Жанр: Любовные романы
В зеркале любви
...Джеймстауне
бабушки, заброшенный дом с привидениями и смеющийся портрет. Еще не мешало
бы предупредить Джессику, пока та не проболталась о том, что не видела
подругу со вчерашнего утра.
Когда Энн вошла в свою комнату и опустила на кровать сверток, то ей
показалось, что она отвязала огромные гири и теперь запросто сможет взлететь
подобно воздушному шару.
Внизу хлопнула входная дверь. Значит, тети не было дома и она напрасно
кралась на цыпочках, почти не дыша. Быстрые, суетливые шаги на первом этаже
свидетельствовали о том, что Долорес Браун вернулась из супермаркета, где
накупила продуктов, и теперь собирается их готовить. Энн досконально изучила
ежедневный ритуал тети. Тетя Долли проведет у плиты, колдуя над кастрюлями и
сковородками, около двух часов. А затем поднимется на второй этаж, чтобы
немного отдохнуть с английским любовным романом в руках.
Энн стянула с себя пропахшую потом одежду. Ей не терпелось смыть с себя
дорожную пыль, словно тем самым она могла избавиться от дурных воспоминаний
и страхов. Оставшись в трусиках и бюстгальтере, Энн разрезала маникюрными
ножницами плотную коричневую бумагу и как можно тише высвободила из ее плена
зеркало. Теперь оно уже не казалось Энн красивым и ценным. Разве что
массивная рама производила сильное впечатление. Энн посмотрела на свои руки.
На пальцах вздулись белые волдыри. Вспомнив, что руки она мыла в последний
раз сутки назад, Энн всерьез испугалась, что занесет в раны какую-нибудь
заразу.
Поставив зеркало на тумбочку напротив своей кровати, Энн бросилась в ванную.
Помыв руки и ополоснув прохладной водой лицо, Энн ощутила непреодолимое
желание полежать в расслабляющей ванне с цитрусовой пеной.
Пока ванна наполнялась водой, Энн достала из платяного шкафа сменное белье,
чистые джинсы и тенниску. Со сном придется повременить. Слыша, как тетя
Долли хлопочет в кухне, Энн поняла, что едва держится на ногах от голода.
Сначала придется явиться с повинной, поесть, а уж потом она сможет лечь
спать. С чистой совестью, так сказать.
Зайдя в ванную, Энн почувствовала легкое головокружение и дискомфорт. Она
закашлялась от горячего влажного воздуха. Энн впервые обнаружила, какое
маленькое помещение отводилось под ее ванную комнату. Энн распахнула дверь
пошире. Перспектива простудиться, лежа в быстро остывающей воде, показалась
Энн куда заманчивее возможности задохнуться от приступа клаустрофобии.
Ванная комната была одним из ее любимых мест в доме. Там она чувствовала
себя в безопасности. Словно мышка, спрятавшаяся в норке под плинтусом. Раз в
неделю Энн уединялась в ванной комнате, чтобы сделать маникюр, педикюр и
обработать ступни. Она обожала принимать ванну с пеной или с ароматическим
маслом. На угловой стеклянной полочке у нее собралась уже богатая коллекция
различных косметических средств. Некоторые из них она купила сама, другие
были подарками тети и подруг.
После ванны Энн не почувствовала привычного приятного расслабления.
Напротив, ее сердце тревожно билось, а нервы натянулись как гитарные струны.
Что-то было не так... нет, все было не так. Абсолютно все изменилось. То,
что ей доставляло удовольствие прежде, теперь раздражало или даже вызывало
страх. Она не чувствовала себя спокойно в собственной комнате. А отражение в
зеркале раздражало ее. Разве мужчинам могла понравиться бледная девушка с
тусклыми тонкими волосами и невыразительными глазами мышиного цвета? Мартин
наверняка в душе смеялся и над ней, и над ее машиной.
Мартин понравился Энн настолько, что она даже боялась себе в этом
признаться. Разве у девушки вроде нее может быть хоть один шанс завоевать
сердце такого красавца? Мартин был высоким и широкоплечим. Физическая работа
на свежем воздухе сделала для его фигуры и развитой мускулатуры куда больше,
чем изнуряющие тренировки Криса в спортзале. А еще у Мартина были добрые
глаза. Поначалу Энн стеснялась смотреть ему в глаза, и всякий раз, стоило
Мартину пошутить или улыбнуться, она быстро отводила взгляд. Наверняка у
Мартина есть постоянная подружка. Или он меняет девчонок каждую неделю.
Парни вроде него редко отличаются постоянством. Разумеется, все его
заигрывания были лишь шуткой, насмешкой.
Если бы она была поумнее, то не стала бы строить иллюзий относительно
возможного продолжения знакомства с автомехаником. Во-первых, они живут в
разных городах. Во-вторых, он ее старше. А в-третьих, Мартин не стал бы
встречаться с такой некрасивой девушкой. Вот если бы на ее месте оказалась
Джессика... У Джессики никогда не возникало проблем с парнями. Джессика
красива, раскованна и общительна. И она яркая блондинка. А что собой
представляет она, Энн? Невыразительные черты лица и столь же неяркий цвет
волос. Энн вздохнула, вспомнив, как едва не вскрикнула, когда Мартин
случайно коснулся ее груди. Он и сам от неожиданности отпрянул, а затем пять
минут извинялся за свою неосторожность.
Наверняка он счел меня синим чулком и недотрогой, подумала Энн.
Единственное, что могло оставить след в душе нового знакомого, так это мое
бесстрашие. Никто ведь до меня не осмеливался войти в
дом с привидениями
.
Энн вышла из ванной комнаты и присела на низкий табурет перед зеркалом,
которое привезла из Джейстауна. Как ни странно, отраженная в нем девушка
понравилась ей куда больше, чем та, что кисло улыбалась ей из запотевшего
зеркала над раковиной.
Блестящие прямые волосы почти высохли. Глаза горели. Правда, в их блеске
было что-то нездоровое, лихорадочное. Ничего удивительного после того, что
ей пришлось пережить за последние сутки. У Энн закружилась голова, и она
ощутила разлившуюся по телу тяжесть.
— Энн? Открой мне дверь! — Взволнованный голос тети Долли и
тревожный стук в дверь. — Энн?! С тобой все в порядке?!
— Помогите... пожалуйста... — едва слышно прошептала Энн, сползая
с табурета на мягкий ворс ковра.
Очнулась Энн от мерзкого запаха нашатырного спирта. Первое, что она
увидела, — покрытое крупными красными пятнами взволнованное лицо тети
Долли.
— Выпей это. — Тетя поднесла к ее пересохшим губам стакан с водой.
— Что это? — с трудом выдавила Энн. Она облизала шершавые, как
наждачная бумага, губы.
— Успокоительное. Сначала выпей, а потом поговорим, — мягко
сказала тетя. Она провела влажной рукой по лбу племянницы. Или это ее лоб
покрылся бусинками пота? — Нам многое нужно обсудить.
Энн покорно осушила стакан и попыталась подняться.
— Нет-нет, — остановила ее тетя Долли, силой уложив обратно и
подоткнув сбоку одеяло.
— Мне жарко, — пожаловалась Энн.
— У тебя жар. Нужно измерить температуру. Я сейчас принесу градусник.
Лежи спокойно. — Через несколько минут тетя Долли сокрушенно качала
головой, глядя на градусник. — Я так и знала. Завтра останешься дома.
— Но мне нужно в школу, — без особого рвения напомнила Энн.
— Если ты пропустишь один день, это вряд ли существенно отразится на
твоей успеваемости. Далеко не блестящей. А если дело в Крисе... он только
что ушел.
— Почему ты не привела его сюда?
— Потому что ты больна. Тебе нужен покой и долгий сон. Увидитесь
завтра. Если бы ты увидела себя в зеркале, то еще поблагодарила бы меня.
Вряд ли Крис пришел бы от твоего вида в восторг.
Услышав о зеркале и о том, как она выглядит, Энн вздрогнула. Сердце
застучало в два раза чаще.
— Я могу взглянуть на себя?
— Что, еще не нагляделась? — Тетя Долли мрачно усмехнулась. —
Энн, да что с тобой творится, в конце концов?
— Дай мне зеркало.
— Это? — Тетя Долли указала пальцем на старое зеркало на тумбочке.
Где она его могла видеть прежде? Кованая рама о чем-то ей напоминала — но о
чем?
Энн кивнула.
— Откуда оно?
— Мне подарил его... э-э-э... Крис.
Тетя Долли недоверчиво покосилась на племянницу.
— Он купил его на каком-то интернет-аукционе и решил сделать мне
оригинальный подарок.
— Похоже на старинное, — внимательно разглядывая его, заметила
тетя Долли.
— Да, ему как минимум полтора столетия.
— А какое тяжелое. — Тетя Долли приподняла его над тумбочкой и
снова поставила на место. — Неподъемное. Как вы его дотащили с Крисом?
Недолго и грыжу заработать.
Неподъемное? Как же она его донесла? Да, в двух шагах от ее комнаты зеркало
казалось очень тяжелым, зато из дома на Оуэн-стрит Энн вынесла его с такой
легкостью, как будто несла к столу пачку бумажных салфеток.
— Достань, пожалуйста, из моего рюкзака пудреницу... — Энн
зевнула. Двойная доза снотворного подействовала быстрее, чем Долорес Браун
ожидала.
— Завтра посмотришься в зеркало, детка, — тихо произнесла она,
погладив измученную племянницу по мокрым от пота волосам. — И надеюсь,
что не в это.
Долорес Браун не смогла бы объяснить, чем ей не понравился подарок Криса.
Зеркало пугало ее. Еще больше пугало то, что Долорес его узнала. Она, без
сомнения, видела его прежде. Но где, когда и при каких обстоятельствах? От
зеркала веяло чем-то недобрым, словно оно впитало в себя негативную энергию
прежних хозяев.
Долорес засеменила к выходу из комнаты, подальше от испугавшего ее предмета.
Она никогда не была суеверной, но знала не одну плохую примету, связанную с
зеркалами. Возможно, с помощью этого самого зеркала совершались ритуалы
черной магии. Или оно не было завешено полотенцем в день смерти его
владельца. Может быть, в нем отразился и навсегда остался облик убийцы...
Правда, надеяться на то, что Энн вернет Крису подарок, бессмысленно. Если
она расскажет племяннице о своих суеверных страхах, то спровоцирует еще один
скандал. В последнее время Энн выходит из себя по малейшему поводу. Долорес
с мужем уже устали закрывать глаза на ее повышенную возбудимость и
нервозность. Скорее бы закончился переходный возраст и Энн стала прежней
милой и отзывчивой девочкой, вздохнула тетя Долли, в последний раз взглянув
от дверей на спящую племянницу.
5
— С кем это разговаривает Крис в коридоре? — как бы мимоходом,
стараясь не выдать сильного волнения, спросила Джессика у Брайана Силвера.
Брайан высокомерно осмотрел девушку с головы до ног и, ничего не ответив,
пошел дальше по узкому школьному коридору.
Джессика едва сдержала закипевшую в ней злость и неосознанно сжала кулаки.
Ее разбирало любопытство, но она опасалась выдать свою заинтересованность
Крисом перед одноклассниками. Она выглянула за дверь. Крис по-прежнему стоял
рядом с незнакомкой в высоких сапогах из лаковой кожи, в обтягивающих черных
бриджах и тонком эластичном топе, не скрывающим выпуклостей грудей. Более
того, он обнимал ее! Джессика едва не крикнула от возмущения. Вот, значит,
каков Крис! Сначала он обманул Энн, а теперь настал и ее черед.
— Эй, Крис, не познакомишь меня с новой подружкой? — Джессика не
выдержала и подошла к мило щебетавшей парочке.
Девушка звонко рассмеялась. На фоне ярко-красной губной помады зубы
выглядели белоснежными. А подведенные черным карандашом глаза и густо
накрашенные ресницы делали глаза девушки фантастически огромными. Она
казалась жительницей другого мира, инопланетянкой.
— Энн?!
— Ну как тебе мой новый имидж? — Энн несколько раз повернулась
вокруг своей оси.
— Твоя тетя сказала, что ты больна... — растерянно пробормотала
Джессика.
— Да? Она не говорила, что ты звонила. — Энн упивалась
растерянностью и озадаченностью Джессики.
Она видела в ее глазах не только удивление, но и зависть. Прежняя Энн, серая
мышка, незаметная и беззащитная, не вызывала зависти у одноклассниц. Энн
сама поразилась, насколько ей понравился вкус превосходства. Пусть Джессика
завидует ей так же, как и она когда-то завидовала ей.
— Мне... Крис сказал мне.
Энн провела ладонью по щеке завороженно смотревшего на нее парня.
— Ты волновался, милый?
Джессику аж перекосило от этой наигранной нежности. Почему Крис все это
терпит? Он ведь обещал порвать с Энн?
— Еще бы. Ты так и не рассказала, где пропадала полтора дня. Я приходил
позавчера вечером и звонил весь вчерашний день. Твоя тетя уверяла, что ты
простудилась и лежишь в постели.
— Так и было. — Энн сначала тяжело вздохнула, а затем
улыбнулась. — Видимо, я переутомилась.
— Интересно, от чего? — язвительным тоном спросила Джессика, за
что получила осуждающий взгляд Криса.
Энн пожала плечами.
— В последнее время мои нервы были на пределе. Видимо, я сорвалась и...
— Мне нравится твой новый образ, — заметил Крис. Глаза, полные
восхищения и мальчишеского обожания, подтвердили его слова. — Вот уж не
думал, что тебе так пойдет черный цвет.
— Признаться, я сама удивлена. Мне вдруг захотелось кардинально
измениться. Так, чтобы во мне не осталось ничего от прежней Энн.
Она слукавила. Мотивы ее резкого преображения были значительно глубже и
таинственнее. В Энн словно вселился дух другой женщины. Сильной,
целеустремленной и неотразимой хищницы, грозы всех мужчин. Энн встала рано
утром и поняла, что должна измениться. Ей надоело ежедневно видеть в зеркале
бледную, закомплексованную, невзрачную девушку. Входя в салон красоты, Энн
уже знала, на кого хочет быть похожей.
Образ родился в ее голове внезапно. Она видела будущую Энн в малейших
деталях. У нее должны быть черные волосы с прямым пробором, яркий макияж в
стиле женщины-вамп, сладко-дурманящий запах, оставляющий шлейф, и
сексуальная одежда. Разумеется, черного цвета. Если бы Мартин увидел ее
сегодня, то наверняка онемел бы от восхищения. Она выглядела не просто
хорошо, а шикарно. Новый имидж прибавил Энн как минимум два-три года, и
теперь она проходила мимо одноклассниц с видом превосходства. О том, что
всего пару дней назад она краснела от смущения, стоило кому-нибудь из
девчонок обратить внимание на старомодный крой ее джинсов, Энн предпочитала
не вспоминать.
— Надеюсь, ты все-таки осталась той доброй, нежной и ласковой Энн, в
которую я влюбился с первого взгляда.
В Джессике клокотала ярость. Как же она мечтала избавиться от подруги раз и
навсегда! Ее бесил Крис, похожий на слепого котенка, учуявшего валериану.
Что на него нашло? Джессика чувствовала, что проиграла этот раунд. И кому?
Тихоне Энн, возомнившей себя роковой женщиной!
Тем временем Крис обнял Энн.
— Может быть, прогуляем литературу и посидим в кафе?
— Прости, но я и так слишком много пропустила, — уклонившись от
поцелуя в губы, ответила Энн.
— Неужели ты собралась взяться за ум? — ехидно спросила Джессика,
стараясь не смотреть на подругу и Криса, чтобы не выдать свое бешенство.
Она уже твердо решила отомстить за свое унижение. Но месть — блюдо, которое
следует подавать холодным. Пусть сегодня Энн радуется своей победе. Ее
радость будет недолгой. И она, Джессика, позаботится о том, чтобы
разочарование Энн было в сто раз сильнее ее ликования.
— Хочу лучше подготовиться к экзаменам, — объяснила Энн.
— Жаль, — вздохнул Крис, не скрыв разочарования.
— Если хочешь, я могу составить тебе компанию, — предложила
Джессика, по-прежнему пряча глаза.
— Я хотел побыть наедине со своей любимой девушкой, — отчеканил
Крис.
Это был удар ниже пояса. Джессика рванула прочь, не желая потчевать Энн и
Криса своими слезами. Они за все ей ответят! Она выяснит, что за тайны
появились у Энн. Возможно, Крису будет тоже интересно о них узнать!
Прежде чем нажать на кнопку дверного звонка, Джессика взглянула на свое
отражение в маленьком окошке справа от двери. Макияж сотворил настоящее
чудо. Она выглядела именно так, как, по представлению Долорес Браун, должна
выглядеть милая и обворожительная одноклассница ее племянницы.
Переложив коробку с тортом из правой руки в левую, Джессика нажала на
кнопку. Через мгновение на пороге появилась полная женщина в перепачканном
мукой фартуке.
— Здравствуйте, миссис Браун, а Энн дома?
— Да-да, проходи, дорогая. Я ее сейчас позову. — Задрав голову
кверху, Долорес закричала на весь дом: — Энн, к тебе Джессика!
Ну и манеры! Джессике стоило неимоверных усилий сохранить на лице
добродушную улыбку. Она предпочла бы поговорить с Энн без свидетелей. А ее
тетушка наверняка будет поминутно заглядывать в комнату и спрашивать, не
нужно ли им чего-нибудь.
Энн спустилась минут через десять, что окончательно вывело Джессику из себя.
Не прошло и дня после смены имиджа, а Энн уже возомнила себя королевской
особой, ожидание аудиенции у которой — большая честь.
— Привет, Джессика. Вот уж не ожидала тебя увидеть.
— А я пришла отпраздновать начало твоей новой жизни, — с натянутой
улыбкой ответила Джессика, протянув подруге торт. — Твоя тетя уже
поставила чайник.
— Здорово. Поднимемся ко мне?
Джессика охотно кивнула. Ей не терпелось узнать, изменилось ли что-нибудь в
комнате Энн или она по-прежнему похожа на монашескую келью. Простая
деревянная кровать, словно вырубленная топором, окно со скучной занавеской в
мелкий цветочек, выгоревшей на солнце, тумбочка с жалким набором дешевой
косметики да письменный стол с устаревшей моделью персонального компьютера.
Интересно, Энн хотя бы научилась пользоваться электронной почтой?
— У меня беспорядок, — предупредила Энн, открыв дверь и пропустив
подругу вперед.
Можешь не предупреждать, я уже привыкла, что у тебя вечный бардак. Не только
в комнате, но и в голове, злорадно подумала Джессика.
В комнате ничего не изменилось. По крайней мере, так показалось Джессике на
первый взгляд. Кровать, окно, стол и тумбочка стояли на прежних местах.
Столь же унылые и невзрачные. Однако что-то в комнате Энн без сомнения
изменилось. Джессика невольно повела носом, словно охотничья собака,
желающая учуять зверя. Энн принялась заправлять кровать, и комнату наполнил
резкий аромат ее духов. Джессика, набрав в легкие слишком много воздуха,
закашлялась.
— С тобой все в порядке?
— Вроде да, — неуверенно ответила Джессика. Ей стало тяжело
дышать. Как будто ей в рот засунули два десятка сигарет без фильтра и разом
их подожгли. — Ты не могла бы открыть форточку, а то мне душно.
Энн удивленно посмотрела на подругу, затем на окно.
— Она ведь открыта нараспашку. Я, наоборот, собиралась ее закрыть,
чтобы нас не просквозило.
Может быть, я заболеваю? — подумала Джессика. Или у меня уже началась
аллергия на Энн?
— О боже, что это?! — вскрикнула Джессика настолько неожиданно и
испуганно, что склонившаяся над кроватью Энн резко вскинулась и обернулась в
сторону подруги.
— Зеркало.
— Оно ведь не твое, правда? — спросила Джессика.
— Мое.
Энн снова принялась расправлять покрывало. И что Джессика так переполошилась
из-за зеркала? Может быть, она тоже его узнала? Нет, это невозможно, тут же
успокоила себя Энн. Она ведь не ездила со мной в Джеймстаун. Только бы
Джессика не заметила моего волнения и не принялась выспрашивать подробности
последних дней!
Недавние события были слишком фантастическими и подозрительными. У Энн не
было ни малейшего желания рассказывать о письме адвоката якобы ее умершей
бабушки и делиться впечатлениями о
доме с привидениями
, в котором ей
пришлось провести ночь. И в последнюю очередь Энн стала бы рассказывать
подруге о симпатичном автомеханике Мартине. При воспоминании о его улыбке и
заинтересованном взгляде у Энн по спине пробежали мурашки.
Джессика склонилась над зеркалом и принялась разглядывать кованую раму с
таким сосредоточенным видом, словно пыталась расшифровать язык неизвестного
первобытного племени.
— Не трогай! — Энн рванула на себя подругу, заметив, как та
провела пальцем по зеркальной поверхности. Увидев недоумевающий взгляд
Джессики, Энн смутилась своего необъяснимого порыва.
— Да что с тобой? Не бойся, не разобью.
— Лучше не трогай. Это зеркало действительно мне не принадлежит.
Возможно, его придется скоро вернуть настоящему владельцу. Я не хочу, чтобы
на нем остались какие-нибудь повреждения или царапины. —
Скоропалительно придуманная ложь показалась Энн вполне правдоподобной.
— Так бы сразу и сказала. Ты испугала меня своим криком.
— Прости.
Раздался стук в дверь, и через мгновение, не дождавшись ответа девушек,
дверь распахнулась и на пороге появилась миссис Браун с подносом в руках.
— Я вам принесла чай.
— Спасибо, тетя, — холодно ответила Энн, почти силой выпихнув
ошарашенную Долорес за дверь.
Поставив поднос с двумя чашками и сахарницей на тумбочку рядом с зеркалом,
Энн чертыхнулась, не найдя ножа. Джессика выкатила на подругу глаза. Энн
изменилась не только внешне. Раньше она не повышала голос на родственников,
не целовалась в школьных коридорах и не поминала в разговорах черта.
— Я спущусь вниз и принесу нож, — предложила Джессика. Атмосфера
закрытой комнаты становилась все более удушающей, и она была искренне
обрадована возможностью хоть на пять минут оказаться на свежем воздухе.
Джессика отправилась в дом подруги с твердым намерением рассказывать о своем
романе с Крисом, но после встречи с Энн от ее уверенности не осталось и
следа. — Я скоро.
Джессика вышла из комнаты. Она заставила себя успокоиться и сделала пару
шагов до лестницы. Однако услышав торопливые шаги Энн за захлопнувшейся
дверью, Джессика понеслась вниз, перепрыгивая через две, а то и сразу три
ступеньки. Голова кружилась, в висках стучали отбойные молотки, ноги, будто
обезумев, несли ее все быстрее.
В следующее мгновение до тети Долли долетел громкий отчаянный крик и грохот.
Как будто расшалившиеся девочки скинули со второго этажа диван.
— Что происхо... — Тетя Долли открыла рот от ужаса, увидев на полу
гостиной лежащую без сознания Джессику.
Из коленного сустава правой ноги сочилась кровь. Она уже пропитала джинсовую
ткань. Пятно становилось все больше, а Долорес не в состоянии была отвести
взгляд.
Джессика не шевелилась.
— Энн! Где ты?! Скорее сюда! — завопила миссис Браун. Она начала
бегать вокруг распростертой на полу Джессики и громко причитать: — Нужно
немедленно вызвать
скорую
... да-да, боже спаси ее душу... бедная девочка.
Где же Энн? Энн! — снова позвала она.
— Где Джессика? — Энн стояла наверху лестницы и растерянно
смотрела вниз.
Лежавшая на полу подруга выглядела мягкой игрушкой, которую распотрошили
любопытные дети и вынули из нее половину синтепона. Неестественная поза
изменила стройную фигуристую старшеклассницу до неузнаваемости.
— Это не я! Я ни в чем не виновата... Тетя Долли, ты ведь не думаешь,
что это я столкнула Джессику с лестницы? Она была моей лучшей подругой... ты
ведь знаешь. Она хотела принести из кухни нож, который ты забыла положить на
поднос... Если бы пошла я... — Энн обхватила голову руками и принялась
ходить по кругу.
— Вызови
скорую
, Энн. — Поскольку племянница никак не
отреагировала на ее слова, тетя Долли сделала голос строже и жестче: —
Сейчас же возьми себя в руки и вызови
скорую
. Джессика жива. Она дышит, ты
слышишь меня? Твоя подруга не умерла. Ты ни в чем не виновата. Видимо, она
поскользнулась. Я недавно вымыла лестницу, а у нее высоченные каблуки.
Словно отрезвев от увесистой оплеухи, Энн бросилась в свою комнату и
схватила телефон.
— Служба спасения? Это Энн Рэдфорд. Моя подруга только что упала с
лестницы. Она не шевелится. Пожалуйста, приезжайте быстрее... Родео-драйв,
пятнадцать. — Энн тараторила так быстро, что не успевала расслышать
ответы диспетчера, принявшего вызов.
Она бросила трубку и побежала вниз. Последнее, что она успела
увидеть, — насмерть перепуганное выражение своего лица в обрамлении
старинной кованой рамы зеркала.
Джессика очнулась только в машине
скорой помощи
. После укола
обезболивающего она перестала стонать и кричать.
Увидев над собой бумажно-белое лицо Энн, она беспокойно заерзала на
носилках. Джессика с трудом могла пошевелиться. Руки и ноги были
зафиксированы эластичными жгутами
...Закладка в соц.сетях
