушалась к лаю собак и к ударам их лап о парадную
дверь, затем медленно отошла, боясь, что они каким-либо образом сумеют
ворваться и набросятся на нее. Мэгги так и пятилась до самой лестницы, пока
они не начали замолкать. Нервно глотнув, она повернулась и поспешила наверх,
к себе в комнату. Оказавшись там, она огляделась, не зная, что делать
дальше, затем бросилась к сводчатой двери, ведущей на балкон. Ее встретил
раздавшийся с новой силой собачий лай.
Собаки услышали скрип балконной двери и моментально очутились прямо под ее
окнами. Шныряя из стороны в сторону, злобные бестии возбужденно гавкали.
Мэгги тяжело вздохнула, безнадежно махнула рукой, в последний раз посмотрела
на собак и вернулась к себе в комнату. Впрочем, ее побег, если подумать, был
весьма глупой затеей. Она никогда не смогла бы нанять карету до Лондона, что
ей наглядно успел продемонстрировать мистер Тиммонз. А шансы на то, что по
пути она встретит экипаж, владельцы которого согласятся отвезти ее туда,
были крайне малы. Так что, похоже, она застряла здесь надолго.
Как это ее ни злило, она понимала — придется выслушать все, что хозяин дома
скажет ей утром, за завтраком; потом она решит, что делать дальше.
Закрыв дверь балкона, под которым все никак не унимались собаки, Мэгги
подошла к постели и прилегла, чтобы немного отдохнуть перед ужином.
Глава 6
— Миледи, прежде всего я хотел бы заверить вас, что вполне понимаю,
какая нужда толкнула вас на выбор вашей профессии. Поверьте, это правда.
Мэгги отставила свою чашку с чаем и вежливо посмотрела на лорда Рэмзи,
внимательно изучая жесткие черты его лица. Это был действительно красивый
мужчина. Жаль, что они не встретились при иных обстоятельствах. Она
задавалась вопросом, было ли высокомерие его обычным состоянием или же дело
в той ситуации, которая сопутствовала их знакомству.
Большую часть ночи Мэгги провела, анализируя происходящее — в особенности ее
волновала реакция лорда Маллина. Успокоившись и все здраво взвесив, Мэгги
пришла к выводу, что времени, проведенного с Робертом, ей хватило, чтобы
понять: человек он порядочный и продолжает считать себя другом ее покойного
брата, которого по-прежнему уважает и память которого чтит. По крайней мере
впечатление о нем у Мэгги создалось именно такое. И он наверняка не оставил
бы молодую и невинную сестру своего друга в руках мужчины, со стороны
которого ей могла угрожать опасность. Кроме того, она пришла к выводу, что
мотивы Рэмзи были именно таковы, как он говорил — позаботиться о ней, как и
просил его Джеральд. И видимо, Джеймс Хатлдон, возможно, не зная, что жизнь
девушки вполне налажена, имел в отношении ее лишь самые лучшие намерения.
Главным фактором в решении Мэгги не противиться лорду Рэмзи стало то, как
характеризовал его Джеральд в своих письмах: брат много писал о нем, и писал
исключительно хорошее. Описывая лорда Рэмзи как одного из самых достойных
людей, с которыми ему доводилось встречаться, Джеральд приводил массу
примеров, доказывавших подлинность этих слов. Нельзя было не помнить
повествований Джеральда о Рэмзи, отдающем свою еду детям из разрушенных
деревень, мимо которых проходили их войска, рискующем своей жизнью ради
спасения других и отказывавшемся принять очередное звание, если оно не было
им заслужено, а предлагалось ему лишь из-за высокого титула. Джеральд
Уэнтуорт восхищался этим человеком, уважал его и преклонялся перед ним. И,
читая и перечитывая письма Джеральда, Мэгги испытывала те же ощущения. Он
был порядочным и честным человеком, прилагавшим максимум усилий к тому,
чтобы устроить жизнь сестры человека, который погиб, спасая его жизнь. А
потому она проявит терпение и просто попытается дружески втолковать ему, что
особая помощь с его стороны ей не требуется.
Однако все это вовсе не означало, что ей не хотелось домой. В конце концов
рано или поздно она все же обязана была уехать и очень надеялась, что
произойдет это достаточно скоро. Молодую журналистку ожидало много
незавершенных дел: она должна была вернуть Мейси ее ужасное платье и, что
гораздо важнее, закончить работу над статьей о публичном доме мадам Дюбарри.
Мистер Хартвик не заплатит ей, если готовая работа в скором времени не ляжет
ему на стол. Мэгги трудилась над статьей прошедшей ночью и планировала
закончить ее как можно быстрее.
Мэгги решила: если она не вернется домой к положенному сроку, она всегда
сможет отослать статью вместе с письмом к Бэнксу и поручить, ему передать
рукопись по адресу. Ее присутствие вовсе не являлось обязательным; Бэнкс мог
сделать все сам, как делал это для ее брата. И все же она искренне
надеялась, что ей удастся убедить лорда Рэмзи отпустить ее прежде, чем
статья будет готова.
Мэгги считала, что самым правильным будет сначала выслушать все его доводы,
а затем спокойно и рассудительно объяснить ему, что превращение в Г.В.
Кларка хоть и не являлось совершенно безопасным способом заработка, однако
иного выхода у нес просто не оставалось. И если она спокойно все объяснит
лорду Рэмзи, он наверняка ее поймет. В этом она не сомневалась ни капли, ибо
Джеральд никогда не испытывал особой симпатии к людям, страдающим
хронической глупостью. Он не стал бы Джеймсу столь преданным другом и не
удостоил бы его даже малой толики своего уважения, будь тот и вправду
глупцом, каким казался ей после ее похищения из борделя Дюбарри.
Проведя в таких размышлениях почти бессонную ночь, Мэгги спустилась к
завтраку, с трепетом ожидая решающей беседы. Однако хозяин дома, очевидно,
подумал, что правильнее будет сначала подкрепиться. Нельзя сказать, что
Мэгги была этому рада. В ожидании разговора она нервно поигрывала едой на
тарелке, сидя на стуле, словно на подушечке для иголок. А потому теперь,
когда лорд Рэмзи наконец заговорил, она сосредоточенно смотрела на него,
всем своим видом давая понять, что готова выслушать его до конца, а затем
спокойно и без излишнего волнения разъяснить ему, почему он так ошибается.
— Я прекрасно понимаю, как тяжело может прийтись в этом мире женщине,
особенно женщине благородного происхождения, если вдруг она остается
совершенно одна и без средств к существованию. — Голос лорда Рэмзи
звучал вполне спокойно и учтиво. — Но ведь не можете же вы не
согласиться, что то, чем вы сейчас занимаетесь, не выход? Эта профессия
погубит вашу душу, украдет у вас молодость и красоту. Поверьте, я много раз
это видел.
Мэгги почувствовала, как ее спокойствие и рассудительность начинают ей
изменять, и утомленно закатила глаза, она не могла не признать, что поиски
материалов для статей Г.В. Кларка зачастую забрасывали ее на самое дно
общества. И все же работа эта была вовсе не так плоха, и уж тем более она не
стала бы называть ее недостойной. Впрочем, заводить с этим человеком спор
Мэгги отнюдь не хотелось, а потому она просто ответила:
— Милорд, боюсь, ваша тревога давно утратила свою актуальность — во
всяком случае, в отношении меня. Мне двадцать пять лет. Так что и молодость,
и красота, которыми я обладала, уже, пожалуй, безвозвратно исчезли.
Это заставило лорда Рэмзи нахмуриться и подвергнуть свою гостью более
детальному осмотру, по крайней мере насколько он мог это сделать, не вставая
со своего места. Его глаза словно впитывали ее золотистые волосы, собранные
на затылке, лицо, шею и грудь, которую порывало чуть великоватое ей платье.
Без особого удовольствия Мэгги отметила, что платье обрисовывает ее
миниатюрную грудь куда более четко, чем ей того хотелось. Стиснув зубы, она
с трудом удержалась от невольного желания оправить свой наряд, и когда
взгляд хозяина дома вернулся к ее лицу, девушка вздохнула с облегчением.
— Почему вы не вышли замуж? — осведомился он.
— Никто не делал мне предложения, — ответила она сквозь зубы,
стараясь не давать воли чувствам. Однако раздражение отступило на второй
план, когда она заметила на его лице удивление, вызванное этим ответом. Его
неверие че могло ей не льстить. — Вы, несомненно, очень любезны ведете
себя как истинный джентльмен, однако...
— Я не позволю вам вернуться к вашему прежнему занятию.
Мэгги напряглась всем телом. Чувство злости нахлынуло с прежней силой.
— Сомневаюсь, что вы сможете удерживать меня здесь силой до конца моих
дней. Вы мне не отец, не брат и не телохранитель.
— Ошибаетесь, я нечто вроде телохранителя, — возразил он. —
Ваш брат просил меня позаботиться о нас.
— Сомневаюсь, что он имел в виду похищение и содержание под стражей,
милорд! — возмущенно воскликнула девушка.
Судя по всему, удар попал в цель, и на лице лорда Рэмзи мелькнуло выражение,
напоминающее осознание собственной вины. Поэтому Мэгги продолжила атаку:
— Вы совершаете огромную ошибку и зря теряете время. Прошу вас,
отвезите меня домой, и...
— Нет. — Лицо лорда Рэмзи в один миг обрело жесткость, словно его
выковали из стали. — Есть и другие варианты.
— Прекрасно, — с улыбкой кивнула она. — Позвольте же узнать,
какие?
&mda
...Закладка в соц.сетях
